Порфирий Ипатов
Хвоя, изгоняющая болезни. Великий славянский лекарь

© Ипатов П., 2011

© ООО «Издательство АСТ», 2011

Пролог

История моей жизни, или Как возникла книга эта

Здравствуй, дорогой читатель! Прежде чем начать рассказ о главном, хочу немного рассказать о себе. Родился я в простой рабочей семье. Было нас трое детей, мамка, батька да бабуля. Я был старшим, сестрица младше меня на два года, а братец – на целых пять. Батька трудился кузнецом на заводе, мамка – ткачихой, а бабка, несмотря на советские запреты, знахарством промышляла – каждый занимался своим делом. Но в семье у нас была одна привязанность, которая всех нас объединяла – растительный мир.

Матушке Марфе нравилась красота его. В каждом маленьком цветочке, в каждом листике она видела целую душу. Матушка могла часами любоваться, как серебряным блеском искрятся росинки на лепестках васильков. Однажды она мне сказала: «Порфирушка, знай, цветы – это проявление любви природы. Любви чистой да бескорыстной. Ведь она ничего не требует у нас взамен и всегда радует нас своею красотою». Она была очень душевной и доброй. Матушка совершенно бескорыстно могла привести домой какого-нибудь беднягу, накормить его, напоить да в баню сводить. У нее были длинные черные волосы, заплетенные в красивую косу, и большие добрые-добрые карие очи. Матушка научила меня любить зеленые дары природы и ухаживать за ними.

Бабушка Клава любила растения за их целительную силу. Как я помню, она выглядела гораздо моложе своих лет. Она никогда не горбилась и не кряхтела, как многие старики. Ее походка была ровной и уверенной. На первый взгляд она могла казаться немного суровой, но в глубине души она была удивительно доброй и милосердной. Большую часть своих знаний о растениях я узнал из ее уст. Особенно много знала она о целебных травах. «Лучшие лекарства те, которые подарила нам природа», – говорила она. Бабушка часто брала меня с собой в лес помогать собирать лекарственные растения. «Вот этот листик содержит огромную силу. Если знать, как им пользоваться, то можно вылечить любую болезнь», – сказала она однажды, держа в руках ничем не примечательный лист. Только потом я узнал, что это был подорожник. А еще несколько месяцев спустя я услышал, как в соседнем дворе дедка Ванька хвастается перед людом: «Я теперь и бегать могу!» Все недоверчиво его оглядывали. «Не верите? Экие завистники вы! Вот, смотрите!» – громко проворчал дед и дал деру. Он начал неуклюже бегать вокруг огорода. «Ну, ты даешь, дед!» – удивленно кричали старики, а ребятня помирала со смеху. «Двадцать лет с этой проклятой спиной мучался, никакого покоя мне не давала! – отдышавшись, сказал дед. – Теперь словно заново родился… Спасибо Клаве за это, век ей благодарен! Она меня отваром из подорожника поила, поила, а от болей и следа ни осталось!» Таких случаев было много. Половина поселка обращалась к ней за помощью, и она каждому старалась помочь.

Батька мой, Афанасий, любил и растеньица, и животинку. Вся природа была ему люба. Жизненный очень человек был. Он был большим, сильным, здоровым дядькой. Я хорошо помню его густую, колючую, русую бороду, волосы «под горшок» и ясные, смеющиеся голубые глаза. Часто мы с ним вместе отправлялись на покос, сено для буренок готовить. Днем мы славно трудились, а вечером закатом любовались, а потом звездами. Мы лежали на копне сена и глядели в небо: «Ой, как хорошо-то, сынок, как хорошо! Ты послушай… Слышишь, как деревья дышат? А травушка как? Слушай сынок, слушай родной, милее музыки ты нигде не услышишь». Я жевал соломинку и слушал. Эта музыка навсегда осталась в моем сердце. Батенька научил меня чувствовать и понимать природу. Он говорил, что если уметь ее распознать, то можно узнать очень многое, гораздо больше, чем может сказать человек. Я ему верил.

Коль у нас в семье растительность была всеми любима, то дом наш превратился в целый сад. Каких насаждений в нем только не было! И большие, в два аршина ростом, и меленькие, с шишку сосновую, и наши русские, и диковинки иноземные… В какую комнату ни зайди, в какой угол ни глянь, везде что-нибудь да росло. Мальчонком я был любопытным, да, видимо, и любовь к природе по крови передалась. Не давал никому покоя, все спрашивал: «Бабка, а это что за дурман цветущий?», «Мамка, а это что за огурец колючий? Уй, как больно жжется!» В общем, когда я отправился в школу, в первый класс, в голове у меня была почти целая энциклопедия о растениях. Меня даже прозвали там «Порфирька Зеленый». Я не обижался.

Учился я хорошо. Успевал по всем урокам, но вот за сочинения мне ставили тройки. Александр Анатольевич, мой преподаватель, говорил так: «Ты, Порфирий, пишешь хорошо. Даже очень хорошо. Поставил бы тебе пятерку, но я думаю, что ты откуда-то списываешь или за тебя кто пишет. Поэтому только тройка». Обидно было…

В школе было много всего интересного. Я очень любил слушать, как Виктор Палыч рассказывал о тайнах природы, наслаждался душевными стихами Некрасова в исполнении Елизаветы Аркадьевны… Но ни что мне не было интересно так, как познание растительного мира. Особенно сильно меня влекли целебные свойства растений. Всякий раз, когда к бабке приходил лечиться народ, я присаживался на скамейку в тенек и жадно слушал. Бабушка была не против и даже радовалась: «Слушай, внучок. Слушай, да запоминай. Когда-нибудь тоже лечить начнешь».

Годы шли, я все мужал, но мой интерес к травничеству как был, так и остался. К пятнадцати годкам я уже неплохо разбирался в целительных свойствах растений и даже пробовал лечить. Правда, пока только самого себя: где рану залечить, где головную боль снять… Бабушка мне в этом все время помогала, давала советы, показывала, как делать отвары, настои, и самое главное – учила видеть истинные причины болезни. Она мне постоянно говорила: «Если не знать истинную причину недуга, то вылечить его можно только на время. Немного погодя он вернется вновь. Если же эту причину убрать, то болезнь оставит человека и не вернется».

Десятилетку школьную я так и не окончил. Нужда заставила идти на завод, работать. Батьку-то пришибло плитой, помер сразу. Полпоселка горевало, такой человечище был… Получилось, что я стал старшим мужчиной в семье и нужно было как-то помогать. Работа была немудреная, но сложная. Особенно тяжело было тюки железа таскать. Работали мы вдвоем с товарищем – Кирюшкой. Он, как и я, с ранних лет пошел работать. Каждый тюк весил пуда четыре, но вдвоем мы справлялись.

Проработал я три года, а потом меня забрали в армию, родине служить. Служил я в погранвойсках на Курильских островах. Человек нас немного было – всего 20, да две собаки еще – лайки. Служба протекала спокойно и тихо. Утром вставали мы, садились на катера и обчесывали местность. А по вечерам травили байки у костра да в мяч играли. Про свои любимые травы я, разумеется, не забывал. Как находилось свободное время, я начинал исследовать окружающую природу. Растений здешних я никаких не знал, но мне помогало мое внутреннее чутье. Я вспоминал, как учил меня батька: «Пытайся услышать голос природы, и она подскажет тебе, что нужно делать». У меня действительно получалось. Каким-то неведомым образом я отличал обычные растения от необычных, наделенных целебной силой. Так, один раз, прогуливаясь по небольшому леску, я наткнулся на обыкновенный с виду кустарник с желтыми цветками. Уже было решил пройти мимо, но вдруг у меня что-то кольнуло в середине грудины, и одновременно с этим я услышал замысловатый высокий звук, будто пищание комара, только нежнее. «Почудилось, видимо перетрудился сегодня», – думаю. И тут я ощутил, как из моей грудины бежит бледная, почти прозрачная струйка и тянется прямо к этому кустарнику, который я хотел обойти. «Ну, дела…» – почесал я голову. «Неспроста это. Возьму-ка я это растеньице, покажу местным ребятам – может, и знают чего», – подумал я и аккуратно сорвал пару цветочков. Показав их сослуживцам, которые живут недалече от этих краев, я услышал: «Порфирька, так это ж чай курильский», – уверенно заявил Серега, сибиряк наш. «У нас в Сибири он тоже растет. Его еще местные бабки собирают, говорят, им лечить можно… Хотя сам я не знаю, может, и вправду лечит. Ты ж у нас “растениевед”, тебе виднее должно быть», – добавил мой соратник. Во, думаю, дела… Как же так получилось? Нужно будет еще пробовать, надо развивать в себе способность эту. Хорошо бы еще уметь определять, как это растение помогает да что лечит.

Время шло, а служба моя заканчивалась. Я с нетерпением ждал своего возвращения домой, уж больно соскучился по родным краям. Мне часто снились родные луга и поля, наш завод, матушка с улыбающимися глазами… За время службы я повидал множество целебных растений, каких в наших краях не росло. Кое-какие растеньица мне удалось подсушить да домой потом забрать. Да и в целительстве я заметно подтянулся. Приходилось потихоньку «подлатывать» сослуживцев и даже самого фельдшера нашего.

Вернувшись домой, я вновь пошел работать на завод. Было радостно снова видеть перед собой бородатые, закоптелые лица заводских рабочих. Теперь я уже трудился не каким-то разнорабочим, а настоящим слесарем. Мне даже свой персональный ящик для инструментов выделили. К тому времени я уже и чертежи читать умел и со сложным оборудованием лихо справлялся.

В семье у нас все было по-прежнему. Только сестра вот в город уехала, учиться. Бабка все так же знахарством занималась, мамка – ткала, а братец младший в школу ходил.

Помимо слесарного дела, я на заводе, как и в армии, народ подлечивал. Ну, как подлечивал, на заводе ведь всякое случается. Кто голову ушибет, кто палец вывихнет, кто самогоном отравится, кто еще чего… Набирался в общем опыту я в целительском ремесле потихоньку. Про свою удивительную способность тонко чувствовать живность растительную я не забыл. Я частенько выбирался в наш лес и пытался его «слушать». Я даже уже не удивлялся, когда меня словно магнитом притягивало к известным мне ранее целебным растениям. Решил я одним вечером рассказать об этом своей семье. Слушали меня все внимательно. Братец мой не поверил: «Врун же ты, Порфирька! А еще солдат называется!» Бабушка была невозмутима: «Я давно знала, что в тебе такой дар есть». Матушка же просто ласково улыбнулась. Эта улыбка чем-то напомнила мне батьку…

Прошло 10 лет. За это время покинула нас бабушка. Померла она тихо, просто прилегла отдохнуть, уснула и так больше и не проснулась. За три дня до этого бабушка вечером нам сообщила: «Ухожу я, родные мои. Чувствую, скоро смерть за мной придет. Порфирий, теперь ты у нас в поселке главным знахарем будешь. Вместо меня. Помогать людям – твое призвание. Запомни». Эти слова я помню и сейчас.

Братец мой тоже уехал в город, как и сестра. Остались мы с матерью вдвоем. Дом у нас был большой – четыре комнаты, да сени еще. Завод наш рос, рабочих становилось все больше, а вот дома новые никто не строил. В общем, решили мы сдавать три комнаты работягам. Чего они зря пустовать будут? Вместе веселее, да и деньги не лишними были, небогато мы жили.

Я все так же продолжал трудиться слесарем и народ лечить. Надо сказать, что в этом деле я заметно преуспел. За эти 10 лет я изучил множество недугов и болячек и мог успешно с ними справляться. У меня появилось такое ощущение, что бабушка перед смертью передала мне силу свою, ибо у меня начали проявляться такие вещи, которые ранее мне были неведомы. Например, я начинал чувствовать недуг человека еще до того, как мне о нем рассказали. Так, одним обыденным днем пришел ко мне здоровяк Василий с соседнего цеха. Как только в дверном проходе мелькнуло его огромное пузо, у меня в голове мелькнула картинка, как его за мягкое место укусила здоровая собака. «Что, Васька, пес соседний цапнул?» А он вытаращил на меня зенки и промычал: «Ну, ты шайтан, Порфирька…» Благодаря своим способностям на заводе я стал известной персоной. В один день, меня даже вызвал начальник цеха Александр Михалыч: «Здорово, Порфирий, – говорит. – Наслышан я о тебе. Говорят, целительским даром обладаешь. Неужто правда?» – с нескрываемым интересом спросил начальник. «Так оно, но не совсем, – говорю. – Исцелять я могу, но только с помощью растений. Вся сила в них, а я лишь эту силу направляю». «Здорово, даже если и так. Не каждый это может», – ответил начальник, приняв добродушный вид. Чуть помедлив, он добавил: «Я вот что тебя вызвал. Есть проблема у меня одна…» – взгляд Александра Михалыча начал бегать. Наконец он вздохнул и заявил: «В общем, сила мужская у меня пропала… Я ж не старый еще, да и жена… А тут такое… Что подскажешь, чем поможешь, Порфирий? По силам ли этот недуг тебе излечить?» – с отчаянием сказал начальник. «Александр Михалыч, не переживайте, решаемое это дело. Вылечим мы вас!» – успокоил я его. «Век тебе благодарен буду, Порфирий! Когда лечить начнем?» – обрадовался начальник. Тут он, потупив взгляд, добавил: «Только ты это… Не говори никому, от чего меня лечить-то будешь. А то мужики ведь на смех подымут…» Через месяц наш начальник был здоров как бык. А на следующий день, придя на работу, я узнал, что меня повысили до мастера.

Протрудился я на заводе еще 10 лет. За это время ушла и матушка… Брат с сестрой так и остались жить в городе. В общем, остался я один, если соседей моих не считать.

Слава обо мне к тому времени распространилась по всему поселку и даже по соседним деревням. Бывало даже и из города ко мне приезжали полечиться. А я что? Я бы рад всех лечить, да времени на всех не хватало. И на заводе рабочий день отмотать надо, и хозяйские дела решить, и народ подлечивать… Видимо, снимать недуги людские – действительно моя судьба. И события, которые в дальнейшем со мной случились, тому подтверждение. В общем, в один день на работе меня угораздило металлической стружкой глаз рассечь. Отправили меня в больницу, врачу показывать. Врач спрашивает: «Сильно жжет?» Я говорю: «Угу, сильно». И тут он начал со мной возиться. Спрашивает: «Так видишь?» Мой правый глаз ничего не видел. Было жаль глаз… Ну, думаю, не беда. Еще не такое выправлял. Всю жизнь людей лечил, теперь и себя поправить пора. Как потом оказалось, с моей травмой работать было больше нельзя. Я сперва было расстроился. Привык ведь уже к ребятам, к закоптелым лицам, к гулу машин… Но вместе с тем я понимал, что мое время на заводе закончилось, нужно было двигаться дальше. Прощалась со мной половина завода. Почти каждому из них в свое время я сумел помочь.

Завод мне за мою травму выплатил хорошую компенсацию, да и накоплено было немало, а поэтому я мог жить безбедно долгое время. Что мне делать дальше, я знал. У меня была твердая уверенность, что я буду продолжать лечить людей. Но прежде я хотел осуществить одну свою мечту – совершить путешествие по всей нашей большой стране. И я ее исполнил. Путешествовал я ни много ни мало – 5 лет. Где я только не побывал! И в столице-матушке был, и у знахарей разных в сибирской глубинке, и в пустыне Каракумах и даже у шаманов в Прибайкалье (кстати, у шаманов в гостях я и восстановил глаз свой, благодарен им по сей день). Сколько я всего за это время узнал, сколькому я научился! Я перенял много разных целительских традиций, открыл тайну диковиннейших растений, необычнейших недугов, о каких в наших краях и не слыхивали. В общем, и на мир посмотрел, и знаний да опыту набрался.

Вернувшись на родину, я понял, что не жить мне здесь. Поселок наш разросся и теперь именовался «городом». Много построек каменных навели, предприятий понастроили, да лес вычищать начали. Не по душе мне это было, я к природе ближе был, а городские будни мне были чужды. Решил я, в общем, перебраться в одну деревушку в Сибири, которую я имел счастье посетить. Какая там была природа! Бескрайние лесные просторы, чистейшие голубые озера и величавые горы Саяны навсегда запали ко мне в душу. Собрался я быстро. Продал наш большой дом, оставив законную долю брату и сестре. В добрые руки раздал наши растения, которые я любил не меньше, чем людей. Навестил могилки матушки, бабушки да батьки. Попрощался со всеми знакомыми и друзьями, да отправился в добрый путь.

Приехав в полюбившуюся мне деревушку, я быстро нашел себе небольшой домик, который был очень похож на уменьшенную копию моего прежнего дома. Прямо рядом с домом находилась чудесная поляна, похожая на ту, где раньше был наш покос, где мы с батькой смотрели на звезды и слушали природу… Начинал я потихоньку приживаться на новом месте. Купил я себе буренку, пару свиней, курей, да начал разводить приусадебное хозяйство. Посадил я и растения у себя в доме, и теперь он был похож на мой прежний дом не только снаружи, но и внутри. В свободное от хозяйства время я изучал окружающие просторы, открывал новые для себя лечебные травы и находил уже знакомые, которые я знал, как свои пять пальцев. Через какое-то время я продолжил свое любимое дело – лечить людей. Поначалу избавил соседа Макара от хромоты, потом и родственников его подлечил. Со временем ко мне, как и прежде, начал обращаться народ за помощью, а я всем, кому мог, помогал.

Таким вот образом протекло целых 30 лет, на протяжении которых я общался с природой и лечил людей. Несколько раз ко мне приезжали любимые брат да сестра, а потом и внуков своих посылали мне на лето. В последнее время я начал чувствовать, что приходит старость моя, а преемника моих знаний у меня так и не было. Молодежь совсем утратила интерес к природе, к живности, все в город стремились. Жаль было моих знаний, которые я накопил за всю жизнь свою. Что они пропадут вот так вместе со мной. Тут я вспомнил, что в школьные годы у меня писать получалось неплохо. Пришла мне в голову мысль, что можно и книгу написать. Я умру, а знания мои не пропадут, останутся и будут помогать людям. Так вот и родилась книга эта, первая в ряду. О главном и любимом моем помощнике – хвое.

Первое знакомство с «зеленым чудом»

В лесу я всегда чувствовал себя как дома… Только здесь я мог по-настоящему отдохнуть да набраться жизненных сил. Здесь не было ссор, ругани, зависти и прочих пороков людских, зато здесь была тишина и гармония. Пройдусь, бывало, я по узенькой лесной тропинке после тяжелого рабочего дня, и всю усталость как рукой снимало. Со временем я начал понимать, что лес-то устроен не так просто, как кажется. Однажды, возвращаясь с завода домой, я решил пройтись по лесу. В тот день, помню, прихватил меня жуткий насморк. Шмыгал я носом целый рабочий день, даже напарник мой, Кирюшка, начал сетовать на мою болезненность. Думаю, схожу в лес, от него худо точно не будет, заодно и зверобоя наберу, а потом дома отвар сварю от простуды проклятой. Захожу я, в общем, в лес, и сразу как громада с плеч свалилась, которую весь день таскал. Набрал я зверобоя, да решил посидеть немного на пеньке, насладиться красотою лесной. Пролюбовался я так какое-то время, и стал собираться домой, пора уж было. Тут я заметил, что что-то не так. Мой насморк исчез, будто бы и не было его совсем. Неужто, думаю, лес меня исцелил… Вернулся, в общем, я домой совершенно здоровым, и никакой отвар не понадобился. Такие случаи бывали не раз, и с каждым таким разом моя вера в целительную силу леса укреплялась. Следующий виток в моем познавании леса начался во времена моей военной службы. Помните, как я рассказывал вам случай с курильским чаем? Так вот, с того и началось все… Лес для меня стал не просто как деревья, травы и зверьки, а как энергия… Каждое растительная живность обладала не только своим собственным цветом, формой, но и полем энергетическим. Растение, наделенное мощной целительной силой, имело поле яркое да светящееся, не такое, как у других растений.

Чем больше я посещал лес, тем больше я нового себе открывал. Оказалось, что у каждого деревца, у каждого кустика своя особая роль есть. Вот, например, взять хвойные да лиственные. Посмотришь так на них – вроде немножко совсем различаются. Ну, подумаешь, у листочков разная форма… Но если судить по целебным свойствам – то они совсем не похожи на друг дружку. Прежде чем объяснить вам различие-то, расскажу вам немножко об устройстве энергетики человека. В каждом из нас течет две основные энергии – темная и светлая. Светлая энергия – созидающая. Она накапливается в нас благодаря добрым мыслям да чувствам. Светлая энергия дает нам крепкое здоровье и дух. Темная энергия – разрушающая. Ее источник – злые помыслы и чувства, такие как завистливость, злоба, страх, печаль да корысть. Темная энергия отравляет здоровье и дух человеку. Вернемся теперь к деревьицам нашим. Лиственные деревья увеличивают в нас светлую энергию, созидающую. Светлой энергии становится в нас все больше и больше и, в конце концов, вся чернь из нас уходит, утягивая за собой все болячки. Если вам не хватает чувств светлых, радостных, сходите в лес лиственный, и там найдете вы их. Хвойные же деревья совсем наоборот работают. Они вытягивают из нас темную, разрушающую энергию. Все плохое, что есть в нас, уходит вместе с энергией этой. Все тяжелые мысли, горечь, недуги. Остается только то, что поддерживает жизнь нашу, делает ее веселее да добрее. Коль я дошел до деревьев хвойных, то начну рассказ о них, о главном в этой книге.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.