Маргарита Гришаева
Высшая правовая магическая академия. Работа под прикрытием

© М. Гришаева, 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

Пролог

Густая темнота кабинета медленно рассеивалась под слабыми лучами показавшегося солнца. Отблески света, с трудом пробившиеся сквозь паутину ветвей и ткань занавесей, мазнули по бледному нахмуренному лицу мужчины, едва ли заметившему приближение рассвета. Сидя за столом, он задумчиво прокручивал бокал в руке, заставляя почти растаявшие кубики льда тихо звякать друг о друга. Возникшие осложнения заставляли его злиться, едва не кроша стекло бокала в руках: столь тщательно спланированное действие, выверенное почти до каждой мелочи, его последняя надежда была под угрозой.

Слишком рано вскрылось существование ритуала. Столько сил потрачено, чтобы скрыть тела и запутать след, но все равно им удалось вычислить правильный рисунок. Только этим можно объяснить появление на месте девчонки и следователя. Особенно нервировала она, ведь он был уверен, что девчонку убрали. Почему из всех именно она оказалась втянута? Неужели это просто ее судьба – погибнуть ради его цели? А ведь он всеми силами пытался этого избежать.

Наверняка это она обо всем догадалась, потому и оказалась там первой. Они едва разминулись – хорошо, что вовремя среагировали сигнальные нити. Стоит признать, девчонка слишком умна, опасно умна для своего собственного благополучия. Нет, ее нужно убрать из игры, причем по возможности как можно мягче – не хотелось бы повторить прошлую ошибку, чудом обернувшуюся удачей.

И почему ему все время так не везет на исполнителей? В прошлый раз зарвавшийся идиот пустил все наперекосяк. И после стольких лет подготовки и поиска нового плана ему попался другой жадный глупец. Поначалу его своевольные правки даже казались полезными – они должны были скрыть истинный смысл происходящего. Но очередное поспешное решение какого-то глупца, и он едва не потерял свой страховочный план, так долго оберегаемый им. Неужели именно эта ошибка вывела их на правильный путь? Как много они теперь знают?

Пальцы судорожно сжались на стекле, словно жаждая раздавить его в своей хватке. Как же жаль, что невозможно всех заставить мыслить так же четко, как он сам. И как жаль, что нельзя все сделать самому – это было бы гораздо проще и эффективнее, чем исправлять ошибки подчиненных.

Вслед за первым лучом несколько других лениво поползли по спинке кожаного кресла, граням бокала в мужской руке, соскользнув с нее на дерево стола и бумаги, покрывающие его.

Впрочем, девчонка – это так, досадная неприятность. Бриар – вот кто главная проблема. Он и его отец. Они имеют большое влияние при дворе. А теперь им еще известна конечная точка. Радовало только, что вряд ли они способны догадаться об истинной цели ритуала: учитывая императорское самомнение, у них не возникнет вопросов, зачем все это было проделано. А значит, вся охрана будет сконцентрирована в месте, далеком от его интересов. Впрочем, некроманты все равно способны вставить ему палки в колеса. И избавиться от них почти невозможно, да и это просто будет лишней тратой ресурсов – ему нужно сконцентрироваться на совершенно другом!

Бокал в руке жалобно хрустнул, рассыпаясь на мелкие осколки, не выдержав гнева мужчины. Тот лишь поморщился от досады, стряхнув с руки сверкающую крошку.

Спокойно, нужно просто взять себя в руки. Даже зная о ритуале, они ничего не могут сделать. Колеса запущены уже давно, действие не остановить. В нужный вечер дворец будет полон людей, изолировать его будет невозможно. Да, некроманты, несомненно, будут там, в самом центре событий, следить и контролировать все. Но это не так уж и важно, ведь их внимание будет отвлечено другим.

Конечно, они могут попытаться вычислить заговорщика до назначенного дня. И с этим… можно даже им помочь. Или просто даже ничего не делать, оставив посредника самого разбираться с последствиями своей жадности. В конце концов, самому ему не хватит способностей скрываться слишком долго. Ритуал он закончит самостоятельно, пока эта мелкая сошка будет отвлекать внимание Бриара и остальных. И даже если его вычислят достаточно быстро… Что ж, он давно позаботился, чтобы никто не смог сказать о нем лишнего слова.

Значит, стоит отбросить сомнения и злость – все произошедшее лишь досадные мелкие неприятности, не способные разрушить его планы. Что такое одна любопытная девчонка и пара некромагов против более чем десяти лет тщательного планирования? Даже повышенная охрана не помешает – в шуме празднества найти легкую жертву и пять минут уединения в огромном пространстве замка не будет проблемой. И тогда все будет решено. Первый важный шаг на пути к цели будет сделан. Он ждал уже достаточно долго, и теперь, когда до заветной цели осталось буквально три шага, он не позволит ничему и никому встать у него на пути.

Часть первая
Подслушивание – недостойное порядочной девушки занятие, однако весьма полезное

После пугающего открытия мы с хранителем еще долго не могли прийти в себя. В конце концов, наспорившись до хрипоты, но так и не придя к единому мнению, что же делать дальше, мы сделали по глотку ударной дозы успокоительного и отключились. К счастью, в этот раз без различных болезненных кошмаров и воспоминаний. Подозреваю, что ближайшие пару недель успокоительное станет моим постоянным спутником. Проснулись, когда за окном уже давно стемнело, а часы подсказали, что ужин нам уже не светит, а до завтрака еще придется как-то дожить.

– Будем худеть, – вяло заметила мрачному коту, и тот бросил на меня укоризненный взгляд.

– До состояния скелета? Ты уже и так бледная как смерть, хочешь теперь стать такой же худой? Или это коварный план по отвращению Бриара? – скептически поинтересовался он.

– Если бы это было так просто. Он ведь мне даже незаконную деятельность простил. Не думаю, что худоба его сильно испугает, – вздохнула я, выползая в гостиную.

Есть не особо хотелось, вообще ничего не хотелось, но желудок все же недовольно бурчал – еще бы, сутки не кормила, – так что пришлось подобрать со столика остатки печенья. По-братски разделив его с котом, я забралась с ногами в кресло и уставилась в медленно разгорающийся усилиями кота камин. В голове было пусто, а на сердце тяжело. Так мы и сидели с хранителем – грызли печенье, любовались на огонь и размышляли каждый о своем.

– Касс, – подал вдруг голос хранитель, – что ты решила?

– Я не отступлю, – повторила ему то же, что и несколько часов назад. – Впервые за несколько лет у нас появилась хоть какая-то ниточка, я не могу просто закрыть на нее глаза. Пусть меня отстранили от расследования, но я же буду теперь все время рядом – отрабатывать свое наказание. Думаю, что все равно буду слышать новости, а размышлять и сопоставлять мне никто не мешает. И сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь раскрыть это дело, – нахмурилась я.

– Тогда… может, расскажешь магистру про свою семью? Ведь если эти дела и правда связаны, то ты можешь дать подсказку. Да и у Бриара как у главы управления наверняка есть допуск к архивам Тайной канцелярии, – аккуратно предложил хранитель, опасаясь моей реакции на это предложение. И не зря.

– Нет, – сухо и решительно отрезала я.

– Ты ему не доверяешь? – вздохнул кот, поднимая на меня сочувствующий взгляд.

– Я никому не доверяю полностью, – отозвалась мрачно. – Мои родители уже когда-то поверили не тем людям, и ты уже знаешь, куда это их привело. Хран, даже ты знаешь обо мне не все, уж прости, хотя мы с тобой знакомы давно. Это вопрос не просто доверия – это вопрос безопасности, причем не только моей. – Я почувствовала легкую дрожь страха в руках и лишь сильнее сжала их на коленях, пытаясь успокоиться. А ведь во мне все еще ударная доза успокоительного, и все равно пробирает.

– Неужели все настолько плохо? – тихо пробормотал хранитель, с опаской разглядывая меня.

– Подумай сам, наш убийца не только планирует, но и, похоже, имеет реальные шансы взломать что-то крайне защищенное в императорском дворце. Как ты думаешь, что же он за человек, если способен организовать такое? Насколько он может быть опасен?

– Понял, – мрачно кивнул кот, принимая мою позицию по этому вопросу.

И я была бесконечно благодарна, что он не стал обижаться на меня за скрытность. Потому что потерять сейчас и его поддержку было бы для меня слишком тяжело. Когда-нибудь я расскажу ему все. Когда у нас появятся еще хоть какие-то подсказки. А пока… это знание не даст ему ничего, кроме понимания масштабов власти нашего врага, но и это мне уже удалось объяснить коту.

Между нами вновь воцарилось апатичное молчание. Не знаю, дело ли в безумно напряженном предыдущем дне или в зелье, в которое Хран намешал явно что-то более действенное обычного успокоительного, но мы оба словно пребывали в какой-то прострации – бесконечно усталые и потерянные.

Поэтому даже взметнувшиеся посреди комнаты потоки магии, указывающие на открытие портала, не заставили нас пошевелиться. В конце концов, личность визитера и так была понятна, и смысла что-то изображать перед ним я уже не видела. Не после прошедшего дня.

– Хочу напомнить, что я уже предупреждала вас насчет входной двери, – заметила сухим голосом, бросая взгляд на вышедшего из портала магистра, с явным беспокойством осматривающего меня.

– Мне казалось, мы уже перешли на «ты», – напомнил он, закрывая переход за спиной и делая шаг ко мне.

– Сначала научитесь ходить ко мне через дверь, тогда я попробую научиться не выкать вам.

Бриар нахмурился. Внимательно посмотрев на меня, явно сделал неутешительные выводы и мгновенно оказался рядом. Опустившись на корточки, чтобы наши лица оказались на одном уровне, вгляделся в мое безразличное лицо:

– И тебя не беспокоит, что меня могут заметить?

– Не в это время, – напомнила я, что, кроме всего прочего, уже наступил комендантский час, а значит, точно не лучший момент для визита в комнату студентки.

– Но в другой раз я могу прийти раньше, и тогда меня увидят, – резонно возразил мужчина.

Я нахмурилась от этой внезапной мысли. Даже не знаю, что беспокоит меня больше – его визиты без предупреждения или возможный поток новых сплетен.

– Не знаю, – буркнула я недовольно. – В конце концов, это ваша проблема. Либо придумывайте, как предупреждать о своем появлении, либо совсем не приходите. Это просто невежливо – приходить без спроса.

– Ладно, – мягко улыбнулся мужчина, погладив по волосам и все еще с беспокойством разглядывая меня, – я придумаю, как тебя предупреждать, а ты перестань мне выкать.

– Постараюсь, – скупо кивнула и снова уткнулась взглядом в весело трещавший камин. Я не хотела сейчас ни с кем разговаривать и никого видеть, и даже сил, чтобы сообщить об этом, не было. Хотелось просто обнять Храна и до бесконечности смотреть на огонь.

– Я хотел пригласить тебя поужинать в каком-нибудь ресторанчике, – вновь подал голос мужчина, пристально следя за моей реакцией. – Что-то мне подсказывает, что ты пропустила ужин.

– Спасибо, но нет, – краем глаза отметила помрачневший вид магистра.

– Почему?

– Я не одета, – заметила очевидное и, разведя руки, наглядно продемонстрировала все те же брюки и рубашку, выданные мужчиной.

– Я подожду, пока ты приведешь себя в порядок.

– Не хочу.

– Почему? – терпеливо продолжил расспросы мужчина.

– Я не голодна, – выдала лучший аргумент, надеясь, что после этого меня оставят в покое. Но в тот же момент предательски заурчало в животе. Кошак в соседнем кресле фыркнул даже слишком очевидно.

– Ты со вчерашнего вечера не ела, – скептически заявил магистр. – Касс, что опять случилось? Давай ты сейчас прямо и сразу ответишь, а не будешь долго увиливать и играть в вежливость. Мы оба устали и голодны, давай просто поедим вместе, и все.

– Я не хочу никуда идти, не хочу ни о чем разговаривать. Я хочу просто побыть одна…

Дамиан настороженно и немного обеспокоенно осмотрел меня:

– Ты хорошо себя чувствуешь? Температуры нет?

– Со мной все в порядке. Во мне ударная доза успокоительного, до утра у меня все будет хорошо.

– Понятно, – чуть помрачнев, вздохнул Бриар и все же поднялся на ноги.

– Уходишь? – я удивленно посмотрела на него. Хотя этого я и добивалась, но все же не ожидала, что он так быстро сдастся.

– Ненадолго. Я понимаю твое состояние и уважаю желание побыть одной, но не в ущерб твоему здоровью. Поэтому хочешь ты того или нет, но я тебя покормлю, а потом уже оставлю в покое, как ты того желаешь. А пока придется все же меня потерпеть. Скоро буду, – усмехнулся он и исчез в провале портала.

– Какое благородство, – пробормотала я себе под нос, вылезая из-под пледа и направляясь в спальню, чтобы все-таки привести себя в более-менее приличный вид.

– Никак не придешь в себя? – с пониманием уточнил спешивший за мной хранитель.

– И это тоже, – вздохнула я, зарываясь в шкаф. – Слишком много всего навалилось, сам понимаешь. Но кроме всего прочего, ужин с Бриаром – это нежелательное внимание. Сомневаюсь, что он бы повел меня в какое-то маленькое, незаметное заведение. А начальник следственного управления не последний человек в городе. Его многие должны знать в лицо, не думаю, что появиться с ним в общественном месте – лучшее решение.

– Вот ведь, Каська, а я об этом даже не подумал, – пробормотал кот растерянно.

– Бывает, – вздохнула я, натянув одно из немногих оставшихся в целости платьев.

Из зеркала на меня смотрела бледная, с синяками под глазами девица с колтуном грязно-серых волос на голове – ночью я слишком усиленно вымывала из них краску. Странно, что Бриар еще не попытался расспросить, для чего я крашусь.

– Пока я попытаюсь разобрать кошмар у меня на голове, – обратилась к хранителю, разыскивая в комнате расческу, – пробегись по гостиной, чтобы у нас там ничего лишнего не валялось.

– Он же все равно уже знает про артефакты.

– И все же… не стоит давать ему лишнего повода вспоминать об этом. Да и вообще задуматься, как я их делала.

– Параноик, – пробурчал кот, выйдя из спальни и буквально через мгновение возвращаясь. – Вот твоя расческа.

– Спасибо, – поблагодарила его, снова обращаясь к не радующему отражению в зеркале. Нет, пожалуй, лучше не смотреться в него лишний раз.

Так что я предпочла вернуться в гостиную, где кот уже избавился от компрометирующих нас бумаг и забрался в мое кресло. Чуть потеснив его, я пристроилась рядом, берясь за пыточное оружие.

– Проклятье, как же надоело! – скрипя от боли, продирала я расческу через спутанные пряди. – Может, ты и прав, – взглянула на кота, притиснутого к подлокотнику кресла, – наверное, стоит и вовсе их отрезать, чтобы не мучиться.

– Не стоит, – прозвучало из-за спины, и я от неожиданности вздрогнула – как он так незаметно открыл портал? – Не гонись за модой на стрижки.

Обернувшись, увидела магистра, нагруженного подносом, полным тарелок.

– Дело не в моде, – я поднялась, чтобы помочь, – это вопрос практичности.

– Пусть так, но не принимай решение под влиянием момента. Сейчас тебе плохо и кажется, что, отрезав волосы, жить станет немного легче. Но проблемы это не решит. Отрезать легко, но что ты будешь делать, если потом пожалеешь? – заметил он, пока мы пытались уместить тарелки на небольшом столике между креслами.

– Отращу обратно, – пожала я плечами, – пара часов в лаборатории, и готово.

– В смысле?

– Для этого есть зелье.

– Надо же. И откуда ты про него знаешь? Уже были попытки укоротить волосы?

– Нет. Просто читала про него.

– Иногда мне начинает казаться, что тебе проще уже сдать экстерном экзамены, – хмыкнув, покачал он головой, с интересом глядя на меня. – Ты знаешь явно больше уровня своего курса. Что тут говорить, если ты уже работаешь лучше половины наших криминалистов.

– Это ничего не значит, – заметила я в ответ. – Мои знания довольно узкоспециальны. Я разбираюсь лишь в том, что мне интересно, но для полноценной работы по специальности неплохо бы и остальные дисциплины знать.

– Если бы все мои работники были столь же самокритичны, – хмыкнул Бриар, пристроив последнюю тарелку и убирая пустой поднос на письменный стол.

Оглядев это обилие тарелок, я неожиданно почувствовала острый приступ голода, и в голове родился закономерный вопрос.

– И кого вы ограбили на все это великолепие?

– Ты, – поправил меня Дамиан.

– Кого ты ограбил? – покорно повторила, устраиваясь на полу за столом.

– Почему опять на пол? – сердито проговорил мужчина, проигнорировав вопрос. Ухватив за локоть, он поднял меня на ноги. – Что за вредная привычка?

– Столик низкий. Так удобнее.

Пробурчав себе под нос явно что-то неодобрительное в мою сторону, мужчина открыл под рукой небольшой портал, чтобы через мгновение расстелить мне плотно сложенный шерстяной плед. И да, на этот раз, устраиваясь на полу, я ясно ощутила, что пол нагрелся.

– И все же, откуда такой пир?

– Из родительского дома, – признался он, вновь открывая портал и вытаскивая оттуда пару бокалов и бутылку. – А это личные запасы. Вина?

– Не знаю, – засомневалась я. – Не думаю, что это разумно.

– Еще бы ты раньше подобную разумность проявляла, – скептически заметили мне, открывая бутыль. – Не переживай, оно совсем легкое. Только для аппетита и чтобы спалось легче.

Мысли о грядущем сне заставили нахмуриться – альтернатива хорошему снотворному мне точно пригодится.

– Тогда давайте.

– Давай, – невозмутимо поправил меня Дамиан.

Я лишь молча кивнула.

– За вечер в прекрасной компании, – с легкой улыбкой протянул мне мужчина полный бокал, а затем потянулся навстречу своим.

Легкий звон соприкоснувшихся краев, и я сделала первый глоток, удивившись неожиданно приятному вкусу. Какой-то немного фруктовый, терпкий, и алкоголь совсем не чувствуется. И почти тут же моим вниманием полностью завладела тарелка с куском мяса под носом. Совсем недавно мне казалось, что кусок в горло не полезет, а теперь я боялась, что выгляжу какой-то дикаркой, с таким остервенением кинулась есть. И даже чуть смеющийся взгляд магистра не заставил меня умерить энтузиазм. А вот разговаривать меня и правда не тянуло. По крайней мере, пока незаметно не закончился первый бокал вина.

– Еще? – предложил магистр, и я, не задумываясь, кивнула, а потом тут же засомневалась.

– Я не опьянею? Никогда раньше не пила.

– С двух бокалов? – усмехнулся мужчина, подливая мне вина. – Сомневаюсь, а даже если и да, беспокоиться тебе не о чем – занятий завтра нет и ты уже в своей комнате.

Аргументы не показались мне убедительными, но рука все же потянулась к бокалу, и очередной глоток я делала почти не сомневаясь. А когда тарелка передо мной почти опустела, а содержимое бокала уменьшилось вполовину, меня внезапно потянуло на разговоры – кажется, вино оказалось коварнее, чем мне сказали.

– Значит, вчера мы были в доме ваших родителей? – уточнила я уже гораздо спокойнее и медленнее, накалывая очередной кусочек на вилку. – Как глупо было с моей стороны пытаться загипнотизировать вас, не подумав, что в доме может быть кто-то еще и сбежать так просто не получится…

– Во-первых, не вас, а тебя, – напомнил мне Бриар, чему-то тихо улыбаясь. – А во-вторых, нет, мы были в моем доме, поэтому если бы у тебя получилось, то остановить тебя и правда было бы некому.

– Вы живете совсем один? – удивилась я, подумав, что при его должности хоть какая-то прислуга в доме должна бы быть. Сомневаюсь, что магистр сам себе готовил и убирал. И что у него вообще есть на это время.

– Если точнее, я вообще там практически не живу, – усмехнулся он.

– Почему?

– Дел последние полгода было много, я редко туда попадал. В итоге даже прислуга попросилась в отпуск, делать в доме все равно нечего. Так что я всех распустил, – объяснил магистр.

– Тяжело с такой должностью, – задумчиво покачала я головой, делая еще небольшой глоток вина. – Не представляю, как вам еще сил хватает преподавать…

– Тебе, – снова поправил меня мужчина. – Наверное, так же, как тебе хватало сил учиться, заниматься дополнительно и бродить по ночам по архивам.

А вот я помрачнела, вспомнив, куда меня привели все эти прогулки. И какой выбор теперь передо мной стоял. Хотя… не было этого выбора. Я залпом опрокинула в себя остатки из бокала.

– А что с расследованием? Вы нашли какие-то улики или подсказки? – спросила расплывчато, на самом деле желая подробнее разузнать про нож – вдруг это все же был просто сон и игра воображения.

Бриар резко растерял благодушие и хорошее настроение и серьезно посмотрел на меня, отставив бокал.

– Пообещай больше не лезть в это дело! Что хочешь делай со своим синдромом отличницы, но забудь про него. В свете последних событий тебя вообще нельзя было к нему подпускать, – нахмурившись, проговорил мужчина.

– Каких событий? – уточнила с настороженностью. Чего еще я не знаю? Может, пока я спала, они и правда разузнали что-то?

Мне достался мрачный укоризненный взгляд. Но, поняв, что я все же не издеваюсь, он проникновенно спросил:

– Касс, а ты посмотрела, в какой точке заканчивается печать?

– Да, – кивнула я в ответ. Неуверенно поднявшись на ноги, я чуть покачнулась, но хмурый магистр придержал меня за локоть, а потом прошла к карте. – Во дворце. Но главное же, что мы узнали конечную точку, не так ли? – оглянулась на мрачного мужчину, следящего за мной. – Зная место и время, можно будет перекрыть доступ в здание и не дать преступнику закончить свой ритуал.

– Касс, просто посчитай, на какой день приходится это знаменательное событие, – устало потерев виски, попросил Бриар.

– Ночь Долгой зимы, – прошептала я, с трудом закончив подсчеты. – Императорский зимний бал.

Весь свет нашей империи и соседних государств соберется, чтобы отпраздновать извечное противостояние света и тьмы. Да, в этот день очистить здание от всех посторонних и ненадежных людей вряд ли получится. А отменить празднество все равно что признаться во всеуслышание, что в империи проблемы, – не лучшее политическое решение.

– Вот именно. – Я и не заметила, как он уже оказался рядом и развернул к себе лицом, чтобы строго выговорить: – Поэтому, пожалуйста, выброси из своей хорошенькой головы все мысли, связанные с этим делом. Без шуток, Касс. Тебя ничего не должно связывать с этим делом.

Ясно, значит, магистр настроен слишком решительно. Вряд ли мне удастся вытянуть из него какую-то информацию. Но вот Аларик… оборотень всегда охотнее делился со мной сведениями.

– Хорошо, – изобразила я покорность. Отстранившись, тут же сняла со стены карту, кое-как смяла ее и, сделав пару шагов, кинула в камин.

Пламя взвилось, выплескиваясь наружу и раскидывая яркие искры вокруг, а меня резко отдернули от этого буйства красок.

– Такого радикального решения проблемы я не ожидал, – напряженно проговорил магистр. – Что-то с тобой не так.

– Успокоительное, – напомнила я, безразлично пожав плечами.

Вырвавшись из его хватки, я вернулась к своему месту и уже сама налила себе еще один бокал коварного вина – кто знает, может, и правда после него мне станет легче. Магистр проводил мои движения неодобрительным взглядом, но возражать не стал. Вернувшись на свое место, продолжил обеспокоенно следить за мной.

– Мы же договорились, Касс? Ты больше не будешь лезть в это дело? – уточнил строго.

– Договорились, – вновь изобразила я паиньку и поспешила перевести тему: – А десерт будет?

– А что ты хочешь? – облегченно выдохнув и улыбнувшись, поинтересовался мужчина.

– Шоколад, – попросила его, зажмурившись от наслаждения, лишь представляя сладкий, тающий вкус во рту.

– Держи, – раздался смешок рядом.

Я удивленно распахнула глаза и тут же получила в руки большую плитку в хрустящей фольгой упаковке.

– Спасибо, – искренне улыбнулась ему, разворачивая блестящую обертку и откусывая кусочек.

Терпкая, чуть горьковатая сладость растеклась по языку, тут же пробуждая воспоминания, как мы уже сидели вдвоем, разговаривая. Яркое солнечное утро, крепкий запах кофе, вкус шоколада, смех…

Перед глазами тут же промелькнуло радостное лицо Миры тем солнечным утром. Улыбка наслаждения сползла с моих губ, а рука с плиткой безвольно упала на колени… Да как же я так могу сейчас радоваться чему-то и наслаждаться?

– Касс, что случилось? – обеспокоенно подался ко мне магистр.

– Я хочу пойти на похороны, – ответила ему едва слышно, подняв хмурый взгляд.

– Какие похороны? – не понял он меня.

– Я хочу пойти на похороны Миры, – объяснила, понимая, что без разрешения Бриара этого никак не сделать.

Лицо магистра тут же посуровело, хотя во взгляде и виднелось сочувствие.

– Касс, не думаю, что это хорошая идея, – покачал он головой. – По идее ты даже не должна знать, что девушка погибла. Пойми, это может вызвать подозрения, да и просто опасно.

– Ясно, – пробормотала я, поспешно отворачиваясь к камину, чтобы он не заметил слез в моих глазах. Конечно, я с самого начала понимала, что ответ будет именно таким – моя безопасность важнее какого-то формального прощания. Но я не могла так просто это оставить. Мира единственная, кто остался у Фрона, родных у них больше не было, друзей – лишь прочие сотрудники библиотеки, и стоило представить, что он будет стоять там один… Очередной всхлип мне просто не удалось сдержать.

– Касс, прости, – пробормотал мужчина, тут же оказавшись рядом и сгребая меня в объятия. Притянул меня к себе на колени, заставив уткнуться носом в плечо, и начал укачивать, словно ребенка. – Я придумаю что-нибудь, только, пожалуйста, не плачь

– Я п-п-онимаю, – всхлипывая, судорожно цеплялась я руками за рубашку у него на груди. – П-п-правда п-п-понимаю. Это просто к-к-конфликт в-в-веществ в к-к-крови – нельзя б-б-было мешать в-в-вино с ус-с-спокоительным, – пыталась объясниться и взять себя в руки, но слезы продолжали течь.

– Касс, ну я-то откуда знал. Из нас двоих целитель ты, – гладил он меня по голове, прижимая к себе ближе. И от этого плакать хотелось только сильнее. Не знаю, как долго продолжалась эта моя истерика, но Бриар все стерпел. И мои завывания, и залитую слезами рубашку… Все это время он лишь обнимал меня и обещал, что все станет лучше. Пусть не сразу, но боль утихнет. Я научусь жить с этим, а улыбчивая девочка пусть лучше останется в моей душе светлым воспоминанием, а не горечью потери. Он говорил, что я не виновата, что так сложилась ее судьба, но зато благодаря мне она хотя бы не была одна в этот страшный момент.

– Я так устала, – спустя какое-то время, успокоившись, прошептала я, больше для себя, даже надеясь, что магистр меня не услышит, – просто безмерно. От жизни, боли, от окружающей грязи. От учебы, зубрежек, людей вокруг. Устала от тебя, от страха и паранойи. Хочу туда, где никого не будет. На дно моря. Никогда не видела моря, но думаю, что в глубине, под толщей воды очень спокойно.

– Я отвезу тебя на море, – пообещал мне Бриар, приподнимая лицо за подбородок и аккуратно вытирая слезы с моих щек. – Правда, под толщей воды далеко не так спокойно. Я же рассказывал тебе про Кэола и его зверушку?

– Ты все выдумал, – всхлипнула я ему практически в губы.

– Я никогда не вру, – обдал он горячим дыханием мои в ответ.

– Ты профессионально недоговариваешь, – успела фыркнуть я, прежде чем меня заставили замолчать нежным поцелуем, прожигая теплом до самого сердца, слегка покрывшегося инеем.

– Успокоилась? – спросил мужчина, наконец отпуская из чувственного плена. Тихо вздохнув, я кивнула и пристроила гудящую голову ему на плечо. Нет, конечно, печаль и горечь еще не ушли совсем. Но ощущение чужой поддержки сделало их немного легче, позволяя мне дышать. Уткнувшись носом Дамиану в шею и глубоко вдыхая пряный аромат, я чувствовала, как обволакивают спокойствие и умиротворение, и вновь потянуло в сон. Прикрыв глаза, я растворилась в ощущениях горячих пальцев, медленно перебирающих пряди на затылке.

– Спасибо, – прошептала я еле слышно, не став объяснять, за что благодарю.

– Не за что, – гулко отозвался мужчина, не спеша отпускать меня. Какое-то время мы так и сидели, греясь в объятиях друг друга, и лишь шум потрескивающих поленьев в камине нарушал тишину комнаты.

– Касс, – наконец тихо позвал меня Бриар.

– Хм?

– Не засыпай пока. Я принес тебе кое-что.

Новость заставила меня проснуться. Открыв глаза, я отстранилась немного, чтобы заглянуть ему в лицо.

– Что?

Ловкое движение рукой (если бы не взметнувшиеся потоки магии, я бы и не поняла, что он снова открывал портал), и вот он уже протягивает мне что-то прямоугольное, завернутое в бумагу.

– Что это? – недоуменно посмотрела на него, принимая подарок.

– Разверни, – хитро улыбнулся он.

Заинтересовавшись, я неловко сползла с его коленей (только теперь осознав, насколько это было неуместно) и, устроившись рядом, разорвала упаковочную бумагу. И с восхищенным удивлением уставилась на предмет в моих руках. Плотный темный переплет из шуршащей кожи, запах бумаги и свежей печати, золотое тиснение, поблескивающее в слабом свете камина, и все это великолепие завершал витиеватый шрифт названия – «Легенды Изначального Мира». Я подняла растерянный взгляд на Бриара:

– Зачем?

– Просто так, – пожал он плечами в ответ. – Я купил ее тогда сразу после нашей прогулки. Хотел отдать раньше, да все времени не находилось.

Снова пройдясь рукой по неожиданно теплой обложке, чувствуя пальцами каждую букву названия, я размышляла, как же поступить.

– Я не могу ее взять, – наконец вздохнула я, протягивая книгу обратно.

– Почему? – чуть нахмурившись, спросил мужчина, рассматривая меня и даже не пытаясь забрать подарок.

– Слишком дорого. Я не смогу дать ничего равного взамен.

– И не нужно, – заметил он. – Это же подарок – он ни к чему тебя не обязывает. И если уж судить о ценности, этот вечер с тобой для меня куда дороже. А если ты еще и искренне улыбнешься, то я и вовсе еще останусь тебе должен, – попытался он пошутить.

Если бы это было что-то другое, я бы отказалась. Но это была великолепная книга, и Бриар явно догадывался, что это искушение мне не перебороть.

– Спасибо, – выдохнула искренне и прижала к себе кажущийся теплым томик. И да, тепло улыбнулась мужчине.

– Ну вот, я все-таки стал твоим должником, – усмехнулся он мне и, потянувшись, приобнял за талию. – Давай еще немного просто посидим вместе?

Правильно было бы поблагодарить его за вечер, подняться на ноги и попросить оставить меня, отговорившись усталостью… Но Хран был прав: никогда я не была особенно правильной. Молча кивнув, я позволила вновь притянуть себя на колени мужчины и сама уложила голову на чужое плечо. Потому что я действительно очень устала, а рядом с ним мне почему-то становилось немножечко легче. Поэтому, оправдав про себя свое поведение неудачным смешением успокоительного с алкоголем, я пообещала с завтрашнего дня больше не позволять нам так сближаться. А пока можно и погреться в его руках. Дремота вновь довольно быстро накатила на меня, да и размеренный стук сердца под ухом был ничуть не хуже колыбельной, поэтому внезапный вопрос мужчины даже не сразу всполошил меня.

– Касс, – позвал он едва слышно, словно не хотел разбудить, – что за кошмары тебя мучают? Кого ты так боишься? Кто может тебя забрать?

Слова с трудом достигали сонного сознания, но, сложившись во фразы, они заставили сон отступить, забирая вместе с собой и остатки тепла. Я выпрямилась, попытавшись отстраниться, но меня мягко придержали, не давая этого сделать.

– Просто кошмары, – дернула я плечом, отворачиваясь, чтобы не видеть его внимательного взгляда. – Какие-то неясные образы.

– Тебе снится прошлое? Воспоминания?

– Это просто плохие сны, – ответила я твердо. – Согласись, у меня есть причины их видеть. Я практически не помню их содержания по утрам, так что мне нечего тебе сказать. – И, дернувшись решительнее, все же выбралась из его объятий и встала. – Спасибо за вечер, но я устала и хочу спать.

– Ты опять прячешься и убегаешь, – глухо заметил мужчина, поднимаясь следом. – Прости, если я пробудил плохие воспоминания. Но я всего лишь хотел узнать, чего ты боишься…

– Того же, чего боятся все люди, – ответила я ему, потерявшись взглядом в пламени камина. – Я боюсь смерти…

Своей и своих близких… И не могу с уверенностью утверждать, какой страх сильнее.

– Я не хочу говорить о своем прошлом, – встряхнув головой, решительно обернулась к нему. – Эти воспоминания слишком расплывчаты и тяжелы для меня.

– Хорошо. Пока оставим все так, – добавил он, и я лишь чуть поморщилась, понимая, что по-другому он просто не смог бы. – Я понимаю, что ты пока не готова открыться. Значит, буду ждать, когда ты начнешь доверять мне.

– Спасибо.

– Как же с тобой сложно, – вновь притянув меня в теплые объятия, с тяжелым вздохом заметили над ухом.

– Даже не представляешь насколько, – горько усмехнулась ему в плечо.

Пару минут в этой уютной тишине я пыталась привести в порядок мысли и подозрения в своей голове. Похоже, события последних дней подстегнули все мои старые страхи. Неудивительно: все предпосылки для этого были. Это еще довольно слабая истерика была, но не хотелось бы повторения. Остается надеяться, что без ночных прогулок я начну высыпаться и состояние организма хоть немного улучшится. У меня впервые появился шанс разузнать что-то важное по делу родителей – я не могу позволить эмоциям взять надо мной верх и мешать мне думать. Сегодня должен быть последний вечер подобной слабости. И пожалуй, его давно пора заканчивать…

– Я правда хотела бы уже лечь спать, – заметила тихо в мужское плечо, впрочем, в этот раз не пытаясь вырваться. Бриар отпустил меня сам, отступая.

– Хорошо, – погладив по щеке, заправил он мне за ухо выпавшую прядь волос. – Ты права, тебе следует выспаться перед первым рабочим днем…

– Каким рабочим днем? – слегка опешила я. Завтра ведь еще выходной, последний из оставшихся.

– Штрафные работы, Касс, – с улыбкой напомнил мне магистр. – Как проснешься, жду тебя в своем кабинете.

– Хорошо, – покаянно кивнула я. В конце концов, наказание я и правда заслужила, да еще и легко отделалась. И кроме того, работа в управлении – это возможность узнать больше подробностей по делу, так что… остается только порадоваться, что мне назначили именно такую отработку.

– А теперь, раз все ценные указания выданы, я оставляю тебя отдыхать. – Легкое прикосновение к губам. – До завтра.

Как-то быстро и весьма ловко магистр смахнул в портал все пустые тарелки со стола и только после этого исчез и сам. И, еще немного посмотрев на пустующее место у стола, я решительно убрала с пола покрывало, чуть притушила камин и ушла в спальню, где уже давно дремал покинувший нас в какой-то момент вечера хранитель. А после, завернувшись в плотное одеяло, помолилась всем Богам Безмирья, чтобы в эту ночь мне удалось поспать без кошмаров.

– Просыпайся, малолетняя алкоголичка, – было первым, что я услышала утром, которое, как известно, добрым быть не может.

– Я не малолетняя, – пробормотала я, зарываясь носом в подушку.

– А против алкоголички ты не возражаешь?

– Возражаю, – пробурчала я, не желая вставать.

– Ну не знаю, – насмешливо потянул кот, – вино ты вчера хлестала будь здоров.

– Так остановил бы, – заметила недовольно, вылезая из-под одеяла – кошак все равно теперь не отстанет и не даст уплыть в объятия сновидений.

– Это как? С громким мявом выбил бы у тебя из руки бокал лапой? Это уже какая-то драматическая постановка.

Я хмуро посмотрела на Храна, понимая, что весь разговор затевался, чтобы разбудить меня.

– Как самочувствие? Голова не болит?

– Нет, – буркнула, одеваясь.

– А вчерашний вечер помнишь? – оскалившись, спросил кошак.

– Помню. И позавчерашний тоже не забылся.

– Прекрасно. И какие выводы ты сделала?

– Что не стоит мешать алкоголь с лекарствами, – поморщилась я, понимая, что вела вчера себя куда свободнее, чем следовало. Одно радовало – ничего лишнего сболтнуть не успела. Правда, здесь я уже успела проколоться во время кошмара, от страха рассказав явно больше, чем следовало.

– Отлично, тогда давай собирайся. Нам еще на отработку идти. Одну я тебя что-то опасаюсь отпускать, – спрыгнул он с кровати и направился к двери.

– Собираюсь, – покорно согласилась с планом действий и отправилась его выполнять.

Утренние сборы в этот раз заняли больше времени, чем обычно. Мало того, что все валилось у меня из рук, так еще пришлось потратить лишнее время на быструю перебежку до ванной – цвет волос срочно нуждался в обновлении. Я уже достаточно подразнила магистра этой странной сменой оттенков. И только полностью приведя себя в порядок и наконец собравшись, я вновь пошла искать Храна и нашла его в гостиной вместе с завтраком. Поднос с пышущим жаром кофейником и тарелкой с булочками на маленьком столике стал для меня неожиданностью.

– Это откуда? – круглыми глазами уставилась на богатство на столе.

– А что, есть варианты? – фыркнул кошак. – Не думаешь же ты, что это я своими лапками тебе все это приготовил? Я, кстати, тоже эпического момента доставки завтрака не поймал. Впрочем, меня вполне удовлетворит и процесс его уничтожения.

Выпечку мы с котом разделили по-братски на двоих. И даже от глотка кофе он не отказался, что бывало весьма редко, – видимо, аромат напитка оказался уж слишком соблазнительным. Тут я с ним согласна – такой вкусный мне не доводилось еще пробовать. Завтракали мы с котом молча и быстро. А закончив, я предпочла прояснить еще один момент, прежде чем мы пойдем на отработку.

– Хран, – позвала его, отставляя в сторону пустую чашку, – я хочу, чтобы ты знал – я твердо решила, что не буду отступать. Кем бы ни оказался наш враг, я должна хотя бы выяснить его имя. Поэтому я не оставлю расследования. Буду пытаться выведать любые крупицы информации. И… если ты не захочешь мне в этом помогать, я пойму… Ты не обязан рисковать собой, чтобы помочь мне. Знай, нашей дружбы это не изменит.

Хотя без поддержки кота, его ума и умений будет сложно, я обязана предоставить ему этот выбор. Враг и правда силен, а хранитель отнюдь не бессмертен, и он уже дважды пытался следовать за нашим преступником. И мне не хотелось бы думать, что я заставляю его рисковать собой, потому что он связан со мной и не имеет выбора.

– Глупая Каська, – хмыкнул хранитель и, спрыгнув со своего места, запрыгнул мне на колени и положил передние лапы мне на щеки, заставляя поднять взгляд на него. – Неужели ты правда думаешь, что я тебя оставлю? Я прекрасно понимаю твое желание разобраться с прошлым. И отговаривал тебя ввязываться в это не потому, что боюсь сам. Мне страшно за тебя. Но если по-другому ты не можешь, конечно, я помогу тебе. Кто еще сможет быть твоим здравым смыслом?

– Спасибо, – прошептала я, приобнимая его.

– Да не за что. Только вот сопли разводить не надо, – заметил кот ворчливо, – а то потом еще отмывайся после тебя.

– Ладно. Постараюсь сдерживать свои порывы, – рассмеялась я.

– Идем уже, порывистая, – спрыгнул он на пол. – Там твой магистр нас заждался.

– Он не мой, – пробормотала, чувствуя легкий жар смущения на щеках.

– Говори себе это почаще.

В этот утренний час выходного дня коридоры академии были удивительно пусты, что нам было только на руку. Слухов обо мне и Бриаре уже достаточно ходило, не хотелось бы вновь их подтверждать. Зато пока я шла в этой непривычной тишине, появилось время подумать, как вести себя с мужчиной дальше.

Вчерашний вечер был… странным во многих смыслах. Если бы не шок, успокоительное и вино, я бы не вела себя так раскованно. И боюсь, мое поведение могло дать магистру излишнюю надежду. Право слово, утром заявлять, что я не готова и не способна вообще ни на какие отношения, а вечером уже обнимать и принимать его поцелуи? Самой стыдно от того, как быстро и легко я сменила свое поведение. Вот только проблема в том, что, проснувшись этим утром, я снова была уверена – попытка сделать из нашего общения нечто большее будет ошибкой. Поэтому теперь я не представляла, как дать Бриару понять, что вчерашний вечер ничего не значит и не меняет. Всего лишь мгновение моей слабости, свидетелем которого он стал. Но единственное решение, пришедшее мне в голову, – сделать вид, что прошлым вечером ничего не было. Трусливо? Очень может быть. Но здесь мне несложно признать – я маленькая и слабая, а он большой и сильный, так что у меня есть право на эту трусость, и, да простит он меня, я намерена им воспользоваться.

В общем, в свете всех размышлений возможность погрузиться с головой в какую-нибудь работу была как никогда кстати. И, оказавшись у заветной двери, я была уже твердо уверена в своем решении и готова забыться в каком-нибудь задании. Глубоко вздохнув и поймав подбадривающий взгляд от кота, я постучалась.

– Входи.

Не давая себе заволноваться, я шагнула внутрь.

– Утро доброе, – улыбнулся мне магистр и удивленно вскинул брови, заметив кота у моих ног. – Ты везде его с собой берешь?

– По возможности, – отозвалась сухо, старательно пряча взгляд.

– А что такая хмурая с утра? – бодро поинтересовался Бриар. – Не выспалась?

– Выспалась. Просто кого же порадует необходимость работать в выходной, да еще и с утра.

– Привыкай, – хмыкнул мужчина, поднимаясь на ноги. – Взрослая жизнь, она такая. Кроме того, никто, кроме тебя самой, в этом не виноват – была бы примерной адепткой, сидела бы сейчас в академии, а не отправлялась на отработку.

На это мне возразить было нечего.

– Идем, работы невпроворот, – подошел он ко мне. Я ожидала, что он тут же откроет портал в управление, но вместо этого магистр взял кончик моей косы, переброшенной через плечо, и задумчиво повертел в руках. – Снова покрасилась? Что тебя не устраивает в собственном цвете волос?

– Я так выгляжу старше, и меня воспринимают серьезнее, – ответила полуправду, отстраняясь и заставляя его выпустить косу из рук.

– Не хотелось бы тебя расстраивать…

– Так и не расстраивайте, – прервала я, бросив на мужчину хмурый взгляд.

Магистр хмыкнул и все же открыл портал, жестом пропуская меня вперед. Вышла в уже знакомом кабинете, отметив лишь, что с тех пор, как я работала здесь, заполняя таблицу, количество разбросанных бумаг заметно увеличилось.

– Располагайся, я все равно сейчас дам тебе задание и уйду, – махнул он рукой в сторону массивного стола, изрядно заваленного бумагами.

– Как это? – удивленно глянула я на него. – Я одна останусь? А если кто придет?

– Вообще не должны, но на случай, если все же явятся… – Он прошел к столу и начал рыться в бумагах. – Если придут заверять документы, то поставишь печать – вот она на столе. Только обязательно посмотри, чтобы была моя подпись или Рика. Знаешь, как выглядят? Не забудь проверить на подлинность. Умеешь? – На этот раз пришлось отрицательно покачать головой. – Тогда иди сюда.

В два шага я оказалась у стола. Бриар достал из стопки бумаг на столе одну, внизу которой стояла размашистая, знакомая мне по документам на перевод подпись.

– Смотри, – бросил он на меня внимательный взгляд, – тайный трюк, только для своих. На официальные документы мы ставим магические подписи, после которых в документ будет невозможно внести изменения и которые нельзя подделать. Чтобы проверить подпись, потри ее большим пальцем, добавив каплю магии, – продемонстрировал он мне, коснувшись рукой своего росчерка на бумаге. – Видишь, стала полупрозрачной. У Рика будет серой. Поняла? – Я кивнула. – Остальных гони в шею, раньше нужно было соображать, – сурово закончил он с объяснениями, убирая бумажку обратно в стопку. – Будут спрашивать – меня нет до конца дня. Где я, не знаешь, когда вернусь – тоже. Пропуск стажера, кстати, взяла? – хмуро уточнил он, и я снова кивнула, вытащив из кармана платья небольшую картонку. – Прекрасно. Будут спрашивать, кто такая, суй им под нос пропуск – там моя подпись стоит, должны будут отстать. Вот ключи – если сильно достанут, можешь закрыться изнутри.

Я, растерянная от неожиданно сваленных на меня ответственности и доверия, забрала ключи и спрятала их в карман.

– Все, что ли? – задумчиво потянул он, осматриваясь.

– А что делать-то?

– Точно, – кивнул мужчина, и как-то нехорошо мне улыбнулся. – Все это, – обвел он рукой стопки бумаг на столе, стеллажах и даже небольшом диванчике у стены, – в твоем распоряжении. Здесь все документы по закрытым делам, которые не сдали в архив. Твоя задача подготовить их к сдаче – подшить каждое дело в отдельную папку с номером дела, статьей и именем следователя, ну и проверить, что документы не перепутаны. Чистые папки в шкафу. Все понятно?

Я с ужасом оглядела эти залежи бумаг. Да тут же работа на месяцы!

– Поняла, – вздохнула, принимаясь заворачивать рукава на платье. Сначала придется эту гору хоть в нормальные стопки собрать, чтобы удобнее дальше было сортировать. Хран же, махнув хвостом, удобно растянулся на спинке дивана – единственном свободном месте.

– Тогда трудись, – хмыкнул мужчина и ушел для разнообразия через дверь.

– Подстава, – пробормотала я, мрачно проследив, как закрылась за ним дверь, и принялась сгребать бумаги с дивана. – Может, поможешь? – поинтересовалась у кота.

– Нет уж, – лениво зевнул он в ответ. – Сама накосячила, сама и отрабатывай.

Возразить было нечего, тяжело вздохнув, я вернулась к бумагам. И через час прокляла все на свете. Собранные стопки бумаг все время норовили рассыпаться, особенно когда сверху укладывалась новая порция. А делать было нечего – либо они растут ввысь, либо покрывают все свободное место на полу и передвигаться по кабинету просто невозможно. Наконец последний листок лег на положенное ему место, и диван стал свободен, чем я и не преминула воспользоваться, решив устроить короткий перерыв. Только присела, как раздался стук и в кабинет влетел Аларик.

– Привет, нарушительница, – широко улыбнулся он, потрепал меня по голове и развалился рядом. – Как ты? На первый взгляд вроде даже неплохо – смотрю, успешно отрабатываешь наказание, – окинул он довольным взглядом выстроенные мной бумажные башни.

– Отрабатываю. И судя по всему, отрабатывать буду очень долго, – добавила, печально вздохнув.

– Тебе полезно, времени на глупости не останется. Дейм где?

– Ушел, до конца дня не будет, – по инструкции ответила я. – Куда – не сказал.

– Это он тебе так наказал отвечать? – прищурился оборотень.

Я кивнула.

– Понятно. Ладно, сам разберусь. – Он прошел к столу и поставил на какой-то листок оттиск печати, которую мне показывал магистр.

– Ты останешься? – с надеждой спросила, рассчитывая на какую-то компанию.

– Прости, ребенок, – развел он руками, пряча документ в папку, которую держал в руках. – Дела. Вечером заскочу, принесу тебе перекусить.

– Да вечером я, наверное, уже у себя буду, – только теперь задумалась, что не уточнила, до какого часа будет длиться отработка.

– Куда ж ты денешься, – хмыкнул оборотень, глянув на меня с откровенной жалостью. – Пока начальство не вернется, ты точно здесь будешь сидеть. А он, скорее всего, до позднего вечера ушел. Я точно вернусь раньше.

Осознав, что куковать мне тут долго, я окончательно скисла.

– Выше нос, – слегка дернул Аларик меня вверх за упомянутую часть, – устанешь, закройся и спи на здоровье. Тем более диван ты уже разгребла.

– Ладно, – со вздохом кивнула, про себя решив, что спать не лягу. Лучше разгрести побольше, и тогда, кто знает, может, если я закончу с бумагами, меня освободят досрочно.

– Все, ребенок, убежал, не скучай, – махнул он мне рукой и скрылся за дверью.

А я продолжила бесконечные разборы. К счастью, Хран надо мной сжалился и решил помочь, после чего работа пошла быстрее. Еще через полтора часа на полу перед нами лежало около десятка папок, по которым я постепенно рассортировывала все бумаги. Дело продвигалось медленно, потому что зачастую на бумагах не было указано, к чему они относятся. Мы с котом по очереди вчитывались, пытаясь разобрать почерк, чтобы понять, куда же пристроить заветный листочек. На исходе третьего часа, проведенного за этим неблагодарным занятием, нас снова навестили.

Громкий стук, и дверь распахнулась без ожидания ответа – в комнату уверенно вошел крупный светловолосый мужчина. Я почти сразу вспомнила, что видела его, когда составляла таблицу, – уж больно запоминающаяся внешность. Быстро оглядев комнату, он заметил меня и нахмурился.

– А Бриар где? – холодно уточнили у меня.

– Ушел до конца дня, куда – не знаю, – заученно повторила я.

Мужчина недовольно поморщился, а потом внимательней посмотрел на меня.

– Кто вы? – спросил он, окинув меня строгим взглядом.

– Стажерка из Высшей Правовой, – призналась я и вытащила из кармана пропуск. Мужчина взял картонку, внимательно вчитался, а после вернул мне.

– Почему вы здесь?

– Магистр Бриар оставил меня сортировать документы, – указала рукой на бумаги на полу, как бы подтверждая, что ничем противозаконным в чужом кабинете не занимаюсь.

– Ясно, – кивнул он и задумался о чем-то.

– А вы что хотели? – уточнила робко, поняв, что мужчина пришел явно по важному делу.

– Бумаги нужно заверить, – коротко бросили мне. – А Аларик скоро будет, не знаете?

– Только ушел. Если вам печать поставить, то я могу, – вспомнила, что мне отвели еще и эту почетную миссию.

– Правда? – удивленно обернулся ко мне уже собиравшийся уходить мужчина. – Это хорошо. Тогда давайте ставить.

Забрав протянутый мне документ, я прошла к столу. Итак, первая попытка проверить магическую подпись на подлинность. Найдя знакомый росчерк магистра, потерла большим пальцем – подпись послушно стала полупрозрачной, а после приобрела четкие очертания. На радостях я от всей души хлопнула печатью сверху.

– Тише, девушка, – раздалось чуть насмешливое из-за спины, – документ не порвите.

– Извините, – смущенно пробормотала я, протягивая бумагу блондину.

– Спасибо, – кивнул он с легкой улыбкой и, махнув рукой, скрылся.

А я вернулась к своим бесконечным залежам бумаг. Но работать нам с Храном не дали, снова прерывая стуком. Постучались раза три, полсекунды подождали, потом дверь аккуратно приоткрылась и в щелку заглянул молодой парень. Окинул взглядом кабинет, наткнулся на меня и удивленно вскинул брови.

– Здравствуйте.

– Здравствуйте, – кивнула в ответ, ожидая дальнейшего вопроса.

Парень ужом просочился в кабинет и, еще раз окинув меня оценивающим взглядом, спросил:

– А Бриар где?

– Ушел, до конца дня не вернется, – чувствуя себя заводной игрушкой, повторила я.

– Понятно, – потянул парень, почему-то не спеша уходить, продолжая осматривать кабинет каким-то неприятным бегающим взглядом. Хран рядом со мной подобрался, явно тоже не ожидая от визитера ничего хорошего.

– Если вам нужно заверить документ, я могу это сделать, – нехотя добавила я после минутного молчания.

– Да? Так это же отлично. Я попозже зайду, – излишне радостно посмотрел на меня парень и поспешил уйти.

– Не нравится он мне. Надеюсь, Бриар вернется раньше, чем этот, – пробормотала себе под нос.

– Согласен, – недовольно взмахнул хвостом кот, и мы вернулись к бумагам.

Неожиданно дело пошло веселее. Похоже, мы наконец приспособились быстро проглядывать документы и теперь бодро сортировали многочисленные неприкаянные бумаги. В таком темпе прошла еще пара часов, пока в кабинет не вернулся неприятный визитер, увы, явившийся все же раньше магистра.

Никакого робкого стука и тихого приветствия. Парень нагло распахнул дверь и проследовал к столу, плюхнув на него сразу стопку бумаг. Наверное, и печать бы сам поставил, если бы возможность была, но, похоже, для этого нужно иметь разрешение владельца. Мы с котом настороженно переглянулись.

– Скорее, девушка, – небрежно бросил он, обернувшись ко мне, – я спешу.

Явно чувствуя во всем этом подвох, я спокойно прошла к столу и, оттеснив парня, склонилась над бумагами, чтобы проверить подпись. Предчувствие меня не обмануло – подпись на верхнем листе осталась равнодушна к моему касанию. На следующем тоже, и я поняла, что проверять всю стопку – это бессмысленная трата времени. Нахмурившись, я вернула стопку обратно.

– Я не имею права заверять этот документ, – заявила ему как можно спокойнее, внутренне готовясь к последствиям.

– Чего? Почему это?

– Подпись не соответствует требованиям, – побоялась прямо заявить, что подписи на документах – подделка. С этим пусть магистр сам разбирается.

– Каким требованиям? – скривился парень.

– Требованиям, оставленным магистром Бриаром.

– Послушай, девочка, – впившись жесткими пальцами мне в запястье, дернул он меня на себя, зашипев в лицо: – Что ты тут из себя важную разыгрываешь? Кто ты вообще такая, чтобы решать, чему соответствуют, а чему нет мои бумаги? Ставь давай и не выделывайся.

– Не имею права, – процедила в ответ, начав выплетать формулу простейшего заклинания, готовясь дать отпор. Хран, подскочив к столу, тоже ощерился, готовый к любым неприятностям, но пока никаких действий не предпринимал.

– Ах ты маленькая… – злобно начал парень, но закончить не успел. Прошептав активирующее слово, я дунула на его лицо, так удачно сейчас находившееся рядом с моим. Хам тут же отскочил от меня, вцепившись руками в перекошенную от обезболивающего заклинания челюсть.

– Еще раз попробуете применить грубую силу, я вас парализую и оставлю в таком состоянии дожидаться начальника, – отскочив за стол, пригрозила я. Надеюсь, что угрозы будет достаточно, потому как не уверена, что мне хватит времени для создания нужной формулы.

К счастью, бросив на меня злой взгляд, парень поспешил убраться из кабинета, громко хлопнув дверью.

– Дурдом какой-то, – выдохнула я, обрадовавшись, что не пришлось применять магию.

– Еще какой, – согласился Хран.

И я решила, что пора уже воспользоваться своим правом запереться изнутри. Хватит с меня на сегодня посетителей, да простит меня магистр за такую халатность. Еще через два часа работы я поняла, что уже просто не различаю написанного. Часы показывали полшестого вечера, а за мной так никто и не приходил. Справедливо решив, что на сегодня мы разобрали достаточно, я собрала уже прилично забитые папки и пристроила к таким же в одном из стеллажей. А после устало упала на диван рядом с котом.

– Есть хочется, – потянула уныло.

– Кажется, про нас просто забыли, – бросил на меня жалостливый взгляд кот. – Что делать будем?

– Ничего. Что мы можем-то, сбежать опять? Хватит с меня пока проблем, лягу спать, как Рик и предлагал. Правда, укрыться бы хоть чем-то – холодно тут.

В результате ревизии (раз уж меня оставили разбирать здесь все, я решила, что имею право порыться в шкафах) удалось найти лишь плотный черный плащ, отчетливо пахнущий смутно знакомым пряным запахом. Ну и ладно, главное, что укрыться есть чем. Забравшись на диван, я завернулась в плащ и, подпираемая с одной стороны спинкой, а с другой теплым телом хранителя, потихоньку уснула, окутанная чужим, но почему-то таким успокаивающим запахом.

Пригревшись на диванчике, из сна я выползала медленно и неохотно. Потихоньку просыпаясь, я вылавливала обрывки разговора рядом, который и разбудил меня.

– … эксплуататор. Завалил мелкую делами, а сам забыл про нее. Так ведь?

– Забыл, – вздохнули у меня над головой, и сквозь сон я почувствовала, что кто-то мягко убирает растрепавшиеся пряди у меня с лица. – И ты не лучше…

– Есть такое. Такими темпами мы девчонку быстрее угробим, чем она сама это делала ночными прогулками.

– Не напоминай даже, – раздраженно заметил первый голос. – Как представлю, куда она могла вляпаться за это время, только диву даюсь, что до сих пор живая. А главное, с такой легкостью защиту вскрывает, что хочется одновременно и похвалить, и руки оторвать.

– Не спрашивал, как она это делает?

– Попробуй у нее что спроси, – вздохнули в ответ. – Тут же все колючки наружу, и по взгляду видно – что хочешь делай, ни слова не скажет, а при первой же возможности сбежит.

– Ясно.

И тишина. Мне даже показалось, что я снова уснула. Но даже во сне мне продолжали чудиться нежные прикосновения к щеке, от которых хотелось прижаться к этой горячей ладони, потереться, как кошка, и замурлыкать.

– Дейм, – раздался очень тихий и до невозможности серьезный голос, – не знаю, что у вас происходит, но не обижай девчонку, ей в жизни досталось.

– Как будто я хочу это делать. Но с ней каждое движение оборачивается возможностью задеть какую-то рану или страх.

– Извини, но ее все равно жальче.

К этому времени объятия сна уже совсем отпустили меня, но просыпаться я не спешила, понимая, что момент для этого не слишком удачный. Уж больно интересные разговоры велись рядом, в таком случае умнее будет промолчать и узнать чуть больше положенного. Вот только как это сделать, не потревожив бдительного магистра и настоящего оборотня?

«Я сплю. Дыхание равномерное. Чуть замедленный, но ровный стук сердца. Давай же, организм, не подведи», – уговаривала я себя.

– Может, все же разбудим? – поинтересовался Рик, и я едва не выдала себя, обрадовавшись, что уловка удалась. – Покормим хоть.

– Пусть спит. Судя по всему, ей это нечасто удается. Когда проснется сама, тогда и будем кормить.

«Как над маленьким ребенком. Странно, что не стали решать, кто пойдет меня успокаивать, если заплачу во сне», – раздраженно подумала, с трудом сдержав возмущенное фырканье и не сбившись с ритма дыхания.

– Ладно, – почувствовала, как с дивана рядом кто-то поднялся. – Поговорим о более серьезных делах.

По опустившейся тишине вокруг я поняла печальное – надежды мои провалились. Кое-кто сильно обеспокоился, чтобы лишнего не услышал никто, и заглушил все звуки, так что ничего интересного я уже не услышу. Вот ведь несправедливость. Я уже собиралась все же «проснуться», когда почувствовала какое-то движение рядом.

«Хран!» – вспомнила я.

Не представляю, что сделал кот, но одно можно сказать точно – он, так же как и я, заинтересовался темой столь скрытного разговора. Через пару мгновений пелена тишины пала.

– …получается, что убийства в узловых точках должен был совершить сам организатор? – удивленно уточнил Аларик.

– Да. Отец сказал, что это обязательное условие ритуалов подобного рода. Печать не буквально уничтожает защиту, а как будто вписывает заклинателя, предоставляя ему доступ к закрытому. Поэтому важные элементы должны были быть нанесены рукой того, кто хочет проникнуть под защиту.

– Но это получается…

– Что Касс уже дважды по счастливой случайности избежала встречи с нашим Кукловодом, – мрачно заключил Бриар. – Поэтому ее нужно всеми силами оградить от дальнейшего участия.

– А еще это означает, что он не менее талантлив в умении снимать защиту, – столь же недовольно заметил оборотень. – Ладно еще библиотека, но он смог попасть на территорию академии незаметным и так же выбраться.

Я, затаив дыхание, слушала этот разговор. Потому что… новости были и правда впечатляющими. Неужели я уже дважды была буквально в шаге от того, кто погубил мою семью? Невольно тело пробрала дрожь, и лишь мягкое прикосновение хвоста хранителя к руке заставило меня немного успокоиться. Нет, я не могу выдать себя, только не сейчас.

– А что по поводу клейма на рукояти кинжала? – следующий вопрос Рика едва не заставил меня подскочить – именно это интересовало и меня.

– Тут все еще сложнее, – недовольно отозвался магистр. – Это знак весьма специфического малоизвестного клана наемников.

– Звучит уже интересно.

– Еще как. Проблема в том, что их существование толком так и не подтверждено. Отцу, как и мне, за все время работы несколько раз встречалось упоминание таких татуировок. Дважды находили тела с такими знаками, трижды – различное оружие. Этот раз стал четвертым. Но в остальном только слухи и домыслы – кажется, кто-то где-то видел перед происшествием кого-то с таким знаком. А может, и нет. Но самое странное в другом…

– Ну? – нетерпеливо уточнил оборотень, вновь высказывая мои мысли.

– У них нет определенного профиля. Упоминания о них встречаются и в делах с убийствами, и с грабежом, и с контрабандой. А еще они работают очень редко – явно недостаточно, чтобы вести вольготную жизнь. Все это наводит на мысль, что они всего лишь чьи-то цепные псы, живущие на постоянном довольствии и выполняющие грязную работу. И занимаются они этим довольно давно – первые упоминания мы нашли в деле шестнадцатилетней давности – убийстве целителя, – мрачно заключил Бриар.

– Так ты думаешь, что наш ритуал затеян как раз их хозяином? Вряд ли эти наемники настолько наглы, чтобы самостоятельно сунуться за чем-то в императорский дворец. Значит, владелец своры позаимствовал оружие? – размышляя, уточнил Рик.

– Может, так, – задумчиво отозвался магистр. – А может, кто-то, знающий про этих наемников, пытается вывести нас на ложный след, заставив рыться в старых делах в поисках подсказки.

– Проклятье! – выругался оборотень. – Это дело с каждым новым фактом становится лишь запутаннее.

И в этом я была с ними согласна, не считая одного – я была практически уверена, что наш Кукловод и есть владелец своры наемников. Вряд ли в империи найдется несколько людей, способных на преступления подобных масштабов, таких как убийство моей семьи и вскрытие императорского замка. И судя по тому, как безжалостно он избавляется от совершенно невинных людей на своем пути, это определенно он. Вот только как именно моя семья могла оказаться связана с дворцом, почему Кукловод затеял ритуал лишь спустя тринадцать лет после их смерти, да и есть ли вообще связь между преступлениями – эти вопросы были все еще без ответов…

– Что у тебя? – наконец прервал тягостное молчание в кабинете Бриар, заставив меня встрепенуться.

– Ты был прав, этот жук прикрыл несколько тел, связанных с цветком. Как догадался-то? – со вздохом отозвался Аларик.

– Слишком много богатых наследников объявилось в последнее время, – мрачно заметил магистр. – И Касс была права – ритуал есть, спорить с этим глупо. Но при этом как минимум трех тел не хватало. Одно она почти нашла – хотя подтвердить мы этого не можем. Но куда же делись еще два? Я и предположил – где потеряли два, могли исчезнуть и куда больше…

– И оказался прав. Бумаги по потеряшкам я принес, но меня вот что интересует: новые тела не вписываются в схему. Не значит ли это, что ритуал все же ни при чем и это невероятное, но все же совпадение?

– Нет, – задумчиво потянул мужчина. – Думаю, дело в другом. Провезти лотос на территорию империи, несомненно, помог кто-то из высших лордов. Но заметь, нигде, кроме столицы, он не всплыл. Значит, его привезли исключительно ради ритуала. Но его распространением среди возможных убийц занимался явно не сам Кукловод. У высшего есть помощник, кто-то, занимающий достаточно высокое положение. И вот этот кто-то решил просто заработать на чужом плане.

– И этот вольный художник добавил на карту лишних точек, заодно и припрятав пару важных, – прозвучала в голосе Аларика насмешка. – Странно, что организатор не устранил этого экспериментатора. Ведь картинку ритуала это портило.

– Видимо, нет. Зато появилась возможность запутать нас и не дать увидеть правильный рисунок в этом нагромождении. Но пособник сглупил, взяв в долю Крейва, чтобы прикрывать свои тела. В итоге рисунок ритуала стал только заметнее, а благодаря смерти Хенсона мы нашли следы и остальных тел.

– Да уж… Чем дальше, тем стремительнее растет этот клубок из змей, – пробормотал оборотень. – Вовремя мы Касс отстранили.

– Не вовремя, – мрачно возразил Бриар. – Вообще нельзя было ее к этому делу подпускать. С другой стороны… если бы не она, мы бы все же упустили этот ритуал, доверившись своим криминалистам.

– Так какой план?

– До высшего пока не добраться, он наверняка тщательно и долго все планировал. Сам он еще ни разу не прокололся, не считая случайных встреч с Касс, но это момент, который никак нельзя было предсказать. Для связи нам нужна та крыса, что затеяла свою игру в наживу в столице.

– А вместо сыра хочешь подсунуть выгодную жертву? – мигом сообразил Аларик. – Есть кандидат?

– Небезызвестный тебе барон Стейрин. Два дня назад отбыл с супругой на юг. Но никто не будет удивлен, если он вдруг вернется без благоверной и пустится во все тяжкие. Не первый раз. Давно ходят слухи, что он ждет, когда баронесса скончается и все деньги достанутся ему. Так что качественная иллюзия, пара пьяных разговоров о готовности заплатить любые деньги, лишь бы уже освободить себя от ярма брака, и нужные люди сами на нас выйдут. Мелочь к нему не полезет – барон слишком крупная фигура. На разговор пойдет либо сам пособник, либо кто-то из приближенных. И тогда крыса сама забежит в клетку. А там уж я из него вытрясу, кто из высших это затеял и зачем, – как-то зловеще прозвучал голос Бриара.

Все время разговора я лежала и с трудом контролировала ровный стук сердца. Как много интересного я узнала, всего лишь прикинувшись в нужный момент спящей. И невероятная удача, что со мной оказался Хран. Вот уж не думала, что буду благодарить судьбу за то, что Бриар все же поймал меня, – без этой отработки в жизни бы мне не добраться до этих сведений. Судя по всему, разговор этот не предназначался ни для чьих ушей – неудивительно, что магистр прикрыл их щитом даже в кабинете. Теперь мне оставалось только тихо дождаться окончания разговора и изобразить только проснувшуюся. А вот думать по поводу всего услышанного мы с хранителем будем уже в родной комнате общежития, где все можно будет спокойно обсудить.

– Звучит красиво, – задумчиво проговорил Рик. – Вопрос – как выйдет с реализацией…

– И вот здесь возникает первая проблема. Наш пособник далеко не единственный в городе предлагает услуги для решения проблем определенного характера. Есть вероятность, что на нас выйдет другой человек со своим решением проблемы. А ошибиться нельзя, чтобы не спугнуть. Но как выяснить, что за состав нам подсовывают? На анализ не отнесешь – нужно будет определяться на месте. Так что сначала придется найти способ определять вещество.

– Проблема. Найти проверенного алхимика? Причем лучше девушку. Будет изображать любовницу и заодно проверять состав.

– Можно, – согласился Бриар. – Но нужен проверенный человек, желательно с даром травника, чтобы, как Касс, мог на взгляд определить. А это уже слишком много критериев, вряд ли найти нужного человека будет легко.

– Я могу это сделать, – вырвалось у меня, стоило подумать, что мы упустим выход на преступника из-за отсутствия нужного специалиста. Но ведь вот он, лежит буквально в шаге от них.

Правда, стоило все же подумать, прежде чем так безрассудно вмешиваться в разговор, для моих ушей не предназначенный. Хран рядом зашипел едва слышно – явно ругая меня про себя. Понимая, что дальнейшая игра бессмысленна, я медленно открыла глаза. Мужчины у стола уже развернулись ко мне и сверлили меня мрачными взглядами.

– И давно ты не спишь? – сухо поинтересовался магистр.

– Не очень, – заметила уклончиво в ответ, садясь на диване. – Слышала, как вы обсуждали план с бароном.

– Полагаю, спрашивать, как ты обошла защиту, бессмысленно? – мрачно проговорил мужчина.

– Защита? – удивленно захлопала я глазами, делая вид, что не понимаю. – Вы защиты накладывали? Я ничего не делала. Может, расстояние немного не рассчитали и меня зацепило?

Непохоже, чтобы я убедила мужчин, но возразить и доказать обратное они не могли.

– Касс, – строго посмотрел на меня Аларик, – ты понимаешь, что этот разговор не предназначался для твоих ушей? У тебя совесть есть?

– Понимаю… Но когда я проснулась, ваш разговор зашел уже слишком далеко, чтобы его прерывать. Момент был не очень. Я надеялась переждать, пока вы закончите, – потупив глаза, призналась мужчинам.

– И этот момент ты посчитала наиболее удачным для пробуждения? – скептически заметил Бриар.

– Нет, просто больше не могла молчать. Ведь нужный специалист у вас уже есть. Зачем тратить дополнительное время на поиски?

– Даже не думай, Касс. Я тебя на пушечный выстрел не подпущу к расследованию. А попробуешь сейчас что-то возразить, сотру память за последние несколько часов. Есть у нас такое зелье. Так даже проще будет, ты просто не вспомнишь этот разговор, – процедил он, зло сверля меня холодным взглядом, хорошо знакомым мне по первым занятиям.

Но к сожалению, у меня на него уже выработался кое-какой иммунитет.

– Не получится, – прищурившись, заявила ему. – Я целитель – на нас не действую многие зелья. В том числе по стиранию памяти.

– Тогда банально воспользуюсь своим служебным положением – ты в этом участвовать не будешь! – прошипел в ответ магистр, начиная выходить из себя.

– Магистр, послушайте, – решила я попробовать давить на логику, – как человек, близко знакомый и с алхимией, и с артефактным делом, я честно признаю, что можно сделать амулет, реагирующий на наличие какого-то конкретного вещества. Но использовать его незаметно практически невозможно! Любое неверное движение спугнет пособника, – напомнила его же слова. – С другой стороны, мне для определения нужного вещества даже приближаться не придется – достаточно просто взглянуть!

– Ты правда так можешь? – влез в мою тираду заинтересовавшийся Рик.

– Да. Дар травника, – напомнила я. – Определяю на глаз любые вещества растительного происхождения. Я же и в первый раз так нашла лотос. Так что это идеальный вариант. И я вполне сойду за молодую любовницу, развлекающую барона в отсутствие супруги. Так даже достовернее будет, – пыталась донести до него все преимущества моего участия.

И я была бы вовсе не против вновь участвовать в расследовании. Тем более учитывая, что прикрывать меня будет сам магистр, – вряд ли можно найти защиту надежнее. Кроме того, у меня будет весь доступ к информации и возможность одной из первых узнать имя своего главного врага. Разве могла я отступить?

– Не обсуждается! – прорычал в ответ Бриар. – Тебе что, прошлого покушения и проблем не хватило? И ты уже засветилась в этих делах – тебя просто узнают!

– Изменить цвет волос, накраситься, одеться ярче – кто признает в яркой ночной бабочке невзрачную адептку? Внешность не проблема, даже иллюзии не понадобится, – опровергла я его аргумент.

– Я сказал нет, Касс. Мы закрываем эту тему и больше к ней не возвращаемся, – произнес нарочито спокойно, но в глазах его плясало пламя, предупреждающее, что продолжать спор не следует.

И я не стала, хотя и очень хотелось. Но пока не время. Главное, что я заложила в их головы нужную мысль. И когда они осознают, что мой план самый удачный, тогда мы поговорим снова. Психология – великая вещь. А пока я решила, что вполне логичным будет обидеться на магистра, что я и поспешила сделать. Отвернувшись от него к Аларику, поймала хитрый взгляд оборотня, незаметно подмигнувшего мне. Похоже, один сторонник моего плана уже имеется.

– Бери стул и садись ужинать, – сказал магистр, сделав вид, что не заметил моей обиды.

Что же, поесть не помешает, но устроиться я предпочла рядом с Риком, продолжая игнорировать Бриара. Передо мной тут же оказалась большая глиняная кружка, полная травяного отвара, и целый мясной пирог. И только почуяв эти упоительные ароматы еды, я осознала, насколько проголодалась. Предчувствую, что маленькая я сейчас влегкую одолею, казалось бы, большой кусок, потому что довели! До голода! Весь день ничего не ела!

– Изверги, – пробормотала себе под нос, прежде чем откусить приличный кусок пирога. Но магистр каким-то образом сумел различить мое невнятное бормотание.

– Прости. – Бросив косой взгляд в его сторону, отметила, что он правда раскаивается. – Так заработался, что совсем про тебя забыл. В качестве компенсации… я выполню твою вчерашнюю просьбу, – со вздохом произнес он.

Я сначала не поняла, о чем он говорит. А потом… едва не подавившись куском, отложила надкусанный пирог и посмотрела на него с надеждой.

– Будь готова завтра утром, – попросил немного хмуро. – Я напишу тебе освобождение на первую пару. Но задержаться не получится, так и знай. Потом пойдешь на занятия.

– Спасибо, – хрипло пробормотала я, едва не расплакавшись вновь от осознания, что все же смогу проститься с маленькой светлой девочкой. Протянув руки, я сжала его ладонь в своих, надеясь передать всю мою благодарность.

– Пожалуйста, – грустно улыбнулся он мне, сжав мои пальцы в ответ. – Ешь дальше, а то остынет. Да и поздно уже, а тебе завтра придется рано встать. Спокойно, никто тебя не гонит и отнимать кусок не будет, – усмехнулся, глядя, как я шустро вновь взялась за пирог, практически не жуя.

– Просто я голодная очень, – смутившись, пробормотала, продолжив ужин аккуратнее.

– Бедный ребенок, – сочувствующе проговорил Рик, приобняв меня за плечи. – Заморили тебя совсем.

– Бывает. Я сама, когда зарабатываюсь, поесть забываю.

– Оно и видно, – снова потрепал он меня по голове. – Рассказывай, как день прошел? Приходил кто?

Я тут же напряглась, отставляя от себя кружку. Точно, я еще не успела похвастаться своими рабочими успехами.

– Приходил.

Заметив мой настрой, мужчины настороженно переглянулись.

– Рассказывай, – мрачно потребовал Бриар.

– Сразу после того как ты ушел, – повернулась к Аларику, – приходил мужчина. Высокий, крупный, светловолосый, приносил разрешение на проведение обыска. Подпись проверила, печать поставила, – отчиталась я.

– С этим ясно, – хмуро отмахнулся магистр, – переходи сразу к сути возникших проблем.

– Еще приходил молодой парень, чуть меня старше. Среднего роста, брюнет, глаза серые, нехорошие какие-то, бегающие. Приносил целую стопку разных заявлений, причем уже через пару часов после того, как узнал, что вас нет и сегодня не будет. Я посмотрела только пару верхних – они были на закрытие дел за недостаточностью улик, – поделилась я. Жаль, имена фигурантов не запомнила – плохо у меня вообще с ними.

– И? Что не так было? – уже начал раздражаться магистр.

– Подпись была поддельная. По крайней мере, на первых двух точно. Остальные и проверять не стала.

– Надо же, – протянул Бриар. – Совсем зарвался Эверин, такой наглости я не ожидал. Ты, случайно, не сохранила бумаги, что он тебе подсовывал? Может, удастся избавиться от этого жука. Давно мечтаю это сделать.

– А почему не сделал раньше? – удивилась, прекрасно понимая, что магистр не из тех людей, которые будут терпеть неквалифицированных работников рядом с собой.

– Его по блату пристроили, – недовольно ответил мужчина. – В обмен на нужную мне услугу, поэтому тогда отказать я не смог. И до этого момента гаденыш явно не подставлялся и не давал мне повода уволить. Так что с подделкой, забрала?

– Нет, – отвела я взгляд, не задумываясь, потерев запястье с оставшимся на нем синяком. – Не подумала об этом. – Честно говоря, не до этого было. Я тогда пыталась сообразить, как бы выпроводить его без потерь с моей стороны, что мне, к счастью, и удалось.

– Это ведь не все? – с подозрением прищурился магистр. – Так просто он бы не отступил. Как ты его выпроводила?

– Челюсть заморозила. И пригрозила, что обездвижу и оставлю до вашего возвращения.

– Молодец, – одобрительно рассмеялся Аларик. – А смогла бы?

– С трудом.

– Это все? – продолжил допытываться магистр.

– Да, – изобразила предельно честное лицо. Ни к чему лишний раз предоставлять доказательства моей беспомощности. А синяк… это всего лишь синяк.

– Прекрасно. Только, радость моя, ручки мне свои покажи, – обманчиво мягко попросил Бриар.

– Зачем? – изобразила удивление, про себя судорожно соображая, что делать. И тут же опомнившись – дурья башка, зря, что ли, лечиться училась? Главное – выиграть пару мгновений.

– Ты не спрашивай, а показывай, – теперь и Рик насторожился.

– Ладно, – пожала плечами и протянула правую руку, задрав рукав и показывая абсолютно чистое запястье.

– Другую, солнце мое, – голос такой мягкий, а в глазах взметнулось недавно погасшее пламя. К счастью, я уже успела вылечить синяк. Поэтому с тем же выражением недоумения показала и вторую руку, тоже без следа.

– А что?

В глазах Бриара пламя вспыхнуло еще ярче:

– За дураков нас не держи, Касс. Пару секунд назад с тебя слетел мой маяк. И мне теперь очень интересно, почему ты так старательно пыталась прикрыть чужого человека?

В этот момент мне захотелось побиться головой об стол. Это же надо так опростоволоситься – забыть про маячок!

– Я не его прикрывала, а свою слабость, – пробурчала насупленно, уже понимая, что придется все рассказать.

– Теперь давай честно – что произошло? – сверкнул глазами магистр.

– Он пытался угрожать: «Да кто ты такая? Как ты смеешь?» – и тому подобное. Ничего особо страшного.

Бриар на мое признание покивал, а потом бросил на меня серьезный взгляд.

– Меня интересует та часть, в результате которой тебе пришлось себя лечить.

– За руку схватил, – отвела я глаза. – Синяк на запястье оставил.

Минута тишины, в течение которой я упорно разглядывала стену напротив, стараясь не бросать взглядов на Бриара, потому что что-то мне подсказывало, что выражение его лица мне ой как не понравится.

– В общем, была проблема, а теперь уже скоро не будет, – раздался мрачный голос Рика.

– Можешь даже не сомневаться, – зловеще отозвался магистр. – Касс, – позвал он меня уже более спокойным голосом, – доедай, и я отправлю тебя в академию, поздно уже.

Убедившись, что на лицах мужчин уже нет явной жажды чужой крови, я вернулась к своему позднему ужину.

– Да и я уже засиделся. От Лиры опять достанется. Эх, в какой раз ужин пропускаю, – пробормотал Аларик под нос, а потом, бросив на меня взгляд, как-то повеселел. – О, я тобой, Каська, прикроюсь! – Я аж подавилась от такого заявления и подняла удивленный взгляд на оборотня. – Ты же не против? Скажу, что за тобой присматривал, и мне все простят. Спасибо, ты просто чудо! – добавил, уже выходя из кабинета, а я даже возразить не успела. Лишь обратила возмущенный взгляд на магистра.

– Шутит. Жене он никогда не врет. Хотя, возможно, упомянет тебя для смягчения приговора, – усмехнулся, глядя на мою недовольную мордашку.

Уткнувшись в кружку с травяным настоем, дожевывая последний кусок пирога, я старательно отводила взгляд от магистра.

– Что опять не так? – вздохнул мужчина. – Я признаю, что был не прав, оставив тебя одну на весь день. Но этот вопрос мы вроде уже решили?

Подняв на него взгляд, я поняла, что вопрос с моей помощью стоит отложить. Магистр явно устал, и будет слишком жестоко сейчас еще нервы ему трепать. Пусть лучше отдохнет и сам спокойно все обдумает.

– Решили, – кивнула ему, оставляя пустую кружку. – Я просто устала. Мы все немного заработались.

Бриар промолчал, продолжая внимательно смотреть на меня.

– Касс, – наконец вздохнул он, – ты же сама понимаешь, насколько это опасно. Один раз ты уже пыталась прикинуться певицей – помнишь, чем все закончилось?

– Да, тогда я ошиблась, – повесила я голову, принимая этот упрек. – У меня оказалось слишком мало опыта, чтобы пытаться выведать информацию у дроу.

– И здесь будет не проще, Касс.

– Возможно. Но ситуация все же другая. Мне не нужно будет ничего выведывать, да и вообще разговаривать с чужаками – только сопровождать тебя и изображать из себя безумно влюбленную. Причем даже не в человека, а в его состояние.

– И ты думаешь, что у тебя получится? – немного раздраженно заметил мужчина. – Касс, какая из тебя ночная бабочка? Ладно, этакая веселая птичка-певичка, развлекающая народ и веселящаяся сама, у тебя вышла на отлично, несмотря на проваленный допрос. Но тут сказался твой опыт выступлений. Но любовница… для этого ты слишком невинна и наивна, – нежно улыбнулся он мне. – Что не может меня не радовать.

– Проблема только в этом? Ты считаешь, что я не смогу себя вести достаточно… – поискала я подходящее слово, – откровенно? Нет, признаю, что такое поведение для меня непривычно. Но я не думаю, что будет настолько уж сложно изобразить что-то подобное. Все девушки от природы немного актрисы, если я найду нужное настроение, то…

Бриар с такой снисходительной улыбкой слушал мою речь, что это начинало злить. Я должна убедить его! Должна быть в курсе этого расследования, слишком многое, как оказалось, зависит от этого.

– Давай проведем проверку? – предложила я последний аргумент. – Проведем вечер в городе, где я буду изображать вертихвостку. Тогда и решишь, достаточно я убедительна или нет.

Я ожидала очередной вспышки злости и требования отказаться от таких крамольных мыслей, но вместо этого Бриар неожиданно рассмеялся.

– Ты предлагаешь провести в городе целый вечер, в течение которого будешь старательно изображать горячую влюбленность в меня? Поздравляю, ты нашла мое слабое место. Звучит слишком заманчиво, чтобы отказаться. – От этого замечания я покраснела, только теперь осознав, как это прозвучало. – Но это не значит, что я согласен на твое участие в деле, – добавил уже серьезно.

– Я понимаю. Пока это только проверка.

– И когда мне готовиться к свиданию? – хитро улыбнулся мужчина.

– Как ты скажешь. Но чем раньше, тем лучше, – решительно заявила я. Тянуть нельзя, до Ночи Долгой зимы и, следовательно, императорского бала, на котором запланировано последнее убийство, осталось совсем немного.

– Сколько энтузиазма, – покачал головой Бриар, все еще улыбаясь. – Кто бы мог подумать, что для того, чтобы добиться от тебя такой реакции, нужно просто предложить работу под прикрытием.

А вот меня улыбаться не тянуло, ведь причина вовсе не в бездумной жажде приключений и желании помочь. Магистр просто не представляет, насколько это расследование важно для меня само по себе.

– Ладно, решительная моя, – произнес он, вставая и подходя ко мне. – Потом решим по поводу твоего дебюта в роли соблазнительницы. А сейчас тебе пора спать – завтра будет не самый простой день.

– Это точно, – пробормотала себе под нос.

Легкое прикосновение обжигающих губ к щеке, и меня подталкивают в сторону портала.

– Спокойной ночи. Я приду утром, перед первым занятием.

Хотя я сомневалась, что она будет таковой. И была права – еще долго я ворочалась, терзаемая мыслями по поводу расследования и представлениями следующего дня.

Явившийся утром магистр окинул хмурым взглядом мое серое от недосыпа лицо, но говорить по этому поводу ничего не стал. Зато от меня потребовали взять свой артефакт с иллюзией и накинули плащ, полностью скрывающий мою фигуру. Да, мне позволили проводить Миру, но, к сожалению, о том, что я там была, никто не должен был знать.

Церемония прошла быстро и тихо. Как я и предполагала, пришли всего с десяток человек – знакомых, соседей, коллег по работе. И я так и не смогла приблизиться к Фрону, чтобы выразить соболезнования и сказать хоть какие-то слова утешения. Впрочем, не уверена, что смогла бы это сделать – все же отчасти я считала себя виноватой, что не смогла помочь. Тихо постояв в сторонке и выслушав столько теплых слов о светлой девочке Мире, я мысленно попрощалась с ней, а после ушла…

Весь учебный день дальше прошел словно в тумане. Я куда-то ходила, что-то записывала, даже разговаривала с Риной о каких-то глупостях, но о чем все это было, не помнила. И только вечером, неожиданно получив вестника от Бриара, я выплыла из этого состояния прострации.

Если ты еще не передумала демонстрировать свои актерские навыки, то будь готова завтра к семи.

Д.Б.

И вот тут меня накрыло пониманием, на что же я подписалась. Тогда-то я с уверенностью убеждала мужчину в своих способностях, а вот теперь начала сомневаться, что мне и правда под силу такое. Весь вечер мне придется вешаться на Бриара, изображать страсть и, скорее всего, целоваться… Причем на чужих глазах! И делать все это расслабленно и уверенно, а не краснея от каждого взгляда и прикосновения. Неужели я и правда смогу так? С другой стороны, если я позволю себе сейчас дать слабину и откажусь, возможности снова так близко подобраться уже не будет. Поэтому нужно решаться.

И снова полночи я крутилась с боку на бок, пытаясь унять нервные мысли, бьющееся с перебоем сердце и то краснеющие, то бледнеющие щеки. А потому утренний подъем вышел еще более тяжелым, чем предыдущий.

Проснулась я оттого, что хранитель скакал по мне и громко выл:

– Касс, вставай!

– Не кричи, – поморщившись, попыталась я спрятаться под подушкой.

– Если бы кое-кто не крутился всю ночь, а спал, то мне не пришлось бы так тебя будить, – уже более спокойно отозвался хранитель. – Скажи спасибо, что не водой облил. Вставай, а то на занятия опоздаешь.

Собиралась я суматошно – пытаясь сотворить одновременно сотню дел, да еще и продумать план на вечер, только теперь осознав, что у меня к нему совершенно ничего не готово!

– Хран, мне нужна твоя помощь, – обратилась к коту, спешно заплетая косу у зеркала. – Нужно как-то сменить цвет волос в артефакте иллюзии или найти способ перекрасить меня. Еще надо как-нибудь тон кожи затемнить и… – протянула я, пытаясь прикинуть, что еще может понадобиться, – приготовить побольше алой краски для ткани.

– Это все зачем? – опешил хранитель.

– Будем делать из меня ночную бабочку, – со вздохом напомнила ему, скептически рассматривая свою бледную осунувшуюся физиономию в отражении.

– Я тебе, конечно, помогу, но, пожалуй, согласен с Бриаром – ты не вытянешь эту роль, – покачал он головой. – И со всем остальным еще ясно, но зачем тебе краска для ткани?

– Буду переделывать одно из платьев.

Некоторое время хранитель смотрел на меня недоверчиво, словно ожидая, что я скажу, что это была шутка, но, не дождавшись, зашелся истерическим хохотом.

– Что? – хмуро поинтересовалась я, когда кот немного успокоился.

– Касс, ты прости, конечно, но ты и иголка – это вещи несовместимые. Серьезно считаешь, что сможешь сотворить что-то приличное из своих платьев? – скептически глянул он на меня.

– А мне как раз неприличное и нужно, – огрызнулась я, обидевшись на кота, несмотря на то что насчет моих талантов к шитью он прав. – Что ты предлагаешь? Я не могу опять к Рине обращаться, это будет слишком подозрительно. А больше мне не у кого просить…

– Знаешь, а я бы не был так уверен… – неожиданно радостно заявил Хран. – Я не успел тебе рассказать – много всего произошло, сама знаешь, не до того было…

– Что рассказать? – заинтересованно глянула на него.

– Я когда последний раз в город бегал за книгами, кое-что интересное услышал. Говорят, приехали циркачи, будут развлекать народ на императорском балу.

– Ты думаешь, Дана тоже приехала? – обрадовалась я, но потом вспомнила, что закрыта в академии. – Проклятье! А я, как назло, даже сходить встретиться с ней не могу.

Циркачку Дану, пожалуй, можно назвать моей единственной подругой детства, несмотря на довольно большую разницу в возрасте. Были в моем детстве особенно тяжелые времена, когда, не выдерживая косых взглядов других детей, я сбегала из приюта. И однажды случайно познакомилась с яркой танцовщицей. Не знаю, чем ей приглянулась нелюдимая девочка, но она меня не прогоняла, а наоборот, возилась и пыталась растрясти на общение. Что у нее вполне получилось. Иногда я даже помогала в выступлениях, подпевая, пока она танцевала. Но с тех пор как я поступила, мы виделись очень редко – едва ли раз в год наберется; циркачи народ кочевой, заезжающий в крупные города только по праздникам, а я слишком часто оказывалась по уши занята в эти дни.

– Сбегаешь к ним с письмом? – попросила я хранителя. – Вдруг и правда приехали?

– Конечно, сбегаю, – кивнул он, широко ухмыляясь. – Ты не подумала о другом. Она и есть твое спасение.

– В смысле?

– Касс, Данька – танцовщица, – напомнил он мне очевидное. – Уж у нее подходящее платье найдется. Просто напиши ей, что хочешь одолжить наряд, не думаю, что откажет.

– Ты прав. Вот только ты донесешь его? – сомневаясь, посмотрела на кошака.

– Донесу, не теряй времени – занятия вот-вот начнутся, садись скорее писать, – поторопил он меня.

Я поспешила за письменный стол.

Столько всего надо рассказать, стольким поделиться, но еще о большем умолчать. Зато вот про ее дела можно спросить основательно. У Даны всегда находится с десяток несуразных историй, ведь они столько путешествуют по стране. Иногда я задумывалась, что стоило уехать с ней пять лет назад, когда мне предлагали место в труппе. Та жизнь была бы проще, ведь я стала бы свободнее от страхов – попробуй найти ветра в поле. Но я выбрала другой путь и осталась здесь искать правды. И почти не жалею об этом, ведь иначе я бы не встретила Храна. Да и сомневаюсь, что смогла бы надолго выкинуть из головы историю своей семьи. Рано или поздно это настигло бы меня, и я бы все равно вернулась выяснить правду.

– Написала? – подскочил ко мне нетерпеливо хранитель.

– Да, – запечатав конверт, аккуратно заложила кошаку за ошейник.

– Тогда я побежал. Если вернусь раньше тебя, то займусь артефактом или зельем. Если ты придешь первой, то сама начинай.

– Договорились, – кивнула ему, и мы вместе покинули комнату.

Весь учебный день я просидела словно на иголках, с нетерпением ожидая новостей, что принесет мне кот. Еще в очередной раз порадовалась, что всегда усердствовала с учебой, – приближалась неделя зачетов, а мне уже пообещали несколько предметов поставить автоматом, в результате чего я могу себе позволить немного расслабиться. А все потому, что я не ленилась делать все задания, сдавать их вовремя и переписывать все лекции – в итоге даже несколько пропусков мне простили благодаря идеальным конспектам. Оставался только зачет, который, как и обещал, у нас будет принимать Бриар, но что-то мне подсказывало, что тут меня намеренно заваливать не станут.

Увы, к концу занятий Хран не успел вернуться из города. Решив не терять времени, я спустилась в лабораторию и занялась поисками нужного зелья, способного сделать из меня уроженку южных краев с красивым, чуть смуглым оттенком кожи.

Конечно, несмотря на всю свою браваду, я понимала, что и хранитель, и магистр правы – для того, чтобы сыграть прожженную кокетку, мне не хватало опыта. Но у меня было с кого взять пример! Уже несколько лет я наблюдала, как флиртует Рина, не говоря уже о долгих летних днях с Даной, умудрявшейся очаровывать сразу целую толпу, а не всего лишь одного мужчину. Вот на образ танцовщицы я и решила равняться. И даже, немного подумав, поняла, чего мне не хватает, чтобы суметь вести себя так же, – самоуверенности. Понимания, что я красива, и способности этим пользоваться. И если с последним я ничего не смогла сделать, то с первым…

Довольно быстро расправившись с маслом для кожи, которое должно было сделать из бледной поганки знойную красотку, я взялась за другое зелье, посложнее. Настойка храбрости – в целом довольно безвредная из-за довольно краткого и не слишком сильного действия – была именно тем, что может мне помочь. Капелька жидкой смелости, и я уже не буду дрожать и стесняться от каждого прикосновения. С головой уйдя в работу, я даже умудрилась пропустить явление своего посланника.

– Каш-ш! – раздалось над ухом, и я, очнувшись, перевела удивленный взгляд на Храна с привязанным к спине кульком и бумажным свертком в зубах.

– Вернулся? Нормально добрался?

– Нормально, – кивнул он, роняя сверток на пол. – О чем так задумалась?

– Продумывала линию поведения, – хмыкнула и наклонилась, чтобы снять поклажу со спины хранителя. Хорошо, что Хран такой крупный – на нем прекрасно уместилось все, что передала щедрая подруга.

– И?

– Буду надеяться, что у меня получится, – улыбнулась в ответ, разворачивая посылку.

И тут же удивленно ахнула, увидев содержимое: мягко переливающийся алым плотный атлас, украшенный таким же красным кружевом. Осторожно взяв ткань, поднялась, расправляя наряд полностью. Хран, уже устроившийся на рабочем столе рядом, неожиданно громко присвистнул.

– Сомневаюсь, что ты решишься надеть это безобразие, Касс. А если и решишься… надеюсь, тренироваться вы будете где-то в закрытом помещении, иначе ты банально околеешь. Но Дана, конечно… переборщила.

И с этим выводом я была абсолютно согласна. Да, я обрисовала ей в письме, что мне нужно изобразить из себя раскованную девушку для дела, но не настолько же! Нет, платье не было вульгарным, но все же… открывало гораздо больше, чем я была готова показать. Длинные рукава, расширяющиеся к запястью – стоит приподнять руку, и они соскользнут, обнажая руки. Глубокий вырез, отороченный тонким кружевом, обнажающий плечи и часть спины, – очевидно, что фасон платья наличия верхней части нижнего белья не предполагает. Широкая юбка, спускающаяся до пола, хоть и выглядела просто, украшенная только широкой полосой кружева слева, от талии до подола, имела свои сюрпризы. Я протянула руку… Так и есть – за полосой кружев прятался разрез до середины бедра. Еще раз оглядев несомненно красивое и весьма дорогое платье, я мрачно заключила:

– Я ее убью при встрече.

– Я тебе помогу, – кивнул Хран, пребывающий в таком же шоке, как и я. – Других вариантов у тебя нет, – заметил он спустя пару минут нашего молчаливого любования нарядом. – Придется идти в нем. Хотя я, честно говоря, опасаюсь тебя в таком виде отпускать.

– Не переживай, со мной же магистр будет, – напомнила ему, отложив в сторону платье, чтобы посмотреть остальное.

– Вот поэтому и опасаюсь. Так, времени осталось мало, ты беги собираться и краситься, а я займусь твоим артефактом. На какой цвет менять будем?

– Пусть будет темно-каштановый. Или рыжий, – пожала я плечами, решив, что лучше не давать ассоциации ни со своим повседневным обликом, ни с образом блондинки.

– Хорошо. Тогда марш приводить себя в порядок. Раз уж решилась на это безрассудство, так постарайся, – мрачно пробормотал кот, отворачиваясь к столу, где его дожидался мой амулет иллюзии.

И я поспешила последовать совету кота. Следующие два часа я пыталась сотворить из себя другого человека. Кого-то более смелого, красивого, даже дерзкого. Накручивая заклинанием кудри на голове и крася губы алой помадой, присланной Даной вместе с прочей косметикой, бельем и даже туфлями (боюсь даже представить, что она себе надумала), я говорила себе, что тихая Касс сейчас пойдет спать и все, что будет происходить дальше, ее не касается. Пара капель зелья в стакан воды, и вот… я и правда чувствую себя… спокойнее? Увереннее?

Теперь из зеркала на меня смотрела девушка, слишком далекая от тихой Кастодии. Плечи расправились, руки больше не тянулись прикрыть откровенный вырез на груди, и я словно взглянула на себя по-другому. Пусть это заслуга платья, или макияжа, или еще чего, но я ведь действительно красива. Странно, почему я так привыкла считать себя серенькой и невзрачной? Или просто старалась такой себя сделать? Я ведь всегда знала, как прекрасна была моя мать, а мы с сестрой даже в детстве были практически ее маленькими копиями. И вот теперь я смотрелась в зеркало и понимала – эта девушка вполне способна вскружить голову мужчине и разорить его на целое состояние. Не знаю еще, смогу ли я правильно сыграть, но вид у меня определенно достойный. И если честно, то, наверное, только с магистром я и смогу сыграть правильно, хотя бы просто потому, что он… мне нравится.

Но сейчас не время для таких мыслей. Да и вряд ли оно в ближайшее время настанет.

Что же, можно считать, что к ответственному вечеру я готова – осталось только надеть туфли и получить у Храна артефакт. Ну а пока у меня вполне нашлось время прочитать новости от подруги.

Привет, солнце мое ясное!

Все так же киснешь над книжками? Спорим, ты жалеешь, что не уехала с нами? Хотя, судя по просьбе, тебе в академии бывает очень весело. Очень жаль, что тебе запретили покидать территорию. (Хотя кто это пишет? Девочка, которая нарушила практически все возможные запреты еще в приюте? Ха!) Но если действительно что-то случилось и тебе опасно выходить, то лучше не высовывайся, твоя безопасность важнее.

Платье я тебе прислала лучшее из тех, что нашлось. Но могла бы и не придумывать странные отговорки про стажировку – где это ты собралась в таком платье стажироваться-то? Признавайся, мелкая, неужели нашелся человек, что растопил твое холодное сердце? Надеюсь на это. И думаю, после этого платья он сам сдастся тебе на милость, так что не упусти момент, чего бы ты ни хотела добиться этой провокацией. Ты там еще в обморок от смущения не упала, нет? Тогда читай дальше.

Я ужасно соскучилась. Столько всего произошло за год. Хочется рассказать обо всем, что мне довелось повидать, но письма для этого не хватит. Попробуй как-нибудь договориться о прогулке, хоть под конвоем, а? Мы пробудем на Бродячей площади еще две недели – буду тебя ждать каждый вечер, приходи, если сможешь. Кстати, я еще не поделилась потрясающей новостью. Ни за что не угадаешь… Нас пригласили выступать на императорском балу! Не перед простым народом в парке рядом, а прямо на самом балу! Представляешь? Самой не верится! Теперь нас ждут непрекращающиеся репетиции, но для тебя время я всегда найду.

Все, придется заканчивать, кажется, ты спешишь, да и кот твой надрывается, требуя, чтобы я поторопилась. Умная скотина. Где ты только такого достала? Не одолжишь нам на пару выступлений? Нет? Я почему-то так и думала.

Завтра напишу еще, не пропадай. Расскажешь, как прошел твой вечер. Целую тебя, солнце. Удачи с тем, ради кого ты будешь способна надеть это произведение искусства соблазнения. (Не ругайся слишком громко, я же все чувствую, даже не сомневайся.)

Твоя любимая вредина, Дана

Ох, Данька… Мне бы тоже очень хотелось встретиться. Моей жизни так не хватало того заряда, которым танцовщица всегда щедро делилась с окружающими. Именно поэтому ее выступления всегда вызывали настоящий аншлаг – неудивительно, что они получили приглашение на бал. У нее был особый дар – дарить радость окружающим. И я обязательно попробую уговорить магистра позволить мне хоть на час встретиться с ней…

От письма меня отвлек раздавшийся рядом тихий звон. Обернувшись, я увидела хранителя, застывшего в проходе у камина и с широкими глазами взирающего на меня.

– Касс, это ты?

– А кто еще? – пробурчала я, откладывая письмо.

– Добром это не кончится, – покачал головой кот, еще раз окинув меня внимательным взглядом. – Возьми с собой успокоительного.

– Зачем? Мне не стоит его принимать, нужно сохранить адекватную голову.

– Не для тебя – Бриару дашь глотнуть.

– А ему зачем? – удивилась еще больше. – Да и флакон некуда спрятать – я же ничего с собой не беру.

– В руках подержишь. Поверь мне, ему пригодится. Причем буквально в первые несколько минут, – пробурчал кот.

– Ну… ладно. Артефакт? – бросила на него вопросительный взгляд.

– Держи, – передал простенький серебряный кулон на цепочке. Немного выбивается из образа, но другого все равно нет. Стоило коснуться его, активируя иллюзию, и вот из зеркала на меня смотрит яркая девушка с каштаново-красной копной волос. Да, пожалуй, этот цвет как нельзя лучше вписывается в образ.

– М-да, – обеспокоенно протянул хранитель. – Может, ну это все, Касс? Подслушали же мы нужные вещи один раз, ну и второй разузнаем…

– Нельзя полагаться на случай, – возразила ему, усаживаясь на кровать и натягивая туфли на непривычно высоком каблуке. – Один раз повезло, второй – уже вряд ли. Так будет надежнее.

На удивление с туфлями все оказалось не так уж страшно. Я смогла встать и пройтись по комнате вполне уверенно, не шатаясь во все стороны. Вряд ли мне придется так уж много ходить, так что жить можно. Завершающий элемент – плащ, который до времени будет прикрывать безобразие, надетое на мне.

– Готова? – серьезно уточнил Хран.

– Да.

– Тогда держи вот еще, – протянул он мне горный хрусталь абсолютно черного цвета, подвешенный на кожаном шнурке.

– Что это? – недоуменно повертела в руках безделушку.

– Защита, – буркнул хранитель, смутившись, а потом обратил на меня строгий взгляд: – Слушай внимательно. Если к тебе будут приставать, просто зажмурься, сконцентрируйся на кулоне и подумай обо мне.

– И что произойдет? – настороженно глянула я на кота.

– Приставать перестанут, – расплывчато ответил он.

– Спасибо, – улыбнувшись своей мохнатой дуэнье, намотала шнурок с камнем на запястье.

– Успокоительное взяла? – вновь напомнил он мне, не став продолжать тему защиты.

Я отрицательно покачала головой.

– Тогда чего ждешь? – недовольно буркнул и сам побежал к сундуку у кровати, вытаскивая нужный флакон.

Стоило маленькой бутылочке устроиться у меня в руке, как посреди гостиной, видневшейся в открытой двери спальни, распахнулся провал портала.

– Касс, я за тобой, – позвали меня оттуда.

Бросив последний взгляд на кота, ободряюще подмигнувшего мне, я сделала глубокий вдох и шагнула.

Первый шаг в незнакомой комнате отозвался громким стуком каблуков на деревянном полу. Интересно, где это я? По темным стенам расползались красные отблески большого камина и причудливо плясали тени, отбрасываемые двумя креслами и столиком. Большое окно с тяжелыми плотными портьерами, а за ним виднелись яркие городские огни. Не знаю, где мы точно, но явно не в дешевом районе города. С другой стороны от меня из полумрака выплывали силуэты стеллажей, полных книг, рядами уходящих вглубь комнаты и теряющихся в полумраке. Я ожидала, что мы пойдем в какой-то ресторан, но, похоже, эта встреча планировалась наедине. Учитывая мой наряд, возможно, это было и к лучшему. Раз уж кот так волновался, то впервые увидеть меня в таком виде мужчине лучше наедине.

– Касс? – раздался удивленный голос, и я развернулась.

Магистр, оказалось, стоял позади, у входа в комнату, с недоверием осматривая меня. Судя по взгляду, его уже впечатлили копна кудрей на моей голове и внезапно обогатившаяся загаром кожа. Сделав шаг ближе, он протянул руку и, аккуратно взяв за подбородок, развернул сначала одной стороной к свету, а потом другой. Наблюдая его искреннее удивление, я сама не заметила, как на губах расползлась довольная улыбка – а ведь он правда не верил, что я смогу хотя бы выглядеть соответствующе.

«Это он еще платье не видел», – подумалось с насмешкой, и капля алхимической храбрости в крови позволила мне не краснеть при этой мысли.

– Ну как? – поинтересовалась, мягко освобождаясь от чужой хватки и делая шаг назад.

– Признаю, тебе удалось меня впечатлить с первого взгляда, – достался мне оценивающий взор. – Мне кажется, или ты стала выше?

– Каблуки, – заметила с хитрой улыбкой и, чуть приподняв подол плаща вместе с платьем, продемонстрировала туфли и узкие щиколотки. – Так какой у нас план? – поинтересовалась, опуская подол и заставляя мужчину оторвать взгляд от моих ног.

– Четкого нет. Выбирай сама, куда хочешь пойти и чем заняться.

– Тогда хочу куда-нибудь в центр, где красиво. Лучше сам выбери – честно говоря, я довольно плохо знаю город. Так что можем где-нибудь прогуляться, если недолго. – Сама не ожидала, что это предложу, но мне захотелось глотнуть воздуха и немного проветрить голову.

– Для прогулки ты слишком легко одета, – скептически заметил мужчина, но, поймав мой умоляющий взгляд, передумал. – Но если очень хочешь, то я одолжу тебе свой плащ – он теплее.

– Спасибо, – с искренней улыбкой поблагодарила я его. Бриар направился к двери, а я, вспомнив про опасения хранителя, поспешила спросить: – А стакана воды тут не найдется?

– Посмотри на каминной полке, – махнул он рукой и вышел.

Там нашлись и кувшин с водой, и бокалы, в одном из которых я растворила пару капель успокоительного – так, на всякий случай, кот просто так ничего не советует. И если уж мы с ним были поражены подарком подруги, то реакция магистра была и вовсе непредсказуемой. Стоило мне закончить, как мужчина вернулся с плотным темным свертком в руках.

– Держи, – протянул он мне длинный плащ, подбитый коротким плотным мехом. Вот теперь я точно не замерзну.

– Благодарю, – тронутая его заботой, я забрала из его рук плащ и, коснувшись легким поцелуем щеки, отступила к креслу, чтобы снять свой.

– Вина для храбрости? – усмехнувшись, спросил Бриар, шагнув к столику, приютившемуся у камина, и указав на пару бокалов с бутылкой рядом.

– Нет, – покачала головой, возясь с застежками, – и тебе не советую.

– Почему? – уточнил мужчина, беря бокалы в руки и явно собираясь предложить один из них мне.

Объяснять я не стала, а просто скинула черную ткань с плеч. Громкий звон раздался в тишине комнаты. Я печальным взглядом проследила за осколками на полу и постепенно расползающимся бордовым пятном.

– А я предупредила, – прокомментировала я потерю, но меня уже не слышали.

Мужской взгляд, сверкающий отблесками пламени из камина, жадно скользил по моей фигуре, обтянутой атласом. Медленно поднимаясь от носков туфель, он ловил каждую линию и изгиб моего тела, словно отпечатывая их в своей памяти.

«Пора вручать успокоительное», – поняла я и сделала шаг ему навстречу, прихватив с камина разведенное зелье. Подол разлетелся, приоткрывая замаскированный кружевом разрез, – и на пол полетел второй бокал, все еще находившийся у Бриара в руках. Я же с тихим вскриком отскочила подальше.

– Осторожно! – воскликнула я, судорожно осматривая подол на наличие бордовых клякс. А в ответ – опять молчание. Возвращая взгляд к мужчине, я уже рассчитывала на безоговорочную победу, надеясь увидеть восхищение в его глазах. Но увидела стремительно мрачнеющего и даже откровенно злящегося магистра.

– Ты что, с ума сошла? – прошипел он сквозь зубы.

Я обиженно поджала губы, но все же протянула ему бокал.

– Что это?

– Успокоительное.

Он махом опрокинул в себя содержимое и снова зло уставился на меня. А я, недовольно фыркнув, устроилась в кресле, готовясь к долгому разговору. Вот уж не ожидала, что мне придется снова уговаривать его. По привычке закинув ногу на ногу, даже не сразу заметила, как разрез на ноге разошелся окончательно.

В третий раз за вечер комнату огласил звон – погиб бокал из-под успокоительного. Зато его гибель оказалась наиболее фееричной – он оказался раздавлен от удивления голыми руками.

– Не поранился? – обеспокоенно подалась я вперед.

– Нет, – прорычал он, стряхивая осколки с руки.

Схватив со спинки кресла скинутый мною плащ, Бриар поспешил прикрыть им мои колени, пряча от глаз провокационный разрез, украшенный вызывающе красным кружевом, и только после этого устроился в соседнем кресле.

– Что не так? – обреченно поинтересовалась я.

– Издеваешься? – поднял на меня мрачный взгляд мужчина.

– По-моему, из нас двоих издеваешься именно ты, – не менее хмуро отозвалась я. – Понимаю, что ты не ожидал, что я смогу выглядеть соответственно роли, но ты согласился на предложение с проверкой. А теперь недоволен, что у меня это вышло слишком хорошо?

– Согласен, образу ты соответствуешь. Но в таком виде ты на улицу не выйдешь, – твердо заявил Бриар.

– То есть проблема была не в моей неспособности сыграть, а в тебе? – заметила я холодно.

– Пусть так. Все равно ты никуда не пойдешь.

– Но ты признаешь, что я справилась? – прищурилась я, желая добиться окончательного ответа. То, что он не готов выпустить меня в люди даже для проверки, значит, что и ради дела он на такое не пойдет. Как бы хорошо я ни выглядела и ни играла.

– Я признаю, что в своем желании доказать это ты превзошла саму себя, – недовольно признал мужчина. – Но это ничего не значит, потому что узнать, насколько хорошо ты играешь, нам не удастся.

– Так по чьей вине?

– Хорошо, давай я отправлю тебя переодеться, а после мы пойдем проверять твои актерские способности, – раздраженно предложил он.

– Серьезно? Во что переоденусь – в ученическое платье? И пойду в нем изображать кокетку? Тебе не кажется, что ты сам себе противоречишь? Я так старалась привести себя в порядок, с трудом добыла подходящее платье…

– Руки бы оторвать тому, кто тебе его дал, – пробормотал магистр себе под нос.

– Ясно, – оборвала я его. – Просто ты с самого начала не собирался выполнять условия сделки. Согласие на проверку было лишь отговоркой, да? Развлечением для тебя… А когда оказалось, что я, возможно, и смогу обыграть нужный образ, сразу пошел на попятный. И вместо похвалы, восхищения и хотя бы возможности отыграть до конца я получила злобное рычание, возмущение и нелепые отговорки. – Я поджала губы, чувствуя настоящее расстройство. Да, я понимала, что убедить Бриара будет непросто. Но я ведь старалась, переступила через себя, надев все это! И что в итоге? Мне даже попробовать не дали! Лучше бы сразу отказал, а не вот так вот…

Выругавшись себе под нос, мужчина подался ко мне и тут же оказался на корточках у моих коленей, с раскаянием заглядывая мне в глаза.

– Черт, Каська, прости меня, дурака, – искренне извинился, ловя мой взгляд. – Признаю, я думал, что ты не справишься, поэтому так легко согласился. Но ты… выглядишь даже слишком восхитительно. Думаю, пострадавший от моих рук хрусталь должен был сказать тебе больше любых слов, – усмехнулся он.

– Неужели такая потрясающе красивая я не заслужила попытки? Ну хотя бы просто хорошего ужина? – подняла на него печальный взгляд.

– Проклятье, ты связываешь меня по рукам и ногам, – тяжело вздохнув, опустил он голову.

– Ты обещал мне ужин и проверку. Я думала, что ты привык держать свое слово. Так неужели ошиблась? – попыталась я надавить на его чувство ответственности.

– Как же ты не понимаешь, – пробормотал он, взяв мое лицо в свои руки, – как представлю, что кто-то другой может увидеть тебя в этом платье… В такой обстановке вряд ли нам удастся поужинать – боюсь, я затею драку с первым же, кто посмеет бросить на тебя взгляд. – Он приблизился, согревая мою кожу горячим дыханием. А потом начал покрывать лицо легкими поцелуями – кончик носа, глаза, щеки, губы…

– По-моему, куда важнее, что я ни на кого другого смотреть не буду, – пробормотала, когда мне наконец позволили сделать вдох. – Разве не так?

– Так, – согласился он, снова срывая с моих губ легкий поцелуй.

– Тогда идем, – чуть оттолкнула я его, освобождаясь от крепких объятий. – Я и правда голодна.

Бриар нехотя отстранился, давая мне возможность выбраться из кресла. Поднявшись, я подхватила выданный мне плащ, но не успела накинуть на плечи, как у меня его отобрали. Обернувшись, бросила хмурый взгляд на магистра.

– То есть все мои старания все-таки зря?

– Ужин будет. Но извини, никто не должен видеть тебя в этом платье. И пока ты снова не возмутилась – это был комплимент.

– Меня уже видел ты, – заметила, чуть усмехнувшись.

– Мне можно, – уверили меня, притягивая ближе к себе.

Горячие объятия как никогда ярко чувствовались сквозь тонкий, холодящий кожу атлас платья. Чувственное прикосновение к губам, и я понимаю, что той капли смелости, что я приняла перед этой встречей, уже недостаточно, чтобы позволить мне держать маску самоуверенности. Все же одно дело изображать влюбленных на людях, но совсем другое – делать то же наедине. И, словно почувствовав, что моя уверенность дрогнула, Бриар отстранился.

– Кажется, теперь заигрался я, – заметил он тихим голосом. – Прости, это было слишком?

– Немного, – смущенно заметила в ответ, отстранившись на шаг. – Просто… на людях это не было бы так… И все же я бы хотела попробовать отыграть этот вечер. Я хочу помочь. И уверена, что могу это сделать.

– Это я тоже понял. Ты очень ответственная девочка, поэтому все делаешь до конца, – чуть усмехнулся мужчина.

– Да, – кивнула я, выдохнув с облегчением. – Так что с ужином? – напомнила я.

– И все же я настаиваю, чтобы провести его в более приватной обстановке. Так мне будет спокойнее.

– Хорошо, – со вздохом приняла правила игры, все же возвращаясь в кресло. – Но насколько я помню, в твоем доме некому готовить… Опять будешь обкрадывать чужой? – спросила с усмешкой, спешно возвращая себе то чувство уверенности и расслабленности, с которым начинала эту игру. И если честно, сомневаюсь, что мне бы это удалось без помощи зелья.

– Разберусь. Добывать еду – это мужское занятие. А женское – терпеливо ждать у горячего очага, чтобы разделить с ним добычу, – пошутил магистр.

– Тогда я жду, – усмехнулась в ответ.

– Я быстро, – пообещали мне, исчезая в портале.

Казалось, прошло не более пары минут, как магистр вернулся. В отличие от прошлого ужина за один раз принести все ему не удалось – кажется, мое заявление о голоде восприняли слишком буквально. Небольшой столик быстро заполнялся различными блюдами, и завершающим штрихом стали два новых бокала взамен павших от удивления моим внезапным преображением.

– Признаю, добыча оказалась славной, – с легким удивлением осматривала я едва умещающиеся на столе блюда. – Снова хочешь меня споить? – с упреком кивнула на бокалы.

– Не могу сдержаться, – признался мужчина с хитрой улыбкой на лице. – Ты сегодня слишком обворожительна, чтобы не воспользоваться случаем.

– Так и быть – прощаю, – благосклонно решила я, принимая из его рук полный бокал. – Ведь сегодня я действительно прекрасна, – заявила с непривычной для себя уверенностью.

– Предлагаю тост, – поднял он свой, – за твои безграничные таланты и невероятное умение удивлять меня с каждым разом все больше, – провозгласил мужчина, не сводя с меня внимательного взгляда.

Легкий жар смущения пробежал по щекам, но все же я с улыбкой приняла этот своеобразный комплимент. Тихий звон коснувшихся друг друга бокалов разнесся в тишине комнаты. И вечер неспешно потек своим чередом.

Я изображала беззаботную кокетку, старательно ведя светскую беседу, пересказывая новости, услышанные когда-то от Рины, и щебеча всевозможные глупости. Даже пыталась флиртовать, вспоминая, как Дана кидала проникновенные взгляды на понравившихся мужчин и посылала им многозначительные улыбки. Не знаю, насколько хорошо у меня это получалось, но стоило признать: когда мы перевели разговор на уровень какой-то невинной игры за ужином, мне стало легче. Я перестала воспринимать происходящее близко к сердцу, да и вести себя легко и беззаботно рядом с Бриаром было не так уж сложно.

Но все имеет свойство заканчиваться – так случилось и с нашим ужином. Тарелки уже опустели, в бокалах плещутся остатки вина, а у меня совершенно иссякли темы для бессмысленных бесед – увы, в этом мне нечем похвастаться, бесконечно я могла обсуждать только какие-то научные или учебные материалы. А так вечер подошел к концу, и мне хотелось уже закончить игры и узнать решение магистра.

– Так каков будет вердикт? – спросила я, прерывая установившееся между нами молчание и отставляя пустой бокал в сторону.

Какое-то время Бриар задумчиво рассматривал меня, прокручивая в руках свой, пока наконец тоже не убрал его.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.