Василий Головачев
Два меча

Позабыты старые боги,

Позабыты герои времен.

Екатерина Оверчук

О находке нового древнего города на севере Челябинской губернии Дмитрий Храбров узнал от своего приятеля-археолога Витюши Костина, вечно пропадавшего в экспедициях. На этот раз Витюша неожиданно приехал в Москву на несколько дней, чтобы пополнить запасы продовольствия для группы археологов, изучающих «страну древних русских городов» на Южном Урале, а заодно и выклянчить кое-какое дополнительное оборудование в институте. И надо же было так случиться, что и Дмитрий в это время оказался в столице. Естественно, они встретились у Витюши дома, – жил археолог в двухкомнатной квартире в новом комплексе «Олимпия» в Строгине, – и тот поведал приятелю историю находки.

Первое из поселений «страны городов» – Аркаим – было обнаружено шестнадцать лет назад экспедицией челябинского археолога Геннадия Борисовича Здановича. Аркаим раскопали быстро и увидели удивительную картину, с воздуха напоминающую структуру живой клетки. С тех пор археологи, привлекшие для своих нужд аэрокосмическую технику, нашли еще двадцать два города эпохи бронзы, то есть существовавшие в степях Урало-Казахстанского региона две с половиной тысячи лет назад.

Открытие такого количества городищ стало сенсацией для историков, в большинстве своем не подозревавших о наличии двадцать пять веков назад в этом районе крупного культурного центра, который не уступал таким признанным центрам раннегородской цивилизации, как Дашлы в Северном Афганистане и Троя VI на северо-западе Малой Азии. Уникальная сохранность городищ и огромная научная ценность находок заставили съехаться на юг Урала многих известных ученых. Не отстал от них и Витюша Костин, доктор археологии, кандидат минералогических наук, в свои сорок три года выглядевший если и не мальчишкой, то скорее студентом, нежели серьезным научным работником. Ему посчастливилось участвовать в раскопках городищ Синташта и Любище, современниц египетского Среднего царства, крито-микенской культуры и Вавилона. И это он обнаружил еще один город на севере аркаимского заповедника, в ста семидесяти километрах от Аркаима, названный в его честь городищем Костьра.

– Он крупнее Аркаима, – похвастался Витюша, довольный произведенным на Дмитрия эффектом. – Его диаметр – больше километра, в то время как у Аркаима и Синташты всего сто пятьдесят – сто восемьдесят метров. И домов в нем насчитывалось не шестьдесят, как у других городов, а триста с лишним. Однако главное – курган в центре. Мы его еще не раскопали, думали, что это VIP-захоронение, но, судя по всему, это какое-то культовое сооружение типа святилища или храма. Я, собственно, и приехал в Москву за интраскопом, чтобы мы могли просветить курган и выяснить, что там внутри. Не хочешь принять участие в раскопках?

Дмитрий задумчиво взвесил в руке бокал с вином.

– Вообще-то предложение заманчивое, хотя у меня уже есть маршрут.

– Куда, если не секрет?

– В Китай. Хочу проверить гипотезу одного моего приятеля, что знаменитая Китайская стена на самом деле строилась не китайцами.

– А кем?

– Древними гиперборейцами. Точнее, их потомками, одной из веточек древних русичей.

– Бредятина!

– Ничуть не бредятина, – не обиделся Дмитрий. – Ты хоть знаешь, что бойницы Китайской стены смотрят не наружу, от территории Китая, а наборот? Словно строители ждали как раз набегов с востока. А на востоке-то – Китай.

Витюша допил вино, махнул рукой.

– Может быть, ты и прав. Но уверяю тебя, наши находки интереснее. Мы готовы взять тебя на довольствие. Ты хороший боец и мастер рукопашки, а там у нас не все… – Витюша замялся, почесал нос, понимая, что проговорился.

– Что? – полюбопытствовал Дмитрий.

– Да понимаешь, мешает нам какая-то зараза!

– Местные власти?

– Да нет, они-то как раз не препятствуют, потому как заинтересованы в наших изысканиях, туристы в заповеднике стали приносить доход в местную казну. А вот церковники и бандиты житья не дают.

– Ну, бандиты понятно почему, а церковники? Им-то чем ваши раскопки помешали?

– Не знаю. Только уже трижды к нам наведывались попы и сочувствующие им граждане, то с уговорами, то с угрозами, пытались запретить нам работать. Анафеме предали. – Витюша хихикнул.

– Странно, церковь обычно в мирские дела не вмешивается. Тут что-то не то. Может, место, где вы нашли городище, связано с какой-нибудь древней легендой?

– Есть такая легенда, – закивал Витюша, осоловевший от вина. – Даже не одна. По нашим прикидкам, все города такого типа принадлежат пришедшим с севера язычникам или, точнее, огнепоклонникам – протоарийцам. И вот когда на Руси началось брожение, связанное с насильственным крещением – в том числе огнем и мечом, – якобы в этом месте и произошло последнее сражение между язычниками и христоносцами. Город, который мы копаем, практически весь сгорел. Мы нашли там много разного оружия и даже остатки колесницы.

– А останки воинов?

Витюша взъерошил волосы на голове.

– Тут у нас нестыковка. Ни одного трупа! То есть скелета. Будто никакого сражения не было. И ни одного захоронения! Может, курган и есть братская могила? Хотя, с другой стороны, огнепоклонники своих мертвых не закапывали, а сжигали…

– Действительно, загадка. – Дмитрий почувствовал возбуждающий запах тайны. Подключившаяся интуиция предсказывала немало чудес и открытий, таящихся в найденном городище. Стоило повременить с поездкой в Китай, чтобы поучаствовать вместе с Витюшей в раскопках древнейших русских городов. А поскольку Дмитрий не зависел ни от каких обстоятельств и самостоятельно решал, в какие края ему податься, то и принимал решения без особых колебаний.

Вообще же за его спиной были десятки других экспедиций по Крайнему Северу России и по Дальнему Востоку. Он был не только известным путешественником, но и специалистом по выживанию в экстремальных условиях.

В октябре Дмитрию исполнилось тридцать лет. Был он высок, поджар, сухощав, изредка отпускал усы и бородку – во время экспедиций, носил длинные волосы и выглядел скорее монахом-отшельником, нежели мастером воинских искусств и выживания, способным без запасов воды и пищи преодолеть сотни километров по пустыням, горам и джунглям. В двадцать два года он закончил журфак Московского госуниверситета, полтора года проработал в одной из подмосковных газет, женился, но потом познакомился с путешественником Олегом Северцевым, учеником знаменитого Виталия Сундакова, увлекся путешествиями, и семейная жизнь его закончилась. Жена не захотела ждать мужа неделями, а то и месяцами, да и зарабатывал он как журналист очень мало, не хватало даже на приличную косметику. Правда, впоследствии, когда он стал знаменит, за его репортажи, заметки, статьи и фильмы стали платить значительные деньги, но к этому моменту Дмитрий был уже в разводе.

– Когда ты отправляешься? – спросил он клюющего носом Витюшу.

– Завтра, – ответил археолог заплетающимся языком. – Самолет летит в четырнадцать сорок, из Домодедова.

– Билеты вы уже взяли?

– Билеты не нужны, мы летим на военном транспортнике, Паша Кочергин, я и Эдик Решетов.

– Я с вами.

Витюша оживился.

– Тогда я с утра пойду к начальству, пусть оформит тебе командировку. Успеешь собраться?

– Чего мне успевать? – засмеялся Дмитрий. – Галстук завязал – и в путь. – Он встал. – Все, до завтра, пойду домой, кое-кому позвонить надо и кое с кем повидаться.

– Могу заехать за тобой. Нас институтская машина будет отвозить в аэропорт.

– Прекрасно, буду ждать. Позвони, когда выйдешь из дома.

Дмитрий пожал приятелю руку и направился к выходу, размышляя над Его Величеством Случаем, распоряжающимся судьбами людей. Хотя в глубине души он был уверен, что случай на самом деле – лишь свидетельство непроявленной закономерности. Уже не раз бывало, что он круто менял целеустановки Дмитрия, направляя его по первому впечатлению в иные сферы человеческого знания, которые потом приводили к значительно более впечатляющим результатам.

О том, что протоарии – такие же потомки гиперборейцев, как и древние русичи, – пришли в Южную Азию откуда-то с севера, имелись свидетельства в таких памятниках древнеиранской и древнеиндийской культур, как Ригведа и Авеста. Находка «страны городов» на юге Урала подтверждала эти указания. Но дело было даже не в этом. Дмитрий давно искал следы гиперборейцев, исходив чуть ли не весь Крайний Север России, а теперь ему представилась возможность еще раз убедиться в истинности гипотезы о предках русского рода, пришедших с севера. Город, обнаруженный отрядом Витюши, и в особенности курган, судя по всему уцелевший от современных хищников – «черных» археологов, рыщущих по стране в поисках драгоценностей, вполне могли дать ответы на многие вопросы современной исторической науки. Короче, Дмитрий загорелся идеей поработать в экспедиции Витюши, зная, что такие шансы даются провидением не каждому и не часто. Оставалось найти деньги для поездки, предупредить начальника группы, собравшейся в Китай, что он не полетит с ними, и подготовиться к новому маршруту.

Наутро он был готов к походу.

Однако в назначенный час Витюша не позвонил.

Дмитрий подождал пять минут, десять, пожал плечами, размышляя над своей готовностью мчаться сломя голову на край света ради жажды приключений и открытий, потом почувствовал смутное беспокойство. Несмотря на внешнюю безалаберность и неубедительный вид, Витюша Костин был человеком дела и никогда товарищей не подводил. Он мог задержаться на минуту, на две, в самом крайнем случае на пять, но при этом всегда существовали объективные причины опоздания, о которых он предупреждал заранее. А так как до отлета самолета в Челябинск оставалось всего два с половиной часа, Витюша не мог отнестись к этому обстоятельству безответственно.

Дмитрий набрал номер археолога.

Витюша не ответил. Молчал и его мобильный телефон.

Дмитрий подождал еще несколько минут, прикидывая варианты своих действий, затем быстро упаковался, повесил через плечо чехол с карабином, взял сумку с вещами и спустился во двор, где стоял его старенький «Мицубиси-Паджеро». На время отсутствия в городе Дмитрий обычно загонял его в гараж соседа, старого приятеля отца, что было удобно.

Через полчаса он был в Строгине. Оставил джип возле бело-синего микроавтобуса, напротив центрального входа в подъезд. Консьерж-охранник, сидевший в стеклянной будочке на входе, приветливо махнул ему рукой, зная в лицо.

– Костин не выходил? – спросил Дмитрий.

– У него какие-то гости, – ответил консьерж.

– Да, я знаю, должны были заехать ребята из института. Давно они у него?

– Уж с час. Только это не ребята из института, я тех знаю. Один – священник в рясе, второй – парень в черном кожане, показал удостоверение.

– Какое удостоверение?

– Я особенно не приглядывался, – виновато шмыгнул носом консьерж. – Но оно такое серьезное, малинового цвета, с золотым тиснением. Там еще буквы были РПЦ…

– Русская православная церковь. – Дмитрий хмыкнул. – Никогда не видел у попов никаких удостоверений. Ладно, разберемся.

Он зашел в лифт, нажал кнопку двенадцатого этажа.

Дверь в квартиру Витюши оказалась открытой.

Дмитрий толкнул ее от себя, шагнул в прихожую и увидел летящий в голову предмет. Инстинктивно уклонился, нырнул вниз, действуя на бессознательном уровне. Предмет оказался бейсбольной битой и намеревался достать голову гостя, летая как живой. Лишь потом Дмитрий понял, что бита имеет продолжение – человеческую руку. Последующие события происходили как бы помимо его воли, почти без участия сознания, так как тело подчинилось боевому трансу, выбирая наиболее оптимальные положения и ответы.

Бита вылетела из руки нападавшего и словно сама собой опустилась на его круглую голову. Парень упал. В прихожую выглянул мужчина в рясе, молодой, с усами и бородкой. Глаза у него были не просто прозрачные, а чуть ли не белые, и сквозь недоумение в них просверкивал огонь жестокой воли и угрозы. Он мгновенно понял, что происходит, сунул руку в складки рясы, вытащил длинный тесак, сделал выпад в сторону Дмитрия. Тот едва успел отскочить, но тесак снова устремился к нему, и Храброву пришлось несколько мгновений уворачиваться от лезвия, грозящего проткнуть его насквозь. Затем он двумя ударами выбил у монаха тесак (ну и ножичек, таким слона убить можно!) и от души врезал ему битой по шее, так что тот кувыркнулся через голову, влетая в гостиную.

Дмитрий прыгнул следом и увидел связанного Витюшу, сидящего на полу у дивана. На лице археолога красовались свежие царапины и красноватые припухлости, из носа шла кровь. Его явно допрашивали, хотя что хотели выпытать у него странные пришельцы, нельзя было даже представить. Дмитрий подскочил к нему, приподнял голову. Витюша открыл глаза, застонал.

– Ты?! Хорошо-то как…

Дмитрий оглянулся на монаха. Однако тот вдруг с непостижимой быстротой метнулся из гостиной в прихожую, раздался треск, ругань, шаги, хлопнула дверь. Нежданные гости ретировались. Дмитрий хотел было броситься за ними вдогонку, но стон приятеля остановил его. Он забежал в ванную, намочил полотенце и вытер лицо Витюши, остановил идущую из разбитого носа кровь. Потом развязал археолога и уложил на диван.

– Рассказывай, что тут произошло.

Витюша дотронулся до вспухшего носа, скривился.

– С-сволочи!.. Я даже сказать ничего не успел, сразу по роже получил… Сколько там натикало?

– Без десяти час.

– Черт, опоздаем! – Он, кряхтя, поднялся.

– Тебе в больницу надо.

– Какая, на хрен, больница! Без меня группа останется на бобах, лететь надо. Поехали в аэропорт.

– Ты же говорил, что за тобой должны заехать твои сотрудники.

– План поменялся. Они заезжали утром, забрали мои вещи и направились в одну контору за аппаратурой. Я хотел брать тачку и ехать за тобой, но тут приперлись эти…

– Кто они? Чего от тебя добивались?

– По дороге расскажу… – Витюша наткнулся на тесак, брошенный монахом, с удивлением поднял его. – Ни фига себе! Да это же дага!

Дмитрий подошел ближе.

– Интересная форма у ножичка. Первый раз такой вижу.

– Это испанская дага, кинжал для левой руки, известен с шестнадцатого века. Видишь, лезвие раздвигается. Но у этой даги необычная крестовина, с обратной дужкой. Такие носили, насколько мне помнится, странствующие монахи-миссионеры.

– А вид у кинжала такой, будто его только что изготовили.

– Возможно, это новодел. Давай возьмем с собой?

– Как хочешь, только тащи его сам.

Дмитрий помог приятелю переодеться, и они спустились к машине Храброва.

– Ты на своей? Это славно, не опоздаем. Жми! В аэропорту оставим на стоянке, никуда не денется.

Дмитрий погнал джип через Строгино, выехал на МКАД, надеясь, что им удастся не попасть в пробку.

– Так что они от тебя хотели?

– Сначала потребовали отдать находку. – Витюша потрогал синяк под глазом, криво улыбнулся. – А когда я сказал, что не понимаю, о чем идет речь, они начали меня лупить.

– И монах?

– Особенно монах. У него такие глаза страшные!.. Как у колдуна! – Витюшу передернуло.

– Ничего, я его найду, – пообещал Дмитрий, вспоминая взгляд монаха. – Интересно, что они имели в виду? Ты действительно нашел что-то ценное?

– В том-то и дело, что ничего существенного, если не считать фрагмент скелета, черепки, остатки колесницы и оружие – ножи всякие бронзовые, топоры, палицы… Кстати, их, по-моему, интересовало именно оружие. Когда ты пришел, монах допрашивал меня, куда я дел мечи.

– Мечи?

– Именно мечи, – кивнул Витюша.

– Зачем попам мечи?

– Это ты у них спроси.

– А вы их находили?

– Железяк было много, точнее, бронзовых изделий, я кое-что привез в институт, но мечей не было.

– Странная тяга у православных попов к оружию. Ведь наша религия вроде бы запрещает воевать, в отличие от ислама.

– Ты плохо представляешь основы христианской религии. Из всех мировых религий это особо жестокая, чтобы ты знал, ее апологеты убили миллионы людей, носителей иной веры, в том числе славянских язычников.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.