Екатерина Вильмонт
Опасное соседство

© Вильмонт Е. Н., 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

* * *

Глава I. Давайте торговать!

– Я считаю, – начал Костя, – что без денег нашему сыскному бюро, простите за каламбур, просто грош цена.

– Почему? – удивились мы с Матильдой. – Мы вон без всяких денег целую банду раскрыли!

– Во-первых, нам, вернее вам, все-таки крупно повезло!

– При чем тут везение? – возмутился Митя. – А сколько было трудов, сколько мы там мерзли!

– Не так уж много, если разобраться! К тому же у девочек были уоки-токи, что тоже нельзя сбрасывать со счетов. Хорошо, Асин дедушка такой молодец, знал, что́ подарить внучке, а наши родители дарят вещи, может, и не бесполезные, но в сыскном деле непригодные. Посудите сами – нам нужен штаб.

– Сыскному бюро нужен не штаб, а офис, мы же не военная организация, – перебил его Митя. – К тому же офис нам никто не сдаст, сколько бы денег у нас ни было.

– Вот! Так я и знала! – завопила Матильда. – Ничего у нас не выйдет из-за этих дурацких споров. Какая разница: штаб, офис, контора? Главное – дело делать, а мы… Одна только болтология!

– Мотя, помолчи! – прикрикнул на нее Костя.

Мотька хотела возмутиться, но только безнадежно махнула рукой.

– Вы, как всегда, не дослушали меня и сразу наехали! – продолжал Костя. – Я же только хотел сказать, что, пока у нас нет какого-нибудь конкретного дела, мы должны хорошенько подготовиться – и морально, и материально, и физически. Ася с Мотей занимаются карате, мы с Митяем ходим качаться, это хорошо, правильно! Но не станем же мы просто бегать по улицам в поисках какого-нибудь преступленьица! Поэтому мы должны быть во всеоружии, когда столкнемся с настоящим преступлением!

– Так ты деньги на оружие, что ли, хочешь заработать? – ахнула Мотька.

– Да какое там оружие! – отмахнулся Костя. – У нас должны быть в резерве деньги. Мало ли что понадобится в ходе расследования! А кроме того, каждому из нас надо всегда иметь при себе необходимое снаряжение.

– Какое? – вскинулась Мотька, блестя глазами.

– Хороший, надежный фонарик, маленькую отвертку…

– Зачем? – удивился Митя.

– Как зачем? Мало ли… Представь себе, тебя где-то заперли, вот как Асю. А у тебя в кармане отвертка. Если там замок, который можно свинтить, то…

– А если нет?

– Вы опять не даете мне договорить! – рассердился Костя. – Кроме фонарика, отвертки, нужен еще складной ножичек на всякий случай, веревка…

– И мыло! – сказала я.

– Мыло? – удивился Костя, а Митя расхохотался.

– Ну да, мыло, чтобы намылить веревку, если отвертка не пригодится. Лучше повеситься, чем попасть в руки бандитам!

– Тогда уж лучше яд! – посоветовал Митя.

– Опять ваши шуточки! А я говорю серьезно! – насупившись, сказал Костя.

– Ладно, говори!

– Небольшой моток веревки не помешает. И хорошо бы еще две трубочки уоки-токи!

– Ну, это очень дорого! – протянула Мотька. – А двумя не обойдемся?

– На первых порах обойдемся. Кроме того, у каждого в кармане должна быть плитка шоколада. Но только как неприкосновенный запас. На случай изоляции, чтобы не умереть с голоду.

– Я не удержусь, – сказала Матильда, – я шоколад сразу съем.

– Ну и дура! – вышел из себя Костя. – И вообще, с вами каши не сваришь!

– А знаете, девочки, – заявил вдруг Митя, – Костя ведь дело говорит. Нам действительно все это нужно. И еще нужен денежный запас, пусть даже небольшой. Допустим, придется нам поехать куда-нибудь на электричке. Сейчас это недешево стоит. Или даже взять такси. Словом, мало ли на что могут деньги понадобиться. Вопрос только – где их взять?

– Заработать надо! Пока мы не у дел, все свободное время надо тратить на заработки! – стоял на своем Костя.

– А чем зарабатывать? – заинтересовалась я. Мне уже начинала нравиться эта идея.

– Лучше всего торговать! – предложила Матильда.

– Чем торговать? – спросил Митя.

– Да чем попало! Хоть газетами! Берешь в редакции газеты по оптовой цене, а потом накручиваешь свою цену!

– Можно еще распространять гербалайф! – предложил Костя.

– Да нет! – решительно вмешалась я. – Гербалайф уже вышел из моды! И потом, его столько народу распространяет…

– А еще можно купить что-нибудь на оптовом рынке и продавать в розницу, – продолжала Мотька демонстрировать знание жизни.

– Что, например?

– Да хоть то же мыло, пасту, шампуни…

– Этого добра везде навалом! – пожал плечами Костя.

– Везде, да не везде! В дальних районах очень даже выгодно можно продать.

– Идея! – воскликнул Митя. – Надо торговать именно в самых отдаленных районах! Во-первых, совершенно ни к чему, чтобы нас наши предки видели и знакомые тоже! А во-вторых, если встать не у метро, а в глубинке, там все вмиг расхватают. Бабушка моя в Орехове-Борисове живет, я сам летом видел, как у их дома очередь стояла, там какой-то ловкий парнишка яйцами торговал.

– Сравнил тоже! – сказал Костя. – Одно дело – летом яйцами торговать и совсем другое – зимою зубной пастой!

– А к этому надо подходить не с бухты-барахты, а научно-методически.

– Это как? – заинтересовалась я.

– Очень просто. Для начала нужно определить самый отдаленный район. Желательно припомнить, не живут ли там у нас какие-нибудь родственники или близкие знакомые, поехать туда и на месте сориентироваться, в чем там народ нуждается. Поговорить с местными женщинами, найти точку, где никакой торговли нет, но где в то же время проходит много народу, или же встать у какого-нибудь большого дома…

– А что, неплохо мыслишь! – одобрил идею друга Костя.

– Да, но через день-другой на нас какой-нибудь местный рэкет наедет, – заметила я.

– Ой, правда! – поддержала меня Мотька.

– Я об этом тоже подумал, – заверил нас Митя. – Мы определим не одну, а несколько точек в разных концах города. Для этого нам потребуется много времени, но овчинка стоит выделки! Прикиньте сами: приехали мы, к примеру, в Бутово, развернули там торговлю. В первый день вряд ли кто из рэкетиров обратит на нас внимание, да они же в основном не стихийно действуют, у них тоже своя иерархия существует. Пока они еще выяснят, что у нас нет надежной защиты, а мы уже перебрались в Выхино! Все равно каждый день мы торговать не сможем. Разделяться нам нельзя. Четыре человека – это все-таки сила. Вопрос только в том, где достать деньги на первоначальные закупки.

– Это не вопрос! Дедушка оставил нам с Мотькой деньги на карате. Половину мы уже заплатили, а вторую надо будет внести еще не скоро! Пока возьмем эти деньги, а потом, когда наторгуем, вернем!

– Здорово! – воскликнул Костя. – Ну, Митяй, ты молодец! Котелок у тебя варит! И ты прав, четыре человека – это сила! Предлагаю завтра же начать действовать. Давайте поедем сразу после школы, например, в то же Бутово или Ясенево.

– А как туда ехать?

– В Ясенево? На метро, по прямой от «Проспекта Мира». Кстати, я бывал в Ясеневе, там есть совсем глухие места и дома стоят удобно, комплексами! – сказал Костя.

– Да это, наверное, во всех новых районах так строят! Но почему бы и не начать с Ясенева! – согласился Митя. – Вы, девочки, не возражаете?

– Нет! Не возражаем!

– У вас там никто из близких не живет?

– Да вроде нет! – ответила я.

– У меня только в Чертанове полно родни! – сообщила Мотька. – А у Митяя – бабка в Орехове-Борисове! Значит, эти два района исключим!

– А у меня дядька на проспекте Вернадского живет! – вспомнил Костя.

Я тоже сообразила, что мамина ближайшая подруга Оля живет на «Юго-Западной».

– А в конце концов, мы же не воровать собираемся! Даже если кто-то нас и увидит – подумаешь, большое дело! – сказала я.

– Хотела бы я посмотреть на тетю Липу, когда она узнает, что ты зубной пастой торгуешь! – рассмеялась Мотька. – Да и мама твоя не обрадуется!

– Это ты зря! Мама как раз может обрадоваться, что я «так удачно вписываюсь в новую жизнь». А вот папа… Да, пожалуй, лучше предкам не знать.

– Это точно! – согласились все.

– А кстати, может, нам с Максом посоветоваться? – обратилась ко мне Матильда.

– Кто это Макс? – сразу спросил Костя.

– Да парень один из нашего класса, уже два года торгует сигаретами, пивом и вообще всем на свете. Он на этом деле собаку съел.

– Ни в коем случае! – возразил Митя.

– Почему?

– Во-первых, зачем ему плодить конкурентов? А во-вторых, кто может гарантировать, что он будет молчать?

– Твоя правда.

– Зачем нам чьи-то советы? У нас у самих головы на плечах. Даже если мы наделаем ошибок, что ж, будем учиться на собственном опыте. Короче, мы завтра едем в Ясенево?

– Едем!

– Ой, – вспомнила я, – у нас же завтра карате!

– Жаль, не хочется откладывать… Девочки, а вы не обидитесь, если завтра мы с Костей одни поедем?

– Нет, не обидимся, – решительно сказала я.

– Ладно, завтра вечером созвонимся!

На том и расстались.

Глава II. Новый жилец

– Смотри! – воскликнула Мотька, когда мы вошли в наш двор. – Какой «мерс»!

Действительно, у нашего подъезда стоял серебристый «Мерседес», из которого только что вылез молодой человек в длинном черном пальто. При виде его мы с Мотькой просто остолбенели. Он был так ослепительно красив, что хоть сейчас в Голливуд. Темные, с ранней проседью волосы, смуглое лицо и большие зеленые глаза.

– Кто это? – потрясенно прошептала Мотька.

– Понятия не имею!

Красавец что-то сказал шоферу и, небрежно держа «дипломат», направился в подъезд. Машина уехала.

– Пошли бабок спросим! – сообразила Матильда и решительно направилась к старушкам на лавочке.

– Здрасьте! – сказала она. – Это что за тип приехал?

– Не к нам? – поддержала я подружку.

– Да нет, не к вам! Это новый жилец! На пятом этаже квартиру купил. Как раз под вами. Натерпитесь еще! Он какой-то ремонт затевает, все ломать будет, еврейский называется!

– Что? – изумились мы.

– Еврейский ремонт, это когда все ломают!

– Да не еврейский, а европейский, евроремонт! – сообразили мы.

– Какая разница, все одно неприятностей от таких жильцов не оберешься. Еще стрелять, не дай бог, начнут или, того чище, взрывчатку подкинут!

– А он кто?

– Банкир! Чтоб им всем пусто было!

– А что он вам плохого сделал? – сразу вскинулась Матильда.

– Погодите, вы еще не так запоете, когда он полдома сломает! Это ж сколько народу ограбить надо, чтобы в такую хоромину одному въехать! Вот твой дедушка, его весь мир знает, а сколько вас в этой квартире живет?! А он один туда въезжать собирается! Дармоед!

– Да ладно вам, бабы, – одернула подруг одна из старушек. – Мы тут сидим целыми днями, а такого соколика давно не видали! Уж до чего красив! Кажется, сроду таких не встречала! Аж сердце заныло!

– Да ты, Егоровна, никак влюбилась? – засмеялись бабки.

– Куда уж мне влюбляться, а все одно – глазу приятно. Верно, девчонки? – обратилась она к нам.

– Верно! – подхватила Мотька.

– Моть, пошли к нам? – предложила я.

– Нет, мне домой надо, дел много! До завтра, подружка!

– Ладно, пока! Созвонимся.

Открыв дверь, я увидела стоящих в передней маму и… красавца банкира. Они разговаривали как старые добрые знакомые.

– Вот, Феликс, познакомьтесь с моей дочерью, Асей.

– У вас такая взрослая дочь? – поразился банкир.

– Асенька, это Феликс Михайлович, наш новый сосед и, как выяснилось, старый знакомый.

– Очень приятно, – смущенно пробормотала я. От его красоты захватывало дух.

– Мне тоже очень приятно! Я горячий поклонник вашей мамы… таланта вашей мамы, – поправился он, а мама почему-то покраснела. – Я вот зашел по-соседски предупредить и заранее извиниться за беспокойство, которое невольно причиню своим ремонтом, и вдруг встретил знакомую…

– Феликс Михайлович, вернее его банк, спонсор нашего театра, – поспешила пояснить мама.

– Что ж, Наталья Игоревна, мне пора, но я страшно рад нашему соседству! Всего вам доброго!

И он ушел.

– Аська, ты чего стоишь как столб, не раздеваешься? Это тебя красота Феликса так потрясла?

– Мама, какой он…

– Красивый, ничего не скажешь. И хорошо воспитан, что странно. Обычно эти «новые русские» воспитанием не блещут. Что-то ты сегодня поздно?

– Да мы с Матильдой к Мите заходили.

– Вот и хорошо, а то нечего на Феликса заглядываться! Рано еще!

Все-таки взрослые ничего не понимают в воспитании: стоило маме это сказать, как все мои мысли сразу сосредоточились на новом соседе. Не то чтобы я в него влюбилась, нет, но мне захотелось побольше о нем узнать.

Но, как любит говорить Матильда, я знаю жизнь и понимаю, что нельзя никого ни о чем спрашивать и никому ни слова говорить. Даже Матильде. Пусть это будет моя первая тайна, только моя.

– Ася, иди обедать! – позвала мама.

– А тети Липы нет?

– Она ушла к врачу, у нее зубы болят. Да, кстати, Аська, тут Ненорма приходила, нашлись ее картины!

– Вот здорово!

– Ей их пока не отдали, они нужны…

– Как вещдоки? – догадалась я.

– Вот именно, как вещдоки, но потом обещают отдать. Вот, принесла тебе коробку конфет, в благодарность, так сказать!

– Ничего себе благодарность, коробочка-то малюсенькая. Лучше бы бутылку-другую!

– Ася, что ты несешь! – ужаснулась мама.

– Бутылку-другую спрайта или кока-колы!

– Вот еще, незачем пить эту отраву!

Это вечный наш с мамой спор. Она считает, что пить все эти напитки вредно, и никогда их не покупает. Естественно, все карманные деньги я трачу именно на них. Папа называет это «эффект запретного плода».

Вечером, за ужином, папа вдруг обратился ко мне:

– Слушай, Аська, мне нужна твоя дедукция!

– В каком смысле?

– В прямом! У нас на работе вор завелся! Да не вор даже, а мелкий воришка, но все равно противно!

– А что у тебя пропало? – живо заинтересовалась я.

– Да пустяк, зажигалка «Зиппо», но это мамин подарок, мне ее жаль.

– А ты не мог ее сам где-то посеять?

– Теоретически, конечно, мог, но ты же знаешь: я обычно ничего не теряю. Но если бы это была первая пропажа, я бы винил только себя. Однако беда в том, что у Маргариты пропал роскошный органайзер, а это ведь не зажигалка, в карман не сунешь. У Владимира Петровича пропали пудра и колготки.

– Что? – удивилась я.

Папа расхохотался.

– Звучит и вправду нелепо, но он купил жене в подарок. Он всегда начинает заранее покупать к 8 Марта всякую дребедень жене и дочке и хранит на работе. А тут принес еще перчатки, хотел положить к пудре и колготкам, а они – тю-тю!

– У вас есть новенькие? – сразу спросила я.

– В том-то и штука, что нет. Вроде все свои, даже и подозревать некого. А от этого, сама понимаешь, еще хуже. Все уже начинают подозревать друг друга.

– А это началось после твоего возвращения?

– Аська, уж не меня ли ты подозреваешь? – обиделся папа.

– Пока нет, – сурово отвечала я. – Но ты не ответил на мой вопрос.

– К счастью, началось это еще до моего возвращения. Так что я тут ни при чем, гражданин начальник!

– А что еще пропало? Можешь перечислить?

– Ну, все я, пожалуй, и не вспомню, но кое-что… Да, у Толика пропала ручка «Паркер», причем далеко не новая. У Лидочки – деньги, 50 долларов из сумочки. Да, а у Марины Евгеньевны вообще дурацкая пропажа. Она готовится к своему пятидесятилетию и заранее запаслась одноразовой картонной посудой – мисочки, тарелочки, стаканчики. И все это пропало! Может, я потом еще что-то вспомню.

– Пока мне ясно только одно… – начала я.

– Неужели тебе уже что-то ясно? – поразился папа.

– Мне ясно, что это не вор, а воровка!

– Почему?

– Зачем мужчине пудра и колготки? Ты, конечно, скажешь, их можно подарить жене или знакомой девушке! И будешь прав. А вот на картонную посуду может польститься только женщина!

– Глупости, как раз наоборот! Зачем женщине картонная посуда, скорее уж она нужна мужчине, холостяку! – решительно вмешалась в разговор мама.

– А ведь мама дело говорит! – одобрил ее папа. – Ты не находишь?

– Пожалуй, да! – нехотя признала я мамину правоту. Дело в том, что мне самой ужасно нравилась картонная посуда. Но у мамы жизненный опыт, его нельзя не принимать в расчет. – С другой стороны, женщина вполне могла спереть посуду для своего знакомого холостяка! – нашлась я.

– Логично! – согласился папа. – Тогда напрашивается вывод: это мог сделать мужчина и с таким же успехом могла сделать женщина. Третьего не дано.

– Почему? – спросила я.

Папа расхохотался.

– Ты что же, нечистую силу имеешь в виду? – насмешливо осведомился он.

– Нет, это мог быть и ребенок! – с торжеством заявила я.

– Ребенок? А откуда у нас взяться ребенку? У нас теперь пропускная система, в отделе всего пятнадцать человек, помещение у нас изолированное, из других отделов просто так никто к нам не шляется, так что, к сожалению, искать надо среди своих.

– А клептоманией у вас никто не страдает? – подбросила идею мама.

– Вроде нет.

– Но раньше-то ничего подобного не было?

– Нет.

– И новых сотрудников нет?

– Нет.

– Папа, ты хочешь, чтобы я дедуктивным методом определила вора?

– Хочу!

– Тогда я должна попасть на место преступления!

– Еще чего! – возмутилась мама. – Юра, даже не вздумай! Одно дело – рассуждать, сидя на кухне, и совсем другое – соваться, что называется, в чужой монастырь! Тоже мне, мисс Марпл нашлась!

Папа незаметно подмигнул мне: мол, потом поговорим.

– Да успокойся, Тата!

– Нет, ты сам подумай – кто у нас растет? Девочка или мальчик? Из брюк не вылезает! Да я ее в юбке не помню, когда и видела! А чем интересуется? Воров ловит! Ужас какой-то! – мама входила в раж. – Другие девчонки в ее возрасте любовные романы читают, а наша – только детективы. А отец и дед еще поощряют эти дурацкие увлечения. Особенно дед! Кошмар! Он ей уоки-токи привез! А в следующий раз что надумает? Автомат «узи»?

Эх, мама, не знает она, как пригодились мне уоки-токи! А насчет брюк – это верно, не люблю я юбки носить.

– Таточка, ты чего так разошлась? Успокойся, побереги нервы! А девочка у нас – что надо! Подумаешь, брюки носит! И хорошо! Удобно, красиво! Мне она нравится!

– Воспитатель! – засмеялась мама. – По полгода болтаешься в своих морях, не видишь дочку, так, конечно, никаких недостатков в ней не замечаешь! Да, кстати, Аська, я сегодня встретила маму Тани Воротынцевой.

– Ну и что?

– Она мне сказала, что вы не одного вора выследили, а целую банду!

Только этого не хватало! Надо спасать положение, а то неприятностей не оберешься.

– Да что ты ее слушаешь, мама! Какая банда? Просто эта история уже обросла слухами. Ты же знаешь, как это бывает: один вор через день превращается в трех, а потом и в целую банду!

– Честно говоря, я тоже так подумала…

– Естественно! Как это я могу банду поймать? Сама посуди!..

– Ты не одна, у тебя – Матильда, мальчики!

– Да, и мы вчетвером обезвредили банду, скажешь тоже! – Я пожала плечами и сочла за благо уйти к себе. Дернула же нелегкая капитана Шадрина явиться в школу. Ведь если моя мама и Мотькина узнают всю правду, всей нашей детективной деятельности конец. И как это мы сразу не сообразили? Просто чудо, что никто еще ничего не знает! Впрочем, это не чудо, а обычное везение – буквально на следующий день после визита капитана Шадрина в школе одно за другим случились два события, оттеснившие нашу детективную историю на задний план. В кладовке за спортзалом начался пожар: видно, кто-то оставил там окурок. А потом в десятом классе у Симочки Коваленко на уроке физики начались преждевременные роды. Тут уж не до банды! Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Минут через двадцать ко мне заглянул папа.

– Не спишь? Слушай, Аська, ты эту историю с нашим таинственным вором в голову не бери. Сами как-нибудь разберемся. А то мама меня со свету сживет!

Опять двадцать пять! Воспитатели! Конечно, мне немедленно захотелось взяться за это дело.

– Папочка, миленький, я ужасно хочу найти вашего вора! Просто ужасно! А маме мы ничего не скажем! Она же так мало бывает дома. Если будем молчать, она в жизни ни о чем не догадается!

– И часто ты так маминой занятостью пользуешься?

– Бывает!

– А что насчет банды?

– Да чушь собачья! А не веришь, спроси у капитана Шадрина.

– Это еще кто такой?

– Как? Ты не помнишь Николая Николаевича? Он же вел это дело! Он еще к дедушке приходил, чтобы тот его послушал!

– А, знаю! Такой славный мент с лирическим тенором! Да нет, я тебе верю.

– А если веришь, то я просто умоляю – проведи меня к себе в отдел. Познакомь со всеми и…

– И что? Ты за всеми установишь слежку?

– И не подумаю! Я буду действовать исключительно методом дедукции. Сам подумай: какая тренировка! Я попробую его вычислить!

– А не много ты на себя берешь, дочь моя?

– Попытка не пытка! Ты сможешь меня провести?

– Один раз, безусловно.

– Одного раза, надеюсь, будет достаточно.

– А ты, оказывается, нахалка!

– Папа, пойми, это чисто психологический опыт! Вы же не хотите впутывать в дело милицию?

– Ни в коем случае! Зачем выносить сор из избы?

– Тогда остаются только психологические методы.

– Что это ты все твердишь про психологию? Уж не собираешься ли ты поменять будущую карьеру юриста на карьеру психолога?

– Нет, но хороший юрист обязан быть хорошим психологом!

– А ты у меня, однако, не дура! Несмотря на химию!

– Папа, не надо об этом! Кстати, ты вот говорил, что у вашей Марины Евгеньевны скоро юбилей?

– Да, на той неделе.

– И она будет праздновать на работе?

– Конечно, как у нас водится.

– И соберется весь отдел?

– Разумеется!

– Идеально!

– Что идеально?

– Давай устроим так, что я как бы зайду за тобой… хотя нет, надо все сделать по-другому. Завтра, если зайдет речь о кражах…

– Если! Да у нас только о них и говорят!

– Отлично, тогда ты скажи, что твоя дочка – большой мастер по части ловли воров. Расскажи им про Узкоплечего, можешь спокойно еще что-нибудь приврать. И вот увидишь – кто-нибудь обязательно скажет: Юра, приведи к нам свою дочку. И постарайся устроить так, чтобы меня позвали на эту вашу вечеринку.

– Ага, понимаю, простейший принцип – на воре шапка горит!

– Вот именно!

– А если вор просто-напросто не придет?

– Этим он себя и выдаст.

– А если человек действительно заболеет?

– Да в такой ситуации любой даже с температурой сорок припрется!

– А ведь это тоже может вызвать подозрения, – охладил папа мой пыл. – Нет, дочка, тут надо что-нибудь поизящнее придумать. А то Марине юбилей испортим. Представь себе, что это за праздник, если каждый чувствует себя подозреваемым? Да и выставлять тебя в виде эдакой многоопытной сыщицы мне вовсе не улыбается.

– Наверное, ты прав. Тогда ты им ничего про меня не говори, просто сделай так, чтобы ваша Марина меня пригласила. Я буду тихо сидеть…

– И наблюдать за окружающими?

– Вот именно!

– Эта идея мне больше нравится! Ладно, попробую устроить тебе приглашение на юбилей. А теперь ложись-ка спать, пора.

– Спокойной ночи, папочка!

Глава III. Как говорил старик Гёте

После занятий по карате мы с Матильдой медленно брели к метро.

– Давай зайдем в магазин, а то ноги замерзли, – предложила Мотька.

– Давай.

Мы зашли в магазин канцелярских товаров и принялись разглядывать витрины.

– Смотри, Аська! Какие салфетки!

– Какие салфетки?

– Да вон, импортные! Голубые и желтые!

– А что в них особенного?

– Они тут очень дешево стоят! Всего четыре тысячи[1], а их в пачке пятьдесят штук, да каждая еще двойная – считай все сто! Просто даром!

– Зачем тебе салфетки? – удивилась я.

– Не мне, голова садовая, а нам, для продажи. Такую пачку мы запросто по шесть тысяч толкнуть можем! Представляешь, какой навар – на одной пачке две тысячи! К тому же салфетки легкие, пупок не развяжется. Сколько у тебя с собой денег?

– Сейчас посмотрю. Ага, пятнадцать тысяч!

– А у меня десять, значит, покупаем шесть пачек. Считай, двенадцать тысяч мы наварили! Класс! Завтра надо будет опять сюда приехать и купить еще.

– Слушай, а где мы все это добро хранить будем?

– Надо подумать, с ребятами посоветоваться. По три пачки ничего не стоит спрятать, а дальше, конечно, сложнее будет. Черт, как-то мы вчера об этом не подумали! Все познается только на практике, – вздохнула Матильда. – Ну как, покупаем?

– Конечно!

Мы купили три пачки голубых и три пачки желтых салфеток.

– Если вместе сложить, получится жовто-блакитный флаг! – сказала Матильда. Ее мама была украинка. – Девушка, – обратилась она к продавщице, – а завтра у вас еще эти салфетки будут?

– Будут, у нас их много, а берут не очень.

– Да? А почему? Вроде дешево? – вцепилась в нее Матильда.

– Дешевле некуда. Да магазин у нас такой… Мимоходом мало кто заглядывает! Только уж если нужно кому… Да вы не расстраивайтесь, девчонки! Где-нибудь подальше от центра вы их запросто толкнете и дороже, – догадалась она о наших намерениях. – Знаете что, если вы завтра много возьмете, я могу с хозяином поговорить: может, он сбросит еще цену, как оптовым покупателям!

– Это сколько же надо купить? – деловито осведомилась Мотька.

– Не меньше пятидесяти пачек!

– Надо подумать.

– Да чего тут думать! Если они вам по три штуки достанутся, а вы их по шесть толкнете, то мне отстегнете пятьсот рубликов с пачки. Идет?

– Мы сами ничего не решаем, – прикинулась сиротой Мотька. – Нам надо с нашими ребятами посоветоваться.

– Посоветуйтесь, посоветуйтесь! И если надумаете, приходите!

– Вот народ! На ходу подметки рвет! – воскликнула Матильда, когда мы вышли из магазина.

– А по-моему, она мало даже запросила.

– Хозяин тоже небось захочет какой-нибудь процент!

– С какой стати? Ему же выгодно продать оптом! В их деле не только прибыль важна, но и оборот! – уверенно заявила я.

– Ишь ты, какая умная! Где ты этого нахваталась?

– Да мы тут с мамой были в одном магазине, где на многие товары полагалась скидка на пятьдесят процентов, то есть не скидка, а вроде как подарок.

– Это как?

– Ну, например, мама купила своей подруге стеклянную кастрюльку. Она стоила пятьдесят тысяч. Когда мы пошли в кассу платить, нам сказали, что на кастрюльку полагается подарок в половину ее стоимости. Мы с мамой купили еще стеклянный кувшин и пепельницу на двадцать пять тысяч.

– Здорово! – восхищенно протянула Мотька.

– Я тогда спросила маму: зачем же они это делают? А она сказала, что им очень важен оборот. Я, правда, все равно мало что понимаю, но…

– Про это надо будет у Митяя спросить.

– Да, он, наверное, знает. А вообще, Мотька, мне уже жутко хочется торговать!

– И мне! – воскликнула она. – Интересно, что там сегодня мальчишки разведают! Можно было бы уже завтра начать, а то, пока они будут обследовать районы, весь интерес пропадет! Надо так делать: на эти самые обследования брать понемногу товара. Одну большую сумку, например. И пока они там будут глядеть да расспрашивать, мы живенько раскинем торговлю. Вот это действительно будет разведка боем. Как ты считаешь?

– Я всегда говорю, что у тебя не голова, а чистое золото!

– Вот завтра прямо и начнем!

– А чем же мы завтра торговать будем? Шесть пачек салфеток – это как-то уж очень жиденько, даже для начала.

– Конечно! Предлагаю завтра смыться с двух последних уроков и мотануть на Новослободскую, на оптовый рынок! Накупим там всего понемножку и попробуем перепродать. Попытка не пытка. Зато поймем, что хорошо идет, а что – хуже. А то можно так пролететь!

– Правильно! Я только боюсь, что…

– Что Митька с Коськой начнут тянуть волынку, подводить теоретическую базу, да?

– Вот именно!

– Не беда, я уже все придумала! Мы им сегодня ничего говорить не будем. А завтра прямо из школы поедем на рынок, все купим и на свиданку с ними явимся уже с товаром! Поставим их перед свершившимся фактом!

– Отлично! Именно так и сделаем! А то пока они будут чухаться…

Вечером мы все встретились на сквере.

– Привет! Чего вы там разнюхали? – с места в карьер пристала к мальчишкам Матильда.

– Больше всего народ в дешевом куреве нуждается! – сообщил Костя.

– Ну, нет! Это не пойдет! – заявила Мотька.

– Почему?

– Да нас же ребята из коммерческих палаток так отметелят! Это еще в лучшем случае!

– Там их мало! Мы были в квартале, где ни одной палатки не видели!

– Ладно, немножко сигарет можно будет взять, но упор на них делать не будем, – уверенно заявила Мотька.

– А вообще там многое нужно. И стиральные порошки, и зубная паста, и шампуни, и памперсы, и даже иголки с нитками.

– И какие же у нас на завтра планы? – спросила я.

– Завтра поедем в Отрадное. Вы с нами?

– Еще бы! Конечно! – завопили мы.

– Значит, встречаемся у метро!

На другой день мы с Матильдой действительно смылись после третьего урока, благо заболел наш историк, закинули портфели к Мотьке, взяли салфетки и понеслись к метро. Одна остановка, и вот мы уже на оптовом рынке. Народу – не протолкнуться.

– Так, времени у нас навалом, давай сперва все обойдем – посмотрим, чтобы наспех ничего не покупать.

Уже через полчаса мы составили себе примерное представление о том, что и почем здесь продается.

– Ну, что решаем?

– Понимаешь, Матильда, это должно быть что-то не очень громоздкое и не очень тяжелое. Какие-нибудь стеклянные банки, например, вообще не годятся.

– Да, а жаль… Вот такие маринованные огурчики здесь пять штук стоят, а у нас в магазине семь с половиной, но ты права, как их тащить! Давай лучше по парфюмерии ударим. Возьмем коробку зубной пасты. Мы на каждом тюбике минимум по тысяче наварим, а то и по полторы. В коробке пятьдесят тюбиков, – считай, пятьдесят тысяч уже у нас в кармане, а может, и все семьдесят пять. Берем?

– Берем! А что еще?

– А еще наши салфеточки при нас, и давай вот кофе купим, у нас в магазине такая банка двадцать две штуки стоит, а тут шестнадцать! Возьмем десять банок.

– А дотащим?

– Что за вопрос! Только до нашего метро! А там пускай ребятки спину гнут!

– Тоже верно! Берем!

Мы купили еще сто пачек сигарет «Прима» и несколько упаковок туалетного мыла. Уложили все в две сумки и, страшно довольные, двинулись к метро.

– Если мы сегодня все это продадим, то у нас только навару тысяч на сто пятьдесят будет. А за десять дней можно полтора миллиона надыбать, представляешь?! – восторженно подсчитывала Мотька.

– Ну, это если дело пойдет.

– Пойдет, не дрейфь, Аська! Да мы так скоро миллионершами будем!

– В наше время это несложно!

– Да уж! Знаешь, Аська, я, наверное, прирожденная торговка, – заявила вдруг Матильда. – Мне уже так торговать охота, сил просто нет! А тебе?

– И мне тоже! Интересно, а как мальчишки отнесутся к нашей инициативе? Наверное, недовольны будут.

– А черт с ними! Не хотят – не надо! Мы ведь все равно деньги потратили, товар купили, куда ж они денутся?!

Митя и Костя страшно удивились, увидев нас выходящими из метро с раздутыми большими сумками.

– Вы откуда? Что это у вас? – накинулся на нас Костя.

Зато Митя сразу все понял:

– Коська, ты что, не видишь, они уже с товаром! Им торговать не терпится!

Костя хотел было возмутиться, но, видимо, ему тоже вдруг захотелось торговать, потому что глаза у него заблестели и он воскликнул:

– Молодцы, девчонки, правильно! Я всегда за разведку боем!

– Как говорил старик Гёте в своем «Фаусте»: «Суха теория, мой друг, но вечно зеленеет древо жизни!» – выдал вдруг Митя.

– Вот это да! – с восхищением проговорила Мотька.

– А что там у вас? – поинтересовался Костя.

– Кофе, сигареты, зубная паста, мыло и бумажные салфетки! – доложила Мотька.

– Странный какой-то набор! – удивился Митя.

– Почему странный? – сказала я. – Как раз нормальный утренний набор – помылся мылом, почистил зубы, выпил кофе, утерся салфеткой и закурил! Чем плохо?

– А кстати, можно это все и набором продавать! – подхватила Мотька.

– Ни в коем случае! – возразила я. – Это психологически неверно! Набор – принудиловка, и больше ничего! Одному не нужны салфетки, другому – сигареты, третий кофе в рот не берет, и вообще такой набор стоить будет дорого, а толку-то в нем мало, и никто его покупать не станет!

– Что-то тебя в последнее время все на психологию тянет! А по-моему, стоит попробовать! – заупрямилась вдруг Матильда. – В порядке эксперимента! Давай сделаем два таких набора и попробуем толкнуть. Пойдет – хорошо, не пойдет – рассортируем и будем все продавать по отдельности.

– Ладно, куда нынче едем?

– Договорились же в Отрадное.

– Что ж, в Отрадное так в Отрадное.

Глава IV. «Утро джентльмена»

По дороге в Отрадное мы обсуждали, по какой цене что продавать и как себя вести – потише или же, наоборот, стараться привлекать внимание.

– Поскольку завтра мы все равно поедем в новое место, то чего стесняться! – говорила Матильда. – А то будем тихо стоять, никто и не поймет, чего нам надо.

– Если выложить товар, любой дурак смекнет, в чем дело, – возражал Костя.

– А дураки-то самые большие – это мы! – сказала я. – Вернее, дуры! На чем мы товар будем раскладывать? На снегу?

– Подумаешь! Найдем какой-нибудь ящик! У нас пол-Москвы на ящиках торгует!

– Сегодня обойдемся ящиком, – вмешался Митя, – а завтра будем торговать как цивилизованные люди. У нас на антресолях лежит старый сервировочный столик. Там одного колесика не хватает. Я свинчу остальные, они нам ни к чему, а столик легкий, удобный!

– А что твоя мама скажет? – спросила я.

– Мама? Да она давно хотела его выбросить, только руки не доходили. А я на всякий случай скажу ей, что он мне в школу нужен. Уверен, никаких возражений не последует!

В Отрадном мы прошли три квартала, прежде чем обнаружили, на наш взгляд, подходящее место. Еще у станции метро мы подобрали полуразвалившийся деревянный ящик и купили в киоске газету – застелить его. Мы уже собрались разложить свой товар, но Митя сказал:

– Погодите, надо бы узнать, где тут отделение милиции.

– Зачем? – удивилась я.

– Да если оно поблизости, то лучше поискать другое место. Тут велик риск, что милиция на нас наткнется, а разрешения на торговлю у нас нет. Постойте, я сейчас спрошу!

Он кинулся наперерез какой-то пожилой женщине и заговорил с нею. Она поставила сумку на снег и стала ему что-то объяснять. Продолжалось это довольно долго, а потом мы увидели, что женщина вместе с Митькой направляется к нам.

– Ну, что тут у вас, ребятки? Вот Митя сказал, что кофе есть?

– Есть! – бодро ответила Мотька. – Сколько будете брать?

– Да пару баночек!

– У вас рука легкая? – поинтересовалась Матильда.

Женщина засмеялась.

– Легкая, очень легкая! Я к вам сейчас соседок своих пришлю! Да вы покажите, что там у вас еще есть. Ой, «Прима»! Вот хорошо, а то дед у меня только «Приму» и курит, а она не всегда у метро бывает! Молодцы, ребятки! Давайте двадцать пачек!

Вот это начало! Мы не успели даже разложить товар, а шестнадцать тысяч чистой прибыли уже у нас в кармане.

Женщина ушла. Мы аккуратно застелили газетой ящик и стали раскладывать товар.

– Надо бы ценники написать, да не на чем! – сокрушалась Мотька.

– Это не проблема! – сказал Костя и вытащил из кармана записную книжку.

Через пять минут все было готово, вот только покупатели что-то не шли.

– Наверное, соседок этой тетки дома не оказалось, – предположила я.

– А вон какие-то люди идут! Я сейчас, – сказала Матильда, – вы только, парни, отойдите подальше.

Митя с Костей переглянулись, пожали плечами и отошли в сторонку.

– Ты что придумала? – спросила я.

– Сейчас узнаешь! Люди добрые, – заголосила вдруг она, – па-адхади! Налетай! Розница по оптовой цене! Товар – высший класс! Мыло, паста, кофеек, сигаретка! Что еще нормальному человеку утром надо! Па-адхади! Налетай!

И что вы думаете? Народ сразу устремился к нам.

– Что тут у вас?

– Смотри: «Прима»!

– А кофе почем?

– Мне две банки кофе и три пачки «Примы»!

– А мне салфетки и зубную пасту!

– А тампаксы есть? – спросила какая-то бабка.

– Господи, ты глянь, совсем еще дети, да этим девчонкам лет по четырнадцать, не больше, и уже торгуют, бедолаги! – сокрушалась какая-то пожилая женщина.

– Пусть лучше торгуют, чем воровать да у вокзала стоять!

– Милые, а как же школа? – спросила первая.

– Да мы после школы! – бойко ответила Мотька. – Не волнуйтесь, бабуси, мы все успеваем – и учиться, и денежки зарабатывать! Эй, народ, налетай! Салфетки немецкие, красивые, из одной две получаются!

– Это как же? – вдруг живо заинтересовалась жалостливая старушка.

– Очень просто! Они из двух слоев, салфеточки наши! Их в пачке пятьдесят штук, а у вас, если не поленитесь, целых сто будет! И совсем недорого, а красота какая!

Мотька и впрямь была прирожденной торговкой! Как она успевала одновременно беседовать с покупателями, считать, давать сдачу! Я рядом с ней чувствовала себя кулема кулемой, как говорила тетя Липа. Через полчаса мы распродали все до последнего тюбика зубной пасты! Чистая прибыль составила сто шестьдесят семь тысяч!

– Здорово! Ну, Матильда, тебе просто цены нет! – восхищался Костя.

– Конечно! – гордо отвечала Мотька. – Только тут нет ничего особенного! Я по системе Станиславского в роль заранее вжилась. Главное – не бояться публики! А вот Аська боится!

– Да, боюсь!

– Это даже странно, ты ведь из актерской семьи! – сказал Митя.

– Ну и что? Я совсем не хочу быть актрисой!

– А кстати, адвокату тоже нельзя бояться публики! Вот и тренировалась бы! – посоветовал Костя.

– Аська, идея! Ты должна действовать методом убеждения! Давай завтра я буду зазывать народ, а ты будешь убеждать! Тренировочка что надо!

– А что, это мысль! – одобрил Митя.

– Да ну вас!

– Ничего не да ну! Считай, что у тебя завтра первый в твоей жизни судебный процесс и тебе надо убедить судей или присяжных в невиновности твоего подзащитного. И его жизнь впрямую зависит от того, купят у тебя мыло или пасту! – вдохновился Митя. – Ты уже сегодня начни вживаться в предлагаемые обстоятельства! А кстати, куда мы завтра поедем и чем будем торговать?

– Может, опять сюда? Тут так здорово шла торговля! – предложила Матильда.

– Нет, сюда мы еще вернемся, а завтра поедем на «Планерную», – твердо заявил Костя. – Купим тот же самый набор…

– «Утро джентльмена», – вставила я, и все расхохотались.

– Да, девочки, у меня есть в заначке сто тысяч, я копил на видеокамеру. Я вношу их в общее дело! – заявил Костя. – Кстати, нам понадобятся еще фотоаппараты. У кого есть?

Оказалось, что фотоаппараты есть у всех. Прошлым летом дедушка привез нам с Мотькой по маленькому фотику типа «Кодак».

– Это здорово! Большая экономия! – обрадовался Костя. – Честно говоря, я не ожидал такого успеха! Да мы за десять дней можем наторговать на полтора «лимона»! Это неплохая сумма! Если что, у нас уже будет первоначальный капитал!

– Это не капитал, это деньги на текущие расходы! – поправил его Митя.

– А первой статьей расходов будет покупка газовых баллончиков! Надо же иметь хоть какое-то средство защиты! – сказал Костя, и все с ним согласились.

Поскольку мы расторговались очень быстро, то решено было сейчас же поехать за салфетками. Покупать большую партию, как предлагала продавщица, мы сочли излишним. Ведь пришлось бы еще с ней делиться, а потому мальчишки одни пошли в магазин и купили двадцать пачек.

– И куда мы их сегодня денем? – всполошилась Мотька.

– Ко мне! – сказал Митя. – У меня сейчас никого дома нет, мы спрячем их за шкаф в моей комнате. Кстати, завтра мы смоемся пораньше с уроков, все купим, а после школы подваливайте к метро. Не знаю, как вы, а я сейчас помру с голоду, пошли скорее по домам!

– Аська, давай завтра возьмем какие-нибудь бутерброды и чай в термосе.

– Это было бы здорово! – одобрил Костя.

– Ладно, что-нибудь придумаем. Только термос придется тебе брать, а то тетя Липа меня не поймет!

– А у меня термос очень маленький, на пол-литра всего, – сказала Мотька.

– Не беда! У меня есть походный! – успокоил нас Митя.

– Значит, договорились, встречаемся, как сегодня?!

– Да.

На следующий день мы с Мотькой благополучно отсидели все уроки, а потом заскочили к ней домой, оставили портфели, взяли приготовленные заранее бутерброды и бегом побежали к метро.

– Ну что, вжилась в роль? – на бегу спросила Мотька.

– В какую роль? – искренне удивилась я.

– Да ты что, забыла? – От возмущения Мотька даже сбавила скорость. – Ты же сегодня должна убеждать покупателей, как суд присяжных. Должна почувствовать себя адвокатом, вроде Джулии или Мейсона![2]

– Я совсем забыла! Ладно, пока доедем, успею вжиться!

– Только если тебе твои гены помогут! – недовольно пробурчала Мотька. Она очень не любила, когда кто-то пренебрегал своими обязанностями.

Вообразить себя Мейсоном мне никак не удавалось. А вот Джулия – другое дело. Она такая лапочка! Но едва я представила себе, что вхожу в зал суда Санта-Барбары, как мы уже добежали до метро. Митя и Костя ждали нас. У них были сумки, складной столик, а у Мити на плече висел термос.

– Господи, да сколько ж вы всего накупили! – ахнула Мотька. – Небось, все денежки потратили?

– Почти. Не беда, расторгуемся! – бодро заверил ее Костя. – Я считаю, нам сегодня надо два прилавка открыть.

– Зачем?

– За одним ты будешь, как вчера, народ зазывать, а за вторым Ася будет изображать из себя Плевако!

– Кого?

– Плевако, знаменитый русский адвокат был! Ты будешь мадам Плевако!

– Плевала я на твоего Плевако, я буду Джулией Уэйнрайт!

– А это еще кто такая? – удивился Митя.

– Это из «Санта-Барбары», – пояснила я.

– Тьфу! – сплюнул Митя.

– И ничего не тьфу, – вступилась Мотька за нашу любимую героиню. – А будешь тьфукать, мы тебя Кэйтом Тиммансом назначим!

– Надо понимать, это очень плохая роль? – добродушно засмеялся Митя.

– Да уж! – разом ответили мы с Мотькой.

– Ладно, беру свое «тьфу» назад!

– Кончайте треп! – потребовала Мотька. – Не мешайте Аське в роль вживаться!

И все почтительно замолчали. Сперва мне было смешно, а потом воображение и впрямь увлекло меня в суд Санта-Барбары, куда я входила в красном костюме – гордая, красивая и очень несчастная. Но никто, ни одна живая душа этого не заметит. Я проведу процесс без сучка и задоринки, мой подзащитный будет оправдан и освобожден из-под стражи прямо в зале суда, я уверена в этом, у меня нет ни тени сомнения! И пусть свирепствует прокурор, пусть недоумевают присяжные, но после моей заключительной речи справедливость восторжествует… Я так увлеклась, что ребятам пришлось даже слегка встряхнуть меня.

– Эй, Джулия, очнись!

– Да ну вас, мне было так интересно…

– Ничего, сейчас, перед публикой, тебе еще интересней будет! – подбодрила меня Матильда.

– Вы что, спятили? Как, по-вашему, я буду защищать банки кофе?

– Нет, ты будешь защищать набор «Утро джентльмена», сама же вчера название придумала! И сама же говорила, что идея негодная! Мы вчера так и не успели наборы сделать, а сегодня успеем, товару у нас вдвое больше. Вот ты их и будешь защищать! – хохотала Мотька.

Мы вышли из метро, и Матильда кинулась подбирать ящик.

– Мотя, не нужно, у меня же столик! – крикнул Митя.

– На столик набор положим, а я уж как-нибудь на ящичке, так мне удобнее, и по стилю больше подходит!

– Матильда, ты чего так раздухарилась? – спросил Костя.

– Наверное, от радости, что сейчас торговать начну. Говорю же, я прирожденная торговка!

Мы довольно быстро нашли подходящее место. Митя разложил свой столик, а Мотька принялась готовить окаянные наборы.

– Мотька, кончай, никому это не нужно!

– Нужно, нужно, и прежде всего тебе. Привыкай к публике! Давай не журысь, как говорит моя тетка из Умани.

– Моть, ты хоть «Приму»-то в набор не клади, мы тут получше сигареты припасли! – сказал Костя.

– Отлично!

«Утро джентльмена» выглядело так: банка кофе, тюбик пасты, кусок мыла, пачка салфеток и две пачки сигарет. Мотька рассовала все по заранее припасенным ею пакетам.

– Вот, для начала пять наборов! А там посмотрим!

– Что ж это получается? – возмутилась я. – Мне торговать этими идиотскими «джентльменами», а ты рядом будешь все то же самое продавать отдельно? Какой же идиот купит набор?

– Не будь дурой! Сама же всегда талдычишь про психологию! Раскинь мозгами! Это баб хлебом не корми – дай потолкаться возле прилавка, а мужик схватил набор и пошел, ему так в сто раз проще и удобнее, верно, Митяй?

– В твоих рассуждениях есть рациональное зерно! И потом, интересно ведь попробовать.

Мотька и впрямь чувствовала себя в своей стихии! Мне даже завидно стало. Ну, ничего, раз вы так, я вам покажу – вот распродам все наборы, тогда увидите, что я ничем не хуже!

– Ладно, ваша взяла, – согласилась я. – Только ты, Мотька, не вопи, а то меня никто и не услышит.

– Конечно, я пока тихо буду стоять, а потом уж свое возьму!

В отдалении показались двое немолодых мужчин.

– Господа! Господа! – проникновенно крикнула я, когда они подошли поближе. – Господа, покупайте набор «Утро джентльмена»! Почувствуйте себя настоящими мужчинами! – Господи, что я несу! – Здесь все, что нужно, чтобы ощутить бодрость в течение дня! Мыло, паста, кофе, сигареты! Мыло, паста, кофе, сигареты! Подумайте, чтобы иметь все это сразу, вам пришлось бы ходить по магазинам, а вы ведь этого не любите, джентльмены!

Мужчины переглянулись и подошли к моему столику.

– Ну-ка, ну-ка, что тут у вас, юная леди? А что, неплохой набор, а вот это что?

– Салфетки, господа, где вы видели джентльмена без салфеток? И это не просто салфетки! Ваши жены будут в полном восторге, это креповые двухслойные немецкие салфетки! Как в лучших домах! Господа, вы еще думаете? Что ж, думайте, думайте, джентльмены! Я уверена, я твердо убеждена, что вы примете правильное решение! Господа, представьте себе, вот вы проснулись поутру, умылись, почистили зубы. – «Надо бы добавить еще крем для бритья», – пронеслось у меня в голове. – Выпили чашечку кофе, как истинные джентльмены, промокнули губы креповой салфеткой и закурили! Не упустите, господа, свой шанс!

Краем глаза я видела, что и Мотька, и Митя с Костей уже умирают со смеху, как, впрочем, и мои покупатели.

– Леди, нельзя ли потише? Я вот хочу купить ваш замечательный набор, но вы так увлеклись, что… Вот, берите деньги и давайте сюда ваше «утро».

– И мне тоже! Уговорила, речистая!

Между тем на мои вопли подошел еще народ.

– Что за хрень ты тут продаешь? – заинтересовался какой-то противный парень лет двадцати.

– Да вот, девушка утверждает, что, купив ее набор, ты сразу станешь джентльменом! – сказал за меня мой покупатель.

– Говна пирога!

– Да, кажется, тебе это не грозит!

– Но-но, папаша!

– Тогда покупай! Сам бог велел!

– Купил бы, да купилы кончились!

– Сочувствую!

– Да ладно, папаша, чего пристал?

– Слушай, парень, не покупаешь, так вали отсюда! – заявил вдруг какой-то военный. – Это что тут у вас в пакете, девушка?

– О, господин офицер! Покупайте набор «Утро офицера»!

– Вот это, я понимаю, расторопность! – восхитился первый покупатель.

– «Утро офицера»? – заинтересовался военный.

– Каждый уважающий себя офицер первым делом умоется, почистит зубы, выпьет кофе и промокнет губы шикарной салфеткой!

Военный расхохотался. Вокруг все уже лежали от смеха. И чего ржут, спрашивается? Военный купил у меня сразу три набора! Ура! Я в считаные минуты продала все пять пакетов!

– Ну, Аська, ну, молодчина! – подбежала ко мне Мотька, когда народ, хохоча, стал расходиться. – Победителю-ученику от побежденного учителя! Где мне до тебя!

– Да ладно, – скромно сказала я.

– Эх, видела бы тебя сейчас тетя Тата! Ты же настоящая артистка!

– Особенно с этим «утром офицера» хорошо получилось! Я чуть не помер! – сознался Митя. – Реакция – хоккейная! В воротах можешь стоять!

– Надо еще наборчиков наготовить, они у тебя хорошо идут! – вернул нас на землю Костя.

– Нет уж, хватит!

– Ничего не хватит! Ты за пять минут все распродала! И вообще, так нечестно, я вчера целый час глотку драла, а сегодня твоя очередь!

– Да ты же дождаться не могла, когда торговать начнешь, а теперь в кусты?

– Девчонки, некогда препираться! Давайте по очереди! По десять минут каждая будет орать! – распорядился Костя. – И никому не обидно!

– А вы почему не орете? – возмутилась я.

– А это не мужское дело!

– Вот еще!

– Все, хватит спорить! – вмешался Митя. – Наше дело – тяжести таскать и охранять вас. А торговля – ваше. Тем более что вы обе, по-моему, прирожденные торговки, только каждая на свой лад.

Теперь Мотька стала скликать народ на розничный товар, а я с мальчиками готовила новые наборы. Салфетки мы пока из продажи изъяли. Пригодятся для наборов.

У Мотьки торговля тоже шла бойко. Затем, когда народ немножко схлынул, мы сделали перерыв и выпили чаю с бутербродами. После перерыва я вновь взялась за дело – уже с куда большей уверенностью.

– Подходите, леди и джентльмены! Покупайте замечательный набор «Утро джентльмена»!

Почему-то после перерыва подходили только женщины, но меня уже трудно было смутить.

– Покупайте набор «Утро светской дамы»!

Однако местных женщин это не привлекало. Тогда я быстро перестроилась:

– Мадам, смотрите, какой замечательный набор – «Утро деловой женщины»! Удобно, выгодно! Паста, мыло, кофе, сигареты! Паста, мыло, кофе, сигареты и замечательные салфетки! Не проходите мимо!

Но женщины не спешили покупать мои наборы. Мотька оказалась права, это больше годилось для мужчин. Да и вопли мои у женщин успеха не имели. И я, конечно, сникла.

– Все, хватит наборов! Больше не могу!

– Не расстраивайся, Ася! Ты просто устала! У тебя сегодня был дебют! – старался подбодрить меня Митя.

– И очень даже удачный дебют! – подхватила Мотька. – Не журысь, подруга!

– Знаете что, пора нам сворачиваться, а то уже темнеет! – предложил Костя.

– А товар? – растерянно спросила Мотька.

– Да там же немного осталось, в другой раз продадим! У нас и так прибыль хорошая – двести девяносто тысяч! Да мы за два дня почти сто долларов заработали!

– Кайф!

– А куда мы пока все это денем? – спросила я.

– Ко мне! – отвечал Митя. – Мои предки меня не обыскивают! Кстати, завтра я не смогу с вами пойти!

– И у нас завтра карате!

– А в субботу и воскресенье вообще из дому не вырвешься! – огорчилась Мотька. – Значит, теперь до понедельника все откладывается.

Глава V. Юбилей

Вечером мама сказала:

– Аська, хочешь пойти с папой к нам в театр, на юбилей Филимонова?

– А сто́ит?

– Конечно! Будет очень здорово, куча поздравителей от разных театров, знаменитости, словом – настоящая светская тусовка!

– Папа точно пойдет?

– Еще бы! Я, между прочим, буду петь романсы! И, кстати, там будет Феликс! – не без иронии добавила мама.

– Какой Феликс? – Я сделала вид, что совершенно не понимаю, о ком идет речь.

– Неужели ты забыла? Странно, он ведь так тебе понравился!

– Ах этот! Банкир? Ладно, я подумаю!

– Подумай, подумай! Хотя вся Москва туда рвется!

– Вся Москва?

– Конечно!

– Хорошо, я пойду! – милостиво согласилась я, а у самой сердце так и ухнуло. – А когда это будет?

– Завтра. И я тебя очень прошу, ради меня, надень платье, которое дедушка привез!

– Мама!

– Асенька, ну, пожалуйста! Мне так хочется, чтобы все видели, что моя дочка – красивая девочка, а не какое-то бесполое существо!

– Ну, мамочка, я же еще ни разу его не надевала, мне в нем неуютно будет, и весь кайф пропадет. Не умею я платья носить.

– И зачем только вам в школе позволяют ходить в брюках! Ладно, тогда надень хотя бы бархатные брюки и нарядную блузку. Можешь взять мою, по своему выбору!

– Вот это уже другой разговор!

– Пойдем-ка сейчас выберем, и ты все это примеришь, а то завтра мне будет некогда!

Я натянула темно-синие бархатные брюки и с удовольствием принялась рыться в мамином шкафу.

– Вот!

Я вытащила бледно-розовую шелковую блузку с очень красиво скроенным шарфом вместо воротника.

– Ну-ка, примерь! – потребовала мама.

Я надела блузку. Она приятно холодила кожу. Но, взглянув в зеркало, я расстроилась. Шарф, так великолепно выглядевший на маме, на мне висел, как флаг в безветрие. Мама тоже огорчилась.

– Нет, это не твоя вещь. Попробуй-ка эту! – И она достала из шкафа белоснежную блузку – всю в каких-то фантастических оборках.

– Мама! Это не для меня!

– Глупости! Надевай!

Я надела блузку и не узнала себя.

– Ох, Аська, как она тебе идет! Вот так и пойдешь завтра! Никаких возражений не принимаю!

Но мне и не хотелось возражать! Блузка была прекрасна, я в ней – еще прекраснее.

На другой день, когда мы явились в школу, выяснилось, что занятий сегодня не будет. Школа была оцеплена. Кто-то позвонил директорше и сообщил, что в здание подложена бомба. По этому случаю всех нас отпустили домой.

– Вот жалость-то! – воскликнула Мотька. – Сколько могли бы сегодня заработать! Ну, что будем делать, подруга?

– Может, пойдем в нардишки перекинемся? – предложила я. В последнее время стоило нам с Матильдой сесть играть в нарды, как непременно что-то мешало. То Ненорма со своим духом, то Лорд. А сейчас дома никого нет, так что играй – не хочу!

– Давай! – согласилась Мотька.

Но оказалось, что мама еще не ушла.

– Что это значит? – удивилась она при виде нас.

– Да в школу бомбу подложили! – ответила я.

– Боже мой! – схватилась за сердце мама.

– Не волнуйтесь, тетя Тата! Наверняка ложная тревога. Просто какому-то умнику не хотелось сегодня в школу идти.

– Думаешь?

– Уверена! А нам разве кисло?

– Да, вам-то уж точно что не кисло! – засмеялась мама. – Да, Мотенька, а ты не хочешь пойти сегодня к нам в театр на юбилей Филимонова?

– Господи, конечно, хочу! – воскликнула Мотька.

– Понимаешь, туда народ ломится, поэтому билеты я на всех достать не могла, но тебя проведу!

– Ой, спасибо, тетя Тата! – возликовала Мотька.

– Ладно, девочки, только я вас попрошу – сбегайте в магазин. Купите Мефистофелю «Китикэт», а то он, наглая морда, от «Вискас» отказался наотрез! Да, еще купите две бутылки нарзана. Вот деньги! И до вечера. Аська, подойдете без двадцати семь к служебному входу. Я выйду и проведу Мотю. Может, придется немножко подождать, но не волнуйтесь, я не забуду! Пока, девочки!

Мы с Матильдой спустились вниз и в дверях подъезда столкнулись с красавцем Феликсом.

– Добрый день, Асенька! – сказал он.

А я смущенно буркнула:

– Здрасьте!

– Ты уже с ним познакомилась? – накинулась на меня Мотька. – И ничего мне не сказала?

– Подумаешь, большое дело! Его банк – спонсор маминого театра. Она нас и познакомила.

– И он, значит, сегодня будет в театре?

– Наверное! А что это ты им так интересуешься? – подозрительно спросила я.

– Так просто!

Я предпочла не развивать эту тему.

В ближайшем магазине «Китикэта» не оказалось, и пришлось пойти на проспект Мира. Я купила корм для Мефистофеля, нарзан для папы и, конечно, бутылку спрайта. «Сейчас мы с Мотькой будем играть в нарды и с кайфом пить ледяной спрайт», – предвкушала я.

Мы уже входили во двор, когда из нашего подъезда вышла мама, а за нею Феликс. Он открыл дверцу своего «Мерседеса», и они с мамой уселись на заднем сиденье.

– В театр, наверно, поехали, – предположила Мотька со вздохом.

– Конечно, куда же еще!

– Аська, а ты в чем пойдешь? – спросила Мотька. Вопрос был не праздный. Дело в том, что мой дедушка, знаменитый оперный певец Игорь Потоцкий, частенько привозит нам с Мотькой в подарок одинаковые шмотки. Гордая Мотькина мама всякий раз сердится, но дедушка как-то умеет ее успокоить. Поэтому, чтобы не выглядеть одинаково, мы, собираясь куда-то, спрашиваем друг дружку, кто что наденет.

– Бархатные брюки и мамину белую блузку. А ты?

– А я синюю юбку и синий джемпер.

Мы сели играть в нарды.

Время от времени Мотька впадала в какую-то странную задумчивость.

– Аська, – спросила она вдруг, – а как его зовут?

– Кого?

– Банкира.

– Феликс. Феликс Михайлович.

– А фамилия?

– Понятия не имею. Зачем тебе его фамилия?

– Просто так. А куда это у вас все подевались? Где тетя Липа? – Мотька явно старалась перевести разговор. – А дядя Юра на работе?

– Нет, их Сережа повез на дачу.

– Подготовка к летнему сезону?

– Вроде.

Похоже, на Матильду Феликс тоже произвел впечатление.

Мне сегодня страшно не везло в игре. Проиграв подряд три партии, я вконец расстроилась.

– Да ладно тебе, Аська, чего ты скисла? Подумаешь, проиграла! Делов-то! Ничего: кому не везет в игре, тому везет в любви!

– Ты о чем? – насторожилась я.

– Да ни о чем, – тоже насторожилась Мотька.

Не хватало еще нам поссориться из-за этого Феликса! Видимо, и Мотька подумала о том же самом.

– Ладно, Аська, пойду я. Надо дома кое-что сделать, а потом еще голову перед театром помыть.

– Завиваться будешь?

– Нет, это уже пройденный этап. Мне прямые волосы сейчас больше нравятся. Когда за тобой зайти?

– Без четверти шесть.

– Пока.

Часов около пяти, когда я была уже почти готова, вдруг позвонил папа и сказал, что никак не успевает в театр. На даче оказалось очень много дел, и к тому же у Сережи что-то с машиной, словом – они вернутся не раньше девяти.

– Ну вот, – расстроилась я. – В кои-то веки мы с тобой куда-то собрались!

– Не сердись, дочурка! У нас в запасе еще один юбилей!

– Какой?

– Забыла? Юбилей с криминальным уклоном! У меня на работе!

Я и в самом деле о нем забыла, увлекшись торговлей и… Феликсом.

– Возьми с собой Матильду! – посоветовал папа. – Она будет в восторге.

– Конечно.

– Ты что такая кислая, Аська? Не заболела?

– Нет, папа, тебе кажется.

– Ну и хорошо. До вечера, детка!

– До вечера!

Надо бы дозвониться маме в театр, чтобы она не выходила встречать Мотьку. Но сегодня там, похоже, полный дурдом! Все телефоны глухо заняты. Ну, не беда, придется подойти к служебному входу и дождаться маму, иначе она будет волноваться.

Мы добрались до театра в половине седьмого. Вокруг толпился народ. Всюду спрашивали лишние билетики, и даже в переулке, у служебного входа, тоже было необычайно людно. Видимо, многие артисты обещали своим близким провести их без билета. До встречи с мамой оставалось еще десять минут, и мы решили пройтись немного по переулку. Погода стояла чудная – легкий морозец, без ветра, недавно выпавший и еще не съеденный солью снег. Вдруг Мотька толкнула меня в бок.

– Смотри!

В переулок въезжал знакомый серебристый «Мерседес». Он припарковался на противоположной от театра стороне, чуть поодаль. Из машины вылез Феликс с букетом в руках и направился к служебному входу. Минуты через две вылез его шофер и достал с заднего сиденья громадную корзину роз, завернутую в целлофан.

– Ох, красотища! – простонала Мотька.

– Ты про Феликса? – поддразнила я.

– Еще чего! Я про розы!

И вдруг я заметила, что к «Мерседесу» подошел какой-то парень. Он остановился рядом с машиной, делая вид, что смотрит совсем в другую сторону. Неужели хочет угнать?

– Мотька, смотри, кажется, этот тип хочет угнать «мерс»!

– Где? Что? – закричала Матильда, но тут же сообразила, о ком я говорю.

Парень между тем ступил на тротуар, обошел машину и встал за нею. Теперь нам видна была только его голова. Потом вдруг она исчезла, словно парень присел, и сразу появилась вновь. Парень стремительно, почти бегом, стал удаляться в темноту переулка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Курс рубля на середину 90-х годов.

Вернуться

2

Персонажи невероятно популярного в те годы сериала «Санта-Барбара».

Вернуться