Ирина Хрусталева
Развод и вещи пополам

Глава 1

Утро началось совсем неплохо, можно даже сказать – хорошо, если не считать того, что во дворе надрывалась чья-то собака, визгливо лая взахлеб. За окном уже светило зимнее солнышко, а лопата дворника издавала монотонные скребущие звуки по снегу. Внутренний будильник Валерии на этот раз ее не подвел, и проснулась она в установленное время.

– Надо же, опять получилось, – с удивлением произнесла девушка, посмотрев на электронные часы, которые стояли на тумбочке рядом с кроватью. – Будильник пока еще молчит, а я уже проснулась, у меня снова все получилось, фантастика! – закатила она глаза под лоб и взъерошила волосы, которые и так стояли дыбом после сна.

В ту же самую минуту пронзительно зазвенел будильник, а на телевизоре сработал таймер. В комнату ворвалась громкая музыка, и Лера в приподнятом настроении вскочила с кровати.

– Получилось, получилось, – напевала она, засовывая ноги в комнатные тапочки. – Значит, день будет замечательный!

Дело в том, что у каждого человека имеются биологические часы. Валерия, например, с вечера ложась спать, дает себе установку проснуться в нужное ей время. Что и происходит… правда, стоит заметить, очень редко, но происходит, к великому ее удивлению. Однажды в журнале она прочитала об этом удивительном свойстве организма и решила попробовать на себе. В статье было написано, что если тренировать свой мозг определенными упражнениями, то он непременно будет тебя слушаться и выполнять установки. Лера упрямо начала тренироваться, и, естественно… у нее ничего не получалось. Когда же она, плюнув на бесполезную трату времени, прекратила издеваться над своими мозгами и делать всякие там аутотренинги, у нее вдруг начало все получаться. До сих пор она не может понять, как это выходит, но то, что стало получаться, – это точно.

Вообще-то Лера очень любит поспать, она практически никогда не слышит будильника и из-за этого вечно везде опаздывает. Вот по этой самой причине ее и заинтересовал метод тренировки организма. В статье было написано: «Даже если вы поспали всего лишь тридцать минут, но встаете с помощью установки, то будете чувствовать себя великолепно, как будто проспали достаточно долгое время».

– Прямо, как Штирлиц, – подумала тогда Валерия, вспомнив фильм «Семнадцать мгновений весны». – Поспал в машине полчаса, и как огурчик. Нужно обязательно научиться, это как раз то, что мне и нужно. Глядишь, и вправду научусь вовремя просыпаться.

Приняв это решение, она начала регулярно мучить себя упражнениями. Как уже было сказано, у нее мало что получалось, поэтому Лера вскоре плюнула на это дело без особого сожаления. Правда, по привычке, ложась спать, она все же дает себе установку, но всегда подстраховывается. Помимо будильника, она еще включает в телевизоре таймер и ставит громкость на полную мощность, чтобы он вовремя включился и разбудил соню. Похоже, что он постоянно будит не только ее, но и соседей. Лера не раз слышала ворчание одной соседки, которая живет как раз за стенкой. Девушка старается не обращать на это особого внимания и упорно продолжает вскакивать под оглушающий рев «ящика». Лера не может себе позволить спать столько, сколько хочется, потому что ей приходится много работать. Сегодняшний день является редким исключением. Валерия сама себе объявила выходной под громкие аплодисменты своих сотрудников. Она запланировала поездку к родителям, у которых не появлялась уже три недели, и теперь по этой причине ежедневно выслушивает упреки своей матери по телефону. Девушке очень стыдно, но что же делать, если никак не получается приехать?

Почти два года тому назад Валерия открыла свое собственное детективное агентство, поэтому времени ни на что другое, кроме своей работы, у нее хронически не хватает. Да какое там хронически, его не хватает уже просто катастрофически! Сегодня у нее наконец появилось небольшое окошко, и она решила, что просто обязана побывать у родителей и успокоить мать. Быстро завершив утренние водные процедуры, завтрак и облагораживание своей внешности, Лера пулей выскочила в прихожую и начала быстро надевать сапоги. Она боялась, что телефонный звонок кого-нибудь из друзей может превратить ее планы в пыль. Так уже бывало не раз. По какой-то совершенно непонятной причине все ее многочисленные друзья, подруги, приятели и просто знакомые обращаются со своими проблемами именно к ней. Почему-то считают – если она является хозяйкой детективного агентства, значит, может все. Сколько Лера ни объясняла друзьям, что она такой же простой человек, как и все остальные, это не помогало. Они по-прежнему звонят, приезжают, приходят, прибегают и выливают на ее голову массу всякой информации. Даже соседи почему-то в первую очередь бегут не в милицию, а именно к ней, если у них вдруг что-то случается.

– Сегодня меня нет и не будет ни для кого и нигде! Посижу у родителей хоть один денек, – решила Лера. – Они скоро забудут, как я выгляжу, а я у них – единственная дочь, между прочим! Мама права: в моем возрасте недопустимо думать только о работе, нужно уметь и отдыхать. А как я могу отдыхать, когда дел – целый грузовой состав? Голова уже кругом, честное слово. И зачем я только выбрала такой вид деятельности? Приключений захотелось? Вот и получай теперь, госпожа сыщица. Приключений хоть отбавляй! Вон уже до чего дело дошло, нарочно не придумаешь, – ворчала Валерия, натягивая сапоги. Она невольно улыбнулась, вспомнив вчерашнего клиента, вернее, клиентку. Кстати, весьма необычную клиентку.

Вчера, как только она пришла на работу и, сев за стол, начала просматривать отчеты своих сотрудников, к ней в кабинет довольно твердой походкой вошла старуха в дореволюционной меховой шляпке на голове. Одета она была хоть и не в новую, но добротную шубу, и одна рука была спрятана в муфту из такого же меха, что и шуба. Во второй руке она держала свой ридикюль, который наверняка был ровесником своей хозяйки. На вид даме с муфтой было лет сто, но голову она держала высоко и гордо. Как выяснилось через некоторое время, женщина была бывшей графиней и говорила об этом с огромной гордостью настоящей аристократки.

– Добрый день, присаживайтесь, пожалуйста, – приветливо улыбнулась посетительнице Валерия. – Что привело вас к нам, в детективное агентство?

Прежде чем сесть на предложенный ей стул, графиня внимательным взглядом обвела кабинет, а потом, пристроив пенсне в позолоченной оправе на носу, звонким, но со скрипучими нотками голосом спросила:

– Вы и есть та самая Валерия Алексеевна Протасова, частный детектив?

– Да, это я самая и есть, – снова улыбнулась Лера, с интересом разглядывая старуху.

– Вы слишком молоды, милочка, для такой работы, – не терпящим возражения тоном проговорила графиня и грациозно присела на стул. Спину она держала настолько прямо, что, глядя на нее, Лера тоже невольно выпрямилась в кресле и приподняла подбородок. – Слишком молоды, – тем временем повторила графиня, продолжая пристально рассматривать Валерию.

– У меня юридическое образование, я окончила университет с отличием. Все преподаватели говорили, что я очень способная, – с легкой иронией ответила женщине девушка. – И такая работа мне очень нравится, – сделав ударение на слове «такая», продолжила она. – Так чем же я могу вам помочь? – повторила Лера свой вопрос.

– У меня пропал кот, и я хочу, чтобы вы немедленно его нашли, – проговорила графиня таким тоном, как будто отдавала приказание прислуге.

– Простите, мадам, но наше агентство не занимается розыском пропавших животных, – тяжело вздохнув, ответила Валерия. Про себя она подумала: «Господи, неужели опять начинается! Похоже, снова придется вешать на двери объявление».

– Это не животное, это член моей семьи, – раздраженно проговорила старуха. – Ему шесть лет, и он намного умнее некоторых людей… особенно современной молодежи.

– Я вас понимаю, мадам, но, к сожалению, ничем помочь не могу, – как можно мягче ответила Лера. – Кем бы вы своего кота ни считали, пусть даже и членом семьи, извините, но от этого ничего не изменится. Он как котом был, так котом и останется. Отсюда вытекает следующее. По своей природе он все же является животным, а мы не занимаемся розыском пропавших животных, – очень обстоятельно объяснив все посетительнице, с нажимом повторила она. – Обратитесь в другое агентство, где вам смогут оказать профессиональную помощь.

– А вы, значит, не можете… профессиональную? – нахмурилась старуха. – Я почему-то так и предполагала. Зачем же тогда открыли сие заведение, если вы не профессионалы? – надменно спросила она, вновь обведя взглядом кабинет.

– Ну, почему же мы не профессионалы? Мы как раз профессионалы, просто не занимаемся розыском пропавших животных, – терпеливо повторила Валерия.

– Как я понимаю, вы занимаетесь только пропащими мужьями и женами? – проскрипела графиня и, приспустив свое пенсне на кончик носа, с прищуром насмешливо посмотрела на девушку. – Именно пропащими, – с нажимом повторила она, сделав акцент на слове «пропащими». – Выслеживаете неверных супругов? Заглядываете в чужие окна? Копаетесь в чужом грязном белье?

– Я попросила бы вас… – с возмущением перебила беспардонную старуху Лера, но та не отреагировала и, еще больше прищурив глаза, продолжала:

– Что же здесь удивительного? Это намного выгоднее, и за это, кажется, неплохо платят. Разве я не права?

– Нет, вы не правы, – запальчиво проговорила Валерия. – Мы не копаемся ни в каком грязном белье! Мы… хотя… может, вы и правы, – махнув рукой, вдруг неожиданно согласилась она. – А что мне прикажете делать, когда нет других дел? Я наняла людей, которые на меня работают и перед которыми я теперь имею определенные обязательства. Что я им должна сказать? Простите, но я банкрот, потому что не хочу заниматься семейными неурядицами, связанными с чужими романами на стороне? Если я буду действительно так выбирать, то через некоторое время мне придется закрыть агентство. Одна аренда чего стоит. А зарплата сотрудникам? А всякие там налоги? Я бы с удовольствием занималась серьезными делами, но с ними почему-то ко мне никто не приходит, – откровенно призналась девушка и тяжело вздохнула: – Обидно до ужаса!

Она сама не поняла, почему вдруг говорит все это совершенно постороннему человеку. Наверное, от обиды за то, что эта старуха попала в самую точку и сказала сейчас сущую правду. И эта правда была больным вопросом для Валерии. А ведь два года тому назад, когда она открывала свое агентство, она мечтала о «громких» делах, как у Шерлока Холмса, например. Кстати, ее любимого героя. В юности она зачитывалась детективными романами Конан Дойла. Вскоре ей пришлось убедиться в том, что к частным детективам обращаются в основном излишне подозрительные мужья и ревнивые жены. Или вот такие старухи, умолявшие разыскать их пропавшее, а скорее всего, загулявшее животное – кошечку там или собачку. А однажды какой-то старик вообще пришел к ней с просьбой – поймать его улетевшего в окно попугая! Особенно часто с подобными вот заявлениями приходили в первое время, когда Валерия только-только открыла дело и повесила на двери яркую вывеску: «Детективное агентство «Багира».

Все старики района шли со своими проблемами сюда, так что Лере даже пришлось написать большими буквами объявление: «Розыском пропавших животных детективное агентство не занимается».

Постепенно такие клиенты отсеялись, и Валерия практически успокоилась. И вот, пожалуйста, снова здорово. Старуха сейчас была совершенно права, в основном к детективам обращалась определенная категория клиентов: это подозрительные мужья и не менее подозрительные жены. Правда, несколько раз приходили клиенты с заказами узнать всю подноготную о конкурентах. Номера банковских счетов, суть договоров с западными фирмами, бизнес-планы на ближайший год, суммы прибыли, слабые места, ну, и все такое прочее. Валерия категорически отказывала таким клиентам по своим, личным, соображениям.

– Что делать, если сюда не приходят с серьезными делами? – обреченно повторила Валерия, глядя на графиню.

– Вы сами от них отказываетесь, милочка, – пожала дама плечами. – Кто же здесь виноват?

– Прошу прощения, – не поняла Лера. – Когда же я отказывалась? И откуда вы можете об этом знать?

– А сейчас что вы делаете? Я пришла к вам со своим горем, а вы мне говорите, что не занимаетесь такими делами, как розыск пропавших животных, – ответила графиня. – Поверьте, моя дорогая, что пропажа моего кота – очень серьезное дело. Вы даже не представляете себе, насколько серьезное! Во всяком случае, для меня. Если вы думаете, что я не смогу вам заплатить, то напрасно. Я вам очень хорошо заплачу.

С этими словами графиня раскрыла свой ридикюль и достала оттуда необычайной красоты браслет, усыпанный драгоценными камнями.

– Вот посмотрите, – положив браслет на стол, проговорила дама. – Это вещь из коллекции наших семейных реликвий, и я готова отдать ее за то, чтобы вы нашли моего кота.

– Господи, что вы такое говорите?! – ахнула Валерия. – Это же наверняка очень дорогая вещь!

– Вы правы, думаю, что браслет стоит недешево, – спокойно ответила графиня и грациозно кивнула головой. Лера про себя отметила, что каждое движение этой престарелой матроны говорит о ее непростом происхождении. – Как я уже сказала, он из набора драгоценностей, который принадлежит нашей семье не одну сотню лет, – тем временем продолжала говорить графиня. – Передавались эти семейные ценности по наследству, из поколения в поколение. У меня, к сожалению, нет детей и мне некому их отдать. Я уже решила, что завещаю эти вещи музею, но ради своего милого Тимофея Сергеевича я готова отдать вам этот браслет. Ничего страшного не случится, если у меня его больше не будет. Мой Тимофей Сергеевич мне милее, чем какие-то мертвые побрякушки, хоть и дорогие. Это всего лишь бездушная вещь, – пожала она плечами.

– К… какого Тимофея Сергеевича? – нервно сглотнув слюну, спросила Лера. Она таращилась на браслет и не могла поверить в реальность происходящего.

– Как это – какого? Вы меня что, совсем не слушаете? – возмутилась графиня. – Тимофей – это мой кот, персидская порода, серо-белого цвета, на лапках белые «сапожки». Вот его фотография, – и она, снова опустив костлявую руку в свой ридикюль, вытащила оттуда снимок.

– Послушайте, я прошу прощения… не знаю вашего имени-отчества. Вы в самом деле настолько серьезно настроены? – все еще не веря своим ушам и уж тем более глазам, спросила Лера.

– Мое имя – Елизавета Александровна Епишина, вдовствующая графиня, и настроена я более чем серьезно.

– Графиня? – удивленно вскинув брови, переспросила Валерия.

– Именно так, милочка, – снова весьма грациозно кивнула головой Епишина. – Я, можно сказать, последний из могикан. На мне род Епишиных заканчивается. Были, правда, где-то во Франции еще дальние родственники, но о них уже давно ничего не известно. Они уехали туда во время Гражданской войны, и с тех пор связь с ними потеряна. Мы, кажется, с вами отвлеклись от темы, Валерия Алексеевна. Сейчас меня интересует мой кот, и на сегодняшний день он и есть мой самый близкий «родственник».

«Оказывается, я не ошиблась: порода в этой женщине сама за себя говорит, – подумала Валерия, порадовавшись за себя, что она такая наблюдательная. Ведь в ее профессии такое качество, как наблюдательность, играет огромную роль. Да не просто огромную, а практически первостепенную. – Я – молодец», – еще раз похвалила она себя и даже вздернула от гордости нос.

– Почему вы молчите? Вам что-то непонятно? – прервала графиня тщеславные размышления девушки. – Вот вам плата за работу, и вы немедленно должны к ней приступить, – показывая на браслет, с нажимом произнесла она.

– А как давно пропал ваш кот? – упавшим голосом спросила Лера, с испугом таращась на необычную «оплату» за услуги.

Ей страшно не хотелось связываться с этой настойчивой графиней, но, видя, что ничего не выходит, девушка решила схитрить. «В конце концов, я не буду с нее брать никакой платы, просто сделаю вид, что согласна. Искать какого-то кота, очуметь можно, – подумала она. – Это же утопия! И браслет ее мне совсем не нужен. Надо посоветовать женщине, чтобы спрятала его понадежнее и никому не показывала от греха подальше, – разглядывая раритетное украшение, думала Лера. – А ведь она сказала, что у нее целая коллекция вот таких уникальных вещей!»

– Знаете, что, – обратилась Валерия к графине. – Я попробую вам помочь, только уберите, пожалуйста, с моего стола свой браслет, я его не возьму.

– Почему? – удивленно вскинула брови старуха. – Вас что-то не устраивает? К сожалению, у меня нет наличных денег на данный момент. Как это принято у вас сейчас говорить – у.е. Я получаю небольшую пенсию, а еще иногда продаю кое-какие вещи коллекционерам. Мне этого хватает на год, иногда на два, все зависит от того, с какой вещью я расстаюсь. Конечно, если это принципиально для вас, я могу отнести этот браслет в скупку. Но там за него не дадут хорошей цены, сейчас каждый старается всех обмануть и урвать как можно больше для себя. Этим людям совершенно все равно, что перед ними пожилой человек, я уже пробовала, и не раз. Правда, не с такими вещами, конечно, – кивнула она на браслет. – По этой причине я предпочитаю иметь дело с надежными людьми, коллекционерами. Повторяю, я бы могла продать этот браслет и заплатить вам наличными, но на это потребуется какое-то время. Ни один коллекционер не отдаст денег до тех пор, пока не проверит вещь экспертизой.

– Как все серьезно, – улыбнулась Лера.

– Только не подумайте, что мне не доверяют, – увидев улыбку девушки, нахмурилась старуха. – Экспертиза – это обычная процедура, после которой выдается документ и купчая, что вещь приобретена именно у меня, графини Епишиной. Найдете кота – получите такой же. Итак, продолжим. Я не могу ждать: вы должны начать розыск моего Тимофея Сергеевича немедленно! Берите браслет и начинайте работать, – почти приказала графиня.

– Господи, зачем же так тратиться? Купите себе другого кота, в конце концов, – проворчала Валерия. – Или подождите немного, нагуляется ваш Тимофей и вернется как ни в чем не бывало, – старалась она убедить графиню.

– Вы не понимаете, о чем говорите, он никогда не выходил из дома без меня, – старуха вскинула голову еще выше. – Я уверена, что его украли.

– Кто мог украсть его? Кому мог понадобиться чужой кот? – не удержалась от сарказма девушка.

– А вот это вы и выясните.

– Купите себе другого, – вновь раздраженно повторила Лера. – У меня совершенно нет времени на поиски вашего кота. Что вы так уж убиваетесь? Ведь это всего лишь кот, обыкновенное животное.

– Я же вам сказала, что мой кот – это моя семья. Я уверена, что шесть лет тому назад он появился на пороге моей квартиры не просто так. В тот день исполнилось как раз четыре года и сорок дней со дня смерти моего мужа, Тимофея Сергеевича Костромского. Когда мы поженились, я оставила свою девичью фамилию. Так хотел мой отец, граф Епишин, – объяснила графиня, почему у них с мужем разные фамилии. – Этот кот появился не просто так, – с нажимом повторила она.

– И что вы хотите этим сказать? – настороженно поинтересовалась Валерия, в голове которой промелькнула вдруг мысль, что, похоже, вдовствующая графиня выжила из ума.

– Это знак, – гордо произнесла старуха. – Я уверена, что мой супруг вернулся ко мне, чтобы быть рядом: он очень любил меня.

– И поэтому вы назвали кота именем вашего мужа? – осторожно поинтересовалась Валерия, с опаской поглядывая на старуху.

– Точно так, уважаемая, точно так, – кивнула графиня головой. – Теперь вы понимаете, что я не пожалею никаких денег, чтобы вы помогли мне найти его? Итак, когда же вы приступите?

– Хорошо, хорошо, мы начнем искать вашего кота прямо сегодня, но ничего пока платить не нужно, – торопливо проговорила Валерия, лишь бы только отвязаться наконец от упрямой и, похоже, не совсем нормальной старухи. – Вот если найдем, тогда и поговорим об оплате. Согласны?

– Нет, не согласна, – твердо ответила Епишина.

– Почему? – удивленно хлопнула глазами Лера.

– Потому что вы, милочка, даже и не собираетесь искать моего кота! И говорите мне, что начнете прямо сегодня, чтобы просто успокоить меня, – совершенно спокойно проговорила графиня и насмешливо посмотрела на сыщицу. – А скорее всего, чтобы отвязаться от назойливой старухи, похоже, выжившей из ума, – с иронией добавила она. – Поверьте, милочка, я в совершенно здравом уме и пока еще твердой памяти.

– Почему вы так решили, про… из ума… выжившей? – удивившись проницательности графини, заикаясь, спросила девушка и начала торопливо перекладывать бумаги на своем столе, чтобы странная посетительница не заметила ее смущения.

– Поживете с мое, поймете, дорогуша, – снова усмехнулась графиня. – А сейчас послушайте, что я вам скажу. Вы возьмете этот браслет в залог. Не перебивайте меня, это неприлично! – подняв руку вверх, прикрикнула дама, увидев, что Лера собирается возразить. – Если вы не найдете Тимофея, тогда вернете мне браслет. Но я очень на вас надеюсь и верю, что кота вы все же сумеете мне вернуть. Договорились? – твердо и упрямо спросила она.

Валерия обреченно кивнула головой в знак согласия и, открыв сейф, достала оттуда цифровой фотоаппарат. Она сфотографировала браслет с трех ракурсов, а потом спрятала ювелирное украшение в сейф, тут же набрав код замка. Затем Лера подошла к компьютеру, скинула с фотоаппарата снимки браслета и сразу же на цветном принтере отпечатала фотографии в двух экземплярах. Потом взяла бланки фирмы, тоже в двух экземплярах, написала Епишиной расписку и, поставив печать фирмы, протянула ей бланки для подписи.

– Один для вас, другой – для меня, – объяснила сыщица.

Графиня грациозно поставила подпись и вопросительно посмотрела на Валерию. Та снова взяла расписки и степлером прикрепила к каждой из них по три фотографии браслета. Затем один из экземпляров она протянула графине. Та, ни слова не говоря, спрятала расписку в ридикюль и, лишь когда щелкнула застежками, улыбнулась и проговорила:

– Мне понравилось, как обстоятельно и серьезно вы относитесь к своей работе и к своим клиентам.

– Спасибо, – кисло улыбнулась Валерия, а про себя подумала: «Еще бы не относиться к клиентам серьезно, взяв на себя ответственность за такую ценную «безделушку». Страховка здесь не помешает».

– А теперь, уважаемая Елизавета Александровна, вы должны мне подробно рассказать: как, когда и при каких обстоятельствах пропал ваш Тимофей Сергеевич, – попросила Лера графиню. – Я только кассету в диктофоне сменю, эта уже закончилась.

– Вы записываете все, о чем мы с вами говорим? – удивленно вскинула брови графиня.

– Да, я так всегда делаю, для статистики, – ответила Лера. – У меня диктофон всегда на столе стоит, и, как только клиент заходит ко мне в кабинет, я включаю его. Очень удобно, между прочим. Потом, если я заключаю договор с клиентом, уже более внимательно изучаю нашу беседу и делаю выводы. Ведь все мы – живые люди, в том числе и я, ваша покорная слуга, – улыбнулась Лера. – Во время разговора могу отвлечься и упустить какую-нибудь деталь. А диктофон мне помогает восстановить ход беседы до мельчайших подробностей.

– Мне нравится ваш подход к делу, – снова повторила графиня свою похвалу. – Кажется, я не ошиблась, выбрав именно ваше агентство.

– Вы мне сейчас все расскажете про тот день, когда пропал ваш кот, – поторопилась Валерия перевести разговор на нужную волну. – А потом мы подпишем с вами договор.

На самом деле ей невыносимо было выслушивать дифирамбы в свой адрес от этой женщины, потому что она не собиралась искать ее кота. Ей стало почему-то очень стыдно, и Валерия отошла к окну, чтобы Епишина не видела, как вспыхнули ее щеки.

Та подробно рассказала – когда, в какое время и при каких обстоятельствах пропал ее кот и что она сама думает по этому поводу. Лера записала весь разговор на диктофон, затем был подписан соответствующий договор между клиенткой и детективным агентством «Багира» в лице Протасовой Валерии Алексеевны. После этого сыщица с чистой совестью распрощалась с дамой… ну, или почти с чистой.

Дело в том, что она не имела ни малейшего представления, как и с какого боку вообще начинать искать этого кота. «Загулял небось «парень», а его – в розыск, – сморщив носик, с юмором думала Лера. – Конец февраля на дворе, скоро март, а март, как известно, кошачий месяц. Мне кажется, Тимофей Сергеевич сам скоро объявится, и нам его искать просто бесполезно. А браслет я сразу же отдам, как только графиня явится ко мне в следующий раз. У меня он даже целее будет. Как только старуха не боится хранить такие ценности? – вздохнула она. – Ведь наверняка она живет совершенно одна, раз кота считает своей семьей. И про наследников она упомянула: что таковых не имеется. Как она воров не боится, имея столько ценностей в доме?» – вновь подумала девушка.

Снимок кота, который ей оставила графиня, Валерия сунула к себе в сумочку. «Нужно будет сходить и опросить соседей, для очистки совести, чтобы старуха видела, что я работаю. Неудобно расстраивать старую женщину, ей слишком дорог этот кот. Господи, как же неприятно обманывать доверчивых людей, – сморщилась девушка. – Нет, как бы это смешно ни выглядело, все же нужно попытаться, вдруг повезет? Может, поручить розыск кому-нибудь из сотрудников? А это уже совсем не годится, лучше сделаю все сама, чтобы потом не слышать за своей спиной хихиканье. Да-а, докатилась ты, госпожа Протасова! Частный детектив, мечтающий о славе великого криминалиста, ищет пропавших котов», – с иронией усмехнулась она.

Сейчас, когда девушка собиралась к родителям, она невольно вспомнила про графиню и ее кота, и ей сразу же стало стыдно. «Все-таки я нахалка: эта женщина поверила мне, надеется на меня, а я… По дороге все же заеду к ней, вдруг «гуляка» уже дома? Главное сейчас, чтобы меня ничто не отвлекало».

Как будто прочитав ее мысли, тут же затрезвонил телефон, и Валерия даже сплюнула:

– Помяни черта, и он тут как тут! Меня нет, я уехала, испарилась, провалилась и вообще умерла, – проворчала она. – Нечего меня беспокоить, я не хочу сегодня никого слышать! Наверняка опять кто-нибудь со своими неразрешимыми проблемами. Можно подумать, что у меня их нет! И что за привычка у людей: звонить для того, чтобы пожаловаться на судьбу-злодейку, на друга-предателя или мужа-кобеля, на свекровь-змею или тещу-кобру? Как там в книге по практической психологии написано? Сбрасывание энергетического мусора. Представляю, какой я уже из себя огромный мусорный контейнер, причем переполненный, – продолжала ворчать Валерия, разглядывая в зеркале маленький прыщик, вскочивший у нее на носу. – Кто-то влюбился, – пробормотала она, прижигая духами ненужное возвышение на кончике носа. – Мне только этого не хватало, послезавтра Димка приезжает, а я вся в фурункулах!

Телефон продолжал надрываться, как будто до абонента на другом конце провода никак не доходило, что хозяйка дома, куда он звонит, могла куда-то испариться или провалиться.

– Кто же это такой настырный? – простонала Лера. – В ушах уже звенит! Можете там даже лопнуть, но трубочку я не подниму. Меня уже нет, я уже практически одной ногой дома у родителей и изменять своих планов не собираюсь. Мне давно пора отдохнуть и расслабиться, а сделать себе такой подарок я могу только в Ховрино, у мамочки, под ее теплым крылышком.

Совершенно не мучаясь угрызениями совести от того, что она не ответила на звонок, Валерия спокойно надела дубленку и вышла за дверь. Даже тогда, когда девушка уже садилась в лифт, до ее слуха все еще доносился звук телефонного звонка. Прогулявшись по хрустящему снегу до гаража, где стояла ее машина, Лера приободрилась. Она с удовольствием вдыхала свежий морозный воздух и улыбалась холодному, но все равно яркому солнышку.

Девушка, как и планировала, заехала к настойчивой графине, но, к сожалению, дверь ей никто не открыл. Валерия позвонила к соседям, но и там никого не оказалось. «Что же здесь удивительного, время рабочее», – подумала она и, достав из сумочки блокнот с ручкой, быстро начеркала записку: «Уважаемая Елизавета Александровна! Я приезжала к вам сегодня утром, но вас не оказалось дома. Я, как и обещала, начала поиски, но пока порадовать вас мне нечем. Завтра утром я вам позвоню и отчитаюсь о проделанной работе. А может быть, сумею заскочить к вам сама перед работой. Это будет между девятью и десятью часами утра. С уважением, детектив Валерия Протасова».

Она сунула записку в дверь Епишиной и бегом сбежала по лестнице во двор. Оглянувшись на предполагаемые окна квартиры на четвертом этаже, в которой проживала графиня, Лера невольно подумала: «Вот интересно, если кот никогда не выходил из дома самостоятельно, как его могли украсть из закрытой квартиры? Я понимаю: если бы был первый этаж, тогда все ясно, а здесь как-никак четвертый. Впрочем, в окнах есть форточки, – продолжала рассуждать сыщица, разглядывая приоткрытую форточку в одном из окон. – Коту ничего не стоило вылезти через нее, а потом по карнизу отправиться гулять на крышу. Жаль, что Епишиной не оказалось дома, мне не помешало бы сейчас осмотреть подоконник и вообще окно целиком. Там наверняка остались следы от когтей Тимофея, когда он сбегал из дома. А куда, интересно, могла уйти старая женщина с утра пораньше? – подумала вдруг Валерия и бросила взгляд на часы. – Может, в поликлинику? Нет, вряд ли, на вид она здоровее меня будет. Наверное, в магазин за продуктами или в сбербанк, оплатить счета. Может, посидеть в машине и подождать немного? Нет, поеду к родителям, а вечером позвоню», – пришла к окончательному решению Лера и, сев в машину, вырулила на проезжую часть дороги.

Глава 2

Валерия достаточно быстро доехала до дома родителей, несмотря на пробки на дорогах. Мать, увидев ее на пороге, демонстративно всплеснула руками:

– Ну, наконец-то моя дочь удосужилась почтить нас своим драгоценным вниманием!

Отец тоже вышел в прихожую и, увидев Леру, улыбнулся:

– Здравствуй, дочь, не слушай нашу маму, она ворчит, потому что очень скучает и волнуется за тебя, – проговорил он и подошел, чтобы помочь девушке снять дубленку. Он обнял ее за плечи и повел в комнату.

– Что волноваться-то? Я, слава богу, уже из грудного возраста выросла, – возмутилась Лера. – И тебе, мамочка, уже давно пора заметить, что я большая девочка.

– Да когда ты была в грудном возрасте, я чувствовала себя совершенно спокойно, – тут же парировала женщина и возмущенно посмотрела на дочь. – А сейчас, моя милая, я живу под высоким напряжением. А у меня сердце, между прочим! – и она схватилась за правую сторону груди, нарочито сморщив при этом красивое лицо.

– Не утрируй, мамочка, ты же знаешь, я пока что голову на плечах имею, – не сдавалась Лера. – И сердце, насколько мне известно, у нормальных людей находится с левой стороны, – с иронией заметила она, показывая прищуренными глазами на руку матери.

– Судя по недавним событиям, я что-то уже сомневаюсь в этом, доченька, – пропыхтела Ирина Михайловна, сделав вид, что не заметила иронии дочери. – Это касательно твоей головы, – ехидно добавила она и величаво удалилась на кухню.

Дело в том, что совсем недавно Валерия попала в достаточно опасную историю, причем не одна, а со своей близкой подругой Настей. Настя – журналист, очень непоседливая натура, миниатюрная девушка с копной рыжих волос и неиссякаемым темпераментом в ногах и языке. Она действительно талантливый журналист, но, помимо этого, не на шутку увлекается фотографией. И сейчас, когда в России появились папарацци, она тут же встала в их первые ряды. Она носилась со своим фотоаппаратом как с писаной торбой, считая, что обязательно сможет запечатлеть однажды такой сюжет, что он войдет в историю.

Так вот с этой самой Настей, любительницей совать свой курносый, усыпанный веснушками нос во все, везде и всегда, Лера и вляпалась в историю, из которой они обе чудом выбрались живыми.

Сейчас в стране очень много развелось всевозможных сект, и эта тема для журналистов была достаточно актуальной, они много об этом писали. Однажды Настена прилетела к Валерии домой взъерошенная, словно воробей, и прямо у порога выдохнула:

– Есть серьезный разговор.

Когда девушки прошли в комнату, Анастасия тут же застрекотала:

– Валерка, слушай, у меня появился шанс сделать собственный репортаж. Но ты должна мне помочь! Для тебя это тоже будет очень хорошей практикой. Мне удалось пронюхать, где примерно может находиться логово секты сатанистов. Одной мне не справиться, а с тобой можно и к черту в зубы, с тобой я ничего не боюсь!

Лера вытаращила на Настю глаза и покрутила пальцем у виска.

– У тебя как с головой-то, подруга? Ты не боишься, это понятно, у тебя по жизни с мозгами проблемы. А я, извини, пока еще с ума не сошла, и ничто человеческое мне не чуждо.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла Настя.

– А то и имею. Ты не боишься, зато я боюсь, – нахмурилась Валерия. – Надо же такое придумать – в секту сатанистов она решила наведаться! Очень интересно, под каким соусом мы туда явимся? Извините, мы хотим взять у вас эксклюзивное интервью и, если можно, ваш автограф на память? Ты что, совсем сбрендила, Анастасия? Сатанисты – это тебе не шутка, смотри, сколько о них в последнее время говорят. Да что я тебе рассказываю, ты сама журналист и все очень хорошо понимаешь.

– И ты еще смеешь себя называть детективом? – возмутилась Настя, да так темпераментно, что даже кончик ее носа покраснел. – Мечтаешь о громких делах, а как только такое появилось, так сразу в кусты?

– Ни в какие не кусты, просто я разумный и здравомыслящий человек. И потом, ты же прекрасно знаешь, что я работаю только по заказу клиента, – постаралась выкрутиться Валерия.

– Считай, что я – твой клиент, – тут же нашлась Настя. – Правда, мне заплатить тебе нечем, – задорно добавила она, как будто говорила, что уж потом-то она отсыплет денег немерено. – Но это пока, – тут же отметила она. – Вот если ты мне поможешь, тогда я смогу сделать свой собственный репортаж, да еще прямо с места событий, и тогда… – закатила Настя глаза под лоб. – Думаю, что неплохо заработаю.

– Блажен, кто верует, – усмехнулась Валерия.

– Лерка, ты не имеешь права оставлять меня одну! Ты не можешь так со мной поступить, – насупившись, проговорила Анастасия. – И ты пойдешь, а если нет, я сама все узнаю. И если со мной что-нибудь случится, в этом будешь виновата только ты, – тут же добавила она. – Мучайся тогда угрызениями совести до конца жизни, – схитрила девушка, искоса взглянув на подругу.

– Прекрати пороть ерунду, Настя, никуда я с тобой не пойду, – раздраженно проговорила Лера. – Нет, нет и еще раз нет! С ума ты, что ли, сошла, подруга? В секту к сатанистам! Ты только прислушайся к словам: «секта сатанистов», бррр, жуть какая-то, – передернулась Валерия. – С какого, спрашивается, бодуна мы туда заявимся?

– И что здесь такого? – не собиралась сдаваться Настя. – Мы же с тобой молоденькие, ну… относительно молоденькие, – поправилась Настя, заметив насмешливый взгляд подруги. – Если нас подмазать, подкрасить, надеть на нас юбочки-мини, татушки там разные сделать – за студенток как раз и сойдем. Нужно прикинуться детьми состоятельных родителей, сестры мы, понимаешь, – тараторила она, вытаращив от возбуждения глаза. – И тогда нас обязательно туда примут. Понимаешь? – снова спросила она.

– Ага, конечно, понимаю, – усмехнулась Валерия. – А что здесь непонятного? Мы с тобой сестры… близнецы.

– Хватит тебе, Лерка, иронизировать. Ну, не сестры, а подруги. Я думаю, в университете, у студентов, нам хоть что-нибудь удастся разузнать поподробнее, я там уже, кстати, была. Помнишь, еще по телевидению показывали этот университет, где двое ребят пропали? Разговор был о том, что они вроде бы в сатанисты подались. Ну вот, мы туда и съездим, поговорим с ребятами. Может, кто-то что-то слышал, кто-то что-то видел? Попробуем адреса этих ребят раздобыть. Вдруг с их родителями поговорить удастся? Если они захотят, конечно. Это было бы вообще супер! Ну вот, а там ниточка за ниточкой, глядишь, клубочек и приведет, куда нужно, – продолжала стрекотать Анастасия, нарезая круги по комнате. – Ты представляешь, какой может сюжет сногсшибательный получиться?

– Я, конечно, все понимаю, Насть, только почему именно меня ты выбрала в свои «соучастницы»? – хмыкнула Валерия. – У тебя что, мало знакомых журналистов, которым это будет интересно так же, как и тебе?

– Какая же ты бестолковая, Лерка, – всплеснула девушка руками. – Неужели не понимаешь, почему?

– Представь себе, нет, – пожала Лера плечами, продолжая с улыбкой смотреть на подругу.

– Ты же частный детектив, знаешь, что к чему и с чем это кушают. И потом, я хочу самостоятельно сделать этот репортаж, одна, без своих коллег, – откровенно призналась Настя. – Только соваться к этим сатанистам в одиночестве я, естественно, побаиваюсь.

– Я от тебя балдею, – закатила глаза под лоб Валерия. – А от меня-то там какой толк? То, что я частный детектив, это, конечно, хорошо, но не забывай, что я – просто женщина, такая же слабая, как и ты. Я же не Рембо, не Джеки Чан и уж тем более – не Динамит.

– А там физическая сила и не понадобится, – тут же парировала Настя. – Там смекалка нужна, а уж этого у тебя не отнять, – хитро прищурившись, польстила она подруге.

– Ну, в этом и тебе не стоит прибедняться, – засмеялась Валерия.

– Ну, так ты со мной или не со мной? – настойчиво спросила Настя.

– Или, – твердо ответила Валерия. – И не нужно на меня так смотреть, ничего у тебя из этого не получится.

– Хорошо, – многозначительно проговорила Настя сквозь зубы. – Пусть моя смерть останется на твоей совести. А мой хладный и гордый призрак будет стоять перед твоими глазами каждую ночь! Ты – бесчувственная особа, Валерка, я от тебя никогда такого не ожидала. Лучшую подругу, одну, в пасть к сатанистам. Ты… ты… а еще сыщица называется, – надрывалась она, стараясь достучаться до спящей совести подруги. – Пойдешь или не пойдешь? – топнула девушка ногой.

– Нет.

– Последний раз спрашиваю. Ты мне подруга?

– С детского сада, если мне не изменяет память.

– Валер, ну ради нашей песочницы очень тебя прошу… – взмолилась Настя. – Ведь я и в самом деле одна туда попрусь, ума у меня хватит, ты же знаешь. Ты не должна допустить такого безрассудства. Ты просто обязана его предотвратить! И нужно для этого всего-то ничего: пойти со мной вместе.

– Ладно, что же с тобой делать? Не оставлять же тебя одну! У тебя ведь и правда ума хватит попереться туда самостоятельно, – тяжело вздохнула Валерия, нехотя сдавшись уговорам подруги. – Какой только глупости ни сделаешь ради нашей песочницы, – улыбнулась она. – Но имей в виду: я соглашаюсь только потому, что до обморока боюсь привидений. А уж хладных и гордых – тем более, – уже во весь голос захохотала она. – Господи, и за что мне такое наказание?

Некоторое время спустя Лера очень горько пожалела о том, что уступила и согласилась на авантюру своей подруги, а не отговорила ее от столь опрометчивого шага. Тот самый клубочек, о котором говорила Настя, впоследствии в самом деле привел девушек в секту сатанистов. Когда Лера начинает вспоминать все, что было потом, у нее до сих пор волосы на загривке встают дыбом. В ходе поисков девушкам пришлось пережить массу неприятных моментов. Только им удалось разыскать двоих пропавших ребят и поговорить с ними, как те покончили жизнь самоубийством, причем в один день и одинаковым способом. И один и второй бросились с крыши семнадцатиэтажного дома, не своего, а соседнего. В этот же день, когда случилось несчастье, родители и того и другого юноши обнаружили, что из дома пропали деньги, причем в обоих случаях – очень большая сумма. Плюс к этому исчезли все золотые украшения, которые имелись в семьях.

Лера с Настей сделали большую ошибку, решив ничего не рассказывать о своих поисках никому из близких, и в дальнейшем очень пожалели об этом. Но, как говорится, хорошо то, что хорошо кончается. Им крупно повезло, что параллельно с ними в этом же направлении работала группа следователей из прокуратуры. Но… это уже отдельная история, о которой обязательно нужно будет рассказать при случае.

Вот после того эпизода мама Валерии теперь неусыпно следит за тем, чтобы ее дочь вовремя приходила домой и не совалась в истории, связанные с риском для жизни и здоровья. Поэтому она звонит Лере каждый вечер и проводит допрос с пристрастием. Если честно, испугались тогда, конечно, все очень сильно. Если бы чистая случайность не помогла тогда девушкам, то они обе уже летали бы по ветру в виде пепла. Когда они шли к этим братьям-сатанистам, то даже не предполагали, что все там так серьезно и… настолько опасно. После того как им все-таки удалось выкарабкаться из этой передряги, мать Валерии сразу же решила, что ее непоседливой дочери давно пора замуж.

– Выйдет замуж, родит ребенка, наконец-то закроет свое детективное агентство, и только тогда я смогу вздохнуть спокойно, – говорила она мужу, отцу Валерии. – Алеша, хоть бы ты повлиял на нее!

– Как я могу повлиять на нее, Ирина? Она уже взрослая, самостоятельная женщина. Я не вправе заставить ее делать то, чего она не хочет, – отвечал мужчина супруге.

– Ай, от тебя толку вообще никакого, а еще отец, – сетовала Ирина Михайловна. – Почему только мне приходится обо всем думать самой?

Женщина начала вынашивать планы, что бы такое придумать интересное, чтобы ее ненаглядная дочь могла познакомиться с порядочным молодым человеком. К данному мероприятию были подключены все подруги Ирины Михайловны. Внезапно грудами начали появляться билеты в театры, на выставки, горящие путевки в санаторий и приглашения на презентации с последующими фуршетами. Сначала Леру все это ужасно веселило, потом начало злить, а сейчас, как только Ирина Михайловна заикается о «случайном приглашении», например, на просмотр коллекции какого-нибудь модного дизайнера, у девушки просто начинается нервный тик.

У нее уже имелся друг, Дмитрий, которого она любила, но ее мать почему-то была категорически против именно этого молодого человека. Вернее, Лера прекрасно знала, почему. Дима был мотогонщиком, он очень часто уезжал на соревнования и слишком уж часто возвращался оттуда с переломанными конечностями или ребрами.

– Лерочка, ну скажи, пожалуйста, что это будет за муж? – сетовала Ирина Михайловна. – Он же в любую минуту может стать инвалидом, упаси господи! Не ровен час, совсем разобьется, и что ты тогда будешь делать? А если к тому времени у вас уже появятся дети? Они же останутся без отца, а ты в цветущем возрасте станешь вдовой. Нет, ты как хочешь, а я никогда не дам тебе родительского благословения на такой безрассудный брак. Вот если он бросит свое безумное занятие, тогда другое дело. Он неплохой молодой человек, и если бы не это его пристрастие к экстриму, он бы мне нравился.

– Мама, зачем же заранее хоронить человека? – возмущалась Валерия. – Для Димы это не просто увлечение, это его жизнь. Он без этого просто не сможет, и я его прекрасно понимаю.

– А я не понимаю и не хочу понимать, – выходила из себя Ирина Михайловна. – Если это его жизнь, вот пусть себе на здоровье и живет своей жизнью, с этими мотоциклами, но только без моей дочери, – сказала, как отрезала, женщина, и сдвинуть ее с этой точки зрения не смог бы даже бульдозер.

После нескольких таких перепалок Лера, чтобы прекратить всяческие разговоры на эту тему, сказала матери, что они с Дмитрием серьезно поссорились и в результате расстались. Выслушав заявление дочери, Ирина Михайловна, похоже, успокоилась.

На самом же деле, как только Дмитрий возвращался с очередных соревнований, он тут же приезжал к Валерии, и все то время, пока он был в Москве, они жили дружно и счастливо в ее квартире. Он уезжал на тренировки рано утром, а возвращался вечером, предварительно забежав домой, к своей матери. Лера всегда ждала его по вечерам, как примерная жена, с готовым ужином и своей любовью, которая становилась с каждым днем все сильнее. Только в последнее время эта идиллия начала нарушаться все чаще и чаще, иногда даже выливаясь в ссоры. За время своего существования детективное агентство Валерии зарекомендовало себя с очень хорошей стороны, поэтому в последнее время начало стремительно обрастать клиентами. Работы прибавилось настолько, что свободного времени на что-то другое практически не оставалось. Дмитрию это обстоятельство очень не нравилось, он привык, что его любимая всегда думает только о нем, а тут вдруг ее агентство очень плотно встало между ними. Он даже начал ревновать ее к работе, но всеми силами старался этого не показывать. Валерия прекрасно все видела, но ничего поделать не могла: клиенты платили ей неплохие деньги, и она не могла нарушать договоренностей. В основном это были богатые мужчины, которые хотели проследить за своими молоденькими женами, или, наоборот, ревнивые жены, желающие знать имена всех молоденьких любовниц своих мужей.

Глава 3

В квартире у родителей было очень уютно и спокойно, вкусно пахло пирогами и еще чем-то родным и очень знакомым, из далекого детства. Сейчас Валерия жила в своей собственной квартире в центре города, которую ей оставила одна из бабушек. Похоронив своего мужа, деда Валерии, она перебралась жить в другой город, к своей дочери, сестре отца Леры, а квартиру подарила любимой внучке. Вторая бабушка девушки, кстати, последние двадцать лет своей жизни прожила во Франции и, умерев четыре года тому назад, тоже оставила внучке небольшое наследство в виде банковского счета. На эти деньги Лера и сумела открыть свое собственное дело. Две трети суммы, оставленные бабушкой, были потрачены, чтобы закупить необходимое оборудование, кстати, очень дорогостоящее, которое было необходимо при занятии такого рода деятельностью. Нужна была машина, тоже для нужд фирмы, и она также была куплена. В связи с тем, что появился транспорт, принадлежащий фирме, в штатное расписание пришлось включить и должность водителя. Правда, два детектива, которые работали на Валерию, умели водить машину, а вот еще два, вернее, две, вообще не знали, с какой стороны находится руль. Остальные деньги были потрачены, чтобы арендовать хорошее помещение в центре города и вложиться в солидную рекламу. Одним словом, обе бабушки постарались для своей внучки, как могли, и та была им за это безгранично благодарна. То, что девушка жила теперь в отдельной квартире, намного облегчало ее жизнь и давало больше возможности приучаться к самостоятельности, да и вообще быстрее научиться всему на свете. Лера, конечно же, скучала по родителям, она не так часто бывала у них, как хотелось бы. Но зато, когда эти встречи случались, они всегда были такими радостными и теплыми, что этой теплоты ей хватало потом на большой промежуток времени.

Мама Леры очень любит возиться на кухне и проводит там большую часть своего времени. Девушка прошла к ней и, остановившись в дверях, спросила:

– Мам, вы что, гостей ждете?

– Ты, Лерочка, для нас – самый дорогой гость! – занимаясь пирогами и не оборачиваясь к дочери, ответила женщина. – Но ты права – я пеку любимые пироги Ивана Петровича, твоего крестного отца. Он еще вчера позвонил и сказал, что сегодня вечерком забежит. Ты же знаешь, как он обожает пироги с клюквой, вот я и стараюсь.

– Здорово, что он приедет, – улыбнулась Валерия. – Сто лет его не видела. Как он, кстати? – поинтересовалась она у матери.

– Как, как? Да никак. Жалко мне его, если честно. Сил нет смотреть, как он изменился, – покачала головой Ирина Михайловна. – Как Елена умерла, он прямо какой-то потерянный ходит, хоть и прошло уже три года. Мне кажется, он даже похудел, – вздохнула женщина.

– По-моему, мамочка, это невозможно. Даже приблизительно не могу себе представить нашего опера похудевшим, – снова улыбнулась Валерия. – А что потерянный ходит, так это понятно. Ты же помнишь, как он тетю Лену любил и что с ним было, когда она умерла.

– Помню, конечно, помню, – снова вздохнула Ирина Михайловна. – Жаль только, что не знаю, чем помочь ему. Вот только пирогами досыта накормить и могу. Папа твой уже несколько раз с ним разговаривал, но толку от этого никакого. Да и я тоже: сколько ни говорила, он меня и слушать не хочет.

– О чем это ты, мам? – не поняла Лера.

– Как это о чем? О женитьбе, конечно, – проговорила женщина таким тоном, как будто об этом все просто обязаны знать. – Ему жена нужна, хозяйка в доме. Что бобылем-то ходить в его-то возрасте?

– О господи, – засмеялась Валерия. – У тебя, что, мания появилась – всех женить да замуж выдавать? Только ты от меня вроде бы отстала, так сразу новый объект нашла, сваха ты наша?

– Ничего смешного в этом не нахожу, – обиженно проворчала женщина и с раздражением начала перекладывать горячие пирожки из противня в большое блюдо, которое стояло на обеденном столе. – И нечего меня оскорблять. Надо же, до чего я дожила: родная дочь свахой обзывает, – не хотела униматься она. – Я тебя замуж хочу отдать, для твоего же блага, между прочим! Если в ближайшие два года тебя никто не обуздает, ты в своем детективном агентстве совсем одичаешь. Скоро окончательно в солдафона превратишься: ать-два, слушай мою команду!

– Мам, ты давай на меня-то стрелки не переводи, мы вроде бы с тобой о дяде Ване разговаривали, – поторопилась Лера отвлечь мать от своей профессии. – Он-то что говорит? Хочет он жениться или нет?

– Хотеть, моя милая, не вредно, для этого нужно еще и что-то делать, – немного раздраженно ответила Ирина Михайловна. – Главное, на ком жениться. Сам-то он только на работе говорить горазд, а как попадает в женское общество, так куда только все его красноречие и девается. Сколько раз я его пыталась познакомить с кем-нибудь. Да где там! – обреченно махнула она рукой.

Иван Петрович был вдовцом вот уже три года. Полковник милиции, мужчина пятидесяти лет от роду, рост – примерно сто семьдесят пять сантиметров, а вес – сто с лишним килограммов. Когда он ходил, было такое впечатление, что он не идет, а перекатывается, как мячик. Его лицо всегда улыбалось, а на круглых щеках алел румянец, как на пакетах от «Веселого молочника». Насчет своей шарообразной фигуры Иван Петрович отшучивался:

– Я оправдываю свою фамилию, Шаров, и худеть не имею морального права.

На его кителе в районе живота постоянно отрывались пуговицы. Поэтому первое, что делала Ирина Михайловна, когда он приходил к ним в дом, брала нитку с иголкой и начинала закреплять их, так как большинство из них уже болтались и готовы были вот-вот оторваться. Мать и отец Валерии были старинными друзьями Ивана Петровича, Лера помнила его с раннего детства: он был ее крестным отцом. Теперь, когда он овдовел, чета Протасовых на правах близких друзей при каждом удобном случае старалась подсказать, что неплохо бы было ему вновь жениться. Он не обижался на друзей и всегда старался отшутиться:

– Вот похудею немного, тогда и подумаю об этом.

И вот сейчас Ирина Михайловна хлопотала на кухне, выпекая пирожки с клюквой для дорогого гостя.

– А ты хоть побудешь сегодня подольше? Или опять, как ясное солнышко, появилось на час – и убежало? – спросила женщина у дочери.

– Нет, нет, мамульчик, я до самого вечера у вас останусь. Решила сегодняшний день посвятить своим любимым родителям, значит, так и сделаю. Побалуешь меня за это чем-нибудь вкусненьким? – улыбнулась Валерия и обняла мать.

– Ну, не знаю, стоит ли? – покачала головой женщина и хитро посмотрела на дочь.

– Стоит, стоит, мам, я же хорошая и послушная. Но останусь я у вас только с тем условием, что в доме «совершенно случайно» и «вдруг» опять не появится какой-нибудь претендент, желающий заполучить молодую и симпатичную домработницу, – засмеялась Лера, напомнив матери недавний случай с очередным неудачным сватовством.

А случилось это так.

Валерия выкроила время, чтобы навестить родителей, и предупредила об этом заранее. Только она приехала и едва успела раздеться, как в дверь раздался звонок.

– Лерочка, открой, пожалуйся, детка, у меня руки заняты, – крикнула из кухни Ирина Михайловна.

Валерия открыла дверь, и на пороге материализовалась одна из приятельниц ее матери вместе с молодым человеком, очень похожим на нее. Женщина давно и безрезультатно старалась женить свое великовозрастное чадо, но все ее попытки терпели крах. Полтора года тому назад он вернулся из Германии, где работал три года после университета. Жену оттуда он себе не привез, поэтому все полтора года, которые он провел дома, мать пыталась намекнуть сыну, как бы она была счастлива, если бы наконец стала бабушкой. Молодой человек на эти прозрачные намеки лишь отмахивался или отшучивался. И вот две приятельницы решили, что когда у одной есть «товар», а у другой – «купец», просто грех этим обстоятельством не воспользоваться.

Лера поздоровалась с гостями и, не дожидаясь, когда те разденутся, первой прошла в комнату. Она замерла на пороге, увидев, что стол накрыт, как для праздника.

– Мам, у нас что, какое-нибудь торжество? – поинтересовалась девушка, повернувшись к матери, которая несла очередную тарелку с деликатесами к столу.

– Да, моя дорогая, сегодня день рождения моей давней приятельницы, Натальи Андреевны, – как ни в чем не бывало ответила женщина, будто дни рождения всех ее приятельниц справлялись именно в этом доме. – Заодно и с Владиславом познакомишься. Он, между прочим, целых три года проработал в Германии, в очень крупной компании. А сейчас, набравшись там опыта, организовал свою компанию здесь, в России. Очень умный и перспективный молодой человек, – многозначительно проговорила Ирина Михайловна и поторопилась в прихожую, чтобы встретить гостей.

Вечер прошел в напряженной обстановке, несмотря на все старания двух заговорщиц. Лера с Владиславом не сказали ни единого слова, а лишь искоса бросали друг на друга настороженные взгляды. Когда наконец это все закончилось, было видно, как оба облегченно вздохнули. Но дело этим не закончилось: самое интересное было впереди.

К Валерии в агентство пришла одна богатая клиентка и наняла детектива, чтобы тот проследил за ее мужем. Через несколько дней один из сотрудников, которому была поручена эта работа, положил на стол Валерии подробный отчет с фотографиями. Когда Лера просматривала снимки, ее глаза буквально вытаращились от удивления. Дело в том, что слежка за мужем богатой бизнесвумен привела сыщика в гей-клуб «Голубая лагуна». И каково же было изумление Валерии, когда среди завсегдатаев этого клуба она увидела… собственной персоной Владислава, недавнего кандидата в ее мужья! Принадлежность молодого человека к постоянным членам клуба «Голубая лагуна» не вызывала сомнений: снимок говорил об этом достаточно красноречиво. Девушка от души расхохоталась и спрятала одну из фотографий в сумочку, чтобы показать своей матери. Когда Ирина Михайловна увидела снимок, она очень долго не могла прийти в себя от потрясения. Она так сильно переживала за свою приятельницу, которая растила, растила и вырастила… неизвестно кого, что Лера даже пожалела о том, что рассекретила парня. Но, как говорится, нет худа без добра: зато Ирина Михайловна на время притихла и перестала приставать к Валерии со своими претензиями о ее затянувшейся «холостяцкой» жизни. И вот сейчас Лера как бы невзначай напомнила своей матери о том, что останется у родителей подольше, но… с определенным условием.

– Валерия, опять ты язвишь? – возмутилась женщина. – И на старуху бывает проруха. Так и будешь мне все время напоминать об этом? Кто же думал, что Владислав… такой? Даже его мать ни о чем не догадывалась, что уж тогда говорить обо мне? В конце концов, не все же наше мужское население… как это правильно выразиться?

– Голубое, – хихикнула Лера.

– Не хами матери, я и обидеться могу, – нахмурилась Ирина Михайловна. – Я хотела сказать, не совсем… мужское. Очень много и достойных молодых людей, с перспективой и с нормальными мозгами. Ну… и всем тем, что положено иметь настоящему мужчине, – многозначительно вращая глазами, прозрачно намекнула она на мужское достоинство любого представителя сильного пола. Валерия прыснула, глядя, как ее мать старается обойти острые углы в разговоре.

– Мама, извини за то, что я лишний раз напомнила тебе о том случае, но очень тебя прошу: прекрати меня сватать за кого ни попадя. Договорились? Я тебя, конечно, очень люблю, но… Я уже достаточно взрослая женщина и вполне могу позаботиться о себе сама. Я не хочу пока выходить замуж, а если вдруг захочу, то ты, моя дорогая, моя любимая мамочка, естественно, узнаешь об этом первой.

– Мне кажется, что я уже никогда об этом не узнаю, – вздохнула женщина. – А я внуков хочу! Можешь ты меня понять? У меня сердце больное, я могу в любую минуту… а ты… Нет, где тебе понять, ты же совершенно бесчувственная особа! Фи… фе… феминистка, вот ты кто, – с раздражением выпалила Ирина Михайловна, с трудом выговорив трудное слово.

– Мама-а, – простонала Валерия. – Тебе прекрасно известно, что я никакая не феминистка, а обычная женщина. И прекрати немедленно меня шантажировать своей несуществующей сердечной болезнью. Позволь мне самой распоряжаться собственной жизнью на мое усмотрение. Не хочу я замуж, не хо-чу, – по слогам выговорила она. – «Замуж – не напасть, как бы замужем не пропасть», – процитировала она поговорку. – Если я когда-нибудь выйду замуж, то это будет по-настоящему, а не потому, что пришло время рожать для тебя внуков, – резче, чем ей хотелось бы, высказалась Лера.

– Я удивляюсь твоему отношению к замужеству, – всплеснула руками Ирина Михайловна. – Конечно, у каждого человека имеется своя точка зрения на брак, но твоя точка, по-моему, слишком… жирная, – обиженно поджав губы, проговорила она. – Я не заслужила, чтобы моя единственная дочь разговаривала со мной в подобном тоне, – всхлипнула женщина.

– Ладно, не дуйся и прости меня, мам. Сколько можно переливать из пустого в порожнее? Придет время, выйду я замуж, а сейчас не считаю это своевременным, – уже более миролюбиво повторила Валерия, поглаживая мать по плечу. – Вот как стану я самым модным детективом России, как некогда Шерлок Холмс в Англии, сразу же отдам свою руку и сердце какому-нибудь магнату-миллионеру, – засмеялась она. – А сейчас карьера для меня – самое важное, и пока я не добьюсь того, чего хочу, замуж меня отдадут только по приговору суда.

– Господи, и за что ты меня так мучаешь? – вздохнула женщина. – Если бы ты была мужчиной, я бы еще могла как-то смириться с выбором такой профессии, но ведь ты – женщина. Да какая там женщина? Ты еще молодая девушка. Какую можно сделать карьеру, будучи частным детективом, да еще и девушкой? Неужели не хочешь быть просто хорошим адвокатом, это же сейчас так модно? Не понимаю я тебя, Валерия, совсем не понимаю, – тут же подхватила Ирина Михайловна тему не менее актуальную в их семье, чем замужество.

– Не ворчи, мамочка, – засмеялась Лера. – Что я могу поделать, если мне это занятие безумно нравится? При этом и зарабатываю я совсем неплохо. Что еще мне для жизни нужно?

– Мужа, – тут же подсказала Ирина Михайловна. – Может, хоть его ты послушаешь.

– Господи, мама, ты опять начинаешь? – простонала Лера. – Мы же только что договорились закрыть этот вопрос!

– Это ты так решила, а для меня он как был открытым, так им и останется до тех пор, пока не увижу тебя у алтаря.

– Чего ты от меня хочешь?

– Я хочу спокойно умереть, – поджав губы, проговорила женщина.

– Тогда я вообще никогда замуж не выйду, – снова засмеялась Лера. – Живи, моя хорошая, сто лет, – и с этими словами она выскочила из кухни, чтобы прекратить эту бесполезную перепалку.

Сегодняшний день Лера решила полностью посвятить своим родителям. С отцом они поиграли в шахматы, и ужасно его расстроила, потому что обставила папу в двух партиях. Ближе к вечеру, как он и обещал, приехал Иван Петрович и, пыхтя, отряхнул снег с дубленки. Он сразу же прошагал на кухню, ведомый аппетитным запахом пирогов с клюквой, уселся за стол, потирая руки и приговаривая:

– Как замечательно иметь друзей, у которых жены пекут такие вкусные пироги.

– А еще лучше – иметь жену, которая умеет это делать! – проворчала в ответ Ирина Михайловна.

– Ирина права. Иван, уже три года прошло, как ты вдовствуешь. Не пора ли тебе жениться? – подхватил разговор отец Валерии. – Вот и будут тебе пироги каждый день, – улыбнулся он. – И с клюквой, и с мясом, и с чем только пожелаешь.

– Ну вот, и ты туда же, а еще друг называется, – с негодованием проворчал полковник, заерзав на стуле. – Сколько можно говорить одно и то же? Некогда мне жену себе искать. Да и где ее найти-то? Может, на дискотеку сбегать, как подростку?

– А что, дядя Ваня, это идея! – подхватила разговор Валерия. – Помнишь, как в песне поется? «Потому что на десять девчонок по статистике – девять ребят». А сейчас статистика катастрофически изменилась. Сейчас на десять девчонок еле-еле шесть штук парней набирается, и половина из них – пенсионеры. Так что ты, господин полковник, наверняка у молодых невест нарасхват будешь, – захохотала она, посмотрев на него хитрыми глазами.

– Пенсионеров, – проворчал полковник. – Да, я уже не молод, но до пенсии мне еще далеко.

– А я о чем? Я и говорю, что нарасхват такой жених будет, – продолжала веселиться Лера.

– Смейся, смейся, сорока, старость незаметно подкрадывается, так что не очень-то зубоскальствуй. Сия чаша и тебя не минует, не надейся, что твоя молодость бесконечна. Придет и твое время, да так быстро, что не успеешь оглянуться, – беззлобно усмехнулся мужчина.

– Уж прямо так и не успею? – улыбнулась Валерия. – Надеюсь, что за свою жизнь смогу многое успеть, у меня еще все впереди.

– Я тоже когда-то так думал, – тяжело вздохнул полковник. – А сейчас оглядываюсь назад: полтинник пролетел, а я даже заметить не успел. Ладно, хватит о грустном, давайте пироги есть, а то у меня уже слюнки текут, – закруглил он разговор и отправил в рот пирожок прямо целиком.

Валерия поела, поблагодарила мать, ушла в комнату и взяла в руки новый детектив, который недавно купила. Она улеглась на диван, сладко потянулась и прошептала:

– Как же хорошо дома у родителей, хоть почитаю наконец спокойно, без трещащего бесконечно телефона.

Свой мобильник она все же положила рядом на тумбочку. Совсем недавно она поменяла номер, не сообщив об этом даже друзьям. Он был известен только родителям и сотрудникам ее детективного агентства. На их звонок она, естественно, непременно ответит.

Глава 4

Валерия отложила книгу, так как от чтения уже заболели глаза, и прошла на кухню, где все еще сидели за столом ее отец и Иван Петрович. Они вполголоса о чем-то беседовали, и Лера услышала краем уха, как полковник рассказывает своему другу о каком-то криминальном деле.

– Мне тоже интересно послушать, – вклинилась девушка в разговор и уселась напротив мужчин.

– Интересного здесь мало, Лерочка, – вздохнул Иван Петрович. – Ты уже небось в газетах про это читала. Трубят борзописцы, что по городу гуляет маньяк, а милиция ничего не делает. Чтоб им пусто было! – сплюнул он. – Как новая статья выходит, так меня наверх, на ковер, вызывают. Стружку сдирают так, что весь мокрый к себе в кабинет возвращаюсь.

– Нет, не читала, – покачала головой девушка. – А что за маньяк-то?

– Деточка, не читать газет – значит, не знать свежих новостей. А не знать свежие новости – плохой тон, – хохотнул толстяк.

– Если бы это действительно были новости, я, может, и читала бы. Только наша пресса в последнее время почему-то предпочитает распространять не всегда обоснованные и правдивые слухи, а еще – смаковать сплетни, – не растерявшись, ответила Лера. – Предпочитаю узнавать все из первых рук… что ты сейчас и сделаешь, дядя Ваня. Так что за маньяк? – повторила она свой вопрос.

– Вот уже без малого десять месяцев, как эта катавасия длится. Убивает кто-то молодых девушек с периодичностью – разок в месяц-полтора. Вчера еще один труп нашли, уже седьмой. Совсем молоденькие, им от восемнадцати до двадцати пяти лет. И есть одно странное совпадение: все жертвы… Как бы это правильно выразиться? – крякнул мужчина и потер подбородок.

– Что с тобой, Иван Петрович? – засмеялась Валерия. – Мы с тобой почти коллеги, и я уже большая девочка. Мне такое приходится слушать, что – мама, не балуйся! Давай не темни, говори, как есть.

– Ты для меня навсегда маленькой девочкой останешься, ведь росла на моих глазах, – хмыкнул полковник. – Не могу никак привыкнуть, что ты уже взрослая, самостоятельная женщина. Все по привычке слова подбираю. Помнишь, Леш, какой она любопытной в детстве была? – обратился он к другу. – Ой, и любила же ты, Лерочка, свои ушки погреть, ой, любила, – добродушно засмеялся он, и его живот заколыхался вместе со щеками.

– Ты, дядя Ваня, не отвлекайся, дальше рассказывай, – перебила его Валерия, заинтересованно глядя на полковника. – Что за совпадения?

– Все эти девушки – стриптизерши, работали в ночных клубах столицы, причем в разных. Ну, ты и сама, наверное, понимаешь: где стриптиз, там спиртное, наркотики и все такое прочее.

– Все такое прочее – это проституцию ты имеешь в виду? – прямо в лоб задала вопрос Валерия. – Хороших и особенно богатых клиентов стриптизерши не упускают, хоть им и строго запрещено это делать. Договариваются, оставляют координаты, а после рабочей ночи встречаются. Это дело известное, – махнула Лера рукой. – И ничего здесь сверхъестественного нет.

– Не без этого, конечно, ты полностью права, – пожал плечами полковник. – Две из найденных нами жертв употребляли наркотики, это экспертиза показала. Одна была ВИЧ-инфицированна. Одна беременна, срок – почти два месяца. Так вот, маньяк убивает этих самых стриптизерш с особой жестокостью. Я, конечно, человек старой закалки, многое повидал, но тут даже у меня мороз пошел по коже. Вот, думаю, как таких извергов земля-то терпит? Ведь его тоже мать родила, а он так с женщинами… Попадись он мне только в руки… То, что приличная девушка такую работу себе не выберет, понятно, но ведь они тоже люди! Для меня они просто граждане, и я обязан их защищать. Поймать маньяка – моя прямая обязанность.

– Дядя Ваня, – многозначительно проговорила Лера, намекая, что он снова отвлекается от главной темы.

– Этот ублюдок не оставляет абсолютно никаких следов, – продолжил тот свой рассказ. – В экспертном заключении отражено: следы на руках и ногах у жертв говорят о том, что их приковывали наручниками, поэтому бороться они не могли. Мало того, он их прибивал гвоздями к деревянным палкам, сложенным в виде креста, вроде как к распятию. Следов никаких нет, видно, работает всегда в перчатках. Ни тебе волосочка, ни кусочка кожи, ни кровиночки! Осторожный убийца и, к нашему сожалению, умный, мерзавец.

– Неужели вообще никаких зацепок? – удивилась Лера.

– Абсолютно, – развел полковник руками. – Хоть ты тресни. Все сотрудники этих клубов ничего вразумительного сказать не могут и, вероятно, не хотят. Никто ничего не видел, не слышал и не знает. Нашлись, конечно, и разговорчивые, но это так, пустой треп.

– Дядь Вань, а расскажи-ка мне все, да поподробнее, – попросила Валерия. – С чего все началось?

– А тебе зачем? – вскинул глаза полковник. – Мало тебе твоих неверных жен да мужей? Криминала захотелось, детектив ты наш непревзойденный? – усмехнулся он.

– Ничего смешного, между прочим, я в этом не вижу, – почти обиделась Лера. – Да, я – детектив. Что в этом плохого? В наше время кто как умеет зарабатывать деньги, так и зарабатывает.

– Вот и зарабатывай на здоровье, а в криминал нечего свой курносый нос совать, – улыбнулся полковник. – Это не всегда безопасно, а ты – молодая девушка.

– Ну, Иван Петрович, вот здесь ты совсем не прав! Интересно же, – пожала Лера плечами. – Как-никак я юридический закончила и кое в чем разбираюсь. Да, я открыла свое детективное агентство и пока занимаюсь тем, за что мне платят. Но я уверена, что пройдет совсем немного времени, и я займусь настоящим делом. Расскажи, а? Очень тебя прошу, ведь я почти твоя коллега!

– Валерочка, остынь, моя девочка. Ты хоть и коллега мне… почти, но рассказывать все я не имею права даже тебе. Я уже и так много сказал. Да и, если честно, не очень-то это приятное дело, – вздохнул Иван Петрович и отправил еще один пирожок в рот. – Совсем не для женских ушей, и уж тем более – не для слабой нервной системы.

– Обижаешь, начальник! С моей нервной системой пока что все в порядке, до сих пор не жаловалась, – надула Лера губы и отвернулась к окну. – Я, между прочим, на юридический факультет пошла не для того, чтобы потом сидеть в какой-нибудь конторе и протирать до дыр юбки! Я мечтаю о настоящей работе, поэтому и открыла свое агентство. Да, криминальными делами мне мало приходилось заниматься… но это пока.

– Мало, говоришь? – хмыкнул полковник. – Да у тебя всего одно-то и было.

– Ну и что? Вот возьму, закрою свою фирму и приду к тебе в отдел. Прогонишь, что ли, молодого, талантливого специалиста? – не поворачивая головы от окна, пробурчала Валерия.

– Ты что это разворчалась? – снова хохотнул толстяк. – Придешь ко мне, я не прогоню, конечно. Но сразу замечу: не женское это дело и уж тем более в моем убойном отделе. У меня вон какие все ребята здоровые да привычные ко всему, и то иной раз в себя не могут прийти после вызова на место преступления. Такое приходится видеть, что и врагу не пожелаешь, – тяжело вздохнул он. – Ты девочка умная, адвокатом можешь быть хорошим. Твоя мать права: закрыла бы ты свою контору и начала бы заниматься стоящим делом. А еще лучше – замуж бы вышла и деток нарожала.

– И ты туда же? – покачала головой Валерия и с укором посмотрела на мужчину. – Сговорились?

– Не ворчи и не обижайся, – засмеялся полковник. – Про замужество я просто так сказал, не хочешь, значит, не пришло еще твое время. А вот про адвокатскую работу я серьезно говорю. Если хочешь, я тебе даже протекцию могу устроить. У меня приятель давний в хорошем месте служит и, смею тебя заверить, на жизнь не обижается и без дела не сидит ни одного дня. Преступников еще не искоренили, к нашему великому сожалению, а пока есть преступники, хорошим адвокатам безработица не грозит.

– Ага, защищать преступников, вместо того чтобы их ловить? – сощурила глаза Лера и ехидно посмотрела на полковника. – Ты считаешь, что это правильно будет с моей стороны? Я с детства восхищалась твоей работой, тебе же это прекрасно известно, крестный, – запальчиво проговорила девушка, назвав вдруг приятеля отца крестным, как делала это в детстве.

– Пока ты только неверных мужей и жен ловишь, насколько мне известно, – не постеснялся вставить шпильку толстяк.

– Я этим деньги зарабатываю! Сколько можно повторять? И нечего меня упрекать, – обиженно ответила Лера. – И ничего смешного в этом не вижу. Я же не виновата, что сейчас жизнь такая? Вот заработаю немного, чтобы чувствовать себя уверенно и независимо, тогда и… решу, что делать дальше, – пробурчала она. – По крайней мере, это безобиднее и порядочнее, чем защищать убийц и насильников и освобождать их от справедливого наказания. Я бы таким преступникам вообще запретила адвокатов нанимать.

– Тогда эта профессия сразу вымрет, как мамонт, – усмехнулся мужчина.

– Ничего подобного, – возразила Лера. – А бракоразводные процессы? А жилищные вопросы? А спорные вопросы о наследовании? А сколько несчастных матерей, оставшись с детьми, вообще не получают денег от своих бывших мужей? Этот список я могу продолжать до бесконечности. Так что не надо, дядя Ваня! И вообще, тебе не кажется, что мы немного отвлеклись от темы? Так ты мне расскажешь про своего маньяка или нет? – напомнила девушка и упрямо посмотрела на полковника.

– Или нет, – резко ответил тот.

– Дядя Ваня!

– Нет!

– Дядя Ваня, не буди во мне тигра, я ведь обидеться могу и съесть, р-р-р, – шутливо зарычала Валерия и сделала царапающий жест ногтями в сторону опера.

– Ну, хорошо, хорошо, тигрица ты наша, – не выдержав, засмеялся полковник. – Что с тобой делать, с такой любопытной упрямицей? Я тебе сейчас все расскажу, а ты сделаешь свои выводы. Посмотрим, как у тебя с мышлением дела обстоят. У вас же в университете, кажется, экзамены на тему выдвижения версий были?

– Да, были такие, – подтвердила девушка. – Я, между прочим, на «отлично» их сдала. Вот и проэкзаменуй меня снова, раз для этого и тема имеется, – повеселела девушка и посмотрела на полковника горящими глазами. – Вдруг я забыла что-нибудь?

– Ладно, проэкзаменую, – хохотнул Иван Петрович. – Хитрая ты бестия! Ну, а если серьезно, я знаю, что человек ты надежный, поэтому не буду ничего скрывать, за исключением, конечно, того, что огласке не подлежит, – не забыл предупредить он. – Я уже, Лерочка, так со всем этим намучился, что перестал ночами спать. Готов на что угодно пойти, лишь бы сдвинуть дело с мертвой точки, – тяжело вздохнул толстяк. – Сверху еще давят, никакого продыху, – снова вспомнил он и безнадежно махнул рукой. – Впору на пенсию уйти, выслуга лет давно позволяет.

– Дядь Вань, о какой пенсии ты говоришь? – изумилась Лера. – Да без тебя же твои ребята сразу на последнем месте окажутся! Весь отдел будет без премий ходить. Да и сам ты без своей работы не сможешь, я тебя знаю, – улыбнулась она.

– Когда-нибудь все равно придется уходить, так лучше сейчас и самому, чем через месяц и при помощи пинка под зад коленом, – проворчал полковник. – За то, что не справился с поставленной задачей.

– Да никто тебя никогда не уволит, – махнула Валерия рукой. – А что начальство стружку снимает, так это должность у них такая. Ты же своих ребят тоже по головке не гладишь, когда они что-то не так делают?

– Естественно, не глажу, – фыркнул полковник. – Они из моего кабинета выскакивают, как из сауны, если что не так.

– Ну вот, мы и подошли к истине. Ты – на них, а сверху – на тебя, – засмеялась Лера.

– Как раз все наоборот, – улыбнулся Иван Петрович. – Сверху на меня, а уж потом и я на своих. Цепная реакция, – развел он руками.

– Ну, так ты мне расскажешь про маньяка? – снова напомнила Валерия.

– Расскажу, обещал же, – кивнул полковник и начал свое повествование: – Десять месяцев тому назад поступило заявление от матери пропавшей молодой девушки в возрасте двадцати двух лет. Та жила отдельно от родительницы, в своей собственной квартире. Прошло три дня с момента ее исчезновения, и мать была не на шутку обеспокоена. Когда я увидел фотографию этой девушки, даже засомневался сначала – не напрасно ли мать беспокоится? Такая красавица вполне могла загулять. На подобных девиц мужчины всегда внимание обращают. Мимо невозможно пройти, до чего хороша девушка! Мать не согласилась с моим предположением. Дочь, по ее словам, работала в очень солидной фирме, зарабатывала хорошие деньги, поэтому загул исключен, она дорожила своим местом. Если бы выходные взяла или отпуск, чтобы куда-нибудь поехать, то обязательно бы сообщила об этом матери, она всегда так делала. Когда я спросил адрес фирмы, где работала девушка, мать только развела руками: «Не могу сказать, не знаю».

Я очень удивился тогда: «Как же так?» На что женщина мне ответила: «Я как-то попросила у дочери номер телефона, так, на всякий случай, а она мне говорит, что нельзя. Что у меня есть номер ее мобильного, вот на него я и могу звонить. А на фирме у них все личные разговоры строго запрещены. Ну, поэтому я больше ничего и не стала спрашивать. А сейчас звоню, звоню ей – и домой, и на мобильный, а она не отвечает. Моя Катенька – очень внимательная дочь! Всегда сама мне звонила, каждый день. Спрашивала, как у меня дела, как я чувствую себя, – у меня сердце больное. Продукты всегда сама привозила, лекарства покупала, чтобы я свою пенсию не тратила: у меня вторая группа инвалидности. В прошлом году отправила меня в санаторий, в Сочи. В общем, заботливая у меня дочь, ничего не могу сказать. Но вот уже три дня все телефоны – ни в квартире, ни мобильный – не отвечают, и я с ума схожу от беспокойства.

– А вы в квартире-то были? – спросил я мать.

– Да, была, но не смогла открыть второй замок. Ключ почему-то не подошел. Видно, Катя замок сменила, а мне не сказала, – растерянно пожала женщина плечами.

У Екатерины Соломатиной была еще и машина – иномарка, но она тоже отсутствовала. Я еще тогда подумал: «Надо же, это какую зарплату нужно получать, чтобы в двадцать два года иметь и квартиру свою, и иномарку такую дорогую? Мать мне потом объяснила, что квартира ее дочери от бабки досталась, а вот машину она сама купила.

– Ну а близкие подруги или, может быть, друг у нее были? – спросил я у женщины.

– Раньше, конечно, были, когда она в школе училась. А как работать пошла да еще учиться, так и некогда ей стало. Может, на работе да в институте были, только ко мне она с ними никогда не приезжала, – подробно рассказывала мать пропавшей девушки.

– А давно она машину купила? – спросил я ее. – Такая ведь немалых денег стоит.

– Да год уж скоро будет. Она поначалу, когда устроилась в эту фирму, все время в ночную смену работала. Как она мне объясняла, у них там на компьютере в Интернете круглосуточно какие-то продажи идут. Вот она в ночь и работала. Катя говорила, что ей так больше нравится. Еще «совой» себя называла. И говорила, что за ночные часы больше платят. А днем она все больше отсыпалась. К вечеру уходила на учебу, а потом на работу. И накопила так на машину, она давно о ней мечтала. А когда отселилась от меня, все равно не забывала. Внимательная дочь у меня, ничего не могу сказать, – снова повторила женщина.

Поэтому и беспокоилась она долгому отсутствию дочери: не водилось за ней такого. Я задал женщине еще один вопрос:

– Ну а в каком институте она учится, вы знаете?

– Да, конечно, знаю, – ответила она и назвала мне один из московских вузов, где, как она была уверена, училась ее дочь.

Когда я позвонил в названное учебное заведение, конечно, никакой Соломатиной Екатерины Петровны у них в списках учащихся не было. Дверь в квартире пришлось взломать с разрешения матери. После осмотра квартиры мы поняли, что молодая девушка жила там одна. Об этом говорили только женские вещи, косметика, ну, и все такое прочее. Мужские вещи отсутствовали. Еще там была видеотека, и все кассеты содержали фильмы порнографического характера. Тогда нам сразу пришла мысль о том, что девушка промышляет проституцией, и уже потом, чуть позже, выяснилось, что она работала в одном из московских ночных клубов стриптизершей. В спальне рядом с кроватью тумбочка стоит, так вот, один из ящиков набит презервативами разных мастей. Ты уж извини за такие подробности, дочка. Я тебе все как коллеге рассказываю, и ты знаешь, что иногда всякие мелочи такого рода могут иметь большое значение. У тебя сейчас взгляд свежий на это дело. Вдруг что-то заметишь в моем рассказе да и подскажешь старику, – по-доброму улыбнулся полковник.

– Обязательно скажу, ты рассказывай, дядь Вань, не отвлекайся, – нетерпеливо поторопила полковника Валерия.

– Просмотрев все фотографии, которые были сделаны в квартире девушки во время осмотра, я убедился в своей догадке, да и ребята мои подтвердили версию. Видно, работая в клубе, она «подрабатывала»: принимала клиентов на своей территории. Об этом я, конечно, ничего не сказал ее матери, когда она в очередной раз пришла ко мне. По ее рассказам понял я тогда, что женщина об этом и не догадывается. Она была уверена, что дочь работает в солидной фирме менеджером по продажам.

Конечно, мы взялись за поиски пропавшей девушки, была подключена практически вся группа. В первую очередь, естественно, начали с соседей. Сама понимаешь, иногда соседи знают намного больше, чем родственники. Да что там – иногда, – махнул полковник рукой. – Зачастую так и бывает, особенно если твои соседи – старухи, которым больше делать нечего, кроме как следить за всеми, а потом у подъезда языками почесать. Ну, пошли мои ребята по соседям, правда, это практически ничего не дало. Ближайшая соседка Соломатиной очень хорошо о ней отзывалась.

– Ничего не могу сказать о Катеньке плохого, – рассказывала женщина. – Она всегда себя очень прилично вела: всегда поздоровается, а если видит, что я с сумкой, поможет до дверей донести. Никогда ни с кем не ругалась, никого не беспокоила, тихая такая была и очень воспитанная. К ней часто люди солидные приезжали, на дорогих машинах. А почему бы и нет? Дело молодое, понятное. Никогда никакого шума я не слышала, никаких тебе попоек, громкой музыки, все было чинно и благородно. А сейчас вот уже несколько дней ее не вижу, думала, что она в отпуск уехала…

Потом мы вышли на так называемых «подруг» по бизнесу и так далее. Но чтобы долго не утомлять твое внимание, я сразу скажу о финале. Мы нашли труп пропавшей девушки в реке, в недалеком Подмосковье. Такое впечатление, что убийца не собирался его скрывать, а даже наоборот – выставил напоказ. Как я уже говорил, он прибил руки и ноги девушки к деревянному кресту и просто пустил крест в реку. Течение там слабое, по берегу – заросли камыша. В этих камышах тело и остановилось, дожидаясь, пока кто-нибудь его обнаружит. Так и случилось: звонок в дежурную часть прозвенел аж в четыре утра. Там, у камышей, часто на зорьке рыбаки сидят, вот один из них и увидел труп девушки. Такое впечатление, что этот подонок таким образом вызов нам бросает: «Вот вам задачка, попробуйте ее разгадать и поймать меня, а я на вас посмотрю!».

Когда на место приехала группа, эксперт после осмотра сказал, что смерть наступила не более чем пятнадцать часов тому назад. Сразу же напрашивался вывод, что он держал где-то девушку почти пять дней. Ведь от матери поступило заявление два дня назад, а к тому времени от девушки не было никаких вестей уже три дня. Недалеко от того места, где был обнаружен труп, мы нашли брошенную машину, «Жигули» шестой модели. После осмотра стало понятно, что тело девушки перевозили именно на этой машине. Были там, конечно, еще чьи-то отпечатки, причем в большом количестве. Когда пробили эту машину по компьютеру, оказалось, что вот уже два дня она числится в угоне. Отпечатки совпали с «пальчиками» хозяина машины, который вот уже пять дней лежал в больнице после операции аппендицита. Были еще отпечатки его жены, которая и заявила об угоне автомобиля мужа. Круг, как ты уже поняла, замкнулся… Следующий труп был обнаружен недалеко от того же места буквально через месяц, и все – по той же схеме. Удалось выяснить, что вторая девушка тоже была стриптизершей. Работала в одном из ночных клубов, жила отдельно от родителей, снимала двухкомнатную квартиру. Так же, как и первая, была прибита к деревянному кресту, и все остальное – точно так же. Недалеко вновь была найдена брошенная машина, которая была заявлена в розыск два дня тому назад.

В следующем месяце опять все повторилось. Отслеживалась какая-то методичная закономерность. Трупов – уже семь! Не далее как вчера был найден еще один, то есть седьмой. Правда, последние три тела обнаружили уже в другой местности. Всем погибшим было от восемнадцати до двадцати пяти лет. И еще одна, я думаю, немаловажная деталь: к трупу каждой девушки всегда был привязан дохлый кот, прямо к шее.

– Кот?! – вздрогнула Валерия. – Почему – кот?

– А кто ж его знает, почему этот маньяк выбрал котов? – тяжело вздохнул полковник. – Загадка еще та! Наверняка он больной на всю голову, вот и решил таким образом свою «визитку» оставлять. Если честно, то все управление уже стоит на ушах. Никаких конкретных зацепок! Ведь что самое удивительное: он их не насилует. Никаких половых контактов с жертвами незадолго до их смерти не было. Значит, это не маньяк-насильник, а просто маньяк-садист. Мы пробовали вести следствие в разных направлениях, но пока, к сожалению, ничего это не дало, – развел он руками. – Кто такой этот маньяк? Почему он открыл охоту именно на танцовщиц? Почему прибивает их к кресту? Может, он какой-нибудь сектант? Версии лопаются одна за другой, как мыльные пузыри. Это не человек – это зверь! Если бы ты только видела этих пострадавших девушек, то все поняла бы сама. Зрелище, я тебе скажу, не для слабонервных.

– Нас водили на практику в морг служебной экспертизы от университета. Приятного, конечно, мало, но выдержать можно, если нервы в порядке, – задумчиво проговорила Валерия. – Это не так страшно, как кажется. Правда, у нас некоторые ребята потом нашатырь нюхали. А я ничего, выдерживала, можно сказать, с достоинством, – пожала девушка плечами. – Ты меня не проведешь в морг, чтобы я могла посмотреть на тело последней потерпевшей? – спросила вдруг она.

– Зачем? – не понял полковник.

– Ну, мало ли, – неопределенно помахала Лера рукой. – Вдруг я ее знаю и смогу чем-нибудь тебе помочь?

– Откуда ты можешь знать стриптизершу, да еще… девицу легкого поведения? – задал вопрос отец Валерии, хмуро сдвинув брови. – Никогда не думал, что моя дочь по ночным клубам шляется да еще такие знакомства заводит.

– Пап, не заморачивайся. Ты что, забыл, какого рода деятельностью я занимаюсь? Как-никак, твоя дочь – частный детектив, у меня знакомых – половина города. И представь себе, что стриптизерши, стриптизеры, профессиональные путаны и даже мальчики по вызову среди таковых тоже имеются, – нетерпеливо объяснила отцу Валерия и снова обратилась к полковнику: – Ну так как? Ты меня проведешь туда?

– Даже и не мечтай, – отрезал толстяк и посмотрел на Леру строгими глазами, поняв, что она слишком заинтересовалась этим опасным делом. – Забудь немедленно, что я тебе сейчас здесь рассказывал. И вообще, мне уже домой пора, засиделся я у вас, – заторопился полковник и, вскочив со стула, покатился в прихожую, как мячик.

Валерия проводила его удивленным взглядом и, пожав плечами, пробормотала:

– Подумаешь, если я очень захочу, то великолепно обойдусь и без твоего участия.

Глава 5

Утром следующего дня Валерию, как всегда, разбудил телевизор, и она, убрав громкость, решила, что минут десять может еще поваляться. Естественно, она не заметила, как снова уснула, и открыла глаза лишь тогда, когда уже должна была быть на работе.

– Елки зеленые! – вскрикнула Лера и скатилась с кровати вместе с одеялом и подушками. – Черт, черт! – ругалась она, мечась по квартире и натягивая на себя то, что попалось под руку. – Сколько раз говорила себе, что нельзя лежать после того, как проснулась. Это обязательно приводит к одному и тому же: я обязательно засыпаю. И в кого только я уродилась – такая соня?

Лера выскочила во двор со скоростью ветра и бросилась к машине.

– Жаль, что к Епишиной не успеваю заехать, – бросив взгляд на часы, пробормотала девушка. – Правда, мне и сказать-то ей пока нечего, даже с соседями не поговорила, идиотка, а ведь собиралась… До чего же я все-таки безответственная особа! Обещала графине сделать, что смогу, а сама вчера целый день балдела дома у родителей, вместо того чтобы хоть что-нибудь узнать, – сама себя укоряла она. – Но у меня так редко выпадает свободное время, а родители – дело святое, – тут же нашла оправдание девушка. – Ладно, сейчас посмотрю, как обстоят дела на работе, а потом, может, и выкрою время, чтобы съездить к графине. Если не получится, позвоню в крайнем случае, ведь наверняка волнуется старушка. Господи, вот не было печали, – вздохнула она. – Принесла же ее нелегкая в мой офис со своим котом! Еще этот браслет за душу тянет… И зачем я его только взяла? Мучайся теперь ночами от бессонницы из-за него, – сама на себя ворчала Валерия. – Хотя сегодняшнюю ночь я, кажется, спала как убитая, – тут же опровергла она свои выводы. – Это значит, что у меня совсем нет совести? Или моя совесть – такая же соня, как и я?

Когда Валерия приехала на работу, дела закрутили ее настолько плотно, что она только к вечеру вспомнила про графиню и, чертыхнувшись, набрала номер ее телефона. Трубка гудела короткими гудками.

«Небось с какой-нибудь подружкой болтает, такой же престарелой матроной, как и она сама, – подумала девушка. – Ладно, позвоню попозже».

Но, сколько Лера потом ни пыталась соединиться с графиней, ничего не получалось: телефон был все время занят.

– И сколько можно разговаривать? – с раздражением проворчала девушка. – Может, Епишина подрабатывает на телефоне каким-нибудь диспетчером? Хотя она вроде бы мне говорила, что получает только пенсию. Может, на линии поломка? – размышляла Лере. – Ладно, видно, не судьба мне сегодня с ней пообщаться. Завтра прямо с утра отправлюсь к графине, извинюсь и верну ей браслет. Нужно будет его сегодня из сейфа забрать.

Лера снова погрузилась с головой в работу и остановилась только тогда, когда по радио сообщили: «Московское время – двадцать три часа. Сейчас – новости прошедшего дня на этот час на радио «Серебряный дождь». А потом, дорогие радиослушатели, мы познакомим вас с горячей десяткой лучших хитов этой недели. Оставайтесь с нами!».

Девушка потянулась, потерла уставшие глаза и пробормотала:

– Все, пора домой, что-то я сегодня увлеклась. Пока доеду, будет уже двенадцать, а спать лягу уже только в час ночи.

Когда Валерия легла спать, она очень долго ворочалась. Ей вдруг неожиданно вспомнился рассказ полковника, и она прокручивала его в голове. Лера пыталась мысленно проанализировать действия маньяка и определить мотивы убийств.

– Может, дядя Ваня прав и это какой-нибудь сектант? Зачем он прибивает девушек гвоздями, да еще к деревянному кресту, а перед этим зверски их пытает? Ритуал? Тогда почему его жертвами являются именно стриптизерши? Для такого подошел бы любой человек.

Валерия вспомнила сатанистов, с которыми ей пришлось познакомиться, и передернулась, как от озноба. «Те внушали своим «подопечным», что они сами должны прекратить свое «бессмысленное существование» и покончить жизнь самоубийством, – размышляла она. – Этот маньяк не сатанист, он скорее садист».

Единственный вывод, к которому она пришла после мучительных размышлений, – это месть!

– Но кому и за что он мстит, и почему именно стриптизерши являются объектом этой кровавой эпопеи? – снова задавала она себе вопрос. – И почему именно кот сопровождает убийство? Кот, кот, кот, – бормотала Лера, мучительно что-то вспоминая. – Господи, Тимофей Сергеевич, – подпрыгнула она на кровати, точно ужаленная. – А вдруг пропажа кота графини каким-нибудь образом связана с убийством последней девушки? Он же два дня тому назад пропал, по свидетельству графини, и девушку нашли тоже два дня назад.

Валерия вскочила с кровати и пулей вылетела в гостиную – к телефону.

– Дядь Вань, это Лера. Я тебя не разбудила? – зашептала она в трубку, как только полковник ей ответил.

– В два часа ночи только ты можешь задать такой «умный» вопрос. Что тебе не спится, сорока? На часы бы хоть посмотрела, прежде чем звонить, – проворчал опер. – Что случилось?

– Дядечка Ванечка, не сердись и ответь мне, пожалуйста, на вопрос, – взмолилась девушка.

– Ну?

– С последней девушкой, то есть с трупом девушки, тоже был кот?

– Ты о чем? – строго поинтересовался полковник, сделав вид, что не понимает, о чем речь.

– Дядя Ваня-а-а, – нетерпеливо подпрыгивая на месте, протянула Лера. – Не притворяйся, пожалуйста. Так был кот или нет?

– Предположим, был, и что из этого следует? – настороженно поинтересовался мужчина.

– Дело в том, что не далее как позавчера утром ко мне в кабинет приходила очень странная клиентка. Она просила разыскать ее пропавшего кота. Перс, серо-белый окрас, с белыми «сапожками» на лапках, ему шесть лет, и весит он семь килограммов, – на одном дыхании выпалила Валерия. – У тебя случайно нет фотографии того кота, который был на месте преступления?

– Есть, но только вместе с трупом, – сдержанно ответил полковник. – Я же тебе рассказывал, что маньяк их привязывает к шее своей жертвы, вроде как меховое манто из них делает. Тьфу ты, дьявол, чтоб ему пусто было! – сплюнул он. – Ночью лучше такие вещи не вспоминать.

– Ну? Ты не помнишь, какой породы кот? – нетерпеливо спросила Лера.

– Не знаю, я в кошачьих породах не разбираюсь, – раздраженно ответил Шаров. – И что тебе неймется среди ночи, Валерия? Не могла завтра утром позвонить?

– Дядя Ваня, неужели ты не понимаешь, что это значит?! – чуть ли не закричала в трубку Валерия. – Если это кот графини, значит, маньяк должен жить где-то рядом с ней.

– Что еще за графиня? – не понял полковник.

– Я что, не сказала тебе, что клиентка, которая хочет, чтобы я нашла ее кота, графиня по происхождению? – удивленно спросила девушка.

– Нет, не сказала.

– Ну так вот: она вдовствующая графиня, самая настоящая, ее имя – Елизавета Александровна, а фамилия Епишина.

– Знакомая фамилия, кажется, я в книге какой-то читал про дворян Епишиных, – пробормотал полковник.

– Это не столь важно сейчас, – отмахнулась девушка. – Как бы сделать снимок таким образом, чтобы не было видно, что он на трупе лежит? – задала она вопрос.

– Не понял, что ты имеешь в виду?

– Господи, ну что здесь непонятного-то? – с негодованием проговорила Валерия. – Нужно показать графине снимок, и тогда она точно скажет: ее это кот или не ее. Теперь понятно?

– Ладно, Валерия, сейчас уже поздно, завтра созвонимся, поговорим, – неожиданно закруглил разговор полковник.

– Что значит – завтра? Почему завтра, а не сейчас? – удивилась Лера. – А-а-а, я все поняла! – тут же зашипела она. – Ты, дядя Ваня, не хочешь, чтобы я тоже принимала участие в этом деле! Я угадала? Угадала, угадала, я это по твоему недовольному сопению слышу. Ну так вот! Я не дам тебе адреса графини, так и знай, если не разрешишь мне поучаствовать.

– А мне ее адрес и без тебя за полчаса пробьют, – усмехнулся полковник. – Узнать, где живет ныне здравствующая графиня Елизавета Александровна Епишина, не составит труда.

– Откуда ты знаешь ее имя и фамилию? – ахнула Лера.

– Минуту назад ты сама мне их озвучила. А еще на оперативную работу замахиваешься, с такой-то невнимательностью, – хмыкнул мужчина. – Рановато тебе! Сиди в своем детективном агентстве и лови неверных мужей и жен новых русских, ну, и пропавших котов для коллекции, вот тебе мой сказ. И не смей больше совать свой любопытный нос туда, куда его не приглашали, – строго приказал он девушке.

– Ну… ты дядя Ваня… ух… так нечестно! – возмущенно пыхтела в трубку Валерия, не находя подходящих слов для выражения своих эмоций.

– Я хочу спать, всего хорошего и спокойной ночи, дорогая крестница, – бодро сказал Иван Петрович и положил трубку. Лера недоуменно посмотрела на свою и раздраженно шмякнула ее на базу.

– Какой неблагодарный человек, – возмущенно прошептала она. – Я ему… а он мне – «спокойной ночи!». Ну ничего, господин полковник, мы еще посмотрим, кто из нас хороший криминалист, а кто – так себе… завтрашний пенсионер, – фыркнула девушка. – Ловить неверных жен новых русских, говоришь? Как это несправедливо, как цинично, как… как!.. Никак это, вот как, – скаламбурила Валерия и, плюхнувшись на подушку, зарылась в нее носом. – Завтра же с утра пораньше поеду к графине. Нужно выяснить – ее это кот или нет. А как же я узнаю, если у меня нет снимка с места, где нашли тело? Значит, сначала я должна увидеть этот снимок. А где мне его взять? Тьфу ты, замкнутый круг какой-то! Выходит, в первую очередь я должна попасть в морг, там-то уж точно есть. Вопрос только в одном: как туда пройти? – думала Валерия, и мысли в ее голове метались от одной идеи к другой, как взбесившиеся муравьи в муравейнике. – Ну, дядя Ваня, ну, погоди!.. Ловить новых русских и их баб, – с негодованием продолжала ворчать она. – Я поймаю этого маньяка, вот тогда и утру нос всему твоему отделу. Я заставлю себя уважать, всех заставлю, вот увидите.

Лера не заметила, как уснула, и всю ночь боролась во сне с каким-то невидимым монстром, который пытался связать ей руки. Когда он занес молоток, чтобы вбить гвоздь в ее ладонь, она пронзительно закричала и тут же проснулась. Она вскочила и, сев на кровати, затравленно огляделась по сторонам.

– Фу-у-у, – облегченно выдохнула она, поняв, что это был всего лишь сон и что она находится в своей квартире. – Приснится же такое! Все, больше на ночь никаких рассуждений и выдвижения версий. Теплое молоко с ложкой меда, спокойную музыку – и бай-бай.

Валерия вытерла ладонью взмокший лоб и снова откинулась на подушку. За окном уже было утро. На душе остался неприятный осадок от того, что она видела во сне.

– Так, Лерочка, не раскисать, это всего лишь сон, – сама себе сказала девушка громко и внятно. – Сегодня ты должна хорошо выглядеть, а все неприятные мысли оставить во вчерашнем дне.

Быстро стряхнув с себя остатки неприятных «грез», она выскочила из-под одеяла и побежала в ванную комнату, чтобы принять душ и окончательно прийти в себя. Стоя под душем, девушка снова мысленно вернулась к делу о маньяке, но уже в спокойном, рассудительном русле.

– Правильно ли я сделаю, если влезу в эту историю? Ведь, в конце концов, это может быть очень опасно, а я, как ни крути, все же немножко трусиха. Если откажусь, получается, что дядя Ваня прав? Рано мне еще? Нет, этого я никак не могу допустить! Будем надеяться, что бог меня не оставит, ведь я на правое дело иду. Уж коль решила для себя, что нужно это сделать, значит, нужно. Это уже дело принципа. Пусть не думают, что если я просто женщина, то, кроме как выскочить замуж, ни на что больше не гожусь. Сегодня поеду, встречу своего Димку, а потом и решу, что к чему и с чем это едят. Черт меня побери, совсем забыла, я же хотела к Епишиной сегодня съездить, – чертыхнулась Лера, вспомнив о своем намерении наведаться к старухе. – Вот у меня всегда так: не одно, так обязательно другое. Опять ничего не получается! В аэропорт ехать нужно рано и беспокоить графиню в такое время будет неприлично. Что же делать? Может, на обратном пути к ней завернуть, вместе с Дмитрием? Господи, ну почему в сутках всего двадцать четыре часа? – вздохнула она. – Я же совершенно ничего не успеваю! А с приездом Димки проблема со временем усугубляется еще больше. Рассказать ему про маньяка или не надо? – задумалась Валерия. – Нет, это утопия, он меня никогда не поймет и уж тем более не поддержит. Представляю, какие у него будут глаза, когда он узнает, что я решила влезть в криминал. И что мне делать? – нахмурилась она. – В конце концов, это моя будущая работа, надо ведь с чего-то начинать? Не заниматься же мне, в самом деле, всю жизнь неверными женами и мужьями на радость некоторым полковникам? – беззлобно проворчала она, вспомнив своего крестного отца. – Я буду настоящим криминалистом и начну прямо сейчас, – твердо решила девушка. – А Димке просто ничего не скажу. Найду, как выкрутиться. Меньше будет знать, крепче будет спать.

От этих мыслей настроение немного улучшилось, и Лера уже не так мрачно смотрела на жизнь, как после недавнего пробуждения от кошмара.

В аэропорт Валерия примчалась на целый час раньше времени прибытия самолета и с нетерпением бросала взгляды на табло. С самого утра она была как на иголках и беспрестанно смотрела на часы. Ей казалось, что стрелки замерли на одном месте и не желают двигаться. Лера как можно тщательнее привела себя в порядок, чтобы любимый мужчина, увидев ее, тут же рухнул у ее ног как подкошенный. Когда Лера увидела своего друга, проходящего таможенный досмотр, получилось все наоборот. Это ее ноги вдруг стали ватными, отчего она сама чуть не рухнула на пол как подкошенная от волнения. Они не виделись почти месяц, а ей показалось, что прошло по меньшей мере года три с хвостиком, и этот «хвостик» растянулся еще на десять лет. Дмитрий увидел Валерию и, заулыбавшись во весь рот, помахал ей рукой. Когда он наконец вышел к ней, Лера стояла, прислонившись к колонне, так как ноги категорически отказывались держать свою хозяйку.

– Приветик, девочка моя, – прошептал молодой мужчина, сгребая Валерию в охапку. – Как ты здесь без меня?

– Плохо, Дим, мне без тебя всегда очень плохо. Но сейчас мне ужасно хорошо, потому что ты наконец приехал. Думала, что никогда не дождусь этого момента. Больше не уезжай от меня так надолго, иначе однажды я свихнусь от тоски!

– Я тоже истосковался, да так сильно, что просто ужас. Хочется съесть тебя целиком и с косточками, – заулыбался Дмитрий. – Поехали скорее домой!

Он обнял Валерию за плечи, и они, улыбающиеся и счастливые, пошли к машине. По дороге обменивались новостями, которые случились за это время. Больше, конечно, рассказывала Лера, так как Дмитрию, кроме как о тренировках и соревнованиях, поведать ей было практически нечего.

– Ну, много наловила преступников? – смеясь, спросил Дмитрий. – Комиссар Мегрэ ты мой непревзойденный!

– Нечего смеяться, – обиженно засопела Валерия. – Все еще впереди, и я всем докажу, что тоже кое-что значу и что хорошими криминалистами не рождаются, а становятся.

– Да, да, конечно, кто ж с тобой спорит? – снисходительно улыбнулся Дмитрий. – Берегись, бандитская братия, Валерия Протасова скоро выйдет на тропу войны, и тогда уж вам точно несдобровать! А уж неверные мужья-а-а, – протянул он и закатил глаза под лоб. – Вообще скоро выведутся с ее помощью.

– Ща как врежу, – пробурчала Лера, двинув мужчину локтем в бок. – Хватит тебе, Димка, иронизировать. В конце концов, кто-то и такую работу тоже должен делать. Если и не я, значит, кто-нибудь другой найдется. Сейчас таких детективных агентств, как мое, пруд пруди. Конкурентов предостаточно, так что если я свое дело сверну, его тут же подхватят да еще сто раз «спасибо» мне скажут. Я такой радости никому доставлять не собираюсь и буду продолжать работать, что бы ты мне ни говорил. Пока меня все устраивает, а дальше – поживем, увидим, – пробурчала она и обиженно посмотрела на друга.

Тот, увидев, как надулись губы Валерии, решил схитрить. Он знал, как она любит свою работу и может часами делиться теми или иными планами на будущее.

– Ну, а вообще-то как дела идут? – поинтересовался Дмитрий. – На работе все в порядке? Интересные клиенты появлялись?

– Ага, Дим, появилась одна, – моментально оживилась Валерия. – Представляешь, пришла ко мне с просьбой о розыске своего любимого кота, – засмеялась она. – Бывшая графиня, Епишина Елизавета Александровна.

– Графиня? – удивился Дмитрий.

– Да, самая настоящая.

– Ну и как, ты нашла ей кота? – пряча улыбку, спросил мужчина.

– Как я его могла найти, если еще даже не начинала? Так неудобно, просто ужас. Давай мы сейчас с тобой заедем к старухе, это займет минут десять, не больше, – попросила Лера друга.

– Ты что, в самом деле взялась искать какого-то кота? – округлил тот глаза.

– Нет, конечно, просто сделала вид, что согласна, чтобы не обижать старого человека, – сморщила Валерия носик. – И потом, в моем сейфе, на работе, лежит очень дорогая, даже раритетная вещь из семейных драгоценностей Епишиной. Я просто обязана что-то предпринять для поисков этого Тимофея Сергеевича.

– Кого, кого? – удивленно переспросил Дмитрий. – И что за вещь лежит в твоем сейфе?

– Так кота зовут, – отмахнулась Лера. – И нечего на меня так смотреть! А в сейфе лежит браслет, который Епишина отдала как оплату мне за его поиски. А у меня с совестью проблемы, грызет, зараза. Я ей, конечно, верну браслет, но… Вообще не понимаю, как ей удалось меня тогда сломать? – пожала она плечами. – Блеск драгоценных камней мне мозги затуманил, что ли? Дим, вот ты хорошо меня знаешь. Скажи, пожалуйста, я меркантильная? – задала она неожиданный вопрос.

– Вроде бы нет, – пожал тот плечами. – Я, во всяком случае, не замечал, – улыбнулся молодой человек.

– Я и сама за собой не замечала ничего подобного, а сейчас что-то призадумалась, – хмуро проговорила Валерия. – Мы с тобой заедем сначала ко мне в офис, я заберу из сейфа браслет, а потом – поедем к графине, и я верну драгоценность ей, – решительно добавила она. – Как я могла? Черт меня, что ли, попутал? Так тревожно на душе, ты себе даже не представляешь! Ведь я и не собиралась искать этого кота. Зачем я браслет взяла, ведь видела же, что вещь необычная? – сокрушалась девушка. – Прямо сквозь землю готова провалиться.

– Валер, может, не стоит так сильно драматизировать ситуацию? Ты пожалела старую женщину, вот и все. Успокойся, котенок, сделаем все так, как ты и сказала, – как можно мягче проговорил Дмитрий.

Валерия припарковала машину на стоянке у здания, где располагался ее офис, и, бросив Дмитрию:

– Я сейчас, – бегом помчалась в свой кабинет.

Она вытащила браслет из сейфа, сунула его в свою сумочку и так же бегом вернулась к машине.

– Теперь к Епишиной, – сказала она, заводя машину. – Только бы она была дома!

– А у тебя разве нет ее номера телефона? – спросил Дмитрий. – Думаю, что сначала было бы разумнее позвонить, – подсказал он.

– Да, ты прав, – согласилась Валерия. – Кажется, у меня что-то с мозгами, совсем вылетело из головы, что существует телефон.

Девушка взяла свой мобильник и, заглянув в записную книжку, набрала номер графини.

– Ну, давайте же, ответьте мне, госпожа Епишина, – нетерпеливо бормотала она, вслушиваясь в длинные гудки. – Нет, не отвечает, – разочарованно сказала Лера и захлопнула крышечку своей трубки. – Знаешь что: мы с тобой все равно туда заедем, это как раз по пути. Мало ли, вдруг у нее что-нибудь с аппаратом или на линии поломка? – сказала она Дмитрию. – Я только забегу к ней, буквально на одну минуточку.

– Да нет проблем, – пожал Дмитрий плечами. – Заедем. Ты мне хоть покажи эту вещь, из-за которой такая паника? – засмеялся он.

Лера вытащила из сумки браслет и протянула его Дмитрию.

– Ничего себе, – присвистнул тот, увидев необычную вещицу. – И ты думаешь, что эти камни – настоящие? – удивленно спросил он.

– Самые настоящие, – уверенно кивнула девушка. – Этот браслет – из коллекции семейных драгоценностей Епишиных, мне графиня сама об этом сказала. У нее наследников нет, поэтому она решила их музею завещать. А теперь, когда ей понадобились деньги, чтобы нанять частного детектива, она решила пожертвовать этим браслетом. Этот кот для нее очень много значит. Графиня почему-то считает, что это ее муж к ней вернулся, только уже в образе кота.

– Валер, ты сама-то соображаешь, что говоришь?! – вытаращил глаза Дмитрий. – Ведь эта твоя графиня с катушек на старости лет съехала! Зачем же с больными связываться? Тебе что, делать больше нечего? Еще и такую дорогую вещь у нее взяла! Совсем ты, девочка, с головой не дружишь, как я погляжу.

– Нет, Дим, она совершенно нормальная, уверяю тебя, – не согласилась с другом Лера. – Я тоже сначала подумала, что она… того, а потом… Ай, даже и не знаю, как объяснить тебе, – сморщила она носик. – Будь она хоть трижды здорова, я не должна была брать этот браслет, здесь ты совершенно прав. Ну, не переживай. Я его сейчас верну, заберу свою расписку, и все будет в порядке, – увидев хмурое лицо любимого, пообещала девушка. – Не дуйся, в следующий раз буду умнее.

– Горе ты мое луковое, – усмехнулся Дмитрий и обнял подругу за плечи. – И когда ты только у меня в разум войдешь?

Как и предполагала Валерия, телефон у графини был сломан. К радости девушки, сама она оказалась дома.

– Второй день жду мастера, а его все нет, – недовольно проворчала старуха, когда увидела сыщицу и та начала говорить, что не могла дозвониться. – Что за легкомысленное отношение к обязанностям у этих служб?

– Елизавета Александровна, я пришла к вам, чтобы вернуть браслет, – чуть ли не с порога объявила Лера. – Вы меня простите бога ради, но, похоже, я не смогу найти вашего кота.

– А это уже и не нужно, – махнула рукой старуха. – Так сказать, отпала необходимость.

– Почему? – удивилась Валерия.

– А он нашелся, – улыбнулась женщина. – Выхожу вчера на улицу, а он, бедненький, на дереве сидит и мяукает. А позвонить вам я не смогла по причине поломки телефона.

– Господи, как я рада! – облегченно выдохнула девушка. – Я себя чувствовала такой виноватой, вы даже себе не представляете! А как же вышло, что он на улице оказался, ведь вы говорили, что он без вас – никуда?

– Да, никуда и никогда, – подтвердила старуха. – Только все когда-то случается впервые. Здесь у нас, на лестничной площадке, сосед один есть, алкоголик. В двух квартирах неплохие соседи живут, молодые пары, а вот в третьей… совсем пропадает бедолага. Мое окно на кухне – как раз рядом с его балконом. А Тимофей очень часто на том окне сидит, на улицу смотрит, любит он это дело. Как уж так получилось, не знаю, только сосед на своем балконе пузырек с валерианой разбил, видно, руки с похмелья тряслись. А потом он ушел куда-то и пропал на три дня. Такое с ним частенько случается, как загуляет, бывает, и неделю может дома не появляться. Его квартира как раз за моей стеной, поэтому я всегда слышу, когда он дома, а когда – нет. Ну так вот, разбил он этот пузырек, а форточка на кухне у меня открыта была. Тима, видно, учуял запах валерианы и вылез. Ведь кошки от этого запаха чумеют и ничего не соображают, только бы добраться до его источника. Видно, нализался, уснул, а потом не знаю, что было, пропал на несколько дней.

– А откуда вы узнали про валериану?

– Так он сегодня снова в форточку вылез и опять – прыг на этот балкон! Хорошо, что я вовремя заметила, побежала к соседу, так все и узнала.

– Надо же, как все просто, оказывается, – улыбнулась Валерия. – Я рада, что все хорошо закончилось. Ой, а браслет-то! – спохватилась Лера. – Вот, возьмите обратно, – вытащив украшение из сумочки, проговорила она и протянула украшение графине.

– Сейчас я верну вам расписку, милочка, – принимая из рук сыщицы семейную ценность, сказала графиня и грациозно прошла в комнату.

«Надо же, нашелся, – думала тем временем Лера и радостно улыбалась. – Как здорово, когда все хорошо кончается! Это значит, моя версия насчет маньяка с треском провалилась, и я, кажется, очень рада этому. Графиня хоть и странная немного, но, похоже, хорошая женщина».

Через минуту та появилась в дверях и растерянно развела руками:

– Я, кажется, ее потеряла… А может, куда-нибудь положила? – нахмурила она лоб. – В последнее время со мной часто такое бывает. Положу куда-нибудь вещь, а потом забываю, в какое место. Старая уже стала, иной раз сама себе не рада, хоть здоровьем бог и не обидел. Наверное, мне уже пора на покой, к своему Тимофею Сергеевичу, – улыбнулась она. – К мужу моему. Если вы не торопитесь, деточка, я сейчас поищу документ, а вы пока чаю попьете.

– Нет, нет, Елизавета Александровна, я как раз очень тороплюсь, – замахала Лера руками. – У вас же есть мой номер телефона? Как только найдете, позвоните мне, а я потом заеду и заберу. Договорились? – улыбнулась она.

– И вы так мне доверяете? – вскинула старуха брови. – А вдруг я мошенница какая-нибудь? Потом найду вашу расписку – и приду к вам с претензиями? Браслет больших денег стоит, – лукаво глядя на девушку, проговорила она. – Нельзя так легкомысленно…

– Не нужно говорить глупости, Елизавета Александровна, – перебила графиню Валерия. – Я не могу не доверять человеку, который сам доверился мне. Вы же не побоялись отдать мне ценную вещь, правда? Ведь я вполне могла за один день свернуть свою деятельность – и поминай как звали вместе с вашим браслетом.

– Ну, хорошо, – улыбнулась Епишина. – Я обязательно вам позвоню, как только отыщу расписку.

– Вот и договорились, – весело произнесла Лера и уже было направилась к двери, чтобы уйти, но вдруг резко остановилась. – Елизавета Александровна, покажите мне своего кота, – попросила она. – До безумия хочется увидеть чудо природы, за которое вы готовы были отдать так много.

– Он сейчас спит, пройдемте в мою спальню, – ответила графиня. – Только не шумите, я его здорово отругала за сегодняшний: это был уже второй побег. Тима все понял, очень сильно был напуган и сейчас приходит в себя.

Валерия заметила, что женщина вполне серьезно говорит о своем Тимофее не как о животном, а как о человеке, и невольно улыбнулась. Она прошла вслед за женщиной к двери спальни, и та, приоткрыв ее, показала на большую кровать:

– Вон он, на подушке лежит.

Лера с улыбкой посмотрела на шикарного четвероногого друга графини, который, свернувшись клубочком, лежал на пуховой подушке и мирно спал. На его шее красовался шикарный кожаный ошейничек, а рядом с ним на подушке сидела… серая мышка.

– Ой, там мышь? – пискнула Лера.

– Это игрушка, – улыбнулась Епишина. – У него таких пять штук, по всей квартире разбросаны. Его любимое занятие – играть с ними. Очень похожи на настоящие.

– Замечательный у вас кот, и я очень рада, что он нашелся, – улыбнулась Лера. – Ну, я пошла, меня друг в машине уже заждался, наверное, – тихо проговорила она.

Епишина проводила сыщицу до дверей и, уже собравшись ее закрыть, проговорила:

– И все же я почему-то уверена, что вы бы нашли моего Тимофея, если бы он сам не отыскался.

– Кто знает? – пожала Лера плечами. – Все может быть. Но все равно – благодарю за доверие.

– Удачи вам, девочка.

– Спасибо.

Глава 6

– Отдала браслет? – спросил Дмитрий, когда Лера села за руль.

– Ага, – радостно сообщила та. – И можешь себе представить: Тимофей Сергеевич нашелся! – засмеялась девушка. – У меня сегодня по-настоящему счастливый день. Ты приехал, кот нашелся, браслет я сбагрила – супер, а не день.

– Надеюсь, что ты больше никогда не повторишь такой глупости, – нравоучительно проговорил Дмитрий. – Мне кажется, что вполне достаточно и того, что ты круглосуточно пропадаешь на работе со своими неверными супругами. А если бы кто-нибудь увидел у тебя такую дорогую вещь? Ты можешь себе представить, что могло бы случиться? Украли бы, а тебе отвечать.

– Да ладно тебе, Дим, – отмахнулась Лера. – Что ты разворчался? Ведь все хорошо закончилось.

– Я хочу сказать, что с твоими куриными мозгами нечего лезть туда, куда не положено.

– Что значит – с куриными? – возмутилась Валерия. – Почему это они куриные?

– Прости, я совсем не это имел в виду, – примирительно ответил мужчина, поняв, что малость переборщил. – Ты у меня девочка нежная, я тебя люблю и, естественно, беспокоюсь. И совсем не хочу, чтобы у тебя были неприятности, которые вполне могли произойти по твоей глупости.

– Я не глупая, – буркнула Валерия.

– Никто и не говорит, что ты…гм… глупая. Просто не нужно браться за то, чего ты не понимаешь.

– Я все понимаю и еще докажу, чего стою!

– Хорошо, хорошо, докажешь обязательно, кто бы спорил, только не я, – снисходительно усмехнулся Дмитрий и поцеловал свою милую в щеку. – Только, думаю, что это будет уже в другой жизни.

У Леры чесался язык – сказать Дмитрию о своем решении принять участие в поимке маньяка, чтобы утереть своему другу нос, но она вовремя остановилась. Она умолчала о том, что узнала от своего крестного. Если бы даже она и решилась на такой шаг, скорее всего, Дмитрий вряд ли поверил бы, что она что-то может. Он привык видеть свою девочку белой и пушистой и относился к ее занятию немного с иронией и снисхождением: «Чем бы дитя ни тешилось». По мнению Валерии, ему и в голову не могло прийти, что она теперь полезет в какую-нибудь сомнительную историю, особенно после случая с сатанистами. Он прекрасно помнит, как она была напугана после этого. Поэтому и возмутился, увидев раритетную, очень дорогую вещь, из-за которой у Леры вполне могли быть неприятности.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.