Крик
Сборник стихов
Екатерина Грушецкая

Выражаю благодарность моей подруге Лане (R. T.) и талантливому поэту Дмитрию (Номен) Полежаеву

В основе мира – ядро страдания. Когда достигается определенный уровень сознания, раздается крик. С него начинается поэзия.

Мишель Уэльбек, «Оставаться живым»

© Екатерина Грушецкая, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Крик

По вечерам мне кажется все милым,
И обещанье по три раза натощак
Мир принимать, чтоб не стошнило,
Легко дается или кажется, что так.

В гудящей пустоте напрасен крик,
Как обещанье в спаме увеличить член
Бесцельно и без адресата. В миг
Его задушит тьма, и все без перемен.

Тьма силой своей одержима,
Пред ней солнце пасует робко…
Ты один на один с содержимым
Своей черепной коробки.

Завтра

В запахе разгоряченных тел,
В слезах не твоих детей,
В холодном бетонном эхе,
В притворном женском смехе,
В спокойствии свежих могил,
В пафосе модных картин,
В уродстве клипа Рианны,
В зуде заживающей раны,
В яркости новых биллбордов,
В недовольстве встреченной морды —
Во всем есть молчаливое ощущение,
Что завтра не дождешься мщенья,
И все будет ровно в новой борьбе,
Что завтра принадлежит тебе.

Жизнь

Жизнь вульгарнейшая постановка,
Все ловушки расставлены ловко,
Все заучено и постыло —
Бесполезно казаться милой.
А любовь наполняют фразы —
Одиночества страшные спазмы.
Эти страхи граничат с маразмом,
Мы с судьбой соглашаемся сразу.
Ночь пройдет. Свет почти не ранит.
Этот мир страшно парадоксален.
Сделай вид. Попытайся сказать.
Жаль, что счастье нельзя описать.
Сердце кровь разгоняет по венам,
Точно также, в одном направленье.
Шансов нет. Все решилось в мгновенье.
Наслаждайся. Не жди изменений.

Дурачок

Его кожа иссушена ветром,
Он идет по родному району
И насчитывает километры,
Словно все ему здесь незнакомо.

Сам с собой он всегда говорит,
Задирая задумчиво голову,
Дождь иль вьюга вокруг кружит,
Он идет и ему все по боку.

Обращается прямо к Богу,
Он один неподвластный вечности,
Не спеша и вразвалку немного,
Человек среди не человечности.

Он улыбчив всегда и спокоен,
В его сердце нет места печали.
Для него этот мир так устроен,
Значит, сверху ему отвечают.

Ночь

День скинул с плеч рутинный груз,
И хочет тьма на город лечь.
Скрывая света белый меч,
Воспрянет ночь, мать пошлых муз.
Запляшет, грязная цыганка,
Встряхнет ряды нелепых бус,
В блестящих отраженьях луж
Покажет мира нам изнанку
И горечь наших страшных душ.
Унылый день в ее упряжке,
И нету никаких помех!
Цыганка, оголяя ляжки,
Закружится под дикий смех.
Черноволосая лелеет
Гроздь человеческих пороков,
И главная ее идея —
Что сон – утеха чудаков.
Арена всех земных затей,
Дом тихих заплутавших духов,
Что ужасы нам шепчут в ухо,
Ночь – репетиция смертей.

Желания

Желания побуждают
Быть кем-то или казаться.
Желания побеждают
Время, страх и пространство.

Жизнь абзац за абзацем —
Страницы предубеждений.
Святош превращая в мерзавцев,
Желанье дает наставление.

Мечты не приходят авансом,
Желанье уйти без сомнений…
Но жизнь заклинает остаться
Ради ее наслаждений.

Не нужно

Не нужно никого спасать
От едкого желания упасть
В пасть одиночества или пороков.
Полным-полно иуд-пророков,
И каждый волен выбирать…

Не нужно никого спасать
От тяжких мнимых обязательств
И от попыток отыскать
Останки призрачных объятий.

Не нужно никого спасать.
Рискни, взгляни на отражение
Внутри есть свет и нет сомнения,
Как раз его нужно спасать.

Я обитаю

Я обитаю в мире искусственных оттенков,
Опаснейших животных, приученных скучать.
Я вытираю кровь, текущую по стенкам
Беспечных чьих-то ангелов, пытавшихся сбежать.

Что я пуста, как ежедневник
Больного, что полгода в коме
Понять легко, но слишком больно
Мне притворяться, что я в норме.

А выбрать путь мне предлагали
Сначала, видно не спроста.
Животной басней без морали
Останусь я пуста, пуста…

Расставание

В равнодушии нам нету равных:
На прощание меньше минуты.
Мы с тобой разорвали все путы,
Не придется залечивать раны.

Нет проблем… Отпущу твою руку.
Нету страха, что нет продолжения
Нашим взглядам, словам и сомнениям,
Что не сможем уже друг без друга.

У меня есть родня во всем мире.
Население Земли не к чему нам
Увеличивать. Свет ярче лунный
Делит наши миры. И все шире

Пустоты между нами граница.
За окном надрывается ливень
Ты, как ангел душою невинен,
А моя – не на что не годится.

Утро

Отпечатан под глазами день вчерашний
Черной туши грязными разводами
Утро. Новости и самолет, упавший,
Как метафора счастливого исхода.

Принят вызов утра беспощадного,
Страх прикрыт уверенным оскалом
Консультанта-продавца и снова надо
Устоять перед страстей накалом.

Все, что обещают нам прогнозы
Гороскопов, пробок и валюты
В прах разрушены сорвавшимся неврозом
Эгоизмом горестной минуты.

Снова солнце дает команду
Оставляя страданий эхо,
Покинуть дома мутантам,
Спешащим за новым успехом.

Ждать встречи, обещанной богом
И знать, что он не пунктуален
В тумане призрачных дорог
И в прозе грязных спален.

Осень

Прощающим и циничным взглядом, взглядом святой осень смотрит в мое окно. Мне хочется прогнать ее. Она несет зло, как птица, садящаяся на окно. Только это не суеверие – это законная, ожидаемая, но все равно нечаянная смерть. Своим ледяным ветром она заставляет проснуться, прогоняет одной пощечиной опьяняющий душный сон лета.

Праздник кончился. Беззаботность, поощряющая детское проявление низменных инстинктов, одежда, разбросанная на пляже, смыты волной безжалостных ливней.

Ветер еще совсем недавно подхватывающий выгоревшие пряди волос легкие платья теперь доводит до слез. Теперь остается ждать только худшего. Теперь, когда в него вселился этот дьявол – осень, он обладает невероятной жестокостью и силой. И он развяжет все узлы на смирительных рубашках. Остается только ждать, что она вытащит из тебя.

Заменители

Смотри, повсюду твои «Я»,
Обложек ксерокопии.
А мне уж приготовлен яд —
Фантом антиутопии.

Но дух самоубийства
Прячется не в стенах,
Он прячется под листья
и по сплетенным венам.

И выжить есть надежда,
Если ты нужен кому-то.
Глупая мысль, конечно,
Но это было бы круто.

Ну а пока ты ждешь,
Кто победит из бесов,
Знай, пораженье – ложь.
Борцы были разного веса.

Просто храни результаты,
Боя ужасного фото…
Но не ищи препараты,
Чтоб заменить кого-то.

Большие диваны

Большие диваны – место
Для континентов грусти.
На них так всегда не уместна
Надежда, что боль отпустит.

Что может звонок случайный
Вмиг изменить границы,
Начать войну и печальной
В истории стать страницей.

Большие диваны – место
Начала, низкого старта
Хоть поза проста и мерзко,
И тело твое вне стандартов.

Большие диваны – место
Не для роскошных оргий.
Здесь и одной слишком тесно,
И холодно здесь, как в морге.

Держи…

Держи, если ты не дурак!
Звезды падают в ноги…
Если ты не ангел и не Керуак,
Шанс такой дается не многим.

Судороги твоего «сейчас» – лови!
Завтра – слишком поздно
Очевидный мираж любви
И возможность иметь свой остров.

Но ты ставишь равенства знак
Между свободой и опустошением,
Значит, ты – Дулуоз-Керуак,
Жди своего воскрешения.

В театре твоих теней

В театре твоих теней
Очертания среднего пальца.
У меня туда абонемент,
И просмотр не дает расслабиться.

И я буду, губы поджав,
Здесь сидеть одна в темном зале.
Будут руки мои дрожать,
Разгадаю игру очертаний.

Сплетений твоих не солнечных —
Прожектор живых лучей,
Освещает пороков полчища,
Ты здесь навсегда. Ничей.

И я засмеюсь фальшиво,
Кину цветы тебе в рожу…
В тебе еще что-то живо,
Но я ухожу осторожно.

Признание

Стих разорван, как колготки,
Но я юбок не ношу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.