Александр Пятигорский
Фиона и Александра

Это второй из записанных мною снов и последний в этом году. Фиона одно время была моей машинисткой и в некотором роде доверенным лицом (она отредактировала и напечатала мое первое завещание, которое я потом изорвал и сжег). Она происходила из старой дворянской семьи (landed gentry), члены которой за последние два века были широко известны своими карточными долгами, литературными подделками и твердостью нравственных принципов («Мы никогда не смешивались с евреями, если не считать Мошелеса, за которого вышла замуж моя прапрабабка вторым браком, но он был великий музыкант и друг Бетховена, а не еврей»). Фиона окончила наш колледж по антропологии Африки и занималась положением женщин в Магрибе. Первые признаки ее болезни я стал замечать в июне прошлого года: она уверяла, что за нею следят и за мной тоже. Слежку ведет старший преподаватель арабского, Джон Дарлингтон, конечно, агент М15. Она несколько раз заставала его проверяющим содержимое их мусорной корзины или роющимся в ее сумочке. Два месяца назад в Манчестере, на семинаре по антропологии Сахары, она вылила ведерко говна и мочи на Джефа Легрина, читавшего доклад о положении рожениц в республике Чад (Джон считал, что Джеф сам виноват – такой ерундой занимается, идиот!). Секретарю нашего колледжа пришлось потом звонить в Манчестер и объяснять, что поступок Фионы ни в какой мере не выражает точку зрения колледжа на доклад Легрина. В разговоре со мной Фиона мотивировала свое поведение тем, что Джеф антифеминист и вообще говно – получил то, что ему причиталось.

Моя тетка Александра в начале тридцатых совершила путешествие по Северному морскому пути на ледоколе «Таймыр». Она прекрасно знала немецкий и в конце войны была переводчицей в чине старшего лейтенанта при штабе советского командующего в Вене, генерала Курасова. Потом, почти до самой своей смерти в 1965 году, она работала корректором в разных московских газетах. Ее болезнь началась, видимо, сразу после войны. Временами она переставала есть, выходить на улицу, отвечать на телефонные звонки и сутками лежала не двигаясь на огромной бабушкиной кровати. Мы с ней тогда жили практически в одной комнате – мой закуток был отгорожен тонкой фанерной перегородкой, – и я стал свидетелем развития ее психоза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.