Виктор Буйвидас
СУМАСШЕДШЕЕ РАНДЕВУ

Сумасшедшее рандеву

юмористическая повесть

Весна принесла теплый ветерок из Атлантики. Синее небо с контрастно-белыми облаками было огромным. Чуть ниже простирался островерхий хребет. В лучах яркого солнца его холодная громада сверкала как драгоценный камень. У подножия кряжей вытянулся язык узкого ледника. По нему медленно двигались две человеческие фигурки. Альпинисты шли в связке. Впереди высокий Эльбрус, за ним — малорослый Важик. Оба в стеганных красных алясках и штанах, в ботинках с шипами-«кошками». За спинами рюкзаки, в руках — ледорубы. На плече у Блу — тренога от теодолита, у Важика — черно-красная рейка с делениями.

Капюшоны и темные очки-«консервы» наполовину закрывали небритые обветренные лица. Мелкий Важик тяжело дышал, каждый шаг уже давался ему с трудом. Он поправил очки, потер потный нос и еще больше отстал от лидера. Важик продолжил сосредоточенно ставить ноги в цепочку следов перед собой.

Внезапно громко грянула мелодия из рок-оперы «Иисус Христос — суперзвезда». Блу поставил треногу, достал из внутреннего кармана айфон. На дисплее появилось лицо красивой Гали Орловой. Блу не обратил внимания на вдруг загудевший склон. Он широко улыбнулся и включил гаджет.

— Галь, привет!

— Хай, Блу! Как там у нас дела? Ты написал музон к моим стихам?

— Я в процессе. Придумал классный драйв!

Мимо пронеслась со страшным грохотом снежная лавина. Блу остался стоять, вонзившись в наст «кошками», его только сильно обдало снежным вихрем.

— Ой, что это там у тебя за шум?! Взорвалось что-то на заводе??! — переполошилась Галя.

— Да нет, пустяки. Это джет сел. Я стою на аэродроме, улетаю в Лондон на денек. — Блу беспечно сказал, выплюнув снег, набившийся в рот.

— Ты что там закусываешь на радостях? — У Гали в голосе появились нотки подозрения.

— Нет, это я кофем обжегся. Взял в «Старбаксе» капучино, — вдохновенно солгал Блу.

— Смотри там! Чтоб был как стекло. А то пристанешь к стюардессе, а у них с этим строго — посадят на пять лет!

— Да, Галь, я кроме тебя ни к кому приставать не собираюсь.

— Я проверю. Какой у тебя номер рейса?

— Извини, не могу больше говорить. Шеф зло смотрит! Целую. Мы уже на трапе…

Эльбруса тут сильно дернула веревка. Он выключил айфон и оглянулся. На снежной целине за его спиной никого не оказалось. Важик исчез под лавиной. Снег блестел, как жемчужная россыпь, переливался, горел голубоватыми искрами…

Блу воткнул ледоруб в твердый наст, прикрутил натянутую веревку к древку, пошел по направлению капроновой струны. Она пропала из вида в ледовой трещине впереди, в метрах десяти.

Из-под снега донесся слабый крик.

— Блу, я здесь!!! Ты оглох там??? — заорал напарник Блу.

Сдавленный на груди веревочной петлей, Важик беспомощно болтался в ледовой трещине.

— Эй, Важо, ты живой? — Блу крикнул с тревогой.

— Вроде живой, — Важик перестал барахтаться, успокоился.

— Сам выберешься?

— Попробую.

— Давай, я тащу помалу.

Блу вонзился шипами ботинок в наст и потянул веревку на себя.

Трещина неширокая. Важик, упираясь ногами и руками в ледовые стенки, стал подниматься вверх. У самого отверстия в снегу альпинист сделал неверное движение, и он снова чуть не упал вниз, но Блу рывком дернул веревку. Обессиленный Важик вывалился на сугроб, быстро отполз от края пропасти.

Блу смотал шнур в бухту, принялся разминать натруженные руки.

— Какого черта ты сошел со следа? — сердито спросил Блу. — Заснул, что ли?

— Да сиганул от лавины проклятой!

— Очканул?

— Похоже на то.

— Похоже на то, похоже на сё. — Блу проворчал и смело пошел к трещине.

— Блу, ты куда? — испугался Важик.

— Имущество доставать.

Блу лег на снег у глубокой дырищи, опустил в нее веревку с петлей. На дне ледовой расщелины валялись ледоруб и рейка.

Важик в панике отдувался и ел снег, еще не очень уверенный, что остался цел.

Результатом глубокой коммерциализации нашей действительности стало четкое расслоение трудящихся на две категории: «белые воротнички» и «синяки». Первые благородно заседают в чистеньких офисах, вторые вяло припахивают в нищих колхозах и на грязных стройках.

Утром прораб Галя Орлова вышла из вагончика к бригаде строителей, чтобы поставить задачу на день. Принюхалась к одному — от него разит. И, конечно, не мылом «Дуру».

— Панурин, откуда вонь такая? — громко спросила она.

Тот втянул воздух в ноздри и нагло соврал:

— С завода чем-то повеяло. У нас тут рядом есть вонючее производство.

— На сколько мне известно, он механический, а не самогонный!

— Ну, тогда от дома. О, точно! Сейчас в каждой хате свой водочный цех есть! Цены в магазах-то кусаются!

— А мне кажется, что воняет все-таки от вас! — Орлова насквозь прожгла подчиненного взглядом.

А он, прохиндей, притянул к носу рубашку и пылесосно понюхал.

— Да ты смотри, и правда! — Ёрник удивился абсолютно натурально. — Пропах в этом смоге. Завтра, Галяпална, категорично обязуюсь одеться во все другое!

Вот такими артистами пришлось управлять молоденькой Орловой. Но делать нечего, объявила она лоботрясам задание:

— Сегодня будем решать половой вопрос.

— Тоды я чур первый! — Бригадир Мохлев развязно хохотнул.

— Отлично! Вы должны настелить полы на первый и второй этажи. Досок в обрез, поэтому расходуйте их экономно.

Однако работа без полбанки не пошла. Бригада поковырялась немного, сымитировала трудовой процесс и присела на досочной куче покурить.

Тут подбежал к тунеядцам модный фраер в бейсболке «Монтана»:

— Выручай, мужики! Доски позарез нужны! Как раз вот такая дюймовка.

— За сколько? — деловито спросил Мохлев.

Монтана шепнул цифру ему на ухо.

— Да ты че? — кисло скривился бригадир.

— Каждому! — щедро пообещал Монтана.

— А ну, вставай, орлы комнатные! — Мохлев заорал по-генеральски. — Шесть секунд — чтоб полы стояли! А ты приезжай в обед, — наказал он Монтане.

И стройка закипела!

Непосредственно хищением занимались Мохлев с Пануриным. Доски похуже они пускали на полы, экземпляры получше — заталкивали под бытовой вагончик. Остальные стахановцы приколачивали доски к балкам на первом этаже кирпичной коробки. Темпы работы были за гранью человеческих возможностей! Гора длинной дюймовки катастрофически таяла, к обеду от нее остались жалкие обрезки, а на второй этаж деревянных материалов не хватило. Наверху зияла внушительная щербина.

Потные ударники привалились спинами к торцу вагончика, курили и лукаво подмаргивали друг дружке.

— Молодцы! — Орлова похвалила работяг. — Можем, когда захотим. С досками я, кажется, промахнулась, ну ничего, после обеда подкину еще.

Она в прекрасном настроении отправилась домой пообедать.

А тут и Монтана на «МАЗе» подоспел, и сразу пиломатериалы из-под вагончика полетели в кузов. Но грузчикам пришлось пережить несколько неприятных минут. На балкон третьего этажа дома напротив выскочила бодрая тетя.

— Воруют! Ловите их! Доски воруют!! — заверещала она что есть мочи. — БузмАков, звони в отдел! Че рот раскрыл? Уйдут же ворюганы!

— Сама звони, горлодёрша! — огрызнулся снизу дядя в фетровой шляпе.

— Правильно! — Пенсионер с собакой поддержал мужика. — Поймают — затаскают свидетелями, а дружки урок киллера на нас пришлют!

А расхитители, конечно, в это время не дремали. Монтана уже выводил загруженный «МАЗ» со стройплощадки. Сидевший рядом в кабине Мохлев закрывал ладонью лицо, чтобы его в случае чего не смогли потом опознать.

На самой большой дозволенной скорости они подъехали к дому заказчика.

— Я за хозяином, — Монтана выпрыгнул из кабины.

— Давай, греми костями, да вертайся с башлЯми! — Мохлев оглушительно заржал, предвкушая сорокоградусную награду за блестяще проведенную рискованную операцию.

Однако вскоре всю его веселость как ветром сдуло, а взамен прижала, будто прессом, кошмарная остолбенелость. Не веря глазам, Мохлев заворожено пялился на Орлову, с которой возвращался Монтана.

— Ну, что будем делать, Мохлев? — Галя Орлова ласково пропела. — Работать или отдыхать… на нарах?

— Ка-ка-какой отдых?! Что вы такое говорите, Галяпална!!! — заикнулся тот, сильно дрожа в коленях. — Мы же вон сколько досок сэкономили!!!

Находчивая Орлова помотала пальцем перед носом плутоватого подчиненного:

— Смотри, Мохлев, я все сняла на смартфон. И свидетели есть! Как милого урою!!!

— Век воли не видать!!! — Мохлев чиркнул ногтем по желтому зубу.

На Кавказе всегда поражает фантастично-живописный рассвет. Диск солнца выкатился наполовину в синее небо над белой скальной вершиной и остальным огромным хребтом. На небольшом горном плато стоял приземистый каменный дом. У входа была прибита доска с надписью «Метеостанция». В десятке шагов располагалась квадратная площадка, огороженная штакетом и занесенная снегом. Тропки были протоптаны только к белым деревянным ящикам на высоких подпорках. И в самые перистые облака над метеоплощадкой уперлись флюгер и радиоантенна.

В комнате из обстановки — кровать и стол. На столешнице — большое зеркало. На стенах красовались иллюстрации из журналов мод. Под столом на подстилке спал мохнатый пес Айдар.

Голые Эльбрус и Марина целовались на кровати под одеялом. На столе прерывисто запищал смартфон.

— Ну, отпусти, Марин, сейчас проснутся, — Эльбрус отстранился от симпатичной брюнетки.

— Да это только соловей, — Она засмеялась и жарко прижалась к парню.

— Не соловей! Будильник это чертов!!! — Эльбрус встал и стал быстро одеваться в спортивное трико.

— Ну и уматывай! Подлый трус! — Марина как будто обиделась и толкнула его к двери.

Эльбрус, уже возле двери в коридор, с пафосом прошептал:

— Я уйду, но гор не опозорю!

Довольная Марина подскочила к любимому, опять впилась в губы. Эльбрус кое-как вырвался, прошел по коридору и тихо проскользнул в кают-компанию. Важик, вытащенный лавинщиком из ледяной трещины, сидел за музыкальным компьютером. Синтез пумкал искристую мелодию.

— Важо, что у нас с партитурой к синглу века? — Эльбрус деловито спросил. Хлопнул кучерявого друга по плечу.

— Готово, ваше сиятельство! Призовое место в конкурсе обеспечено. С тебя тонна баков за шедевр! — нагло заявил композитор. — Всю ночь корячился.

— Баков — ноль! А пенделя щас выдам! — Высокий Эльбрус отпустил в шутку подзатыльник мелкому музыканту. — Забыл, кто тебя вернул на свет из бездны ледовой могилы?

— Да, не парься! Я ж просто бла-бла тебе для порядка.

— А то я в миг опять суну твое брюшко под новый сходик! Тоже для порядка! — Эльбрус пощекотал Важика за бока.

Парни раскатисто расхохотатались. Важик отпихнул от себя товарища. Включил начало песни. Пошел мелодичный трек.

— Слушать будешь?

— Тормози уан секУнд! — Эльбрус щелкнул по экрану айфона. На дисплее появилась Галя Орлова с улыбкой во все 32.

— Галя, не разбудил?

— Нет, Блу, я как раз еду в «бентли» на заседание дворянского собрания. — Галка врала на сидении самосвала. Она ехала на свою стройку в поселок.

— Слушай, какую оперу я написал!

Эльбрус стал дирижировать пальцем. Важик включил аппарат. Синтезатор выдал прекрасную мелодию.

— Ой, как здорово! Ты гений, Блу!!! Но как мы соединим трек с голосами?

— Очень просто. На компе! Сегодня все будет абгемахт!

— О’кей, Блу! Пришли сразу файл. Я всуну нас в конкурс.

— Но первый тур уже прошел…

— Ерунда! Его спонсор Воронцов — тоже князь и мой знакомый. Можешь сразу вылетать в Москву. Ты где? В Лондоне?

— Нет… Я уже не в Англии…

Эльбрус замахал руками, как флюгер. Дескать, не знаю, что сказать. Важик нажал клавишу на синтезе. Раздалась итальянская песня «Феличита».

— О! Слышишь? Я в Риме. Через пару дней буду у твоих ног!

— Жду! Чмоки-чмоки! Звони! Тут меня уже встречают потомки царской семьи…

Галка вырубила мобильник и схватилась за голову. Она стояла перед грустной картиной «Не может быть!»

На скамье рядом с бытовым вагончиком развалились полупьяные уже с утра подчиненные. Лоботрясы были в синяках и рваных спецовках. Одурелые горе-строители курили чинарики и похмелялись бутылочным пивом.

Счастливый Блу потер ладонями.

— Понял, маэстро?! Давай, Бетховен, последний бросок — соединяй наши голоса с музоном!

Важик в недоумении почесал затылок.

— Тут, босс, проблемка нарисовалась. Голоса-то у тебя никакого нет! И на ухо медведь наступил.

— Разговорчики! Свой запиши.

— А как же ты потом там будешь выкручиваться? — Важик сделал квадратные глаза. Надул щеки и с грохотом треснул ладонями по лицу. Получился микровзрыв. — Можешь запросто жидко обделаться.

— Что-нибудь придумаю… — Эльбрус широко раскинул руки в стороны. — Будем решать вопросы по мере их обрушения на мою голову.

— Тогда учти — в любой момент на нее еще может свалиться лавина из нашей Марины!

— А как она узнает?

— Здрасти! По телевизору!!!

— А-а! — Эльбрус отмахнулся. — Где Терек — где Москва?! Не достанет!

— Ну, бронежилет все равно сразу прикупи! И не снимай!!!

Галка вышла из вагона на станции метро имени 1905 года. Когда она шагала уже наверху по широкому тротуару, её сзади окликнул рослый бородатый парень в потертой джинсовой куртке.

— О! Дёмчик! — несказанно обрадовалась девушка. — А я как раз к тебе бегу, а ты уж сам попал в сети мафии!

— Привет, пропащая! — Журналист Владимир Демченко с удовольствием чмокнул розовую щечку красавицы.

На здании через мостовую, куда и направлялись молодые люди, громоздился билборд с рекламой газеты «Московский корреспондент».

— Ну, раз пришла, значит тебе что-то надо, угадал? — Демчик приобнял за талию фигуристую девчонку.

— Угадал, конэкшен! — Галка остановилась, молитвенно сложила ручки на груди. — Владимыч, выручай! Ну, очень нужно! Я ж тебе тогда классную наводку подкинула про махинации копов, точно, а?

— Точно, Орлова, точно, — дружески погладил Демчик покатое плечико. — За ту информэйшен я в долгу — кабак за мной — не отрицаю.

— Ну, Вова, как-нибудь сходим, зуб на операцию отдаю! — Галка чиркнула ногтем большого пальца по резцу. — А сегодня сделай одну малюсенькую мелочь, а?!

— Какую? — Веселый журналист смеялся глазами и губами. — Опять отмочить хочешь какую-то каверзу, Орлова?

— Ну, да! Ты ж меня знаешь!

— Ладно, сделаю, но в обмен на следующую наводку, — поставил условие хитрый парень.

— И не сомневайсь! Как только что подходявое узнаю, сразу звякну! — Галка подняла кулачок. Демчик боднул его своим большим кулачищем. Они уже стояли перед ступенями на крыльцо серого дома с вывеской газеты «Московский корреспондент».

— Слушаю вас, Галя, внимательно.

— Вова, сооруди мне газетный лист со статьей и фоткой, ну пусть прошлогодней, как будто я, графиня Орлова, вышиваю по Парижу с делегацией русского дворянского собрания, а?

— Ох, Галка, посадят тебя когда-нибудь, — вздохнул с озабоченностью добрый Демчик. — Охмуряешь-то хоть кого? Небось, миллионера?

— Клянусь! Честное-причестное! — Галка сотворила пионерский салют. — Он — простой клёвый музыкант. Никакой не жлоб бандюганский!

— Не врёшь? А то я на вас дур насмотрелся: лезете под валютных спонсоров, а потом получаете пульку в лобик. — Демчик приставил палец к переносице.

— Дурак! — Галка оперативно сжала в ладони его руку. — Нельзя на живом показывать — примета плохая!

— Я в приметы не верю.

— Ты не ответил.

— Ну, куда ж я денусь, Орлова? — Демчик расплылся в улыбке до ушей. — Ну, кто ж вообще устоит перед твоим напорным шармом?

— О! Вот это по-нашему! М-му! — Галка встала на цыпочки и поцеловала парня в бороду. — На, бери флешку, там фотка моя и примерный текст. — Она мгновенно вынула из сумки Prada и выдала журналисту черный накопитель информации.

— Пойдем, сразу всё и спроворим. — Демчик опять подхватил её за талию, и они быстро вознеслись вверх на лифте.

— Джаз! Демчик! Полный джаз! Клянусь, я тебе такое подкину! — Полоумная от счастья Галка верещала без остановки, пока парочка не скрылась за дверьми редакции популярного издания.

В солнечный весенний полдень Эльбрус поднимался по трапу к лайнеру Sukhoi Superjet 100. Лавинщик был одет в черно-красную куртку «Феррари» и синие джинсы, небольшая дорожная сумка висела на ремне через плечо. На здании аэропорта за его спиной громоздились большие буквы: «Владикавказ».

Вскоре джет загудел турбинами, разогнался по бетонной полосе и взлетел. Когда мимо Ваниева проходила стройная стюардесса, он галантно придержал её за локоток.

— Извините, как вас зовут?

— Лариса, у меня тут написано. — Бортпроводница указала пальчиком на бэйдж, приколотый к лацкану голубого пиджака в районе соблазнительной груди.

— А я — Эльбрус. Ларисочка, к вам убедительная просьба, если нас будут захватывать террористы, не будите меня, пожалуйста, — Блу слезно попросил. — У меня в Москве важная встреча, надо отоспаться и быть свежим огурцом.

— Зря беспокоитесь. — Симпатяшка в униформе кокетливо улыбнулась. — У нас ничего такого не будет. Во втором салоне спецназ с задания летит.

— Вот и прекрасно! Тогда я отплываю в сладкий мир Морфея. Да, Лариса, телефончик-то у вас какой? — Эльбрус достал из кармана гаджет. — Все-таки я вверяю вам свою жизнь, и если полет пройдет на уровне, я бы хотел вам отплатить культурным развлечением в модном клубе.

— 385-57-24. Буду ждать звонка, Эльбрус. А то забудете, и я останусь без концерта и ресторана!

— Честное благородное, Ларисочка, не останетесь! — Он проставил имя и цифры в памяти айфона.

Закончив, таким образом, свою обязательную самолетную программу, Блу устроился поудобней в кресле и смежил веки.

Фигуристая блондинка Галка встретилась с крупной Танькой у входа в метро. Они расцеловались в щеки и поскакали в темпе мимо контролерши, показав ей красные удостоверения с золотыми буквами «МВД». На эскалаторе стали утрясать свои девичьи дела.

Галка была красивей и сексапильней, поэтому привлекательная Танька смотрела ей в рот, как кролик в глаза удаву, и пыталась во всем ей подражать, чтобы быть такой же разухабистой, стремительно летящей над всякими досадными жизненными распроблемами.

— Так, со стройки я пока ушла в отпуск. Не могу больше видеть рожи этих пациентов, — тараторила Галка. — Таньк, вот тебе краски, тени и духи, — Она перегрузила коробки из своей сумки Prada в объемное кожизделие подруги. — Продашь через Машку — бабки пополам. А вечером, если хочешь, идем в гости к каким-нибудь кадрам. Кадриться будешь?

— А че есть в наличии? Если какой ширпотреб, то я — пас.

— Ой, что я слышу! Ты поднялась в самооценке!

— Не, но ты обрисуй ассортимент.

Они пробежали по платформе и вскочили в поезд. Двери как раз сомкнулись за их спинами.

— Ну, выбор пребольшой. Есть рекламное агентство «Бегемот». Прям вчера склеила коммерческого зубра. Сговорились на «Пекин». Притащит для тебя клёвого дружбана. Зуб на операцию отдаю!

— Ага! Мне опять фуфло какое обломится.

— Ресторан большой — выберешь кадра, какого захочешь. Потом сегодня, кажется, вечеринка у олигарха Воронца в «Манон». Там богема сгребётся. Светский типа салон!

— Хочу! — Танька вдруг аж подпрыгнула, сжала кулачки от счастья.

— Ноу проблем, май дарлинг. — Галка заговорщически подмигнула. — Выше хвост, Танюха!

Уже на поверхности девчонки пролетали мимо кафе «Восточная сказка».

— Ой! — Галка вдруг резко остановилась и схватилась за сердце. — Ты ничо не чувствуешь? — спросила, плутовато стреляя по сторонам взглядами.

— Немного жарковато, — попыталась угадать эскорт-подруга.

— Танька! Ты что, совсем все сенсоры потеряла? — Галка влепила в девушку свои безжалостно-жгучие прожекторы. — Жрать же хочется!!! Неужели непонятно? Да ты нюхни, чего они там мерзавки наготовили! Пельмешки-хинкальки, долму-пахлаву, уху из осетринки, чохахбили и сациви, салатик оливье и грибной жюльенчик! Ой! Я не могу…

— Но у меня почти нет денег. Что же делать? — спросила Танька, гиперинтенсивно запереживавшая за здоровье гурманши: очень запросто потеряет сознание от сочных запахов и всё!

— О! Универмагчик! — Галка потащила обескураженную подружку в торговый длинный корпус с вывеской на всю огромную стену «Тоm Farr». — Давай твой пиджак загоним, — безапелляционно заявила она. — Как раз хватит на обжирон и «Манон».

— А почему не твой? — У Таньки случился редкий проблеск мозговой деятельности.

— Ну! Мой мне нужен будет вечером. Ты что, калошка, забыла? Мы ж идем охмурять организатора Воронцова и мэна для тебя. Ну ты, ей Богу! Я у тебя прям как диск в компьютере! — Галка обрушила на Таньку целый шквал бетонных аргументов.

— Ладно, но твой сдадим в другой раз, — поставила условие та.

— Конечно! Мой — в другой, во второй и в третий! — легко согласилась Галка, уже шныряя глазами по залу с редкими покупателями и продавцами.

— О, это пока мы кого сговорим, сто лет пройдет, — угрюмо проныла Танька.

— Не каркай, воронка! — осадила ее Галка.

Девчонки поставили сумки в ячейки на входе и прошли в просторный торговый ангар. В отделе верхней женской одежды присматривался к ряду разноцветных костюмов одинокий сорокалетний мужчина. В карточной иерархии такой соответствовал бы Валету, никак не выше.

— Господин, вам случайно не блейзер нужен? — улыбаясь во все тридцать два, подъехала Галка.

— Да я пока не решил, — промямлил Валет с пролысинами. И вдруг, приосанившись перед разбитной девчонкой, он заинтересованно спросил: — А вы тут работаете?

— Да нет. Мы тут отдыхаем! — моментально вступила в разговор Галка. — А вы тут по какой надобности?

— Мне надо что-то выбрать в подарок племяннице. Она как раз, как вы. Какой у вас размер?

— Ой, послушайте, дорогой! — Лицо Галки вспыхнуло, словно лампочка. — Какое совпадение! Нам деньги нужны позарез. Давайте, возьмите у нас этот прекрасный клубный блейзер от Гальяно. — Она указала пальцем на Таньку. — Здесь всё по 3200, не меньше, а я уступлю за полторы. За полцены отличная вещь!

— Ну, я не знаю… — Валет пригладил несуществующие волосы. — Она же его носила…

— Нет-нет! Ни чуточки! — Галка бросилась развивать успешный натиск. — Второй раз одела. Повернись, Танюнь! Вот видите — новейшее изделие. Причем это Гальяно! Мировая фирма! А Тom Farr — это так себе, ширпотреб. А это — от кутюр! Берите — не прогадаете! И племянница ваша будет в совершенном отпаде!

— Но… На нем бирки нет… — Ещё пытался сопротивляться бэушный мужчина.

— Бирка щас будет! — заверила Галка. — Идите на выход, подождите на улице айн секунд!

— Хорошо, я согласен. — Валет неожиданно покраснел. — А телефончик вы мне оставите? Вдруг мне ещё что-нибудь понадобится…

— Конечно-конечно! — громко воскликнула Галка. — Вот прям не отходя от кассы. — Она достала маленькую записнуху, почеркала ручкой, вырвала листок. — Вот, пожалста! Меня зовут Катя.

— А меня Илья, — обрадовано сообщил он.

— Илья, подождите на уличке. Спаситель вы наш! — Галка уже просто вытолкала его в спину из отдела. — Таньк, прикрой!

Подруга привычно встала с тыла, закрыв линию обзора двум продавчихам, уже давно пялившимся на слишком разговорчивых посетительниц. В руке Галки возник блестящий кнопочный нож. Вжик — выскочило лезвие. Девчонка срезала с вещи на вешалке яркий товарный лейбл, сунула его в карман куртки.

— Ноги! — скомандовала Галка.

Непринужденно болтая, пара похитительниц бирки двинулась к турникету с кассами.

— Девочки, мешок по чём? — спросила Галка у двух кассирш.

— Возьми так.

— Гран мерси!

Разбойницы похватали свои сумки из ячеек хранения ручной клади, вышли из супермаркета. Валет с мечтательным выражением лица послушно ждал прелестниц.

Уже ни от кого не прячась, Галка привязала бирку к блейзеру Таньки. Та покорно стянула розовый пиджак с плеч. Галка спешно сложила модное изделие, сунула его в шикарный красочный пакет.

— Вот всё в полном порядке! — Она протянула покупателю фирменную вещь. — Пусть носит племянница на здоровье. А вы позвоните завтра. Может, куда-нибудь закатимся посидеть!

— Это было бы чудесно! — Валет опять поводил пятерней по жидким волосам. — Я позвоню. В какое лучше время?

— Как вам удобно.

Галка быстро отобрала пачку дензнаков у загипнотизированного лысоватого и дежурно улыбнулась.

— До встречи! — Валет сел в синие «жигули».

— Наконец-то… — Галка страдальчески закатила глаза и собиралась уже рвануть восвояси. Но дорогу ей заступил нахохленный представитель азиатского мира в темном костюме секьюрити.

— Здесь мы хозяин! — надменно объявил здоровущий киргиз или туркмен, пошире расставив кривые ноги. — Плати тысяча рэ за торговля на наша территория. — Азиат замер с растопыренными клешнями, вроде собираясь прыгнуть тигром на маленьких девочек.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.