Юрий Ландарь
С правом на месть

I

Сон уходил тяжело, словно боялся отпустить ценного пленника. Гартош с натугой открыл глаза. Он находился в знакомой из сна спальне. Значит, не сон…

«Как ты?» – раздался участливый голос Алазы.

– Нормально, – отозвался носитель.

«Всё вспомнил?»

– А откуда я знаю! – немного раздраженно ответил Гартош – голова немного побаливала и кружилась. – Может, в мою башку втиснули несуществующие воспоминания. А может… – Голова перестала болеть и кружиться, носитель тоже успокоился. – Но, похоже, память восстановилась.

«Не беспокойся, – сказал Тенос, – это действительно твои воспоминания, твоя жизнь».

– Наверное, это действительно так. Сколько длился процесс?

«Три дня», – ответила Алаза.

– Немало.

«Быстрей было опасно, – объяснил атрат разума. – Существовала вероятность повреждения твоего мозга».

– Да я без претензий, просто за это время слишком много всего могло произойти.

Змея его успокоила:

«Я все контролировала. Ничего сверхопасного не произошло».

– А просто опасного?

«Скоро ты обо всем узнаешь, а сейчас тебе лучше выйти к своим друзьям. Они уже извелись совсем, третий день дежурят под твоими дверями».

– Да, надо их успокоить.

Гартош (теперь уже окончательно Гартош) не спеша поднялся, обулся и пошел к дверям. За дверью, благодаря своему обостренному слуху, он услышал негромкий разговор. Недолго думая, император толкнул дверь. Из широкого коридора на него уставились три пары глаз.

Монарх вышел, внимательно на них посмотрел и строго спросил:

– Кто такие?

Аруш зло клацнул зубами:

– Я так и думал, что этим атратам нельзя доверять!

– Похоже, что, вместо того чтобы вернуть ему прежнюю память, они стерли нынешнюю, – догадался Квирт. – Интересно, что они втиснули ему в голову?

– Гартош, – тихо позвала Алеандра. – Ты ведь Гартош? Правда?

Носитель атратов не выдержал и громко рассмеялся:

– Видели бы вы сейчас свои рожи!

Клыки каррлака щелкнули еще громче:

– Еще раз так сделаешь, ногу откушу!

– Не злись, Аруш, небольшая разрядка сейчас никому не помешает.

– Как твои воспоминания? – обеспокоилась еще и герцогиня.

– Насколько я понимаю, то вспомнил всё. И надеюсь, что при этом ничего не забыл. Помню нашу с тобой встречу, каррлак, помню…

И вдруг Оскола буквально скрутила боль в груди и в животе. Он согнулся, и слезы без спросу потекли по исказившемуся от муки лицу.

– Что случилось? – бросился к другу оборотень.

Но Алеандра его остановила и покачала головой:

– Он вспомнил то, что не хотел бы вспоминать никогда.

Оборотень понимающе опустил голову и отступил назад.

А Гартоша буквально корчило от невыносимых воспоминаний. Отец, Лисита, Гнивер, Ольвильда… Больше нет самых дорогих и близких людей. Понимание бесповоротности утраты приносило страшные муки. И в висках стучало только одно. МЕСТЬ. МЕСТЬ. МЕСТЬ. Он медленно выпрямился. Его потемневшее лицо и горящий взгляд говорили сами за себя.

– Я так понимаю, мы незамедлительно отправляемся в ваш мир? – уточнила вампиресса.

– Да. Отправляемся. И как можно быстрей.

* * *

Взглянув на недавно севшего на трон императора, Казимир понял, со своими делами сейчас можно к нему не подходить.

– Когда вы уходите? – только и спросил он.

– Сегодня, – ответил монарх. – Я надеюсь, ты справишься с управлением страной. Теперь можешь надеяться только на себя и на тех, кого ты возьмешь к себе в помощники. Выдержишь?

– А что мне остается делать? Я за эти дни кое-что успел сделать, но думаю, тебе сейчас это не интересно.

– Интересно, Казимир, интересно. Просто времени нет абсолютно. Я и так слишком затягивал с возвращением домой.

– От меня что-нибудь нужно?

– Нет. Мы сами справимся. Только подкрепимся, проведем необходимую разведку, и сразу в путь. Ты где сейчас живешь? Во дворце?

– Конечно. Ездить домой и сюда слишком долго. Я занял одни из опустевших покоев, неподалеку от твоих.

– Можешь теперь занимать и императорские покои, мне они теперь долго не понадобятся. А может, и вообще…

– Нет уж, – возразил наместник, – эти покои будут ждать твоего возвращения, когда бы ты ни прибыл.

– Ну как знаешь.

На этот раз монарх со товарищами не стали дожидаться, пока им накроют в трапезной, а сами направились на кухню. Быстро набили желудки съестным, набрали еды с собой и вернулись в императорскую спальню.

– Алаза, обстановку у меня дома!

«Ты как раз вовремя пришел в себя, – без промедления начала просвещать носителя и его друзей змея. – Обстановка вокруг твоей семьи да и вообще в Виктании накалилась до предела. Твоя страна ведет войну с Гробросом и проигрывает в ней. Власть в Виктании практически захватила одна из верейнских ведьм. Руткер блокирован в своем замке. Твои дети находились на фронте, но сейчас почему-то вернулись в столицу. В общем, все плохо».

– Зондируй замок Риглис. Сможем ли мы туда пробраться?

«Зондирую. Ничего не изменилось. Над ним установлен мощный полог непроницаемости, но для нас он не представит больших проблем. Твой дед в своем кабинете».

* * *

Лорд Руткер склонился над магическим кристаллом, без его помощи пробить установленный ведьмой и её помощниками барьер не представлялось возможным. А необходимо срочно связаться с правнуками, ведь они не до конца понимали, какая смертельная опасность над ними нависла. И вдруг кристалл ожил сам. Бывший Первый маг империи неверяще уставился на проступившее на камне лицо. До боли знакомое лицо. Внук. Гартош. Тот, которого он уже отчаялся дождаться.

«Здравствуй, дед. Не ожидал?»

Руткер молчал, боясь поверить в увиденное и услышанное. Все это могло оказаться происками коварной ведьмы.

«Я сейчас перенесусь к тебе с друзьями, не шарахни по нам чем-нибудь смертоносным», – улыбнулось изображение.

«Входи, – решился маг, слишком уж устал он бороться в одиночку. Все должно было решиться сейчас – либо действительно вернется внук, и тогда все пойдет по-другому, либо прорвется враг, и все закончится быстро. – Сколько вас?»

«Пятеро. Правда, человек среди них только я, так что не удивляйся».

Изображение снова ободряюще улыбнулось и пропало.

Старший Оскол вцепился пальцами в деревянные боковины кресла, боевые заклинания у него всегда были наготове, но так не хотелось их сейчас применять.

От обилия магии замерцал воздух, и долгожданная фигура материализовалась прямо посредине кабинета.

– Это я, дед, можешь не сомневаться.

Руткер узнал этот голос. Он с грохотом отодвинул кресло, и, опираясь о стол, подошел к гостю. Позади Гартоша, одна за другой возникли еще четыре силуэта, но старый маг не обратил на них внимания, его взгляд был прикован к лицу внука.

А Гартош всматривался в лицо старшего Оскола и сам с трудом его узнавал. Первого мага империи, несмотря на солидный возраст, никто не решился бы назвать стариком, но как он постарел за годы, прошедшие с их расставания. Маг провел сухой ладонью по лицу внука.

– Гартош, внучек. – Непрошеные слезы выступили в уголках глаз мага. – Как же долго тебя не было.

– Это так, – вздохнул носитель, – я отсутствовал слишком долго.

– Кто это с тобой? – спохватился маг. Он смахнул слезы. – О! Да ты никак нашел этого верного каррлака?

Носитель улыбнулся:

– Да, он все-таки дождался меня в красном мире. И у меня появились новые друзья, которые вызвались помочь уладить возникшие здесь проблемы. Эта темноволосая красавица, Алеандра, герцогиня Востарийская, маг с многолетним, я бы даже сказал, многосотлетним опытом.

Вампиресса отвесила легкий реверанс. И, чтобы с самого начала внести ясность, показала свои тонкие острые клыки.

– Угу, – понятливо кивнул в ответ маг.

– Высокого парня зовут Квирт, – продолжил Гартош. – Он дракон. А лошадку зовут Пегас. Он людоед.

– Занятную ты себе нашел компанию, – впервые за все время улыбнулся Руткер.

– Судьба свела нас в одном месте, при очень интересных обстоятельствах. Подробней расскажу потом. А теперь быстро обрисуй мне ситуацию с моей семьей и что творится в Виктании.

Руткер снова опустил плечи и оперся рукой о стол. Затем вернулся в кресло:

– Садись, внучек. Рассказ мой будет непростым.

Гартош рассадил друзей, пристроил в угол Пегаса, в другой они с Квиртом поставили статую Эльфимеры (которую благоразумно прихватили с собой), и присел сам. То, что рассказ будет непростым, он понимал прекрасно.

Пожевав губы, старший Оскол начал свое негромкое повествование:

– Начну с нашего расставания. После того как вы с императором покинули дворец, мятежники замедлили свое продвижение по столице, даже ослабили магическую блокировку. Видимо, часть сил они перенаправили на поиск беглецов. Это позволило мне и всему Черному Легиону без особых проблем перенестись в безопасное, как мы думали, место. Первый Легион остался охранять дворец. Я связался с верными магами и обрисовал ситуацию. Им следовало выяснить, каким частям, каким командирам и каким лордам можно доверять. Не успел я поставить задачи своим подчиненным, как нас атаковали. Силами около трех сотен пеших воинов. Для твоего легиона это не представляло проблемы, но для нападающих главным было связать черных бойцов боем, до подхода более серьезных сил. Но нам довольно быстро удалось отбиться и уйти на новое место. Так продолжалось несколько раз, пока преследователи не прекратили гоняться за Черным Легионом и моими магами. За это время в империи произошло несколько событий. Слух о мятеже разнесся с быстротой молнии. К столице поспешили не только верные короне войска, но и множество желающих помочь окруженному императору. Хотя нашлись и такие, которым идея сменить на троне одного Гратра на другого пришлась по душе. Произошло несколько небольших и малокровных стычек, но до гражданской войны дело, слава богам, не дошло. Тогда многое зависело от того, удалось бы мятежникам убить Витана или нет. После смерти законного императора, конечно, началась бы гражданская и как раз очень кровопролитная война, ведь мало кому захотелось бы видеть на троне братоубийцу.

– Братоубийством грешат чуть ли не половина династий во всех мирах, – заметила Алеандра.

– Вы правы, герцогиня, – согласился Руткер. – Но у нас ситуация сложилась несколько другая. Оба убитых императора были очень популярны в народе, и мятежникам не удалось бы самостоятельно захватить власть в стране. Для этого им требовалась серьезная поддержка извне. Но тогда пролилось бы море крови.

– Я все поняла, – улыбнулась вампиресса. – Продолжайте.

– Я навестил нескольких тур-генералов и командоров, чтобы убедиться в их лояльности Витану и готовности немедленно помочь. Вскоре Черный Легион перебрасывал верные части к Тороне. Я не сомневался, что ты защитишь императора, поэтому занялся поиском Авителя и Жортака. Мне не удалось это сделать быстро, пока они находились на Иктиве, поэтому пришлось на время прекратить поиски и вернуться непосредственно к имперским делам. К этому времени Витан с уцелевшими бойцами вернулся, и стало понятно, что мятеж окончательно провалился. Почти все мятежные войска и лорды сдались без боя, но некоторые попытались скрыться за пределами Виктании. Но далеко не всем удалось это сделать. Как только дела в империи немного утряслись, я отправился на твои поиски. Но в Оритераре я не нашел никаких следов. Я пытался отследить, куда ты перенесся, но след терялся в одном из технологических миров.

– Именно там и я затерялся, – криво усмехнулся Гартош.

– Я об этом не знал. Мне показалось, что ты путаешь следы, и пустился в бегство по мирам. А в этом ты большой мастак – измерения подчиняются тебе гораздо охотней, чем кому бы то ни было из нашей семьи. Поэтому я вернулся домой. Здесь предстояла большая работа – нужно было восстановить спокойствие и порядок в империи. Как только дела в стране немного утряслись, я снова попытался пройтись по твоим следам, но безрезультатно. Тогда я переправил в красный мир Аруша и полностью посвятил себя поискам Жортака.

– Ты его нашел? – нетерпеливо перебил деда Гартош.

– Да, – бесстрастно ответил тот. – Нашел и наказал. Авитель убегать не стал, его схватили и казнили. – Больше распространяться на эту тему старший Оскол не стал, а продолжил рассказ: – Поиском предателя я занимался не так уж долго, всего какие-то три месяца, но за это время в стране произошли ужасные события. Вернувшись, я обнаружил, что Витан женился на родственнице одного из владетельных лордов. Сразу оговорюсь, этот лорд был скрытым приверженцем Жортака, которого мы сразу не смогли распознать. Я не успел ничего предпринять, этой родственницей оказалась ведьма из Верейна, и она владела Тартулом. Именно этот семейный атрат Гратров помог ей наложить любовные чары на Витана, подчинить его, а затем буквально захватить власть в Виктании. С её подачи Витан поставил на ключевые посты в империи нужных ведьме людей. Тут же начались расправы над неугодными. На меня тоже устроили засаду, и мне чудом удалось избежать смерти.

– Разве никто вовремя не успел распознать в ней ведьму и предотвратить захват трона? – недоуменно спросил Квирт.

– Распознали и пытались убрать самозванку, но все попытки потерпели неудачу, – хмуро ответил Руткер. – Много буйных голов тогда покатилось. Ты Гремольда и Лапогу помнишь?

– Конечно помню, – сказал Гартош.

– Они совершили покушение на ведьму и погибли одними из первых. Дело в том, что кроме Тартула, у неё имелись и другие помощники.

– С Верейна? – поинтересовался меньший Оскол.

– Нет. Но я четко распознал эльфийскую магию.

– Снова эльфы! Что за этим может стоять? Прежние хозяева Иктива все-таки решили вернуть этот мир себе?

– Вряд ли, – ответил внуку маг. – Скорей всего он, она или они представляют другие интересы, я так и не смог разузнать, чьи, слишком уж скрытно эти помощники себя ведут. А еще у ведьмы есть ручной полуразумный дракон, но он не так опасен, как другие помощники. Первым делом они, конечно, взялись за моих подчиненных, ведь маги видели больше остальных, и сейчас Виктания в магическом плане очень обескровлена, впрочем, как и в военном.

– А что с армией? – задал логичный вопрос Гартош.

– Война, – лаконично ответил маг.

– Снова с Гробросом?

– Да. Вот уже почти год, как мы воюем с Загорской империей.

Носитель вскочил с кресла и нервно прошелся по кабинету:

– Представляю, как ведутся боевые действия, если ведьма везде поставила своих людей. Гробросцы уже, наверное, захватили треть нашей территории.

– Меньше, гораздо меньше. Где-то десятую часть, – поправил внука маг. – Даже не имея мощной магической поддержки, должной поставки оружия, продовольствия и пополнения, наши войска оказывают ожесточенное сопротивление.

– Ты пытался чем-нибудь помочь?

– Пытался, – криво усмехнулся Руткер. – Именно этого ведьма и её помощники и ждали. Как только я появился неподалеку от места одного из сражений, меня тут же атаковали, пришлось немедленно ретироваться. Не трудно догадаться, что одной из основных целей этой войны является вытащить из убежища меня, как последнего Оскола, который представляет серьезную опасность для этой сучки.

– Неужели развязать войну легче, чем выкурить вас отсюда? – засомневалась в услышанном Алеандра.

– Легче, – с легкой улыбкой кивнул Руткер. – Защита вокруг этого замка создавалась десятилетиями. И это только мной. А до меня здесь славно потрудились прежние хозяева. Гора, на которой стоит замок, буквально пронизана защитными заклинаниями. Да и сейчас мне кое-кто оказывает неслабую помощь.

– Драконы? – догадался внук, снова усаживаясь в кресло.

– Они, – подтвердил дед. – Ты же знаешь, в глубине горы находятся пещеры, созданные еще прежними владыками здешних мест. Вот там-то драконы и помогли мне создать небольшой портал, через который я могу попасть прямо в их мир, а они сюда. Именно через него я иногда выхожу за пределы нашего мира. Потом из мира драконов перемещаюсь в Тарт, в княжество Юквар, а затем лорд Шаркор переправлял меня в Виктанию. Так я узнаю, что делается в стране, и немного помогаю на фронте. Но действовать мне приходится крайне осторожно и не в полную силу, так что толку от моей помощи не так уж много.

– А почему лорд Шаркор, – полюбопытствовал носитель, – разве Никор не помогает?

– Никор сейчас птица высокого полета. Вот уже два года как он Верховный князь Тарта.

– Ого! – присвистнул Гартош. – Надо будет его навестить, такой союзник нам сейчас не помешает. Кто командует восточным фронтом?

– Мервон. Ведьме, судя по всему, не очень интересно, чтобы Гроброс разгромил нас слишком быстро, поэтому она дала добро на командование Восточной армией одного из самых талантливых полководцев. Если бы не Мервон, я думаю, что война уже закончилась. Остались бы отдельные очаги сопротивления и всё. А он умеет правильно распределить войска, ополчение и те скудные ресурсы, которые у него имеются.

– Хорошо, общую картину я уяснил, а подробней расскажешь потом, – сказал Гартош и тяжело выдохнул. – А теперь расскажи мне, как погибла Лисита?

Лорд Руткер вздохнул тоже тяжело:

– Моя вина. Я решил, что дома все спокойно, что самое страшное уже позади, и слишком увлекся поиском двух мерзавцев, которые погубили лучших сынов империи. Когда я вернулся и чуть не попал в ловушку, то сразу перенесся в Риглис, а вырваться отсюда уже не смог, блокаду установили оперативно. Я только и успел, что передать сообщение в твой замок, в Камронт. Лисита вместе с детьми находилась там. Туда же приехала погостить и Ольвильда с детьми. Мои невестки вообще последнее время почти не расставались и проводили большую часть времени вместе. Как только они получили мой приказ, то сразу же, вместе с детьми и верными слугами, выдвинулись в Риглис. Сам понимаешь, магическая дорога для них была закрыта, поэтому пришлось сесть на коней и скакать что есть мочи. Я тоже бросился им навстречу. Но не успел… Наши враги обнаружили их быстрей. Понимая, что преследователи вот-вот их нагонят, Лисита с Ольвильдой отослали большую часть слуг с Гвалой и детьми вперед, а сами остались, чтобы хоть на немного задержать погоню. Корул также не захотел уходить и остался на том злополучном перевале.

Вновь переживая тот страшный день, Руткер умолк. Его трясущиеся руки выдавали страдания, которые не отпускали старого мага уже много лет. Затем он переставил местами какие-то письменные принадлежности и продолжил:

– Я встретил Гвалу и детей, отправил их в замок и тут же бросился на место, где наши девочки и Корул держали оборону. – Руткер с трудом проглотил комок, который перехватил горло. – Они все погибли. Их тела были разбросаны по всему перевалу, что показывало, какой ожесточенный был бой. Ведьма с приспешниками даже не убрала трупы своих помощников. Она хотела, чтобы я видел, что там случилось на самом деле, и это было для меня самой страшной мукой. Лучше бы она устроила там еще одну засаду, и это положило бы конец моим мучениям. А так я вижу тот перевал каждый день. Две не боевые магини и совсем еще мальчишка дали такой бой, что скалы вокруг расплавились. Мои люди насчитали не меньше полусотни трупов врагов. Я похоронил их на нашем родовом кладбище, где и остальных. Как же тяжело хоронить детей и внуков, Гартош, как же это тяжело.

Маг не выдержал, и его плечи затряслись, сопровождая беззвучное рыдание. Преодолевая рвущие его на части злость, чувство мести и безвозвратной потери, носитель поднялся, подошел к деду и, вцепившись в плече, произнес:

– У нас, у Осколов, есть такое право на месть, что нас не смогут остановить даже боги.

– Месть слабое утешение, – возразил дед. – Я бы предпочел никогда никого не терять и ни за кого не мстить. Но последнее время нам только и остается, что искать и наказывать обидчиков.

– Главного нашего врага не придется искать.

– Это правда. Ведьма не собирается скрываться. И самое паскудное, что служит ей твой брат, Катан.

– Как?! – воскликнул Гартош. – Как такое могло случиться?!

– Не знаю. Когда я последний раз его видел, то не обнаружил на нем никаких заклятий. Судя по всему, он пошел ей в услужение добровольно.

– Гаденыш, голову оторву!

– Катану, наверное, надоело находиться в тени своих более удачливых и более известных братьев, вот он и решил доказать, что и сам кое-чего стоит. Другого объяснения у меня нет. А ведьме только это и нужно. Во-первых, нахождение возле трона одного из хранителей трона придает большей легитимности самой ведьме. А во-вторых, это еще один шрам на моем сердце.

– И на моем тоже. Ладно, с Катаном разберемся позже. Что с моими детьми?

– Вот черт, чуть не забыл! – хлопнул себя по лбу Руткер. – Ведьма приказала отобрать у тебя твое княжество и замок, и все трое твоих детей помчались отстаивать твои, а в целом и свои владения. Как только они услышали об этом, а ведьма и не собиралась скрывать эту весть, то сразу сорвались с фронта и перенеслись в столицу, а затем в Камронт.

– Они были на фронте?

– Да, все мои правнуки сразу же после начала боевых действий отправились на войну.

– А ведьма, почему она их не трогала? Ведь их можно было использовать как заложников.

– Не знаю, Гартош. Я и сам этого не понимаю. Если бы она схватила кого-нибудь из твоих детей или детей Гнивера, я бы здесь не остался, и она могла бы покончить со мной наверняка. В чем её замысел, я до конца не понимаю. Возможно, она все еще ждет тебя и оставляет детей на тот случай, если ты появишься. А может быть, имеются и другие причины.

– Скоро мы узнаем все причины, – мрачно пообещал носитель.

– Не забывай, у неё есть боевой атрат, – напомнил внуку Руткер.

– Я тоже не с пустыми руками.

Гартош не спеша продемонстрировал деду свой боевой перстень, затем змею, а затем и остальных членов семьи.

– Полная семья атратов, – с нескрываемой гордостью сказал он.

– А вот это действительно сюрприз, – пробормотал маг. – С таким набором мы ведьму быстро укротим. Не буду тебя задерживать расспросами, где ты их взял, поторопись к детям. Думаю, ты там справишься и без меня. А я тем временем займусь подготовкой к визиту в Торону.

– Алаза, ситуацию вокруг моего замка! – скомандовал носитель.

«Три десятка человек в замке и вокруг него», – не задержалась с ответом змея.

– Скрытые магические ловушки?

«Я их не вижу».

– Странно… – пробормотал Гартош. – Должны быть. Обязательно должны быть! Ищи хорошо!

«Можешь и сам поискать! – огрызнулась Алаза. – Если бы увидела, сказала».

– А она у тебя с норовом, – заметил Руткер.

– Еще с каким! – вставил, наконец, слово и Аруш. – Эти атраты жутко привередливы, самовлюбленны и самоуверенны. Почти как я.

– Хватит трепаться, – осадил всех Гартош. – Сейчас действительно, еще сам проверю ситуацию, и сразу отправляемся.

II

Обстановка в оружейном зале замка Камронт накалилась до предела.

– Даже не думай, дядя, что мы уйдем отсюда добровольно, – гордо вскинув подбородок, заявила Милена. – Тебе придется увести нас отсюда силой!

– Или убить, – поддержал сестру Зоктер.

Катан скривился, ситуация действительно сложилась препаршивая. Никогда не думал, что ему придется отбирать замок у брата и что на пути ему встанут племянники. Но Армуде понадобились доказательства его преданности, и она поручила своему фавориту изначально очень неприятное для него дело.

– Никто не будет вас отсюда выводить, – сказал он. – И уж тем более убивать. Но приказ императора нужно выполнять.

– Императора или императрицы? – уточнил Мартан.

– Приказ императора мне передал его личный секретарь.

– А у меня свой приказ, – подал, наконец, голос один из сопровождающих Катана, одетый в цвета личных гвардейцев императрицы. – Если господин советник, – он отвесил легкий полупоклон в сторону фаворита, – не решится выставить за дверь тех, кто больше не имеет прав на этот замок и на все княжество, то сделать это самому. В случае сопротивления я волен вас убить.

– Подожди, Тольд, – поднял руку Катан. – Я все улажу, силу прикладывать не понадобится. – Милена, – обратился он к племяннице, – пойми же, княжество давалось Гартошу.

– За его военные заслуги, – перебила дядю племянница.

– За его военные заслуги, – согласился тот. – И которого нет в Иктиве вот уже больше чем полтора десятка лет. А у нас в стране идет война, и отсутствие в такое время приравнивается к предательству.

– И ты в это веришь?! – воскликнул Зоктер.

– Я – нет, – ответил Катан.

– Я тоже нет, – тихо пробормотал стоящий за спиной Катана и переминающийся с ноги на ногу здоровяк, одетый в форму десятника внутреннего легиона. В котором можно было распознать Зигула, боевого товарища Гартоша.

– Но таково мнение двора, – продолжил приближенный советник императрицы, – и нам придется с ним смириться. Это княжество предназначено для других героев новой войны.

– Уж не тебе ли? – уточнил Мартан.

– Нет, у меня уже все есть.

– Лорд Катан, вы слишком затягиваете нашу миссию, – вновь вмешался Тольд.

– Да подожди ты, – отмахнулся от него фаворит императрицы. – Поймите же вы, вам нужно научиться жить по-новому, не озираться назад, Гартош больше не вернется.

– Ты в этом уверен?! – раздался из глубины соседнего зала чей-то грозный и многим до боли знакомый голос. Он заметался по залам и затих где-то в глубине.

Все присутствующие в оружейном зале пораженно и настороженно застыли. Гвардейцы крепче схватились за оружие, Катан потянул ворот камзола, ставшего вдруг тесным, Зигул напряженно и с надеждой всматривался в открытую дверь, но большей части соседнего зала не было видно. Заозирались и дети Гартоша. Гвала, стоящая возле Милены, настороженно подняла уши. Некоторое время ничего не происходило, но затем далеко в глубине замка послышались странные звуки.

* * *

Носитель с друзьями высадился в укромном уголке замка Камронт. Он со своими атратами приложил максимум усилий, чтобы маги, которые, несомненно, имелись среди тех, кто пришел отобрать у него замок, не учуяли мощный всплеск магии подпространственного перехода. И, судя по всему, это ему удалось. Сейчас Гартош наслаждался эффектом, который произвели его слова.

– Любишь же ты эффектное появление, – проворчал Аруш.

– Я старался. Ну, что, пошли?

– Пошли. Я уже отсюда чую запах Гвалы, – сказал каррлак.

Шуршание по полу длинного платья Алеандры почти заглушалось тяжелыми шагами Гартоша и Квирта, а также цоканьем копыт Пегаса и когтей Аруша. К тому же конь и каррлак затеяли возню – кто кому больше наступит на ногу. Такой ватагой они и ввалились в оружейный зал.

Насладившись произведенным эффектом, Гартош протянул вперед руки:

– Ну, что, никто не хочет обнять брата, отца и друга?

Первой пришла в себя Гвала. Она зарычала, бросилась вперед и буквально налетела на своего друга. Схватив оборотня за загривок, она от души начала его трепать, и что удивительно, Аруш совершенно не сопротивлялся. Он терпеливо переносил нешуточную трепку, прекрасно понимая, что свое многолетнее отсутствие он не может оправдать никакими причинами, насколько бы весомыми они ни были.

Затем по залу пронесся рык Зигула:

– Гартош! Дух меня раздери! Гартош вернулся!

И он затопал сапожищами в сторону разношерстной компании.

Друзья крепко обнялись и чуть не задушили друг друга в объятиях. Младшие Осколы недоуменно переглядывались.

– Отец? – спросила Милена.

– Похоже, что он, – неуверенно ответил Мартан. – Все-таки не забывай, сколько мне было лет, когда я его видел в последний раз.

– А мне было еще меньше, – добавил Зоктер.

– Это действительно ваш отец, – негромко сказал Катан, вытирая вспотевшее лицо и шею.

– Папа!!! – завопила что есть мочи Милена и бросилась к отцу.

Гартош отстранил реатца и практически на лету поймал дочь. Спустя несколько секунд его тискали и теребили с разных сторон сыновья. Носитель опустил дочь на пол и обнял всех троих. Он, так же как и дети, не скрывал своих слез. Друзья Гартоша отступили в стороны, давая воссоединившейся семье вдоволь насладиться встречей.

А гвардейцы императрицы перестроились тем временем в боевой порядок. Арбалетчики подняли оружие и нацелились в хозяина замка и его окружение. Вперед вышел Тольд:

– Ну, наконец-то! Блудный сын вернулся. Сложите оружие, и тогда вы все останетесь целы.

Со стены сорвалось копье, привезенное из Реата, со страшной силой пронзило говорившего и, выбив мраморную крошку, пригвоздило его к полу.

– У кого-то еще есть желание меня арестовать? – отстраняя детей, спросил Гартош.

Желающие, конечно, имелись, но они не стали озвучивать свое желание вслух. Маги уже успели связаться с Тороной и получили приказ.

– Уходим! – выкрикнул один из них.

Не опуская оружия, гвардейцы попятились к выходу. Им никто не мешал, и вскоре они скрылись за дверью.

– Ну, а ты что стоишь? – спросил Гартош Катана. – Или беги за своими друзьями, или подойди и обними меня.

Катан сделал шаг вперед и вдруг остановился.

– Я не знаю, захочешь ли ты меня обнять, – сказал он.

– Что так? – удивился меньший брат.

– Много лет назад мне было приказано привести в Торону твоего единорога, который находился здесь.

– И что? – внутренне напрягшись, спросил носитель.

– Агаральд упирался, даже напал на меня.

– Дальше! – поторопил брата Гартош.

– Дядя убил Агаральда, – с нескрываемым презрением внес ясность Зоктер.

Лицо носителя потемнело. В глазах начали зарождаться молнии. Катан в страхе попятился вслед за своими незадачливыми коллегами. Добравшись до двери, он развернулся и бросился бежать. Со стены сорвалась алебарда и полетела ему в спину.

– Папа, не надо! – повисла на руке у отца Милена.

Алебарда застыла в воздухе, а затем со звоном упала на пол. Гартош спохватился и вытер выступивший вдруг на лбу холодный пот – не хватало еще и ему становиться братоубийцей. Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул – бешено стучащее сердце начало постепенно успокаиваться.

– Даже не верится, что я опять дома, – снова повернулся он к детям.

– Папочка! – прижалась к его плечу дочь. – Нам так тебя не хватало. Где ты был так долго?

– Об этом рассказывать не один час, – ответил носитель. – Времени у нас не так уж много, так что думаю, рассказ перенесем на другое время.

– Мне кажется, уже можно не торопиться, – сказала Алеандра. – Твои враги наверняка уже в курсе о твоем появлении, так что фактор неожиданности потерян. Хотя затягивать встречу с ними тоже не стоит, не нужно давать им лишнее время на подготовку.

– Ты права. Мы сейчас вернемся в Риглис, и вы уже вместе с прадедом услышите мою историю. Но сначала я хотел бы пройтись по замку, слишком долго я здесь не был и слишком много с ним связано.

– Мы с тобой! – вцепилась ему в руку Милена.

– Конечно, – улыбнулся отец. – Теперь я вас долго не отпущу.

* * *

Ноги сами принесли Гартоша к их с Лиситой спальне. Он взялся за ручку двери и остановился. Горло сдавил комок и долго не давал вдохнуть. Наконец он пересилил себя и толкнул дверь. Сразу стало понятно, что в спальню уже много лет никто не входил, пол покрывал толстый слой пыли. Хотя кое-какие следы имелись – следы от лап мелкого животного. Носитель сделал несколько шагов вперед, вслед за ним вошли и остальные. Одеяло на кровати вдруг зашевелилось. Присутствующие пораженно застыли.

– Кто там? – почему-то шепотом спросила Милена.

– Сейчас узнаем, – так же тихо ответил отец и осторожно подошел к широкому ложу.

Из-под одеяла показалась лохматая голова. Гартош не сразу узнал животное. Но наконец он понял.

– Так это же Торита! – воскликнул он.

Ручной зверек Лиситы недолго пялился на вошедших и тоже узнал мужа своей хозяйки. Класт жалобно заскулил и нерешительно вылез на средину кровати, видимо по-прежнему опасаясь грозного хозяина.

– Иди ко мне, верный класт, – протянул к нему руки Гартош. – Можешь не бояться, я больше никогда не повышу на тебя голос.

Торита подобралась поближе, и человек взял ее на руки. Зверек снова протяжно защебетал, словно упрекая хозяина за долгое отсутствие.

– Мама тогда не смогла ее найти, и мы уходили без Ториты, – сверкая повлажневшими глазами, сказал Мартан.

– Дай её мне, – попросила Милена. Она приняла от отца домашнюю любимицу и ласково её погладила. – А разве класты бывают белого цвета?

– Нет, – ответил Гартош. – Она поседела.

Зверек обнял лапками шею девушки и умиротворенно затих.

– Интересно, чем она здесь питалась? – заинтересовался Аруш.

– Окно приоткрыто, – показал Гартош. – Она ночью выходила на охоту, а днем возвращалась. Ладно, пойдем, что-то давит здесь на грудь.

Он двинулся к выходу, но его остановил дрожащий голос дочери:

– Пап, она умерла.

Носитель остановился и подошел к Милене. Торита положила голову ей на плечо и словно бы уснула, но с первого взгляда стало понятно – она больше не дышит. Верный зверек дождался прихода своих хозяев и со спокойной душой покинул мир живых.

Гартош взял у дочери бездыханное тельце класта.

– Пойдем, – прошептал он, – я отнесу тебя к хозяйке. Только заглянем по пути еще в одно место.

* * *

Место, где захоронили Агаральда, поросло густым бурьяном. Одним движением руки Гартош расчистил его.

– Прости, друг, – негромко произнес он. – Столько битв мы прошли вместе, а теперь… Твоя смерть не останется неотомщенной. Еще не знаю как, но Катану это не сойдет с рук.

Фатар выпустил сложную комбинацию лучей, и из небольшого холма, под которым покоился единорог, начала расти скульптура Агаральда. Атраты точно уловили желание носителя, и боевой единорог получился словно живой. Гордо вскинутая голова, блестящий рог угрожающе нацелился в небо, черная броня тускло отсвечивала на полуденном солнце.

Рядом удивленно всхрапнул Пегас. Он внимательно всматривался в своего предшественника. И Гартошу показалось, или это действительно произошло – но единорог словно кивнул в знак приветствия, и конь ответил ему тем же.

– В Риглис, – повернулся к друзьям носитель. – Сюда я вернусь позже. Когда найду силы.

* * *

По двору замка сновали вооруженные люди и незнакомцы, в которых носитель безошибочно узнавал магов – дед собирал силы для визита в столицу. Увидев появившегося внука с компанией, он бодрым шагом подошел к ним, и Гартош с радостью отметил, что дед начал оживать и сбрасывать один десяток лет за другим.

– Идем вовнутрь, – решительно сказал хозяин замка, – у меня слишком много к тебе вопросов, и они просто разорвут меня изнутри, если я тебе их не задам. И главное, не услышу ответы.

– Вы идите, а мне нужно посетить еще одно место, – ответил деду внук. – Я недолго.

– Понимаю, – кивнул Руткер.

Гартош взял под уздцы Пегаса и вывел его со двора. До места, где хоронили Осколов, он добрался быстро. У входа в небольшой храм его встретил незнакомый жрец средних лет.

– Лорд Гартош, – поклонился он, – я слышал о вашем возвращении. Похвально, что первым делом вы пришли посетить усопших.

– Вы давно здесь?

– Пять лет, с тех пор, как не стало Фугильена.

– Жаль старого жреца, он на многое открыл мне глаза. Провожать меня не надо, – Оскол остановил жестом жреца, – я помню нужное место.

Жрец еще раз поклонился и отступил в сторону.

В отличие он места захоронения Агаральда, здесь царили чистота и порядок. Гартош без труда отыскал могилу отца. Руткер постарался на славу, и место, где нашел последнее пристанище сын, украшала скульптура в полный рост. Рядом расположились еще несколько надгробных скульптур. Мать. Гнивер. Ольвильда. Дальше шли более дальние предки. К могиле жены Гартош подошел, с трудом переставляя ноги. Лицо Лиситы освещала безмятежная улыбка. Она ласково смотрела на мужа, прощая ему долгое отсутствие и свою собственную смерть. Как всегда, она ему все простила. Носитель бережно положил у ног жены тельце Ториты, упал на колени и завыл. Скорее зарычал от боли. Чувство собственной вины навалилось с новой силой. Тяжело дышать, даже думать. В голове только серая муть. Теплый ветерок ласковой ладонью провел по его макушке, затем еще, и еще. Ласковые поглаживания снимали боль не хуже, чем живые ладошки Лиситы.

– Спасибо, любимая, – прошептал единственный живой здесь Оскол. Он поднялся на ноги. – Ты всегда все понимала, как никто. Понимаешь и то, что сейчас я должен уйти. Но я скоро вернусь, и тогда мы наговоримся. Может быть, даже навсегда встанем рядом.

Глубоко вздохнув, он развернулся и пошел к храму. Усопшие родственники ободряюще смотрели ему в спину, благословляя на святую месть. На полпути к храму Гартош развернулся и низко поклонился покоившимся на родовом кладбище. В скульптуре Лиситы кое-что изменилось. На её плече удобно расположилась Торита, обхватив шею хозяйки пушистым хвостом.

* * *

В кабинете все разместиться не смогли, поэтому расположились в одном из уютных залов. Гартош рассказывал родственникам о своей жизни на Земле и о встрече с Алазой.

– Так говоришь, титаны это одни из древних богов того мира? – задумчиво почесал подбородок Руткер. – Интересно… Значит, интерес к твоей персоне высшие силы проявляют не только в нашем мире.

– Титаны не проявляли ко мне интереса, встреча со мной для них стала такой же неожиданностью, как и для меня, а вот загадочная гадалка – это действительно интересно, – ответил Гартош.

– Так ты, значит, давно пользуешься популярностью у высших сил? – заинтересовалась Алеандра.

– Популярностью не то слово, – опередил внука Руткер. – С некоторыми богинями он даже спал.

– А почему мы об этом ничего не знаем?! – воскликнула Милена.

– Мала еще, – буркнул Гартош и постарался замять тему близости с божествами. – Мне несколько раз помогали некоторые боги и демоны. Хотя от других были только неприятности.

– А подробней? – потребовала вампиресса.

– Мой внук стесняется, поэтому расскажу я, – снова вмешался старый маг.

И он сжато поведал присутствующим историю взаимоотношений внука с высшими силами.

Алеандра точно отмечала ключевые моменты этих взаимоотношений:

– Первый контакт, насколько я понимаю, произошел во время вашей войны с так называемой нечистью? – вампиресса ненавязчиво напомнила своей улыбкой, что и её вполне можно отнести к этому виду жителей Иктива.

– Именно, – живо ответил Руткер. – Насколько я понимаю, наши нынешние боги решили тогда в очередной раз померяться силами со старыми богами, которым поклоняются те, кого у нас называют нечистью. Вы уж извините, герцогиня, но к ним у нас относят и вампиров, правда, не истинных, а обращенных. Истинных в нашем мире нет.

– Мне кажется, что главная причина ваших сложных взаимоотношений не в том, что нефраты отличаются от вас, а в том, что они поклоняются другим богам.

– Скорей всего, так и есть, – согласился с вампирессой Руткер. – Наши нынешние боги снисходительно смотрят на небольшие анклавы, где поклоняются другим богам, например на Зачарованный Лес. Но старые боги представляют для них реальную угрозу. Вот почему и опасно быть свидетелем поражений, которые терпят наши божества.

– Это правда, – кивнула Алеандра, – продолжайте.

– Потом произошло несколько встреч с демонами. Демонами, которые служат разным богам, поэтому и результат от этих встреч получался разный. Особо хочу отметить помощь Малиарта – одного из главных морских демонов, Килесы – богини мести, и Эгрены – богини лесов и полей. В то же самое время у Гартоша с самого детства происходят стычки с представителями воздушных стихий, в частности с высшими духами. И мне почему-то кажется, что мой внук сообщил не обо всех своих контактах с высшими силами.

– Это правда? – поинтересовалась вампирша.

– Правда, – буркнул носитель. Присутствие, пусть и повзрослевших, но все-таки детей заставило его слегка смутиться.

Алеандра это поняла и не стала акцентировать внимание на взаимоотношениях друга с божествами.

– Можно смело добавить в общую копилку и встречу вашего внука с удивительной статуей – Эльфимерой, которая стоит в вашем кабинете, – сказала она. – Вы ведь уже проверили, какие силы её охраняют?

– Конечно! – ответил хозяин замка. – Очень интересный артефакт принесли вы в мой дом. Только не знаю, к добру ли это? Вокруг неё буквально струится божественная сила. Я думаю, что те, кто её создал, намеренно не стали скрывать значимость Эльфимеры, чтобы к ней не лез кто попало.

– Именно поэтому я и не захотела с ней связываться, – улыбнулась вампиресса. – Но думаю, что у вас она будет надежно спрятана.

– Она уже в моем самом надежном хранилище, – заверил её Руткер.

– Ни одно твое хранилище не сравнится с тем, где эта статуя находилась до сих пор, в Луистане, – заметил Гартош.

– Ты имеешь в виду ристолит? – уточнила Алеандра.

– Да. Как только разгребем здесь, нужно будет доставить минерал и металл из Луистана.

– Кстати, вы до сих пор не объяснили мне, как Эльфимера к вам попала, – напомнил старший Оскол.

Пришлось Гартошу продолжить свой рассказ об охоте за атратами, которая привела его к Эльфимере и встрече с новыми друзьями. Его рассказ вызвал всеобщий интерес и восторг. Редко кому за столь короткое время выпадет такое количество приключений и испытаний.

После всеобщих восторгов лорд Руткер решительно встал:

– Все, достаточно! Я свое любопытство удовлетворил. Надеюсь, все остальные тоже. Пора браться за эту ведьму и её прихлебателей! Всякое промедление дает ей лишнее время для подготовки встречи с нами.

– Согласен, – поднялся и носитель. – Сейчас же уходим в Торону.

III

Гартош хотел было появиться прямо в императорском дворце, но передумал, мало ли каких ловушек могла наставить там ведьма. Поэтому он с дедом, друзьями и большинством тех магов, которых Руткер успел собрать, высадился возле входа во дворец. На широких ступенях стояло два десятка бойцов Первого Легиона и десяток личных гвардейцев императрицы. Увидев пришельцев, охрана дворца тут же наставила на них заряженное мощной магией оружие.

Носитель примирительно поднял руку:

– Хвалю за бдительность, бойцы! А теперь доложите императору, что его хочет видеть его друг, лорд Гартош.

Бойцы Первого Легиона неуверенно переглянулись – кто такой Гартош из рода Осколов, знали все, а некоторые даже его видели. Но его в Иктиве не было так долго, что становилось непонятно, как себя с ним вести. Некоторые даже опустили оружие. Но только не гвардейцы императрицы.

– Стоять, где стоишь, Оскол! – закричал один из них. – Ты сейчас вне закона! Сложить оружие, и мы оставим вас живыми!

– До чего же грозных себе служивых набрала эта гадина, – улыбнулся Гартош. – От одного крика обмочиться можно.

Гвардеец не успел ответить, как на входе появился лорд Магранг.

– Глазам своим не верю, – удивленно протянул он, – никак сам Гартош Оскол вернулся.

– Можешь доверять своим глазам, Магранг, – еще шире улыбнулся бывший командор Черного Легиона. – Я действительно вернулся, хотя и с большим опозданием. И я рад тебя видеть. Удивлен, что ты до сих пор занимаешь свой пост. Думал, что твои косточки гниют где-нибудь в окрестностях Тороны.

– Я и сам этому удивляюсь, – улыбнулся в ответ Магранг. – А вот рад ли я тебя видеть, еще не знаю. С чем пожаловал?

– Хочу повидаться с императором. И еще больше с той, что называет себя императрицей.

– Ты ведь знаешь, Гартош, я охраняю императора, и пока жив, не позволю причинить ему вред.

– Можешь не сомневаться, я не меньше твоего жажду, чтобы с нашим императором ничего не случилось. Он не пострадает никоим образом.

– Это все что я хотел услышать. Проходи.

– Лорд Магранг! Это пахнет предательством! – воскликнул старший из гвардейцев императрицы.

– Кто руководит охраной дворца? – поинтересовался Гартош. – Ты или эти ряженые?

– Пока еще я.

– Я не позволю… – гвардеец ведьмы попытался заступить дорогу гостям.

– Убрать эту шваль! – рявкнул командор.

И его подчиненные с готовностью навалились на конкурентов. Видимо, отношения между двумя гвардейскими подразделениями давно пребывали на грани конфликта. И стоило отдать короткую команду, чтобы охрану ведьмы тут же повалили и скрутили.

– Пойдем, – махнул рукой Магранг. – Вас здесь уже ждут. Я постараюсь провести вас мимо большинства их ловушек.

Быстрым шагом группа под предводительством Осколов двинулась длинными коридорами дворца. Командор Первого Легиона указывал на те ловушки, о которых знал, и атраты без труда их нейтрализовали.

– Почему ты до сих пор на своем посту? – поинтересовался по дороге Гартош.

– У нас с Армудой произошел задушевный разговор. Она дала понять, что если я хоть пальцем пошевелю в её сторону, она тут же убьет Витана. Она сократила мой легион вдвое, но сохранила его, ведь нужно сохранять видимость стабильности, к тому же мои люди очень хорошо знают дворец и окрестности, было бы глупо полностью ликвидировать такое подразделение. Мои бойцы представляют собой первую линию обороны этого дворца и других мест, где время от времени пребывает император. А ближнюю линию обороны занимают её выкормыши. Я постараюсь провести тебя мимо большинства их постов, но все нам обойти не удастся. Придется немного подраться. Мои люди уже давно ненавидят крысоловов, поэтому боевая поддержка у тебя будет.

– Крысоловов? – улыбнулся Гартош. – Почему крысоловов?

Магранг с готовностью пояснил:

– Как только Армуда появилась во дворце, здесь почему-то завелось жуткое количество крыс. А она их ненавидит. Поэтому приказала уничтожить их. Поскольку мои бойцы просто-напросто не желали этого делать и по возможности отлынивали от этого задания, то основная нагрузка легла на её гвардейцев. Отсюда и крысоловы.

Пройдя большую часть пути, Магранг остановил небольшой отряд:

– Император с Армудой находятся в малом тронном зале. Центральный коридор блокирован крысоловами, поэтому я проведу вас потайным ходом. Надеюсь, что враги его до сих пор не обнаружили. Мои люди нападут на крысоловов с двух сторон и отвлекут их, это поможет вам прорваться в тронный зал. А там уже все будет зависеть от вас.

– Дай только добраться до горла этой ведьмы, и Виктании сразу станет легче дышать, – пообещал Гартош. – Возьми в помощь магов, у крысоловов наверняка будет серьезная магическая поддержка.

– Да, нам тоже такая поддержка не помешает, – согласился Магранг.

Отдав приказы своим помощникам, командор открыл потайную дверь и повел отряд узким запыленным проходом. Через несколько минут мстители подошли к нужному выходу.

– Подождем немного, – прошептал гвардеец императора.

Еще через несколько минут раздались приглушенные толстыми стенами крики и звуки боя.

– А теперь наш выход! – И Магранг распахнул дверь.

Выход из потайного прохода находился немного наискосок от входа в тронный зал, так что цель оказалась очень близка. Вход в зал охраняли два десятка рослых гвардейцев императрицы, остальные отбивали атаки бойцов Первого Легиона. Первым делом Гартош уничтожил мага, стоящего за спинами гвардейцев, а затем вытащил меч и с удовольствием бросился в рубку. С самого момента, когда он осознал себя как Гартош Оскол, он мечтал о моменте, когда будет с боем прорываться к ненавистной ведьме, и эта сучка будет знать об этом и дрожать от страха.

Справа рубились Магранг с Квиртом, слева Аруш уже отрывал кому-то конечности. Детей Гартош хотел было поместить за спину, но Зоктер легко раздвинул плечом отца и Магранга, и Гартош с гордостью подвинулся, давая место детям и Гвале. Лорд Руткер владел мечом вполне прилично для своего возраста, хотя и не лез вперед, а прикрывал фланг. С другого края Алеандра скупыми отточенными движениями лишала противников жизни. Не прошло и минуты, как последний рубеж обороны ведьмы перестал существовать. Носитель на секунду замер перед дверью, а затем решительно её толкнул.

На входе его остановил предостерегающий голос Теноса:

«Так, внимание! Мы находимся внутри магической пентаграммы-ловушки. Работаем!»

С Фатара сорвались два коротких, но мощных луча, и два кристалла по обе стороны дверей разрушились. Магическая звезда смерти потеряла две своих вершины и разрушилась. Но остались еще три вершины, и на этих вершинах стояли люди. Эти трое не стали медлить и сразу после падения ловушки атаковали пришедших. Носитель закрыл всех щитом и выдержал первый удар. Хотя, нужно признать, не без труда, слишком уж сильны оказались нападавшие.

Мстители также не остались в долгу и нанесли ответный удар. Руткер послал запасенное мощное таранное заклинание в стоящего справа от дверей, Алеандра проверила на прочность находившегося слева, ну а Гартош атаковал центральную фигуру – ведьму. Атаки Алеандры и Гартоша не увенчались успехом, а вот противник Руткера отлетел на несколько метров назад. Старый маг не стал выжидать, пока его соперник придет в себя, и следующим заклинанием добил его. Вампиресса и носитель хотели повторить успех товарища. Хлестнули ветвистые молнии, но растеклись по защите обороняющихся – противник выдержал удары. Хотя атаки мстителей и не были бесполезными, противник не смог нанести ответные удары.

– Я вижу, ты тоже обзавелся полезной игрушкой, – переведя дух и обворожительно улыбнувшись, отозвалась Армуда.

Гартош только сейчас сумел её рассмотреть, до этого красная пелена перед глазами скрывала подробности. Ослепительная блондинка, которой в другой ситуации нельзя было не восторгаться. Но не сейчас. Сейчас перед Осколом стоял ненавистный и непримиримый враг, который заслуживал только смерти. Разговаривать с ведьмой не хотелось, хотелось только добить гадину, но Оскол ответил:

– Больше тебе не помогут никакие игрушки.

Армуда рассмеялась:

– Ты такой большой, но такой глупый и самонадеянный мальчик. Неужели ты думаешь, что я надеюсь только на атрат? Я давно и с нетерпением ждала этой встречи и тщательно готовилась к ней. Почему ты думаешь, я до сих пор не трогала твоих детей? Я жаждала убить их на твоих глазах. А потом тебя. И твою смерть должен видеть Руткер, а это будет для него похуже смерти. И вот наконец-то вы все здесь, я счастлива, что сумею достойно отомстить за смерть своих сестер. Но сначала я избавлюсь от этого слизняка, который по недоумению сидит на троне.

– Посмотрим, чья месть сильнее, – процедил носитель и, не давая ведьме повернуться к Витану, который в полной прострации сидел на троне, нанес сильнейший удар.

Светло-голубое магическое копье, под завязку напитанное разрушительной магией, раскололо защиту ведьмы надвое, и это ошарашило её, но ненадолго. Армуда не стала создавать новую защиту, а тут же атаковала. Руткер хотел помочь внуку и нанес по ведьме удар с другой стороны.

– Дед, не лезь! – воскликнул Гартош. – Я лично хочу её прикончить! Лучше помоги Алеандре!

Руткер нехотя отступил, но увидев, как герцогиня сцепилась в нешуточной схватке с неизвестным магом, поспешил ей на помощь. А магический бой разгорелся с невиданной силой. Несмотря на всю мощь атратов, носителю не удавалось справиться с ведьмой. Новое копье чистой энергии отлетело в сторону, и носителю самому пришлось отбиваться от налетевшей красной пелены. Таранное заклинание скользнуло в сторону и раскололо одну из колонн в зале.

«Почему вы четверо не можете справиться с одним атратом?!» – возмутился Гартош.

«У неё очень мощный атрат, – торопливо принялась объяснять Алаза. – И у неё гораздо больший опыт взаимодействия с ним».

«А еще мы не можем на полную применить всю свою силу, – добавил Тенос. – Есть ограничения в количестве энергии. Если мы заработаем на всю мощь, это разрушит весь дворец, вместе со всеми, кто здесь находится. Нам необходимо еще немного времени, чтобы разобраться с возможностями противника. Не беспокойся, мы её достанем. Лучше выпроводи из зала всех лишних, они нам только мешают».

Носитель выкрикнул за спину:

– Все из зала, вы нам мешаете!

И, отразив очередной удар, нанес свой.

Аруш понял друга быстрей других и чуть ли не силой вытолкал детей Гартоша и Гвалу за дверь.

А на другом конце зала Алеандра и Руткер кружили вокруг своего противника. Незнакомый маг в капюшоне также не давал себя поразить. Он очень грамотно оборонялся и старался не попасть под перекрестный огонь двух соперников. Его ответные удары представляли такую опасность, что герцогине и князю приходилось надолго уходить в оборону. Но наконец, они приспособились к манере незнакомца вести бой и выработали свою, общую тактику, и это стало приносить свои плоды.

Маг и вампиресса перестали нападать с разных сторон, а объединили свои усилия. Сначала один держал щит, а второй наносил удары, а затем, безмолвно договорившись и выждав нужный момент, они одновременно потянули из противника энергию. Такого незнакомец явно не ожидал. Ему пришлось забыть о нападении, и даже, частично, о защите – практически все свои силы он направил на сохранение энергии. Но Руткер и Алеандра нащупали слабое место и не собирались отпускать врага. Незнакомец попятился, а затем не выдержал и побежал к боковой двери. Вслед ему полетели две спаренные молнии и возле самой двери ударили в спину. Чужой маг споткнулся, упал, но тут же вскочил, и, сбросив капюшон, все-таки выбежал в дверь.

– Я так и знал, что эта длинноухая тварь попадется в мои руки! – рассмотрев убежавшего, воскликнул Руткер. – Теперь он от меня не уйдет!

И старый маг кинулся за врагом.

– Я помогу, он слишком опасен! – крикнула Алеандра и бросилась на помощь своему напарнику.

– Ну все, Армуда, – злорадно процедил Гартош, – больше у тебя нет помощников. Придется умирать в одиночестве. Но я постараюсь, чтобы ты умирала долго и мучительно.

– Не надо делать поспешных выводов, Оскол, – так же тяжело дыша, ответила ведьма. – Я приберегала этот вариант на крайний случай, но пришло его время. Мне действительно жаль, но придется разрушить Торону, а я хотела какое-то время здесь поправить.

– Лжешь, сука, нет у тебя больше никаких вариантов, кроме как сдохнуть!

– Смотри, Оскол, смотри, – не менее злорадно прошипела Армуда. – Ты сполна сможешь оценить масштаб моей мести, она многократно перевесит твою. А затем я все-таки убью тебя и уничтожу всю твою семью. За исключением Катана, мальчик служил мне верой и правдой, а я умею быть благодарной.

Только сейчас Гартош заметил стоявшего в дальнем углу Катана. Брат опустил голову, и, кажется, даже закрыл глаза. Можно только догадываться, что творилось в его душе – любимая женщина, какой бы гадиной она ни была, сцепилась в смертельном бою с единственным братом.

«Внимание! Ведьма отдает приказ своей драконнице!» – вовремя уловила сообщение Алаза.

– Квирт! – крикнул за спину носитель.

– Я все слышал и понял! Я её перехвачу! – быстро сообразил ждавший своего часа дракон и бросился из зала.

– Куда это побежал этот малыш? – вовсю потешалась ведьма. – Он собрался перехватить боевого дракона? Это такая шутка? Он, наверное, умеет летать?

– Все драконы умеют летать, – пожал плечами Гартош. – Ну, почти все.

– Ты хочешь сказать…

– Ты все правильно поняла. Квирт – дракон.

– Ему не справиться с Лиситой! Она приведет сюда своих сородичей, и они сотрут Торону с лица земли! О! Я тебе не говорила? – злорадству ведьмы не было предела. – Я назвала свою драконницу именем твоей жены. Ты же не против?

Оскола буквально передернуло от ненависти – ведьма ударила по больному месту.

Реакция Гартоша не скрылась от внимательного взгляда Армуды, и она решила добить своего противника.

– Смотри, Оскол, смотри! Ты сейчас увидишь, как умирала твоя жена.

Ведьма взмахнула рукой, и на большом зеркале на стене пошла рябь, а затем на нем появилось изображение.

Бой на узком перевале подходил к концу. В живых среди обороняющихся остался только один человек – Лисита. Буквально в паре шагов от неё лежали тела Ольвильды и Корула. Мать и сын прижались спинами и, видимо, до последнего дыхания защищали друг друга. Вокруг были разбросаны тела слуг и воинов, сопровождавших Осколов. Внизу на дороге виднелись тела нападавших, и их было немало.

Казалось, хрупкая женщина обречена, выдержать атаку десятка боевых магов ей не под силу. Но Лисита дала такой бой, которого от неё никто не ожидал, даже она сама. Наследница силы герцогини Алинейской не собиралась легко отдавать свою жизнь. Она не только упорно защищалась, но и яростно наносила ответные удары, интуитивно чувствуя, где находится враг. В стороны летели каменные брызги, разорванные злой магией тела улетали в пропасть, и нападавшие невольно остановились, слишком уж неестественно сильный отпор дала им эта маленькая женщина. Место боя показывалось с высокой скалы позади Лиситы. Именно на этой скале находилась ведьма. Она намеренно не вмешивалась в бой, испытывая неслыханное наслаждение от того, что Осколы умирали медленно, один за другим. Она каждой своей клеточкой впитывала увиденное, стараясь запомнить каждую мелочь.

Но когда бой немного утих, она решила больше не ждать и вмешалась в схватку. С Тартула сорвалось копье синего света и ударило в Лиситу, точнее в щит, который она держала. Гартош чувствовал, какое изумление испытала ведьма – её, казалось, беспомощная жертва выдержала удар боевого атрата. Армуда ударила еще раз, затем еще. Из носа и ушей Лиситы уже давно бежала густая черная кровь, но она упорно держала щит, не только над собой, но и над Ольвильдой и Корулом.

– Ты сдохнешь наконец или нет?! – кричала ведьма, нанося по Лисите очередной удар.

Силы Лиситы таяли с каждой секундой, а вместе с ними таял и магический щит. Армуда уловила момент, когда жена ненавистного Гартоша Оскола осталась беззащитной, и даже немного помедлила с завершающим ударом, желая насладиться этим моментом.

Лисита подняла измученные глаза, губы прошептали последнее слово, которое Гартош прочитал безошибочно – прощай. Его маленькая эльфийка знала, что Гартош увидит этой бой, и попрощалась с ним. Через секунду новое голубое копье прервало её мучения.

Носитель стоял оцепеневший. Ведьма добилась своего, ей удалось выбить своего врага из колеи. Сейчас его можно было одолеть голыми руками. Но ведьме этого было мало, ей необходимо было уничтожить Оскола морально.

– Если бы ты знал, какое наслаждение я испытывала, когда втаптывала твою жену в дорожную пыль, – словно откуда-то издалека донесся голос Армуды.

В следующий момент с руки носителя сорвалась ярко-белая молния, и ослепительная вспышка ослепила всех, кто находился в зале, в том числе и самого носителя.

* * *

Благодаря атратам зрение возвращалось быстро. Носитель сначала услышал, а затем сквозь мутную пелену и увидел, как по залу быстро трусит Аруш. Он подошел к месту, где раньше стояла Армуда, внимательно его осмотрел и обнюхал. От ведьмы не осталось и следа. Место было выжжено. Камни выгорели и местами полопались. Да и всему залу после боя, и особенно после последнего удара Гартоша, порядком досталось. Все зеркала оказались разбиты, мраморные колонны местами были закопчены, местами обожжены, люстры с магическими светильниками разрушены.

Зал постепенно заполнялся людьми. Магранг первым делом бросился к императору, который начал шевелиться и подавать признаки жизни. Дети Гартоша поспешили к своему отцу, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. А сам Гартош стоял безучастно, словно ничего не видя и не слыша – перед его глазами в очередной раз прокручивался бой на перевале и последнее прощай от Лиситы. Боль потери с новой и новой силой накатывала на Оскола, и отодвинула назад все остальные чувства.

В боковую дверь вошли разочарованные Руткер и Алеандра.

– Та остроухая сволочь, что помогала разрушать Виктанию и травить Осколов, все-таки сумела смыться! – внес ясность в свое плохое настроение старый маг. – Но ничего, я достану этого выродка. – Он подошел к месту гибели ведьмы и поднял оплавленный кусочек металла. – Ох и сильны твои атраты! Полностью уничтожить такой мощный атрат, как Тартул, дорогого стоит.

«Это не мы, – тихо сказала Алаза. – Это сам Гартош. Точнее, его месть и ненависть».

Руткер тяжело вздохнул и отбросил остатки Тартула в сторону:

– Вот так всегда, все, что нам Осколам остается – это месть.

Гартош только сейчас начал приходить в себя. Он взглянул на брата. Катан почувствовал этот взгляд и оторвал глаза от пола.

– Я не знал, Гартош, – тихо сказал он. – Я действительно не знал. Если бы я знал, что это она Лиситу, я бы её собственными руками задушил.

Гартош молчал. Катан подошел к брату и протянул ему свой кинжал.

– Ты не убил меня в Камронте, так сделай это сейчас. Я не достоин быть Осколом.

– Уйди, Катан, – скривившись как от зубной боли, сказал Гартош. – Просто уйди и все.

Катан отбросил кинжал в сторону и побрел из зала.

Носитель осмотрел зал. Возле Витана уже хлопотали маги, приводя его в чувство и очищая от действия враждебной магии. Магранг раздавал команды, и гвардейцы бросались тут же их выполнять. Везде царила атмосфера приподнятости и деловая суета. Только Гартошу было тошно на душе, и даже присутствие детей не смягчало той боли, которую он сейчас испытывал. Немного постояв и поняв, что здесь сейчас обойдутся и без него, он пошел на выход.

– Ты куда, отец? – окликнул его Мартан.

– Мне нужно пройтись. Я скоро вернусь.

Никто не пошел вслед за главным действующим лицом в этом зале, в Тороне, да и по большому счету во всей Виктании.

Оскол шел по дворцу и всей кожей чувствовал устремленные на него со всех сторон взгляды. В этих взглядах читалось разное: восхищение, страх, ожидание еще какого-нибудь чуда. Но ему сейчас было наплевать, просто хотелось найти укромное место и от души повыть.

На выходе из дворца Гартош увидел знакомую фигуру. Катан никуда не ушел, он просто сидел на каменных ступенях и раскачивался из стороны в сторону. Носитель подошел и сел рядом.

– А ведь я её любил, – сказал Катан.

– Я знаю, – ответил брат.

– Может быть, даже больше тебя.

На это Гартош не ответил ничего. Только через время спросил:

– А Армуда?

– Армуда… Не знаю, Гартош. С ней я впервые почувствовал себя кому-то нужным. Любил ли я её? Наверное, любил. И поэтому прощал ей многое из того, что она здесь творила. Просто списывал все это на вздорный характер. Старался смягчить её слишком уж злобные выпады в ту или иную сторону. Это именно я настоял, чтобы командующим фронтом назначили Мервона.

– Что ты думаешь делать теперь?

– Не знаю. Возможно, исчезну из страны. Может быть даже с Иктива. Ты ведь не дашь мне остаться здесь до окончания войны?

– До окончания войны дам. А затем тебе действительно лучше будет уйти. Я даже могу тебе подсказать куда.

– Потом подскажешь. Может, мне повезет, и до конца войны я не доживу.

– Уезжай в Риглис, брат. Сходи на могилы, попроси прощения, а потом можешь отправляться на фронт, – после долгого молчания сказал Гартош.

Затем он поднялся и уже более твердым шагом вернулся во дворец.

* * *

Оживление во дворце все нарастало. Челядь и начавшие прибывать чиновники уже уверовали в то, что черные времена для империи закончились – ведь вернулись настоящие хранители трона. С Гартошем учтиво, но часто радостно здоровались, некоторых он даже узнавал и так же приветливо кивал в ответ.

В малом тронном зале, на месте побоища, уже начали наводить порядок. Витан стоял на ногах, и взгляд его был вполне осмысленным.

– Ну, здравствуй, друг, – раскрыв объятья, сказал он.

– Здравствуй, шалопай, – заключив в объятья, похлопал его по спине Оскол. – Влип ты здесь без меня.

– Что влип, то влип. А вместе со мной влипла и вся империя. Я ведь все понимал. Все, что происходило последние годы, только сделать ничего не мог. Меня словно вытеснили из собственной головы.

– Сознание Витана было вытеснено другим, более сильным сознанием, – подтвердил лорд Руткер. – Скорей всего, работа остроухого, для ведьмы слишком тонко. Хотя со своим Тартулом она сыграла свою роль – взломала защиту императора.

– Вон оно как вышло, Гартош, – вздохнул Витан, – наш родовой атрат сослужил плохую службу против нас самих.

– Бывает и похуже, – попытался успокоить друга носитель. – Твою магическую охрану мы усилим по максимуму, больше такое не пройдет.

Император с благодарностью улыбнулся и отметил:

– А ведь ты почти совсем не изменился. Словно и не прошло полтора десятка лет.

– Для меня прошло два десятка. Но об этом потом. Ты пришел в себя?

– Да, насколько это возможно. Какие наши действия?

Гартош думал недолго:

– Первым делом нужно сместить главнокомандующего. Затем связаться с лордом Мервоном и узнать, какая ему нужна немедленная помощь. Ну, а дальше по обстоятельствам.

– Слухи по столице распространяются быстро, – сказал Магранг. – Мне только что доложили, что лорд Тимрон, нынешний главнокомандующий, срочно покинул здание верховного штаба. Вероятней всего, он так же срочно покинет и Виктанию.

– Тем лучше, – не стал горевать Гартош. – Значит, сразу к Мервону. Зигул! Чего ты там скромно стоишь в сторонке? Иди сюда, расскажи, что случилось с Черным Легионом? Не сомневаюсь, что Армуда предприняла против него самые жесткие действия.

– Жесткие не то слово, – отозвался реатец. – Она попробовала уничтожить легион полностью, послав его в ловушку к северным племенам. Мой полк тогда пострадал больше всего. Примерно двум третям легиона удалось вырваться и вернуться в Виктанию. Ведьма придумала новое, не менее безрассудное и смертельное для нашего легиона задание. Но вмешался Лямир, король Волшебного Королевства. То, что черные единороги гибнут без всякой надобности, его возмутило. Он предложил Алькону, как временному командору, вернуть единорогов королевству. Алькон отказался. Тогда Лямир сделал новое предложение – он готов был дать убежище всему Черному Легиону, точнее тому, что от него осталось. Пересидеть там до лучших времен. Алькон согласился.

– Правильно сделал, – одобрил носитель. – Ну, а ты чего здесь остался?

– Семья у меня здесь, – виновато развел руками Зигул. – Семья большая. Всех забрать в Волшебное Королевство я не мог. Да и что мне там делать? Мой единорог погиб в бою. Так что я решил остаться, и ведьма ради смеха приставила меня к своим гвардейцам.

– Хорошо, я все понял. Думаю, что вернуть Черный Легион, точнее, то, что от него осталось, не будет большой проблемой. – Гартош повернулся к Руткеру. – Дед, пока я проверю, как дела на фронте, собери и проанализируй всю информацию по Виктании. Как вернусь, будем разбираться.

– Сделаю, – пообещал теперь уже снова Первый маг империи.

IV

Совещание в штабе Восточной армии подходило к концу, когда дежурный маг доложил, что из столицы поступило уведомление о прибытии важных гостей. Присутствующие недолго гадали, кто эту вдруг вспомнил, что на востоке идет война. Прямо в кабинете командующего открылся небольшой портал, и через него шагнули четыре человека, огромная собака и странного вида лошадь. Вот на пятнистую лошадку и устремились первые недоуменные взгляды офицеров и тур-генерала. Пегасу польстило такое внимание, и он продемонстрировал зрителям еще и свой набор клыков. Гартош не стал прерывать этот короткий спектакль, пытаясь понять, какое настроение царило в этой комнате до прибытия столичных гостей.

Лорд Мервон, наконец, перевел взгляд на людей и с шумом отодвинул кресло:

– Раздери меня демон! Гартош! Никак вернулся, чертенок?!

– Да, это я, лорд Мервон. Я вернулся.

Мервон подошел к сыну своего погибшего друга и внимательно его рассмотрел. Затем крепко, по-мужски обнял.

– Если ты прибыл из столицы, сразу вопрос. Как там обстановка? – спросил он, отстранившись.

– Ведьма мертва.

– Слава духам! – с облегчением выдохнул командующий армией.

В кабинете поднялся возбужденный гомон – эта весть обрадовала всех.

– Я только сегодня вернулся в Виктанию, поэтому успел немногое, – пояснил Оскол.

– Немногое? – удивился один из командоров. – Не успел появиться в стране, и сразу уничтожил эту гадину! Убить её пытались лучшие маги и воины, и все безрезультатно!

– У меня были хорошие помощники. Познакомьтесь. Герцогиня Алеандра – опытный и сильный маг. Она очень сильно помогла лорду Руткеру нейтрализовать, а затем обратить в бегство одного из помощников Армуды.

Алеандра скупо улыбнулась, обнажив свои тонкие клыки.

– Вампир? – без всякого страха поинтересовался Мервон. – Из Ларфа?

– Нет, она из другого мира, – объяснил носитель. – Но любезно согласилась помочь мне разобраться с проблемы моей страны. Брюнета зовут Квирт, он также из другого мира и также внес свою лепту в победу над Армудой и её командой. Ну, а Зигула большинство из вас должны знать – он командовал полком в Черном Легионе.

– Знаем. Помним, – подтвердили командоры.

– Жеребца зовут Пегас, он из того мира, откуда я прибыл в наш мир. Большой любитель свежего мяса.

– Это заметно, – прокомментировал кто-то из присутствующих офицеров.

– Аруша тоже многие из вас должны помнить.

– До сих пор вспоминаем, – с улыбкой подтвердил Мервон.

Каррлак гордо задрал голову и снисходительно посмотрел на Пегаса. Тот не остался в долгу, всхрапнул и хотел было наступить товарищу на хвост. Но Гартош прервал их обычную потасовку и обратился к командующему:

– Лорд Мервон, не могли бы вы обрисовать общую обстановку на фронте.

– Конечно, могу, Гартош. Подходи к карте. Смотри. – Тур-генерал выровнял карту и стал водить по ней карандашом. – В западном направлении гробросцы продвинулись почти на полторы тысячи латонов. В северном на тысячу. Под их контролем огромная территория. Они обогнули Старые Аргаты и вышли на просторы южной и центральной Виктании. Хорошо, что у них до сих пор наблюдается острая нехватка в кавалерии, иначе их успехи были бы еще весомее. На севере они уперлись в Розолс, и дальше их продвижение застопорилось.

– Розолс? – удивился Оскол. – Это что, баронство? Что-то я не припомню такой провинции.

– Нет, это нечто другое, – ухмыльнулся Мервон. – Как и на западе страны, на востоке также появились территории, которые объявили о том, что выходят из состава Виктании. Только на востоке это происходит более организованно. Два герцогства, одно княжество, три баронства и четыре графства объединились вместе и заявили о создании своего королевства.

– Ого, королевства! – не мог скрыть изумления Оскол. – И как такое могли допустить?! Ах да… Армуде такое развитие ситуации должно было принести особое удовольствие.

– Вот именно.

– Ты говоришь, что на западе происходит нечто подобное. Что происходит там?

– Ты еще не знаешь? На западе около двух десятков владетельных лордов объявили себя королями своих владений, что они больше не подчиняются Тороне.

– А что на юге, севере и в центре?

– Там пока тихо. Если это можно назвать тишиной. Север постоянно подвергается нападению северных соседей, и в одиночку им не выжить, поэтому об отделении там никто не думает. Центр ожидает прихода гробросцев, поэтому предпочитают держаться Тороны. А вот на юге также скоро могут появиться желающие отделиться от Тороны. У меня сложилось впечатление, что этим процессом кто-то управляет. И это не Армуда. Она лишь не мешала этому процессу.

– Вполне может быть, ты прав… – пробормотал Гартош, вспоминая свой давний разговор с Никором. – Ну да ладно, с этим разберемся потом. Продолжай о фронте.

– Гроброс давит нас пехотой, здесь у них явное преимущество, поэтому продвигаются они медленно, но уверенно. Главная их задача продвинуться как можно дальше на запад и отрезать нас от Тарта, поэтому они не слишком торопятся углубляться в леса центральной Виктании.

– Какими силами мы располагаем?

– Пять потрепанных пехотных легионов Восточной армии и два кавалерийских. Недавно присоединились два пехотных легиона Центральной армии и один кавалерийский, да и то потому, что Гроброс вошел на их территорию. Ну и еще около двадцати тысяч ополченцев. Их количество почти не изменяется, несмотря на то что потери среди них самые большие, так как постоянно пробираются новые добровольцы.

– Пробираются? – удивился Квирт. – Добровольцам не дают прийти на фронт?

– Именно так, – подтвердил Мервон. – Армуда дала указания верным частям, что вести войну должна только армия, а долг гражданского населения снабжать нас.

– И как снабжение? – с улыбкой поинтересовался Оскол.

– Никак, – с такой же улыбкой ответил тур-генерал. – Все оружие производим сами, продовольствие только то, что могут оторвать от себя местные жители.

– Удивляюсь, что гробросцы продвинулись всего на полторы тысячи латонов, – пробормотал Гартош.

– Если бы воевали только солдаты, враг занял бы уже половину страны, а там и Жеран ввязался бы. Но Гроброс встретил ожесточенное сопротивление со стороны местного населения. Около полутора десятка городов находятся в осаде и до сих пор держатся. На их осаду требуются силы, поэтому загорцы не могут все силы бросить на захват новых территорий. Хотя недавно сил у них прибавилось. На фронте появились гарпты.

– Во как! – неподдельно удивился носитель. – Не удалось снова втянуть в войну кентавров, попросили помощи у гарптов?

– Мы взяли в плен нескольких военных вождей. Они сообщили, что их шаманы передали им волю богов – гарпты должны перейти горы и прославить себя боевыми подвигами против виктанийцев. А также захватить богатые трофеи и много пленных.

– Боги передали волю… – задумчиво протянул Гартош. – Самих шаманов бы захватить. Разузнать из первоисточника, что это за боги.

– Пока шаманов не попадалось, – улыбнувшись, развел руками тур-генерал.

– Попадутся, – пообещал носитель и продолжил обсуждение дел на фронте. – Если я правильно понял, но гробросцы наступают не спеша, планомерно захватывая новые территории.

– Именно так, – подтвердил Мервон. – Они явно надолго решили задержаться на нашей земле. Города и села опустошаются полностью. Местных жителей, кто не успел или не захотел уйти с насиженных мест, угоняют за Межевые горы. Незавидная их там ждет участь. Рабство. На захваченных землях уже появились новые поселенцы с той стороны гор. Поэтому так ожесточенно дерутся за свою землю наши люди. В Старых Аргатах загорцы до сих пор не могут чувствовать себя хозяевами, а в некоторых долинах их нога не ступала ни разу – не пускают. В лесистой местности успешно действуют летучие отряды из местных охотников и егерей внутренних легионов. В общем, несладко пришельцам.

– Да, с рабством и поселенцами гробросцы погорячились. Думаю, что даже вопреки запрету Армуды, скоро армия в основном состояла бы из добровольцев.

– Наверняка, – согласился с Осколом Мервон. – Пожалуй, стоит упомянуть еще об одних добровольцах.

– О каких? – заинтересовался Гартош.

– Тарты.

– Тарты? – неподдельно удивился носитель. – Но они ведь не участвуют в войне.

– В войне нет, а в боевых действиях да, – хитро улыбнулся тур-генерал. – Официально Тарт нейтрален, пока нейтрален. Но это не мешает им присылать нам в помощь своих солдат. Лучники, пехота и, конечно, кавалерия. Не менее пяти тысяч бойцов одновременно находятся на фронте.

– Хоть одна хорошая новость.

– Кроме того, – продолжил Мервон, – они держат возле наших границ большие силы, не менее половины своей армии, и это сильно нервирует гробросцев. Они вынуждены держать там немало своих боеспособных частей.

– Судя по всему, мы можем рассчитывать и на более весомую помощь Тарта.

– Не сомневаюсь в этом.

– А теперь давай подробней о каждом участке фронта.

Тур-генерал начал объяснять новому главнокомандующему положение дел на участке каждого легиона. Носитель старался вникать во все, мысленно уже видя себя на самых тяжелых участках фронта. После обстоятельного доклада он выпрямился и спросил тур-генерала:

– Скажите, Мервон, какая и где вам нужна немедленная помощь. Я имею в виду не боеприпасы, продовольствие и пополнение – это все будет. Но вы понимаете, на такую помощь понадобится какое-то время. У меня сейчас большие возможности в магическом плане, и если есть необходимость, могу эти возможности применить немедленно.

– Войну остановить можешь? – сразу поинтересовался один из командоров.

– Нет, – оценил шутку Оскол. – Я, к сожалению, не бог.

– Жаль, – погрустнел командор. – Я тут подумал, раз уж ты с ведьмой справился легко, то и гробросцев в бараний рог скрутишь.

– Не так-то и легко было справиться с ведьмой. А в бараний рог врага мы будем крутить вместе.

– Вот здесь, – прервал дискуссию тур-генерал, – наша самая дальня крепость на востоке, которая до сих пор держится. Точнее, не полноценная крепость, а небольшой, но хорошо укрепленный городок. Они уже несколько месяцев держатся. Гробросцы несколько раз пытались их штурмовать, но, понеся большие потери, решили больше не рисковать. Обложили город войсками, создали вокруг него магический барьер и пошли дальше. А они держатся. Уже всех животных съели, только боевых коней не трогают – кавалеристы не дают. Но и лошадям есть нечего. Так что боюсь, скоро и их под нож пустят.

– Понял. Что за город? – деловито спросил носитель.

– Ломонт.

– Помню, бывал несколько раз. Нужно связаться с командованием крепости, чтобы не расстреляли нас при появлении.

– Связи с крепостью нет, – обрадовал тур-генерал.

– Я помогу связаться, – обнадежил Гартош.

– Ты им еды туда захвати, – посоветовал все тот же словоохотливый командор.

– Много не захвачу. Но помогу отбить провиант у противника. Лучше мы полсотни хороших бойцов перенесем.

– А сможешь столько людей с собой взять? – засомневался Мервон.

– Смогу, – успокоил его носитель. – Возможно даже больше, все-таки со мной два опытных мага.

– Я распоряжусь, чтобы с охраны штаба сняли лучших бойцов. Хотя их и так немного.

Тур-генерал отдал приказ, и посыльный умчался собирать боеспособных бойцов. Хотя, нужно сказать, большую часть охраны штаба составляли раненые и недавно покинувшие лазарет солдаты.

Нужное количество людей собрали не сразу, пришлось добирать среди хорошо владеющих оружием ополченцев. Но вскоре спасательный отряд подготовили, и, после короткого сеанса связи с крепостью, Гартош с атратами, Алаза и Квирт перенесли всех в Ломонт.

* * *

Отряд Гартоша возник в крепости на главной и самой большой площади. После бурного, но короткого приветствия Оскол приказал раздать принесенную провизию бойцам, которые будут участвовать в скорой операции по прорыву блокады, и взобрался с друзьями на крепостную башню, которую, судя по всему, соорудили совсем недавно – наверняка для сооружения башни разобрали несколько зданий. В стане врага наблюдалось оживление – скрыть появление с помощью магии большого отряда не удалось.

«Опорные точки магического купола находятся в трех местах, – после детального изучения обстановки сообщил Тенос. – Точнее, не купола, а пирамиды – барьер имеет форму пирамиды».

– Сейчас подготовим людей и будем взламывать блокаду, – сказал носитель.

– Предлагаю уничтожить опорные точки одновременно, – внесла предложение Алеандра. – Это даст эффект взрыва и дополнительно деморализует противника.

– Куда будет направлен взрыв? – на всякий случай поинтересовался Гартош. – Как бы он не деморализовал нас.

«Взрыв будет направлен наружу, – сразу уловил суть предложения Тенос, – так как основная функция барьера состоит в том, чтобы не дать проникнуть в крепость извне, а не выбраться отсюда. Так что и выброс энергии произойдет на внешнюю сторону пирамиды. А чтобы взрыв получился как можно сильней, нужно накачать охранные артефакты излишним количеством энергии, а потом разрушить».

– Подходит, действуем, – одобрил носитель.

– Мы с Квиртом уберем вон те два опорных объекта, а ты уничтожишь ключевой, – выдала новое предложение Алеандра.

– А справитесь? – засомневался Оскол. – Ведь эти артефакты создавали лучшие маги Гроброса.

– Смеешься, – фыркнул дракон. – Я и не с такими артефактами справлялся.

– Справимся, Гартош, справимся, – с улыбкой подтвердила вампиресса.

Магическое трио распределилось в удобных для атаки местах и стали ждать приказа. А Гартош все готовил людей для вылазки, которую хотелось бы возглавить лично, но разорваться он не мог – и барьер разрушить, и людей в бой повести. Поэтому возглавил атакующий отряд Зигул, Оскол же должен был подтянуться вместе с Пегасом чуть позже. С сомнением смотря на измученных людей, Гартош сомневался, что им удастся провести эффективную атаку. Хорошо еще, что с собой удалось прихватить семь десятков свежих бойцов, на них то и возлагалась основная задача – ворваться в возведенные противником земляные редуты и устроить там резню, пока враг будет оглушен взрывом.

Как только все выстроились в атакующую колону, Тенос отдал команду:

«Бой!»

И тут же три магических удара сокрушили установленную врагом пирамиду. Причем не просто сокрушили, а максимально добавили в неё энергии и молниеносными таранными ударами синхронно разрушили магические артефакты. Эффект получился впечатляющим, Гартош даже не ожидал такого – словно взорвалась вакуумная бомба, разнесла деревянные и порядком разрушила земляные укрепления. Носитель внутренне улыбнулся – теперь он размышляет и оценивает обстановку не только с точки зрения коренного жителя, но и с точки зрения человека, проживавшего продолжительное время на Земле.

В открытые ворота к вражеским укреплениям устремились защитники Ломонта. В первых рядах, конечно, было пополнение с большой земли. Гартош хотел было спуститься и принять участие в рукопашной драке, но Тенос его остановил:

«Подожди. Гораздо больше пользы ты принесешь, оставаясь здесь. Десяток зарубленных тобой противников не решат исхода боя, а точно нанесенный магический удар может».

В правоте атрата разума носитель убедился очень скоро. Не успели первые виктанийцы достичь оборонных валов и начать с энтузиазмом вырезать оглушенных гробросцев, как из постройки, стоящей вдалеке и явно служащей чем-то вроде штаба, полетели тускло светящиеся рваные молнии. Фатар быстро устранил вражеского мага, и носитель с Алазой принялись пристально выискивать других выживших и не пострадавших от взрыва магов. Таких нашлось аж четверо. Причем двое последних попытались нанести удар по находящемуся на башне носителю, безошибочно вычислив главное действующее лицо в текущем бою. Конечно, их атаки не принесли ожидаемого эффекта, зато отплата наступила мгновенно. Выждав пару минут и не дождавшись появления новых достойных противников, носитель спустился вниз, вскочил на нетерпеливо перебирающего копытами Пегаса и вылетел из ворот.

Он успел вовремя. Ближайшие от ворот укрепления уже были опустошены, но защитники дальних начали приходить в себя и давать отпор. После взрыва выжило больше половины гробросцев, еще пару сотен спешили из казарм. Гартош не торопился применять магию, ему не терпелось помахать мечом. Он проскочил земляные валы и помчался навстречу свежей вражеской подмоге. Рядом стелился по земле Аруш, который уже успел навести шороху в оборонных редутах противника и окрасить свои клыки и когти в кровь. Пегас ревниво косился на товарища, стараясь не пропустить того вперед.

Оборотень и носитель на плотоядном коне ворвались в ряды гробросцев на огромной скорости, сбив многих из них с ног, а кое-кого даже и стоптали. Меч Оскола заплясал с бешеном темпе, поражая всех, до кого мог дотянуться. Аруш оделся в броню и не особо старался уклоняться от ударов, бесстрашно бросаясь туда, где враги собирались особенно плотно. Пегас также старался не отставать и рвануть зубами зазевавшихся человечков. Активность коня и его соревнование в убитых с Арушем порядком мешали вести бой всаднику. Наконец Гартош не выдержал, плюнул и соскочил с Пегаса.

– Ну вас! – буркнул он и продолжил бой пешим.

После минуты боя противника становилось найти все сложнее и сложнее, слишком уж кровавый след наша тройка оставляла за собой. Гробросцы предпочитали обогнуть их по широкой дуге и столкнуться с привычным врагом, а не с постоянно менявшим облик и тактику оборотнем, мечником, одним ударом рассекавшим одетого в броню воина, и конем-людоедом.

«Хватит, Гартош, наигрался, пора заниматься серьезными делами», – отрезвил носителя голос Теноса.

– Это какими? – озираясь по бокам, спросил Гартош.

«Сейчас гробросцы достигнут укреплений, и на этом ваша вылазка закончится, вы останетесь здесь втроем. Пора снова применить магию».

Действительно, пора. В разные стороны от носителя и его друзей, на высоте пояса, разошлась красная волна, убивая людей одним прикосновением. Достигнув позиций, занятых виктанийцами, волна остановилась и, пару раз мигнув, исчезла. Гартош каждой клеточкой своего тела чувствовал, какая река энергии прошла через него и его атраты. После уничтожения основного резерва противника пошла прицельная стрельба красными и синими лучами по отдельным скоплениям гробросцев. Очень быстро те поняли, что выстоять против такого могущественного мага невозможно, и началось паническое бегство. Уничтожив напоследок пару самых многочисленных групп врага, Оскол остановился, нашел взглядом Зигула и подозвал к себе.

– Вон там явно находятся склады, – указал он товарищу рукой, – бери полторы сотни людей, и дуй туда их вычищать. В первую очередь берите продукты длительного хранения. В общем, ты и сам все знаешь не хуже меня.

– А ты куда? – поинтересовался реатец.

– С остальными людьми проверю казармы, штаб и конюшни. Нужно еще корм лошадям прихватить. А может, еще чего интересного найдем.

Зигул разбил отряд на две части и повел свою половину в сторону складов. Гартош же поручил Алазе вести постоянное наблюдение за противником – когда, какая и откуда придет помощь, – а сам возглавил поход в казармы. Казармы и штаб оказались пусты, дураков ждать появления там могущественного мага и воина среди гробросцев не нашлось. Это и порадовало и разочаровало нашего героя одновременно. Пока бойцы искали, что полезного можно прихватить в захваченных постройках, Гартош перебирал карты и другие немногочисленные документы в штабе. Чего-то сверхинтересного найти не удалось, но пару карт он все же прихватил.

Уже на выходе из штаба он почувствовал, как в одной из комнат запульсировал источник магии. А это уже интересно! Комната явно была отведена для магов (останки одного из них украшали крыльцо штаба). На столе стояла небольшая костяная шкатулка, в которой и находился источник магии. Носитель осторожно открыл шкатулку. Прогнозированно там находился кристалл связи.

– Я так и знал, – разочарованно вздохнул носитель.

«Не спеши расстраиваться. Через этот кристалл можно нанести удар по тому, с кем у тебя будет сеанс связи», – обнадежил его Тенос.

– Это другое дело! Берем с собой. Хотя нет, зачем откладывать приятное и одновременно полезное дело.

Гартош взял кристалл и с помощью атратов открыл его для связи. Над многогранником возникло незнакомое лицо.

– Ты кто такой? – недовольно спросил незнакомый маг. – И кто разрешил тебе касаться магической вещи? Немедленно позови кого-нибудь из магов! Хотя стой! Как тебе удалось открыть кристалл?

– Примерно так, – ответил Гартош и без долгих задушевных бесед и объяснений послал через кристалл смертельный луч.

Что удивительно, но связь после этого не прервалась, хотя звук падающего тела был слышен отчетливо.

«Эти кристаллы взаимосвязаны друг с другом, – ответила на не заданный вопрос носителя Алаза. – Прервать связь должен один из собеседников. А собеседник с той стороны, по-моему, мертв».

– Очень интересно, – постучал пальцами по столу Оскол. – Подождем еще немного, может, еще кто появится в поле зрения, еще кого-нибудь поджарим.

Следующего кандидата в покойники не пришлось долго ждать. В магическом мареве мелькнула чья-то тень. Затем появилось и исчезло лицо.

– Алаза! Что там?! – нетерпеливо спросил носитель.

«Сейчас попробую посмотреть, – отозвалась змея. – Там четверо магов. Фатар, оранжевый луч максимальной силы!»

Фатар тут же послал термический луч такой силы, что кристалл связи почти мгновенно испарился.

«Черт, перестарался, – виновато пробормотал боевой атрат. – Слабоватый камушек попался».

«Ничего, будем надеяться, что хотя бы небольшая часть из того, что ты туда послал, достигла цели, и что наши собеседники не успели как следует подготовиться к гостинцу», – утешила товарища Алаза.

– Не знаю, убили мы там еще кого-то или нет, но настроение всем испортили изрядно, – подвел итог этой короткой схватки Гартош. – Здесь нам больше делать нечего. Собираем трофеи и в крепость.

Трофеев и в казарме набралось немало. Оружие, одежда, средства гигиены – вот неполный перечень того, что унесли участвующие в вылазке бойцы. Кроме того, в конюшнях нашли сено и овес, погрузили все это на лошадей и отправили в крепость. За полезным добром успели сходить три раза, прежде чем Алаза предупредила, что враг накопил около двух тысяч пехоты и полутысячи кавалерии и выступил к осажденному городу. Гартош, в принципе, мог остановить и эту навалу, но Тенос предложил не выказывать преждевременно всех своих возможностей. Поэтому, как только противник появился на горизонте, ворота крепости закрыли и приготовились к отражению атаки.

Но атаковать враг не спешил. Гробросцы заняли опустевшие укрепления и остановились. Маги расследовали, что произошло у подножий крепостных стен, и создавать новый магический барьер не торопились. Видимо, в Гробросе также стало известно о возвращении одного из Осколов и о том, что их главная союзница в Тороне приказала долго жить, поэтому решили тщательно проанализировать ситуацию и, чтобы не попасть впросак, отложить активные действия до прояснения ситуации.

Выждав еще несколько часов, но так и не дождавшись от противника сколь-нибудь угрожающих действий, Гартош вместе с друзьями вернулся в Торону, прихватив с собой несколько десятков детей и больных жителей Ломонта. Все пришедшие с Осколом бойцы выразили желание остаться в осажденной крепости.

V

В отличие от Ломонта, в Тороне вечер только начинался. Вызванные в столицу владетельные лорды, высокого ранга чиновники и военачальники получали распоряжения и тут же отправлялись их выполнять, некоторые удостаивались чести встретиться с императором или Первым Магом. Если на встречу с императором шли с интересом, то на встречу с главным магом империи с немалой опаской. А ну как посчитает тебя пособником ведьмы? А о крутом нраве Осколов знали все. Возращение же Гартоша и его сражение с Армудой вообще уже стало легендой.

Вихрь дел захватил Гартоша сразу по возращении в столицу. Встречи с ним требовали все более или менее значимые лица в империи, чтобы засвидетельствовать свое почтение и заверить в неизменной лояльности Гратрам и в особенности Осколам. Но Гартош всем встречам предпочел долгое общение с дедом и Витаном. Оно и понятно, сейчас решалась судьба страны, и с кем, как не с первыми лицами империи следовало обсудить – как дальше жить.

Витан смотрел на друга взглядом побитой собаки, явно чувствуя на себе вину за случившуюся со страной беду. Пришлось его успокаивать:

– Витан, перестань хлюпать носом, твоей вины в том, что ведьма захватила власть в стране, нет. И все это понимают.

– Так уж и нет, – слова друга не слишком успокоили императора. – И я уверен, что большинство жителей страны именно меня винят во всех бедах.

– Значит, нужно разубедить таких жителей! – не сдавался Гартош.

– Как?

– Как? Делами. Мудрыми решениями. Строгостью и справедливостью одновременно.

– Где ж их найти, эти мудрые решения… – снова повесил нос император.

– А мы для чего?! – взвился Руткер. – Мы и подскажем, и поддержим.

– Хранители трона, – улыбнулся последний Гратр. – Мне кажется, что именно вы и должны занимать трон.

– Ты это брось! – повысил голос Первый маг. – Соскочить хочешь? Корона для тебя тяжела?!

– Я не… – попытался найти оправдание Витан.

– Выбрось эти мысли из своей головы! – перебил его Руткер. – Будь достоин своих предков! Неужели ты думаешь, что нам мало власти? Можешь быть уверен, нам её вполне хватает. И лечить свой геморрой вашим троном нам без надобности.

– Мне все понятно, – усмехнулся Витан.

– Что тебе понятно? – недоуменно поднял брови маг.

– Меня только что посетила мысль, что Гратров на трон посадили именно Осколы.

– А мальчик умнеет, – взглянул на деда Гартош.

– Так значит это правда?!

Теперь пришла очередь улыбаться Руткеру:

– Конечно нет. Твой дальний предок сам добыл, точнее, создал для себя и своих потомков трон. Хотя должен признать, наши предки ему в этом немало помогали. А мы будем помогать тебе.

– Хорошо, что вы есть у Витании. Я не очень уверен в себе и в своих способностях управлять страной, но в вас я уверен как ни в ком. – Витан задумался, встал с кресла, прошелся по кабинету и медленно продолжил: – Честно говоря, я не совсем понимаю, почему именно вы столько лет являетесь главной поддержкой трону. В чем ваш личный интерес? Ведь он должен быть обязательно. – И император пытливо уставился на Осколов.

Первый маг подпер подбородок кулаком и с улыбкой ответил на вопрос императора:

– Все предыдущие императоры это понимали, и их это вполне устраивало. Пора понять такую простую истину и тебе. Власть. Власть, Витан. У нас, у Осколов, её не намного меньше, чем у Гратров. И при этом мы более свободны в своих поступках. Мы более свободно распоряжаемся своими жизнями. Такой ответ тебя устраивает?

– Вполне. Значит, я прав.

– В чем ты прав, сынок? – заинтересовался Руткер.

– В том, что для вас, как и для меня, трон обуза. Я тоже хочу более свободно распоряжаться своей жизнью. Вы, Осколы, очень хитры. По сути дела, скрываясь за спинами Гратров, вы управляли империей.

– А вот тут ты не прав, Витан, – возразил маг. – Да, мы не вылезаем на первое место, но мы не управляем страной. И никогда не навязывали свое мнение императорам, хотя никогда и не скрывали его. Но ты правильно заметил – наш род не из последних, и твои предшественники часто к нему прислушивались.

– Раз уж вы не отпускаете меня с трона, я тоже не буду нарушать этих традиций и также буду прислушиваться к вашему мнению.

– Хорошо, что мы нашли взаимопонимание, – подытожил первую часть беседы Гартош. – А теперь давайте думать, что будем делать дальше? Как исправлять ситуацию? С чего начинать?

– Мне кажется, что первым делом нам нужно направить все свои резервы на помощь Восточной армии, – сказал Руткер.

– Это логичное решение, – согласился носитель, – но я считаю не менее главным не только направить помощь Мервону, но и обезопасить свои тылы.

– Что ты имеешь в виду? – задал свой вопрос император.

– Я слышал, что на востоке, и особенно на западе страны, некоторые владетельные лорды вышли из подчинения Тороны и решили создать свои анклавы, это нужно пресечь немедленно.

– А это не может подождать? – недовольно проворчал Руткер. – Вместо того чтобы помогать армии, которая в тяжелейших условиях борется с врагом, мы будем распылять свои ресурсы на борьбу с кучкой глупцов, которые решили, что могут показать язык Тороне.

– Это очень опасное явление, дед. Во-первых, нам постоянно будет грозить если не прямой удар в спину, на который, я думаю, они не решатся, то мелкие противодействия и пакости точно. Во-вторых, мы там вынуждены будем держать какие-то силы, которые нам нужны на востоке. В-третьих, неподконтрольные нам территории это перерезанные дороги. В-четвертых, мы не сможем собрать с тех территорий необходимые нам ресурсы. Я уже не говорю о моральном и политическом аспекте. То, что часть наших лордов решила отколоться, очень негативно скажется на настроениях в стране. И я не уверен, что Жеран, который до сих пор почему-то выжидает, увидев, что мы даем Гробросу решительный отпор, решится на прямое вторжение, взяв в союзники наших отщепенцев.

– Очень разумные рассуждения, – с гордостью посмотрел на внука Руткер. – И как ты думаешь обуздать зарвавшихся лордов? Ведь наши силы на западе сильно рассредоточены. Я думаю, это сделано намеренно.

– Я хочу преподать одному из лордов примерную порку. Тому, кто ведет себя наглее всех и кто не пользуется авторитетом в империи, иначе из него сделают мученика.

– Есть такой, – оживился маг. – Лорд Тулос, герцог Кальтараса. Первым объявил себя королем. Присоединил к герцогству два соседних баронства, вышел на границу с проджами и считает, что ему теперь и демон не страшен. Та еще скотина. Можешь начинать с него.

– Значит, с него и начну.

– Что тебе для этого нужно? – спросил император.

– Мне нужно вернуть Черный Легион, – ответил Гартош.

* * *

Гартошу без проблем удалось добиться разрешения на посещение Волшебного Королевства. Лямир встретил своего знакомого с распростертыми объятьями и выглядел вполне дружелюбно:

– Уже наслышан о твоем громком возвращении! – после приветствия сказал он.

– У вас хорошая служба по сбору информации, – польстил королю носитель.

– Одна из лучших на Иктиве, – согласился тот. – Я прекрасно понимаю, зачем ты так спешно явился в Волшебное Королевство. Вернуть единорогов, верно?

– Верно. Точнее, вернуть Черный Легион. Он сейчас очень нужен империи.

– Я знаю, Гартош, знаю. Но если бы ты знал, как мне не хочется отпускать этих прекрасных созданий, которые в вашей стране были обречены на верную смерть.

– Те времена прошли, Лямир. И могу тебя заверить, что мы будем относиться к единорогам и их всадникам особо бережно. Я не планирую часто использовать их в прямых схватках. Они мне нужны скорей как средство устрашения и передвижения. Да и население империи воодушевится, узнав, что вернулись всеобщие любимцы. А ты знаешь, какие настроения сейчас царят в нашей стране.

– Знаю. Потому и не буду препятствовать возвращению легиона. Если они захотят, конечно. У меня сложилось впечатление, что не все всадники жаждут вернуться назад.

– Вот как? – удивился Гартош. – Если кто-то не захочет вернуться, я не буду настаивать. Мне не нужны те, у кого пошатнулась вера. Пускай остаются в безопасном месте.

– Разумно, – похвалил собеседника король.

– У нашего друга новые друзья и новые приобретения, – раздался знакомый голос за спиной носителя.

– Госпожа Эленера, – поклонился сестре короля Оскол.

– К чему такая официальность, Гартош, – отмахнулась главная разведчица Волшебного королевства. – Мы ведь близкие друзья.

– Времена меняются, Эленера, а мы не виделись очень долго. Хотя ты только похорошела за эти годы, – Гартош, не скрывая, любовался своей давнишней любовницей.

Той явно польстили слова Оскола:

– Только от тебя и можно услышать комплимент, у нас же на дам мало кто обращает должное внимание.

– Тогда тебе нужно посетить Торону, и наша столица будет покорена твоей красотой.

– Может, когда-нибудь и посещу вашу славную столицу, – принцесса мило улыбнулась Гартошу, затем её глаза сузились, и улыбка, казалось, превратилась в хищный оскал. – Можешь мне показать свои атраты?

– Конечно, – не мигнув, ответил носитель, хотя внутренне напрягся. Кто знает, чего можно ожидать от этой прожженной интриганки и опытной магини.

Он протянул Эленере руку с Алазой. Принцесса провела изящным пальчиком по тонкой чешуе. Не забывая при этом сканировать атрат, о чем змея не замедлила доложить своему носителю.

– А снять можно?

Гартош рассмеялся:

– Но ты же понимаешь, что нет.

– Ну и ладно. Покажи, что у тебя есть еще.

Не успела Эленера протянуть ладонь к Фатару, как в неё тут же ударил тонкий розовый импульс. Девушка испуганно отдернула онемевшую руку.

– Это не я! – поспешил заверить её носитель. – Это инициатива атрата!

– Так они у тебя разумные? – спросил Лямир.

– Еще какие.

– С атратами, особенно разумными, нужно держаться предельно осторожно, – предупредил король. – Они часто манипулируют или даже подчиняют своих носителей.

– Я знаю это. У нас пока взаимопонимание.

– Очень на это надеюсь. Не хотелось бы, чтобы одна из самых ярких личностей Иктива стала бы марионеткой.

– С тобой прибыли еще дракон и вампиресса? – растирая ладонь и не показывая недовольства случившимся, спросила Эленера.

– Да, они мои друзья.

– Откуда они? – настойчиво продолжала расспрос принцесса. – Я спрашиваю не из праздного интереса. Появление таких лиц в нашем мире возможно не случайно.

– В одном из миров мы попали в передрягу и выбраться из неё смогли только совместными усилиями. Я им доверяю.

– Твое дело. Но держись настороже и с ними также. Я не буду больше мешать вашим делам. – Принцесса стрельнула в Оскола призывным взглядом. – Загляни как-нибудь ко мне, когда найдешь время. Для этого тебе не понадобится особого разрешения, достаточно просто вызвать меня.

И чмокнув Гартоша в щеку, Эленера покинула террасу, на которой и происходила беседа. Проводив сестру взглядом, Лямир сказал:

– Пожалуй, не будем тянуть. Тебе ведь не терпится увидеть своих бывших подчиненных.

– Не терпится, – подтвердил носитель.

– Тогда пошли.

Король взял собеседника за руку, и через мгновение они оказались в живописной долине, на склонах которой паслись многочисленные стада черных единорогов. Возле небольших аккуратных домиков всадники играли в какую-то местную игру, перебрасывая друг другу толстую короткую палку. Успели освоиться на новом месте, ревниво подумал бывший командор Черного Легиона. Всадников Гартош узнавал сразу, они почти не изменились за эти годы – то ли время в королевстве бежало по-другому, то ли энергетика особая, то ли они вели исключительно здоровый образ жизни.

Наконец всадники заметили появление гостей. А вскоре распознали и своего бывшего командора.

– Гартош! – заорал самый глазастый. – Командор вернулся!

К носителю бросились все участники игры. Из ближайших домиков выскакивали новые всадники – некоторые со спутницами, появились даже дети. И вскоре Оскола и короля окружила плотная толпа крепких, но галдящих словно дети мужчин. Каждый старался дотронуться до своего командора – по-другому его никто не называл. Гартошу льстила такая встреча, ведь после слов Лямира тревога не покидала его душу – а ну как его единороги действительно пустили здесь корни и не захотят возвращаться на родину.

Сквозь этот плотный живой барьер с трудом протолкались четверо.

– Нашлась-таки пропажа! – обнял друга Алькон.

Затем отстранил, рассмотрел и обнял еще раз.

– А ну подвинься! – отодвинул Алькона Терес. – Не одному тебе хочется прижаться к папкиной груди.

Рестан не стал дожидаться, пока Терес закончит мять командора, и обхватил командира с другой стороны. Вирон молча стоял рядом, и глаза его странно блестели, впрочем, как и у всех остальных. Даже Лямир стряхнул пылинку с ресницы.

Гартош отстранил полковников и подтянул к себе Вирона:

– Да не стой ты, как истукан! Подойди, пощупай, я живой, я вернулся!

– Слава духам! – сказал маг легиона и обнял друга.

Перебивая друг друга, друзья пытались общаться минут пять, наконец, Гартош не выдержал:

– Так, друзья! Наговоримся потом! Я пришел забрать вас в Виктанию! Империя остро нуждается в вашей помощи.

Снова поднялся неимоверный галдеж, но Алькон поднял руку, и выкрики постепенно затихли.

– Понимаешь, Гартош, – медленно начал временный командор. – Мы слишком долго живем в этой долине, и для многих она стала настоящим домом. – Он взглянул на Гартоша, тот с каменным лицом молчал, ожидая, что дальше скажет товарищ. – Мы перевезли сюда наши семьи, а многие обзавелись ими здесь…

– Что дальше? – холодно поинтересовался Оскол.

– Да ничего! – широко улыбнулся Алькон. – Просто хотелось попить из тебя кровь. Я так давно тебя не видел!

Льдинки в глазах носителя быстро таяли.

– Засранец, – выдавил он.

– Мы немедленно собираемся, – радостно сообщил временный командор. – Если его величество не будет против.

– Не будет, – буркнул Лямир. – Хотя я надеялся, что Волшебное Королевство для многих из вас действительно станет домом.

– Домом оно для нас стало, можете не сомневаться, ваше величество, но родина у нас одна, и она к востоку от Тролльих гор, – сказал Вирон. – Правда, есть одна загвоздка.

– Какая? – спросил король.

– Многие из всадников нашли себе спутниц среди подданных вашего величества. Разрешите ли вы отправиться им вместе с нами?

– Вообще-то я не поощряю, когда мои подданные покидают наше королевство, – задумчиво ответил король. – Но для всадников черных единорогов сделаю исключение. Я отпущу с вами ваших подруг и ваших детей.

– Слава королю! – гаркнул Терес.

– Слава! – подхватили всадники.

– Собирай легион, – выдал первое распоряжение Алькону Оскол.

– А почему я его должен собирать? – удивился тот. – Ты вернулся, так что принимай командование назад. Я был всего лишь временным командором на время твоего отсутствия, но теперь все изменилось.

– Как главнокомандующий армией Виктании, назначаю тебя постоянным командором Черного Легиона, – торжественно произнес Гартош.

– Главнокомандующий… – задумчиво протянул Алькон.

– Вас теперь следует называть господин генерал? – вкрадчиво поинтересовался Терес.

– Только так! – строго подтвердил Гартош. – Мы, генералы, не любим фамильярности.

– Дай ему по ребрам, – посоветовал Тересу Алькон. – Генералу это никогда не помешает, особенно нашему.

– Но, но! – возмутился генерал. – Побольше уважения к старшему по званию! В каменоломни захотелось?!

– Потом будете ерничать, – остановил перебранку друзей Вирон. – Витан назначил тебя главнокомандующим?

– Вообще-то я сам назначил себя главнокомандующим, – немного смутившись, признался Гартош. – Но Витан не был против.

– Если Витан не был против, то что случилось с ведьмой? – полюбопытствовал Вирон.

– Она скоропостижно скончалась. Вчера.

– Сегодня прям день хороших новостей! – обрадовался Рестан. – И командор вернулся, извините, уже генерал. И ведьмы больше нет!

– Одно с другим взаимосвязано, – уточнил Оскол. – После моего возвращения у нас с Армудой произошел напряженный разговор, во время которого она покинула мир живых.

– А её помощники? – продолжал допытываться маг легиона. – За нашим легионом повсюду гонялся какой-то эльф, из её близкого окружения.

– Этот эльф опасней самой Армуды, – подтвердил Лямир.

– Мой дед, лорд Руткер, и моя новая знакомая, вампиресса по имени Алеандра, победили этого эльфа, но ему все-таки удалось уйти.

– У тебя есть знакомая из вампиров? – поинтересовался Алькон. – Познакомишь?

– Хорошо, – согласился Оскол. – Только я сразу хочу уточнить, ей больше девятисот лет.

– Наверное, горячая штучка? – заинтересовался и Лямир, который и сам разменял не первую сотню лет.

– Очень горячая, – подтвердил носитель. – Со мной еще прибыли дракон, и конь, который не прочь отведать человечины. Так что у меня есть с кем вас познакомить.

– Тогда не мешкаем, и домой, в Виктанию! – воскликнул Алькон. – Там столько нового. А то у нас всегда скудная и запоздалая информация с родины, – и командор бросил укоряющий взгляд на Лямира.

* * *

В тот же день Черный Легион обложил Ритсолу, столицу княжества Кальтарас. Всадники ворчали – им хотелось принять участие в настоящем сражении на востоке страны, но главнокомандующему виднее, пришлось вспомнить старые навыки и принять участие в усмирении недовольных и непокорных. Возле городка уже находились три сотни егерей из внутреннего легиона, а также десять полевых катапульт. Сама столица представляла собой небольшой, но хорошо укрепленный городок. Причем было видно, что большая часть укреплений строились совсем недавно. Гартошу сразу вспомнился Ломонт – очень схожая ситуация. Только там город защищался от оккупантов, и Оскол взирал на врага изнутри крепостных стен, здесь же город готовился противостоять своим бывшим собратьям, которых больше не считал за своих, и Оскол рассматривал его с внешней стороны крепостных стен.

– Что с предложением о сдаче? – спросил Гартош полковника, командующего егерями.

– Ничего, – отрицательно покачал головой тот. – Герцог лишь рассмеялся на наш ультиматум. И обещал, что если мы не уйдем с территории его королевства, то лично возглавит вылазку и уничтожит наших егерей. Правда, когда появился Черный Легион, от него не было слышно ни слова.

– Тогда послушаем, что герцог скажет теперь.

«Над городом мощный защитный купол», – предупредил носителя Тенос.

«Насколько мощный?»

«Очень мощный магический купол, в котором преобладает магия воздушной стихии», – после небольшого исследования сказала Алаза.

– В этой магии есть знакомые мотивы, – подала голос находящаяся рядом Алеандра. – Очень похоже на ту магию, что применял против нас эльф, которого мы с Руткером не смогли поймать.

– Вот где спрятался остроухий! – выругался Гартош. – Нужно постараться не дать ему уйти на этот раз. Слишком много к нему вопросов.

«Мы постараемся взломать защитный купол, – сказал Тенос. – Но мы чувствуем, что в городе много разных магических ловушек. И у меня такое предчувствие, что о некоторых мы узнаем, когда только войдем в город».

«Значит, нам не нужно входить в город, – пришел к заключению главнокомандующий. – Свяжите меня с Тулосом».

Атраты выполнили приказ носителя, хотя и с большим трудом – даже благодаря их совместным усилиям, лучу связи было нелегко пробиться сквозь защитный купол.

«Какая неожиданность! – увидел носитель образ пожилого лорда с аккуратной бородкой. – К нам пожаловал сам Гартош Оскол! Да не один, а вместе со своим верным Черным Легионом. Чем обязаны таким вниманием?»

«Я не советовал бы тебе, Тулос, насмехаться над теми, от кого зависит твоя жизнь. И жизнь всех тех, кто тебя окружает, – как можно зловещей ответил Гартош. – Если ты откажешься от своего безумного решения отколоться от Виктании, то обещаю, что ни против тебя самого, ни против твоего окружения, ни против твоего герцогства не будет проводиться никаких репрессий. Я понимаю, чем было вызвано такое решение. Но причины, которые побудили тебя и других лордов на такие действия, устранены».

«И не надейся, Оскол! Нас не выманишь пустыми обещаниями! Мы можем только вести переговоры о пограничном сотрудничестве».

– Не вижу дальше причин вести эту бессмысленную дискуссию, – прервав луч связи, сказал своим спутникам Гартош. – Снимаем магическую защиту и начинаем обстреливать город из катапульт.

Атраты начали нащупывать ключевые точки, на которые опирался защитный купол. Им в этот усердно помогала Алеандра. Убрать купол оказалось не так то и просто.

«Самая главная опора купола находится в одном из храмов города, – доложил Тенос. – А пробиться туда силой, значит, поссориться со жрецами, а может, и с самими богами».

– Не удивлюсь, если это храм Клокии, – пробормотал носитель.

– Может, попробовать какой-нибудь другой выход? – спросила Алеандра. – Ссориться с местными богами не очень разумно.

– Какой другой выход? – раздраженно переспросил Оскол.

– Например, полноценная осада.

– У нас нет на неё времени. Вламывайтесь в храм! – распорядился Гартош и уже более тихо добавил: – Все равно у меня не самые дружеские отношения с Клокией.

Атраты нанесли пробный удар по одному из удерживающих артефактов. Нанесли удачно – пуповина, соединяющая артефакт с остальными составляющими купола, исчезла. Но через пару секунд восстановилась снова.

«Все-таки придется пробиваться в храм», – пришел к выводу Тенос.

И новый точечный удар постарался прошибить магическую оборону. Она прогнулась, но выдержала. Атраты нарастили мощность и ударили еще раз, затем еще, и еще. Наконец купол не выдержал, и в нем появилась пробоина. Невидимый таран понесся сквозь неё внутрь города, но и пробоина начала быстро затягиваться. Даже в трехстах шагах от городских стен задрожала земля. Купол несколько раз мигнул, но быстро восстановился, закрылась и пробоина. Видимо, не настолько оказался сильным таран, чтобы разрушить храм.

– Алеандра, мы пробиваем защиту, и ты удерживаешь пролом, а мы тем временем разрушаем очаг их защиты, который находится в храме, – распорядился Гартош.

– Хорошо, я сделаю все возможное, – согласилась герцогиня.

Новые удары потрясли магическую оборону Ритсола, и снова в ней появилась брешь. Но в этот раз вампиресса не дала затянуться пробоине – она умело отсекала все попытки возобновить подачу энергии на поврежденный участок, перетягивая большую часть энергии себе, а в этом она была большой мастак.

Магический таран снес островерхую крышу храма богини воздушной стихии и разбросал щепки на сотню метров вокруг. Это носитель увидел с помощью Алазы. Он также отметил, что исчислять расстояния продолжает земными мерками. Атака на храм Клокии не осталась незамеченной. Появилось несколько ронов и виргов – низших и высших духов воздушной стихии. Они не мешкая набросились на носителя и Алеандру.

«Не церемоньтесь с ними! Если нужно уничтожить, уничтожайте!» – отдал команду атратам Оскол.

«Легко сказать, уничтожить высших духов, служащих богу!» – возмутился Тенос.

«Это в ваших силах?»

«Да. Но нам придется забросить атаку на центральный источник, держащий купол».

«К демонам купол! Прогоните их! Куполом займемся позже».

Носитель всеми силами помогал атратам сражаться с духами. Для непосвященных в магию все происходящее выглядело, как борьба главнокомандующего и вампирессы с сильнейшими порывами ветра. И только тот, кто владел магией, видел размытые силуэты, носившиеся вокруг. Отбросить ронов не представляло большого труда, а вот с виргами справиться оказалось куда сложнее. Самое верное решение борьбы с духами предложила Алеандра – лишить духов подпитки божественной энергией. Следовало только разобраться, откуда идет эта энергия.

Высоко в небе, на грани видимости, кружила большая стая птиц, из центра этого водоворота и исходила божественная энергия. Гартош ударил по стае слепяще-белым лучом света, который разорвался в вышине еще более яркой вспышкой. Такого наглого посягательства на божественную силу ни духи, ни контролирующие их силы явно не ожидали. На миг духи ослабили свой напор и тут же поплатились за это. Поняв, что лучшее оружие против воздушной стихии свет, генерал и герцогиня одновременно выпустили широкие лучи света, которые выжигали саму сущность духов. Несколько низших духов удалось уничтожить полностью, остальные поспешно отступили. И только вирги все еще пытались противостоять смертным.

На носителя навалилось сразу двое, третий не давал расслабиться Алеандре. Кроме традиционных ледяных игл, в Гартоша нацелились несколько миниатюрных вертящихся смерчей. Они без особого труда пробурили щит, созданный атратами, и грозились добраться до тела смертного наглеца. Вновь пошло в ход пламя – всепожирающее пламя. Огненные языки с остервенением лизали оружие духов воздуха, и в самый последний момент растопили его. Но духи не сдавались, они решили воспользоваться силой противника. В лицо Осколу ударила раскаленная воздушная струя. Она выжигала глаза, обжигала легкие, дышать стало невозможно. Разозленный носитель ответил тем же. Пламя на пламя, огонь на огонь. Духи вновь встретились с мощными испепеляющими лучами. И огонь носителя оказался сильней – все-таки не их стихия, не их. Один из виргов получил такую дозу магического излучения, что почти потерял всякую способность к сопротивлению, тем более что подпитка извне прекратилась. Духа можно было добить, но Гартош благоразумно не стал этого делать, не хотелось слишком уж злить богиню.

Алеандра совместно с Квиртом заключила «своего» в плотный кокон из раскаленной энергии и не давала ему шансов сбежать, а не то что атаковать.

На помощь духам пришла помощь из окруженного города. Точнее, её попытались оказать.

«Над городом убирают защиту, сейчас будут атаковать», – вовремя предупредил носителя Тенос.

«Немедленно бьем по храму!» – отдал тот команду.

Не успел щит над городом растаять, как шипящая комета полетела внутрь Ритсола. Она без проблем проникла в храм без крыши и буквально выжгла все вокруг. От высокой температуры выгорела не только утварь, но и оплавились сами стены. Главный магический артефакт, поддерживающий щит, был уничтожен. После разрушения храма оставшиеся духи протяжно завыли и тут же исчезли, словно их никогда здесь и не было. Исчез даже дух, которого пленили дракон и вампиресса. Находящийся в Ритсоле эльф (если это был, конечно, он), лишившись мощной поддержки, передумал атаковать и также предпочел ретироваться. Это заметила Алаза.

«Из города готовятся совершить подпространственный переход», – сказала она.

«Задержать! Никого не выпускать!» – Носитель был просто в бешенстве – не хватало еще упустить, возможно, главного виновника нынешних бед в империи и семье Осколов.

«Фатар, вытяни из капсулы как можно больше энергии, тогда совершить переход станет невозможно», – распорядился Тенос.

«Я пытаюсь, – пыхтел перстень, – но там особенная магия, не так-то просто с ней совладать! Да и расстояние до созданной капсулы слишком большое».

«Черт! Им кто-то помогает извне, – прошипела змея. – Переход совершен! Правда, Фатару все-таки удалось вытащить из магической капсулы немного энергии».

«Сколько ушло людей?» – нетерпеливо спросил носитель.

«Один».

«Один, – задумчиво протянул Гартош. – Значит, эльф бросил герцога на растерзание. Ну что ж, растерзаем. Алаза, вызови еще раз герцога, я дам ему еще один шанс».

Тулос долго не желал отвечать на вызов главнокомандующего, но все-таки ему пришлось это сделать.

«Если ты о сдаче, господин генерал, – саркастически начал герцог, – то лучше не трать время и силы. Даже со своими помощниками тебе не удастся взять мой город. У меня здесь достаточно человеческих и магических возможностей, чтобы выдержать любую осаду. А времени и ресурсов у тебя нет. Очень скоро у тебя появятся совсем другие заботы. И ты надолго, если не насовсем, забудешь о моем маленьком королевстве».

– Нет у тебя королевства, – прошептал Гартош. – Нет и никогда не будет. – Он повернулся к командиру расчетов катапульт. – Подготовить зажигательные бомбы!

– Куда стрелять, господин генерал? – уточнил сотник. – В какую часть города?

– Равномерно разбросайте бомбы по всему городу, но не зажигайте их, я все-таки хочу дать герцогу и жителям Ритсола последний шанс. Хотя нет, подождите, я лично пройду и заряжу бомбы магией.

Стрелки равномерно разместили метательные орудия по периметру города. Оскол спешивался возле каждого и буквально пичкал бомбы особой магией. Она должна была помочь метательным снарядам противостоять той магии, которую против неё могли применить маги, находящиеся в крепости, а также делала их необычайно горючими. Наконец все было готово к обстрелу, и Гартош отдал приказ к воздушной атаке.

Засвистели горшки с зажигательной смесью, и защитники города застыли, в ожидании пожаров. Но пожаров не происходило. Горшки разбивались, из них вытекала густая вонючая жижа, но загораться не думала. После нескольких минут напряженной тишины защитники крепости оживились, послышались насмешливые выкрики в сторону расчетов катапульт.

– Глупцы. Они думают, что бомбы не зажигаются из-за мастерства их магов, – пробормотал Вирон.

– Боюсь, мне придется их разочаровать, – также негромко ответил Гартош.

Почти полчаса продолжался непрерывный обстрел Ритсолы, когда с одной из башен Оскола позвал Тулос:

– Эй, Гартош, не надоело? Или ты решил отравить нас этим смрадом?

– Потерпи немного, Тулос, и эта вонь покажется тебе приятным запахом!

Их только что начавшийся разговор прервал вызов тур-генерала Мервона:

«Гартош, у нас беда!»

«Говори», – с тревогой сказал Оскол.

«Гробросцы прорвались к Зелисару, что на реке Кафуре, и атаковали его. А там единственная хорошая переправа через реку. Если они захватят город, то мы не сможем нормально снабжать фронт. Гартош, у меня нечем прикрыть Зелисар, там всего три сотни калек в гарнизоне, а ближайшее воинское подразделение почти в дне пути оттуда. Боюсь, наши войска ждут новые трудности».

«Зелисар, это же почти в двухстах латонах от фронта! Как они могли прорваться?»

«Не в двухстах, а полторы сотни от ближайшего выступа. Вчера вечером на этом выступе произошла небольшая заварушка. Все закончилось незначительной стычкой. Я даже предположить не мог, что этой стычкой загорцы маскировали скрытый переход фронта мобильной группы. В группу входит тысяча всадников и две тысячи пехотинцев на повозках. Они очень хорошо подготовились к этой операции, даже военную форму нашу надели, чтобы в тылу их приняли за своих. Меньше чем за сутки они достигли Зелисара и с ходу атаковали его. Хорошо еще, что первыми подошли кавалеристы. В гарнизоне каким-то чудом сумели распознать в них врагов и не пустили в город. Вокруг города несколько недель назад начали возводить укрепления, и они помогли задержать противника. Но сейчас к городу подходит пехота, боюсь, что после первой же атаки город падет».

«Я скоро буду», – коротко ответил Гартош.

«Жду», – так же коротко отрубил Мервон.

– Ну что, Гартош! Хорошие ты получил новости? – выкрикнул с башни Тулос, который наверняка слышал весь разговор с тур-генералом. – Иди, спасай свое войско на востоке, а нас оставь в покое!

Носитель обвел тяжелым взглядом соратников. Многие из них тоже слышали разговор и теперь с тревожным ожиданием смотрели на своего главнокомандующего.

– Сжечь город, – выдавил Оскол.

– Но… – попытался возразить сотник, командующий катапультами, – город сгорит мгновенно. Я думал, это всего лишь акт устрашения.

– Я тоже так думал, до этого самого момента.

Гартош соскочил с Пегаса, широким шагом подошел к метательному орудию, выхватил факел у стоящего рядом бойца, поджег метательный снаряд и одним ударом молота выбил клин, удерживающий катапульту от выстрела. Радостно фырчащая бомба полетела в сторону Ритсола.

– Сжечь город! – рявкнул генерал.

Сотник отдал приказ, и огненные снаряды полетели к обреченному городу. Не прошло и минуты, как в крепости начались обильные пожары.

Гартош повернулся к полковнику егерю:

– Когда из города начнут выходить жители и военные, рассортируете их. Женщин, стариков и детей отпускайте на все четыре стороны, пускай ищут себе новое жилье, их судьба должна стать предостережением остальным. Мужчин в каменоломни, всех, кто чином не выше десятника. Сотников и выше повесить. Надеюсь, удастся поймать и герцога. Его в Торону, будем казнить публично.

– Боюсь, господин генерал, нам некого будет сортировать, – смотря за спину Осколу, сказал полковник.

Гартош оглянулся. Весь город превратился в один огромный костер. Погребальный костер. Его бушующее пламя заглушило крики боли и мольбы о помощи. Духи огня устроили торжественную пляску на этом знатном кострище. Ворота открыть так никто и не успел. И уже никогда не откроет – город выгорал дотла.

– Черт, перестарался. Зато другим наука будет, – процедил Гартош.

Его соратники старались отводить взгляд от своего генерала, они еще не знали, как относиться к тому, что только что случилось. Да и сам Гартош этого не знал. Но сожалеть о случившемся он не стал, а отдал команду:

– Алькон, готовь единорогов к переходу, навестим следующего владетельного лорда, возомнившего себя королем.

– Разве мы не отправимся на помощь Мервону? – удивился командор.

– Отправимся, но только когда закончим здесь, на западе. Алаза, сколько невидимых глаз наблюдало за тем, что здесь сейчас произошло?

«Я насчитала четырнадцать окон, – ответила змея. – Кроме того, не менее десятка птиц излучают ауру магии наблюдения, и даже вон тот заяц, на дальнем холме, слишком уж внимательно вглядывается в то, что здесь происходит».

– Отлично. – Генерал вскочил на людоеда. – Я и не собирался делать секрета из этой операции. Чем больше о ней узнают, тем лучше. Эй, вы там! – выкрикнул Оскол в сторону невидимых окон. – Я выжгу эту скверну на теле империи! Запомните то, что вы здесь видели, и передайте другим!

Окна одно за другим начали захлопываться. Убежал и заяц.

– В дорогу, – снова отдал команду Гартош. – Кто там у нас по плану?

* * *

Носитель, вместе с Черным Легионом, возник неподалеку от столицы еще одного мятежного княжества. Гартош хмуро рассматривал город, раскинувшийся на берегу живописной реки. Город также оказался укреплен, хотя не так сильно, как Ритсола.

– Если атакуем сейчас, то застанем обороняющихся врасплох, и не придется сжигать город, – подсказал генералу Алькон.

– Подождем, – не отрывая глаз от городских ворот, ответил Гартош.

Командор, не понимая замыслов генерала, обиженно надулся и отвернулся. Но Оскол не зря всматривался в ворота. Не прошло и нескольких минут, как ворота со скрипом распахнулись, и оттуда выехала кавалькада всадников. Судя по знаменам, выезжал правитель этого княжества.

– Ты ожидал сдачи? – вновь повернулся к товарищу Алькон.

– Ну а чего же еще? Алькон, не глупи, после того огненного представления, что я устроил в Ритсоле, только самоубийца будет продолжать настаивать на отделении от Виктании. Я надеюсь, что среди владетельных лордов, которые пошли на этот шаг, таковых не найдется. Именно для этого мне и нужно было преподать первому же лорду жестокий урок.

– У тебя получилось, – глядя на приближающихся всадников, прокомментировал Алькон.

– Знаю, – буркнул Оскол.

Не доезжая десяти шагов, всадники один за другим спешились и подошли к генералу и его спутникам пешком.

– Я лорд Амеко, князь Бораста, – представился самый старший из всадников. – Я отказываюсь от принятого ранее решения об отделении от Виктании и сожалею, что не сделал этого раньше. Прошу понять лорда Гартоша, какие причины побудили меня сделать это, и наказать только меня, а все княжество.

Амеко, не отводя взгляда, смотрел на Оскола.

– Я понимаю причины, – холодно ответил генерал. – И понимаю, что причины уже устранены. Многие из лордов, после смерти Армуды, отказались от принятых ранее подобных решений, и к ним не будет применено никаких карательных мер. Но вы ждали, когда под вашими стенами предстанут войска империи, и должны понести наказание.

– Я готов, господин генерал, – твердо сказал князь.

Гартош на несколько секунд задумался, затем принял решение.

– Сколько в вашем княжестве взрослых мужчин, способных держать в руках оружие? – спросил он.

– Почти семь тысяч, – без задержки ответил Амеко.

– Вот мое решение, князь. Половину этих людей вы немедленно снабжаете оружием, продовольствием на месяц и отправляете в распоряжение лорда Мервона. Возглавляете этот отряд вы лично. Вам будут поставлены самые сложные задачи, вас будут бросать на самые тяжелые участки фронта, и от того, как вы проявите себя на войне, будет зависеть ваша дальнейшая судьба.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.