Марина Цветаева
Феникс
Пьеса в трех картинах, в стихах

Car l'homme vieux a pour

ennemis la nature entiиre.

Casanova. Mémoires. Ch. VI.[1]

Лица

ДЖАКОМО КАЗАНОВА ФОН СЕГАЛЬТ, ныне библиотекарь замка Дукс, 75 лет, “Que suis – je? Rien. Que fus – je? Tout”[2].

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ, столь же – грации, сколь Казанова – фурии, 60 лет.

ГРАФ ВАЛЬДШТЕЙН, племянник князя де Линь и хозяин замка.

ВИДЕРОЛЬ, домашний поэт. Смесь амура и хама. Зол, подл, кругл, нагл, 20 лет.

ДВОРЕЦКИЙ, покровитель и сподвижник Видероля.

КАПЕЛЛАН, жировой нарост, в летах.

ПЕРВАЯ ОСОБА иссохшие мумии расы

ВТОРАЯ ОСОБА

СТАРЫЙ КАМЕРДИНЕР КНЯЗЯ ДЕ ЛИНЬ, к дворне непричислимый. ФРАНЦИСКА, дитя и саламандра. Прозрение в незнании, 13 лет.

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ, ПОЛЬСКАЯ ГОСТЬЯ, ВЕНСКАЯ ГОСТЬЯ – бессердечье птичье, женское и светское, 20 лет

ПЕРВАЯ ПРИНЦЕССА невоспитанные куклы

ВТОРАЯ ПРИНЦЕССА

ВОСПИТАТЕЛЬНИЦА, автомат.

Дворня:

ПОВАР. МОЛОДОЙ КАМЕРДИНЕР ГРАФА.

САДОВНИК. ПЕРВАЯ СУДОМОЙКА.

ПОРТНОЙ. ВТОРАЯ СУДОМОЙКА.

ЕГЕРЬ. ПРАЧКА.

ЛАКЕЙ.

Время и место встреч:

Первая картина – кухня в замке Дукс, в Богемии.

Вторая картина – обеденный зал в том же замке.

Третья картина – библиотека в том же замке.

Год – 1799, час встреч – вечер и ночь.

Картина перваяДворня

Кухня в замке графа Вальдштейна, в Дуксе. Поздний вечер. Лето 1799 года.

ПЕРВАЯ СУДОМОЙКА

Ох-ох-ох-ох! В который раз!

Чуть перемоешь – снова грязь!

Беда родиться судомойкой!

ВТОРАЯ СУДОМОЙКА

Да, веселее бы за стойкой

В трактирчике.

ПЕРВАЯ СУДОМОЙКА

Еще в своем!

ВТОРАЯ СУДОМОЙКА

Военных угощать настойкой!

ЛАКЕЙ

Всегда в презренном мире сем

Бабьй останется бабьйм!

Уж я на этот раз натаскан:

Червь сахаром посыпан – съест!

Семь пирогов в один присест,

И на покой – с гусарской каской!

ПЕРВАЯ СУДОМОЙКА

И врете!

ЛАКЕЙ

Дай-ка пирожок!

ПЕРВАЯ СУДОМОЙКА

В уланах у меня дружок.

Как размахнется вострой саблей!

ПОВАР

Как ужинали нынче?

ЛАКЕЙ

Слабо.

Воздержанные времена!

Чай, половину каплуна

Сюда стащил бы…

ПОВАР

Для позору

Моих седин!

ЛАКЕЙ

Каб наш обжора,

Сей толкователь облаков,

Не потрудил над ним клыков.

(Показывает пустое блюдо.)

Что – чисто?

ПОВАР

Не едок, а чудо!

ЛАКЕЙ

Еще спасибо, что хоть блюдо

Оставил. Ото всех приправ

Хоть памятка б осталась!

САДОВНИК

Граф

Сам виноват – такое терпит!

ЛАКЕЙ

Граф, доложу вам, рад до смерти!

Разов пятнадцать: “Удостой!”

Подкладывал своей рукой.

Одной начинки двадцать ложек!

Тот съест, а граф еще подложит,

Тот съест, а граф подложит вновь.

(Передразнивая.)

“Две вещи согревают кровь:

Хороший ужин – и любовь!”

И косточки потом обгложет.

ПЕРВАЯ СУДОМОЙКА

Ну, уж с любовью!

ВТОРАЯ СУДОМОЙКА

Не скажи!

Глаза-то, милый, как ножи

Кинжальные!

ЛАКЕЙ

Сказала! – Угли!

Углищи!

ВТОРАЯ СУДОМОЙКА

А уж больно смуглый, —

С рожденья? Или просто грязь?

ПРАЧКА

Нет, девки, это отродясь.

Намедни, доложу вам, сваты,

Сует мне в руку три дуката,

Чтоб людям не сказавшись, знать,

Ему бельишко постирать —

До завтрашних гостей.

ЛАКЕЙ

Бродяжка!

ПРАЧКА

Всего-то счетом – три рубашки.

Четвертая на нем. – Белье! —

Одна лишь слава. – Так, рванье.

Чуть между пальчиков потрите,

Все и останется в корыте.

Так и не знаю уж, как быть.

ВТОРАЯ СУДОМОЙКА

Его бы можно зачинить!

ПРАЧКА

(оскорбленно)

Я не охотница до клочьев!

ЛАКЕЙ

А он с тобою в уголочках

Не шепчет?

ВТОРАЯ СУДОМОЙКА

(хихикая)

Я не из княжон.

ЛАКЕЙ

Ну, девка, это не резон.

Скажи: не по зубам скорлупка!

Гоняется за каждой юбкой.

ПЕРВАЯ СУДОМОЙКА

(на лакея)

Положим, что не он один.

ЛАКЕЙ

Всех по порядку наградим.

Красавица!

Возня.

ПРАЧКА

Тому три года

Ни девке не давал проходу!

А семьдесят с хвостом годов!

Охотник до таких трудов!

Не брезговал и нашей кофтой.

ВТОРАЯ СУДОМОЙКА

А из каких он городов-то

Сюда к нам прибыл?

ЛАКЕЙ

Изо всех

Как тот библиотекарь-чех

Вконец спился, стал книжку – кружкой,

А кружку – книжкой звать, – с дерюжкой

Вот с этой – граф к нам прикатил.

Сперва с ним вместе ел и пил,

Сам первый кланялся…

ВТОРАЯ СУДОМОЙКА

Забава!

САДОВНИК

Сегодня в парке косят траву, —

Граф приказал. Вдруг: “Кто таков?

Не трогай, говорит, цветов!”

Я так и сяк. – “Не трогай, тресну!”

– Для пользы клумб, мол, дескать, тесно

Другим цветам от них, глушат

Садовые… А он ушат

С водой – как схватит: “Все мне любы,

Кричит, цветы!” Я думал – зубы

Повыбьет. – “Вот тебе оршад!”

И весь мне, на плечи, ушат!

Как пес промок! – Дойдет до драки!

ЕГЕРЬ

А мне вчерась: “Чего собаки

Всю ночь провыли под окном?

Ты виноват!”

ПОРТНОЙ

Ко мне с сукном

Пристал, чего ему кредиту

Не открываю.

ЕГЕРЬ

Ух, сердитый!

Так нынче взором и ожег:

Нарочно, мол, трублю в рожок

Под окнами его, чтоб спать он

Не мог…

ПОВАР

А уж силен да статен, —

С таким не свяжешься!

ЕГЕРЬ

Ерой!

ПОВАР

Вчерась горячею порой

Подходит с видом монумента:

– Подай мне, говорит, поленту! —

Гремит, как целый эскадрон.

– Чего-с? – И блюдо макарон!

– Подохнешь тут от ваших тушей

Свиных, кишки у вас – не души!

От ваших пуншей и попов,

Окороков и дураков! —

Каков?

ЛАКЕЙ

А нынче с капелланом

Связался, все дородным станом

Его корил: клохтун, толстун,

Не капеллан вы – а каплун!

Хохот.

Вас бы на вертеле зажарить!

ПРАЧКА

Безбожник.

САДОВНИК

Раза три бы вдарить

По морде!

ПОВАР

Ишь зазнался, голь!

МОЛОДОЙ КАМЕРДИНЕР

(входя)

Честной компании хлеб-соль!

ОБЕ СУДОМОЙКИ

(сразу)

Герр Йозеф!

МОЛОДОЙ КАМЕРДИНЕР

(ломаясь)

Наконец у цели!

Все графа провожал в постелю.

Совсем уж проводил – стучат.

Пожалуйте-с! – Сам Чертов Ад

Пожаловал: “Не уважают —

Теснят – обходят – уезжаю”.

(Передразнивая.)

“В зловонии навозных куч

Орлу не место. – Вот вам ключ

От родовой библиотеки,

Вот ключ от рукописей…”

САДОВНИК

Экий

Наглец!

МОЛОДОЙ КАМЕРДИНЕР

Уж граф и так и сяк.

– Бездарнейший из всех писак.

Меня, кричит, рифмует с чертом!

Лакей на той неделе тортом

Обнес… Дворецкий ваш в упор

Шутом назвал… Дворецкий – вор

У вас, – все погреба расхитил!

Я барскому добру хранитель,

Не потерплю… Мне сам король

Людовик доверял контроль!

Меня сам Понятовский в Польше

До звезд возвысил… – Дальше – больше…

– Служу вам из последних сил…

несколько голосов

А граф?

МОЛОДОЙ КАМЕРДИНЕР

(смеясь)

Прощения просил.

В неделю восемь раз.

ПОВАР

Умора.

САДОВНИК

Вот заслужили командора!

СТАРЫЙ КАМЕРДИНЕР

(неожиданно выступая из темноты)

А я вам, люди, доложу:

Весь век по господам служу,

Не пивовар из пивоварен —

Зря осуждать: хороший барин!

Взрос не в мужицких сапогах.

А коль сейчас не при деньгах,

Так это не позор, а горе,

А здесь и честь, где вор на воре,

Где и вельможи спину гнут.

Горба не выгнет, как верблюд

За хлебцем, – своего предложит!

Он да мой барин – вот вельможи!

А все другие – тьфу!

МОЛОДОЙ КАМЕРДИНЕР

Старик!

Смотри, повешу за язык!

СТАРЫЙ КАМЕРДИНЕР

Цыц, мелюзга!

МОЛОДОЙ КАМЕРДИНЕР

Молчи, холера!

СТАРЫЙ КАМЕРДИНЕР

И вся старинная манера…

Как кланяется! —

Что твой князь!

А все другие – мелочь, мразь,

Так, срамота…

МОЛОДОЙ КАМЕРДИНЕР

Молчать, Иуда!

СТАРЫЙ КАМЕРДИНЕР

Разряженные лизоблюды!

Ублюдки!

Входит Дворецкий об руку с Видеролем. Видероль присаживается к судомойкам.

ДВОРЕЦКИЙ

(грозно)

Что это за рев?

Кто у плиты из поваров?

ПОВАР

(вставая)

Я.

ДВОРЕЦКИЙ

Что хозяин в кухне – повар,

Ты знаешь?

ПОВАР

Знаю.

ДВОРЕЦКИЙ

Громкий говор

Под кровлей замка воспрещен.

Оберегать господский сон

Кто должен?

ПОВАР

Слуги.

ДВОРЕЦКИЙ

То-то: слуги!

Что ж разорались как белуги!

Кто начал?

МОЛОДОЙ КАМЕРДИНЕР

(на Старого)

Он!

ДВОРЕЦКИЙ

Так ты? – Скоты!

СТАРЫЙ КАМЕРДИНЕР

Милейший, старикам на ты

У нас не говорят в Париже.

ДВОРЕЦКИЙ

Париж – далёко, крепость – ближе,

Молчать!

СТАРЫЙ КАМЕРДИНЕР

Хозяин мне один:

Фельдмаршал князь де Линь. Аминь.

ДВОРЕЦКИЙ

(сжимая кулаки)

А я здесь…

СТАРЫЙ КАМЕРДИНЕР

Хоть султан турецкий, —

Мне дела нет!

ДВОРЕЦКИЙ

Я здесь – дворецкий!

СТАРЫЙ КАМЕРДИНЕР

(невозмутимо)

Себе – дворецкий, мне – дурак,

Так, прихлебатель из дворняг.

Мое почтенье!

(Не торопясь выходит.)

ДВОРЕЦКИЙ

(в бешенстве)

Ишь, подагра

Ходячая! Постой-ка – шваброй

Всю спесь с тебя сшибу, бахвал!

(Кому-то, в темный угол кухни.)

Эй, Стеффен, за вином, в подвал,

А ты, Ханс-Йорг, за капелланом!

– Марш по домам!

Все расходятся.

Займемся планом

Атаки. Впереди успех.

Друг Видероль, ты не из тех,

Пиитов допотопной расы,

Боящихся махнуть с Пегаса

В раздолие земных трясин.

(отмахиваясь)

Помилуйте! Я не Расин

И не Корнель!

ДВОРЕЦКИЙ

Тогда – час добрый!

Мне лично веселей бы ребра

Ему переломать, но граф

Шутить не любит. Зная нрав

Его на этот счет суровый,

Решил я герра Казанову

Другою казнию казнить.

ВИДЕРОЛЬ

На Богородице женить?

ДВОРЕЦКИЙ

Нет.

ВИДЕРОЛЬ

Опоить ревенным корнем?

ДВОРЕЦКИЙ

Нет.

ВИДЕРОЛЬ

Рукописи в ящик сорный?

ДВОРЕЦКИЙ

Нет.

ВИДЕРОЛЬ

Соусник пролить на плешь?

ДВОРЕЦКИЙ

(вынимая из-за пазухи портрет Казановы)

Узнал?

ВИДЕРОЛЬ

Как не узнать? Все те ж

Глаза – двойным костром полночным!

Должно быть, сын его побочный

Иль внук? По возрасту он дед.

ДВОРЕЦКИЙ

Он сам же в возрасте побед!

ВИДЕРОЛЬ

Красавца не встречал такого!

Откуда?

ДВОРЕЦКИЙ

Выкрал из алькова.

Еще подружками не сыт, —

Вот с юностью своей и спит!

Однако же вернемся к казни:

Избить нельзя: со старым князем

Дружит, – заворожил шельмец!

Итак…

Входит Капеллан, в сопровождении Слуги и бутылок.

Садись, святой отец!

(Видеролю.)

Дальнейший план, рукою детской

Ты намаракуешь куплетцы.

Бутыль – за строчку.

ВИДЕРОЛЬ

Меценат!

ДВОРЕЦКИЙ

А дальше – дамы извинят,

Мы в обществе не блещем женском —

Повесишь это совершенство

Над дверью непотребных мест.

ВИДЕРОЛЬ

Для привлечения невест?

Согласен!

ДВОРЕЦКИЙ

Только поцветистей!

ВИДЕРОЛЬ

С огнем такого куплетиста

Не сыщете!

ДВОРЕЦКИЙ

Озолочу!

ВИДЕРОЛЬ

Испытанному рифмачу

Доверься!

ДВОРЕЦКИЙ

Угодишь – удвою!

КАПЕЛЛАН

Ведь приходящих за нуждою —

Что странников к святым местам!

ДВОРЕЦКИЙ

В лоск опозорим!

ВИДЕРОЛЬ

По рукам!

Товарищ!

КАПЕЛЛАН

Дорогие дети!

Я в сем союзе буду третий.

Где выпивка, там мало двух.

Бог Иегова – Бог сын – Бог дух.

(Возлагая Видеролю на голову руки.)

Благословляю, сын, на подвиг!

ВИДЕРОЛЬ

Так по одной на строчку?

ДВОРЕЦКИЙ

(растроганный)

По две!

Картина втораяЗнать

Обеденный зал в замке Дукс. Жемчуга на шее красавиц и грани богемских бокалов горят закатом. Мрачный покой улыбками женщин преображен в цветник. Посреди цветника, в мундире фельдмаршала, с орденом св. Стефана на груди и взнесенным бокалом в руке, – вечно юный князь де Линь. И надо всем – воскрешенные кое-где заходящим солнцем – видения старинных бабушек.

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

И юноши и соловьи

Вас славят в непрестанном гимне.

Но все ж, красавицы мои,

Да не смутит вас век мой зимний.

Нежней слуги вам и верней

Под солнцем не было и нету!

(Подымая бокал к бабушкам.)

За розы невозвратных дней!

(Наклоняя бокал к цветнику красавиц.)

За розы нынешнего дня!

(В окно.)

За розы будущего лета!

Волшебницы! Мне смертный яд

Был нектаром из ваших ручек.

За ваших бабушек!

ВСЕ

Vivat!

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

За их благоуханных внучек!

(Дамам.)

За розу Франции! За дочь

Прекрасной Польши! Звонче, чаши!

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

Князь, за бессоннейшую ночь

Всех наших бабушек!

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

(галантно)

За вашу!

…Труднейшее из всех искусств —

Не медлить на вселенской сцене!

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

За все победы ваших уст!

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

(направляясь с бокалом к дверям)

За подвиги и приключенья!

В дверях, залитое пурпуром заката, видение старика. Видение в золотом камзоле, черном бархатном жилете, белых чулках и башмаках на красных каблуках Regence[3], со стразовыми пряжками. На смуглом остове лица – два черных солнца. Три, друг за другом, медленных старомодных поклона. Все последующие замечания – громким шепотом.

ПЕРВАЯ ПРИНЦЕССА

Какой он страшный!

ВТОРАЯ ПРИНЦЕССА

И смешной!

ВИДЕРОЛЬ

(громко)

Развалина! Бродячий остов!

Всю жизнь дружил с чужой мошной,

Нахлебник на ролях шутовских,

Фигляр!

Французская гостья, смеясь, закрывает ему веером рот.

Быть может, век назад

И был хорош…

(Оценивая.)

Глаза.

ПОЛЬСКАЯ ГОСТЬЯ

(так же)

Пожалуй…

ВЕНСКАЯ ГОСТЬЯ

Как заведенный автомат!

ПОЛЬСКАЯ ГОСТЬЯ

Как черт, сбежавший с карнавала!

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

Надменен, как испанский гранд!

ВТОРАЯ ПРИНЦЕССА

По стразовой звезде на туфлях!

ПЕРВАЯ ПРИНЦЕССА

Не то фигляр, не то педант,

Не то танцмейстер – в буфах, в буклях, —

Как бабушкина кукла!

ВОСПИТАТЕЛЬНИЦА ПРИНЦЕСС

(Видеролю.)

Ах,

Скажите – что это за мода?

ВИДЕРОЛЬ

Венецианский альманах

Семьсот сорок седьмого года.

ПЕРВАЯ ПРИНЦЕССА

Чудовище!

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

(увлекая Казанову)

Любезный друг,

Присаживайтесь.

КАЗАНОВА

Где же место?

Не вижу!

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

Мы раздвинем круг.

КАЗАНОВА

Коль грустное мое соседство

Вас не пугает…

В эту минуту Дворецкий подходит к графу Вальдштейну и, склонившись, что-то тихо говорит ему.

ГРАФ ВАЛЬДШТЕЙН

Дядя! – Князь!

Князь, на секунду!

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

Весь к услугам.

ГРАФ ВАЛЬДШТЕЙН

Над суеверьями смеясь,

Вы им подвластны?

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

(с улыбкой)

Как супругам —

Красавицы: сердясь, силком.

ГРАФ ВАЛЬДШТЕЙН

Князь, нас двенадцать за столом

Сейчас, – а если новым гостем

Обогатится круг наш…

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

Бросьте,

Племянник! Так не говорит

Потомок Вальдштейна… Средство

Простое – встану!

ДВОРЕЦКИЙ

Ваша светлость!

Уже отдельный стол накрыт

Для господина…

(С намеренной заминкой.)

…Казо… Каза…

Библиотекаря.

КАЗАНОВА

Наказан

Я, старый бражник, без вины

Сегодня. В дни моей весны

Я и тринадцатым на ужин

Придя – был первым, ибо нужен

Тогда красавицам был, днесь —

Не нужен. Такова Фортуна!

Князь, вы затронули все струны

В сем сердце старческом, но здесь —

Не место мне…

КНЯЗЬ ДЕ ЛИНЬ

(кладя ему руку на плечо)

За вами в ссылку

Тогда последую. Бутылку

Шабли! – Цветник же райский сей

Лишь краше расцветет без стужи

Снегов полярных…

Садятся за отдельный столик. Князь де Линь наливает два бокала.

Друг, за дружбу

Двух загостившихся гостей.

Эх, современник! – Но стоит

И стынет ужин ваш.

КАЗАНОВА

(вскипая)

Я сыт —

Подачками. Миров владыки:

Епископ – временщик – посол

Садились у меня за стол, —

Но я не забывал Ле-Дюка,

Лакея своего. Забыт

Мой стол, мирам открытый… – Сыт.

(Застывает в брезгливом высокомерии.)

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

(Видеролю.)

А кто-то у меня в долгу!

Да, кто-то, обещавший нечто,

И не исполнивший.

ВИДЕРОЛЬ

(ломаясь)

Солгу,

Сказав, что знаю.

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

Чет иль нечет?

ВИДЕРОЛЬ

Чет!

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

Нечет, – проиграли! Срок —

Секунда, а потом – стишок.

ВИДЕРОЛЬ

(ломаясь)

Помилуйте, такие судьи!

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

О, я за вашу музу грудью

Стою!

ВИДЕРОЛЬ

(так же)

Я не решаюсь.

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

Нет?

Так я решаюсь. Граф! Поэт

Сонет прочтет!

ВИДЕРОЛЬ

Рондо!

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

Не все ли

Равно? Рондо! А стих веселый —

Рондо?

ВИДЕРОЛЬ

Как ямки на щеках

У дамы сердца.

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

(ударяя его веером)

Вертопрах!

ВИДЕРОЛЬ

(что-то высчитав по пальцам, – почти без задержки – со множеством ужимок)

Когда бы вправду вертопрах

Я был – подобно рифме звонкой

Раскатываясь на устах, —

Тогда бы мимо дев сторонкой

Не шел, вдали от них – не чах.

Ах, на миру одни подонки

Достались мне! Ребячий страх

Мне губы леденит. Сквозь пленку

Слез – веера высокий взмах

Слежу, и бровь дугою тонкой.

Вернее голубя в руках

И боязливее ребенка —

Ваш вертопрах.

ПЕРВАЯ ОСОБА

Второй Парни!

ВТОРАЯ ОСОБА

Ja, ja, mein Herr![4]

Второй Парни!

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

Второй Вольтер!

ГРАФ ВАЛЬДШТЕЙН

(соседке)

Очаровательный мальчишка!

ПЕРВАЯ ОСОБА

Большая будущность в стране

Любви и Славы!

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

Вы их мне

На память, в памятную книжку,

Волшебник, впишете?

ВЕНСКАЯ ГОСТЬЯ

Во сне

Увижу их!

ОБЕ ПРИНЦЕССЫ

(разом)

И мне! – И мне!

ФРАНЦУЗСКАЯ ГОСТЬЯ

(значительно)

Иду на всякое условье!

ПОЛЬСКАЯ ГОСТЬЯ

Мне первой, ради всех святых!

(Казанове.)

Что скажете на этот стих?

КАЗАНОВА

Младенческое пустословье!

Как барабанной перепонке

Не треснуть от такой трухи?

(Видеролю.)

Стишонки, сударь, не стихи!

Стыдитесь!

ВИДЕРОЛЬ

(как змей)

Перед сею тонкой

Оценкою – мой скромный слог

Бессилен. Раз такой знаток…

Сей цвет Парнаса и Парижа:

Фон Сегальт!..

КАЗАНОВА

Поумерьте тон!

ВИДЕРОЛЬ

(изливаясь)

Фон Сегальт…

КАЗАНОВА

То-то сударь, – фон!

И не однажды и не трижды

Фон, а стократ, тысячекрат!

КАПЕЛЛАН

(отваливаясь от еды)

Неслыханно!

КАЗАНОВА

(вставая)

Аристократ

Не тот, щенок, кто с целой псарней

Собак и слуг въезжает в мир

В своей карете шестипарной.

Кто до рождения в мундир

Гвардейский стянут, кто силен

Лишь мертвым грохотом имен

Да белизною женских пальцев.

Есть аристократизм скитальцев.

(Удар в грудь.)

Я– безыменных: я!– детей

Большой дороги: я – гостей

Оттуда!

(Широким жестом указывает в окно.)

ВИДЕРОЛЬ

Разобьете блюдо!

КАЗАНОВА

(раздражаясь)

Аристократ по воле Чуда!

И стольких звезд я кавалер,

Сколь в небе их…

КАПЕЛЛАН

(воздевая глаза к потолку)

Довел Вольтер!

(Остолбеневает с вознесенным ножом и вилкой.)

КАЗАНОВА

(великолепным жестом)

Сочтите! —

На крестильном бланке

Прочтите: сын комедиантки —

И пригорода! Мой отец —

Дорога!

ОБЕ ПРИНЦЕССЫ И ВОСПИТАТЕЛЬНИЦА

Боже!

КАЗАНОВА

А венец

Над дамою и кавалером

Держала – вот она! – Венера! —

Звезда бродяг и гордецов.

Безроднейшего из юнцов

К монархиням ведет в альковы,

В Рим – черноглазого птенца,

Чтоб Миром правил. – Без венца

Зачатого – под дождь лавровый…

Колумбов к басенным брегам,

И корсиканцев – в Нотр-Дам!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ибо старому человеку враждебна вся природа. Казанова. Мемуары. Гл. VI (фр.).

Вернуться

2

“Чем стал я? Ничем. Чем был я? Всем” (фр.).

Вернуться

3

Времени Регентства (фр.)

Вернуться

4

Да-да, сударь! (нем.)

Вернуться