Светлана Анатольевна Зенцова
Источник повышенной опасности и его уголовно-правовое значение

Моим родителям, Анатолию Петровичу и Наталье Григорьевне, посвящается

Редакционная коллегия серии «Теория и практика уголовного права и уголовного процесса»

В.С. Комиссаров (отв. ред.), А.И. Коробеев (отв. ред.), В.П. Васильев, Ю.Н. Волков, Л.Н. Вишневская, М.Х. Гельдибаев, Ю.В. Голик, И.Э. Звечаровский, В.П. Коняхин, Л.Л. Кругликов, Н.И. Мацнев, С.Ф. Милюков, М.Г. Миненок, А.Н. Попов, А.П. Стуканов, А.В. Федоров, А.А. Эксархопуло

Рецензенты:

А.И. Зубков, доктор юридических наук, профессор

Е.Н. Мысловский, кандидат юридических наук, доцент

Введение

Стремительный рост науки и техники на современном этапе общественного развития приводит к тому, что человечество ощущает на себе сопровождающие научно-технический прогресс как благоприятные, так и неблагоприятные, сложно предсказуемые последствия применения источников повышенной опасности. Следствием этого является увеличение числа неосторожных преступлений, в которых наиболее ярко проявляется сущность источника повышенной опасности.

Катастрофы и аварии, уносящие сотни и тысячи жизней ни в чем не повинных людей, причиняющие огромный материальный ущерб, – вот цена совершения неосторожных преступлений, связанных с использованием источников повышенной опасности; она и определяет их первостепенное значение при решении задач уголовно-правовой политики.

В свою очередь, эти тенденции производны от быстрых изменений в характере трудовых процессов, связанных с комплексной механизацией и автоматизацией, увеличением числа источников повышенной опасности и усложнением требований к управлению ими в промышленности и в быту, с отставанием уровня подготовки операторов источников повышенной опасности и лиц, находящихся в сфере их действия, от требований безопасности, наконец, с интенсификацией использования все более мощных источников энергии и воздействия на природу.

Вопрос нейтрализации издержек научно-технического прогресса рассматривается как одна из актуальных проблем настоящего времени. Известную роль в ее решении призваны выполнять правовые средства регулирования общественных отношений, в том числе и уголовно-правового характера.

Группа неосторожных преступлений, связанных с источниками повышенной опасности, довольно разнообразна: преступления, связанные с нарушением правил охраны труда и производства отдельных видов работ; преступления, связанные с нарушением правил обращения с радиоактивными, взрывчатыми, легковоспламеняющимися и иными опасными веществами; преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта.

При прочих равных условиях неосторожные преступные деяния являются менее опасными, чем умышленные. Однако в случае совершения неосторожных преступлений в области эксплуатации источников повышенной опасности последние становятся наиболее общественно вредными вследствие тяжести наступаемых последствий.

Так, на территории Российской Федерации в 2006 г. при общем снижении числа погибших на 3,6 % возросло количество ДТП (на 2,6 %) и число раненых в них людей (на 3,8 %). Всего за 2006 г. в России было зарегистрировано 229 140 дорожно-транспортных происшествий, в которых погибло 32 724 человека и 258 362 было ранено[1]. По сравнению с 1997 г. число погибших возросло на 27,8 %. Всего же за последние 10 лет в дорожно-транспортных происшествиях погибло 312,5 тыс. человек. Наиболее многочисленной и самой уязвимой группой участников дорожного движения являются пешеходы. За последние восемь лет численность пешеходов, погибших в дорожно-транспортных происшествиях, увеличилась на 30 %. Всего за этот период погибло свыше 100 тыс. и ранено свыше 500 тыс. пешеходов[2].

Современное производство, связанное с эксплуатацией источников повышенной опасности, вызывает не меньшую тревогу, чем состояние дел на транспорте. Согласно сведениям Международной организации труда, в мире ежегодно на производстве погибает 350 тыс. человек[3]. При этом в России эта цифра составляет 4500 человек, около 12 тыс. получают тяжелые травмы[4]. Основная причина несчастных случаев со смертельным исходом на предприятиях та же, что и 20 лет назад, – пренебрежение правилами безопасности. По статистике одной из наиболее опасных сфер деятельности человека наряду с добычей угля и других полезных ископаемых сейчас можно считать строительство.

Следует отметить, что понятие источника повышенной опасности рассматривалось учеными в теории гражданского права.

Однако статья 1079 Гражданского кодекса РФ, посвященная регламентации ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, не содержит дефиниции источника повышенной опасности.

В уголовном законодательстве нормы, в которых упоминаются или имеются в виду источники повышенной опасности, носят бланкетный характер, что обусловливает необходимость в целях уяснения содержания уголовно-правового запрета обращаться к другим отраслям права. При этом, как уже говорилось, и там правоприменитель не может почерпнуть необходимых сведений.

Указанные обстоятельства приводят к многочисленным затруднениям на практике, что свидетельствует о наличии объективных предпосылок для специального анализа и тщательной разработки понятия «источник повышенной опасности» в рамках уголовного права.

В связи с этим целью настоящего исследования стало комплексное изучение понятия «источник повышенной опасности», определение его признаков в рамках уголовного права, раскрытие криминогенного значения данного явления, а также рассмотрение неосторожных преступлений, связанных с применением источников повышенной опасности.

Недооценка степени общественной опасности неосторожных преступлений в сфере применения источников повышенной опасности в настоящее время приводит к большим потерям, которые возникают вследствие невнимательности, небрежности, безответственного отношения к предусмотренным законом правилам предосторожности.

Надеемся, что изложенные в настоящей работе вопросы уголовно-правового значения источника повышенной опасности, предложения по совершенствованию законодательства в части установления ответственности и назначения наказания за совершение неосторожных преступлений, связанных с источниками повышенной опасности, исторический анализ российского уголовного законодательства об ответственности за рассматриваемые преступления и компаративное исследование зарубежного законодательства в данной сфере позволят наиболее эффективно осуществлять меры по предупреждению негативных последствий применения источников повышенной опасности.

Глава 1
Источник повышенной опасности

§ 1. Понятие и основные признаки источника повышенной опасности

Понятие источника повышенной опасности впервые было сформулировано в теории гражданского права. Сам термин «источник повышенной опасности» появился в Гражданском кодексе РСФСР 1922 г. Достаточно интенсивно вопросы, связанные с ответственностью за причинение вреда источником повышенной опасности, рассматривались в 1950—1960-е гг. следующими цивилистами: Б. С. Антимоновым, А. М. Беляковой, О. С. Иоффе, Н. И. Коняевым, О. А. Красавчиковым, Л. А. Майдаником, Н. Ю. Сергеевой, Е. А. Флейшиц и др.

Особое внимание теоретиков гражданского права к понятию «источник повышенной опасности» не случайно. Гражданским законодательством предусмотрена «повышенная» ответственность («ответственность при отсутствии вины») за причинение вреда этим источником[5].

В настоящее время в рамках теории гражданского права не существует единства мнений по поводу сущности источника повышенной опасности, данный вопрос продолжает оставаться предметом дискуссий.

В рамках теории уголовного права понятие «источник повышенной опасности» не получило специального рассмотрения. Большинство ученых при изучении неосторожных преступлений в сфере действия источников повышенной опасности не определяют содержание данной категории, руководствуясь определениями, сформулированными цивилистами в рамках гражданского права.

Монографическое исследование проблемы неосторожных преступлений, связанных с источником повышенной опасности, предпринято И. М. Тяжловой[6]. Но, несмотря на то, что в названии работы упоминается понятие «источник повышенной опасности», его сущность не раскрывается. И. М. Тяжлова рассматривает источник повышенной опасности в аспекте деятельности, говоря о его использовании, эксплуатации[7].

В Уголовном кодексе РФ законодатель употребляет термин «источник повышенной опасности» в ст. 168, устанавливающей уголовную ответственность за уничтожение или повреждение чужого имущества в крупном размере, совершенные путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности. Диспозиции составов, предусмотренные ст. 99 и 150 УК РСФСР 1960 г., имели сходные признаки с диспозицией ст. 168 УК РФ. При этом диспозиция ст. 99 УК РСФСР (в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 2 декабря 1982 г.) содержала сам термин «источники повышенной опасности», а ст. 150 УК РСФСР (в ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 21 ноября 1988 г.) говорила об уничтожении или повреждении «личного имущества граждан в результате неосторожного обращения с огнем, электрооборудованием, горючими жидкостями и иными веществами, представляющими повышенную пожарную опасность», т. е. называла уже отдельные виды источников повышенной опасности. Однако ни УК РСФСР 1960 г., ни УК РФ 1996 г. не раскрывают понятие «источник повышенной опасности».

На наш взгляд, содержание понятия «источник повышенной опасности» является сходным для многих отраслей права, хотя при более подробном изучении можно установить некоторые особенности, присущие каждой конкретной отрасли права.

Норма абз. 1 п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ определяет перечень видов деятельности, создающей повышенную опасность для окружающих. Таковой признается деятельность, связанная «с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов ит. п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.)». Кроме перечисления этих видов деятельности законодатель говорит об источнике повышенной опасности как неком явлении, которым причиняется вред и которым можно владеть.

В юридической литературе до сих пор отсутствует единое мнение по вопросу о том, что же понимать под источником повышенной опасности. Часть правоведов полагает, что под источником повышенной опасности необходимо понимать определенного рода деятельность, которая создает опасность для окружающих[8].

Другие считают, что источниками повышенной опасности являются предметы материального мира, опасные свойства которых не поддаются полному контролю человека[9]. Причем последние не рассматривают эти объекты вне связи со сферой деятельности человека.

Помимо теории деятельности и «объекта», существует концепция «движущихся вещей», которая под источниками повышенной опасности понимает вещи, оборудование, находящиеся в процессе эксплуатации и создающие при этом повышенную опасность для окружающих. Отдельные авторы определяют источник повышенной опасности как деятельность, но проявляют некоторую непоследовательность, когда говорят о владении источником (называют источником повышенной опасности транспортные средства и т. д.)[10].

Существует также точка зрения, согласно которой источник повышенной опасности можно определять через понятия объекта и деятельности при условии, что в обоих случаях они неразрывно связаны друг с другом[11]. В литературе существуют и другие предложения по решению данного вопроса.

В Российской юридической энциклопедии источник повышенной опасности определяется и как предмет, и как деятельность, создающие повышенную опасность для окружающих.

Отдельные авторы, определяющие источник повышенной опасности через «концепцию объекта», не придают особого значения признакам деятельности, создающей повышенную опасность для окружающих, ограничиваясь перечислением способов использования (в широком смысле) источника: эксплуатация, транспортировка, хранение и т. д. Из этого можно сделать вывод, что признаки повышенной опасности не играют самостоятельной роли. По их мнению, повышенно опасная деятельность заключается в простой совокупности действий владельца источника по его использованию. При таком понимании первичное значение приобретают признаки опасного материального объекта, который опасен сам по себе, даже без признака «эксплуатации». Так, представители «теории объекта» (Л. А. Майданик, Н. Ю. Сергеева, А. М. Белякова), называя в качестве вида источников повышенной опасности оружие, не учитывают, что повышенной опасностью оно обладает не само по себе. Повышенную опасность представляет лишь боевая часть оружия и только во время его применения. Вопрос о том, является ли деятельность повышенно опасной, определяют и те предметы, которые вовлекаются в нее.

Кроме того, трактовка источника повышенной опасности, предлагаемая сторонниками «теории объекта», необоснованно сужает круг тех явлений, которые, несомненно, являются источниками повышенной опасности (например, деятельность по эксплуатации автомобильного транспорта, так как автомобиль, стоящий в гараже, опасности не представляет).

На наш взгляд, источник повышенной опасности необходимо рассматривать в аспекте эксплуатации, использования предметов повышенной опасности (деятельности). Они должны быть включены в деятельность человека. Там, где нет включения, нет и источника повышенной опасности. Поэтому мы не можем согласиться с Н. В. Щедриным, который относит к источникам повышенной опасности землетрясения, извержения, ураганы, наводнения, молнии[12].

Деятельность без использования вредоносных объектов не является повышенно опасной, как и вредоносные объекты не могут считаться источниками повышенной опасности вне сферы их эксплуатации.

Представители «теории деятельности» (Б. С. Антимонов, О. С. Иоффе) иногда абсолютизируют «деятельностный» признак, утверждая, что никакой материальный объект не может причинить вред, если он находится в статичном состоянии. Однако здесь, как верно отмечено О. А. Красавчиковым[13], происходит отождествление (подмена) двух понятий: «действие (функционирование) источника повышенной опасности» и «деятельность владельца источника повышенной опасности» – повышенно опасная деятельность. Значение первого признака не оспаривается – безусловно, действие источника повышенной опасности (как действие различного рода веществ и энергии) для наступления вредного последствия необходимо. Однако такое физическое понимание не подходит для характеристики повышенно опасной деятельности (источника повышенной опасности как такой деятельности).

На квалифицирующее значение признаков повышенно опасной деятельности косвенно указывали и представители «теории объекта».

Так, отмечается, что ряд материальных объектов, не признаваемых судебной практикой источниками повышенной опасности в единичном («статичном») состоянии (например, ружье или строительные материалы), при массовом применении в известных целях, т. е. в рамках специфической деятельности (например, на полигоне, на строительной площадке), приобретают свойство повышенно опасных объектов (источников повышенной опасности), а деятельность становится повышенно опасной для окружающих.

Так как мы придерживаемся точки зрения, что источник повышенной опасности – это деятельность, связанная с его использованием, то прежде всего считаем необходимым дать определение понятия «деятельность», разграничив отличия с понятием «действие». Отождествление этих двух понятий, обозначающих разные формы активности человека, представляется неприемлемым. При этом и деятельность, и действие, если говорить о деятельности и действии человека, содержат неодинаковую смысловую нагрузку. Различные науки придают рассматриваемым понятиям специфические оттенки.

Обратившись к словарям русского языка, мы увидим, что действие – это проявление какой-нибудь энергии, деятельности, а также сама сила, деятельность, функционирование чего-нибудь; результат проявления деятельности чего-нибудь, влияние, воздействие; поступки, поведение и др.[14] Синонимами слова «действие» могут быть, в частности, слова «работа», «влияние», «акт», «поступок»[15]. Деятельность – это занятие, труд; работа каких-нибудь органов, сил природы[16]. Слово «деятельность» может заменяться словами «труд» и «работа»[17]. Близким по смыслу к этому слову является слово «дело» – работа, занятие, деятельность; предприятие, поступок и др.[18]

Философия понимает под деятельностью специфически человеческий способ отношения к миру – «предметную деятельность» (К. Маркс), представляющую собой процесс, в ходе которого человек воспроизводит и творчески преобразует природу; способ воспроизводства социальных процессов, самореализацию человека, его связей с окружающим миром. Понятием «деятельность» охватываются разные формы человеческой активности (экономическая, политическая, культурная) и сферы функционирования общества. С помощью этого понятия характеризуются различные аспекты и качества бытия людей (деятельность физическая и умственная, внешняя и внутренняя, разрушительная и созидательная и т. д.). В плане социально-философском и методологическом понятие деятельности используется для характеристики специфического способа человеческого бытия, т. е. оно трактуется как принцип исследования, объяснения и понимания совместной и индивидуальной жизни людей, их взаимодействия с природой[19].

С точки зрения психологии под «действием» понимается не столько реакция организма (мышечное движение, операция или другое изменение), сколько акция личности[20]. Для психологии действие – это единица человеческой деятельности[21]. Деятельность – это целеустремленная активность, реализующая потребности субъекта. Основными характеристиками деятельности являются предметность и субъектность[22].

В экономическом словаре деятельность определяется как «специфический для человека способ отношения к внешнему миру, состоящий в преобразовании и подчинении его человеческим целям. Фундаментальным и определяющим видом человеческой деятельности является труд, основные характеристики которого присущи предметной деятельности. По своему содержанию деятельность есть производство материальных и духовных благ, форм общения людей, преобразования общественных условий и отношений, развития самого человека, его способностей, умений, знаний»[23].

Таким образом, содержание терминов «деятельность» и «действие» является различным, при этом понятие «деятельность» в разных науках имеет специфические черты. Под деятельностью, повышенно опасной для окружающих, следует понимать как активное использование предметов повышенной опасности, так и обычное (пассивное) их хранение, когда вредоносные свойства предметов проявляются произвольно.

Деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих, характеризуется не только тем, что она вредоносна, но и тем, что она содержит в себе некую неуправляемость, риск случайного причинения.

Содержание деятельности, создающей повышенную опасность для окружающих, составляет совокупность единичных действий лиц, использующих источник повышенной опасности, при этом деятельность всегда более длительна по времени, чем обычное действие, направлена на неопределенно большое количество действий.

При увеличении количества лиц, осуществляющих повышенно опасную деятельность и контактирующих с источниками повышенной опасности, возрастает вероятность причинения вреда этими источниками. Например, при управлении автомобилем высокая вероятность причинения вреда в результате осуществления такой деятельности в основном детерминирована опасными свойствами автомобиля (скорость, масса, мощность двигателя, инерция движения и т. п.); при осуществлении строительной деятельности высокая вероятность причинения вреда обусловлена не столько опасными свойствами используемых предметов, сколько большим количеством участвующих в строительстве лиц, а следовательно, большим количеством действий, контролировать которые возможно не в полной мере. Но совершенно по-другому дело обстоит при увеличении числа контролирующих лиц в процессе работы источников повышенной опасности – вероятность наступления общественно опасных последствий уменьшается прямо пропорционально.

Источник повышенной опасности может использоваться и для совершения умышленного преступления в качестве орудия или средства, однако мы рассматриваем только неосторожные преступления.

Юристы, работающие в области гражданского права, рассматривают источник повышенной опасности только с точки зрения использования его в правомерных, законных целях. Так, В. М. Болдинов пишет: «…эксплуатация повышенно опасных объектов только тогда может признаваться деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, когда вред, причиненный в результате такой эксплуатации, возник вследствие ненамеренных действий»[24].

В числе многочисленных определений источника повышенной опасности наиболее удачным представляется предложенное Е. А. Флейшиц, указывавшей на свойства «вещей или сил природы, которые при достигнутом уровне развития техники не поддаются полностью контролю, создают высокую вероятность причинения вреда жизни и здоровью человека либо материальным благам»[25].

На основании всего вышеизложенного можно выделить признаки, которыми должен обладать источник повышенной опасности.

Первый признак — включение предметов, представляющих повышенную опасность, в деятельность человека.

Второй признак — невозможность полного и постоянного контроля над источниками повышенной опасности. Являясь носителем определенной (большой) энергии, любой источник повышенной опасности принадлежит к классу неустойчивых физических систем, поскольку система устойчивая, состоящая из уравновешенных друг с другом тел, энергетически бесплодна. В движении к равновесию как к своему наиболее вероятному состоянию части системы производят определенную работу. Управление же призвано превратить стремление к такому движению в организованный энергетический поток[26]. «Вообще, – писал Гегель, – собственная деятельность природы, эластичность часовой пружины, вода, ветер применяются так, чтобы в своем чувственном бытии делать нечто совершенно иное, чем то, что они хотели бы делать, так что их слепое делание становится целесообразным в противоположность им самим»[27].

Известно, что сущностью рассматриваемого понятия является его повышенная опасность для окружающих, основой которой выступает потенциальная возможность причинения вреда обществу. Человек же, оставляя неизменной сущность источника повышенной опасности, придает ему новую форму, при этом трансформируется его назначение, переводящее данный объект в разряд общественно полезных. Задача общества заключается в том, чтобы научиться управлять источником повышенной опасности, преобразовать его в полезное явление.

Третий признак — мощность и сложность внутреннего устройства источников повышенной опасности, а производной от его сложности является относительная (неполная) надежность этих технических систем.

В теории и на практике возникает вопрос о границе, отделяющей деятельность повышенно опасную от обычной. Законодатель постепенно заполняет этот правовой вакуум. В последние годы принят ряд правовых актов, в том числе и Федеральный закон от 21 июля 1997 г. «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»[28], неотъемлемой частью которого является приложение № 1 с перечислением категорий опасных объектов, на которых получаются, используются, обрабатываются, хранятся, транспортируются, уничтожаются опасные вещества, а именно: газы, окисляющие вещества, горючие, взрывчатые, токсичные, высокотоксичные вещества, представляющие опасность для окружающей среды; установлен критерий их вредоносности. Например, к высокотоксичным относятся вещества, способные при воздействии на живые организмы приводить к их гибели при введении в желудок не более 15 мл на 1 кг, при внесении на кожу не более 50 мл на 1 кг и смертельной концентрации в воздухе не более 0,5 мл на 1 литр. К закону прилагаются две таблицы с наименованием опасных веществ и их видов, предельное количество которых на опасном производственном объекте является основанием для обязательной разработки декларации промышленной безопасности (например, для высокотоксичных веществ допустимое предельное количество составляет 20 т)[29]. Следовательно, только при больших количественных показателях деятельность будет подпадать под критерии повышенно опасной.

Четвертый признак — тяжесть возможных последствий использования источников повышенной опасности (качественная характеристика): причинение вреда жизни и здоровью людей, окружающей природной среде и пр. В свою очередь, тяжесть последствий зависит от важности объекта посягательства и размера причиняемого ему ущерба. Большая тяжесть возможных последствий ведет к признанию действий объективно опасными даже в том случае, когда вероятность наступления этих последствий или распространенность соответствующих деяний сравнительно невелика (например, правила использования радиоактивных веществ и пр.)[30]. В случае использования источника повышенной опасности существует угроза не причинения конкретного вреда конкретным людям (иначе бы эти люди действительно должны были защищаться), а угроза абстрактная (возможность причинения).

Круг потерпевших (особенно при причинении вреда в результате техногенной аварии) образуют не только лица, окружающие источник повышенной опасности.

Пятый признак – высокая вероятность наступления общественно опасных последствий при несоблюдении правил предосторожности. По общему правилу, чем выше тяжесть последствий (как в случаях нарушения правил предосторожности при использовании источников повышенной опасности), тем меньше степень вероятности их наступления, достаточная для признания действий общественно опасными. Так, действия, могущие повлечь человеческие жертвы, причинение вреда здоровью, признаются опасными и в тех случаях, когда вероятность их наступления незначительна.

Надо полагать, например, что сравнительно невелика степень вероятности внезапной потери машинистом на пригородной электрической железной дороге способности вести поезд. Однако Правила технической эксплуатации в целях предупреждения катастрофы разрешают обслуживание моторовагонной секции одним машинистом только при наличии устройств для автоматической остановки поезда в случае потери сознания машинистом. Назначение одного машиниста вместо двух при отсутствии указанных условий может привести к наступлению тяжелых последствий[31].

Шестой признак — масштабность возможных последствий. Скажем, в результате аварии на Чернобыльской АЭС погибло огромное число людей, многим был причинен вред здоровью различной степени тяжести, последовала экологическая катастрофа и т. п. Однако разные источники повышенной опасности обладают неодинаковой разрушительной силой, поэтому, говоря о масштабности последствий, которые могут наступить, следует подчеркнуть факультативность данного признака.

Седьмым признаком необходимо назвать ненадежность основного элемента в процессе использования источника повышенной опасности – человека. В процессе осуществления деятельности, связанной с эксплуатацией источника повышенной опасности, управляющей частью выступает человек. Можно говорить лишь об относительной его надежности, учитывая возможность неосторожных (виновных) действий человека, а равно и иные явления, лежащие за пределами его вины. К ним нужно отнести и ошибки лица, несомненно стремящегося предотвратить разрушительные последствия (издержки) своих действий, а также пределы психофизиологических и иных возможностей человека, накладывающие ограничения на его способность к адекватному поведению в экстремальных ситуациях.

О. А. Красавчиков утверждал, что деятельность людей всегда может поддаваться полному контролю со стороны человека; по его мнению, не поддаются контролю только производственные процессы[32]. Между тем очевидно, что производственные процессы опосредуются человеческой деятельностью, осуществляемой в особой технологической сфере. При этом мы говорим о степени контролируемости процесса той или иной деятельности самим человеком.

Так, 21 мая 2005 г. П. Карасева, пройдя обязательное медицинское освидетельствование, совершала учебно-тренировочный полет. На десятой минуте полета при выполнении фигуры высшего пилотажа Як-52 перешел в отвесное пикирование и вертикально вошел в землю. В результате этой катастрофы Карасева погибла. По мнению членов Новосибирского клуба РОСТО, девушка могла потерять сознание во время полета, что и стало причиной катастрофы[33]. Это является еще одним подтверждением большой роли человеческого фактора при управлении источниками повышенной опасности.

Необычная внешняя обстановка может дезориентировать человека, нарушить его контроль над своим поведением, и в силу этого человек может совершить такие действия, которые в отдельных случаях повлекут преступный результат. В случае выхода из-под контроля человека источников повышенной опасности складывается трудная ситуация, когда лицо не всегда может с ней справиться. Человек действует в условиях психологического принуждения или под давлением обстоятельств внешнего порядка.

Многие контрольные функции выполняют сами технические устройства, однако и они создаются непосредственно человеком, и в этом плане невозможно говорить об абсолютной надежности системы.

Поэтому, рассуждая о неустойчивости источника повышенной опасности, прежде всего мы не должны забывать о ненадежности именно первичного элемента этой системы – человека, который создает эти технические устройства, контролирует их и управляет ими.

На основании вышеизложенных признаков можно дать следующее определение: источник повышенной опасности – это деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих в результате использования технических устройств, систем и механизмов, чреватая высокой вероятностью причинения тяжких последствий, не поддающихся полному контролю человека, вследствие того, что и сам человек является ненадежным элементом во всей этой системе.

После рассмотрения признаков источников повышенной опасности считаем возможным провести их классификацию.

Критерием классификации могут служить общие, характерные черты источника повышенной опасности и основные направления деятельности, связанные с его использованием.

К первому виду источников повышенной опасности относится деятельность, связанная с эксплуатацией транспортных средств и механизмов. При этом под транспортным средством следует понимать наземный автомобильный и железнодорожный, воздушный, морской, речной и трубопроводный транспорт. Этот вид деятельности связан непосредственно с перевозкой грузов и людей, причем чаще всего – с транспортировкой большого количества людей. Даже небольшая ошибка может привести к серьезным последствиям, к гибели людей.

Под механизмом понимается устройство машины, приводящее ее в действие[34]. Одним из критериев отнесения к данному виду источников повышенной опасности того или иного механизма (включая транспортные средства) является специальное разрешение и допуск к его эксплуатации.

Вторым видом является деятельность, связанная со сверхнормативно установленным владением окисляющих веществ, горючих, взрывчатых, легковоспламеняющихся, токсичных и высокотоксичных веществ, газов, пиротехнических изделий, представляющих повышенную опасность ддя окружающих. Так, в ст. 218 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за нарушение правил учета, хранения, перевозки и использования взрывчатых, легковоспламеняющихся веществ и пиротехнических изделий; в ст. 217 УК РФ – за нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах.

Третий вид источников повышенной опасности – деятельность, связанная с использованием электрической энергии высокого напряжения и атомной энергии. Статья 215 УК РФ устанавливает ответственность за нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики.

К четвертому виду источников повышенной опасности относится строительная и иная, связанная с нею, деятельность. При этом к иной деятельности может быть отнесено ведение горных работ, работ по добычи полезных ископаемых, работы в подземных условиях. Статья 216 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за нарушение правил безопасности осуществления горных, строительных и

иных работ. Причем под иными работами понимаются специфические работы всех видов (кроме упомянутых горных и строительных), которые урегулированы специальными правилами[35].

Как правило, осуществление строительной деятельности связано с применением технических механизмов, нарушение правил обращения с которыми может привести к тяжелым последствиям. Строительная деятельность содержит в себе достаточно широкий круг опасностей и возможностей причинения вреда окружающим, которые, однако, не всегда связаны с применением техники. Это может быть падение человека с большой высоты либо падение в котлован, колодец; вред может быть причинен вследствие падения строительных материалов, инструмента и т. д.

Л. А. Майданик и Н. Ю. Сергеева, присоединяясь к мнению О. С. Иоффе[36], с одной стороны, утверждают, что не подпадают под понятие источника повышенной опасности случаи, связанные «с индивидуальным строительством небольших домов, сараев и т. п., без применения техники, представляющей повышенную опасность»[37]. С другой стороны, они полагают, что в случае причинения вреда при падении с высоты предметами, независимо от того, применялась техника (механизмы) или нет, мы должны говорить об осуществлении повышенно опасной деятельности.

Н. Д. Егоров считает, что «работа, производящаяся на высоте (стройки, даже если на них не применяется техника), представляет повышенную опасность для окружающих, поскольку предметы, находящиеся на определенной высоте и не закрепленные там надлежащим образом, обладают большой потенциальной энергией и в силу этого приобретают вредоносные специфические свойства в отношении находящихся под ними граждан и имущества. Поэтому деятельность, связанная с работой на высоте, представляет повышенную опасность для окружающих»[38].

С последним утверждением нельзя не согласиться, так как в падении человека с лесов, возводимых зданий и сооружений, тем более в котлован, обычно есть чья-то вина, и помимо вины самого потерпевшего, как правило, присутствует и нарушение правил безопасности при ведении строительной деятельности.

Зачастую тот или иной отдельно взятый строительный инструмент (материал, конструкция, техника) не обладает повышенной опасностью. Тем не менее использование подобного инструмента в совокупности с другими строительными предметами обусловливает их повышенную опасность. В связи с этим в ряде случаев при осуществлении строительства и иных подобных работ вред причиняется специфическими, «сложными» источниками повышенной опасности, представляющими собой комплекс строительных и иных конструкций, материалов, опасных веществ, транспортной техники. Другими словами, источником повышенной опасности может выступать деятельность по возведению строительного объекта, опасные признаки которой можно усмотреть в ее незавершенности, динамическом состоянии[39].

В литературе называется и такое свойство «строительных» источников повышенной опасности, как «величина возводимых зданий и сооружений, наличие временных специальных сооружений, например, лесов, переходов и т. д., временных линий электро-паро-газоснабжения»[40]. Впрочем, подобное понимание источника повышенной опасности далеко не всегда обеспечивает безупречную квалификацию, особенно когда вред причинен традиционно техническим источником (транспортным средством).

На наш взгляд, не имеет значения для отнесения деятельности к повышенно опасной то, какими организациями осуществляется строительство: специализированными или нет. Главное, чтобы в процессе было задействовано несколько человек, которые в ходе работы применяют строительные инструменты, технику.

Под источником повышенной опасности в данном случае должна пониматься строительная или иная деятельность как весь комплекс действий по ее осуществлению, связанная с применением специализированного строительного оборудования (опасных объектов).

В связи с постоянным развитием науки и техники, выработкой новых систем безопасности перечень видов источников повышенной опасности будет, безусловно, изменяться и расти. На наш взгляд, в тех случаях, когда не используются технические механизмы, мы не можем говорить о наличии источника повышенной опасности. Так, нельзя согласиться с Н. В. Щедриным, относящим к источникам повышенной опасности преступника как такового, террористическую деятельность, власть и др.¹ Расширив содержание понятия «источник повышенной опасности», мы можем дойти до того, что к нему будет относиться любая деятельность, которая потенциально может причинить вред общественным отношениям.

Подводя итог изложенному, можно отметить, что определение «источник повышенной опасности», содержание которого используется для квалификации преступлений, следовало бы включить в одно из постановлений Пленума Верховного Суда РФ. Поскольку для того чтобы понять, какие составы неосторожных преступлений, связанных с источником повышенной опасности, включаются в рассматриваемую группу, необходимо знать понятие и признаки источника повышенной опасности. Данное нами определение позволяет сконцентрировать в нем основные его признаки: это деятельность, связанная с использованием не поддающихся полному контролю технических устройств, систем и механизмов и чреватая причинением тяжелых последствий, основным ненадежным элементом которой выступает сам человек, разрабатывающий технические устройства и одновременно контролирующий их деятельность в ходе эксплуатации, при этом в силу психофизиологических нагрузок, в экстремальных ситуациях не всегда справляющийся с соответствующим функциональным назначением.

§ 2. Правовая характеристика источника повышенной опасности

Научно-технический прогресс ведет к постоянному увеличению видов и мощностей источников повышенной опасности. В складывающихся условиях наметилась тенденция к росту прежде всего неосторожных преступлений в сфере применения источников повышенной опасности, вследствие особой тяжести наступающих преступных последствий, выражающихся, как правило, в причинении смерти большому количеству людей.

Деятельность, связанная с применением источников повышенной опасности, регламентируется множеством нормативно-правовых актов, относящихся к различным отраслям права. Законодатель регулирует рассматриваемые общественные отношения как на уровне федеральных законов, так и на уровне подзаконных актов[41].

Такое обилие законодательных источников обусловливает определенные особенности конструирования диспозиций статей норм, в которых устанавливается уголовная ответственность за неосторожные преступления, связанные с применением источников повышенной опасности.

Из анализа рассматриваемых диспозиций статей видно, что они сводятся к нарушениям правил безопасности. Установление признаков объективной стороны при расследовании таких преступлений, как нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта; нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных и других работ, представляет определенную сложность. Это связано прежде всего с тем, что диспозиции норм этих статей носят бланкетный характер, отсылая к специальным правилам, инструкциям, положениям, уставам, кодексам и другим нормативным актам. Например, для установления признаков объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, необходимо руководствоваться Правилами дорожного движения; для привлечения лица к уголовной ответственности за нарушение правил безопасности на железнодорожном транспорте – Федеральным законом от 10 января 2003 г. «О железнодорожном транспорте РФ», ведомственными актами (Инструкция по движению поездов и маневровой работе на железных дорогах РФ от 16 октября 2000 г.) и др. При этом все рассматриваемые правовые акты подвержены частым изменениям.

Обращение к нормативным актам других отраслей права дает возможность определить характер должного поведения человека, деятельность которого связана с соблюдением каких-либо правил, т. е. выяснить, каким образом должно было действовать лицо в конкретной ситуации, и, следовательно, ответить на вопрос: имело ли место нарушение обязанностей. Так, например, для установления конкретных признаков преступного деяния, предусмотренного ст. 216 Уголовного кодекса РФ, необходимо ознакомиться со специальными правилами безопасности при ведении строительных, горных и иных работ.

Нарушение правил может состоять, например, в неправильном установлении крепежных механизмов, плохой наладке воздухонагревателей, необеспечении места производства строительных работ необходимыми средствами индивидуальной защиты и т. п. В случае же нарушения общих правил техники безопасности содеянное должно квалифицироваться по ст. 143 УК РФ (как нарушение правил охраны труда).

Так, Советский районный суд г. Омска при рассмотрении уголовного дела по обвинению А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 143 УК РФ, в приговоре указал конкретные пункты нарушенных ею правил. Судом, в частности, было установлено следующее.

А., работая мастером – руководителем бригады по выпуску рубероида на рубероидно-пропиточном агрегате № 4 ОАО «Омсккровля», находясь на своем рабочем месте, без установки и полного закрепления на агрегате защитного кожуха, предвидя возможность причинения тяжкого вреда здоровью находящихся в подчинении рабочих, но без достаточных оснований рассчитывая на предотвращение опасных последствий, дала указание на включение агрегата. После чего бригадир К. пошел посмотреть заполнение пропиточной ванны агрегата. В это время его нога соскользнула, в результате чего К., теряя равновесие, вынужден был опереться на незакрепленный кожух приводного механизма, который от этого сдвинулся, и руки К. попали в зону межшестеренчатого пространства. К. получил телесные повреждения в виде множественных ран ногтевых фаланг обеих рук, причинивших тяжкий вред здоровью. Судом было установлено, что А. были нарушены правила СНиП 12-03-99 части 1, и. 5.9, и. 7.1.1, 7.1.8, части 2, и. 5.8 Правил техники безопасности и производственной санитарии в кровельной и гидроизоляционной промышленности, и. 16.1, и. 3.5 Положения о функциональных обязанностях по охране труда для административных и инженерно-технических работников ОАО «Омсккровля». Суд установил, что А. должна была следить за исправностью и безопасностью оборудования, однако в силу преступного легкомыслия нарушила эти правила[42].

Случаи, когда действие (бездействие) запрещается уголовным законом в связи с тем и постольку, поскольку оно признано противоправным нормами другой отрасли, в теории права называют смешанной противоправностью. Зависимость уголовной противоправности от иной вполне понятна.

Основная причина создания подобной конструкции состоит в том, что уголовное законодательство не поспевает за стремительным развитием науки и техники, все многообразие общественных отношений можно урегулировать, только применяя нормативные акты других отраслей права. Бланкетность диспозиции «представляет собой наиболее распространенный прием межотраслевой балансировки законодательных правил и экономии законодательного текста»[43]. Уголовный закон в состоянии дать лишь общую формулу, охватывающую все случаи в совокупности. Поэтому и возникают так называемые бланкетные нормы, типичные для данной группы[44].

Дать исчерпывающий перечень всех нарушений, образующих объективную сторону неосторожных преступлений в области применения источников повышенной опасности, не представляется возможным. Действия (бездействия) виновных лиц настолько разнообразны, насколько многочисленны требования, содержащиеся в нормативных актах.

Но чрезмерная бланкетность диспозиций существенно затрудняет правоприменительную деятельность. В ходе квалификации преступлений возможны ошибки из-за большого количества специальных правил в случае, если будет применен ведомственный акт, утративший силу. Проведенный Н. И. Пикуровым опрос следователей показал, что у некоторых из них никогда не возникало вопроса о необходимости проверки юридической силы нормативных актов, не имеющих уголовно-правового характера, на которые они ссылаются при квалификации преступлений (33 %); другие считают, что такая проверка нужна, но практически никогда к ней не прибегают (20 %); третьи заявили, что они обычно пользуются изданиями правил, инструкций пятилетней, а то и десятилетней давности (47 %)[45]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Шкель Т. Депутаты обсудили безопасность дорожного движения // Российская газета. 2007. 14 февраля.

Вернуться

2

Концепция федеральной целевой программы «Повышение безопасности дорожного движения в 2006–2012 годах» // Российская газета. 2005. 27 октября.

Вернуться

3

Лукьянов Ф. Работа опасна для жизни // Российская газета. 2004. 10 июня.

Вернуться

4

Егоршева Н. Ушел на работу и не вернулся // Российская газета. 2007. 28 апреля.

Вернуться

5

Статья 1079 ГК РФ гласит: «Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т. п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего».

Вернуться

6

Тяжкова И. М. Неосторожные преступления с использованием источников повышенной опасности. СПб., 2003.

Вернуться

7

Там же. С. 9, 10, 83, 109 и др.

Вернуться

8

Иоффе О. С. Обязательственное право. М., 1975. С. 804; Ярошенко К. Б. Специальные случаи ответственности за причинение вреда. М., 1977. С. 6; и др.

Вернуться

9

Красавчиков О. А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. М., 1966. С. 34; Сергеева Н. Ю. Материальная ответственность за повреждение здоровья. М., 1968. С. 48; Белякова А. М. Гражданско-правовая ответственность за причинение вреда. М., 1986. С. 111.

Вернуться

10

Донцов С. Е., Глянцев В. В. Возмещение вреда по советскому законодательству М., 1990. С. 219, 222.

Вернуться

11

Гражданское право: Учебник / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. Ч. 2. М., 1998. С. 733 (автор – А. П. Сергеев); Шишкин С. Источник повышенной опасности и его виды // Российская юстиция. 2002. № 12. С. 20.

Вернуться

12

Щедрин Н. В., Кылина О. М. Меры безопасности для охраны власти и защиты от нее. Красноярск, 2006. С. 12.

Вернуться

13

Красавчиков О. А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. М., 1966. С. 61–62.

Вернуться

14

Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка. М., 1978. С. 144.

Вернуться

15

Александрова 3. Е. Словарь синонимов русского языка. М., 1986. С. 117.

Вернуться

16

Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка. М., 1978. С. 150.

Вернуться

17

Александрова 3. Е. Словарь синонимов русского языка. М., 1986. С. 120.

Вернуться

18

Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка. М., 1978. С. 146.

Вернуться

19

Философский словарь/Под ред. М. М. Розенталя. М., 1986. С. 108; Современный философский словарь / Под общ. ред. В. Е. Кемерова. М., 1998. С. 236.

Вернуться

20

Петровский А. В., Ярошевский М. Г. Основы теоретической психологии. М., 1998. С. 184–185.

Вернуться

21

Краткий психологический словарь / Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. Ростов н/Д, 1998. С. 82.

Вернуться

22

Петровский А. В., Ярошевский М. Г. Основы теоретической психологии. М., 1998. С. 284.

Вернуться

23

Большой экономический словарь / Под ред. А. Н. Азрилияна. М., 1997. С. 129.

Вернуться

24

Болдинов В. М. Ответственность за причинение вреда источником повышенной опасности. М., 2003. С. 26. Также см.: Шишкин С. Источник повышенной опасности и его виды // Российская юстиция. 2002. № 2. С. 20.

Вернуться

25

Флейшиц Е. А. Обязательства из причинения вреда и из неосновательного обогащения. М., 1951. С. 132.

Вернуться

26

Гринберг М. С. Технические преступления. Новосибирск, 1992. С. 23.

Вернуться

27

Гегель Г. Работы разных лет. Т. 2. М., 1970. С. 33.

Вернуться

28

Собрание законодательства РФ. 1997. № 30. Ст. 3588.

Вернуться

29

Шишкин С. Источник повышенной опасности и его виды // Российская юстиция. 2002. № 2. С. 20.

Вернуться

30

Кудрявцев В. Н. Объективная сторона преступления. М., 1960. С. 101.

Вернуться

31

Там же. С. 103–104.

Вернуться

32

Красавчиков О. А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. М., 1966. С. 12–13.

Вернуться

33

Рузанова Н. Обратный вираж с креном // Российская газета. 2005. 24 мая.

Вернуться

34

Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1978. С. 321.

Вернуться

35

Комментарий к Уголовному кодексу РФ / Под общ. ред. Ю. И. Скуратова, В. М. Лебедева. М., 1999. С. 216.

Вернуться

36

Иоффе О. С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Л., 1955. С. 185.

Вернуться

37

Майданик Л. А., Сергеева Н. Ю. Материальная ответственность за повреждение здоровья. М., 1968. С. 52.

Вернуться

38

Егоров Н. Понятие источника повышенной опасности // Советская юстиция. 1980. № И. С. 12.

Вернуться

39

Болдинов В. М. Ответственность за причинение вреда источником повышенной опасности. М., 2003. С. 39–40.

Вернуться

40

Собчак А. А. О понятии источника повышенной опасности в гражданском праве // Правоведение. 1964. № 2. С. 144–145.

Вернуться

41

Федеральный закон № 116 от 20 июня 1997 г. «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; Федеральный закон № 196 от 10 декабря 1995 г. «О безопасности дорожного движения»; Федеральный закон № 69 от 18 ноября 1994 г. «О пожарной безопасности»; Указ Президента РФ № 711 от 15 июня 1998 г. «О дополнительных мерах по обеспечению безопасности дорожного движения»; Постановление Правительства РФ № 241 от 28 марта 2001 г. «О мерах по обеспечению промышленной безопасности опасных производственных объектов»; Постановление Росгостехнадзора РФ № 50 от 5 июня 2003 г. «Об утверждении правил безопасности при разведке и разработке нефтяных и газовых месторождений на континентальном шельфе»; Постановление Госстроя РФ № 123 от 17 сентября 2002 г. «О принятии строительных норм и правил РФ «Безопасность труда в строительстве. Часть 2. Строительное производство» и др.

Вернуться

42

Архив Советского районного суда г. Омска. Уголовное дело № 1-328/01.

Вернуться

43

Бойко А. И. Преступное бездействие. СПб., 2003. С. 98.

Вернуться

44

Однако необходимо отметить, что действия со смешанной противоправностью предусмотрены не только в бланкетных нормах. Вообще говоря, значительная часть преступных действий нарушает не только уголовно-правовую норму, но одновременно и нормы других отраслей права.

Вернуться

45

Пикуров Н. И. Квалификация преступлений при бланкетной форме диспозиции уголовного закона (с конкретизацией запрета в административном праве): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1982. С. 17.

Вернуться