Азербайджанские тюркские сказки
Под редакцией Х.Зейналлы

От составителя сборника

Запас азербайджанских тюркских сказок, как старых, уже отживающих, так и новых, вновь творимых, необычайно велик и разнообразен. В нем в причудливой, соответствующей югу, фантастической оболочке отражены и вся многовековая история тюркской крестьянской массы, и ее тяжелый быт в различные эпохи, неимоверная эксплоатация, которой подвергалась она со стороны правящих классов, ее глубокие народные чаяния и верования.

Русскому и европейскому читателю эти сказки в настоящее время почти неизвестны, так как единственное издание, в котором было напечатано достаточно большое число переводов тюркских сказок, «Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа»[1], во-первых, давно стало библиографической редкостью, во-вторых, приведенные в нем тексты азербайджанских сказок настолько изменены, сокращены, русифицированы и лишены всякого азербайджанского колорита, что иногда лишь по названию можно отличить сказки тюркские от тут же приводимых армянских, грузинских и др. сказок.

Изданный в 1930 году Азербайджанским научно-исследовательским институтом трехтомный литографированный сборник «Фольклор Азербайджана и прилегающих стран»[2] дает ряд русских текстов азербайджанских сказок из неизданного наследия Л. Г. Лопатинского и других фольклорных собраний, хранившихся в научно-исследовательском институте, но по своему составу и тиражу сборник этот был рассчитан лишь на очень ограниченный круг научных учреждений и ученых фольклористов.

Необходимо заметить, что и на тюркском языке до сих пор не было издано сколько-нибудь значительного собрания азербайджанских сказок, соответствующего их богатству. Помимо нескольких отдельных изданий сказок, мы имеем лишь двухтомный сборник сказок, собранных Али-Заде Гумметом, изданный Обществом обследования и изучения Азербайджана [3], и часть эпопеи, связанной с именем известного богатыря Кер-оглы, изданной тем же обществом [4].

В настоящее время Фольклорная секция Азербайджанского отделения Закавказского филиала Академии наук СССР предпринимает и осуществляет большое издание азербайджанских сказок на тюркском языке [5].

Настоящий сборник состоит в значительной части из переводов рукописных текстов сказок, хранящихся, в Фольклорной секции Азербайджанского отделения Закавказского филиала Академии наук СССР.

При выборе рукописей для перевода составитель сборника стремился по возможности отразить все разнообразие азербайджанских тюркских волшебных, новеллистических и бытовых сказок.

Последовательность в расположении сказок в сборнике такова, что от чисто волшебных сказок постепенно осуществляется переход к сказкам новеллистического типа, наконец к чисто бытовым и нравоописательный, причем рядом обычно помещаются сказки, в чем-либо близкие друг к другу по сюжету или по более или менее значительному комплексу отдельных мотивов.

Чрезвычайно распространенные в Азербайджане сказки о кечалях – плешивых или паршивых, – представлены в сборнике одной волшебной сказкой («Кечаль-Мамед») и рядом бытовых сказок («Сказка о синеглазой кеосе», «Кечаль», «Кечаль-племянник» и др.), рисующих этого основного героя азербайджанских бытовых сказок в разнообразных положениях.

Очень распространенный в Азербайджане, но чрезвычайно трудный для перевода тип сказок-дестанов, с обилием стихотворных лирических вставок, представлен в сборнике дестаном об ашуге Курбане.

Трудность перевода дестанов связана главным образом с лирическими вставками-песнями народных певцов – ашугов, представляющими иногда непереводимую игру слов и словосочетаний.

Очень распространенные в Азербайджане сказки, связанные с именем иранского шах-Аббаса, представлены в сборнике двумя сказками («Сказка про Салаха и Валаха» и «Неверная жена и верная невеста)»). Необходимо отметить, что большинство сказок о шах-Аббасе бытует в настоящее время главным образом среди талышей, в районах, пограничных с Ираном[6].

Из тюркских сказок, записанных за пределами Азербайджана, в сборнике приводятся лишь две сказки, записанные в грузинском Ахалцыхе («Джаган-шах» и «Мулла Чекулчек»).

Современный революционный эпос представлен в сборнике легендой о Наримане, в сказочной форме отражающей популярность известного тюркского писателя и революционного деятеля Наримана Нариманова.

Подыскать более или менее оформленную сказку, отражающую современную колхозную действительность Азербайджана, пока не удалось. Хотя в Фольклорной секции Азербайджанского отделения Закавказского филиала Академии наук уже накоплен значительный запас колхозной тюркской лирики, но это пока лишь отдельные стихотворные отрывки, еще не влившиеся в эпический рассказ, частью которого они, как в дестанах, со временем несомненно станут.

И, наконец, совсем не вошли в сборник так называемые каравеллы, небольшие юмористические рассказы- айекдоты, связанные с муллой Насрэддином и др. именами. Этих каравелл накопилось уже много сотен в Фольклорной секции, и они со временем могут послужить материалом для отдельного фольклорного сборника.

Из литографированного сборника «Фольклор Азербайджана и прилегающих стран», после соответствующей проверки, взято лишь несколько сказок, особенно характерных для Азербайджана («Суд казия», «Иляс и Гулаб», «Бедняк и змея» и др.), и, наконец, только три текста взято из «Сборника материалов для описания местностей и племен Кавказа» («Царевич Газанфар», «Шейдулла» и «Неверная жена и верная невеста»).

Эти сюжеты также характерны для Азербайджана, но соответствующих рукописных текстов в распоряжении Фольклорной секции Азербайджанского отделения Закавказского филиала Академии наук пока не имеется.

Теперь о самом переводе. Составитель сборника руководился стремлением достичь по возможности точного соответствия тюркскому тексту, с сохранением даже некоторых длиннот его и сохранением в некоторых местах расстановки слов в фразе, обычной для тюркского текста и не совсем обычной для русского.

Некоторое число не переведенных, но в [примечаниях] объясненных слов также, по мнению составителя, вполне законная дань местному колориту: эти слова в Азербайджане и в русской обычной речи употребляются зачастую также без перевода.

В работе над настоящим сборником, кроме лиц, фамилии которых обозначены на титуле, также приняли участие Т. Г. Васькова, С. П. 3 а б е л л о, Г. Ф. Мамед Кулу-Заде, Г. Самедзаде и Г. Ш а х м а л и е в.

А. В. Багрий

Азербайджанские тюркские сказки

I

Талантливый и музыкальный ашуг является любимцем трудовых масс Азербайджана[7]. Он не только рассказывает сказки, дестаны, не только передает слушателям заученные стихотворения известнейших ашугов, ему предшествовавших, но зачастую и сам сочиняет новые стихи и сказки.

Окончание осенних уборочных и посевных работ, – холодные осенние ветры и листопад знаменуют уже приближение свадебного сезона и сказочных вечеров в азербайджанской деревне.

Каждый более или менее зажиточный крестьянин позаботится о том, чтобы чем-либо легким и приятным накормить своих друзей, собравшихся к нему вечером, послушать певца-ашуга или постоянного сельского сказочника.

Зачастую местный или захожий сказочник, или ашуг, настолько увлекает своих слушателей, что сказка тут же сопровождается «оюнами», т. е. импровизированной инсценировкой повествуемого сказочного сюжета, например о плешивом кечале и жадном кеосе-безбородом и о том, как в конце концов кечаль одерживает верх над кеосой.

Отдельно развлекающееся женское общество не уступает мужскому.

Повествования сказочные часто сопровождаются такими же инсценировками, изображающими развратника казия, жадного муллу и др.

Нередко на свадьбах или народных празднествах ашуги, исполняя различные песни под аккомпанемент струнных инструментов – саза или тары, вступают между собой в состязание, загадывают друг другу сложнейшие сказочные загадки, причем побежденный в таком состязании бывает принужден покидать собрание, лишаясь своего музыкального инструмента, переходящего к победителю.

Иногда ашуг, перебивая серьезный рассказ с целью дать отдых своим слушателям, преподносит им краткий анекдот – каравеллу, в котором то осмеивается мусульманское духовенство, то изобличаются былые экспло- ататоры – беки и ханы, то, наконец, в смешной форме просто изображается какой-либо бытовой случай.

Упомянем вкратце о некоторых из подвизающихся и в настоящее время азербайджанских ашугов.

Вот ашуг-виртуоз Гуссейн из Таузского района. Теперь ему около шестидесяти лет. Это поэт-импровизатор, настолько обогативший устную тюркскую литературу, несмотря на свою неграмотность, что ему иногда подражают даже современные азербайджанские поэты. Его ученик, ашуг Мирза из с. Джиловдар, того же района, тоже малограмотен, обладает огромной памятью и звучным мелодичным голосом. Импровизаторский талант его и знание всех тонкостей народной музыки дают ему большое преимущество перед остальными ашугами.

В отличие от своего учителя, отставшего от современной советской общественности, ашуг Мирза коренным образом перестроился: от воспевания «коралловых губ» и «жемчужных зубов» возлюбленной он перешел и колхозной тематике, к песням о наших достижениях. Свежая струя, внесенная ашугом Мирзой, дала ему возможность получить первую премию на Азербайджанском съезде ашугов в 1928 году.

За ним следует ашуг А с а д, народный поэт-сказитель Вели, ашуг Зульфугар, ашуг Ислам из Геокчая.

Среди ашугов имеются в настоящее время члены колхозов, как например, Али Рагим-оглы, Мирза-Самед, сказительницы Гюллю Зейнал-кизы, Хадиджа-хала и др.

Али Рагим-оглы (род. в 1867 году) родом из иранского Азербайджана, хорошо знает на своем опьгге эксплоатацию иранских помещиков и ханов. С 29-летнего возраста он начинает выступать как сказитель-ашуг, путешествует по всему Востоку, знает до 60 сказок и дестанов, множество поэм и стихов. В данное время сам работает как колхозник и своими песнями содействует соцсоревнованию и ударничеству.

Гюллю Зейнал-кизы (род. в 1890 году) и Хадиджа-хала (род. в 1895 году) являются членами колхоза, происходят из бедняцких семей. В то время как первая рассказывает увлекательные сказки, рисующие борьбу кечалей против власть имевших, вторая – в своих стихах воспевает советский строй к колхозное движение и изобличает беков, помещиков и других мироедов.

Мирза-Самед (род. в 1882 году) прошел старун> школу – мектеб, стал выступать как ашуг с Пятнадцати, лет. После революции совершенно переродился, вошел в ряды компартии и сейчас является председателем районного исполкома.

Большим запасом сказок обладает Джаббар-Мовла Кулу-оглы из с. Горадиса, Карягинского района, старик 86 лет. Бывший сам ранее пастухом господского, стада в своем районе, затем плотником, он прекрасно знает подневольный старый быт Азербайджана и отражает его в рассказываемых им сказках.

Наконец, ашуг Т а л ы б (1852–1932), родом из села Нардаран Кубинского района, в 25-летнем возрасте становится учеником ашуга Погоса, армянина из соседнего селения, и не оставляет избранного пути, несмотря на преследования своих родственников. Национально-религиозные предрассудки, воспрепятствовавшие ему получить свою возлюбленную, дочь своего учителя, заставили его уйти от последнего и стать на всю свою дальнейшую жизнь ашугом.

Таковы ашуги и исполнители сказок в Азербайджане.

II

Куда бы ни старался сказочник перенести в сказках: своих слушателей, в чудесный Египет, далекий Китай, жаркий Индостан, на Цейлонские горы, – все равно его воображение питается горными вершинами, извилистым» ущельями, пещерами, эйлагами и реками Закавказья, s частности Азербайджана. Тюркская сказка не могла не отразить в себе прохладных и в то же время опасных ущелий Малого Кавказа, величественной панорамы горного массива Гянджинских гор, цепи Кара-йагских плоскогорий и цепи гор между Кубинским и Шемахинским районами. Если добавить ко всему существование источника Священных огней на Апше- ронском полуострове, который издавна служил местом паломничества огнепоклонников самых отдаленных центров Азии, то станут понятны основы фантастики азербайджанских сказок.

Разнообразие в экономическом укладе, хозяйственной деятельности Азербайджана давало не менее богатую пищу для бытовых сказок: в них отражены и скотоводство, и земледелие, и шелководство, и хлопководство, обширная торговая деятельность, наконец, даже нефтяной промысел вблизи Баку.

Герои в сказках Азербайджана очень часто охотятся в высоких горах и извилистых ущельях, встречают на пути чудесные реки, колодцы и источники, попадают в заколдованные пещеры, Населенные властителями тор – дивами или же не менее страшными змеями. Роскошные, усеянные розами и чудесными деревьями сказочные сады отражают, несомненно, господские феодальные имения, которыми был полон средневековый Восток и, в частности, Азербайджан.

Животный мир является активным сподвижников героя азербайджанских сказок в достижении им свою щелей: таковы – собака, особенно конь, медведь, обезьяны, иногда змеи, вещие птицы; иногда же это просто олицетворения, как белый и черный бараны, вывозящие героя из подземелья или спускающие его в темное царство – преисподнюю; иногда постоянные образы, как «девлет-куши» – птица власти, птица Симург и др.

Кроме растительного и животного мира, значительную роль в азербайджанских сказках играют дивы, пери и всякие оборотни. Дивы и пери населяют горные и лесистые места, необитаемые пещеры и колодцы, иногда высокие башни и замки.

Див – это великан, иногда многоголовый, обычно пожирающий мужчин и питающий большую страсть к женщинам красавицам. Но, как и в европейских сказках, человеку-герою легко избавить красавицу от такого чудовища, следует лишь узнать, где хранится душа дива, и уничтожить ее.

Постоянными помощниками сказочного богатыря в его борьбе против дивов и царей являются пери – добрые духи, часто в образе голубей приходящие на спасение героя; встречаются в сказках также чудесные рыбы и птица Симург, знающая весь мир и появляющаяся для спасения героя в любой момент, лишь только герой зажжет имеющееся у него перышко этой птицы.

Часто встречается в азербайджанских сказках описание борьбы героя с драконами, обычно [препятствующими доступу воды в сказочный город или страну; чрезвычайно часто также участие змей разумных, помогающих человеку, и змей зловредных, а также змей-оборотней, иногда превращающихся то в красавца юношу – царевича, то в красавицу – царевну.

Наконец, герою в добывании им различных чудесных предметов помогают добрые старцы-мудрецы, избегающие шумных мест и ведущие отшельнический образ жизни.

Таков комплекс действующих сил, в том или ином взаимодействии с которыми сказочный герой ведет свою борьбу с препятствиями и обычно преодолевает их.

III

Одна из главных тем азербайджанских сказок – проводимая в различных вариациях тема борьбы забитой, обездоленной темной крестьянской массы со всеми власть имущими и эксплоататорами трудового народа. В старых сказках эта борьба дается иногда в особой скрытой, единственно в старое время возможной форме. Так, царям, правителям-везирям и др. сановникам часто противопоставляется непоколебимый в своих решениях бедняк, чаще всего кечаль – плешивый, иногда паршивый, напоминающий Иванушку-дурачка русских сказок. Кечаль со своими накожными болезнями является прямым представителем забитой и антисанитарной старой тюркской деревни. Часто кечаль ведет борьбу и одерживает решительную победу и над деревенским мародером-кулаком, который в сказках рисуется сероглазым, безбородым или с редкой бородой – кеосой.

Что же касается царя-падишаха, то в азербайджанских сказках он рисуется большей частью человеком недалекого ума, не могущим шагу ступить без везиря, и заботящимся главным образом о пополнении своего гарема красивыми женщинами.

В одной из сказок («Кечаль-Мамед») кечаль прямо говорит царю: «Падишах, с такой головой, с таким умом, как можешь ты царствовать?» И даже ставшему полулегендарным правителю Ирана шах-Аббасу (1585–1628), изображаемому обычно справедливым и добрым, азербайджанские сказки придают черты человека несправедливого («Сказка про Салаха и Валаха») и кровожадного.

Правители-везири изображаются в сказках недальновидными, глупыми, взяточниками и падкими до женщин («Зарнияр»).

В сказках о Бахтияре и о Кечаль-Мамеде ход сказки ведет к тому, что уничтожается не только один падишах, но все его окружающие с их семьями, в том числе и шпион падишаха – цирульник.

Классовая борьба эксплоатируемого трудового народа особенно выявляется в новой, недавно уже созданной сказке о борьбе Наримана с царем Николаем («Легенда о Наримане»).

Не забыто в сказках и купечество, которое, по сказкам, для достижения своего благосостояния не останавливается ни перед чем, даже перед кровавыми преступлениями.

Образ скряги Меймун-джаду дан в сказке о Нардан-ханум.

Борьба с классовым врагом не ограничивается в сказках борьбой со светскими угнетателями, а переходит в область религии и верований, изобличая религиозное правосудие, в лице алчного и несправедливого оказия («Суд казия»), притворщика, ведущего развратную жизнь («Ширванский казий»). Сказка «Мулла Чекулчек» является сатирой на гадальщиков, которые и до сих пор еще представляют собою бытовое явление в странах зарубежного Востока.

Не менее остро поставлен в тюркских сказках семейный и женский вопрос.

Наряду со сказками, в которых дается образ угнетенной городской тюрчанки, имеется ряд сказок из кочевого быта, где женщина представляется совсем уже не таким забитым существом, как принято было обычно думать о женщине Востока: она нравственная – опора, советчица и помощница мужчины в его борьбе с препятствиями, она свободно выбирает себе мужа путем бросания яблока или стрелы; имеются даже образы женщин-богатырей (тюркские сказки «Лала- Наргис» и «Гасан-Кара»).

Эти образы встречаются и в сказках, отражающих кочевой быт Азербайджана.

Сказки о болтливых и глупых женщинах («Злоключения двух женщин», «Злоключения шести разведенных») отражают взгляды на женщину, тщательно прививавшиеся на Востоке правящими классами и в старое время имевшие место и в Азербайджане.

Находит себе отражение в тюркских сказках и многоженство, довольно распространенное в дореволюционном Азербайджане.

В трех сказках: «Назик-беден», «Об Азизе» и «Зарнияр», разных по сюжету, проводится одна и та же мысль о праве женщины на независимость.

Одна из частых тем азербайджанских волшебных сказок – это тема о добывании красавиц: герой, выпивший любовный напиток или увидевший портрет красавицы, ставит на карту всю свою жизнь, в борьбе преодолевает все препятствия, обнаруживает и выдержку, и настойчивость, и храбрость и большей частью достигает своей цели, в меньшинстве случаев гибнет.

Мотив добывания возлюбленной особенно развивается в тюркском фольклоре в так называемых дестанах, прозаических рассказах со стихотворными вставками. Герой дестанов – влюбленный ашут даже называется «хак-ашуг», т. е. действительный, настоящий ашуг. Он влюблен и поэтому обладает магической силой стиха, остроумия, таланта.

Чудесные превращения, колдовство, помощь чудесных предметов и явлений, животных и растений – постоянные мотивы сказок о добывании' героем красавицы.

Мотив колдовства и чародейства и борьбы с этими явлениями на Востоке и, в частности, в старом Азербайджане имел особое значение и важность ввиду чрезвычайно распространенного среди всех слоев населения уважения к дервишам, странствующим мусульманским монахам-нищим, которые, якобы, обладали знанием тайн и могли, например, своим чародейством вызвать зачатие у бесплодных женщин.

Из часто встречающихся в тюркских сказках мотивов следует отметить также мотивы, связанные с заботой о потомстве, с муками бездетных супругов, желанием иметь непременно сына – наследника имущества – и нежеланием иметь дочь (и связанным с ним стремлением – избавиться от родившейся дочери), далее мотивы гостеприимства, свойственные большинству восточных сказок, и мотивы названного братства, встречающиеся сравнительно реже (см. «Сказку о знающем птичий язык Искендере»).

Такова, в общих чертах, тематика азербайджанских сказок, большей частью отражающих старую, дореволюционную жизнь Азербайджана; сейчас на нивах коллективного хозяйства и в индустриальных центрах Советского Азербайджана уже начали создаваться новые мотивы и сюжеты, из которых со временем вырастут образы новых героев – строителей бесклассового социалистического общества…

X. Зейналлы

Фатьма и Киявы

В деревне Оймадерен жил рыбак Дадаш с женой Гуру-Гумаш. Было у них двое детей: взрослая дочь по имени Фатьмажых и маленький сын Киявыжых. Дадаш рыболовством добывал пропитание себе и семье. Но вот жена Дадаша умерла. Через несколько месяцев после смерти жены, Дадаш, видя, что ему тяжело справляться с хозяйством и с детьми, взял себе новую жену, клыкастую Баш-ханум. Но не принесла счастья Дадашу клыкастая Баш-ханум. Жизнь становилась с каждым днем все тяжелее и труднее. А тут вдобавок появились новые дети, родила Баш-ханум сначала дочь, а потом сына. Так как у детей ее не было совершенно волос, то дочь назвали Дазгыз, что означает «лысая девушка», а мальчика – Кечаль Ашыр, т. е. «плешивый Ашыр». С утра до вечера пилила Баш-ханум несчастного рыбака, жалуясь на тяжелую жизнь, на тяжелую свою долю. Молча брал рыбак свою сеть и отправлялся на берег моря; как ни закинет, бывало, сеть, каждый раз попадалось в нее не больше шести рыб, по одной на каждого в семье. Этим они и питались. Жили впроголодь. Между тем время шло, дети росли… дочери стали невестами, сыновьям настало время жениться. Как- то раз говорит мужу клыкастая Баш-ханум:

– Фатьмажых и Киявыжых уже выросли, они могут теперь сами себя прокормить. Возьми их с собой, заведи куда-нибудь подальше так, чтобы они заблудились и не могли найти дороги домой. Без них нам станет легче, – их рыба достанется нам, а то уж очень нам голодно.

Как ни старался рыбак убедить – жену, что нельзя так поступать с родными детьми, злая мачеха стояла на своем:

– Или от них избавься, – говорила она, – или со мной разведись.

Что было делать несчастному Дадашу? Он согласился. Взял он с собой Фатьмажых и Киявыжых, пошел с ними в лес будто бы за дровами. В лесу им сказал:

– Дети мои, вы рвите здесь съедобные травы, а я пойду вглубь леса рубить дрова; пока вы будете слышать стук топора, занимайтесь своим делом, как только стук прекратится, знайте, что я уже наготовил вязанок, тотчас же идите ко мне.

Сказав это, он расстался с детьми и направился к дому. По дороге он привязал к дереву доску так, что при каждом порыве ветра доска ударялась о дерево и при этом стучала. Детям казалось, что это отец рубит дрова. Обманув таким образом детей, Дадаш скоро вернулся домой и рассказал жене, как он исполнил ее приказание. Жена на него напустилась:

– Лес этот близко от нашего жилья, дети могут каждую минуту вернуться! Чтобы они нас не нашли, нам сейчас же надо бежать из Оймадерена.

Покорный воле жены Дадаш и на этот раз подчинился ее требованию. Забрали они свои пожитки, взвалили их на плечи и пустились в путь-дорогу, в страну подвластную шаху. Долго шли они, шли они днем и ночью и наконец добрались до шахской земли. Здесь на окраине города они построили себе избушку и стали в ней жить. На новом месте Дадаш принялся за свое обычное ремесло: ловил рыбу и этим содержал себя и семью. Ловил он рыбу поблизости от шахского дворца, в котором жил шах Мамед. Но не оправдались надежды клыкастой Баш-ханум, – как ни старался рыбак, но больше четырех рыбок не попадало к нему в сеть – по одной на каждого в семье. Все его попытки увеличить улов не приводили ни к чему; как-то раз, вернувшись домой, он сказал жене:

– Напрасно мы избавились от детей, вместе с ними пропала их рыба, видишь, каждому уготовано только то, что ему надо.

Хотя рыбак и раскаивался в том, что он бросил детей, но было уже поздно. Жил он с семьей попрежнему впроголодь.

Что же стало с покинутыми детьми? Фатьмажых и Киявыжых, слыша стук, спокойно занимались собиранием трав; они так усердно работали, что не заметили, как стемнело. Они пошли в ту сторону, откуда доносился стук, и что же они увидели? Пусто, никого нет, отца нет…, стучит лишь доска, привязанная к дереву. Поняла догадливая Фатьмажых, что случилось, и сказала:

– Дорогой наш батюшка, не устоял ты против злой мачехи, завел ты нас в лес и покинул родных детей своих!

Делать нечего, надо было выбираться из леса. Бедняжки пустились в путь, сами не зная куда. Минула ночь, наступил день, а они все шли и шли. В полдень набрели они на такое место, где было много родников. Киявыжыха давно мучила жажда, ему захотелось напиться. Подойдя к одному из родников, Фатьмажых увидела на камне, лежавшем у самой воды, изображение девушки. Умная и знавшая много чудесных рассказов, она тотчас же догадалась, что родник заколдован.

– Не пей из этого родника, братец, – сказала она, – а то превратишься в лошадь.

Мучимый жаждой Киявыжых направился к другому роднику, но сестра опять предупредила его: – Не пей, братец, превратишься в собаку.

Тогда Киявыжых бросился к третьему роднику и, прежде чем сестра успела догнать и предупредить его, напился воды и тут же превратился в быка. Увидя это, горько заплакала Фатьмажых и сказала: – Говорила я тебе, братец, не пей из этих родников!

– Не огорчайся, сестрица, – отвечал ей бык человеческим голосом, – я все-таки тебе брат. До сегодняшнего дня мы оба голодали; превратившись в быка, и я буду сыт, питаясь травою, и тебя прокормлю, так как в рогах у меня неиссякаемый источник меда и масла. – Сказав это, Киявыжых лег на землю, сестра же взобралась к нему на спину и так пустились они вновь в путь-дорогу.

Через некоторое время они добрели наконец до родного села, где узнали, что семья их покинула эти края. Тогда они решили пойти на поиски семьи. Расспрашивая встречных и поперечных, добрались они наконец до шахской земли, где и нашли свое семейство.

– Взгляни на эту проклятую Фатьмажых, она живуча, как долгоносик, и смерть ее не берет, – сказала Дазгыз матери, завидя Фатьмажых, приближающуюся к ним на быке. – Выменяла брата на быка и едет на нем!

– Ничего, дочка, – отвечала Баш-ханум, – мы справились с двоими, справимся и с одной. Пусть едет, недаром меня прозвали клыкастой Баш-ханум, не мало таких, как она, сжила я со свету.

Покуда мать с дочерью вели такую беседу, Фатьмажых подъехала к крыльцу, слезла с быка и, войдя в дом, поздоровалась с отцом, мачехой, с сводными братом и сестрой. Они стали расспрашивать ее о судьбе брата и о том, что с ними приключилось. Не захотела Фатьмажых сказать правду и рассказала, будто брата задавил медведь, сама же она нашла в лесу быка, села на него и приехала домой.

Баш-ханум тотчас же придумала работу для Фатьмажых: она заставляла ее целый день чесать шерсть, кормила же ее очень скудно – за целый день Фатьмажых получала только одну обугленную лепешку. Фатьмажых забирала с собой шерсть, гребень для расчесывания шерсти, лепешку и отправлялась в поле, – здесь она пасла быка и расчесывала шерсть. Когда голод давал себя чувствовать, она питалась маслом и медом, которые ей доставляли бычьи рога. Не нуждаясь поэтому в лепешке, она каждый вечер возвращала ее мачехе вместе с расчесанной шерстью и гребнем.

Однажды во время работы поднялся ветер и унес кудель. Боясь мачехи, Фатьмажых бросилась за куделью и долго бежала, умоляя ветер сжалиться над ней и вернуть ей унесенную шерсть. Но ветер не внял ее мольбам и забросил кудель через дымовую трубу в какую-то избушку. Фатьмажых вбежала в избушку и остановилась, как вкопанная: перед ней сидела Баба-Яга. Избушка кишмя-кишела змеями и сороконожками. Они извивались в волосах страшной старухи, ползали по ее телу. Фатьмажых, дрожа от страха, обратилась к Бабе-Яге и сказала: – Бабуся, ветер занес мою кудель к тебе в избушку, верни ее мне, пожалуйста.

Старуха обещала вернуть девушке кудель, если та скажет, как ей понравилась избушка и она сама.

Испытывая с одной стороны страх перед ведьмой, с другой – боясь мачехи, девушка решила задобрить злую старуху и ответила:

– Бабуся, твоя избушка ничем не хуже избушки моей матери и сестры, а сама ты даже лучше их; чистота же у тебя необыкновенная.

По душе пришелся старухе такой ответ.

– Будь ты навеки благословенна, – сказала она. – Подойди и сядь возле меня. А я лягу спать; как только увидишь, что бежит белая, красная и черная вода, тотчас же разбуди меня. Я верну тебе кудель и отпущу тебя.

Сказав это, старуха заснула. Сидела, сидела Фатьмажых около старухи и вдруг видит бежит вода белая, за белой – черная, за черной – красная. Разбудила она старуху. Проснувшись, старуха окунула Фатьмажых в белую воду и стало тело девушки белее снега Саваланской горы. Провела старуха черной водой по волосам, бровям и ресницам девушки и стали они чернее камня Гишера; омыла она щеки и губы девушки красной водой – загорелись, заалели у ней щеки и зардели маковым цветом ее губы. Отдала старуха девушке кудель и отпустила ее домой.

После этого Фатьмажых вернулась к быку. Увидя перед собой писаную красавицу, бык спросил о причине такого чудесного превращения. Фатьмажых рассказала ему все, что с ней случилось.

– Сестрица, – ответил ей бык, – смотри, когда придешь домой, и когда будут тебя спрашивать, отчего ты так похорошела, – никому не рассказывай правду.

– Хорошо, – сказала девушка и, сияющая от радости, прижимая кудель к груди, забралась на спину быка и отправилась домой.

Пораженные красотой Фатьмажых, домашние стали расспрашивать, каким это образом она превратилась в такую красавицу. Фатьмажых, ломня совет брата, ответила:

– Я с утра до вечера расчесываю шерсть и пасу быка и я впервые слышу, что я так похорошела.

Как женщина опытная, бывалая – клыкастая Баш-ханум заподозрела, что чудо с девушкой произошло не без участия быка. Желая видеть дочь свою такой же красивой, как и Фатьмажых, она решила отныне поручить своей дочери пасти быка и расчесывать шерсть. Поэтому на следующий день, чуть свет, забрав с собой шерсть и гребень, отправилась Дазгыз пасти быка. Вот сидит она на выгоне и расчесывает шерсть. Вдруг опять поднялся ветер и унес ее кудель. Со всех ног бросилась она за куделью. Долго бежала сварливая девушка, браня ветер, требуя, чтобы он вернул ей утрату. Громко хвасталась она, что станет сегодня же красавицей и что слава об ее красоте прогремит на всю округу.

Случайно ветер занес ее кудель в ту же самую избушку. Вбежав в избушку и увидя ведьму, Дазгыз обратилась к ней со словами:

– Ах ты, уродина, верни мне кудель, которую ветром занесло сюда!

В ответ на такое обращение ведьма сказала:

– Сначала ты мне скажи, как тебе нравится моя избушка и я сама.

Дазгыз ответила:

– Что хорошего можно сказать о твоей избушке, кишащей гадами? Она подстать тебе, уродливая старуха!

Обозлилась старуха, но не подала виду.

– Подойди и сядь возле меня, – сказала она. – Я лягу спать, а ты сиди и смотри; как только побежит здесь вода белая, черная и красная, разбудишь меня, и я отдали тебе кудель.

Сказав это, старуха легла и заснула. Долго сидела Дазгыз возле старухи, вдруг видит бежит вода белая, за ней черная, а там красная. Разбудила девушка ведьму. Проснувшись, окунула старуха девушку в черную воду – и стало тело ее чернее камня Гишера, прошла старуха белой водой по волосам, бровям и ресницам девушки, и стали они белыми-пребелыми, омочила лоб ее красной водой и осталось на лбу пятно, словно выжженное каленым железом клеймо, и стала она настоящим уродом. Отдала старуха девушке кудель и отпустила ее. Дазгыз отправилась к быку, было уже темно, и она, погоняя быка, поспешила домой. При виде девушки родные пришли в ужас, – Дазгыз превратилась в такого урода, что тошно было смотреть на нее. Стали расспрашивать ее о причине такой ужасной перемены. Девушка подробно рассказала все, что случилось с ней.

Баш-ханум погрузилась в глубокую думу.

«Почему, – думала она, – Фатьмажых превратилась в красавицу, а моя дочь в урода? Ведь и та, и другая пасли быка, очевидно виною всему бык!» – и она решила погубить быка.

Хитрая Баш-ханум притворилась больной.

Как ни лечил ее Дадаш, она не поправлялась. Наконец, однажды говорит она мужу:

– Я видела во сне, что мне никак не поправиться. Есть одно лишь средство, которое может меня вылечить, но вряд ли ты к нему прибегнешь.

Дадаш поклялся, что он ничего не пожалеет, лишь бы поставить ее на ноги. Тогда клыкастая Баш-ханум сказала: – Если так, то знай, что я слышала во сне голос, который сказал мне: «если хочешь поправиться, вели зарезать единственного вашего быка и отведай его мяса, изжаренного на вертеле». Теперь, если хочешь, чтобы я поправилась, – зарежь быка.

Покорный воле жены, Дадаш зарезал быка. Накормили больную мясом, завернули ее в бычью шкуру и притворявшаяся больной Баш- ханум немедленно поправилась.

Бедная же Фатьмажых заливалась горькими слезами и горевала об участи брата. Вдруг капля крови быка заговорила по-человечьи:

– Не бойся, сестра, чудесная сила, превратившая меня в быка, обернет меня теперь петухом и одарит меня способностью помогать тебе в любой беде. Собери мои кости, брось их в колодец и закрой его. Когда тебе нужно будет платье – открой колодец – ты найдешь там необыкновенной красоты наряд.

Слова эти успокоили Фатьмажых, перестала убиваться бедная девушка. И началась опять прежняя полуголодная жизнь.

Надумал властитель шахской земли молодой шах Мамед жениться. По обычаю страны, созвал он всех своих подданных, в том числе опытных и бывалых женщин, для того, чтобы спросить у них совета. Баш-ханум, не желая брать с собой Фатьмажых, засадила ее за работу: она велела ей перебрать танак проса, смешанного с золой, и наполнить чашу слезами. Сама же с дочерью отправилась на торжественное собрание к шаху. Как только собрались приглашенные, обратился к ним шах и объяснил, зачем он их потревожил.

– Я молод, – сказал он, – хочу жениться и прошу вас посоветовать мне, как поступить, чтобы выбор мой пал на достойную.

Подумали, подумали гости и сказали:

– Не советуем тебе искать невесту среди чужестранок, как это делают некоторые. Кто знает, какой она окажется, – хорошей или дурной? Не лучше ли тебе выбрать любую из своего народа? Ты молод, красив, богат, ты носишь венец; всякая девушка с охотой пойдет за тебя.

Шах решил последовать совету своих подданных. Накормил, напоил он гостей, наделил их гостинцами. Гости и сами ели и с нищией братией поделились: кто давал им сласти, кто фрукты, а кто и деньги.

Одна лишь Фатьмажых не принимала участия в общем веселии. Пошла она к петушку, заливаясь слезами, рассказала ему о том, как злая мачеха наказала ее.

– Не плачь, сестрица, – сказал петушок, – ты сейчас увидишь, как мигом я пособлю твоему горю. – Созвал петушок своих кур, вмиг перебрали они все просо. Как только просо было очищено, он научил сестру, как вместо слез приготовить соленую воду. – А теперь, сестрица, – сказал петушок, – открой колодец, ты найдешь там роскошное платье, надень его и иди на собрание к шаху Мамеду.

Увидя, что урок, заданный мачехой, выполнен, веселая и радостная бросилась Фатьмажых к колодцу, открыла его и что же она увидела? Перед нею лежало роскошное платье, какое трудно было бы найти в царской сокровищнице. Надев платье, отправилась Фатьмажых во дворец. Желая, чтобы мачеха ее не увидела, она бросила горсть золы в ее сторону, а остальных гостей осыпала цветами. Боясь, что мачеха, вернувшись домой, заметит ее отсутствие, она пустилась бегом в свое жилище. По дороге она потеряла башмачок, который, соскользнув с ноги, упал в бассейн, находившийся в саду шахского дворца. Бассейн был так глубок, что башмачок достать она не могла. Воротившись домой, она сняла платье, положила его обратно в колодец и стала ждать возвращения мачехи.

Между тем гости стали расходиться из дворца. Протерев глаза, засоренные золой, вернулась домой и клыкастая Баш-ханум с дочерью, злая, презлая. Как ни в чем не бывало, Фатьмажых спросила мачеху, чем она так расстроена, и попросила рассказать ей обо всем, что она видела во дворце. Мачеха, видя, что заданный урок выполнен, похвалила девушку и стала рассказывать о tqm, что было во дворце.

Как только гости разошлись, шах Мамед повел своего красавца коня, слава о котором гремела по всей шахской земле, к бассейну. Он хотел искупать и напоить коня. Пугливый конь, увидя в бассейне башмачок, заволновался, заржал и стал бить копытами землю. Шах Мамед, желая узнать причину, почему конь не хочет пить воду, стал пристально смотреть в бассейн и вдруг увидел на дне его башмачок такой красивый, какого не найти даже на женской половине шахского дворца. С большим трудом извлек молодой шах башмачок из бассейна, долго смотрел на него и сказал:

– Эта находка должна принести мне счастье, та, на чью ножку придется башмачок, будет моей женой.

Взяв башмачок, шах вернулся во дворец.

На следующий день глашатаи объявили народу волю шаха: шах де нашел башмачок и решил жениться на той, кому придется он впору. Заволновались девушки, – каждой лестно было стать женой шаха, – и начались приготовления.

Девушки по семи лет не мывшие ног, окунали их в воду, мыли и скребли их. Шли приготовления и в семье клыкастой Баш-ханум. Не желая показывать нежную красоту Фатьмажых, мачеха спрятала девушку в яме, вымазанной глиной, в которой пекли хлеб, и принялась за свою дочь.

Плешивый Ашыр натаскал, приготовил воды.

– Ах ты, несчастная, – говорила Баш-ханум дочери, – хотя тело твое чернее угля, может быть счастье улыбнется тебе, ты станешь женой шаха и нам вздохнется легче.

Дазгыз, по совету матери, долго мыла и скребла свои ноги. Между тем шах, окруженный свитой придворных, обходил дома, но не находилось ни одной девушки, на чью ногу пришелся бы башмачок. Дошли они, наконец, и до избушки рыбака Дадаша, находившейся на самой окраине города. Дали Дазгыз примерить башмачок. Куда там! Можно ли было с такой лапой влезть в башмачок?!

Шах Мамед, опечаленный, повернул было обратно. Вдруг он слышит кричит петушок. Хлопая крыльями, громко пел петушок:

Сестрица бедная в яму посажена,
Ручки, ножки крепко связаны.
Грязищу с ног Дазгыз скребет,
Ашыр ей воду подает.

Шах Мамед бросился к яме, велел открыть ее и, увидя Фатьмажых, попробовал надеть ей на ногу башмачок. Как раз впору он пришелся, будто самой судьбой был ей предназначен.

Фатьмажых, выбравшись из ямы, пошла к колодцу, надела на себя лежавшее там платье и предстала перед шахом во всей своей красе.

Молодой шах был так поражен красотой скромной девушки, что тут-же влюбился в нее. Все вместе направились они в город. По приказу шаха город разукрасили коврами, убрали цветами и весь народ пригласили на царскую свадьбу. На свадебное торжество собрались все – большие и малые, бедные и богатые. Сыграли свадьбу веселую; гости поели, попили, пожелали молодым счастья, дружной жизни, семерых сыновей и, призвав на них благословение неба, разошлись по домам.

Дружно и весело зажил шах Мамед с супругой своей Фатьма-ханум.

Однажды, по обычаю страны, пришла Дазгыз проведать свою сестру и, погостив у нее несколько дней, стала собираться домой. Фатьма-ханум не отпустила сестру и попросила ее остаться еще несколько дней и помочь ей постирать белье.

На следующий день, рано утром, пошла Фатьма-ханум с Дазгыз на берег моря стирать белье. После стирки захотелось Фатьма-ханум выкупаться. Разделись и стали купаться. Сестра поливала ей воду. Злая, завистливая девушка толкнула Фатьму-ханум в море, затем, надев ее платье и тщательно укутав себе лицо, вернулась во дворец. Ночью с укутанной головой легла она спать рядом с шахом. Шах, принимая ее за Фатьму-ханум, сказал ей – Любовь моя, радость моя, я так люблю, когда ты устилаешь своими волосами наше ложе, мне так сладко спится тогда.

Дазгыз, под предлогом, что волосы ее мокры, отказалась исполнить волю шаха. Кое-как провели они ночь. Утром вышел шах Мамед во двор умыться. Вдруг слышит кричит петушок. Он пел:

Сестрицу в море утопили,
Ее сом-рыба проглотила.
Она под сердцем шаха носит
И о спасенье небо просит.

Встревоженный вернулся шах Мамед в свои покои и стал пристально всматриваться в жену. И что же он увидел? Перед ним стояла женщина черная, как негритянка. О Фатьме и помину не было. Оставив Дазгыз во дворце, он отправился в город, собрал всех живших там рыбаков, привел их на берег моря и поведал им свое горе. Рыбаки закинули в море сети. В одну из сетей попался сом, проглотивший Фатьму-ханум. Вытащили сома на берег; шах и рыбаки окружили сома. Рыбе вспороли брюхо и извлекли оттуда полуживую Фатьму-ханум. Очнувшись, она рассказала шаху Мамеду о том, что с ней приключилось. Вернувшись во дворец, шах спросил Дазгыз, что бы она хотела получить от него в подарок- золотой нож или семилетнюю кобылу?

– Не нужно мне твоего золотого ножа, да вонзится он в твою грудь, – сказала сварливая Дазгыз, – дайте мне семилетнюю кобылу, я сяду на нее и поеду домой.

Улыбнулся шах Мамед, увидя, что не поняла Дазгыз его намерения, и велел привести семилетнюю кобылу. Перекинул на спину кобыле переметные сумки, – в одну поместил Дазгыз, в другую – щенка и кастрюлю. Испугавшись визга щенка и грохота кастрюли, кобыла стала биться, метаться и вдруг понеслась, что было мочи. Растрясла она Дазгыз досмерти и разбросала части ее тела по окрестным долинам. Так по заслугам была наказана злая девушка, которую долго еще поминали лихом и народ, и шах с супругой. А шах Мамед продолжал жить в счастьи и добром согласии с возлюбленной супругой своей.

Бахтияр

Жил-был старик по имени Бахтияр.

Был он очень беден. Однажды пришел он с работы усталый, поел немного просяного хлеба и лег спать. Ночью он увидел сон. Рано утром встал и сказал жене:

– Старуха! Положи в дорожную сумку немного просяного хлеба и творогу, я иду путешествовать.

Жена ответила:

– Куда тебе такому старому путешествовать?

– Старуха, – сказал он, – ты в мужские дела не вмешивайся. Я видел сон и хочу его найти.

– Эй, старик, ты с ума сошел, – пристала к нему жена. – Разве можно найти сон? Каждую ночь человек видит тысячу снов.

– Эй, старуха, не вмешивайся не в свои дела, приготовь то, что я сказал, – отвечал старик.

Старуха, не смея больше противоречить, приготовила ему все на дорогу. Старик, накинув сумку на плечи, попрощался с женой и пустился в путь.

Лапти подтянувши,
Землю победивши,
День да ночь – сутки прочь.

Так он дошел до пустынной степи, где увидел пастуха, пасущего большое стадо овец, с собакой, с ослом и со всем своим кочевым хозяйством и шалашом. Опасаясь собак, старик кое-как прошел в середину стада. Приблизившись к пастуху, он сказал:

– Да умножится твое стадо. Пастухи говорят: «проголодался – иди к пастуху, устал – иди к сарвану». – И при этом прибавил: —Уже несколько дней как я путешествую, просяной хлеб мой стал черствым.

Пастух, засучив рукава, подоил несколько овец и в супнике подал молоко Бахтияру. Тот, накрошив хлеба в молоко, подкрепил свой пояс[8] и хотел уже уходить. Пастух сказал:

– Дядя, откуда ты пришел и куда направляешься? Может, дорога твоя длинная, дай я приготовлю тебе немного масла и молочных продуктов.

Бахтияр увидел, что пастух хороший человек. Он сказал:

– Сын мой, я из таких-то краев; я видел сон и иду за этим сном.

– Дядя, – спросил пастух, – что это за сон? Разве за сном ходят? Человек каждую ночь тысячу снов видит.

– Сын мой, – ответил старик, – тот сон, который я видел, такой сон, что за ним ходят.

– Дядя джан, – сказал пастух, – продай мне твой сон.

Старик сказал:

– Ну что же, продам. – Он рассказал свой сон пастуху и взамен получил от него все стадо овец, даже собаку и осла в придачу. При этом они обменяли и свои имена: пастух стал зваться Бахтияром, а старик стал Мелик-Мамедом.

Бахтияр накинул сумку на плечи и пошел по дороге. Оставим его там.

Мелик-Мамед со стадом овец потихоньку направился в сторону своего села.

– Ай, ай! – жена увидела, что муж ее стал пастухом и идет со стадом овец. Она сказала:

– Эй, старик, чье это стадо? Теперь народ скажет: «Бахтияр в таком почтенном возрасте нанялся пастухом!»

Мелик-Мамед сказал:

– Баба, что ты? С ума сошла? У кого я буду пастухом? Во-первых, стадо мое, я его получил за мой сон, а во-вторых, я уже не Бахтияр, мое имя Мелик-Мамед.

– Жена немного растерялась, она подумала, – может, это не ее муж, а кто-то другой, только похож на него. Она сказала:

– Братец, извини, я думала, что ты мой муж Бахтияр, поэтому я так говорила.

Мелик-Мамед знал и раньше, что жена у него немного глуповата. Он сказал:

– Эй, баба, ты одурела! Разве я не твой муж? Я променял сон, а вместе с ним променял и свое имя.

Жена сообразила наконец в чем дело, обрадовалась и стала вертеться около мужа, как волчок.

Оставим Мелик-Мамеда с женою и расскажем о Бахтияре.

Бахтияр пошел помаленечку, потихонечку по горам, по долам и, наконец, под вечер дошел до стен одного города, как раз в то время, когда городские ворота закрылись. Сколько Бахтияр ни просил – в город его не пустили. Он отошел от дороги и, положив сумку под голову, лег около городской стены; он был пастух, привык спать в поле, и поэтому сразу же уснул. Под утро он услышал голос какого- то человека: «Бахтияр! Бахтияр!» Поднявшись на ноги, он посмотрел направо, налево и увидел, что со стены крепости его кто-то зовет. Позвали его и второй раз:

– Что ты стоишь? Скоро утро, иди подержи! Я сейчас приду!

Бахтияр подошел к стене и увидел тяжелый хурджун. Взял он хурджун и положил на землю. Вдруг видит: из городских ворот какой- то человек вывел двух лошадей и опять запер ворота. Повернувшись к Бахтияру, человек сказал:

– Чего стоишь? Привязывай хурджун на лошадь, садись и поскачем. Отец может спохватиться, нас могут поймать и убить; с самого вечера сколько раз я подходил к крепостной стене и делал тебе знаки, а ты не замечал. Я уже хотел вернуться, но подумал, – может, ты уснул, нагнулся со стены и увидел, что ты и в самом деле спишь. Что делать? Раз уж я вышел из дома, садись на лошадь, и поскачем.

Бахтияр был поражен. Не знал, что это за тайна? Что сказать? Откуда этот человек знает его имя? Кто он? Под конец, положившись на бога, сел он на лошадь. Незнакомец сел впереди, Бахтияр за ним и стали удирать. До самого утра они скакали. Когда наступило утро, Бахтияр увидел, что его спутник – девушка и такая красавица, что ни есть, ни пить, только бы на нее любоваться.

Девушка обернулась назад и что же увидела? С ней ехал простой пастух, который, во всю жизнь даже кислой алычи не пробовал[9]. Девушка была поражена, не знала, что и сказать. Немного погодя, успокоившись, она спросила:

– Юноша, как тебя зовут?

Бахтияр ответил:

– Ханум, ведь ты же ночью звала меня по имени, а теперь не знаешь.

Девушка сказала:

– Тебя тоже зовут Бахтияр?

Парень ответил:

– Ханум, а что, разве кроме меня тоже был Бахтияр?

Ханум сказала:

– Да, был; знай и пойми: я дочь царя того города, зовут меня Перизад-ханум. У векила[10]моего отца был сын, звали его Бахтияром. Мы были влюблены друг в друга, но отец не хотел меня выдать за Бахтияра, хотел выдать за сына везиря, но я не хотела за него итти. Поэтому мы сговорились с Бахтияром, чтобы он в эту ночь пришел на то место, где ты был, а я, после того как заснут отец и мать, должна была притти туда, чтобы с ним убежать. Я сделала, как сказала; взяла двух лошадей, два хурджуна золота и пришла. Но сын векила испугался или случилось что-то, что он не пришел, а ты пришел и на том месте заснул; я же, приняв тебя за сына векила – Бахтияра, убежала с тобой. Что же делать! Значит, такова моя судьба. Погоняй лошадь – бежим! Мы не должны слезать с лошадей, пока не минуем владений моего отца.

Бахтияр, ударив лошадь плеткой, поскакал, а девушка скакала за ним.

Тихо скачущего пусть накажет имам.

До вечера они скакали и наконец приехали к границе владений другого царя и слезли с лошадей. Немного закусив, отдохнули. Девушка сама себе сказала: «Если Бахтияр – пастух, то из него еще что-нибудь выйдет, а если он простой скотник, то из него ничего не выйдет. Пока есть время, нужно от него отделаться». – Повернувшись к нему, она сказала:

– Бахтияр! У отца моего большой табун лошадей – можешь ли быть табунщиком?

Бахтияр ответил:

– Ханум, что такое табун?

Перизад-ханум сказала:

– Стадо таких вот коней, что под нами, называется табун.

Он ответил:

– Нет, ханум, я не могу быть табунщиком.

Девушка сказала:

– У отца моего много рогатого скота; можешь ли быть скотником?

Бахтияр сказал:

– Ханум; что такое рогатый скот? Нет я не могу быть скотником.

Девушка сказала:

– Ну, что же, будь тогда вожатым верблюдов. – Но и от этого он отказался. – Ну, будь вожатым мулов. – И от этого он тоже отказался.

Девушка поняла, что Бахтияр ничего такого не видел, и сказала ему:

– Бахтияр, у отца моего много баранов, cможешь ли ты их пасти?

Как только услышал он слово «бараны», у него и косточки заплясали. Он сказал: —Ханум, вот это мое занятие, отцы и деды мои этим занимались. Я даже мертвого барана могу оживить[11].

Услышала этот ответ девушка и немного успокоилась. Ночью они немного уснули, под утро сели на лошадей и опять поехали по дороге…

Как ветер по холмам,
Как поток по долам,
По сыпучим пескам,
По колючкам, по кустам,
По шумящим камышам,
По горным ущельям,
По тайным тропинкам.

Наконец, к солнечному закату они доехали до одного города. Слезли с лошадей и отвели их в караван-сарай. Почистив, накормив лошадей, они взяли хурджуны к себе в комнату и там расположились. Девушка сказала:

– Бахтияр, пойди в караван-сарай, посмотри, какие там люди. Потом выйди на базар, найди барышника, продай ему лошадей и найми подходящий дом. Мы туда переедем. Будем потихоньку продавать привезенные вещи и на это жить, бог не без милости.

Бахтияр тотчас же пошел на базар, нашел барышника и продал ему лошадей за хорошую цену. Потом купил прекрасный дом со службами, садом, цветником и фонтаном. Они перешли в новый дом. Сейчас же Перизад-ханум пригласила казия, который обвенчал ее с Бахтияром.

Ханум послала Бахтияра в баню, заказала ему сшить купеческое платье. Бахтияр превратился в красивого молодого человека, и стали они весело проводить время.

Так они прожили некоторое время. Как-то пригласил Бахтияр к себе цирульника обрить голову. Цирульник нечаянно увидел Перизад-ханум и с ним чуть не сделалось дурно; он кое-как обрил Бахтияру голову и, не дождавшись платы, побежал к царю и сказал:

– Царь, да провалится твой трон! Да обагрится кровью твое седло! Что ты спишь?

Царь ответил:

– Ну, в чем дело, – рассказывай!

Цирульник так разукрасил, расхвалил Перизад-ханум, что царь, не зная и не видя ее, уже влюбился. Он сказал:

– Везирь, посоветуй. Я должен ее видеть во что бы то ни стало.

Везирь, улыбаясь, сказал:

– Да здравствует властелин мира! Что может быть легче этого? Позовем Бахтияра и скажем: «Завтра мы будем у тебя в гостях». Часом раньше назначенного времени пойдем, нечаянно войдем в комнату и увидим его жену.

Царю понравился совет везиря; сейчас же позвали Бахтияра. Царь сказал ему:

– Мы слышали, что ты хороший юноша и чужестранец. Желаю, чтобы тебя никто не обидел. Я хочу с тобой подружиться. Пойди, сделай приготовления. Завтра, как раз в полдень, – мы у тебя в гостях.

Бахтияр, поклонившись, вышел от царя. Всю дорогу он думал, что могла бы значить эта затея. Так пришел домой. Жена, увидя его, сейчас же заметила, что он скучен; встала, обняла его и сказала:

– Бахтияр, да буду я твоей жертвой[12], скажи, что с тобой? Если ты будешь скучен, то что останется для меня здесь, на чужбине? Ты должен рассказать мне свое горе.

Бахтияр рассказал жене вое подробно, как было. Жена сейчас же поняла, что это не просто желание подружиться, а тут кроется что-то другое и что виноват в этом цирульник. Чтобы не расстраивать Бахтияра, она сказала:

– Бахтияр, да буду я твоей жертвой, отчего ты скучен? Тут ничего особенного нет! Дружба с царем тебе и вправду полезна. Поди на базар, купи рису, масла, турачей, фазанов, дай амбалу[13], пусть принесет домой. Приготовим все для завтрашнего дня.

Бахтияр, выйдя на базар, купил все порученное. Эту ночь они провели вместе. На утро они стали приготовляться к приему высоких гостей. За час до полудня царь с везирем, открыв двери, нечаянно вошли в комнату. Царь увидел ханум с открытой головой и засученными рукавами. В то же мгновенье как-будто из междубровья Перизад-ханум вылетела стрела и вонзилась царю в сердце. Царь, с пронзенным сердцем, свалился без чувств, как мертвый.

Везирь обрызгал ему лицо водой, кое-как привел в чувство и шепнул ему на ухо:

– Да не умрет твой сын![14] Что ты делаешь? Возьми себя в руки.

Царь, справившись с собой, встал и сел у стены… Обед подали, они кое-как нехотя поели и ушли.

Царь, дойдя до дому, лег навзничь и сказал:

– Везирь, дай совет, иначе сердце мое разорвется.

Везирь сказал:

– Властелин мира! Вот мой совет. Завтра позови его и прикажи принести тебе яблоко из рая. А где он найдет райское яблоко? Пойдет и либо совсем не вернется, а если и вернется без яблока, то прикажешь отрубить ему голову. Другого выхода нет. А насильно взять у него жену ты не можешь. Без причины убить тоже не можешь. Что скажут люди? Надо сыскать причину.

Царю понравился совет везиря, он встал с постели. На утро приказал он позвать Бахтияра и сказал ему:

– Бахтияр, я болен. Доктора мне приказали лечиться райским яблоком. Ведь ты молодец, ты должен во что бы то ни стало достать мне райское яблоко.

Бахтияр ответил:

– Да здравствует ваше величество! Я чужестранец, где я могу найти райское яблоко? Ты прикажи это своим, знающим страну людям, они смогут это сделать.

Царь разгневавшись сказал:

– Много не болтай, даю тебе сорок дней сроку, если не принесешь, то велю отрубить тебе голову.

Бахтияр, страшно опечаленный, будто потерявший близкого человека, пошел домой. Жена, видя его в таком состоянии, сказала:

– Бахтияр, отчего ты печален?

Бахтияр обо всем рассказал жене. Она сказала:

– Не бойся, я дам тебе письмо, ты пойдешь к югу. Через три дня ты дойдешь до царства дивов[15]. В том краю моя сестра – жена царя дивов. Какому бы диву ты ни показал это письмо, всякий проводит тебя к царю. То, что он скажет, ты исполнишь. Но будь осторожен, осмотрителен; женщин ты не должен привозить с собой.

Бахтияр взял письмо, попрощался с Перизад-ханум и расстался с ней. Он вышел на базар и купил себе хорошую выносливую лошадь.

Три дня и три ночи он ехал и достиг царства дивов. Дивы его поймали и сказали:

– Поведем к царю, пусть он полакомится подарком.

Привели Бахтияра к царю. Бахтияр тотчас вынул письмо и подал царю. Царь увидел, что это его зять, и сказал:

– Бахтияр, добро пожаловать! Откуда? Куда? Какими судьбами ты дошел до нас?

Бахтияр обо всем рассказал царю дивов. Царь в тот день оставил Бахтияра у себя гостем. Потом позвал одного дива, поручил ему Бахтияра и сказал:

– Ему нужно райское яблоко. Помоги ему найти его.

Див поднял Бахтияра на плечи, и три дня мчались они в облаках, потом сели на землю. Див показал ему чинаровое дерево и сказал:

– Спрячься у этой чинары и приготовь палку с крючком… Сюда придут дочери царя – Пери, вон там есть родник, они в нем будут купаться; укради у одной ее оболочку, тогда они исполнят то, о чем ты попросишь.

Бахтияр пошел на то место и, как ему сказал див, спрятался в кустах, близ родника. Через некоторое время он увидел, как три голубя прилетели, сели у родника и стали разговаривать. Старшая сестра сказала:

– Сестра, раздевайся, будем купаться!

Младшая сказала:

– Сестра, я видела плохие сны, не буду купаться.

Старшие сестры ответили:

– О сестра, ведь мы сюда прилетели издалека. Без тебя и мы купаться не будем. Не огорчай нас.

Наконец младшая сестра согласилась, они разделись и стали купаться.

Бахтияр протянул палку с крючком и стащил платье младшей сестры. Девушки, выкупавшись, вышли из воды.

Старшая и средняя сестры оделись, а младшая не нашла своей одежды, сколько ни искала – найти не могла. Наконец сестры сказали:

– Эй, вор, укравший одежду, заклинаем тебя тем, во что ты веришь, выйди и возврати нам одежду. Клянемся короной царя Соломона[16] все, что ты захочешь, дадим.

Бахтияр тотчас же вышел и сказал:

– Если так, я прошу вас дать мне несколько райских яблок, и я верну ваше платье.

Старшая сестра тотчас полетела, принесла несколько райских яблок и дала их Бахтияру. А тот вернул им платье.

Бахтияр пошел обратно, но увидел, что та сестра, у которой он украл платье, идет за ним. Он сказал:

– Эй, девушка, куда идешь?

Пери ответила:

– Бахтияр, ко мне прикоснулась рука человеческая, пери не примут меня больше в свой круг.

Бахтияр сказал:

– Ну что же, пойдем!

Девушка прочитала волшебный стих, обратила Бахтияра в палочку, взяла его в клюв, полетела и села у дома Бахтияра. Опять прочитала волшебный стих и обратила Бахтияра в человека. Они вошли в комнату.

Перизад-ханум увидела их и сказала:

– Ой, ой! Бахтияр, ты привел дочь царя пери. Когда ты уходил, о чем я тебя просила?

Бахтияр ответил:

– Ханум, клянусь богом, я ее не привел, она сама пришла.

Перизад-ханум, улыбаясь, сказала:

– Ну что же, пришла – хорошо сделала. Я тоже здесь чужестранка, будем собеседницами.

Эту девушку звали Гуризад. Рано утром Бахтияр хотел отнести яблоки царю. Гуризад сказала:

– Кому ты несешь эти яблоки?

Бахтияр ответил:

– Царю.

Она сказала:

– Бахтияр, ты с ума сошел! Тот, кто съест эти яблоки, станет пятнадцатилетним юношей. Вот тебе три яблока, похожие на те, отнеси, дай царю. А настоящие мы сами съедим.

Бахтияр взял у нее яблоки и положил в карман, а райские яблоки они сами съели. Царь увидел его и сказал:

– Ой, ой, Бахтияр благополучно вернулся.

Он улыбнулся, а на душе у него кошки скребли. Бахтияра отпустили, он вернулся домой.

Оставим их за трапезой и расскажем теперь о цирульнике.

Опять пришел цирульник брить голову Бахтияра и увидел, что Бахтияр привез девушку, да такую красавицу, что не хочется ни есть, ни пить – только на нее любоваться. Первая девушка не годится даже в услужение к этой. Кое-как он окончил бритье и побежал к царю.

– Царь, да провалится твой трон, да зальется кровью твое седло! Тот самый Бахтияр привез девушку, которая в тысячу раз красивее прежней.

Царь: – Ну, что ты?

Цирульник: – Клянусь твоей головой, как говорю, так и есть!

Царь: —Везирь, как нам быть, чтобы и ту девушку посмотреть?

Везирь: – Что может быть легче? Как и раньше, пойдем и увидим.

Тотчас царь послал к Бахтияру сказать, чтобы тот приготовился, – вечером они будут к нему в гости.

Девушки готовились встретить гостей вечером, но гости пришли в полдень и увидели обеих девушек. Царь убедился, что новая девушка в тысячу раз красивее прежней. Кое-как, пообедав, они вернулись домой.

Царь:

– Везирь, дай мне совет. Я царь, а у меня нет таких красавиц, как у этого простолюдина.

Везирь:

– Великий царь! ты не беспокойся, пошли его в такое место, откуда он бы не мог вернуться. Завтра позови Бахтияра и скажи: «ты должен из сада Гюлистана Ирама привезти мне розу, иначе велю отрубить тебе голову». Он уйдет и больше не вернется.

Рано утром царь позвал Бахтияра и сказал:

– Бахтияр, ты, я вижу, молодец. Ты должен привезти мне розу из сада Гюлистана Ирама. Сорок дней даю тебе сроку, если к тому времени не принесешь розу, тебе отрубят голову.

Бахтияр увидел, что разговаривать не стоит, и печальный вернулся домой.

Девушки, увидев Бахтияра печального и расстроенного, сказали:

– Бахтияр, почему ты печален? Разве ты не знаешь, что когда ты печален на этой чужбине, то это плохо на нас действует?

Бахтияр обо всем рассказал девушкам. Гуризад, смеясь, сказала:

– Только это?

Бахтияр:

– Да.

Гуризад:

– Тогда давай тридцать девять дней будем пить, есть и веселиться, а на сороковой день – бог не без милости.

Они начали веселиться в продолжение тридцати девяти дней. На сороковой день Гуризад-ханум дала Бахтияру лох и сказала:

– Этот стих пропоешь, глаза закроешь; когда ноги коснутся земли – глаза открой, увидишь сад Гюлистана Ирама и там хоровод девушек; возьми это письмо; между девушками ты увидишь одну, которую зовут Гюлли-Гах-Гах-ханум, ты это письмо дай ей, она тебе даст розу, но ты нас не забывай. Еще ты должен нам дать слово вести себя прилично, и никаких девушек с собой не приводить. Потом этот стих опять прочтешь и будешь у себя дома.

Бахтияр взял письмо, пошел за город, там он прочел стих и закрыл глаза; вдруг он почувствовал, что ноги его коснулись земли, глаза открыл, увидел – ой, ой! Это такое место, как будто уголок рая! Соловьи заливаются трелью, розы благоухают, ароматом опьяняя соловьев… он не мог достаточно насладиться этим зрелищем.

В это время он увидел сорок прелестных девушек, идущих с пением и танцами. Повидимому, бог их создал в чудный день и в чудный час. Бахтияр, увидя их, обомлел и забыл и царя, и розу, и все на свете… Он был поражен и стоял с разинутым ртом… Долго он ими любовался. Вдруг увидел, что солнце заходит. Он повернулся назад, прочел стих и закрыл глаза. Вдруг почувствовал, что ноги его коснулись земли, открыл глаза и увидел, что он дома. Тут он сразу вспомнил, зачем он ходил, где роза, почему он не отдал письма. Он хотел вернуться, но Гуризад-ханум его позвала:

– Бахтияр, куда идешь? Иди сюда, посмотрим, что ты принес.

Бахтияр вернулся домой, – Ай, ай, та самая девушка, которую он видел в саду Гюлистана, сидит тут! Гуризад-ханум сказала:

– Бахтияр, почему ты хотел вернуться обратно?

Бахтияр все подробно им рассказал и добавил, что хотел вернуться за розой. Как только это услыхала Гюлли-Гах-Гах-ханум, она засмеялась, в тот миг из ее рта посыпались распустившиеся розы. Она ему сказала:

– Бахтияр, возьми эти розы и передай царю.

Бахтияр взял розы и понес царю.

Царь увидел:

– Ай, ай! Бахтияр не умер: вот он принес розы!

Опять у царя защемило сердце, но он ничего не сказал. Бахтияр, получив разрешение, пошел домой. Усадив около себя трех девушек, он стал с ними беседовать. На утро опять пришел цирульник брить Бахтияра. Он увидел, что на этот раз Бахтияр привез такую девушку, перед которой те две ничего не стоят.

Кое-как побрив голову Бахтияра, он бросился к царю и сказал:

– Царь, да провалится твой дом! Ты слыхал новость? Ты посылаешь Бахтияра, чтобы он умер, а он опять привез такую девушку, перед которой те две гроша не стоят.

Как только царь услышал это, он сказал:

– Везирь, мы должны еще раз пойти в гости к Бахтияру, дабы посмотреть, какова эта девушка.

Опять послали предупредить Бахтияра, что в такой-то день, в такой-то час к нему придут гости, пусть он приготовится. Оставим Бахтияра с девушками приготовляться.

Царь, взяв везиря, пришел без предупреждения, они вошли в комнату так, что увидели всех трёх девушек. Царь от волнения не мог есть. Попробовав немного кое-чего, они возвратились домой. Царь сказал:

– Везирь, я умираю, найди мне средство. Куда бы мы его ни послали, он возвращается живым. Что придумать, чтобы его погубить?

Везирь: – Великий царь, что можно сказать? Если ты его убьешь и женишься на его жене, то это будет насилием. Народ от тебя отвернется. Надо его послать в такое место, откуда он не мог бы вернуться, тогда ты достигнешь желанного.

Царь: – Куда послать?

Везирь: – Да здравствует ваше величество! Мы его пошлем привезти молоко от кобылицы, у которой сорок жеребят. Быть может лошадь покончит с ним.

Царь: – Большое спасибо!

Ночь кое-как провели. На утро Бахтияра опять позвали.

Царь:

– Эй, молодец! Я болен. Доктора мне прописали молоко от кобылицы, имеющей сорок жеребят. Во что бы то ни стало ты должен мне его достать.

Бахтияр подумал и сказал:

– Да здравствует царь! Дай мне срок в сорок дней, посмотрю, что будет.

Царь разрешил и сказал:

– Смотри, если через сорок дней не принесешь, тебе отрубят голову.

Бахтияр опять печальный, убитый вернулся домой. Девушки, увидя его в такой печали, схватили за руки и сказали:

– Что с тобой, почему ты печален?

Бахтияр рассказал им обо всем.

Гуризад сказала:

– Только это? Пока давай будем тридцать девять дней веселиться, а потом— бог не без милости.

Тридцать девять дней они веселились. На сороковой день Гуризад-ханум дала Бахтияру лох и сказала:

– Выйдешь за город, прочтешь этот стих; глаза закроешь; когда откроешь глаза, увидишь холм и на нем крепость, подойди к той крепости, увидишь древнего старичка; он настолько стар, что его обернули в вату и положили в люльку. Ты перемени ему вату, покачай, пусть заснет. Когда он проснется, ты расскажи ему о своем горе.

Бахтияр поступил так, как ему сказала девушка. Когда он открыл глаза, то на самом деле увидел себя у подножья холма; потихоньку он поднялся наверх, увидел маленькую крепость; войдя в крепость, он нашел там, как и говорила девушка, древнего старичка, завернутого в вату. Он распеленал его, переменил вату, как сказала девушка, и успокоил старика; когда тот выспался, то открыл глаза и сказал:

– Бахтияр, сын мой, добро пожаловать!

Бахтияр был поражен, откуда он его знает. Подойдя ближе, он смиренно поведал ему свое горе.

Старик:

– Бахтияр, сын мой, это очень опасное дело. Царь хочет тебя убить, но не бойся; возьми из моего уха серу, намажь на вату и сделай из камыша флейту. Около этого холма с восточной стороны есть озеро. Пойди к озеру, вырой на берегу его яму и залезай в нее. В полдень лошади придут пить воду; когда они подойдут близко, ты брось вату в воду; вода вспенится и подымется; тогда лошади испугаются и отбегут. Тогда ты начни играть на флейте. Они вое соберутся кругом ямы и будут тебя просить еще поиграть. Тогда ты скажи: «поклянитесь, что меня не тронете, тогда я выйду и буду играть». Чем бы они ни поклялись – ты не верь, но когда они поклянутся именем последнего жеребенка Гариба, тогда ты можешь выйти. Потом, что бы ты ни просил – они исполнят.

Бахтияр потихоньку подошел к озеру и вырыл яму. Как сказал старик, он из камыша сделал себе флейту, влез в яму и стал ждать. Когда настал полдень, Бахтияр увидел – идет кобылица с сорока жеребятами; когда они подошли к озеру, то Бахтияр бросил вату, вода в озере вспенилась и поднялась, лошади испугались и отошли назад. Бахтияр стал наигрывать на флейте. Тотчас лошади подошли к яме. Бахтияр перестал играть. Мать-кобылица умоляла его еще поиграть. Бахтияр сказал:

– Поклянитесь, что не тронете меня и просьбу мою исполните, тогда я выйду и буду играть сколько хотите.

Сколько ни клялась кобылица, Бахтияр ей не поверил и сказал:

– Пока именем Гариба не поклянешься, не поверю.

Кобылица принуждена была исполнить его просьбу, она поклялась чужестранцу именем Гариба, что его не тронет и что бы он ни попросил – исполнит.

Бахтияр, услыша это, вылез из ямы и стал наигрывать на флейте. Немного поигравши, сказал:

– Наш царь болен; ему твое молоко прописали, как лекарство; ты должна мне дать своего молока.

Кобылица ответила: – Знаешь, в чем дело? Тот царь хочет тебя убить, ты садись на меня и крепко-крепко держись за мою гриву, мы помчимся; ты ему скажи: «вот я привел вам кобылицу, идите сами ее подоите». Пусть они придут и сами подоят; посмотрим, сумеют ли они меня выдоить? Тот, кто выпьет мое молоко, будет вечно молод. Я им ни капли молока не дам. Твое дело – сдать царю меня, а потом уходи.

Как кобылица посоветовала, так Бахтияр и сделал. Он сел на лошадь, закрыл глаза и крепко схватился за гриву. «Лошадь расправила крылья и полетела. Не прошло и часа, лошадь сказала:

– Бахтияр, теперь открой глаза!

Бахтияр открыл глаза и увидел, что он в своем городе.

Он на лошади подъехал к дворцу и крикнул:

– Вот я привел лошадь, пусть царь сколько хочет ее доит!

Царь вышел, увидел:

– Ой, ой! Бахтияр привел кобылицу с сорока жеребятами! – Он сказал: – Проведите лошадей в прочную конюшню, вечером подоим, – Поместили лошадей в конюшню, а Бахтияра отпустили домой. Как только он вышел от царя, кобылица, навострив уши, прыгнула через забор, а жеребята прыгнули за нею и поскакали в степь, – Ай, не пускайте! Ай, задержите!.. – Но кто ей подвертывался, она отгрызала тому голову и скакала дальше.

До царя дошла весть, что лошади таким образом удрали.

Царь не очень горевал из-за этого, у него было другое, более глубокое горе…

Царь сказал:

– Ну что-ж, что удрали! Пусть себе, не стоит их ловить. – Потом позвал везиря и сказал: – Если мы его пошлем в преисподнюю, под седьмой слой земли, – и то он вернется! Везирь, дай совет! Но на этот раз нужно придумать такое поручение, чтобы он погиб и обратно не вернулся, иначе у меня печень разорвется:

Везирь, немного подумав, сказал:

– Да здравствует царь! Завтра позови Бахтияра и скажи ему: «ты должен пойти на тот свет и принести мне известие о моих родителях». Тогда, посмотри, что он скажет.

Царь этому совету обрадовался, на утро позвал Бахтияра и сказал ему:

– Бахтияр, я вижу, никто не может с тобой сравниться, ты должен пойти на тот свет и принести мне весть о моих родителях.

Бахтияр ответил:

– Царь, будь справедлив! С того света разве можно принести весть?

Царь, услыша это, рассердился и крикнул:

– То, что я тебе приказываю, ты должен исполнить, сорок дней тебе сроку. С того света если принесешь мне весть, то хорошо! Если нет, прикажу тебе отрубить голову так, чтобы ни одной капли крови не вылилось.

Бахтияру дали разрешение, он вернулся домой. Девушки, увидев, что Бахтияр как мертвец, – некому его хоронить, – сказали:

– Бахтияр, о чем ты думаешь, расскажи нам о своем горе.

Бахтияр сказал:

– Эй, девушки, царь дал мне такое поручение, что невозможно его исполнить; он мне приказал пойти на тот свет и принести весть от его умерших родителей. Если не выполню, то через сорок дней отрубят мне голову; теперь не знаю, что делать.

Гюлли-Гах-Гах-ханум сказала:

– Бахтияр, не бойся; пойди скажи царю, пусть прикажет собрать дрова, а тебя поставит наверх, кругом обольют нефтью и зажгут, только попроси побольше положить дров, так, чтобы ты поместился, сидя посредине. Когда дым поднимется кругом тебя, я прочту стих, обращу тебя в палочку, возьму в клюв и принесу домой. Дальше ты ни о чем не думай. Увидишь, что я с этим царем сделаю.

У Бахтияра от радости все косточки заплясали. Он пошел к царю и сказал:

– Да здравствует царь! Прикажи собрать сорок вьюков дров; со всех сторон пусть обольют дрова нефтью и зажгут. Я пойду и с того света принесу тебе весть от твоих родителей.

Бахтияр просил сложить сорок вьюков дров, а царь приказал сложить сто вьюков дров, он прибавил:

– Кладите больше, пусть даже и кости сгорят.

На утро Бахтияр, царь, везирь, векил, весь народ собрались на то место. Бахтияр поднялся и сел на дрова; со всех сторон налили нефти, царь собственноручно зажег костер. Когда со всех сторон разгорелись дрова и поднялся дым, Гюлли-Гах-Гах-ханум, обратившись в голубя, полетела и села около Бахтияра; она прочитала особый стих – лох и обратила Бахтияра в палочку, взяла в клюв и полетела домой; еще раз прочитав стих, опять обратила его в человека. Она сказала:

– Бахтияр, найди в этом городе самого старого человека и приведи его ко мне.

Бахтияр поискал в городе и нашел такого старца, который даже ходить не мог; он старика привел к себе домой. Ханум спросила его:

– Видел ли ты отца царева? – Тот ответил, что даже и деда его видел. Гюлли-Гах-Гах-ханум обрадовалась, взяла бумагу, перо и написала список рода царя до седьмого поколения. Так же составила список родам везиря, векила и даже цирульника. От имени этих предков она написала письмо царю такого содержания: «Да будет тебе стыдно! Ты не можешь сравниться даже с Бахтияром; тот пришел нас навестить, а ты даже и не вспомнишь о нас!»

Такого же содержания письма были написаны от имени предков везиря, векила и цирульника. Все эти письма положили в сумку Бахтияра. Через тридцать девять дней, на сороковой под утро девушки повели Бахтияра на место сожжения и закопали в золу там, где его жгли. Сами же девушки вернулись домой.

Царь приказал везирю пойти с ним, разбросать золу и найти кости Бахтияра, чтобы все знали, что тот умер, и что можно будет жениться на его красавицах. Они собрали людей с лопатами и пошли к месту казни. Царь приказал раскопать золу; раскопали до самой середины. Вдруг оттуда выскочил невредимый Бахтияр, – Ой, ой, Бахтияр жив! И сбоку у него полная сумка!

Бахтияр, поклонившись царю, сказал:

– Да здравствует царь, я видел твоего отца и мать. Они чувствуют себя хорошо. Они сидели в раю, с одной стороны у них молочное озеро, а с другой – медовое озеро. Но они тобою очень недовольны.

Везирь сказал:

– А моих родителей видел?

Бахтияр ответил:

– И твоих, и векила, даже и цирульника отцов и матерей видел; они все служат отцу царя; они и письма вам послали, вот в этом узле, развяжите, прочтите.

Сверток раскрыли, увидели – ой, ой! От всех их умерших предков есть письма и все они выражают свое неудовольствие, пишут: «Да почернеют ваши лица! Вы даже и с Бахтияром не можете сравниться. Он хоть пришел, навестил нас, а вы нас даже не вспоминаете!»

Царь:

– Бахтияр, если я пойду в преисподнюю, сколько дров понадобится?

Бахтияр отвечал – Да здравствует царь, ты – высокая персона! Для тебя надо сложить дров в десять раз больше!

Везирь, векил, цирульник тоже изъявили желание пойти с царем в преисподнюю.

– Тогда надо еще больше дров собрать, – сказал Бахтияр.

Царь велел собрать в овраг небывалое количество дров; потом везирь, векил, цирульник, царь, все они со своими родными, женами и детьми собрались и сели на дрова. Со всех четырех сторон дрова полили нефтью и зажгли. Все дрова, потрескивая, сгорели. Через несколько дней пришли, раскидали золу и увидели – никого нет, ни царя, ни везиря; кое-где нашли обуглившиеся человеческие кости, тогда все поняли, что они сгорели.

Народ собрался и выбрал себе царем Бахтияра. Он стал там царствовать и был так хорош и справедлив, что народ сказал: – «о боже, давно бы надо так сделать!» Все они молились за Бахтияра.

Как-то вечером Бахтияр вышел из судилища, пришел домой и увидел, что его жены лежат треугольником и крепко заснули; он их пожалел, не разбудил; завернулся в какую-то одежду, лег посреди комнаты на полу и заснул. Через некоторое время Гуризад-ханум проснулась и увидела, что какая-то несуразная фигура человека лежит на полу; другие девушки тоже проснулись, увидели спящего человека; стали совещаться и решили его убить. Вдруг Перизад-ханум воскликнула – Ай аман! Не пугайте! Это должно быть сам Бахтияр! Ведь он был пастухом, это его привычка спать. – Одна из девушек села с правой стороны Бахтияра, другая села с левой стороны, а третья села у его изголовья. И так они сидели и ждали, пока Бахтияр не проснулся. Бахтияр, увидя их, громко расхохотался.

Девушки сказали:

– Бахтияр, почему ты так хохочешь? Ты должен нам рассказать, здесь кроется какая-то тайна.

Бахтияр сказал:

– Тот сон, который я купил, теперь исполнился; потому я и смеюсь. Тот старик, который мне его продал, видел такой сон: будто у него с правой стороны взошло солнце, с левой стороны – луна, а звезды блистали над головой. Теперь Гуризад-ханум – солнце, Гюлли-Гах-Гах-ханум – луна, а ты, Перизад-ханум – звезда. Мое настоящее имя Мелик-Мамед, но я его променял на имя того старика.

Ученик портного

Жил-был портной, а у него был ученик. Этот портной шил для царя одежду и должен был закончить ее к следующему же дню. И вот ночью портной вместе со своим учеником был занят шитьем одежды для царя. Прошло немного времени, ученик не удержался и уснул. Портной увидел это и быстро разбудил его, говоря, что, если к завтрашнему дню они не сошьют одежды, царь назначит для них страшное наказание. Проснувшись, ученик сказал своему хозяину, что он видел удивительный сон и жаль, что тот разбудил его. Но сколько портной ни упрашивал ученика рассказать виденный им сон, юноша отвечал, что пока его сон не осуществится, он его не расскажет.

Случайно в эту ночь царь бродил по городу. И вот он дошел до лавки портного. Заметив в ней свет, он посмотрел сквозь дверную щель и увидел, что портной вместе с учеником заняты работой. Царь постоял немного и услышал все, что они говорили между собой.

Одежда за ночь была сшита. На другой день утром портной вручил ее своему ученику и отправил с ним к царю. Но сколько царь ни спрашивал ученика про виденный им сон, ученик отвечал, что пока его сон не осуществится, он его не расскажет. Наконец, царь рассердился и приказал посадить его в темницу. И несмотря на то, что царь ежедневно звал ученика к себе и приказывал ему рассказать свой сон, юноша, клянясь короной царя, отвечал ему, что он не расскажет своего сна до тех пор, пока тот не осуществится. И каждый раз царь, рассердившись, отсылал его обратно в темницу.

Через некоторое время ученик проделал в углу темницы отверстие. Темница же эта выходила на двор дочери царя. Юноша вышел через проделанное им отверстие, вошел в комнату царской дочери и увидел, что она спит на диване. В изголовьи и в ногах у нее сидело по служанке, которые также спали. Окинув взором комнату, ученик увидел, что в комнате находится посуда с вкусным пловом. Он уселся, досыта наелся плова и той же дорогой вернулся в темницу. Когда же дочь царя проснулась и увидела, что плов съеден, она подумала, что его съели служанки и рассердилась на них. Служанки же клялись и уверяли ее, что они знать ничего не знают. Две-три ночи повторялось то же самое. В конце концов дочь царя решила выяснить это дело и подстеречь вора.

И вот ночью она увидела, как открылась дверь, и какой-то юноша, тайком войдя в комнату, взял посуду с пловом, начисто съел все, вымыл руки и вытер их. Когда он хотел уже встать, дочь царя вскочила и, схватив его за руку, спросила, кто он и зачем сюда пришел.

Делать нечего – юноша рассказал царской дочери все, что с ним случилось. Царская дочь пожалела и отпустила его.

Между тем царь соседней страны прислал в город своего человека, который, по его приказу, начертил на городской площади круг и спросил у царя того города, что означает этот круг. При этом он предупредил, что если тот не сможет ответить, он должен готовиться к войне с соседним царем. Царь пришел к своей дочери, рассказал ей об этом и просил посоветовать ему, как поступить. Дочь отвечала, что в этом деле могут помочь заключенные в темнице, так как они ничем не заняты и постоянно предаются размышлениям.

Когда царь ушел, дочь вызвала к себе из темницы ученика портного, рассказала ему свою беседу с царем и сказала – Завтра отец мой вызовет тебя к себе и спросит тебя, что означает начерченный круг. Ты согласись ответить ему с условием, чтобы он выдал за тебя свою дочь. Отец на это согласится, и тогда ты расскажешь ему, что круг означает, будто весь мир принадлежит тому царю. Затем пойдешь и поделишь круг на две части, и это будет значить, что половина мира принадлежит этому царю, а другая половина принадлежит соседнему царю, так как оба они – цари. Тогда люди соседнего царя принесут и положат туда лук, что будет означать, что между царями произойдет ссора. Ты же принесешь и положишь туда саблю, что будет означать, что царь не боится войны. В ответ на это они посыплют туда горсть проса. Это значит, что у соседнего царя есть столько же войска, сколько насыпано зерен проса. Тогда ты принесешь туда петуха, что будет означать, что наши войска заклюют их войска, как петух клюет зерна проса. – Сказав это, дочь царя отпустила юношу.

На другой день царь вызвал к себе юношу и потребовал от него рассказать свой сон, но юноша упрямился и не рассказал. Тогда царь спросил его, что означает начерченный на площади круг. На это юноша сказал ему, что он ответит на этот вопрос, если только царь выдаст за него свою дочь. Царь обещал исполнить его желание. Тогда ученик объяснил значение круга, а затем пошел и разделил круг на две части. Тогда люди соседнего царя принесли и положили туда лук. В ответ на это юноша положил туда саблю. Они насыпали на землю горсть проса. Тогда юноша принес туда петуха. Так ученик своею сметкой побил противника.

Прошло некоторое время, и соседний царь прислал этому царю трех коней, чтобы тот узнал, который из них старше и который моложе всех. Опять царь пошел к своей дочери и спросил ее, как нужно ответить. И снова дочь ответила ему так же, как и в первый раз. Когда же царь ушел, она вызвала к себе юношу, рассказала ему о происшедшем и сказала, чтобы за свое объяснение он потребовал в жены царскую дочь. Если царь согласится, пусть юноша поставит всех трех коней в конюшню и впустит к ним кобылу. Затем он должен взять кобылу за повод и вывести из конюшни. Тогда и кони пойдут за кобылой. И тот конь, что выйдет из конюшни первым, будет самый старший, тот, что выйдет после него, будет средний, тот же, что выйдет последним, будет самый младший. На следующий день царь вызвал к себе ученика портного и сперва потребовал от него рассказать свой сон. И опять юноша упрямился. Тогда царь потребовал от него определить возраст всех трех коней. Когда царь обещал выдать за него свою дочь, юноша поступил, как ему говорила царская дочь, и одержал победу над послом соседнего царя.

Прошло некоторое время, и соседний царь прислал этому царю прямую палку с просьбой определить ее верхушку и основание.

Царь снова отправился к своей дочери и спросил ее, что делать. И та опять ответила ему, как и в первый раз. Когда царь ушел, дочь вызвала к себе юношу, рассказала ему о случившемся и сказала, что на этот раз он должен потребовать от царя, чтобы тот обвенчал их; когда же он обвенчает их, пусть юноша бросит палку в воду. Тогда выйдет из воды сперва кончик палки, а затем ее основание. Сказав это, она отпустила юношу.

На следующий день царь снова вызвал юношу и потребовал рассказать ему свой сон.

И опять тот ответил ему, как и в первый раз. Тогда царь попросил его определить, где конец и где основание палки. Ученик же ответил ему, что исполнит его просьбу, но пусть сначала царь обвенчает его со своей дочерью. Делать нечего, царь обвенчал их. Тогда юноша, как приказывала ему царская дочь, бросил палку в воду и узнал кончик и основание палки. Так и на этот раз он одержал победу над послом соседнего царя.

Прошло еще несколько месяцев, и царь получил от соседнего царя письмо, в котором тот просил его прислать своего зятя к нему в гости. Юноша рассказал про это царской дочери, и та написала письмо дочери соседнего царя. Она написала ей, что честь одной девушки должны Защищать все другие девушки и просила не допустить, чтобы отец причинил какой-нибудь ущерб ее супругу. Юноша взял письмо и отправился к соседнему царю. Там первым делом он отдал письмо его дочери. Соседний царь задумал убить юношу. И вот он дал ему сроку сорок дней, чтобы сшить из скалы халат, а не сошьет – он прикажет отсечь ему голову.

Юноша пришел к дочери царя и рассказал ей обо всем. Она ответила ему, чтобы он не боялся, а когда наступит срок и царь спросит его, отчего он не сшил халата, пускай ответит царю, что ему не дали ниток. Когда же царь рассердится на своих слуг, отчего они не дали юноше ниток, он должен сказать, что простыми нитками шить нельзя, что нужны нитки, приготовленные из песка. Когда же царь удивится, как это можно приготовить из песка нитки, юноша должен ответить ему: «а разве можно сшить из скалы халат?» На это царь уже ничего не сможет ответить. И вот ученик портного сделал так, как говорила ему дочь царя, и этим умиротворил падишаха.

Царю этому юноша даже так понравился, что и он выдал за него свою дочь. И юноша, взяв с собой дочь соседнего царя, вернулся к себе на родину. Через год обе жены родили ему по сыну. Однажды юноша сидел, взяв одного из своих сыновей на одно колено, а другого на другое. По правую же сторону от него сидела одна жена, а по левую – другая. В это время вошел к нему царь. Юноша хотел было встать на ноги, но царь положил руку ему на голову и не дал подняться. Смеясь, юноша сказал:

– Теперь я могу рассказать свой сон. Я видел во сне, что я сижу, а на правом и левом колене у меня по звезде. В это время я увидел, что луна спустилась с неба мне на голову.

После этого ученик портного в радостях и покое проводил с семьей свою жизнь.

Счастье Балхудара

Жил-был рыбак по имени Балхудар. Он ловил рыбу в море, продавал и этим жил.

В один прекрасный день, под вечер, Балхудар бросил в море сеть, наловил много рыбы, понес на базар, продал. Зашел в чайхану, поел, выпил, встретился со знакомыми и разговорился с ними; вдруг он увидел, что время перешло далеко за полночь, встал и ушел. Балхудар шел, глубоко задумавшись, по темной улице.

Вдруг на дороге ему встретился маленький дервиш. Дервиш сказал Балхудару:

– Почему ты так задумался? Вот возьми этот золотой ножик, отнеси его царской дочери Улькер. Достигнешь желанного. – Сказав это, дервиш куда-то исчез.

Балхудар взял ножик, пошел к царской дочери Улькер и дал ей ножик. Она спросила:

– Сын тети, Балхудар, ты пришел?

– Я пришел, царская дочь Улькер.

– Балхудар, не время стоять, приготовься, уйдем!

Балхудар пошел в царскую конюшню, вывел двух лошадей, оседлал. Ночью они сели на лошадей и поехали. И всю ночь до утра они ехали и доехали до истока ручья; они увидели, что по воде плывет драгоценный камень. Балхудар слез с лошади, взял камень, и они поехали дальше.

Мало ли, много ли проехали, наконец доехали до одного города. Царская дочь прихватила с собой много отцовского золота и серебра. Они заплатили и наняли себе трехэтажный дворец. Стали в нем жить и поживать.

В один ясный день Балхудар и Улькер сидели на террасе, пили чай и беседовали. И тут они вспомнили о камне, найденном в ручье. Балхудар сказал:

– Царская дочь, принеси тот камень, я хочу его посмотреть.

Царская дочь принесла камень и, держа в руках, показала ему. Балхудар посмотрел. Камень стал испускать свет, подобный свету луны и солнца. Как раз в это время царь того города Айваз с везирями и векилами проезжал мимо их дворца, возвращаясь с охоты. Он увидел Улькер, играющую драгоценным камнем. Видя ее красоту, он влюбился в нее. С пронзенным сердцем и расстроенной душой он приехал в диван-хане. Одевшись в яркокрасные одежды, он сел на трон. Позвал везиря и сказал:

– Умоляю тебя, везирь, найди способ излечить моё горе.

Везирь ответил:

– Да здравствует царь! Отчего ты печалишься? Сила в твоих руках; имущество, деньги – все в твоих руках. Стоит тебе пожелать и любая девушка будет твоею.

Царь ответил:

– Везирь, я не могу насильно отнять девушку у юноши, – народ меня осудит. Надо посоветоваться.

Везирь сказал:

– Тогда воспользуемся драгоценным камнем лаль и возьмем девушку. Ты дай приказ, пусть приведут юношу, скажи ему, что этот камень он украл из твоей казны; он не сможет оправдаться, осуди его за воровство и прикажи казнить; девушка достанется тебе.

Царю понравился совет везиря. Он дал приказ, и Балхудара привели. Он сказал ему:

– У тебя есть драгоценный камень лаль, ты украл его из моей казны, сознайся или я прикажу тебя казнить!

Балхудар ответил:

– Да здравствует царь! Нельзя напрасно осуждать человека. На землях Дайляр я нашел этот камень, в ручье. Если не веришь, я пойду и принесу тебе еще таких камней.

Царь дал Балхудару десять дней сроку и велел пойти и принести еще таких камней.

Царь надеялся, что юноша пойдет в Дайляр, его уничтожат там, а девушка достанется ему.

Расстроенный вернулся Балхудар домой и рассказал обо всем Улькер. Улькер сказала:

– Балхудар, придется нам расстаться! Пока ты не ушел, слушай, я всю правду тебе расскажу. Я – царская дочь. Я была невестой сына моей тети. И уже скоро должны были отпраздновать мою свадьбу. Но я моего жениха не любила. В ту ночь я видела сон о тебе. Я видела, что если в своих краях я выйду за тебя замуж, то все будут меня порицать. Поэтому я с тобою приехала в эти земли. Теперь я твоя, а ты мой. Но этот царь влюбился в меня, он хочет воспользоваться камнем лаль и уничтожить тебя. Ты уезжай, господь будет твоим хранителем, найдешь камень, принесешь, и мы отделаемся от царя. Еще вот что: в краях Дайляр у меня есть сестра. Пятнадцать лет тому назад дивы украли ее и увезли. Может быть, ты ее встретишь и привезешь с собою. Она поможет избавиться нам от злобы этого царя.

Балхудар сказал:

– Баш-уста! – и, простившись с девушкой, пустился в путь.

Мало ли, много ли проехал он, наконец, доехал до ручья. Поискал камень лаль, нашел пять штук и взял их. Потом сам себе сказал: «дай-ка я пойду вверх к истокам этого ручья; как бы то ни было, но там что-то кроется».

Балхудар пошел вверх по берегу ручья и в конце лощины дошел до пещеры, вошел внутрь, увидел золотую кровать и на ней спящую красавицу девушку. Балхудар подумал: «Наверное, это сестра Улькер; и лицом она на нее так похожа. Нужно ее увезти!» Сколько ни кричал Балхудар, желая разбудить девушку, – она не проснулась; он понял, что девушка зачарована. Он поднял голову вверх, посмотрел и увидел, что драгоценный камень лаль висит над головой девушки, поднял руку, хотел его схватить, но камень поднялся выше. Он понял, что сон девушки зависит от этого камня и сказал – Нужно подождать; настанет день, когда придет тот, кто ее усыпил. – Балхудар, отойдя в сторону, спрятался. Прошло немного времени, небо загремело, молния засверкала, один див спустился с неба на землю, вошел в пещеру и у изголовья кровати спящей девушки взял плеть и ударил по камню лаль; камень поднялся на небо, девушка пришла в себя.

Див сказал:

– Эй, девушка, соглашайся, дабы избавиться от этого чародейства!

Девушка ответила:

– Лучше спать зачарованной, чем видеть твою противную рожу.

Див, разозлившись, ударил плетью девушку. Девушка упала без чувств. Камень лаль спустился на нее, див ушел. Балхудар видел все, что делал див. Он подошел к изголовью кровати, взял плеть и ударил по камню. Камень поднялся на небо. Девушка проснулась и сказала:

– Эй, парень, ты кто такой? Сюда не ступает человеческая нога!

Балхудар рассказал ей всю свою историю с Улькер, потом прибавил:

– Я пришел, чтоб увезти тебя.

Девушка сказала:

– Для того, чтобы меня увезти, нужно убить этого дива. Однажды я спросила дива, где его душа? Он, обозлившись, ответил мне: «Моя душа – это птица, находящаяся в стеклянном сосуде; тот, кто имеет перстень пророка Соломона и опустит его в воду, может поймать мою душу».

Балхудар сказал:

– Когда я сюда ехал, твоя сестра дала мне этот перстень, встань, и уйдем отсюда!

Пошли они к берегу ручья, опустили перстень в воду, показался из воды стеклянный сосуд; сосуд они разбили, из него вышла птица. Балхудар оторвал голову птицы и бросил. В тот же момент див упал с неба и скончался. Они нашли мула, наполнили хурджун драгоценными камнями лаль, навьючили на мула и пошли.

Переезжая с места на место, доехали до Улькер. Сестры поздоровались, рассказали друг другу все, что с ними приключилось. Балхудар взял пять драгоценных камней лаль и дал их царю.

Царь сказал:

– Ну, уходи, ты хорошо отделался. – И Балхудар ушел домой.

У царя опять защемило сердце, он сказал:

– Везирь, придумай, как быть, умираю!

Везирь сказал:

– Царь, позови юношу, скажи: «я болен, доктора прописали пить молоко джейрана, ты должен пойти и принести это молоко». Он пойдет, не сможет принести, а ты прикажешь отрубить ему голову.

Царь приказал привести Балхудара. Как везирь советовал, так царь ему и сказал.

Балхудар вернулся и обо всем рассказал девушкам. Девушка, украденная дивом, сказала:

– Див дал мне порошок, пойди в лес, посыпь лужайку порошком, джейраны сделаются бесчувственными, выдои их и отнеси царю молоко.

Балхудар сделал так, как советовала девушка. Принес молоко и дал царю. Царь опять остался ни с чем; и принужден был освободить Балхудара.

Балхудар пришел домой. Девушка, украденная дивом, сказала:

– Царь от нас не отвяжется. Надо что-нибудь предпринять. Теперь, Балхудар, ты иди, пригласи царя с везирем и векилом в гости. Я с ними расправлюсь.

Балхудар пошел, пригласил царя с его свитой к себе в гости. Царь подумал – «Пойду, он не сможет меня достойно угостить, прикажу отрубить ему голову, а девушку возьму и женюсь на ней». – С такой мыслью он пошел вместе со свитой в дом Балхудара.

Девушка, украденная дивом, приняла гостей, все уселись. Вдруг она подбросила драгоценный камень лаль. Царь и все его приближенные впали в бесчувствие. Балхудар вместе с девушками отрезал всем им головы, а трупы уложили грудью вниз. Дали знать народу. Все пришли. Балхудар рассказал всю историю от начала до конца. Народ, узнав про несправедливость и злодеяния царя, проклял его, а вместо него провозгласил царем Балхудара.

Балхудар, хорошо обращаясь с народом, стал жить и поживать, добра наживать.

Охотник Мамед

Жил на свете один юноша по имени Мамед. Однажды он пахал землю и весь в поту пришел домой и сказал матери: «Скажи правду, чем занимался мой отец?»

Мать сказала:

– Твой отец был охотник, каждый день он ходил на охоту, возвращался усталый и ложился ничком.

Мамед спросил – Что осталось от моего отца?

Мать ответила – От твоего отца, кроме ружья и мешка с порохом и дробью, ничего не осталось.

Мамед попросил: – Принеси посмотреть!

Мать Мамеда открыла старый сундук и вынула оттуда ружье и мешок с порохом и дробью. Мамед лег спать, а перед восходом солнца проснулся, взял ружье и ушел.

Много ли, мало ли прошел он, в одном месте остановился ночевать. Утром он отправился дальше, перешел Арзуманские горы и вдруг увидел перед собой джейрана. Он долго смотрел на джейрана, и решил поймать его живым. Погнался за джейраном; джейран побежал и вошел в одну крепость. Мамед за ним. В этой крепости Мамед увидел девушку, которая была повешена за косы; она была очень красива. Джейран подбежал прямо к девушке. Девушка начала ласкать джейрана; вдруг она увидела Мамеда и сказала:

– Эй, юноша, зачем ты сюда пришел? Уйди отсюда, не то сейчас сюда придет белый див исъест тебя.

Мамед влюбился в девушку и сказал:

– Я тебя искал и нашел.

Девушка сказала:

– Пока ты не убил дива, меня не возьмешь.

Мамед спросил:

– Ты мне скажи, где находится душа дива? – Она указала пальцем на пузырек и сказала, что душа дива находится в этом пузырьке. Мамед взял пузырек и сильно ударил его о землю. Тотчас же послышался громкий крик дива, и он упал с неба. Мамед взял джейрана, девушку и много драгоценных камней и вернулся домой.

Мать Мамеда обняла его. Мамед сказал:

– Я эту девушку оставлю здесь, береги ее.

Девушка сказала Мамеду – Возьми джейрана, подари падишаху!

Когда падишах увидел джейрана, позвал к себе везиря и сказал:

– Везирь, подари этому юноше тысячу туманов золота.

Везирь удивился; когда он отдал Мамеду это золото, он сказал ему:

– Подари и ты мне что-нибудь!

Но Мамед сказал:

– Не подарю тебе ни одного гроша! – Он взял золото и вернулся к девушке. Девушка спросила:

– Сколько ты получил за джейрана?

Мамед ответил:

– Тысячу туманов.

Она сказала:

– Какой глупый падишах, разве джейран стоит тысячу туманов?

Однажды падишах сказал везирю:

– Я падишах, а ты мой везирь; все у меня есть: и дворец, и джейран, что же еще мне нужно?

Везирь, возненавидевший Мамеда, тут и сказал:

– Ты, прав, мой падишах, но…

Падишах сказал:

– Говори, со мной без утайки, что означает твое «но»?

Везирь сказал:

– К этому джейрану и этому саду должны быть еще золотые гуси.

Падишах сказал:

– Кто же может мне достать золотого гуся?

Везирь сказал:

– Этого гуся может принести тебе тот, кто доставил джейрана.

Падишах приказал позвать охотника. Мамед пришел, поклонился, падишах сказал ему:

– Ты должен во что бы то ни стало найти и принести мне серебряных и золотых гусей; если не найдешь, тебе отрежут голову.

Мамед вернулся домой. Девушка спросила:

– Зачем тебя вызывал падишах?

– Везирь на меня зол, это все его выдумки: падишах требует от меня серебряных и золотых гусей.

Девушка ответила:

– Не нужно об этом думать, ты сейчас же пойди к падишаху и скажи, что пойдешь за гусями, но пусть он даст тебе хорошего коня везиря и по бурдюку меду и масла, купленных на личные деньги везиря.

Мамед пошел к падишаху и попросил то, что ему сказала девушка. Падишах позвал к себе везиря и сказал:

– Приведи твоего самандского коня и купи бурдюк меда и бурдюк масла. – Везирь поклонился и вышел, исполнил приказание и отдал все это Мамеду. Мамед пошел к девушке. Девушка сказала ему – Тебе предстоит однодневная дорога; ты доедешь до большой горы, переедешь гору, поедешь дальше, встретишь кусты, там привяжи коня, а сам пешком иди дальше. Ты дойдешь до родника, из родника этого ты вычерпай воду, вылей туда масло и мед, а сам скройся где-нибудь поблизости. Гуси примут масло и мед за воду и станут купаться, их крылья будут смазаны, они не смогут лететь, и таким образом ты их поймаешь.

Мамед сел на коня, доехал до того места, о котором ему говорила девушка. Он вычерпал воду из родника, налил туда меду и масла, а сам спрятался в стороне. Когда гуси пришли купаться, он их поймал, сел на коня, вернулся домой и отнес гусей падишаху. Падишах вызвал везиря и велел ему выдать охотнику три тысячи туманов. Везирь принес, отдал туманы Мамеду и сказал:

– Подари мне что-нибудь!

Мамед ответил:

– Ни одного гроша не дам!

Везирь сказал:

– Ну, ты смотри, я что-нибудь тебе сделаю!

Мамед ответил:

– Делай, если можешь!

Мамед вернулся домой, девушка обняла его.

Спустя несколько дней падишах сказал везирю:

– У меня есть дворец, гуси, джейран, чего же еще мне надо?

Везирь сказал:

– Но…

Падишах спросил:

– Что означает твое «но»?

Везирь сказал:

– В этом саду недостает дочери индийского падишаха. Только раздобыв ее, ты займешь в истории почетное место.

Падишах спросил:

– Кто же сможет ее добыть для меня?

Везирь ответил:

– Конечно, тот человек, который добыл джейрана и гусей.

Падишах приказал позвать охотника.

Когда Мамед собрался итти к падишаху, девушка сказала ему:

– Ты соглашайся на всякое предложение падишаха.

Падишах сказал Мамеду:

– Иди, приведи мне дочь индийского падишаха, красавицу из красавиц. Если не приведешь, я прикажу отрезать тебе голову.

Мамед вернулся домой и рассказал обо всем девушке. Она сказала:

– Она мне сестра, иди и скажи падишаху, пусть построят на личные деньги везиря большую лодку, да еще с таким условием, чтобы одна доска этой лодки была серебряная, другая золотая. Я поеду сама и привезу дочь падишаха.

Мамед пошел к падишаху и сказал:

– За личные деньги везиря приготовьте мне особенную лодку.

Падишах позвал к себе везиря и сказал – Приготовь все свои личные деньги для такого корабля, который бы состоял из золотых и серебряных досок.

У везиря в горле пересохло. Он обратился к Мамеду и сказал:

– Посмотришь, что я тебе сделаю. – Мамед ответил: – Делай, если можешь!

Везирь пошел, продал все, что имел, и приготовил корабль. Позвали Мамеда. Мамед и девушка сели на корабль и отправились; наконец доехали до города, окруженного водой…

Остановили корабль. Девушка сказала Мамеду:

– Мы не будем сходить с корабля. Народ придет, посмотрит. Об этом скажут падишаху, и моя сестра тоже захочет посмотреть, она попросит разрешения у отца и сама сюда придет.

Жители города, действительно, пришли посмотреть корабль. На следующий день падишах приказал, чтобы никто не выходил из дома, так как Нурджахан-ханум будет осматривать корабль. Она пришла на берег, девушка сказала Мамеду:

– Приготовься! – Сестры поздоровались. Все остальные девушки, сопровождавшие Нурджахан-ханум, сошли с корабля. Обе сестры так были заняты разговором, что Нурджахан-ханум не заметила, что корабль тронулся.

Сказали падишаху, что корабль прибыл. Корабль подошел к берегу; Нурджахан-ханум повели ко дворцу падишаха. Падишах позвал к себе везиря и спросил:

– Везирь, кому, по- твоему, следует жениться на ней?

Везирь сказал:

– Конечно, вы должны жениться на ней!

Падишах велел отрубить голову везирю, а Мамеда назначил везирем.

Сказка об Искендере, знающем птичий язык

Жил-был пастух, а у него был единственный сын, по имени Искендер. Жена пастуха умерла, и он женился на другой. Искендеру было шесть лет, но он был очень умный, способный мальчик. К тому же он знал язык любой птицы, и был необычайной красоты и царственного вида.

Перед домом был у них сад. Однажды мачеха поставила в этом саду бельевой котел и стала стирать белье. Искендер же собирал щепки и бросал в огонь, помогая своей мачехе. Искендер услышал, что один соловей поет и говорит другому соловью: – Эй, соловей, будет время, Искендер будет царем этого города; придет в этот сад в гости, мачеха принесет ему плов, отец же принесет афтабу и леен, будет поливать ему на руки воду.

Искендер засмеялся, женщина рассердилась на него за то, что он смеется, взяла из очага горящее полено и ударила Искендера, – зачем, мол, смеешься, разве я слепая, калека, либо паршивая; что у меня есть такого, что ты смеешься?

Искендер сказал ей:

– Эй, мать, ей- богу, я не тому смеюсь! Вот соловей поет, что настанет время, когда Искендер будет царем этого города, придет в этот сад в гости и мачеха принесет плов, отец же его принесет афтабу и леен и будет поливать ему на руки воду! Вот я оттого и смеюсь.

Женщина снова начала его бить.

– Эй, мол, собачий сын, кто ты такой, чтобы быть тебе царем города, и чтобы я носила тебе плов, посмотришь, что я сделаю с тобой!

Вечером муж вернулся, распустив стадо по домам. Жена сказала:

– Да навлечет на меня беду эта клятва! Убей Искендера этой же ночью, или же удали из страны. Если не сделаешь так, я не буду с тобой жить.

Сколько муж ни умолял ее, она сказала:

– Один раз сказала: нет! – Повторять не буду!

Мужчина не мог сопротивляться и сказал Искендеру:

– Дитя, встань, пойдем. – Взял Искендера, пошел, купил на базаре сундук и сказал: – Дитя, бог милостив, пойдем, не печалься!

Искендер сказал – Отец, возьми еще клеенку, заложи верх сундука клеенкой, чтобы он не пропускал воду.

Пришли к берегу моря. Отец положил Искендера в сундук, завязал его крышку, заложил клеенкой и спустил в море. Волны, ударяя в разные стороны, вынесли его из города и докатили до третьего царства.

Здесь один рыбак увидел, что плывет сундук, закинул сеть и вытащил сундук из моря. Сказал:

– Хорошо вышло, кто знает, какому купцу принадлежит это добро?!

А у этого человека не было детей. Были только он да еще жена. Открыл сундук, посмотрел, – а там такой мальчик, что когда смотришь ему в лицо, глаза щурятся. Разбудил его, спросил:

– Дитя, как твое имя?

Тот сказал:

– Мое имя Искендер.

Мужчина сказал:

– Бог хорошо сделал, что доставил тебя ко мне, у меня совсем нет детей.

Радуясь, привел Искендера домой и сказал:

– Жена, господь бог смилостивился, прислал нам сына.

Жена посмотрела, увидела, что в самом деле это ребенок необычайной красоты. Все трое были рады. Жена и муж радовались, что у них оказался сын, Искендер же радовался, что из такого моря вышел живым и здоровым.

Муж пошел, купил на базаре подобающую царям одежду, принес, надел на Искендера, позвал муллу, сказал, что это, мол, мой сын, хорошо учи его. Мулла начал учить его; прошел день, два и мулла увидел, что ребенок такой способный, даровитый, тотчас же все схватывал, что мулла ему говорил.

В этой же школе был один мальчик по имени Яхья. Когда Искендер входил в школу, говорили, что это Яхья, когда Яхья входил, говорили, что это Искендер. Настолько они были похожи друг на друга, что один от другого ничем не отличались. Они заключили сигу, сделались братьями. Они так любили друг друга, что когда долго не виделись, чуть с ума не сходили. Вдвоем они уходили, вдвоем приходили и вдвоем гуляли. Однажды, когда они выходили из школы, встретили они царского везиря. Тот увидел Искендера, поговорил с ним и решил, что это очень умный, очень толковый, воспитанный мальчик. Этот везирь заключил с ним сигу, они стали братьями. Привел он Искендера к себе домой. Поели плова и прочего.

Искендер пошел к себе домой, наступил вечер, отец тоже пришел домой. Искендер сказал:

– Отец, завтра на мое счастье закинь одну сеть; что попадет, отнеси брату моему – везирю.

Наступило утро, рыбак взял сеть, сказал:

– Бисмаллах-иррахман-иррехим! – и пошел. Закинул первую сеть в море, почувствовал, что сеть тяжелая, вытащил и увидел, что попалась золотая рыба. Сказал – Наши праотцы говорили, что в этом море не бывает золотой рыбы. Посмотри, какой счастливый Искендер, золотая рыба попала в сеть!

Он взял рыбу и, радуясь, пришел домой. Жена эту рыбу разрезала, вычистила, положила на красиво убранный поднос. Искендер вернулся из школы, спросил – Что ты поймал, отец? – Отец сказал – Дитя, ты очень счастливый человек! Я со дня своего рождения не слышал, не видел, чтобы в этом море водилась золотая рыба! И наши праотцы говорили, что в этом море не бывает золотой рыбы.

Следующий день был пятница, у Искендера не было ученья, он взял красиво уставленный поднос, отнес везирю. Везирь посмотрел, увидел, что это золотая рыба, сказал: – Я никогда со дня своего рождения ни от одного из рыбаков этого города не слышал, чтобы в море водилась золотая рыба. – Поели плов, попили. Везирь наполнил тот же красивый поднос золотом, Искендер принес его домой.

Каждый раз в четверг вечером он просил отца:

– Отец, завтра у меня ученья нет, ты закинь сеть на мое счастье, а я отнесу улов везирю. – И каждый раз, когда рыбак закидывал сеть, попадала золотая рыба. И эту красиво убранную рыбу на красивом подносе он приносил везирю. И каждый раз, когда он возвращался домой, везирь наполнял красиво убранный поднос золотом и давал ему. А он, принося, ставил его перед отцом. Рыбак построил на это золото хороший дом и сам себе говорил:

– Слава тебе, господи, как хорошо, что ты доставил мне этого мальчика! И родной сын таким не бывает.

Однажды царь сидел в судилище, народ приходил к нему со своими жалобами, какие у кого были. Вдруг стая сизых ворон залетела во двор, начали орать: – Кыр-выр!

Царь от голосов этих сизых ворон не мог ни жалобы разбирать, ни судить. И сколько ни старались люди, никак не могли прогнать этих ворон. Царь встал, закрыл судилище, пришел к себе домой. Ночью уснул, утром встал, сказал:

– Пойду в судилище, разберу жалобы и прочее.

Но едва только подошел к дверям судилища и открыл дверь, опять те же вороны налетели, начали: – Ка-ку-кыр-выр!

Царь опять запер дверь, пришел домой и сказал:

– Везирь, эта птица боится человека. В чем же тут дело?

Везирь сказал: – Владетель мира, у ворон есть какая- то жалоба, но кто же знает птичий язык, чтобы мог понять их горе?

Царь сказал:

– Найди и приведи человека, который знает птичий язык.

Везирь сказал:

– Эх, государь, где же я его найду?

Царь сказал:

– Сорок дней я даю тебе сроку, чтобы найти, – не найдешь – велю отсечь тебе голову!

Везирь грустный, жалкий пришел домой и сказал:

– Жена, заверни немного в скатерть хлеба и прочего, я отправляюсь в путь на сорок дней, но через сорок дней мне отсекут голову.

Жена воскликнула: – Что случилось?

Везирь рассказал, что случилось, но приказал жене, чтобы та не говорила об этом Искендеру:

– Ничего не говори, когда же он будет приходить, принимай его, как и всегда, – Везирь сказал это и отправился в путь.

Искендер же опять в пятницу принес золотую рыбу на красиво убранном подносе в дом везиря и отдал ее. Спросил:

– А где же брат мой?

Жена сказала:

– Царь отправил его в сорокадневное путешествие.

Искендер спросил:

– По какому делу отправил?

Она сказала:

– Ей-богу, не знаю.

Словом, как он ни старался узнать, женщина не говорила. Она приняла его, как всегда, хорошо.

Искендер приходил каждую пятницу. Он знал, что сегодня, когда исполнилось тридцать девять дней, везирь придет. Опять принес он золотую рыбу и положил на красиво убранный поднос. Везирь уже, оказалось, прибыл; Искендер отдал красиво уставленный поднос, посмотрел и увидел, что лицо везиря бледно, как у мертвеца. Спросил:

– Брат мой, отчего ты таким стал?

Везирь сказал:

– Немного заболел.

Принесли Искендеру чай, принесли кушанье, но он сказал:

– Нет, я не буду есть, я должен узнать твое горе. Ты не болен, другое у тебя горе, брат от брата не должен скрывать ничего. – Везирь увидел, что невозможно не сказать, и потому сказал – Ежедневно к судилищу царя прилетает стая сизых ворон и шумом своим мешает царю разбирать жалобы. Царь дал мне сорок дней сроку. За это время я должен был найти человека, знающего птичий язык. Я не нашел. Завтра исполнится сорок дней, и мне отсекут голову. Поэтому я и стал такой грустный. – Искендер сказал:

– Брат, ты здесь оставил меня, понимающего птичий язык, а сам ходишь по городам!

Везирь сказал:

– Что ты говоришь?

Искендер ответил:

– Клянусь твоей душой, я понимаю язык всех птиц.

Тогда, радостные, оба они стали есть плов.

На следующий день везирь привел Искендера к царю.

Царь спросил:

– Нашел?

Везирь сказал:

– Да, вот этот юноша знает язык птиц.

Царь, бросив взгляд, увидел, что перед ним царственный, красивый юноша, позвал его к себе и сказал:

– Молодец мой, если знаешь птичий язык, послушай, что они говорят.

Искендер сказал на вороньем языке:

– Успокойтесь! – Тотчас народ увидел, что все вороны успокоились. Искендер сказал: – Какая у вас жалоба, пусть одна из вас скажет.

Ворона-мать сказала:

– Однажды наступил такой голод, что ни одна из птиц не могла найти себе пропитание, не было ни одного зерна. Ворон-отец бросил этих детенышей на меня и ушел. Я содержала их, вырастила, а теперь, когда они размножились, он пришел и говорит: «и я соучастник».

Искендер царю сказал: – Владетель мира, жалоба их такова… – и рассказал, в чем дело.

Царь сказал:

– Детеныши принадлежат вороне-матери, ворон-отец не имеет права, ни единого слова не может он сказать. – Искендер на птичьем языке передал им, что сказал царь; ворон-отец отвернул лицо в сторону и удалился. А ворона-мать собрала детенышей и улетела в другую сторону.

Царь сказал – Кто любит меня, пусть даст Искендеру халат! – Каждый дал по одному халату, и Искендер отправил их отцу.

Царь сказал:

– Везирь, как это хорошо вышло.

Везирь сказал:

– Владетель мира, давай дадим ему легкую службу, пусть он живет под нашим покровительством, и назначим ему жалованье.

Царь спросил:

– На какую же службу его назначим?

Везирь сказал:

– Я одну службу назову, не знаю, понравится ли тебе. Каждый день твоей дочери подают плов, – так назначим его, чтобы он приносил плов из кухни и подавал дочери твоей. Жалованье положим ему в месяц столько-то.

Царь согласился.

Искендеру сказали, что за это дело ему положат в месяц двести рублей. Искендер согласился. Приготовили утренний плов, дали ему и сказали: – Неси! – Искендер понес плов, когда вошел, девушка, увидя его, от всего сердца в него влюбилась. Искендер принес плов, поставил перед девушкой.

Девушка сказала:

– Эй, юноша, садись, побеседуем!

Искендер отказался.

Девушка сказала:

– Весь свет говорит: только бы увидеть эту девушку, а ты не хочешь сесть со мной и побеседовать.

Искендер сказал:

– Нет, я пойду, – он вышел и вернулся, – в полдень опять принес плов, но уже поставил его не перед девушкой, а поодаль. Девушка сколько его ни просила: – Юноша, иди сюда, иди сюда! – Искендер даже не посмотрел на нее и вышел в дверь. И теперь всегда, принося плов, оставлял его перед дверью. Служанки приносили его госпоже. Сколько ни старались, Искендер не входил в комнату. Целый месяц так продолжалось, всегда он оставлял плов перед дверью.

Когда прошел месяц, Искендер заболел. Пошел к Яхье и сказал:

– Брат, я заболел, пока я выздоровлю, носи этот плов ты.

Когда Яхья принес плов и поставил его перед девушкой, она схватила его за руку и сказала:

– Иди, побеседуем.

Яхья сел. Начали беседовать. Ежедневно относил он плов, и они вели самую тонкую беседу. Когда прошло пятнадцать дней, Искендер сказал:

– Брат, я уже здоров. Ты иди по своим делам, а кушанье я теперь сам буду носить.

Искендер отнес, поставил кушанье опять около двери и хотел уйти, девушка сказала:

– Ох ты, сын беспутника и сам беспутник, только вчера еще со мной беседовал, что же случилось сегодня?

Искендер тотчас же прикусил себе палец и сказал:

– Да, теперь дело уже иначе обстоит.

Искендер пришел к везирю и сказал:

– Брат, твой государь шлет привет тебе. Я же сын такого-то царя. Теперь я хочу уйти.

Везирь взял с собой Искендера, пришел к царю и сказал:

– Владетель мира, этот юноша сын такого-то царя, теперь он хочет уехать.

Царь сказал:

– Тогда пусть женится на моей дочери и царствует вместо меня!

Сколько ни умоляли, Искендер сказал:

– Нет, я поеду.

Ему дали подобающую царям одежду, устроили ему баню и с отрядом войска отправили его в путь в его родной город.

С войском пустился он в путь. Доехал до своего города. Царь того города, куда приехал Искендер, умер, вместо него царствовала его дочь. Этой девушке сообщили, что какое-то войско прибыло и наводнило город. Девушка послала человека узнать, по какому делу прибыло войско. Человек пришел, Искендер сказал: —Нет, мы прибыли не по какому-нибудь делу, я сын царя, еду в свою страну. – Этот ответ передали девушке. Девушка сказала: – Тогда пусть он будет моим гостем! – Пришли, сказали Искендеру, что госпожа хочет принять его в качестве гостя. Пришли с Искендером. Девушка с Искендером побеседовали, поели плова и прочего. Девушка сказала: – Искендер, отец мой умер, вместо него царствую я, женись на мне и царствуй ты! – Искендер согласился. Потом он отпустил войско и велел привести муллу, который и обвенчал девушку с Искендером. Справили свадьбу. Женившись на девушке, он стал царствовать. Однажды ночью услышал он, что стучат в дверь.

Искендер надел свои доспехи, нарядился целиком в сталь, открыл дверь и увидел, что это брат его – Яхья. Яхья сказал: – Брат, один царь прислал к нашему царю богатыря. Просит у царя его дочь и право на сбор податей в течение семи лет. – А жена Искендера об этом ничего не знала, она спала. Искендер сказал: – Брат, иди разденься потихоньку и ложись в мою постель, а я пойду, и пусть будет, как угодно небу.

Искендер пустился в путь. Яхья разделся, положил саблю между женщиной и собою и заснул. Искендер смешал ночь с днем, день с ночью. Приехал в тот самый город и увидел, что народ собрался на площади и закрепляет печатью договор о том, что новому царю дается право на сбор податей в течение семи лет и выдается за него царская дочь. Ждал, ждал, когда же договор дошел до него, взял, разорвал на четыре части и бросил на землю.

Богатырь бросился к царю:

– Вот как, ты велел разорвать договор!

Полагали, что это Яхья, ибо они настолько друг на друга были похожи, что нельзя было разобрать, кто из них Яхья, а кто Искендер. Искендер сказал:

– Владетель мира, какого твоего богатыря я убил, каких твоих людей я перебил?

Царь сказал:

– Ничего не поделаешь, Яхья, встань, выходи на площадь!

Искендер обнажил свою саблю, взял ее в руку, захватил щит, поднялся на ноги; богатырь тоже встал. Пришли на площадь. Богатырь сказал:

– Чья очередь – твоя или моя?

Искендер сказал:

– Я всегда даю очередь врагу! Очередь твоя.

Искендер поднял щит над головой, этот богатырь трижды ударил саблей по голове Искендера. Искендер встряхнулся, вышел из-под щита и сказал: – Я не кузнечная наковальня, чтобы ты на моей голове обучался кузнечному делу. Подними свой щит над головой. – Богатырь поднял щит над головой. Искендер сказал: —Ты трижды ударил саблей по моей голове. Два удара прощаю тебе, только один раз ударю саблей!

Искендер поднял саблю и так ударил, что разделил богатыря на две части, они упали в разные стороны, кровь его потекла в ад.

Тотчас народ стал поздравлять Искендера.

Царь сказал:

– Эй, кто меня любит, каждый пусть даст Яхье по халату.

Каждый дал Искендеру по халату. Искендер послал собранные халаты в дом Яхьи. Царь привел одного ученого муллу и обвенчал свою дочь с Яхьей. Одну только ночь остался Искендер, а на другой день пустился в путь.

Прибыл в свой город, потихоньку постучался в дверь. Тотчас Яхья встал, оделся, открыл дверь, увидел, что это Искендер. Спросил:

– Брат, чем кончился бой?

Искендер сказал:

– Брат, я богатыря убил, обвенчал тебя с девушкой и сколько ни дали халатов, отправил тебе домой.

Яхья сказал:

– Брат, в душу не проникнешь! Пойдешь к твоей жене, тогда узнаешь.

Искендер, придя домой, тоже разделся, вошел к своей жене. Жена на него рассердилась, сказала:

– Сколько дней кладешь между нами саблю, а теперь пришел.

Повернулась, произнесла заклинание, превратила Искендера в препротивное животное и вызвала в нем такой голод, что он никогда не наедался, что бы ни ел.

Жена тотчас оделась, позвала слуг:

– Эй, собачьи дети, что это за животное вы привели? Зачем оно здесь?

Слуги увидели в самом деле презренное, безобразное животное. Все взяли палки, отколотили его и выгнали из города. Он ушел, добрался до леса и сколько ни ел фруктов, чувствовал, что все же умирает от голода. Но пусть он здесь останется; расскажу вам теперь про Яхью.

Пришел он, добрался до дома, увидел, что в доме от халатов места нет. Царь же прислал человека сказать, чтобы он готовился к свадьбе. Приготовился он к свадьбе, семь дней и семь ночей свадьбу играл, привез в жены себе дочь царя… Прошло пятнадцать дней, и царь умер. Сделали Яхью вместо него царем. Но пусть он здесь останется, а я вам сообщу про Искендера.

Искендер переходил из одного леса в другой и наконец добрался до леса около того города, где жил Яхья. Яхья же царю поминки устраивал. Послал в лес людей и велел рубить дрова. Искендер одного из них позвал и спросил:

– Для чего вы рубите столько дров?

Этот человек посмотрел, увидел, что это презренное животное, испугался и убежал. Искендер сказал:

– Не бойся, я не людоед, ответь мне на мой вопрос.

Этот человек встал в стороне и сказал:

– Наш царь умер, Яхья вместо него царствует, теперь царю поминки устраивает.

Искендер сказал:

– Когда Яхья будет ходить среди людей и смотреть, у кого плова мало, с маслом ли или без масла, тогда схвати его за фалды платья и скажи, что в таком-то лесу есть одно животное, ради души Искендера пусть он насытит его.

Когда Яхья проходил среди людей, этот самый человек схватил его за руку. Яхья сказал:

– Что скажешь, дитя, мало у тебя плова, с маслом он или без масла?

Тот ответил: – Нет, в таком-то лесу есть одно животное, оно говорит: «пусть Яхья ради души Искендера накормит меня».

Тотчас Яхья сказал:

– Ай, подите, приведите его сюда.

Пошли, привели. Дали одну тарелку плова – съел. Сказал:

– Ради души Искендера насыть меня. – Еще дали и так два, три раза. Наконец увидели, что в кухне не остается больше плова.

Яхья пришел, сказал: – Открой мне тайну, скажи, кто ты и что ты?

Тотчас он открыл ему тайну и сказал:

– Я – Искендер, женщина, моя жена, навлекла на мою голову эту беду.

Тотчас же Яхья собрал всех магов, астрологов, докторов, но они не могли его излечить. Один из них сказал:

– В таком-то месте есть один старый маг, он такой старый, что не может двигаться. Если это возможно, то только он один может его исцелить. – Пошли, привели мага, он посмотрел и сказал: —У меня в таком-то месте есть одна книга, если она цела, тогда возможно для него излечение, если же ее нет, для него исцеления нет.

Принесли эту книгу. Посмотрел маг в книгу и научил Яхью одному заклинанию. Сказал:

– Прочтешь это заклинание, поведешь его в баню, выкупаешь. Тогда он выйдет из этой оболочки, примет свой прежний вид. – Повели его в баню, Яхья прочел заклинание. Искендер принял свой прежний вид. Принесли одежду, одели его, пришли домой.

Яхья сказал:

– Брат, сколько войска хочешь, оно будет готово!

Искендер сказал:

– Нет, мне войска не надо.

Надел он оружие, взял свою саблю и щит, отправился в путь, смешав ночь с днем, день с ночью, и прибыл в свой дом. Закинул веревку, перелез через стену. Вошел в комнату, увидел, что жена лежит на диване. Он обнажил саблю и так ударил, что вместе с диваном разрубил ее на четыре части и свалил на землю. Надел свою царскую одежду, взошел на престол.

Через несколько дней послал он человека к пастуху и велел сказать, что царь нынче будет у него в гостях. Передали пастуху эту весть. Пастух приготовил плов и прочее, велел разостлать в саду ковры, разложить тюфяки; купил на базаре все, что нужно, пригласил в сад подобающее царю общество. Царь пришел и, когда наступило время еды, он увидел, что отец его несет в руках афтабу и леен, а мачеха – на красиво убранном подносе несет в руках плов. Пришли, поклонились Искендеру. Стали просить извинения. Искендер встал на ноги и сказал:

– Дорогой отец, не подобает, чтобы отец своему сыну на руки поливал воду, я твой сын Искендер!

Тотчас же мачеха бросила на землю плов, который был у нее в руках. Сказала:

– Ого…, собачий сын теперь будет надо мной царствовать!

Искендер приказал тотчас вызвать палачей и сказал:

– Выведите ее со двора, отсеките ей голову, пускай собаки пожрут ее тело.

Потом велел принести царскую одежду, приказал отца выкупать, одеть, повел его к себе и сказал:

– Отец, пока я жив, ешь, пей, наслаждайся! Ни о чем не думай!

Он ел, отошел в землю, вы же ешьте, предавайтесь жизни. С неба упало три яблока: одно – мое, второе – мое собственное и третье – рассказчика сказки.

Девушка из граната

У какого-то царя был сын. Однажды ночью во сне царевич влюбился в девушку из граната. Проснувшись утром, царевич позвал своего везиря и, рассказав ему свой сон, приказал ему пойти и добыть ему девушку из граната. Везирь заявил, что всякое другое приказание его он может исполнить, но доставить девушку из граната он никак не может, Так как она находится среди дивов. Тогда царевич ответил ему, что он во что бы то ни стало должен это сделать, в противном же случае он прикажет отсечь ему голову. Везирь принужден был согласиться.

Итак, дав везирю большую сумму денег, царевич снарядил его в путь. Везирь пошел на базар, купил большое количество сакыза и, пройдя некоторое расстояние, дошел до одного дома. Войдя в него, везирь увидел, что там сидит старуха, у которой нижняя губа ползет по земле, а верхняя доходит до неба.

При виде его старуха обрадовалась и сказала:

– Войди, мой милый, как хорошо, что ты пришел; вот уже шесть месяцев, как я не ела человечьего мяса. Подойди скорее, чтобы я тебя съела, не то придут мои сыновья, отнимут тебя, съедят и мне ничего не достанется.

Услышав эти слова, везирь бросил в рот старухе немного смолы. Старуха начала жевать смолу и уже пожалела везиря и не стала его есть. Везирь же знал магию. Поэтому, когда уже осталось немного времени до прихода сыновей старухи, он произнес магическое заклинание и, превратившись в шило, залез в щель. В это время сыновья, войдя в дом, стали кричать:

– Мать, пахнет человечьим мясом, пахнет жирным миндалем; пришел бы мул, оставил бы копыта, прилетела бы птица, оставила бы крылья; скажи же, кто приходил сюда?

Старуха ответила, что никто к ней не приходил, что, наверное, они сами, бродя по горам и камням, нашли и съели человечье мясо, запах которого и исходит из их рта; если бы и пришел сюда человек, она сама съела бы его, а им бы не оставила.

Сыновья старухи поверили ее словам и легли спать. На другой же день они пошли по своим делам. Тогда везирь снова превратился из шила в человека и спросил у старухи дорогу, по которой ему нужно итти, и та указала ему дорогу на запад.

Везирь продолжал свой путь. Спустя некоторое время он дошел до одного дома. Войдя в него, он увидел, что и здесь сидит старухаг нижняя губа которой ползет по земле, верхняя же достигает неба. Увидев его, старуха сказала – Хорошо, что ты пришел: уже шесть месяцев я не ела человечьего мяса. Подойди ко мне, я тебя съем, не то придут мои сыновья и отнимут тебя.

Старуха уже хотела съесть везиря, но он бросил ей в рот кусок смолы. Старуха начала жевать смолу, пожалела везиря и не убила его. Так как скоро должны были притти ее сыновья, она предложила везирю спрятаться. Везирь прочел чудодейственную молитву и превратился в кусок ковра. Старуха отнесла этот кусок и спрятала в кусты. В это время пришли сыновья старухи и, входя в дом, стали кричать: – Мать, пахнет человечьим мясом, пахнегг жирным миндалем; пришел бы мул, оставил бы копыта, прилетела бы птица, оставила бы крылья; скажи же, кто приходил сюда?

Мать же ответила им, что никто к ней не приходил, что, наверное, сами же они, бродя по горам и камням, нашли человека и съели его и что запах человечьего мяса идет из их рта; если бы был человек, она сама бы съела, а не дала им.

Сыновья поверили словам своей матери, легли спать и на другой день пошли по своим делам. Везирь же снова превратился из куска ковра в человека и спросил старуху, по какой дороге ему нужно итти. Старуха указала ему дорогу на запад. Пройдя некоторое время по дороге, везирь опять дошел до одного дома. Войдя в него, опять он увидел там сидящую старуху, нижняя губа которой ползла по земле, а верхняя доходила до неба. При виде везиря старуха обрадовалась и сказала ему: —Милый мой, добро пожаловать, уже шесть месяцев как я не ела человечьего мяса; приди, я тебя съем, не то сейчас придут мои сыновья, отнимут тебя и ничего мне не достанется.

Старуха уже собиралась съесть везиря, но он быстро бросил ей кусок смолы. Старуха занялась жеванием смолы, пожалела и не убила его.

Когда же наступило время прихода сыновей старухи, везирь прочел чудодейственную молитву и, превратившись в муху, залез в щель. Сыновья же старухи, войдя в дверь, также начали кричать – Мать, пахнет человечьим мясом, пахнет жирным миндалем; пришел бы мул, оставил бы копыта, прилетела бы птица, оставила бы крылья, скажи же, кто пришел сюда?

В ответ на это мать сказала им, что к ней никто не приходил и что, вероятно, сами они, бродя по горам и камням, нашли и съели человека, запах которого и остался у них во рту.

Сыновья поверили словам матери, легли спать, а утром, проснувшись, пошли по своим делам. Везирь же снова превратился в человека и спросил у старухи, где находится девушка из граната. Старуха ответила ему:

– Добыть ее очень трудно, ты откажись от этой мысли, иначе дивы убьют тебя.

Везирь ответил, что он во что бы то ни стало должен найти ее.

Старуха поняла, что другого исхода нет, и так объяснила ему местопребывание девушки из граната:

– Недалеко отсюда находится сад, а в том саду – гранатовое дерево, на верхушке которого растут три граната; но дерево сторожат дивы. Ты должен так сорвать эти гранаты, чтобы дивы этого не заметили.

Услышав это, везирь пошел по дороге и достиг указанного сада. Он посмотрел из-за стены и увидел, что действительно там сторожат дивы. Одолеваемый страхом, он прочел чудодейственную молитву и, превратившись в комара, спрятался в стене. В полночь, когда дивы уснули, он вошел в сад тайком и, сорвав все три граната, бросился бежать. Спустя некоторое время он подошел к своему городу. Присев на землю, он сперва разделил на три части первый гранат, но из него ничего не вышло. Он разделил второй гранат и из него тоже ничего не вышло. Когда же он разделил третий гранат, из него вышла красивая девочка, которая тотчас же выросла и сделалась бесподобной пятнадцатилетней красавицей.

Везирь хотел было ее повести к царевичу, но красавица стала его упрашивать, чтобы он не вел ее в таком виде, а принес бы ей одежду и сыграл бы раньше свадьбу.

Везирь усадил красавицу на верхушке чинары, а сам пошел в город и рассказал о происшедшем сначала своим домашним, а затем царевичу. Стали готовиться к свадьбе.

Между тем служанка везиря, взяв посуду, пришла за водой к находящемуся у названной чинары колодцу. Посмотрев в воду, она увидела там изображение какой-то прекрасной девушки. Тогда она посмотрела наверх и увидела, что на чинаре сидит бесподобная красавица. Служанка знала, в чем дело; она тоже полезла на верхушку чинары. Побеседовав немного с девушкой из гранаты, она вдруг толкнула ее и, свалив в колодец, сама села на ее место. Девушка же из граната, выйдя из колодца, недалеко от него превратилась в розовый куст.

Между тем царевич уже приготовился к свадьбе. Он взял одежду и вместе с везирями, векилами и большой свитой отправился за девушкой из граната. Когда же они пришли, увидели, что на верхушке дерева сидит черная девушка. Тогда царевич обратился к везирю с вопросом: – Отчего эта девушка такая черная?

Удивленный везирь ответил – Она была голодна и сидела под солнцем, вот поэтому она и почернела.

Они взяли с собой черную девушку, отправились в город, сыграли свадьбу и выдали ее за царевича. Везирь же нарвал с выросшего у чинары куста букет роз и принес его домой. На другой день он отослал букет черной девушке, теперь уже жене царевича. Она взяла букет и выбросила его из окна. Упав на землю, букет превратился в чинару.

Спустя год у царевича родился от черной девушки сын. Жена царевича сказала ему, чтобы он велел срезать чинару и сделать из нее колыбель для ребенка. Царевич согласился, велел срезать чинару и выпилить из нее доски. Однажды какая-то старуха взяла одну из этих досок, отнесла к себе домой и положила к себе на полку.

Старуха эта покупала на базаре шерсть, пряла ее, продавала и этим содержала себя. Однажды она купила немного шерсти, принесла ее домой, а сама пошла к соседям.

В это время принесенная ею доска превратилась в девушку, которая встала, подмела комнату, дунула в одну сторону – получился рис, дунула в другую – получилось масло; она взяла то и другое, приготовила хороший плов, съела немного сама, остальное оставила. Затем она вычесала и выпряла всю шерсть и, вновь сделавшись доской, заняла на полке свое место.

Старуха, придя домой, увидела, что комната начисто выметена, шерсть вся вычесана и выпрядена; она посмотрела на огонь и увидела там готовый плов. Старуха очень удивилась, отнесла пряжу на базар и продала.

На следующий день все это повторилось. Наконец старуха пошла и рассказала обо всем своим соседям. Соседи посоветовали ей спрятаться дома и проследить. Старуха последовала этому совету и на следующий день, сделав вид, что идет на базар, спряталась в углу комнаты. И вдруг она увидела, что принесенная ею из дома царевича доска превратилась в девушку. Убрав комнату, девушка вычесала и выпряла шерсть, затем дунула в одну сторону – получилось масло, дунула в другую, – получился рис, взяла приготовила плов, съела немного сама, а остальное опять поставила на огонь. В это время старуха быстро вышла из того места, где она пряталась, и поймала девушку. Та стала ее упрашивать, чтобы она никому ничего не говорила про виденное. Старуха успокоила ее, обещала никому не рассказывать. Она попросила девушку остаться у нее и помогать ей; девушка согласилась.

По городу однажды разнесся слух, что сын царя хочет отправиться в Мекку и поэтому он раздает народу лошадей, обещая каждому, кто получит лошадь, большую сумму денег с условием, чтобы тот в течение одного месяца хорошо смотрел за порученной ему лошадью. Когда девушка из граната услышала эту весть, она стала просить старуху, чтобы та взяла у царевича для содержания одну лошадь. Старуха сказала, что у них нет ни сена, ни ячменя, ни конюшни. На это девушка ответила, что старухе достаточно только пойти и привести лошадь, остальное же устроит она сама. Старуха пошла и попросила дать ей лошадь. Ей дали тощую лошадь, которую она и привела дом» й. Когда девушка из граната увидела лошадь, она дунула в одну сторону – получилась конюшня, дунула в другую – получились ячмень и сено. Она повела лошадь в конюшню и начала ухаживать за ней. По истечении месяца стали собирать лошадей. Когда царевич осмотрел лошадей, ни одна1 из них ему не понравилась. В это время царевичу сообщили, что еще одна лошадь осталась у какой-то старухи. Немедленно пошли за этой лошадью. Когда люди царевича стали стучаться в дверь старухи, она вышла им навстречу и, узнавши, что пришли за лошадью, пошла и сообщила об этом девушке из граната, и та сказала, чтобы старуха отдала лошадь. Люди вошли в конюшню, но лошадь не подпустила их близко к себе. Того, кто подходил спереди, она кусала зубами, того же, кто подходил сзади – била копытом. Никак лошадь взять не могли, пошли и сообщили об этом царевичу. На этот раз сам царевич пришел с людьми, но сколько они ни старались, не могли вывести лошадь из конюшни. Наконец, позвали старуху и сказали ей, пусть придет тот, кто смотрел за лошадью и выведет ее из конюшни. Тогда девушка из граната, чтобы никто ее не узнал, накинула на голову кусок ковра, пришла, вывела лошадь из конюшни и передала ее царевичу. Таким образом удалось кое-как вывести лошадь.

В то время был такой обычай, что царевичи, отправляясь в Мекку, надевали вышитое сверху жемчугом и бусами платье. Поэтому царевич, купив себе одежду, отдал приказ, чтобы сколько ни есть в городе женщин, искусных в вышивке, явились и вышивали его одежду жемчугом и бусами. Когда девушка из граната услышала об этом, стала упрашивать старуху, чтобы та разрешила ей пойти и тоже вышивать платье царевича жемчугом и бусами. Старуха согласилась. И вот женщины и девушки стали собираться в доме царевича. Жена царевича принесла платье, жемчуг и бусы и положила их посередине. Тогда женщины, по очереди напевая песни, начали вышивать. Когда очередь дошла до девушки из граната, она запела:

Была я девушкой из граната.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Была я румянее яблока.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Полезла я на верхушку дерева.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!

Услышав эти слова, жена царевича, бывшая служанка, поняла их смысл и уже предвидела свою гибель. В это время царевич подошел к окну и начал прислушиваться к песням женщин. Жена его, чтобы не дать ему услышать эти слова, попросила его отойти от окна под тем предлогом, что женщины его стесняются. Царевич отошел от окна, но когда девушка из граната опять запела, он вновь подошел и стал слушать. Девушка пела:

Пришла служанка наполнить водой кувшин.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Ударила кувшин она о камень.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Подняла я ее на верхушку дерева.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!

Жена царевича увидела, что тот опять смотрит из окна. Но сколько она ни старалась, не могла удалить царевича от окна. В это время подошел и везирь и также стал прислушиваться к словам девушки. Последняя же продолжала:

Сбросила она меня с дерева в колодец.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Выросла я и стала розовым кустом.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Нарвали с меня букет из роз.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Принесли меня в царский дом.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!

Когда везирь услышал эти слова, он сказал царевичу, что это и есть та самая девушка, которую он привел, и предложил ему послушать, что скажет она дальше. Девушка продолжала:

Выбросила она меня из комнаты в пепелище.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Выросла я и сделалась чинарой.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Одну из досок моих унесла старуха.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!
Теперь же пришла я набирать жемчуга.
Набирайтесь мои жемчуга, набирайтесь!

Везирь сказал царевичу, что это несомненно и есть приведенная им девушка. Отпустили тотчас же всех остальных женщин, оставили только одну эту девушку. Везирь спросил ее, не она ли девушка из граната, и получил ответ, что она и есть та самая девушка, и она рассказала им от начала до конца все происшедшее с ней. После этого, справив в сорок дней и сорок ночей свадьбу, выдали девушку из граната за царевича. Черную же девушку, служанку, привязали к хвосту необъезженной лошади. Лошадь, ударяя ее на бегу о камни, разорвала и разнесла ее на части.

Женщина, вышедшая из камыша

Жил когда-то царь, у царя был сын. Однажды этот царь захотел женить своего сына и, позвав его к себе, сообщил ему свое намерение. Сын ответил ему, что он видел во сне, будто он должен жениться на женщине из джинов, и поэтому, если он хочет женить его, то пусть женит на женщине из джинов. На это отец ответил, что нет никакой возможности найти женщину, о которой его сын говорит. Тогда сын сказал, что ни на ком другом он не женится.

После этой беседы царевич день и ночь стал думать о том, каким бы образом жениться ему на женщине из джинов. И вдруг он вспомнил, что в этом городе есть одна старуха, влезающая в кюп, которая одна только и может помочь его горю. Он отправился к ней и рассказал свое горе. Старуха попросила его дать ей один день сроку, чтобы обдумать это дело. Когда же на следующий день царевич пришел к ней, она сказала: – Сын мой, я нашла средство помочь твоему горю, однако тебе придется перенести большие трудности.

Когда же юноша заявил ей, что для достижения своей цели он готов на всякие жертвы, старуха сказала:

– Сын мой, раз дело обстоит так, то ты должен взять с собой продовольствия на семь месяцев и итти все время на запад. Там есть один див, на ноге у него гнойная рана. Он не может ходить и день и ночь стонет от сильной боли. Ты должен пойти и найти этого дива и тайком, саблей, проколоть ему рану. Однако, пока он будет в гневном состоянии, не показывайся ему на глаза, беги и спрячься где-нибудь в стороне. Когда же он поклянется духом своей матери, что не тронет тебя, тогда выходи и расскажи ему свое горе. Он найдет средство помочь тебе в твоем горе.

Царевич дал старухе некоторую сумму денег и, вернувшись, рассказал все это своим родителям. Затем взял с собой продовольствия на семь месяцев, сел на свою лошадь и отправился в путь, по направлению к западу. После шести месяцев пути он услышал стоны дива. Страх овладел юношей. Но все же он доехал до места, где находился див. Дождавшись того времени, когда див заснул, он обнажил саблю, воткнул ее в ногу дива и проколол его рану. От чрезмерной боли див стал кричать и захотел было подняться на ноги, но не смог и упал. Юноша же убежал и спрятался в укромном месте. Спустя некоторое время боль у дива совершенно прекратилась, и он крикнул: – Эй, проколовший мою рану, где ты, выходи, я ничего тебе не сделаю!

Но юноша не выходил из того места, где он спрятался, и див крикнул снова: —Эй, тот, кто проколол мою рану, в каком ты месте, выходи! Клянусь духом своей матери, я не буду тебя мучить.

Услышав эти слова, юноша вышел из того места, где он спрятался. Он рассказал диву от начала до конца происшедшее с ним и стал умолять его помочь его горю.

Див засмеялся в ответ на слова юноши и сказал: – Я охотно помогу твоему горю. Смотри, отсюда по направлению к западу течет речка, на берегу этой речки растут три камыша. Срежь один из них, внутри его живет красивейшая девушка. Однако не разрезай его по дороге, разрежь его только придя домой. И тогда изнутри его выйдет красавица, о которой я говорю. – Поблагодарив дива, царевич отправился в путь. Дойдя до камыша, о котором говорил ему див, он срезал его и, взяв с собой, пустился в обратную дорогу. Пройдя некоторое время, он стал раздумывать, правду ли говорил див? Не лучше ли разрезать этот камыш и посмотреть, что из него выйдет? Когда же он разрезал камыш, из него вышла прекрасная девушка, которая, повернувшись к нему лицом, сказала – Вероломный юноша, для чего ты разрезал камыш посреди этой дороги, как же ты теперь поведешь меня в город?

Юноша ответил: – Не бойся, моя возлюбленная, я спрячу тебя на верхушке одной чинары, затем пойду домой и, забрав войско, приду и торжественно возьму тебя с собой.

Итак, сговорившись с девушкой, царевич поднял ее на верхушку чинары, а сам отправился в город.

Когда же девушка сидела на верхушке чинары, ей сильно захотелось пить. И вот она увидела, что какая-то черная девушка идет с посудой в руке за водой. Красавица окликнула ее с чинары и попросила дать ей немного воды, чтобы напиться. Пришедшая за водой девушка, оказывается, знала, в чем дело. Она сказала, чтобы красавица привязала один конец своего келагая к шее, а другой опустила бы вниз, что к нему она привяжет кувшин, а красавица потянет его наверх. Красавица так и поступила. Тогда черная девушка, потянув, свалила ее в море. Когда красавица упала в море, ее проглотила какая-то рыба. Черная же девушка влезла и сама села на верхушке чинары.

Спустя некоторое время царевич, придя с войском, увидел, что вместо оставленной им прекрасной девушки сидит на верхушке чинары какая-то черная девушка. Не находя другого выхода, он взял ее с собой и пришел домой.

И когда однажды повели на водопой лошадь царевича, она, испугавшись чего-то, не стала пить воды. Посмотрели и увидали, что она пугается какой-то рыбы. На следующий день лошадь опять испугалась и не стала пить воду. И так продолжалось все время, пока, наконец, царь не велел ловцам и рыбакам поймать эту рыбу. Когда же поймали эту рыбу, увидели, что это на редкость красивая рыба; Сделали для нее бассейн и пустили ее туда плавать.

Каждый раз при виде царевича рыба поднималась на поверхность воды и, как птица, начинала петь. Увидев это, чёрная девушка поняла, что тут есть какая-то тайна, иначе рыба не пела бы, как птица. Поэтому она притворилась однажды больной и заявила царевичу, что ей нужно съесть эту рыбу. И сколько царевич ни говорил ей, что это красивая рыба и что он купит ей на базаре и принесет другую рыбу, которую бы она и съела, черная девушка не соглашалась на это. Наконец он решил убить рыбу. Тогда черная девушка поручила повару таким образом убить рыбу, чтобы ни одна капля ее крови не упала на землю. Повар согласился на это. Однако, когда убивали рыбу, каким-то образом одна капелька крови от нее попала на какой-то лист. И этот лист на том же самом месте превратился в чинару. И когда временами царевич проходил мимо этой чинары, одна какая- нибудь ветка всегда обвивала ему шею.

Черная девушка поняла, что эта чинара выросла из крови той самой рыбы. И однажды она сказала своему супругу, чтобы он велел «срезать эту чинару и сделать из нее люльку для ребенка, и после неоднократных настояний она принудила его согласиться на это. Когда же стали срезать дерево, она поручила дровосекам и столярам таким образом срезать его, чтобы ни одна щепка от него не упала в сторону.

Но случилось так, что когда срезали дерево, одна щепка упала на улицу. И какая-то собирающая щепки старуха взяла ее и, принеся к себе домой, бросила в груду других щепок.

Старуха эта уходила каждый день на работу. И всякий раз, возвращаясь с работы, она видела, что дом ее подметен и убран, кушанье приготовлено, некоторая часть его съедена, а другая оставлена для нее. И хотя старуха очень удивлялась этому, но никак не могла понять, кто это делает. Наконец она рассказала об этом своим соседям. Те посоветовали ей спрятаться дома и проследить. Поэтому старуха, не пойдя однажды на работу, спряталась в одном месте и стала следить. И вот она увидела, что щепка от той самой чинары бросилась в сторону и, сделавшись девушкой, начала подметать и убирать дом. Старуха быстро выбежала и поймала девушку. Девушка стала ее умолять, чтобы она, старушка, не выдавала никому ее тайны, и сказала, что она сама расскажет ей все пережитые ею приключения. И когда старуха дала ей слово, что никому не скажет, девушка рассказала ей от начала до конца все свои приключения.

Когда старуха узнала все это, она удочерила девушку, и с того времени они жили вместе. Через некоторое время девушка умерла. Умирая, она завещала, чтобы ее положили в какой- нибудь склеп, но чтобы сверху ее не закапывали. Старуха исполнила завещание девушки.

Однажды царевич, проходя мимо того самого склепа, услышал, что кто-то из склепа зовет его по имени. Вернувшись, он вошел в склеп, и, увидя, что там лежит какой-то труп, подумал, что наверное это ему почудилось, вышел и отправился обратно по дороге. Спустя; несколько дней, когда царевич опять проходил мимо того самого склепа, его вновь позвали по имени. Когда же он вошел в склеп, девушка воскресла и села и, когда царевич ее узнал, она рассказала ему пережитые ею приключения.

Царевич хотел взять девушку к себе домой, но она заявила ему, что в то время, когда черная девушка сбросила ее с чинары, у нее на шее был один ключ, который черная: девушка взяла у нее. Если он не принесет ей этот ключ, она с ним не может пойти.

Таким образом, царевич оставил красавицу здесь на месте, а сам отправился домой и, обнажив саблю, сказал черной девушке: —Если ты не отдашь мне ключ, который ты отвязала с шеи сброшенной тобой с чинары девушки, то я сейчас же убью тебя!

Черная девушка, испугавшись, отдала ключ юноше, который быстро пошел с ним к девушке, вышедшей из камыша. Отдав ей ключ, он забрал ее с собой и пришел обратно домой. Затем он привязал черную девушку к хвосту шальной лошади и пустил ее. Лошадь же, волоча и ударяя черную девушку о землю, убила ее.

Младший царевич

Жил-был царь. У этого царя был прекрасный виноградный сад. Однажды царь, гуляя в саду, заметил, что виноградные лозы поломаны и много винограда сорвано и унесено. Царь вызвал к себе садовника и спросил его, в чем дело. Садовник сказал, что он ничего не знает. Царь приказал, чтобы по ночам оставляли в саду караульщика и поймали бы воров. Но сколько караульщиков ни оставляли в саду, все они ночью засыпали, и вор все же приходил и портил сад.

У царя было три сына. Однажды царь вызвал к себе старшего сына, рассказал ему, в чем дело, и приказал ему ночью караулить в саду и поймать вора. Старший сын пошел в сад, но через несколько часов ночью, одолеваемый дремотой, заснул. Когда же наступило утро, увидели, что сад опять попорчен. Во вторую ночь царь послал среднего сына. Но и этот, спустя немного времени заснул, а вор, придя снова в сад, сделал что ему было угодно. На третью ночь царь послал младшего сына. Этот же, чтобы не заснуть, порезал один из своих пальцев и посыпал рану солью. И вот ночью он увидел, что в сад пришел огромный див. Теперь царевич узнал, кто портил лозы и крал виноград. Быстро прицелившись, он пустил в дива стрелу. Но стрела не попала в цель. Див же, почуяв присутствие в саду человека, убежал. Царевич стал его преследовать. Они достигли большого камня. Царевич увидал, что див быстро поднял камень. Под камнем была яма. Див спрыгнул в яму, а камень положил на прежнее место. Увидев это, царевич вернулся домой, рассказал все братьям, взял с собою веревку и пришел вместе с братьями к яме. Царевич схватился руками за камень, поднял его и бросил в сторону от ямы; затем обвязал себя веревкой и спустился в яму, а братья, оставшись около ямы, стали его дожидаться. Опустившись на дно ямы, царевич развязал веревку и пошел по дороге. Через некоторое время он достиг одного дома. Войдя во внутрь, он увидел, что на одном диване сидят три красивые девушки. При виде его девушки, испугавшись, сказали ему – Юноша, как ты осмелился притти сюда! Здесь жилище дива. Когда див проснется, он предаст тебя лютой смерти.

Царевич сказал: —Я слышал, что душа дива находится в стеклянном сосуде. Укажите мне, где этот сосуд, и я убью дива, избавлю вас от него и выведу отсюда.

Самая младшая из девушек, красивее всех остальных, встала и указала ему, где стеклянный сосуд. В это время див увидел во сне, что стеклянный сосуд, в котором находится его душа, попал в руки человека. Быстро проснувшись, он побежал в дом, где находился царевич, который уже хотел было взять в руки стеклянный сосуд и ударить его о камень, как див настиг его и вступил с ним в 'борьбу. Поборовшись некоторое время, царевич улучил минуту и ударил стеклянный сосуд о камень. Сосуд разбился вдребезги, див упал и умер. После этого царевич забрал с собой девушек и пошел к яме. Связав веревкой старшую девушку, он дал знать братьям, чтобы те тащили ее. Затем он связал веревкой среднюю девушку, которую братья также вытащили. Когда очередь дошла до младшей девушки, та сказала: – Я красивей их всех; если твои братья увидят меня, они уже ре поднимут тебя наверх и ты здесь погибнешь. Лучше сперва выходи ты сам, а затем вытащишь и меня.

Царевич не согласился на это.

Тогда девушка ему сказала:

– Если братья не вытащат тебя наверх, иди направо от ямы. Навстречу тебе выйдут два барана, – один белый, а другой – черный. Постарайся сесть на спину белого барана, тогда он сбросит тебя в мир света и ты придешь и найдешь нас; если же сядешь на спину черного барана, он сбросит тебя в мир мрака.

После этого братья вытащили младшую девушку. Когда же очередь дошла до царевича, то они, подняв его до половины ямы, перерезали веревку, и он упал на дно. Братья царевича забрали с собой девушек и, придя к отцу, сказали ему:

– Наш младший брат погиб в борьбе с дивом. Мы же убили дива и спасли девушек.

Царь поверил словам своих сыновей.

Царевич же, после того как он упал на дно ямы, отправился в путь, как ему советовала девушка, направо от ямы.

Пройдя некоторое время, он встретил двух баранов – одного черного, а другого белого. Царевич хотел было броситься на спину белого барана, но черный баран подставил свою спину вперед, и царевич попал на его спину. И черный баран сбросил его в мир тьмы. Царевич немного прошел и встретил по дороге девушку, которая несла в руке посуду. Царевич спросил ее, что она несет. Девушка ответила, что это кушанье.

– Кому ты это несешь?

– Здесь появился дракон. Он засел у самого источника воды и никому не позволяет брать воду. Вот я теперь и несу ему эту пищу; пока он будет занят едою, я смогу наполнить свою посуду водой. И каждый день приходится делать то же самое.

Услышав эти слова, царевич сказал:

– Дай мне посуду! Я сейчас убью дракона и избавлю вас от него.

Царевич съел кушанье, убил дракона и избавил от него народ.

А девушка, увидя это, быстро обмакнула руку в кровь дракона и приложила ее к лопатке царевича.

Несколько человек, услышав эту весть, побежали к царю и сообщили ему, что они убили дракона.

Царевич же ушел отсюда и оказался у большого дерева. На верхушке этого дерева было большое гнездо, а в этом гнезде – несколько птенцов. Уставший царевич лег и заснул в тени дерева. Поспав немного, он был разбужен криком птенцов и увидел, что какая-то змея, поднявшись на дерево, хочет их съесть. Он быстро встал, убил змею и опять заснул. В это время прилетела какая-то огромная птица. Увидев заснувшего около дерева царевича, она подумала, что это он ест ее детенышей. Она уже хотела спуститься вниз и убить царевича, как ее детеныши закричали:

– Мать, не убивай его, он убил нашего врага – змею.

Услышав эти слова, птица спустилась вниз и, распустив свои крылья, покрыла царевича тенью. Когда же царевич проснулся после продолжительного сна, птица сказала ему: – Ты спас моих детенышей от врага. Теперь ты можешь требовать от меня все, что хочешь.

Царевич ответил: —Я хочу, чтобы ты вынесла меня в светлый мир! – На это птица ответила: – Найди и принеси мне барана и бурдюк молока, и я вынесу тебя в светлый мир.

После этой беседы царевич отправился к царю той страны и сообщил ему, что он убил дракона и избавил народ от бедствия. Царь не хотел этому верить. Тогда царевич попросил найти ту девушку, которая видела его борьбу и победу над драконом. По приказу царя девушку нашли, привели к царю, и та подтвердила слова царевича. Когда царь спросил девушку, как она может доказать, что дракон убит этим юношей, – она ответила: —Я обмакнула руку в кровь дракона и приложила ее к его лопатке.

Посмотрели и увидели, что на самом деле на лопатке юноши был след запачканной кровью руки.

После этого царь сказал царевичу, что он может получить от него все, что пожелает.

– Царь мой, – сказал царевич, – я ничего не прошу от тебя, кроме одного барана и бурдюка с молоком.

По приказу царя дали царевичу то, что он просил. Царевич взял с собой мясо барана и бурдюк молока и принес их птице, а та сказала ему: —Сядешь мне на спину и будешь давать мне, когда я скажу: «га» – мясо, когда же скажу: «го» – молоко, и так до тех пор, пока не вынесу тебя в светлый мир.

После этого царевич сел на спину птицы и стал давать ей каждый раз, когда она говорила: «га» – мяса, когда же она говорила:

«го» – молока. Когда уже осталось немного до светлого мира, мясо кончилось. Царевич взял нож, отрезал кусок от своей ляжки и, когда птица произнесла: «га», отдал ей.

Птица поняла, что это человеческое мясо, и, не съев, оставила во рту. Таким образом, достигли они, наконец, светлого мира. Птица спустила здесь царевича на землю. Она увидела, что царевич во время ходьбы хромает. Тотчас же достав изо рта мясо, она положила его на свое место, затем потерла рану крылом, и рана зажила.

После этого птица, попрощавшись, вернулась обратно. Царевич же отправился в путь в свою страну. Спустя некоторое время он пришел к отцу и рассказал ему про поступок своих братьев. Царь вызвал к себе сыновей и наказал их. Царевича же он назначил наследником своего престола и, сыграв свадьбу, выдал за него младшую девушку.

Царевич Газанфар

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь, по имени Мелик-Надир. Он обладал несчетными сокровищами. У него был единственный сын по имени Газанфар; дочерей же не было, так как ой, по своей жестокости, приказывал убивать их при рождении. Раз царю пришлось отправиться в дальний путь. В это время жена его была беременна; вот он и поручил своему сыну, чтобы тот, если родится дочь, немедленно убил ее. И, действительно, царица родила прекрасную дочь. По приказанию своего отца, царевич должен был умертвить ее. Но ему жаль стало сестры, и он не исполнил отцовского приказа. Через десять с лишком лет царь, наконец, благополучно возвратился в свое государство. Газанфар, узнав о прибытии отца своего, испугался и приказал царевне не показываться отцу; но скоро царь узнал обо всем и приказал отрубить сыну за ослушание голову, а также и дочери. Тогда один вельможа сказал:

– Царь, не губи своих безвинных детей такою жестокой казнью, лучше прикажи удалить их из пределов твоего государства.

Эти слова подействовали на царя, и он приказал детям оставить его царство с несколькими вельможами. Долго они шли, наконец видят, – в песчаной пустыне, у крепкой скалы, стоит маленький домик. Царевич приказывает ’сестре обождать его на некотором расстоянии от домика, а сам подъезжает к домику и видит: кругом безмолвная тишина, а внутри домика богатырским сном спят семь могучих дивов. Царевич, обнажив свой меч, перебил всех дивов и бросил их в колодец, который находился во дворе для сора. Потом он вернулся к царевне и привел ее в дом. Тут они нашли все необходимое для жизни и остались жить. Царевич каждый день ходил на охоту и всегда возвращался с богатой добычею. Во избежание всяких опасностей, царевич строго воспретил сестре бросать что-либо в колодец; но царевна, не зная, в чем дело, каждый день, в отсутствии брата, бросала в этот колодец кости, остатки хлеба и прочее.

Между тем один из дивов оказался жив и, питаясь бросаемыми остатками, приобрел прежнюю силу. Раз, когда царевна, по своему обыкновению, пришла к колодцу, она услышала какой-то невнятный голос в нем, нагнулась и увидела в нем человека, молящего о помощи.

Царевна долго была в недоумении, не зная, как ей поступить; но, наконец, она вытащила его на божий свет. Скоро они полюбили друг друга и стали злоумышлять о том, как бы погубить царевича. Раз, когда царевич пошел на охоту, див говорит царевне:

– Как только брат придет, ты притворись больной и скажи ему, что для твоего выздоровления нет другого лекарства, кроме дынь, которые растут на таком-то огороде; они вполне помогут вылечиться от этой болезни; если же он спросит, откуда ты узнала это, то скажи, что во сне видела; этот огород принадлежит главе всех дивов, и они растерзают его на клочки.

Вероломная женщина исполнила то, что сказал ей див. Добрый царевич, из любви к сестре, отправился в путь за дынею и чрез несколько дней подъехал к одному двору, окруженному со всех сторон прекрасными садами. Вдруг вышел из этого двора какой-то богатырь и направился к царевичу: между ними завязался упорный бой; наконец царевич одолел и готов был отрубить врагу голову, но в это время он заметил, что его противником была женщина. Он был поражен ее красотою и сохранил ей жизнь, а потом они полюбили друг друга. Красавица, узнав о намерении царевича, дала ему своего крылатого коня и сказала – Не бойся, поезжай, куда хочешь. Конь выручит тебя из всякой опасности.

Царевич сел на коня, который и доставил его в тот же самый день в огород с дынями.

Царевич Газанфар, взявши дыню, пустился в обратный путь. Крылатые дивы погнались было за ним, но напрасно: конь, как стрела, помчался по воздуху, и скоро они уже были в безопасности. На другой день царевич отправился домой и благополучно прибыл к сестре.

На следующий день царевич, по обыкновению, отправился на охоту, а див сказал царевне:

– Ты опять притворись больной и отправь брата за яблоком, которое растет в саду семиглавого дива. На этот раз ему не миновать смерти.

Так как царевич Газанфар с детства; питал горячую любовь к сестре, то он не мог отказать ей в просьбе и отправился за яблоком. Он прежде всего приехал к своей красавице и сказал ей о своем намерении; она не хотела было отпускать его в такое опасное предприятие, но царевич сказал, что непременно должен достать одно из этих яблок.

– Видно, сестра твоя хочет быть причиной твоей смерти, – сказала красавица, – этот сад принадлежит семиглавому диву; даже птицы не смеют пролетать над ним. Дорога, ведущая в этот сад, весьма опасна… Если ты непременно хочешь достигнуть своей цели, то садись опять на моего коня, возьми корзинку и поезжай с богом. Ты встретишь на пути собаку огромной величины и мост; собаку накорми хорошенько мясом, а мосту поклонись.

Царевич сел на коня и отправился в путь. Действительно, на дороге он встретил большую кровожадную собаку, которая готова была растерзать его, но царевич накормил ее и благополучно проехал мимо. Затем перед ним появился страшный мост; царевич приветствовал его и благополучно проехал; наконец он достиг и сада, проник в него и, наполнивши свою корзинку яблоками, быстро пустился назад. В это время в саду поднялась тревога, и дивы пустились за ним в погоню. Семиглавый див приказал мосту и собаке преградить дорогу похитителю яблок. Но ни тот, ни другой не повиновались: мост сказал, что царевич приветствовал его, а собака, в свою очередь, что он накормил ее мясом.

Таким образом, царевич проехал беспрепятственно и невредимо прибыл домой. Красавица, по советам которой поступал царевич, зная, что эти яблоки имеют целебное свойство, взяла несколько штук себе. А на другой день царевич сел на своего коня и поспешил к сестре. На этот раз она и див были еще больше поражены его чудесным спасением. Див говорит сестре царевича:

– Теперь отправим его в такое место, откуда он уже больше не вернется: на севере, в пещере одной горы, находится страшный баран с вилообразными рогами; одним взмахом их он производит страшные опустошения… Ты опять скажи брату: «Любезный брат! В эту ночь я видела во сне, что, скушав кусочек курдюка чудного барана, я совершенно выздоровела… Достань мне его…» Я думаю, что брат опять захочет исполнить твое желание.

Так и случилось. Царевич отправился в путь искать страшного барана и приехал к своей возлюбленной. Узнавши обо всем, она сказала – Твоя сестра несомненно имеет любовника и старается как-нибудь тебя погубить.

Но царевич не поверил ее словам и решился исполнить желание сестры: он вскочил на коня и позволил ему итти, куда он хотел. Конь полетел прямо к той самой горе, где находился, по словам сестры царевича Газан- фара, дикий баран. Царевич, обнажив саблю, незаметно отрезал кусочек курдюка у этого барана и быстро поворотил назад; но свирепое животное скоро почувствовало боль и, взмахнув своими рогами, кончиками их нанесло коню небольшую рану, царевич же остался невредим. Несмотря на полученную рану, конь несся, как птица, и скоро был уже дома. Возлюбленная царевича была весьма обрадована благополучным возвращением своего любовника; но привезенный курдюк она взяла себе, а на место его незаметно подложила другой, обыкновенный. Царевич отправился домой. Опять див и сестра удивились спасению царевича. Наконец див сказал:

– Я придумал теперь другое средство: когда брат придет домой, ты ласково спроси его, откуда берется у него столько силы; тогда он, наверно, укажет тебе на свои руки, ты скажи ему: «давай я свяжу тебе большие пальцы веревкою, а ты попробуй, разорвешь ли ее». Если он согласится на это и разорвет веревку, то ты другой раз попытайся связать ему пальцы проволокой, и тогда позови меня умертвить его.

Она послушалась и поступила так, как сказал ей див: сначала связала пальцы простодушному брату старой веревкою, которую царевич легко разорвал, а потом крепко привязала ему пальцы проволокой, которую царевич уже не мог разорвать. Царевич попросил ее снять петлю, но было уже поздно; див явился с шашкою в руках и изрубил царевича на мелкие куски. Потом он взял труп царевича, положил его в мешок, привязал к спине осла, загнал осла в дикий глухой лес и оставил там на съедение волкам. Но, к счастью, у царевича были две любимые охотничьи собаки, которые стерегли осла от всяких лесных зверей.

Раз возлюбленная царевича вышла на охоту в тот самый лес, где находился осел с трупом на спине; она нашла труп царевича, долго плакала и, наконец, привезла его домой. Из курдюка и яблок, которые она оставила у себя, она сделала клейкое лекарство и этим склеила разрезанные части покойника. Потом она стала усердно молиться. Молитва ее была услышана: по божьей воле, царевич вдруг встал с земли и говорит:

– Как долго я спал!

Но скоро он сообразил все, что с ним случилось, и дал слово немедленно умертвить сестру- изменницу вместе с дивом. С этой целью царевич вместе с своей возлюбленной отправились туда, где жила царевна с дивом. Он сперва отсек диву голову, потом руки и ноги; царевну же облил керосином и сжег. После этого царевич с своей возлюбленной стали жить вместе. Только не долго продолжалось их счастье: она скоро умерла, а царевич с горя отправился странствовать и не скоро потом вернулся на свою родину. Отец его, узнав о прибытии сына, весьма обрадовался и встретил его с восторгом. С этого времени царевич стал жить попрежнему у отца.

Раз царевич открыл денежный сундук отца и нашел в нем портрет одной красавицы, по имени Шахбаз-пери. Он был поражен ее красотою и с этого дня ничего не ел, не пил, а все время думал о ней. Наконец он заявил отцу, Мелик-Надиру, что, если тот не отыщет ему красавицы, портрет который находится в сундуке, то он убьет себя.

Такое заявление сына привело царя в большое смущение: страна, где находилась красавица Шахбаз-пери, лежала в одном из тайных и далеких углов мира. Она была дочерью одного могущественного царя. Слух о ее красоте распространился по всему свету; многие из царей отправлялись за этой красавицей, но никому из них не удалось достигнуть цели: одни из них погибали на пути в безводных пустынях; другие, добравшись до этого царства, были или растерзаны кровожадными зверями, или же превращены злыми чародейками навеки в камни. Но, несмотря на все это, царь Мелик-Надир, ввиду решительного намерения сына, хотел сделать попытку исполнить его желание. Он снарядил многочисленное войско и отправился в путь. Во время похода по песчаным пустыням в войске Мелик-Надира скоро начался ужасный голод; воины, от недостатка припасов, убивали и съедали своих товарищей, которых выбирали по жребию. Наконец войска решили покинуть царя и вернуться назад. В одно утро царь увидел, что из окружавших его воинов осталось только два человека: сын его Газанфар и везирь. Тогда страх овладел царем и он стал убеждать сына, чтобы тот вернулся назад; но царевич не согласился и решился продолжать свой путь; царь же с везирем решили возвратиться, и вот отец с сыном должны были расстаться: долго плакали они, обняв друг друга; наконец царь, снабдив сына запасом денег, отправил его в дорогу, а сам с везирем возвратился назад.

Долго ли, коротко ли ехал царевич Газанфар, об этом ничего не известно, но только через несколько недель прибыл он в одно селение. К удивлению царевича, не было в этом селении ни детей, ни юношей, встречались только старики да старухи. Удивленный царевич обратился к одному из толпы со следующими словами:

– Мне очень любопытно узнать, почему между вами не видать молодых людей?

Ему ответили так: —В этом селении живет один богатырь-людоед, по имени Кара-Кула- мали, который уничтожил всех наших младенцев.

Тогда царевич Газанфар попросил их показать ему этого богатыря. Но жители сказали: – Этот богатырь-людоед находится на цепи, и, если снять с него цепь, он съест у нас весь изготовленный плов, – Не бойтесь, – сказал царевич, – приведите его ко мне, – я его возьму с собою и избавлю вас от него.

Жители, наконец, согласились и привели его к царевичу. Он был высокого роста и носил палку с железным крючковатым концом; она весила около сорока пудов, и одним взмахом этой палки он производил страшные опустошения. К радости всех жителей, царевич взял с собою богатыря. По дороге царевич рассказал ему свою историю. Кара-Куламали утешал его и обещал в скором времени доставить его к возлюбленной Шахбаз-пери. Потом он съел коня у царевича, а царевича взял к себе на шею и быстрыми шагами пустился в путь. Однажды ночью они увидели перед собою громадный семиэтажный дворец, построенный из золотых кирпичей. Кара-Куламали оставил царевича в некотором расстоянии от дворца, под деревом, а сам подошел ко дворцу. В это время, к их счастью, все придворные спали глубоким сном. По мраморным ступеням Кара-Куламали подымался с одного этажа на другой, всюду ища царевну, и, наконец, нашел ее в самом верхнем этаже. Она лежала на золотом троне в дремоте. Кара-Куламали был поражен ее красотою; он на цыпочках подошел к ней-, взял драгоценный ковер, осторожно завернул ее в ковер и благополучно выбрался из дворца.

Царевич же в это время спокойно спал; вдруг проснувшись, он увидел над головою свою возлюбленную. Тут они разговорились и полюбили друг друга. Царевна хотела немедленно удалиться отсюда; но так как Кара- Куламали сильно устал и лег спать, то они стали ожидать следующего дня. На другой день, рано утром во дворце поднялась страшная тревога; тотчас собралось много войска для преследования похитителя царевны. Скоро придворные увидели в некотором расстоянии от дворца царевну с двумя посторонними людьми: все войско сразу бросилось на них; но Кара-Куламали, взяв свою палку, перебил всех воинов. Потом он взял двух хороших коней, посадил на них царевича с царевной и сказал ему:

– Теперь мы должны расстаться; поэтому имей в виду следующее: на пути ты встретишь дряхлого старца с оковами на руках; он будет умолять тебя освободить его от уз, но ты не обращай на него никакого внимания и продолжай свой путь: это – семиглавый див, который причинит вам много вреда; потом отец твой, при встрече, устелет вам путь драгоценными коврами и сделает вам большие подарки, но ты не принимай никаких подарков и не ходи по разостланному ковру, ибо отец твой, увидев красавицу, будет завидовать тебе и задумает тебя погубить.

Кроме того, он дал царевичу Газанфару волосок и сказал:

– Когда встретишь какое-нибудь затруднение, или тебя постигнет беда, то ты подержи перед собой этот волосок, и я немедленно явлюсь к тебе.

После этого они расстались. Долго ли, коротко ли ехали наши путники, об этом господь ведает; но через несколько недель они встретили того самого старца, о котором говорил им Кара-Куламали. Старец умолял их развязать его оковы. Царевич долго отказывал, но старец все не отставал от них. Наконец, царевич Газанфар обнажил свою саблю и разрезал старцу узы. Освободившись, старец сильно ударил царевича кулаком, так что он упал без чувств на землю, сам же взял царевну и полетел к себе домой. Спустя несколько времени, царевич опомнился и, видя свое бедственное положение, вспомнил слова Кара- Куламали, взял волосок и подержал его перед собою; тотчас Кара-Куламали явился перед ним. Он стал упрекать царевича в неосторожности, а потом они отправились к семиглавому диву. Они пришли к диву в такое время, когда он был на охоте; они повидались с царевной, утешили ее и сказали:

– Когда див возвратится домой, ты скажи ему: «ты днем ходишь на охоту, а я одна скучаю дома, – по крайней мере покажи мне ту бутылку, где находится твоя жизнь, чтобы я свои дни проводила с ней без скуки». Див, наверное, согласится, а ты, когда он уйдет на охоту, дай нам знать.

Так и было сделано: царевна выпросила бутылку и, после ухода дива, подала ее Кара-Куламали, который тотчас и разбил ее вдребезги. В то же время див с неимоверной быстротой явился, и завязался между ними страшный бой, но скоро Кара-Куламали одолел дива, повалил его на землю и отрубил ему голову. После этого он отправил царевича с царевною благополучно в путь, а сам по-прежнему стал бродить по свету. После долгого пути они наконец доехали до того города, где жил отец царевича Газанфара, Мелик-Надир; узнав о прибытии своего сына, царь Мелик-Надир собрал большое войско и вышел встретить сына. Он приказал устлать весь путь сына драгоценными коврами, но царевич отказался итти по ним. Кроме того, он не принял ни подарков, ни приглашения отца поселиться в его дворце, и остановился на время в доме одного преданного ему человека; царь же Мелик-Надир старался во что бы то ни стало погубить сына и жениться на царевне. Раз он пригласил царевича отправиться с ним на охоту; царевич согласился. Во время этой охоты Мелик-Надир поручил своему везирю убить сына. С этой целью тот взял с собою кувшин воды и соленый хлеб. Долго они охотились по безводной пустыне; везирь накормил царевича соленым хлебом и ему сильно захотелось пить, он попросил у везиря воды, но тот сказал емуЕсли позволишь выколоть глаз, то я дам тебе воды, а иначе умирай от жажды! – На, выколи, если не жалеешь меня, – говорит царевич.

Безжалостный везирь вырезал ему один глаз, но воды не дал, а когда царевич опять стал просить воды, он выколол ему и другой глаз, а потом бросил его в глубокий колодец. У царевича была собака, которая заметила, когда его бросили в колодец, и каждый день приносила ему хлеб, жареное мясо и другие припасы. Между тем царь Мелик-Надир насильно заставил царевну выйти за него замуж. Царевич же сидел в колодце и наконец вспомнил о Кара-Куламали, взял волосок и стал держать его перед собою. Кара-Куламали немедленно явился, вытащил его из колодца и привел слепого царевича к одному ручью. Тут царевич рассказал Кара-Куламали о случившемся и дал свои вырезанные глаза, которые он хранил у себя; Кара-Куламали вымыл его хорошенько водою и уложил спать, а сам сел против него. В это время он видит – в некотором расстоянии от них, на ветке дерева, сидят два голубя и разговаривают между собою.

– Видишь этого спящего царевича? – говорит один из них другому, – он, после долгой и упорной борьбы с судьбою, погибает под ударами ее, не достигши своей цели. – Другой говорит – Его можно вылечить таким образом: взять одно из моих перышек и, вложив глаза, обвести вокруг них этим перышком, и после этого прение ему возвратится.

Сказав эти слова, голуби улетели, но, к счастью царевича, из крыла голубя выпало одно перышко. Кара-Куламали взял это перышко, вложил глаза царевича на место и стал обводить вокруг них перышком, пока царевич не стал видеть. Тут царевич сердечно поблагодарил его за оказанную услугу, и они вместе отправились к царю Мелик-Надиру. Они прибыли в город в самый разгар свадьбы. Кара-Куламали, вошедши во дворец, перебил всех придворных своею палкою, а самого царя с везирем сжег на огне. После этого царевич обвенчался со своей невестой и приказал задать знатный пир на весь мир. Кара-Куламали принялся за свое прежнее занятие, а царевич Газанфар со своею супругою стали жить да поживать в счастьи и благополучии.

Мелик-Мамед

У одного царя было три сына. Старшего звали Мелик-Джумшуд, среднего – Мелик-Ахмед, а младшего звали Мелик-Мамед. Умирая, царь вызвал своих сыновей и оставил им такое завещание: «После моей смерти пусть будет царем Мелик-Джумшуд, после него – Мелик-Ахмед, а после него уже Мелик-Мамед. Кроме того, в моей стране есть одна местность, куда вам разрешается ходить, но там находится гора; по ту сторону этой горы вы не ходите, ибо это принесет вам несчастье».

После смерти царя его место занял Мелик- Джумшуд. Однажды он отправился с войском на охоту. Но сколько они ни бродили, не могли ничего найти до тех пор, пока не перешли ту самую гору, о которой говорил в своем завещании царь-отец. Навстречу им вышел олень.

Мелик-Джумшуд объявил войску, что он будет преследовать этого оленя и чтобы они ждали его здесь три дня; если в течение этого времени он не вернется, пусть они пойдут и выберут себе царем Мелик-Ахмеда. Сказав это, Мелик-Джумшуд поскакал за оленем и скрылся из виду. Войско, прождав три дня, вернулось в город. Собрался народ и избрал Мелик-Ах- меда царем.

Спустя некоторое время Мелик-Ахмед также отправился с войском на охоту. Он также не мог ничего найти и перешел через ту самую гору. И опять им встретился тот же самый олень. Мелик-Ахмед, сделав такое же завещание, как и его брат, поскакал за оленем и исчез из виду. Прождав три дня, войско вернулось в город. Народ же, собравшись, избрал Мелик-Мамеда царём.

Через некоторое время Мелик-Мамед также, как и его братья, вышел с войском на охоту и также, бродя, перешел через ту же гору. И опять им встретился тот же олень. Мелик-Мамед, как и его братья, завещал войску, что если в течение трех дней он не вернется, пусть они изберут себе царем того, кого найдут для этого достойным. Сказав эти слова, Мелик-Мамед пустил коня за оленем. Войско же, прождав три дня, вернулось в город.

Мелик-Мамед поскакал за оленем и, когда олень это заметил, то стал убегать. Мелик-Мамед его преследовал, пока они не достигли одного города. Добежав до окрестности города, олень вошел в одну дверь и скрылся из глаз. Мелик-Мамед, достигнув двери, стал в нее стучать. Навстречу ему вышел старик.

– Мой олень убежал и вошел сюда, – сказал Мелик-Мамед и попросил вернуть ему оленя, – Я вижу, ты с дороги устал, войди, пожалуйста, и побудь эту ночь у меня гостем, – ответил старик, ввел его в дом и оставил у себя на ночь. Во время беседы, ночью, старик рассказал, что у царя этого города есть дочь, которая с некоторых пор стала немой, что царь дал обет выдать свою дочь за того, кто трижды заставит ее заговорить, и сделать его своим наследником; того же, кто не сможет добиться этого, он посадит в тюрьму, что поэтому тюрьма уже переполнена, и никто не может заставить дочь царя заговорить.

Услышав эту весть, Мелик-Мамед решил завтра же утром пойти и тоже попытать свое счастье. Он сказал старику о своем желании.

На другой день Мелик-Мамед рано утром оделся и пошел по направлению к дворцу царя. По дороге он встретил одного попугая. Попугай вдруг человеческим голосом сказал Мелик- Мамеду:

– Эй, Мелик-Мамед, возьми меня с собой! Когда ты будешь входить в комнату царской дочери, пропусти туда сперва меня. Я пойду тайком и спрячусь за зеркалом. Ты же, входя в дверь, не обращай ни на кого внимания, поздоровайся с зеркалом и попроси рассказать тебе какое-нибудь необычайное событие. Когда же будешь возвращаться, опять тайком возьми меня с собой.

Мелик-Мамед взял с собой попугая и пришел во дворец царя. Царю сообщили, что пришел какой-то юноша и хочет заставить его дочь заговорить. Царь приказал, чтобы юношу впустили к девушке. Входя в дверь, Мелик-Мамед, как говорил ему попугай, пустил его тайком вперед; попугай вошел и спрятался за зеркалом. Сам же Мелик-Мамед, войдя в комнату и ни на кого не обратив внимания, поздоровался с зеркалом. Тогда попугай ответил ему из-за зеркала, и все подумали, что это отвечает зеркало. После этого Мелик-Мамед попросил зеркало рассказать ему какое-нибудь необычайное событие. И опять попугай, обретя способность речи, рассказал ему из-за зеркала следующее:

– Эй, Мелик-Мамед, да будет тебе известно, что однажды столяр, портной и мулла сделались товарищами и пустились в путь. Вот они дошли до одного леса. Ввиду наступления вечера они остались здесь и решили, что каждый из них по очереди ночью будет сторожить. Бросили жребий, и первая очередь досталась столяру, вторая – портному и третья – мулле. Вот мулла и портной спят, а столяр сторожит. Чтобы сон не одолел его, столяр вырезал из дерева человека и, когда его время прошло, разбудил портного, а сам заснул. Портной увидел, что столяр вырезал из дерева человека, сшил платье и надел на человека. Когда же время его прошло, он разбудил муллу и сам заснул. Мулла увидел сделанного из дерева и одетого в платье человека. Он понял, что это дело его товарищей. Сделав омовение и дважды совершив намаз, он стал умолять бога оживить человека, сделанного из дерева. Тотчас же человек ожил и превратился в прекрасную девушку. Когда наступило утро, между товарищами начался спор: столяр говорил, что девушка принадлежит ему, так как он ее выстрогал; портной говорил, что девушка должна достаться ему, так как он сшил ей платье; мулла же утверждал, что девушка принадлежит именно ему, так как благодаря его молитвам бог одарил ее душой. Скажи теперь мне, эй, Мелик-Мамед, кому же девушка должна достаться?

Как только рассказ был кончен, дочь царя, не будучи в силах сдержаться, вскочила на ноги и заявила, что девушка должна достаться мулле.

Услышав, что дочь царя говорит, к царю быстро отправили вестника, который сообщил, что дочь его заговорила. В это время Мелик- Мамед, воспользовавшись случаем, взял попугая и ушел.

Вечером попугай сказал Мелик-Мамеду:

– Эй, Мелик-Мамед, дочь царя разбила ночью зеркало; я утром спрячусь за занавесом, поэтому, когда ты будешь входить в дверь, поздоровайся с занавесом и попроси его рассказать тебе какую-нибудь повесть.

На другой день Мелик-Мамед оделся, взял с собой попугая и отправился во дворец. При входе в комнату дочери царя он впустил, сперва попугая. Тот вошел тайком и спрятался за занавесом. Мелик-Мамед же, войдя в комнату и, ни на кого не обратив внимания, поздоровался с занавесом. Попугай ответил ему из-за занавеса. Тогда Мелик-Мамед попросил занавес рассказать ему какое-нибудь необычайное событие. Из-за занавеса попугай, обретя способность речи, рассказал ему следующее: – Эй, Мелик-Мамед, да будет тебе известно, что трое товарищей отправились в один город. Каждый из них заработал значительную сумму денег. Один из них купил книгу, другой – ковер, а третий – золотой сосуд. Книга обладала таким свойством, что каждый посмотревший в нее мог узнать все, что происходило на свете. Свойство ковра состояло в том, что если сядешь на него и задумаешь попасть куда тебе хочется, – ковер поднимется на воздух и доставит тебя в желанное место. У сосуда было такое свойство, что если наполнишь его водой и, пообещав что-либо, выльешь воду на голову любого больного, то больной получит исцеление. Вот однажды товарищи, беседуя между собой, сказали владельцу книги, чтобы он посмотрел в нее и узнал, что происходит на свете. Он посмотрел и ответил, что у такого-то царя есть прекрасная дочь, которая сильно больна и находится при смерти и что царь дал обет выдать свою дочь за того, кто найдет средство и вылечит ее. Услышав эту весть, товарищи стали просить владельца ковра, чтобы он доставил их в город названного царя. Владелец ковра согласился и доставил их в течение одного часа в этот город. Здесь владелец сосуда отправился к царю и заявил, что он вылечит его дочь. По приказу царя, его повели к царской дочери. Явившись к дочери царя, владелец сосуда наполнил свой сосуд водой и, дав какое-то обещание, вылил воду на голову девушки, и она тотчас же исцелилась. Согласно данному обету, царь хотел было выдать за него свою дочь. Однако каждый из остальных товарищей стал заявлять, что дочь царя должна достаться именно ему. Владелец книги говорил, что если бы не было его, то они ничего не знали бы про болезнь девушки и. не могли бы исцелить дочь царя; владелец ковра заявлял, что если бы не было его, то никто и ничто не могло бы так быстро доставить их сюда; владелец сосуда говорил, что не будь его сосуда, дочь царя во всяком случае не могла бы исцелиться. Скажи же теперь, эй, Мелик-Мамед, кому девушка должна достаться?

Услышав эти слова, дочь царя поднялась и заявила, что девушка должна достаться владельцу сосуда.

Вновь сообщили царю, что дочь его заговорила во второй раз. В это время Мелик-Мамед, улучив момент, взял попугая и ушел. Ночью попугай сказал ему, что дочь царя порвала занавес и что на этот раз он залезет под диван, и Мелик-Мамед должен поздороваться с диваном и задавать все свои вопросы этому дивану, от которого и получит ответы.

На следующий день Мелик-Мамед, при входе в комнату дочери царя, опять тайком пропустил попугая. Попугай, пройдя незаметно, залез под диван. Мелик-Мамед, войдя в комнату и ни на кого не обратив внимания, поздоровался с диваном, получил от него ответ и попросил его рассказать какое-нибудь необычайное событие. Из-под дивана попугай, обретя способность говорить, рассказал ему следующее:

– Эй, Мелик-Мамед, да будет тебе известно, что однажды жены царя, везиря и векила выехали верхом на прогулку. Проезжая, жены царя и везиря увидели на дороге золотой пояс, но оставили его без внимания. Жена же векила слезла с лошади и подняла пояс. По возвращении домой между ними из-за золотого пояса начался спор. Жены царя и везиря говорили, что они первые увидели пояс, потому пояс должен достаться им; жена же векила утверждала, что золотой пояс подняла она, поэтому он и должен достаться ей. Скажи теперь, эй, Мелик-Мамед, кому же должен достаться золотой пояс?

Никто ничего не мог ответить. И опять дочь царя быстро поднялась и сказала, что пояс должен достаться жене векила.

Царю сообщили, что дочь его заговорила третий раз. Царь вызвал к себе Мелик-Мамеда, выдал за него свою дочь и сделал его своим престолонаследником. Мелик-Мамед же освободил из тюрьмы своих братьев и прочих заключенных.

Сказка о прекрасной белой змее и о царском сыне

Много лет тому назад жил-был на свете царь. Имел он единственного сына. Царь этот страдал неизлечимою болезнью. Против его болезни доктора не находили никаких средств. Приходит однажды к царю дервиш и берется его вылечить.

Царь очень обрадовался, что нашелся человек, который может избавить его от многолетней болезни и заключил с дервишем условие. В этом условии было сказано, что если новый лекарь вылечит царя, то получит от него целое состояние, в противном же случае дервиш будет казнен.

По просьбе дервиша царь приказал созвать всех укротителей змей, живущих в его государстве. Лекарь-дервиш велел всем собравшимся укротителям змей отправиться в указанное им место, убить живущую там змею и принести немного ее крови, благодаря которой царь должен совершенно поправиться.

Укротители змей отправляются в указанное дервишем место и действительно находят там змею; змея до того поражает их своей красотой и необыкновенной белизной тела, что они не соглашаются убить ее, возвращаются к лекарю и передают ему, что не нашли там никакой змеи. Дервиш не поверил словам укротителей и упросил царя, чтобы он послал с ними своего единственного сына опять на то же самое место. Придя туда, они опять находят змею, но царский сын, увидя змею, до того поражается ее красотой, что не находит в себе сил убить ее и говорит укротителям, что он не в состоянии лишить жизни эту очаровательную змею, хотя кровь ее и нужна для здоровья его отца.

Посланные вторично возвращаются назад и обо всем случившемся передают царю. Царь сильно разгневался на сына и приказал убить его, но приближенные уговорили царя, чтобы он только изгнал сына из своего царства.

Выходя из пределов отцовских владений, царский сын остановился около одного родника напиться воды и отдохнуть. Здесь он повстречался с одним юношей, который и предложил наследнику престола сопровождать его и делить с ним горе и радость.

Изгнанный сын царя с радостью согласился на предложение доброго юноши и они вместе пускаются в путь.

В пути царский сын узнает, что его новый друг – лекарь и даже обладает уменьем излечивать немых.

Долго они шли и наконец вступили в пределы нового царства. Здесь юноша, зарекомендовав себя, как хороший лекарь, получает предложение вылечить дочь тамошнего царя, которая с шестнадцатилетнего возраста онемела. Лекарь язился к царю, который заключил с ним следующее условие: – Если ты заставишь заговорить мою дочь, то женишься на ней и возьмешь сколько тебе будет угодно драгоценных вещей, если же она останется нема, то будешь обезглавлен.

На другой день юноша, спрятав у себя на груди ученого попугая, приходит во дворец. Он садится с дочерью царя в одной половине большой комнаты, разделенной занавеской, а в другой половине поместился царь со своими приближенными. В первой половине лекарь начал говорить с попугаем; обрадованный царь, полагая, что лекарь говорит с его дочерью, горячо поблагодарил юношу и предложил ему поговорить с царевной при всех, но лекарь отклонил предложение царя, говоря, что при всех она будет говорить спустя некоторое время.

Согласно условию, царь сейчас же выдал свою дочь за лекаря и дал ему в приданое несметное число всяких драгоценностей.

Через несколько дней лекарь, получив разрешение царя отправиться к себе на родину, приходит к своему товарищу, царскому сыну, и предлагает ему итти домой, но тот отказывается, говоря, что если он вернется на родину, то царь-отец прикажет умертвить его. Долго юноша уговаривал изгнанника, и наконец он согласился вернуться на родину.

Взяв с собой царскую дочь, они втроем пускаются в путь. По дороге все остановились около того родника, где в первый раз царский сын встретился с лекарем. Здесь он пополам разделил все драгоценности, полученные от царя, а лекарь предложил также рассечь пополам и царскую дочь, на что товарищ его ни за что не соглашался. Настаивая на своем, лекарь замахнулся на царевну ножом, царевна, испугавшись, страшно вскрикнула и у нее из горла выскочила змея. Эта змея, находясь в груди царской дочери, и была причиной ее немоты. Сейчас же царевна стала говорить, а лекарь убил змею, которую изрыгнула царская дочь, наполнил ее кровью склянку и передал своему другу, прибавив следующее:

– Дай выпить эту кровь своему отцу-царю, который совершенно поправится после этого от своей болезни; затем возьми себе в жены прекрасную царевну с ее богатством, а я для себя ничего не хочу, ибо я не кто иной, как та самая белая змея, которую ты пожалел убить для облегчения участи своего отца, и из- за которой тебя изгнали из родной земли. Я превратилась в юношу, чтобы помочь тебе и разделить с тобою трудности изгнания и невредимо вернуть тебя обратно на родину, а теперь – прощай!

Затем сын рассказал отцу о случившемся с ним приключении и через некоторое время женился на прелестной царской дочери. Дервиша, который взялся вылечить царя, отпустили с подарками.

Тахта-Клыдж

У одного царя была жена и один сын. Однажды царь взял с собой сына, везирей и векилов и вышел со своей свитой на охоту. После того как было убито ими много дичи, царь приказал раскинуть на одном красивом лугу палатку и устроил себе здесь стоянку. Царевич, стесняясь своего отца, приказал поставить свою палатку подальше от палатки отца. Царь очень любил своего сына и частенько навещал его. И вот однажды он опять пошел навестить его и, войдя в палатку, увидел, что какая-то змея – кызыл-илан, выползши из палатки, вот-вот уже готова ужалить юношу. Царь быстро наполнил один из своих башмаков водой и поставил его перед змеей. Змея, выпив воды, уползла обратно. Царь же разбудил своего сына и сказал ему – Любимый мой сын! За какие-то мои добрые дела бог удостоил меня своей милостью. Встань! Не советую тебе здесь спать.

Затем он рассказал ему о случившемся и вместе с ним вернулся в свою палатку. Они пожили здесь немного и перебрались обратно в город. Спустя несколько дней после этого жена царя сильно заболела и, позвав к себе своего сына, сделала ему такое завещание:

– Любимый мой сын! Я не выздоровлю от этой болезни, я умру. После же моей смерти отец твой женится на другой женщине. И эта, вышедшая за него, новая жена с тобой не уживется. Она восстановит вас с отцом друг против друга и, чем дальше, тем все больше будет восстанавливать отца против тебя для того, чтобы он, разгневавшись, убил тебя. Но ты не допускай, чтобы отец твой дошел до этого, и если это случится, уйди на время из страны твоего отца. И если на пути кто-либо будет тебе товарищем, то положи во время еды свой хлеб на середину; если твой товарищ положит большую часть хлеба перед тобой, то продолжай быть с ним товарищем, в противном же случае отделись от него. Кроме того, если ты дойдешь с товарищем до берега какой-нибудь речки, предложи ему сесть тебе на спину, чтобы перенести его через речку. Если он, взяв тебя на свою спину, перенесет тебя через речку, будь с ним товарищем, если же он сам сядет тебе на спину, то не будь с ним товарищем и поскорее отделись от него.

Юноша заплакал, встал, поцеловал руку матери и вышел из комнаты. Через несколько дней жена царя скончалась. Царь же спустя некоторое время женился на другой женщине. Эта женщина, будучи неблагородного происхождения, не ужилась с царевичем и стала, как только могла, восстанавливать сына против отца. Поэтому, следуя завещанию своей матери, царевич ушел из страны своего отца. По дороге, на том самом месте, где у них раньше стояли палатки, он встретился с одним юношей. Когда юноша спросил его, куда он идет, царевич ответил:

– Я иду в другую страну.

Тогда юноша стал просить царевича:

– Меня зовут Тахта-Клыдж, возьми и меня с собой.

Итак они стали товарищами. Пройдя некоторое время по дороге, они остановились и захотели поесть. Царевич достал хлеб и положил его на середину. Тогда юноша разрезал хлеб и большую часть его положил перед царевичем, меньшую же перед собой. Царевич увидел, что, согласно завещанию его матери, этот юноша достоин быть его товарищем. Окончив еду, они продолжали свой путь. По дороге они дошли до одной речки. Царевич предложил товарищу сесть к себе на спину, чтобы переправить его через воду. Но юноша не согласился и, взяв насильно царевича на свою спину, сам перенес его через речку, и они снова продолжали свой путь.

Спустя некоторое время они дошли до какого-то города, сняли дом и стали жить. На следующий день юноша сказал царевичу:

– Братец, ты сиди дома, а я пойду заработаю что-нибудь, принесу домой и вместе будем есть.

И каждый день он шел и, заработав что-нибудь, приносил домой, и они вместе ели и таким образом жили. Так проходил день за днем. Но. наконец царевич стал думать: «До каких же пор этот юноша будет зарабатывать, а я буду есть и праздно сидеть дома. Ведь и я должен заняться каким-нибудь делом». И с этой мыслью он надел свою обувь и вышел из дому. Бродя по улице, он вдруг увидел, что из окна какого-то высокого дома смотрит на него красивая девушка. Как только царевич увидел девушку, он влюбился в нее. Этот дом принадлежал царю, а девушка была его дочерью. Задумавшись, царевич вернулся домой. Спустя немного времени пришел его товарищ. Заметив, что царевич очень грустен, товарищ спросил у него о причине его грусти. Царевич рассказал ему о том, что с ним случилось. Тогда юноша сказал ему, смеясь:

– Только из-за этого ты опечалился? Ведь это очень легкое дело! В скором времени я тебя женю на ней, – и этим он успокоил царевича.

На другой же день юноша отправился и сел на камень эльчи-даши. Царю сообщили, что прибыл посол. Царь тотчас же отправил человека узнать, что он хочет сказать ему. Юноша ответил, что он хочет сватать дочь царя за своего брата. Тогда царь сказал, что он выдаст свою дочь за его брата, если этот брат построит себе такой же, как у него, царя, дом. Юноша согласился на это. И на другой же день народ, проснувшись, увидел, что перед царским домом построен дом, который во сто раз больше и красивее царского. Юноша сообщил царю, что дом готов. Не находя больше ничего сказать, царь выдал за царевича дочь. Устроили свадьбу. Но когда царевич хотел пойти к девушке, юноша ему сказал – Братец, пока не иди; подожди, пусть сперва пойду я к девушке, а потом пойдешь ты. – Царевич согласился. Отправившись к девушке, юноша дунул ей в рот. Тотчас же изо рта девушки одна за другой вышли одиннадцать змей, и каждая из них, выходя, хотела ужалить юношу. Однако юноша проявил ловкость и убил всех их одну за другой. Затем он приложил ухо ко рту девушки и заметил, что там осталась еще одна змея, пока безвредная. Юноша вернулся и отправил царевича к девушке.

Оказывается, что до этого, за кого бы ни выдавали дочь царя замуж, змеи, выходя одна за другой из ее рта, жалили и убивали жениха. И сколько человек, таким образом, ни пыталось жениться на этой девушке, все они были убиты змеями. Поэтому царь полагал, что и этот юноша не останется до завтра в живых.

На следующее утро царь послал человека узнать о юноше. Когда же пришли к юноше, увидели, что он невредим и, сидя, беседует с невестой. Когда известили царя об этом, он приказал, чтобы народ три дня предавался веселью.

Царевич прожил здесь некоторое время, потом задумал вернуться в свою страну. Он попросил у царя разрешения и после долгих настояний получил его. Царь одарил их большим богатством, золотом и серебром и, отправив в путь, приказал сопровождать их на расстоянии трех перегонов.

Когда царевич с юношей прибыли наконец на то самое место, где они встретились в первый раз, юноша сказал царевичу:

– Братец мой, мы должны теперь расстаться. Мы приобрели вдвоем это богатство и эту девушку, а потому должны поделить их пополам.

Царевич согласился на это. Поделили все, оставили неподеленными лишь верблюда, мула и дочь царя. Юноша сказал, что и их нужно поделить пополам. Обнажив саблю, он разрезал на две равные части сперва верблюда и затем мула. Когда очередь дошла до девушки, царевич стал умолять юношу не делить ее пополам, но сколько он ни просил его об этом, юноша не соглашался. Наконец царевич предложил ему взять все богатство себе и только девушку оставить ему. Но юноша не согласился и на это. Тогда царевич предложил ему взять девушку целиком себе. Не согласившись также и на это, юноша привязал дочь царя к дереву и, обнажив саблю, поднял ее и хотел уже ударить ею по голове девушки, как вдруг ее с испугу вырвало, и из нее выскочила та самая последняя змея, которая тогда не вышла из ее рта. Тогда, вложив свою саблю обратно в ножны, юноша сказал царевичу:

– Брат мой, мне не нужны ни богатство, ни девушка! Моей целью было извлечь изо рта девушки вот эту самую змею. Если бы эта змея не вышла теперь, то, выйдя когда-нибудь, она погубила бы тебя. Возьми теперь все это богатство и девушку и отправляйся к своему отцу; кроме того, да будет тебе известно, что я не человек, а та самая змея, которой отец твой дал из своей обуви напиться. Теперь я уже отплатил за добро добром. До свидания! – Сказав это, юноша превратился в змею и исчез.

После этого царевич прибыл в страну своего отца. Когда царь услышал весть о прибытии сына своего, он выехал к нему навстречу и торжественно привез его в город. И снова царевичу устроили здесь свадьбу. Но в то время, как они, поев и попив, ушли уже в землю, мы будем есть, пить и предаваться жизни. С неба упали три яблока. Одно принадлежит мне, другое – рассказчику, третье же – тому, кто слушал.

Что сделали Гюль Суману и Суман – Гюли

Жил-был один молодой человек, его звали Мамед. Он был беден. Вздумал он свататься за царскую дочь. Послал сватов. Царь ответил так – Пусть он пойдет и принесет мне известие, что сделала Гюль Суману и что Суман сделал Гюли. Тогда я выдам за него дочь. – Сваты вернулись и передали Мамеду, что сказал царь. Мамед ответил: —Ну что ж такое, пойду и принесу ему это известие.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Издание управления Кавказского учебного округа, тт. 1—44, Тифлис, 1881–1914, под редакцией Л. Г. Лопатинског

Вернуться

2

Тт. I–III, Баку, 1930, под редакцией проф. А. В. Багрия, тир. 500 экз.

Вернуться

3

„Народная литература Азербайджана (сказки)“, 1 и 2 части, Баку, 1929, под редакцией Г. Султанова и X. 3ейналлы.

Вернуться

4

В. Xулуфлу, Кер-оглы, Баку, 1927.

Вернуться

5

К Фольклорной секции Азербайджанского отделения Закавказского филиала Академии наук СССР перешло в основном фольклорное собрание Азербайджанского государственного научно-исследовательского института, который в свою очередь унаследовал его от возникшего в 1922 году Общества обследования и изучения Азербайджана. Эти учреждения впервые в Азербайджане поставили вопрос о планомерном собирании и изучении тюркского фольклора и начали осуществлять эти мероприятия.

Вернуться

6

Фольклорная секция Азербайджанского отделения Закавказского филиала Академии наук СССР приготовляет в настоящее время к печати сборник переводов на русский язык сказок национальных меньшинств Азербайджана, в частности талышей и татов.

Вернуться

7

Статья X. Зейналлы переработана для настоящего сборника А. В. Багрием.

Вернуться

8

Подкрепил свой пояс“—т. е. насытился.

Вернуться

9

„он даже кислой алычи не пробовал" – т. е. слишком простой, не понимающий.

Вернуться

10

Векил – представитель, уполномоченный царя.

Вернуться

11

„Я даже мертвого барана могу оживить" – народная пословица, выражающая мнение о внимательном, опытном пастухе.

Вернуться

12

„да буду я твоей жертвой" – ласкательное обращение.

Вернуться

13

Амбал – носильщик.

Вернуться

14

„Да не умрет твой сын!“– обращение, имеющее смысл „опомнись!"

Вернуться

15

Див – демон, злой дух, гигант, великан.

Вернуться

16

«Клянемся короной царя Соломона»– клятва короной царя Соломона, по народным представлениям, самая сильная клятва дивов и пери.

Вернуться