А. В. Бусыгин
КРИЗИС МЕНЕДЖМЕНТА
Очерки современной теории и текущей практики
Издание второе, переработанное и дополненное

ebooks@prospekt.org

Вступление

Когда я в молодости пытался чинить утюг

и у меня ничего не получалось,

мать мне говорила: сынок,

ты просто не за свое дело взялся.

Петр Васильевич Балабуев,

легендарный

генеральный конструктор КБ «Антонов»

О чем эта книга? О банальной проблеме. О проблеме содержания управленческой работы, организации такой деятельности и ее эффективности.

Нет, даже не столько о содержании и эффективности, сколько об оценке содержания так называемой современной теории менеджмента… И – как следствии использования такой теории – текущей практике управления. Банальность проблемы предопределяется тем обстоятельством, что каждый якобы знает, как надо управлять предприятием: и преподаватель, и автор учебника, и простой обыватель… Только вот нет пока стройной теории менеджмента и достойного текстового учебника по менеджменту.

Столько глупостей, несуразностей, нестыковок и примитивизма намешано в том, что именуется современной теорией менеджмента, что подготовить себя (или обучающегося этой профессии) к практической работе в сфере профессионального управления весьма проблематично…

Обратимся хотя бы – для подтверждения этой мысли – к проблеме деловой стратегии… Тысячи книг написаны в мире по этой теме и десятки тысяч статей. Написаны… но четкого представления о том, как подготовить документ под названием «Стратегия развития компании на 2015–2018 годы», все еще нет, а при таком учебно-методическом обеспечении, как оно представлено сегодня, и не будет еще долго… Вирус откровенной графомании¹ поразил менеджмент, и неизвестно, сумеет ли теория управления оправиться от поразившего ее такого недуга…

Менеджмент как некую целостность растащили на куски, на отдельные фрагменты, каждый из которых в лучшем случае анализируется в отрыве от самой целостности, осуществляются выводы, выносятся рекомендации, подтасовывают факты под такие выводы и рекомендации… А еще хуже – изобретают какие-то смешные понятия типа «логистика в широком смысле и логистика в узком смысле», на полном серьезе дошли до отрицания роли и значимости прибыли в сфере деловой активности (ах, простите, теперь неприлично утверждать о том, что максимизация прибыли должна выступать в качестве основной экономической цели предприятия, как будто действительно можно работать в убыточном состоянии…)²

Все, что происходит в сфере текстового изложения сути и содержания менеджмента, все, что рекомендуется практикам, – все это свидетельствует о том, что еще вчера надо было бы приступить к расчистке завалов в менеджменте и создать в результате стройную систему, базирующуюся на принципах рационального мышления и отличающуюся реализмом и прагматизмом.

…Вообще-то эта книга в первую очередь для преподавателей. Для тех, кто обучает студентов менеджменту как специфической форме профессиональной активности. Но читать они ее, по всей вероятности, не будут. По причине лености, по причине отсутствия глубокого интереса к своей профессии, по причине невозможности в их возрасте как-то по-иному взглянуть на предмет преподавания, по причине отсутствия мотива – ну, кто из нормальных людей за 15–20 тысяч рублей в месяц³ будет из кожи лезть вон, чтобы освоить что-то новое, полезное, более эффективное…⁴

Эта книга для практиков, желающих более глубоко понять то, чем они занимаются, но опять же не для всех, а только для тех, кто сумел уберечь свою душу от само убеждения в своей личной природной гениальности.

Эта книга для студентов, обучающихся по специальности «менеджмент» (не важно, как это теперь называется – бакалавриат или магистратура), которым нужно было бы понять, что для мыслящего человека наиважнейшим понятием всегда выступала и будет выступать категория сомнения: слушай внимательно преподавателя, своих коллег по учебе, вчитывайся в текст, чувствуя при этом и подтекст, но сомневайся… Сомневайся до тех пор, пока сам истинно не поверишь в справедливость услышанного или прочитанного, а лучше – пока сам не сформируешь свое представление, свое понятие о предмете размышлений. К этому и сводится процесс самообразования в вузе в отличие от школы, где необходимы прежде всего зубрежка и запоминание…

Почитайте… Только не подумайте, что я предаю своих собратьев по цеху. Не такие уж они мне и собратья, лично я их не знаю, и они меня тоже… Да в общем-то и речь в книжке идет вовсе не о тех, чьи имена называются, а об общей ситуации, сложившейся в системе реального управления и в сфере формирования преподаваемого курса менеджмента⁵.

Логика содержания этой книги сводится к следующим тезисам:

– вся наша жизнь проистекает под воздействием управленцев;

– а раз так, то каждый из нас кровно заинтересован в том, чтобы кто-то – а управленцы-то уж точно – должны быть профессионалами высокого класса;

– но реалии нашей жизни свидетельствуют об ином: или о полном отсутствии или крайне низком их профессиональном уровне;

– причин такого фактически сложившегося положения несколько:

– первое: очень заметно снизился уровень общего школьного образования;

– второе: практика управления свидетельствует: человек с крайне низкими индивидуальными морально-нравственными качествами не может быть эффективным менеджером, что и подтверждают факты нашей реальной общественной жизни;

– третье: крайне низким уровнем характеризуется сложившаяся система подготовки управленческих кадров

– учебно-научная база слаба, хороших учебников просто нет, профессорско-преподавательский состав методически малосостоятелен (не подумайте только, что речь идет исключительно о России – ситуация типична почти для всех стран мира);

– перспективы резкого улучшения качества управления как государственными, так и частными производительными структурами применительно к «светлому будущему» весьма туманны;

– повторим еще раз: все перечисленное выше характерно не только для современной России, выделенные проблемы носят общеци вилизационный характер, т. е. и другие страны – даже самые развитые – не избавлены в той или иной степени от их негативного влияния.

Вот об этом и ведется повествование в предлагаемой вам книге, по этой схеме и осуществляется анализ заявленной темы.

Авторская ремарка: при чтении книг мы обычно не обращаем внимание на сноски, но в данной работе и сноски являются весьма важной частью самой книги. По причине их значительного объема они вынесены в конец текста.

Очерк первый
Наши текущие проблемы⁶

Думай о деле,

деньги придут…

⁷

С точки зрения современного мира и достигнутого к сегодняшнему дню уровня развития общественного сознания мы, россияне, представляем собой весьма специфический тип носителей экономической идеологии. С течением времени такая специфичность становится все более явной⁸. Правда, необходимо заметить, что крымские события и их последствия при всей их неоднозначности нужно, наверное, рассматривать как начало нового этапа развития российского общества.

Миссия, предназначение такого нового этапа, связанного с давно ожидаемым и так неожиданно разразившимся взрывом национального патриотизма, – не только привнести новый элемент романтизма в нашу невеселую подчас жизнь, но и просигналить обществу о невозможности продолжения старой модели самоорганизации российского общества в условиях резко возросшей изоляции России на международной арене.

Тем не менее пока свойственная нам текущая концепция бытоуложения⁹ – опять же с точки зрения современного мира – может быть охарактеризована как общественная идеология, мало отвечающая запросам современного человека¹⁰. Давно уже вполне заметным явлением остается настроенность определенной части населения на перемещение в другие страны – в страны с более подходящей для жизни обычного человека общественной ситуацией¹¹.

Дело вовсе не в том, что у нас, как всегда, опять накопилось множество экономических проблем. Дело не только и не столько в том, что у нас продолжает процветать неукротимая коррупция, ничем не аргументированный уродливый протекционизм, странное представление о землячестве, да и вообще «о своих людях»…

Дело не только в том, что невыносимо трудно идет становление сектора реальной экономики, что за два последних десятилетия так и не удалось сформировать внятную экономическую политику¹².

Дело в другом¹³. Основная проблема сконцентрирована в нас самих¹⁴. Мы пока еще даже и не осознаем, что вырастили подпорченное поколение. По мере восстановления в нашей стране капиталистических порядков мы как национальная общность людей, с точки зрения стороннего наблюдателя, и сами заметно подпортились¹⁵.

Опасность этого явления заключается в трудности возврата к принципам реального гуманизма¹⁶ как основы демократического устройства общества¹⁷.

…На каком-то этапе развития советской власти КПСС-идеологи провозгласили лозунг «строительства социализма с человеческим лицом», признав тем самым, что в самом социализме человеческого-то было вовсе немного. Так вот и надо было постараться слепить ему хоть какое-то лицо-то, лучше – человеческое…

Глупости все это, и сегодня никакой, конечно, речи не может быть о возврате к тому общественному бедламу. Но тем не менее с точки зрения заданного варианта осмысления как минимум два важных и значимых фактора того странного этапа в жизни нашей страны выделить все же нужно¹⁸. И не только выделить, но и пожалеть о том, что исчезли эти факторы из нашей жизни. Исчезли, видимо, безвозвратно…

Первое. Сталин, как известно, каналья был еще тот. Но все-таки за 20 лет он действительно сумел осуществить реальную индустриализацию страны, хотя плата за такое осуществления и была невыносимо высокой! А что мы сумели за такой же срок сделать в этом направлении? К сожалению, во многом только развалить многое из того, что было создано в советский период времени, мы даже не сумели сохранить то, что было¹⁹.

Уже третий десяток лет наши политики говорят о необходимости ухода от сырьевой зависимости страны, о назревшей необходимости модернизации экономики, об изменении структуры экспорта в пользу увеличения доли товаров высокой степени переработки… Но никаких значимых сдвигов в этом направлении не наблюдается, а доля газа и нефти в общем объеме экспорта за этот период увеличилась с 37,4 до 65,5 %²⁰. Мы постепенно становимся экономикой перепродаж, таская из-за границы все то, в чем нуждаемся. Мы постепенно превратились в страну, почти во всем зависимую от зарубежных производителей и поставщиков, равно как и от потребителей наших ресурсов. Новые заводы и производственные комплексы не возводятся, люди постепенно отвыкают от реально-материальной производительной деятельности, не осталось ни одной отрасли, в рамках которой производился бы товар без использования зарубежных компонентов. Мы раздербанили не только экономику, но и образование, медицину, культуру… И в период массированного санкционного давления на нашу страну все это проблемы стали проявляться весьма ощутимо.

Сколь бы много мы ни говорили о привлекательности инженерного труда, инженеры нам не нужны (за исключением сырьевых отраслей), нужны закупщики и продавцы – менеджеры по закупкам и менеджеры по продажам… Некоторые журналисты с упоением описывают, как выпускник физтеха становится заметным банкиром. Но ведь этот факт, кроме всего прочего и позитивного, означает, что инженерный труд в нашей стране остается невостребованным. Мы почти полностью перестали производить сами то, в чем нуждаемся.

А куда в такой ситуации приложить сегодня руки и голову технически талантливому человеку? Куда податься молодому человеку? Где работать? Торговля, банки, представительства иностранных компаний… Но это в больших городах, а в провинции?

Может быть, и не стоило бы так сильно огорчаться по этому поводу, ведь сегодня инженерное дело стабильно развивается всего лишь в нескольких странах мира – Японии, США, Германии, Китае, Южной Корее. Мы когда-то тоже входили в эту группу стран, но то было при советской власти. Качество инженерной работы было не то, но это другая проблема. Тем не менее были заводы, им все время требовались новые специалисты: токари, слесари, техники, инженеры… Инженерный труд ценился, конкурс на инженерные специальности был приличным. А какой выбор у сегодняшних молодых людей?

Второе. При нашем нищенствующем образе жизни при диктате коммунистической партии все-таки во главе угла стоял человек дела, что спасало людей от чувства полной безысходности. Мы гордились теми, кто имя свое сделал на основе творений своих собственных рук, ума и таланта! У нас в героях ходили конструктор космических кораблей Королев, космонавты Гагарин, Титов, Терешкова, ткачиха Гаганова, а еще – кузнецы, сталевары, ученые, артисты²¹…

Сейчас – герои иные…

Наши сегодняшние герои – те, кто ни по своим моральным, ни деловым, ни просто обычным человеческим качествам ни в коей мере – с точки зрения принципов разумности – не может являть собой объект гордости нации.

В героях – те, кто в условиях полной вакханалии нахапал больше других. Они не люди дела, они действительно хапальщики»²² – изворотливые, хитрые, пробивные, верные служаки власти, приспособленцы, мечтающие о триллионе²³.

Мы что, действительно поглупели? Мы ради чего прославляем их имена? В чем лично мне (или юной душе подростка) надо было бы подражать тому же Алишеру Усманову? Или Абрамовичу, Дерипаске да даже и Прохорову, культ которого так старательно и заботливо пытаются время от времени лепить многие приближенные к нему?

Что мы знаем о них, как профессионалах? Ничего! Даже абсолютно ничего… Что они создали? Что они сотворили? Да, думается, они и сами-то затруднятся (в случае необходимости) отыскать в своем прошлом опыте что-то действительно ценное для профессионала. А тот факт, что и как они поделили между собой (к примеру, то, что создавалось советскими зэками на бескрайних просторах Сибири в 30-е годы прошлого столетия), истории, по большому счету, не важно… Ничего по-настоящему ценностного в таких их действиях не просматривается. Вот если бы они сами на абсолютно пустом месте создали некое подобие того, что сделал тот же Мальцов и его потомки (см. об этом далее по тексту), то им конечно же можно было бы поставить памятник.

Да, человека действительно надо приучать с самого детства зарабатывать себе на жизнь, но не на примере же этих «современных героев примитивного торгашества и беспардонного воровства»!

Именно в этом и заключается наша основная проблема. Вот уже в течение 20 лет мы миримся с фактически насаждаемой в нашем обществе идеологией желтого тельца, идеологией нечестного обогащения и наживы…

Почитайте отрывок из интервью с одним совсем еще молодым 20-летним парнем, который сумел в этом возрасте создать весьма приличный собственный бизнес… «Я всегда стремился зарабатывать. Когда учился в престижной школе, начал свой первый бизнес. Дети богатых родителей любили дорогие конфеты, но в школьной столовой их не было, и тогда я начал их продавать. Мне было всего восемь лет. Позже давал деньги под проценты одноклассникам». А в своем дневнике он отмечает: «Спешу жить, мало сплю, ничего не успеваю и везде опаздываю! Не могу существовать без бокса, байков и стихов Есенина! Пишу с ошибками, не знаю всю таблицу Менделеева, ничего не понимаю в искусстве!»²⁴

Как к этому относиться?.. Особого энтузиазма такой образ жизни на первый взгляд не вызывает… В наши старые времена такого одноклассника, который бы давал деньги в долг под проценты, в темном школьном углу…

А вам его, этого парня, не жалко? Но это не важно: все мы очень разные и каждый организует свою жизнь по-своему. Однако, бесспорно, такая идеология еще более примитивизирует нашу жизнь, превращая ее в реальную борьбу за выживание. С самого своего рождения человек ощущает себя в рисковой ситуации – сдаст ли этот никчемный ЕГЭ, сумеет ли поступить в нужный ему вуз, получит ли интересную для него специальность, а главное – работу по душе…

Неправильно это как-то, не должно быть такого – сводить все радости жизни к зарабатыванию денег и оценивать проживаемую жизнь на основе этого фактора – умения делать деньги.…

Мысль должна бить, догадка осенять, нужно что-то сотворить… Мы совсем утратили то, что всегда было малоуловимой частичкой нашего национального характера и нашего национального бытия, то, что считалось загадкой русской души. Какая-то предрасположенность к доброте, стремление к взаимопомощи, взаимоподдержке, коллективизму, некая романтизация своей судьбы. Кто знает, как описать эту тонкую материю…

Конец ХХ – начало XXI века, по всей вероятности, будет подвергаться в будущем особому анализу и осмыслению.

Этот период знаменует собой особый сдвиг в общественном сознании именно в контексте рассматриваемых проблем. Дело в том, что именно в это время наступило переосмысление образа общественного культа.

Ранее общество превозносило культ воина, рыцаря, в крайнем случае, революционера. Но в конце ХХ – начале XXI века СССР и западные страны сделали все возможное, чтобы превратить войну в позорное явление (полууничтожение Афганистана, Югославии, Ирака, Сирии). Какое тут рыцарство?! К этому же времени относится и активизация мало кем в мире приемлемого явления под названием «терроризм» как разновидности современной партизанской борьбы в ответ на такие войны.

Но природа не терпит вакуума. Казалось бы, новым общественным героем в таких условиях, ценностной фигурой, общественным культом должен стать предприниматель, мерилом успеха которого выступает капитал и прибыль. Именно фигура предпринимателя постепенно воспринимается некоторыми молодыми людьми в качестве мерила индивидуального успеха.

Но при этом, правда, значительная часть молодых людей с большим сомнением относится к проблеме героизации предпринимателя, поскольку они весьма часто сталкиваются (особенно в России) с примерами так называемого ложного предпринимательства (случаи зарабатывания, заколачивания денег), когда капитал приобретается вовсе не посредством производства действительно востребованного обществом товара, продукта или услуги, а, скажем, перепродажей труб большого диаметра, земельных участков или нефти-газа и т. д. Часто встречающийся образ так называемого реального предпринимателя, смешной, нелепый, вороватый, нечестный, никоим образом не способствует появлению нового культа. Более того, навряд ли когда-то деньги станут в самом деле мерилом действительного успеха человека²⁵.

А тут еще эта наша торговля, которая вовсе не настроена на снабжении нас качественными продуктами питания. Того и гляди в погоне за деньжищами нас отравят, используя марганцовку, подсолнечное масло, керосин и другие подручные средства для «оживления» погибших продуктов питания, срок хранения которых давно уж истек. «Часть урожая подмосковной картошки и овощей остались лежать под снегом», – вдруг огорошил нас «МК»²⁶. И вовсе не потому, что убрать не смогли, а потому, что наша российская торговля, т. е. наши отечественные магазины, продукцию наших российских фермеров пускать в свои магазины не хотят²⁷. Более того, для российских производителей реальных продуктов они установили какую-то плату за так называемое вхождение в торговые сети. А плата – ого-го какая!²⁸ Да их тут же немедленно надо позакрывать и «на их обломках» построить новую – нормальную – систему розничной торговли!..

…А за сметану выдают помесь какого-то молочного продукта с пальмовым маслом, причем пальмовый продукт в составе такой «сметаны» преобладает…

…А в нашей столице за российский якобы традиционный хлеб выдают какие-то странные изделия с кедровыми орешками, с зернами подсолнуха, с семью, опять же якобы, злаками. Только вот настоящего хлеба нет.

Слава Господу, что немногие знают, из чего и как производят сосиски, сардельки, колбасы…

А чего им стесняться-то: стандарты отменили, теперь «деньга» правит бал… Понимая все это, и торговля пустилась во все тяжкие, поскольку она, как и многие производительные структуры в нашей сегодняшней России, зашибает деньгу²⁹. Европа с ее нелегальными добавками румынской конины во все и вся тоже подмочила свою репутацию.

Мы дошли даже до того, что, не стесняясь, фактически объявили образование и медицину, как ни жаль, специфическими формами бизнеса – сферами заколачивания денег… А если к этому добавить еще и все те глупости, которые внедряются в систему образования³⁰ (да и медицину), то картина складывается уж и подавно неприглядная.

Ведь в образовательную сферу действительно внедрили столько глупостей, что их хватило бы на десять поколений! Образование просто развалили. Слава Создателю, еще держится старая гвардия – вузовские профессора и преподаватели прежней закалки – новых-то преподавателей вообще никто не готовит. Все заняты реформой образования, суть которой сводится к тому, чтобы знать, где именно нужно поставить галочку, а где – кружок. Конечно, видеть в этой реформе какие-то трагедийные последствия не нужно, человек выучится и сам, но постыдство государственной образовательной политики – вещь не только неприятная, но и связана с отталкиваем от работы в ней талантливых личностей. Хотя будущее любой нации (и каждый из нас это знает отлично) – в потенциале именно образовательной системы да семейных традиций, больше ни в чем…

Они, эти неразумные творители образовательной реформы, чего они хотят? Ни в коей мере не творцы, творцы – это совсем другое, творцы на сто уровней выше по своим ментальным и морально-нравственным качествам творителей.

Этот вопрос задается давно, но они, творители, – инкогнито, возглавляемые каким-то Ректором, мы их не знаем, это секрет за семью печатями, знать который мы недостойны. А на самом деле они конечно же боятся открытости – как от глупостей отговориться…

И так у нас понимается демократия? Демократия в отдельно взятом сегменте общественной жизни, а именно в образовательной сфере? Кто же и когда писал, и говорил о такой версии общественной демократии?³¹

Все, что происходит в этой сфере, воспринимается не просто бедой самой системы образования, это беда всего российского народа. Все это не укладывается даже в рамки знаменитого черномырдинского пассажа, с которым мы уже свыклись: хотели, как лучше, а получилось, как всегда…

Многие молодые люди, воспитанные на телепоказах многочисленных случаев воровства в госаппарате, устремились на факультеты государственного и муниципального управления, поскольку действительно поверили в то, что лучшая форма предпринимательства – это занятие бюрократической должности. Такой должности, которая позволяла бы чем-то распоряжаться, а также «пилить и пилить безостановочно» бюджетные деньги³².

Они ведь действительно верят, что в жизни надо не дело делать, а делать деньги…

Только самые последние, на момент написания этой книги, примеры, характеризующие нашу текущую жизнь, и те свидетельствуют о глубокой испорченности нашего общества.

Что же получается? Такое морально-нравственное разложение мало совместимо с профессионализмом, поскольку стремление к личному обогащению занимает почти 100 % всех мыслей таких людей.

В соответствии с такой новой для российского общества идеологией³³, ставшей реальным фактом нашей текущей жизни, хозяевами жизни становятся не те, кто хорошо делает свое дело, не те, кто умен, мудр и талантлив, а богатые. Те, кто умеет делать деньги³⁴.

Вот и стали кумирами молодежи сверхбогачи с их миллионными (в долларовом исчислении) ежемесячными зарплатами…

У нас никогда еще в истории (если не принимать во внимание эпоху Петра I с его вороватым другом Александром Меншиковым) государственные люди столь много и так откровенно не воровали. Советский период времени тоже не отличался особым соблюдением морали и нравственности, но даже стяжательство Галины Брежневой на фоне сегодняшнего казнокрадства смотрится детской игрой.

Осмысление нашего не очень сильно радостного бытия позволяет заключить: моральная деградация общества как следствие распространения такой идеологии опасна своей точкой невозврата. А моральная деградация и поступательное развитие общественной экономики – категории несовместимые… Что тогда о ней, об этой экономике, рассуждать.

Хотя…

Мы ведь даже и не осознаем, какая опасность поджидает нас за углом. Это сегодня мы можем «отломить от природы громадный кусок ресурса» (благо они пока у нас есть), вывезти его за рубеж и получить деньги. А если нанотехнологии действительно превратятся в доминирующий фактор экономического развития и им – там, за рубежом – вместо этого громадного куска потребуется всего 10 граммов этих наших природных ресурсов, то куда нам податься с этой нашей привычкой жить за счет природы?..

Но сегодня и это обстоятельство не выступает в качестве главного признака экономического уровня. В мировой экономике давно уже сформировалась новая экономическая модель развития. Наивысшую прибыль получает сегодня не тот, кто производит продукт, а тот, кто его придумывает и организует производство. Не пролетариат создает сегодня стоимость, а изобретатели, дизайнеры, программисты, менеджеры и маркетологи… Так, к примеру, в 2010 году при цене на iPAD в 549 и себестоимости его производства в 149 долларов на долю китайских сборщиков приходилось всего лишь 4 доллара, а с учетом китайских аккумуляторов и финальных операций по отладке сенсорного экрана, чего сумели добиться китайцы от компании Apple, – 10 долларов. Так что основной доход, естественно, получали США³⁵.

Не смотря на все изъяны и несуразность нашего общественного бытия, надо отдать должное российским властям. Страна долгое время (по крайней мере, до известных украинских событий) жила в стабильном режиме, все экономические показатели если не радовали, то уж очень сильно и не раздражали. Драматической напряженности в обществе не чувствовалось. А уж патриотические инициативные действия В. В. Путина по присоединению к России Крыма и вовсе впервые за много лет дали россиянам полное право гордиться своим президентом. Более того, даже самые горячие головы благодаря этому событию полностью аннулировали свои претензии к президенту, если они и были…

Но давно уже пора думать о будущем страны и работать на это будущее. Только не посредством подготовки многостраничных и бессмысленных стратегий развития до 2020 или 2030 года, а вытягивая одну отрасль за другой, один регион за другим. Очередная версия экономической и социально-экономической политики государства должна разрабатываться на 2–3 года и не более того, конечно, в русле перспективных – стратегических – устремлений общества.

Очерк второй
Реформирование системы образования – есть ли смысл?

…Я возьму вот эту мебель

и поставлю вверх ногами –

вот и перемена.

А я спрашиваю,

где вековая мудрость,

вековой опыт,

который поставил мебель

именно на ноги?..

А. Н. Островский

«На всякого мудреца довольно простоты»

Попробуйте представить себе такую картинку:

В некотором царстве, в некотором государстве собрали как-то всех дрессировщиков тигров, которые есть в стране. Собрали их всех в одном зале. С большой помпой открыли совещание. Как положено в таких случаях, на сцене сидели какие-то люди – начальники, которые именовали себя реформаторами. Сменяя друг друга на трибуне, они горячо произносили проникновенные речи. Пафос всех выступлений был связан с их страстным желанием переучить реальных укротителей, как по-новому надо дрессировать тигров, хотя никто из этих выступавших никогда-никогда в своей жизни в клетку с тиграми и не входил.

Вот нечто подобное происходит и в системе образования…

О проблемах образования пишут много, пишут по-разному, в том числе и с явными перегибами. Так, к примеру, Т. Клячко, утверждает, что «в ближайшее время конкурентоспособность страны на мировой арене будет в первую очередь определяться конкурентоспособностью их систем образования»³⁶. Роль образования в этом смысле, конечно, не стоит сбрасывать со счетов, но и так утверждать, тоже не полная правда. Конкурентоспособность страны (если вообще имеет смысл говорить о страновой конкурентоспособности – а это тоже еще не до конца осмысленное предположение, поскольку непонятно, что это такое) предопределяется внутренней и внешней политикой в первую очередь, а вовсе не системой образования.

Главным недостатком осуществляемой реформы образовательной системы выступает то обстоятельство, которое относится к понятию грубой профессиональной управленческой ошибки. Реформа может дать надежду на получение какого-либо эффекта только в том случае, если ее содержательная часть отталкивается от результатов анализа самого объекта реформирования. А ведь нам никто и никогда на достаточно серьезном уровне не говорил, чем нас не устраивала старая система образования. Это главное – никакого системного анализа и системного подхода к разрешению этой проблемы не применялось. Именно по этой причине реформа и остается глуповатенькой затеей не сильно грамотных реформаторов, которых наделили определенной властью. Виноваты в этом конечно же те, кто и наделял их этой властью.

По этой причине у думающих людей сегодня не возникает никакого сомнения в том, что нынешние двух-трехлетние малыши, которые не могут этого осознавать, превратившись в солидных дяденек и тетенек, вынуждены будут вытаскивать из пропасти систему образования, в которую ее заводит поколение их родителей³⁷.

Пристальный анализ происходящего³⁸ не оставляет сомнения в том, что текущая реформа образования осуществляется людьми с ярко выраженными ограничениями реформаторских ментальных способностей³⁹, да к тому же еще и мало понимающими, что должно происходить в образовательной системе⁴⁰.

Основной задачей системы школьного образования (если говорить только о школе) должно выступать стремление помочь ребенку-подростку-юнцу понять окружающий его мир, более или менее глубоко разобраться в механизме его функционирования, сформировать у него осознанную убежденность не только в необходимости, но и в наличии возможных форм интегрирования его самого в такой реальный мир⁴¹ в качестве самостоятельного, не зависимого ни от кого (ни от родителей, ни учителей) индивида через обязательную необходимость обретения после выхода из существующей системы образования каких-то конкретных профессиональных навыков, обладание которыми единственно и позволят претендовать на собственное встраивание в систему общественного производства (то ли в качестве слесаря, то ли в качестве скрипача оркестра Большого театра)⁴² для обеспечения возможности получения своего индивидуального дохода.

Система же профессионального образования должна включать в себя курсы, профтехучилища (как бы их ни называли), институты (с любым их названием – Университет ли леса⁴³, Академия ли казначейства…). Для получения профессионального образования необходимы, естественно, хоть какие-то (пусть и не ярко выраженные) личностные склонности и личное тяготение, чтобы конкретная работа в будущем не вызывала отвращения. И вот в этой связи опять же возникает вопрос: а почему теперь у нас именно школа предопределяет, кого из ее выпускников должен обучать тот или иной вуз по конкретным специальностям? Это что же получается, школьные учителя с их убогой (по сравнению с институтскими профессорами) подготовкой могут лучше профессоров определить, кто подходит для обучения в вузе? Почему итоги познания окружающего мира (через глуповатую систему ЕГЭ)⁴⁴ – с позволения не очень сильно далеких реформаторов – служат приказом для вуза о приеме или отказе в приеме для обучения?

Видимо, маниакальное стремление «борьбы с коррупцией на низшем уровне общественной пирамиды» выхолостило суть дела, с водицей из общественного корыта выплеснули и самого ребенка, даже не заметив этого трагического по своим последствиям проступка.

Странные они какие-то, эти наши реформаторы образовательной сферы… Надо быть полным примитивистом, чтобы уверить себя в том, что введение ЕГЭ, распространение и все более настойчивое его продвижение на просторах родной России – это и есть реформа.

Реформа российского образование, под которой кроется простое уничтожение накопленных образовательных находок и абсолютное выхолащивание сути и смысла образования, дошла до того, что занесли дамоклов меч над старейшей и знаменитейшей физико-математической школой при Новосибирском университете, которая известна как Колмогоровка. Комиссия Рособрнадзора, проверявшая физмат школу, не увидела и не почувствовала разницы между этой школой для одаренных старшеклассников и школой для трудных подростков, а потому вменила в вину Колмогоровке отсутствие в штате няни, вожатого, логопеда и дефектолога… А потому дело было передано в суд, а суд от имени Российской Федерации оштрафовал школу и запретил ей привлекать к работе профессоров и преподавателей вузов⁴⁵. Боязно становится за себя и свою Отчизну – ведь они, такие наши начальники от образования, могут дойти и до сжигания книг Марка Твена… «Это какое-то надругательство над здравым смыслом и форменное безобразие», – возмутился известный математик А. Абрамов и другие его коллеги, когда информация об этой дурости государственных чиновников дошла до них⁴⁶.

В рамках осуществляемой образовательной реформы, видимо, нет ни одного аспекта, который не вызывал бы шквала эмоций.

«В предлагаемой для чтения школьникам книге Л. Улицкой “Казус Кукоцкого” часть сюжета построена вокруг вопроса разрешения абортов, в книге В. Пелевина “Generation П” – употребления наркотиков. Не касаясь оценки творчества этих писателей, представляется очевидным, что данные произведения неуместны для школьного образования, а подготовленный список литературы является профессиональной ошибкой, которую необходимо безотлагательно исправить»⁴⁷ – так написали члены Общественной палаты, и участники специальных слушаний. А среди них были и писатели, и ректоры литературных вузов, и представители культурного сообщества России, в своем обращении к министру образования.

В ответ на это Б. Ланин, руководитель дидактики литературы Института содержания и методов обучения Российской академии образования, сказал: «Мы, академические ученые, имеем право на научный эксперимент»⁴⁸. Ну, конечно, имеют, но ведь не на детях же…

Теперь вот аналог ЕГЭ собираются вводить и в вузах (его некое подобие под мрачным названием КИМы – контрольно-измерительные материалы – уже бродят по российским вузам)⁴⁹.

Эти наши господа-реформаторы, видимо, никогда не утруждали себя глубоким освоением основ менеджмента. Если бы это было не так, то они бы верили в то, что ЕГЭ (и все его подобия) – это контрольная функция. А контроль всегда выступал – и будет выступать – в качестве финальной функции процесса управления. Именно финальной…

А к этому финалу идут через «делание дела», т. е. через постановку цели, планирование самого процесса (или процедуры) получения искомого результата, реализацию этого плана, мотивирование участников, и вот только тогда – только тогда – наступает черед контроля. Контроля прежде всего верности выбранного комплекса действий самим организатором осуществляемых преобразований.

Было бы не очень смешно и трагично, если бы эти горе-реформаторы копошились в ворохе своих примитивных мыслей и идей в более или менее уютной каморке, скажем, на задворках какой-нибудь Не-очень-сильно-высшей школы экономики… Но ведь они вредят не только нам, ныне живущим, они наносят малопоправимый ущерб и будущим поколениям: их-то не будет уже на этом свете, а страдать и маяться будут те, кому сегодня всего еще год-два⁵⁰.

Смешно, конечно, смотреть, как отчаянно сражаются сторонники и противники этой бесконечной, вяло текущей и мало кому понятной так называемой реформы⁵¹.

О реформе ныне не говорит и не пишет только ленивый. При такой ситуации полярного разброса мнений в любом случае не избежать. Но идеологам реформы такая ситуация выгодна – они применяют беспроигрышный вариант отговорок. Поскольку от критики содержания реформы уйти просто невозможно, они соглашаются с негативными мнениями, но в весьма примитивной форме: да введение ЕГЭ, кивают они, имеет и свои положительные, и отрицательные последствия… Но обязательно при этом добавляют: положительных больше… А с отрицательными последствиями будем бороться, изживать… Но они же не говорят о том, что положительных-то последствий совсем почти нет, доказать-то их наличие ничем невозможно. Кстати, эту самую мысль они вложили в сознание и руководства страны⁵².

Что касается реформы высшей школы, которая неразрывно связана с реформой школьного образования, то тут ситуация намного проще. Реформу системы высшего образования поддерживают исключительно ректоры вузов, ну, может быть еще проректоры. Но многие ректоры и даже проректоры – это народ особый. Многие из них никогда не читали сквозного учебного курса, некоторые вообще не входили в студенческую аудитории в качестве регулярного преподавателя, а уж о содержании отдельных учебных курсов они не имеют вообще никакого представления, равно как и о концепции подготовки конкретной категории специалистов. Вот потому и появилась в очередном поколении стандарта высшего образования глупейшая фраза о компетенциях. «Так что впрямую критиковать Минобр, – замечает в этой связи А. Привалов, научный редактор журнала “Эксперт”, – ректоры не склонны, но по сути – поддержкой не пахнет и среди них»⁵³.

Правда, настораживают и даже пугают необдуманные заявления типа «во время будущей кампании ЕГЭ места сдачи экзамена будут окружены чуть ли не танками с бронетранспортерами или еще какими-то военно-полицейскими установками… Почти такое заявление сделала теперь уже забытая всеми госпожа Глебова перед своим уходом в Совет Федерации⁵⁴. О, господи…

Они что действительно не понимают, что результат-то обучения зависит не от формы контроля? Если это так, то всех их метлой надо гнать. А если понимают? Тогда беда…

Действительно вместо того, чтобы

готовить хорошие учебники;

поднимать роль и значимость учителя;

выстроить систему отбора наиболее умных выпускников для обучения в педагогических заведениях с уверенностью, что они будут работать в школе;

осуществлять непрерывное обучение имеющихся педагогов, готовить их к утонченной работе с разными категориями учеников,

они «ухватились за конец веревки», хотя сами не понимают, откуда она тянется и куда качнется…

Как же надо не любить подростков, как же надо ненавидеть школьных педагогов, чтобы проводить с ними такие экзерсисы!

А самое главное – как же можно жить с таким абсолютным неверием в силу демократии, чтобы напрочь ее изгнать из образовательной сферы: пара каких-то жалких мужичков (они главные реформаторы) на основе скудненьких мыслей и полученного права на полный диктат⁵⁵ загоняют все будущее экономически активное население нашей земли-матушки в непотребное прокрустово ложе. А ведь мы все оттуда, из школы…

Они что – нынешние выпускники школ – на основе ЕГЭ стали грамотнее, умнее, толковее, образованнее? Конечно же нет. Охо-хо…

«При всех несомненных достоинствах ЕГЭ он не способствует творчеству, развитию навыков самостоятельной работы учащихся», – отмечает М. Аристова, замначальника центра довузовской подготовки Национального исследовательского ядерного университета. «Все еще хуже, – вторит ей Л. Духанина, директор частной школы и зампредседателя комиссии по развитию образования Общественной палаты Российской Федерации, – в старших классах детей уже не учат, а тупо натаскивают на сдачу ЕГЭ»⁵⁶.

Среднюю школу, которая как общественный институт была создана для подготовки подрастающих юнцов к взрослой жизни⁵⁷, стараются превратить в учреждение по натаскиванию на запоминание некоторой совокупности положений⁵⁸. Причем тех положений, которые никак не способствуют развитию логического мышления⁵⁹ и в реальной жизни могут совсем и не пригодиться⁶⁰.

С этим приходится соглашаться, поскольку реформа почти напрочь вычеркнула из арсенала действенных школьных средств педагогику как основу обучающего процесса⁶¹, профориентацию как форму содействия человеку разобраться в самом себе и непререкаемость авторитета школьного учителя⁶² как основного для школьника носителя знаний⁶³.

Но поскольку нам никто и никогда не говорил, чего же в старой системе образования было плохо, от чего надо убегать-то… Ведь любому разумному человеку понятно, что в подобных ситуациях необходимо использовать принцип «планирование от достигнутого», а вовсе не его антоним – принцип «планирование с чистого листа». Другими словами, если бы реформаторы осуществили всеобъемлющий анализ старой системы образования, а с другой стороны – представили идеализированную версию новой модели образования с детальным ее объяснением, то вектор реформирования был бы понятен и не вызывал отторжения и споров. Но поскольку вся эта работа строилась и продолжает строиться на абсолютно непрофессиональной основе, то мы и имеем то, что имеем. А глупостями, как известно, можно заниматься бесконечно.

Удивляет в сложившейся ситуации и тот факт, что введение ЕГЭ фактически привело к тому, что школу превратили в орган, который может предопределять дальнейшее обучение ученика в том или ином вузе, поскольку вузы теперь должны принимать студентов исключительно на основе суммирования полученных на ЕГЭ баллов. Но школа не в состоянии определять место будущей учебы своего выпускника⁶⁴ еще и по причине того, что система вузовского образования коренным образом отличается от школьной. К осознанию (только к осознанию) этого тезиса ученика также должна подготовить школа⁶⁵. Школа вообще-то должна хотя бы начать культивировать такое осознание, делая упор именно на профориентации.

Действительно, если в школе главной задачей выступает необходимость получения и запоминания знаний, то в вузе основная цель обучающегося – не только получение новых знаний, но и обязательная их трансформация в навыки⁶⁶.

Другими словами, вузовское образование⁶⁷ по сравнению со школьным – это более высокая, даже с точки зрения методики, ступень обучения⁶⁸.

Связано такое положение с тем, что в сфере практической активности деньги человеку платят не за знания, а за умения – умение именно что-то конкретное делать в рамках своей профессии⁶⁹. Конечно, мы при этом пониманием, что трансформация знаний в навык возможна только при накоплении критической массы знаний по какому-то направлению и отработке практических ситуаций, когда навязываемые знания как раз и переходят в устойчивую привычку, т. е. навык.

Но самым интересным для нас выступает то обстоятельство, что нынешняя система – и вузовского образования также – не справляется с этой основной своей задачей. У нас в этой сфере просто полная беда. Как же нужно готовить экономиста⁷⁰, чтобы он по окончании обучения в вузе по своей специальности был бы не в состоянии рассчитать даже норму прибыли⁷¹, определить точку безубыточности или осуществить калькуляцию себестоимости производимой продукции⁷²?!

Если это так, то с ситуацией, складывающейся в сфере экономико-управленческого образования, что-то явно не заладилось⁷³.

В основе профессиональной управленческой деятельности на эффективном уровне выступают интерес, ум и воля. Все остальное: технология управления, знание опыта, накопленного коллегами, современные управленческие концепции и модели, – все это, как и многое другое, выступает лишь в качестве приложения к выделенным нами трем обязательным условиям. Если у практикующего менеджера нет глубокого интереса к выполняемой им работе, если эта работа не увлекает его, то он превращается в формалиста-менеджера, в чиновника, распорядителя, в лучшем случае – в администратора⁷⁴.

Если же менеджер недостаточно умен, то тут уж совсем беда… Правда, в этой связи не может не возникать вопроса о том, что следует понимать под умом. По всей вероятности под этой важнейшей управленческой категорией, о которой почти не рассуждают в курсах менеджмента и не затрагивают в учебниках и даже монографиях, следует понимать прежде всего четыре характеристики:

¹) способность к восприятию накопленных человечеством знаний о мире и его отдельных фрагментах, а также генерирование собственных новых знаний и представлений (индивидуальных открытий) об этом мире, в основном о мире профессиональном;

²) формирование ясного и четкого представления о том, что происходит вокруг, какой он, этот мир, какова моя роль как профессионала в этом мире;

³) способность разглядеть, как мир может развиваться в весьма отдаленной или близкой перспективе;

⁴) более или менее ярко выраженная склонность к логическому мышлению, под которым понимается способность к построению логических конструкций, что выступает в качестве стержневого направления в практике деятельности менеджера.

Другими словами, под умом понимается не только склонность, но и предрасположенность:

• к постоянному самообучению и переобучению;

• генерированию новых идей⁷⁵;

• аналитической работе;

• индивидуальному прогнозированию будущности;

• логическому мышлению.

И, естественно, для менеджера важно выделить главное, что характеризует текущую среду, в рамках которой проистекает деятельность организации.

Понятно, что сегодня основными трендами современной мировой экономики выступают факторы резкого ускорения темпов научно-технического прогресса и постоянно возрастающей интеллектуализации труда и производства⁷⁶. Эти выделяемые нами тренды выступают в качестве основы так называемой новой экономики, одним из отличительных признаков которой является резкое увеличение доли наукоемкого производства в общем объеме производимой продукции.

Активизация роли и значимости этих факторов проистекает на фоне расширяющейся глобализации мировых хозяйственных связей, что во многом меняет привычную экономическую картину мира.

Непременным условием и одновременно следствием утверждения и углубления процессов глобализации является переход основной части стран современного мира к использованию концепции открытой экономики. Глобализация мировых хозяйственных связей и открытость национальных экономик – это взаимосвязанные, взаимозависимые и взаимодополняющие характеристики единого процесса трансформации мирового хозяйства и его перехода на новый этап своего функционирования.

Это понимание приводит к появлению новых концепций, объясняющих проистекающие в мире изменения. Американский исследователь Стивен Дабнер ввел в научный оборот термин «суперфриканомика», подразумевая под этим сложившуюся к настоящему времени экономическую картину мира⁷⁷.

Мир, ввергнутый в глубокий финансовый и экономический кризис, предпринимает отчаянные попытки найти объяснение причин создавшейся ситуации. В американском конгрессе даже была создана специальная комиссия по расследованию причин кризиса.

Многие аналитики, и не без оснований, полагают, что одной из причин кризиса, если не самой основной, явилась безудержная страсть финансистов к излишней (и вредной в целом для общества и экономики) креативности в сфере своей профессиональной деятельности.

По сообщениям прессы в американских университетах резко сократилось число выпускников, желающих сделать карьеру в сфере финансов. Связано это с тем, что гнев общественности по поводу финансового кризиса обрушился в первую очередь на Уолл-стрит и на «гениев» из Массачусетского технологического института и Калифорнийского технологического института, которые, как замечала в октябре 2009 года «Нью-Йорк таймс», вместо того чтобы пойти учиться в аспирантуру по физике, отправились на Уолл-стрит рассчитывать прибыль от спекуляций ценными бумагами.

Широко известной стала шутка Пола Волкера, бывшего главы Федеральной резервной системы США, о том, что единственное полезное нововведение последних лет в финансовой сфере – это банкоматы. Канадская исследовательница Наоми Клейн, выступающая с резкой критикой глобализации, в январе 2010 года заявила в одном из своих выступлений: «Думаю, что в сфере торговли деривативами у нас определенно было слишком много креативности. Я имею в виду, нас бы всех устроило, если бы эти ребята были чуть менее креативными и, может быть, занялись искусствами, например стали писателями»⁷⁸.

Практически ее поддержал Нобелевский лауреат по экономике Пол Кругман, заметивший, что креативность в финансовой сфере обычно обозначается термином «финансовая инновация» и добавляет: «…но терминология не имеет значения. Вместо этого надо еще раз повторить: в настоящее время нет оснований полагать, что умничанье в финансовой сфере приносит пользу обществу»⁷⁹.

Продолжая мысль, заложенную в шутку Волкера, Кругман заявил недавно, что факты говорят о том, что привлеченные в эту отрасль талантливые люди потратили время на придумывание искусных способов умножать риски и неправильно использовать капитал.

Увлечение математическими методами прогнозирования, подмена выработки навыков общими рассуждениями, неумение и незнание самими профессорами и преподавателями тех конкретных видов работ, которые закрепляются за управленческими работниками в организациях, предопределяют систему вузовского образования как формализованную процедуру, начиняя программу обучения ненужными материалами и курсами. Более того, и сами-то учебные курсы, мягко говоря, далеки от совершенства.

Так, вместо анатомии организации в рамках курса «Теория организации» рассуждают о точке бифуркации и ей подобных проблемах. И что из того, что я знаю о точке бифуркации, чего я буду с ней делать на практике? Речь идет вовсе не о том, что не следует рассуждать о точке бифуркации, а о том, что предмет каждой учебной дисциплины должен быть достаточно понятен и преподавателю, и автору учебника по такой учебной дисциплине⁸⁰.

Вообще же с уровнем профессионализма профессоров тоже беда⁸¹, пока еще не осознаваемая нами до конца. Так, до недавнего времени многие преподаватели⁸² по финансовому менеджменту, ничуть не смущаясь, на своих первых же занятиях заявляли: «Только дурак делает бизнес на свои собственные деньги, умный делает бизнес на чужих деньгах». Вот и доделались… на чужие деньги… до кризиса 2008 года.

Преподаватели маркетинга и логистики считают, что вся ответственность за состояние дел в организации (как и финансисты) лежит именно на маркетологах и логистических отделах. Более того, они сами не могут «развести» такие понятия, как сбыт, маркетинг, реклама, и PR-деятельность… Вот и появились на предприятиях отделы маркетинга, занимающиеся сбытом и подчиняющие себе рекламу и PR⁸³. Но самое главное, пожалуй, даже не в этом. Главное в том, что они (вольно или невольно – другое дело) пытаются подменить общий (или генеральный) менеджмент функциональным менеджментом, который выступает всего лишь в качестве одного из компонентов первого.

Размывая основы общего менеджмента, подменяя его содержание маркетинговой функцией, но, не будучи в состоянии охватить все проблемы, свойственные общему менеджменту, они разрушают основы профессиональной концепции как менеджмента, так и маркетинга⁸⁴.

Ведь основная цель маркетинговой функции на предприятии – это снабжение первого должностного лица той информацией, без наличия которой это первое должностное лицо не в состоянии принять эффективное решение. И все! Отдел сбыта должен заниматься сбытом, отдел рекламы – рекламой, PR-отдел – PR-работой. Но не в силах сконцентрировать все это в рамках единой концепции, каковой единственно выступает общий менеджмент, специалисты по написанию трудов по маркетингу и преподаватели, их озвучивающие, создали такого неуклюжего слона, который ну никак не вписывается «в посудную лавку».

А, казалось бы, чего проще: входя в аудиторию, начинай свою лекцию (или книгу) со слов «…роль и место этого конкретного типа функционального менеджмента (маркетинга, логистики, финансов, мерчендайзинга, риск-менеджмента и т. д.) в рамках общей концепции управления сводится к следующему…»

Но для произнесения таких слов необходимо познать, освоить общую концепцию управленческой деятельности, куда проще поступать так, как они привыкли. Действительно, это ведь просто фантастика – войти в аудиторию и произнести эти магические слова: «главное на предприятии – это маркетинг…» или «главное на предприятии – это управление финансами…»⁸⁵ Слушатели и студенты, как существа мало просвещенные в профессиональных делах, падки на громкие заявления⁸⁶.

А ведь суть-то управления предприятием совсем в ином. Вот что будем производить, вот в каком количестве, вот стандарт качества и вот по какой минимально допустимой цене будем реализовывать производимый товар, продукт, услугу. Вот и все!

Ну и где здесь опять же маркетинг, логистика, финансы? Это уже потом, когда будем внедряться в детали, когда будем искать эффективные приемы достижения своих целей, появится необходимость в осуществлении и маркетинговой, и рекламной, и других функций. Но это потом⁸⁷!

А преподаватели по курсам управления персоналом также ошибочно считают, что кадровая работа, управление персоналом и управление трудовыми ресурсами – это одно и то же…

Как будто линейных менеджеров в организации совсем и нет…

К этому следует добавить, что курсы макро- и микроэкономики почти повсеместно преподаются на абстрагированном от реальной действительности уровне⁸⁸, да еще и на основе ложных представлений⁸⁹, закрепленных в классических учебниках. Знаменитый Рональд Гарри Коуз в своей Нобелевской лекции «Институциональная структура производства» в 1991 году отмечал: «Еще одна черта современной экономической теории способствовала столь пренебрежительному отношению к другим аспектам системы: растущая абстрактность анализа, которая, похоже, не требует детализированного знания реальной экономической системы или, по крайней мере, позволяет обойтись без такого знания… Исследуется система, существующая не на Земле, а в умах экономистов»⁹⁰.

Вместе со всем выше сказанным программа обучения студентов, равно как и профессиональная концепция специалиста по менеджменту, представляет собой абсолютное убожество. Студент должен сам уже на практике доходить до всего того, что составляет суть его профессии. Конечно, беда…

А тут еще новый, так называемый третьего поколения, образовательный стандарт для вузов с их надуманной доминантой о компетенциях. Какие компетенции?! Речь должна идти не о компетенциях, а о модели специалиста, т. е. о самом подробном описании на уровне минимально допустимых параметров всего того объема знаний, приемов и навыков, которыми свободно должен владеть любой выпускник по специальности менеджмент⁹¹. Причем модель выпускника должна разрабатываться каждым вузом самостоятельно, министерские работники, ничего не понимающие в этом, должны быть насильственно отстранены от такой работы.

Более того, никто в стране не может ответить на вопрос: зачем понадобилось учить человека, который собирается стать менеджером, 6 лет – бакалавриат (4 года) плюс магистратура (2 года)? Пяти лет напряженного обучения вполне достаточно. А после этого необходимы только лишь курсы по повышению квалификации, растянутые на период всего срока профессиональной деятельности менеджера.

Вообще, реформа системы высшего образования (как, впрочем, и среднего) характеризуется откровенной глупостью, бессистемностью, растратой огромных денег и полным отсутствием всякой морали у идеологов такой реформы⁹².

Реформаторы (в основном те, кто по заданию идеологов реформы образования готовят предложения), почувствовав вкус большущих денег, выплачиваемых им за всякие глупости, которые они пишут в своих трудах по заданию разных органов, никогда сами не остановятся в этом своем легком заработке больших денег. Кто-то должен их остановить⁹³.

Очерк третий
Менеджмент в контексте общественной жизни

Настоящих буйных мало,

Вот и нету вожаков.

В. Высоцкий

Все мы живем в обществе, которому обязаны многим, равно как и общество многим обязано каждому из нас.

Но при внимательном осмыслении нашего бытия не может не возникнуть желания воскликнуть: в каких же все-таки причудливых формах проистекает реальная жизнь человеческого общества! Причин такой причудливости конечно же много⁹⁴.

Общество, как известно, потому так и называется, что формировалось оно на основе действительной общности людей – прежде всего языка и территории, а также культуры, которая возникает на основе этих двух первых и важнейших факторов.

Но общность характеризуется еще одним важнейшим обстоятельством. Ее базисной характеристикой выступает абсолютное равенство людей по отношению к обществу и друг к другу. Вне всякой зависимости от индивидуальных характеристик конкретной личности, созданной Природой, т. е. вне зависимости от того, кого и чем Природа наделяет, каждый человек (как член общества) имеет равные права и равные обязанности. Равенство по отношению к обществу в целом и по отношению к каждому конкретному, точно такому же, как и он сам, субъекту общественной жизни – именно это обстоятельство должно характеризовать в первую очередь истинное демократическое сообщество⁹⁵.

Главный вывод, который вытекает из осмысления содержания этого тезиса, сводится к тому, что каждый член общества (каждый!) выступает носителем прав и обязанностей хозяина (именно хозяина) такого общества, включая права и обязанности по отношению к среде (прежде всего территории) обитания, языку и культуре.

Но любая общность людей требует формирования организующего центра⁹⁶. Сам организующий центр формируется обладателем прав и обязанностей, т. е. хозяином. Поскольку же каждый человек в обществе является носителем долевой частички таких прав и обязанностей, то формирование организующего центра проистекает через согласование мнений о том, кто конкретно из членов общества может входить (и хотел бы входить) в состав такого центра⁹⁷.

Более того, поскольку такой центр создается для выполнения конкретных функций, то люди, в него входящие, должны выполнять какие-то конкретные работы. А раз так, то со стороны общества им делегируются и определенные, т. е. вполне конкретные и строго лимитированные, полномочия. Именно полномочия, а не власть над обществом и каждым его конкретным представителем. В противном случае – диктатура, каким бы словом она ни вуалировалась.

Следовательно, организующий центр, существующий повсеместно в мире в форме властного института, является лишь аппаратом для выполнения поручений общества⁹⁸, т. е. конкретного набора действий⁹⁹. Общество – хозяин, правительство же (как и любой другой элемент властного института) всего лишь аппарат. Процесс найма на работу тех, кто будет осуществлять такие властные полномочия, проистекает в форме выборов.

Но человек, как известно, по природе своей глуп, ленив и алчен¹⁰⁰. А алчен он прежде всего по отношению к индивидуальному накопительству и власти¹⁰¹. А раз так, то общество должно обязательно учитывать эти изъяны человеческой натуры¹⁰² в выстраивании процесса контроля за деятельностью тех, кто работает в аппарате такого организующего центра¹⁰³. Работа в таком аппарате должна восприниматься работающим как действительно специфическая форма профессиональной активности, а не как форма обладания властью и властными полномочиями.

Правда, при поверхностном осмыслении этого феномена организации общественной жизни возникает один весьма важный проблемный вопрос: если руководство обществом может и должно избираться, то почему же тогда руководство предприятий, где работают люди, не может точно так же избираться? Причем это касается не только нас, но подобная ситуация характерна и для США, и для других стран.

Ответ на такой вопрос очевиден: выборы (через голосование) необходимы, когда права хозяина рассеяны. Но если предприятие создается одним человеком или группой людей, то и права хозяина концентрируются в руках этого единственного человека или группы людей. А следовательно, именно они и могут назначать руководство своими структурами. Работающие на таком предприятии люди тут ни при чем – они не могут назначать управленцев. Коммерческие организации создаются вовсе не для того, чтобы ими управлялись, и не для того, чтобы чем-то занять людей, не способных на создание своих собственных производительных структур. Организации создаются для того, чтобы что-то производить и это произведенное поставлять во внешнюю среду, на рынок, покупателям, потребителям. Только создающий такую структуру может определять тактику и стратегию своей организации, включая вопросы, связанные с тем, кто именно будет и должен возглавлять принадлежащую ему производительную структуру. Никаких агрессивных самовыдвиженцев и личностей, объявляющих себя лидерами в рамках такой организации, он не потерпит. Вообще говоря, проблема лидерства в коммерческой сфере – надуманная проблема, по крайней мере, в той ее форме, в которой она излагается в специальной мировой литературе… Не лидерство, а профессионализм в менеджменте – вот что ценится и должно цениться в сфере управления производительными структурами! Лидерство важно в политической сфере (он лидер партии, это движение возглавляется лидером).

При освоении курса менеджмента и при размышлениях по поводу сложившейся практики управления важно понять именно этот тезис: в сфере деловой активности управление, как известно, давно уже превратилось в специфическую форму профессиональной активности, а сам менеджер столь же давно выступает в качестве наемного работника. При этом нам важно уяснить (подчеркнем это еще раз), что наем на работу менеджера (первого должностного лица) компании осуществляет собственник такой производительной структуры.

Мы все понимаем при этом, что управленец в качестве первого должностного лица производительной структуры должен работать в интересах компании. Его усилия должны быть направлены на выведение организации в лидеры (эта формулировка – для самых амбициозных управленцев). Но не всем под силу достижение цели в такой ее формулировке, и не только по причине уровня его индивидуальной амбициозности. Предельная формулировка основной должностной обязанности менеджера сводится к необходимости обеспечения условий как минимум¹⁰⁴ для выживания компании вне всякой зависимости от тех условий, которые складываются как во внешней, так и во внутренней среде организации. Срединная же формулировка – это качественное и (или) количественное приращение организации¹⁰⁵. А для выполнения своей основной должностной обязанности на таком уровне необходимы профессионалы с определенными и вполне конкретными квалификационными характеристиками¹⁰⁶.

В жизни, конечно, могут возникать разные ситуации. Иногда случается так, что для управления какой-то компанией необходимо пригласить не столько профессионала-менеджера, сколько жесткого руководителя, пусть даже действительно в ущерб профессионализму. Вполне допустимо для практики и приглашение в какие-то определенные моменты на должность первого лица компании человека, имеющего обширные и устойчивые связи в верхах¹⁰⁷. Более того, нередко случаются и такие ситуации, что руководству страны, министерства, региона надо трудоустроить какого-то так называемого номенклатурного работника или просто своего человека¹⁰⁸, с которым давно идешь по жизни рука об руку¹⁰⁹.

Жизнь компании, как и жизнь человека, многогранна и полна всяких неожиданностей. Но все-таки основным требованием к управленцу, как и в любой другой сфере деятельности, выступает определенный уровень профессионализма¹¹⁰.

Именно об этой проблеме следует размышлять не только руководству страны, отрасли, региона, не только хозяину частной производительной структуры, но и тем, кто занимается обобщением практики в сфере управления или обычными научными изысканиями в этой области познаний. И конечно же особое значение содержание этой проблемы имеет для профессорско-преподавательского корпуса страны, занятого подготовкой и переподготовкой управленческих кадров.

Важность и значимость управленческого аспекта в организации и эффективности функционирования общества, особенно в производительной сфере, пока еще не оценены в должной мере. Между тем в самой управленческой сфере существуют особые проблемы, которые тормозят развитие общества. Да, можно было бы в этой связи долго и нудно рассуждать о том, что общество, особенно российское, так пока еще не нашло баланс между политическими устремлениями властных структур и невозможностью достижения экономикой высшего уровня эффективности в условиях политического диктата или давления. Но еще более важной проблемой выступает низкий, а подчас и крайне примитивный профессиональный уровень самого управленческого корпуса.

Многие управленцы действительно убеждены, что их функции связаны только с принятием правильных решений, выработке чувства боязни¹¹¹ у подчиненных не выполнить указание начальника – то ли через метод особой жесткости или жестокости, то ли через унижение (например, крика на подчиненного в присутствии других работников), то ли через перевод на нижестоящую должность и т. д. У нас даже появилась группа руководителей, к счастью, пока не очень многочисленная, так называемых летучих гениев. На работу они приезжают два-три раза в неделю на два-три часа, с тем чтобы принять решения. А все остальное время тратят на реализацию своих никак не реализуемых до конца амбиций – кого-то консультируют, кому-то чего-то пишут, где-то зачем-то заседают, организуют встречи, симпозиумы, конференции… Есть даже «Малевичи с их черными квадратами», которые додумались до невозможного – работая директором на одном предприятии (условно говоря), они в то же самое время являются заместителем директора на конкурирующем предприятии… Какое тут дело, когда им этим делом заниматься, да и зачем… Статусная ширма есть, да и доход устраивает.

Приходится, к сожалению, констатировать нерадостный факт: по целому ряду причин, анализируемых в этой работе, мы не имеем никаких оснований надеяться на то, что при наличии имеющихся управленческих кадров и существующей системе подготовки таких кадров социально-экономические процессы в нашей стране приобретут цивилизованный характер.

Обратимся в этой связи к одной зарисовке, используя при этом, конечно, принцип «ментальной эквилибристики», т. е. используя преувеличение как способ привлечения внимания.

Основные проблемы российского предпринимательства заключаются в следующем.

Россия, как известно, славится своими просторами, сравнительно дешевой электроэнергией и большими запасами природного газа и других ресурсов. Но оказывается, что на деле эта слава носит сомнительный характер.

Как это ни покажется странным – а не показаться странным это просто не может, – основные проблемы, связанные с едва-едва заметными темпами развития отечественного предпринимательства, следующие:

– нехватка земель для обустройства новых предприятий, получить земельные отводы для предприятий почти невозможно (мы-то понимаем, что дело в стремлении каждого бюрократа лично обогатиться за счет воздвижения всякого рода препонов в процессе получения земельного отвода, а вовсе не в отсутствии земель, но получается, что земель нет);

– нехватка энергоресурсов для подключения к электросетям новых производительных структур (мы-то понимаем, что дело в стремлении каждого бюрократа лично обогатиться за счет воздвижения всякого рода препонов в процессе получения разрешений на подключение к электросетям, т. е. мощности-то есть, но…);

– нехватка газа для его потребления новыми производительными структурами (мы-то понимаем, что дело в стремлении каждого бюрократа лично обогатиться за счет воздвижения всякого рода препонов в процессе получения разрешения на подключение к газовым магистралям, т. е. газ-то есть, но…)¹¹²;

– полное отсутствие контроля за эффективностью использования приватизированных объектов собственности, многие из таких объектов вообще не функционируют. А их «хозяева» выжидают удобного момента для продажи таких объектов. При этом все понимают, что главное – территории, на которых расположены такие объекты, поскольку в создавшейся ситуации «развалины» объектов никакой ценности ни для кого не представляют, а купить их могут только из-за стремления к обладанию правами на земельные участки, где находятся такие развалины… Бюрократия же, видимо, сознательно препятствует распространению нормальных правил получения земельных участков для учреждения вновь создаваемых производительных структур¹¹³.

Учитывая все эти обстоятельства, для общества остается только один выход – полная смена не только самой российской бюрократии, начиная с высшего депутатского корпуса, но и общественной идеологии, на основе которой должна работать бюрократия приличного общества¹¹⁴.

Нужна коренная замена не только самих чиновников, но и принципов их предназначения, поскольку бюрократия отличается не только особой живучестью, но и самовоспроизведением даже без личностного контакта и соприкосновения.

Экономическая жизнь в России характеризуется сильной зависимостью от власти. По этой причине выстраивается причудливая – с общецивилизационной точки зрения – система управления бизнесом.

Причудливость таких систем управления объясняется прежде всего тем фактом, что доминирование государства в институциональном треугольнике (производитель – потребитель – государство) обеспечивается только за счет отсутствия в обществе твердых и однозначно трактуемых законов ведения бизнеса и ограничений по возможному вмешательству в бизнес властных структур (как федеральных, так и местных).

В условиях непрочной и нестабильной правовой базы первые должностные лица организаций (особенно этот факт характерен для крупных предприятий) не могут не выполнять политизированных функций.

Политизация их функций связана, с одной стороны, с необходимостью защиты своих организаций от вмешательства и произвола власти, а с другой – с получением от этой же самой власти разного рода льгот, преференций, прямой поддержки и помощи. И защита, и получение разного рода преференций осуществляются в основном через так называемую личную унию.

В контексте рассматриваемой нами проблемы главный вывод сводится к тому, что в подобной ситуации принцип политизации первых должностных лиц деловых структур свидетельствует: уровень профессиональной квалификации таких первых должностных лиц не выступает в качестве предопределяющего фактора при их назначении на должность. Можно вообще не иметь никакого представления о содержании и специфике менеджерской работы, можно вообще ничего не понимать в профильной деятельности возглавляемой структуры, главное – иметь или установить нужные отношения, нужные связи с нужными представителями властных структур, и так называемый деловой успех организации, возглавляемой таким менеджером, хоть в какой-то степени будет обеспечен: за счет льгот, за счет получения госзаказа, за счет получения прямой финансовой помощи…

Очерк четвертый
Вспоминая Бакунина…

В жизни очень важно заниматься

тем, что умеешь делать хорошо.

Дмитрий Семенович Кива,

нынешний генеральный конструктор

КБ «Антонов»

Несмотря на все достижения в общественной жизни, мы всегда должны быть недовольны полученными нами фактическими результатами. Убежденность в постоянном прогрессе требует столь же постоянного движения вперед. Но при этом важно понять вот что: в организации общественной жизни действует закон опережения ментального представления о результате по отношению к фактическим действиям, нацеленным на получение в реальной действительности такого искомого результата. Вначале необходимо убедить себя в достаточности того образа результата, который возник на уровне твоего воображения, и реалистичности его достижения, а уж только потом приниматься за осуществление фактических действий по его получению в реальной форме. Это главное требование к практикующему управленцу. Но как раз здесь и возникает управленческий сбой и в теории, и на практике. А раз так, то и развитие теории, и соответствующая практическая деятельность осуществляются в беспорядочном, алогичном направлении. Это обстоятельство пока бездоказательно (а доказательством мы и будем заниматься дальше) позволяет заключить: надежды на резкий взлет качества управления производительными структурами (равно как и общественными организациями, странами и даже миром в целом) носят весьма призрачные очертания.

Связано это вот с какими конкретными причинами:

– низкий профессиональный уровень действующего управленческого корпуса;

– слабая научная и научно-методическая база подготовки менеджеров-профессионалов, включая учебную литературу по этому направлению;

– низкий уровень подготовленности профессорско-преподавательского состава по направлению «менеджмент»;

– непонимание властными структурами, прежде всего Министерством образования, что они сами в менеджменте не понимают н-и-ч-е-г-о и не должны руководить подготовкой менеджеров в системе высшего образования;

– абсурдная убежденность, что, если человек достиг какой-то высокой общественной позиции, он может поучать, как готовить управленцев – они никогда не согласятся с мыслью, что образующийся вакуум может заполняться и абсолютным идиотом¹¹⁵.

Необходимо помнить о том, что менеджер в процессе осуществления своих должностных обязанностей может совершить только одну-единственную профессиональную ошибку. Такой ошибкой может считаться неверно принятое, неэффективное или неправильное решение. Какие бы прилагательные мы ни использовали в приложении к этому основному термину, суть от этого не меняется, поскольку любой управленческий цикл начинается именно с принятия управленческого решения. А раз решение принято неверное, то и все последующие действия и получаемый или достигаемый при этом результат носит совсем не ту форму, в которой его можно было бы получить при профессиональном подходе к управлению.

Причинами принятия неверного решения могут служить несколько факторов.

Во-первых, в качестве наиболее распространенной причины выступает непонимание менеджером той реальной ситуации, в которой оказалась возглавляемая им организация или он сам как руководитель такой организации. Непонимание проистекает из недостатка профессионализма за исключением тех ситуаций, которые характеризуются как «специфика управления в условиях неопределенности или в условиях форс-мажора».

Вторым фактором, оказываемым негативное влияние на качество и эффективность управления, выступает низкий морально-нравственный облик самого менеджера и управленческого корпуса в целом. Об этой причине не принято рассуждать. Не принято потому, что общественное сознание пока еще не сформулировало этот тезис в такой его форме, хотя говорят и пишут о том, что скрывается за таким тезисом, много и часто. Аналитики же не затрагивают такую проблему из-за того, что им выгодно утверждать, что управление – это в основном технологический процесс: освоил технологию управления – и все в порядке. А именно технологии в лучшем случае они и в состоянии обучить.

Что бы ни утверждали аналитики, прогнозисты и разного рода чревовещатели, причины кризисов, в том числе и экономических, не в какой-то предопределенности развития человеческого общества и всего мира в целом, не в объективности обязательного циклического развития экономики, а в том, что люди – именно люди – проявляют в процессе управления ничем не оправданную с точки зрения¹¹⁶ общественных интересов, выходящую за все возможные ограничения, алчность.

Именно алчность гонит их по пути изобретения все новых и новых инструментов личного обогащения. Они не довольствуются наличием фондовой биржи – обычной торговой площадки, роль и значимость которой в системе экономических отношений неоправданно преувеличена. Более того, они вдолбили в общественное сознание непререкаемость тезиса о том, что якобы фондовая биржа – это барометр экономики. К реальной ситуации – при условии нормально организованного функционирования экономики – этот тезис не имеет абсолютно никакого отношения. Другое дело, что финансисты-спекулянты сумели подчинить себе производственников и опутать их долгами… Но и этого им оказалось мало – они пустились во все тяжкие и стали изобретать новые финансовые инструменты типа деривативов. Заниматься реальным производством они не могут, не настоль они умны и находчивы. По этой причине они стали убеждать и самих себя и коллег в справедливости еще одного дебильного тезиса о том, что якобы деньги сами по себе должны делать деньги, никак не соприкасаясь с реальным процессом производства. Как будто бы действительно общество реально богатеет по причине обладания все большей массой бумажных фантиков.

Именно такие люди выходят за рамки морально-нравственных ограничений, предопределяющих профессиональную концепцию управленческой деятельности.

А менеджмент тем и отличается от всех других видов профессиональной деятельности, что в процессе управления нечестность, эгоизм, алчность и другие морально-нравственные изъяны человеческой души прямо воздействуют на эффективность и результативность работы профессионала. Это обстоятельство имеет важное значение, поскольку работа менеджера – независимо от его конкретного места в управленческой иерархии – напрямую влияет на качество общественной жизни и общую тональность и настроенность общества. Кроме того, он, менеджер, в любом случае выступает в качестве носителя власти. А власть – это возможность и способность оказывать влияние на поведение других людей.

Действительно, на эффективность исполнения своих должностных обязанностей, скажем, того же инженера его личностные качества, включая морально-нравственные особенности, прямого воздействия не оказывают (если это не главный, к примеру, инженер завода, поскольку в этом случае он уже будет относиться к категории административно-управленческого персонала предприятия, т. е. к категории менеджеров). Наоборот, его амбициозность, стремление к славе и почету и даже алчность – стремление заработать больше денег – могут быть неплохими мотиваторами к более производительной и качественной работе, к достижению определенных профессиональных успехов.

В управленческой же сфере в силу обладания властными полномочиями все такие качества при нестойкости души могут, наоборот, трансформироваться в соблазн – порадеть себе самому, своим родным, знакомым, выгодным людям для установления нужных связей и отношений… А поддаться соблазну означает нанести прямой ущерб результативности и качеству управления. Иначе быть не может – нельзя совместить несовместимое.

Эффективность функционирования любой производительной структуры зависит в первую очередь от уровня профессионализма первого должностного лица¹¹⁷. Но последние десятилетия свидетельствуют о том, как это ни странно, профессионализм в управлении все более и более оказывается не в почете¹¹⁸.

Действительно, и с точки зрения логики, и складывающейся практики профессиональной управленческой деятельностью можно заниматься и без предварительной и достаточно длительной профильной подготовки.

Да, человеку можно иметь базовое инженерное образование и возглавлять организацию…

Да, управлением можно заниматься и с зоотехническим образованием…

Таких примеров из практики можно привести много и отнюдь не все они будут иметь негативный оттенок.

Тем не менее даже при возникновении таких ситуаций надежда на достижение нужного эффекта от процесса управления все равно будет зависеть от ментального потенциала конкретного человека, волею судьбы попавшего на управленческую работу, а также от его стремления к реальному обретению профессиональных знаний или же от отсутствия такого стремления.

При этом не может не настораживать тот факт, что в последнее время в управленческом корпусе – и не только российском, но и в других странах, причем даже самых развитых, становится правилом использовать свои должностные позиции для достижения собственных – чисто эгоистических – интересов.

Ростки такого восприятия менеджерами-назначенцами своего служебного положения возникли, видимо, еще во времена «революции управляющих».

В западных странах реализация таких эгоистических устремлений осуществляется через выплату огромных ежегодных и выходных пособий, которые многократно превышают их месячное жалование. Даже доводя свою организацию до полного краха, они претендуют на многомиллионные выходные бонусы. Так, как это случилось во время кризиса 2008 года в США, когда CEO (CEO – Chief Executive Officer, первые должностные лица) обанкротившихся компаний, вынужденные по этой причине покинуть свои посты, выписывали себе лично бонусы в 200–300 млн долларов, причем из тех средств, которые выделялись федеральным правительством на спасение компании. Управляя никуда не годным образом, т. е. вовсе не думая о деле, они все свои мысли направляют в основном на личное обогащение.

В России ситуация в этом смысле особая. У нас нет такой устоявшейся традиции, как, к примеру, в США, – претендовать на получение громадных бонусов. Хотя начало этой традиции уже заложено: в конце 2012 года при уходе с поста генерального директора «Норильского никеля» Владимир Стржалковский получил рекордные отходные (они называют это «золотым парашютом») – 100 млн долларов¹¹⁹… Это за его работу в компании в течение четырех с небольшим лет. А на эту работу он пришел из Ростуризма, которая, как известно, к металлургии совсем никакого отношения не имеет. А еще раньше он служил в КГБ¹²⁰… До В. Стржалковского рекорд принадлежал Денису Морозову, который при уходе из «Уралкалия» получил 7 млн отступных, 7, конечно, не 100¹²¹…

Ну а поскольку такая традиция еще не получила должного распространения, то российские управленцы разрабатывают хитроумные (как им кажется) нелегальные схемы увода денег из возглавляемых ими организаций в свой собственный карман. Причем почти всегда такие схемы граничат с явным криминалом.

Но разработка таких схем требует постоянного психологического напряжения, значительных усилий по юридическому обоснованию противозаконных действий, а также по постоянному сохранению в тайне этих своих порочных действий.

А раз так, то львиную долю своего служебного и личного времени они вынуждены тратить именно на это, а не на выполнение своих служебных обязанностей. На само дело, которое должна делать возглавляемая ими организация, времени остается весьма мало, а главное – их мыслительное пространство, нацеленное на делание дела, неимоверно сужается.

Вы можете себе представить, как это все проистекало: заместитель министра федерального правительства разрабатывал схемы вывода бюджетных средств, выделенных на обустройство Дальнего Востока России. При этом всем известно, что работы проводились под жестким контролем правительства. Вы можете себе представить, как воровал бывший министр обороны Российской Федерации со своим «женским батальоном»… Как воровала, находясь на должности бывший министр сельского хозяйства… Как выводил из оборота с последующим присвоением бюджетные средства в сумме 102 млн рублей, выделенных правительством на создание космического ракетного комплекса, директор государственного унитарного предприятия «Конструкторское бюро “Мотор”»¹²²… По неточным сведениям, в половине российских регионов заменили министров здравоохранения по причине воровства. Это ведь только отдельные фрагменты – целостной картины сформировать невозможно, поскольку случаев подобного типа – уйма!

Для текущего момента важно еще и то обстоятельство, что со стороны профессионального сообщества менеджеров постоянно оказывается психологический прессинг на общество с целью убедить окружающих их людей, что они, наши нынешние менеджеры, являются носителями каких-то конкретных управленческих тайн, которые якобы известны только им одним. Они убеждены, что общество в силу только лишь одного этого факта должно оценивать их работу по особой шкале. «Трудно представить себе совет директоров, – утверждает Павел Теплухин, – который будет работать менее чем за 1 миллион долларов в год»¹²³.

Посмотрите, что получается: если входишь в состав совета директоров¹²⁴, то одно это обстоятельство – по Теплухину – и должно обеспечивать тебе официальный доход не менее миллиона долларов. А ты при этом хоть до ручки доводи компанию, хоть уничтожь ее – с качеством управления вознаграждение никак не увязывается. Эта парадоксальная ситуация действительно характерна для нашей страны в текущий момент. Ни один наш «видный» менеджер, ни один так называемый олигарх никогда не озвучивал ни одного принятого им решения, которое свидетельствовало бы о его исключительном профессионализме. Да и профессией ли они занимаются? Чаще всего они, первые должностные лица, исполняют политические функции, а не управляют непосредственным производством¹²⁵.

О таком уровне профессионализма, которое характерно, к примеру, японским менеджерам, которые доказали, что чисто управленческими средствами можно добиться впечатляющих успехов, используя в процессе производства даже старое оборудование.

Менеджмент давно уже представляет собой специфическую форму профессиональной активности.

Более 100 лет подвергается менеджмент серьезному теоретическому осмыслению. Количество публикаций, посвященных тематике менеджмента, зашкаливает за все разумные границы. Много плевел, но есть и зерна – достаточно разумные мысли. Тем не менее никогда и никому не удастся сформировать свое законченное и логически обоснованное представление о содержании и движущих силах процесса эффективного управления организацией¹²⁶, если осмысление этого специфического типа профессиональной активности осуществлять только на основе существующей (не важно – отечественной или мировой) литературы. Ведь общественные науки отличаются от точных наук именно тем, что в них – общественных науках – в силу невозможности экспериментирования можно провозгласить любую откровенную глупость с некой логически обоснованной аргументацией и претендовать на почивание на лаврах. Конечно, некоторым людям надо было бы запретить писать на темы менеджмента¹²⁷.

Основная проблема всех существующих публикаций по менеджменту сводится к тому, что авторы стремятся сформировать в обществе абсолютно ложное представление о том, что освоение некой технологии управления в результате обученности может выступать в качестве достаточной базы для того, чтобы можно было претендовать на занятие менеджерской позиции. Если бы все действительно было бы так…

Дело в том, что менеджер в качестве профессионала действует в сфере гуманитарной активности: его работа предполагает исполнение им многих ролевых функций (организаторской, экономической, воспитательной и т. д.), но все-таки в первую очередь менеджмент – это ментальная деятельность, на чем в существующих публикациях вообще не концентрируется внимание¹²⁸.

…Рассказывают, когда-то, в начале 90-х годов ушедшего столетия, Джон Мэйджор, тогдашний премьер Великобритании, посещал Нижний Новгород. Во время беседы с ним Борис Немцов, бывший тогда губернатором, якобы спросил Мэйджора: «Господин премьер-министр, а вот вы лично в случае необходимости на нужное для государства дело могли бы из бюджета потратить, скажем, 10 миллионов фунтов стерлингов?». «Конечно, – ответил Мэйджор, – если эти средства предусмотрены соответствующей статьей расходов государственного бюджета. Но если бюджет не предусматривает такие траты, то кто же мне их даст!» Говорят, что тогда такой ответ Мэйджора удивил наших представителей.

Он бы удивил наших руководителей, видимо, и сегодня, иначе чем объяснить, скажем, молниеносное решение нашего бывшего премьера – как реакцию на обвинение в махинациях с выборами – о выделении 13 млрд рублей на установку видеоаппаратуры на всех избирательных участках. Как в демократическом обществе такие траты можно осуществлять в обход государственного бюджета? Откуда были взяты эти средства? Из того же госбюджета? Но тогда за счет сокращения расходов по каким-то другим статьям… А если не из бюджета, то где тогда хранятся эти средства и как они формируются, за счет каких источников? И почему решение принимается не всем народом по поводу использования общенародных средств?¹²⁹

С государственным управлением у нас проблем достаточно много, и проблем весьма серьезных¹³⁰. Самое главное, видимо, сводится к тому, что никто в стране пока не озадачился всерьез проблемой эффективности государственных расходов. Сколько денег, к примеру, было потрачено и тратится сейчас на разработку той же системы российского образования?¹³¹ Вот уж поистине для кого-то синекура! «Больше года несколько сотен экспертов писали, а затем корректировали долгосрочную образовательную и научную политику. Изменения в жизни детских садов и школ описаны в главе “Новая школа”, реформа вузовской отрасли – в главе “Профобразование”. Научная жизнь вынесена в главу под названием “От стимулирования инноваций к росту на их основе”», – умиляется автор одной из публикаций¹³².

Благодаря таким планам наша российская система образования становится все смешнее и смешнее, поскольку к ее реформе привлекаются смешные люди со смешными идеями и смешными карьерными биографиями, хотя сами себя они и именуют экспертами¹³³.

Вот сейчас принялись за осуществление нового витка по борьбе с коррупцией¹³⁴. И вновь, вместо того чтобы стараться устранить причины такого явления, борются с людьми – чиновниками. Мы вновь, уже в который раз, ступаем опять на те же самые грабли. Чем больше боремся мы с ней, тем более распространенной она становится.

Еще в 1851 году знаменитый в то время М. Бакунин писал: «В России трудно и почти невозможно чиновнику быть не вором. Во-первых, все вокруг него крадут, привычка становится природою; во-вторых, подчиненный должен сам часто в том или другом виде платить подать начальнику, и наконец, потому что если кто и вздумает остаться честным человеком, то и товарищи, и начальники его возненавидят; сначала прокричат его чудаком, диким, необщественным человеком, а если не исправится, так, пожалуй, и либералом, опасным вольнодумцем сначала, а тогда уж не успокоятся, прежде чем его совсем не задавят и не сотрут его с лица земли»¹³⁵.

Бакунину можно доверять.

«…я никогда не писал о России за деньги… – замечает он, – …чем долее жил за границей, тем глубже чувствовал, что я русский и что никогда не перестану быть русским…»

«Когда обойдешь мир, – писал он далее, – везде найдешь много зла, притеснений, неправды, а в России, может быть, более, чем в других государствах. Не оттого, чтоб в России люди были хуже, чем в Западной Европе; напротив, я думаю, что русский человек лучше, добрее, шире душой, чем западный; но на Западе против зла есть лекарства: публичность, общественное мнение, наконец, свобода, облагораживающая и возвышающая всякого человека. Это лекарство не существует в России».

«…Везде воруют и берут взятки и за деньги творят неправду! В России же иногда и все знают о воре, о притеснителе, о творящем неправду за деньги, все знают, но все же и молчат, потому что боятся, и само начальство молчит, зная и за собою грехи, и все заботятся только об одном, чтобы не узнал министр и царь…»

«Трудно и тяжело жить в России человеку, любящему правду, человеку, любящему ближнего, уважающему равно во всех людях достоинство и независимость бессмертной души, человеку, терпящему одним словом не только от притеснений, которых он сам бывает жертва, но и от притеснений, падающих на соседа!»

«Один страх недействителен. Против такого зла необходимы другие лекарства: благородство чувств, самостоятельность мысли, гордая безбоязненность чистой совести, уважение человеческого достоинства в себе и других, а наконец, и публичное презрение ко всем бесчестным, бесчеловечным людям, общественный стыд, общественная совесть!»

Число коррупционных преступлений в России в 2012 году, по сравнению с 2011-м, выросло примерно на треть. Это не журналистские данные. Об этом объявил ни кто иной, как представитель Следственного комитета В. Маркин¹³⁶. В первом полугодии 2012 года, заявил он, в производстве следователей СК находилось 15,8 тысячи уголовных дел о преступлениях коррупционной направленности, что более чем на 5 тысяч больше, чем за аналогичный период прошлого года (10,4 тысячи).

Что тут добавить?..

…История двухсотлетней сознательной борьбы с коррупцией (или с тем, что именуется коррупцией) интересна, но безрезультатна и бессмысленна в той форме, в которой она осуществляется по сей день.

Примечательно, что в более или менее активной форме такая борьба велась в России при любой власти. Нынешняя ситуация – не исключение, а наоборот, сегодня уровень коррупции в стране зашкаливает за все возможные пределы.

Мы дожили до того момента, когда государственные служивые люди в выделяемых им государственных кабинетах слишком много времени бывают заняты планированием операций по воровству бюджетных денег и поиску других форм своего собственного – индивидуального – обогащения.

Очерк пятый
Менеджмент: где критика?

Люди все одинаковые,

только судьбы у них разные…

Валентин Распутин,

выдающийся русский писатель

Известно, что в театральной сфере в качестве самостоятельной формы профессиональной активности давно уже утвердилось такое направление, как критика.

Театральные критики представляют собой особую группу профессионалов, которые глубоко владеют теоретическими основами жанра во всех их тонкостях.

Да, сами критики не ставят спектаклей, не играют на сцене. Но дать профессиональную оценку другим деятелям, выступить в качестве эксперта они всегда готовы. Это обстоятельство, по всей вероятности, привносит системный характер в функционирование такой сферы профессиональной деятельности.

Общепризнанным является также и тот факт, что менеджмент как специфическая форма профессиональной активности представляет собой симбиоз технологической составляющей и именно искусства.

Технология управления осваивается человеком через обучение, через наученность…

Технология – это то, что в течение достаточно длительного периода времени из индивидуальных, т. е. субъективных, инициатив, выкристаллизовалось в форму относительно объективных требований, что и позволило сформировать основы учебно-научной дисциплины под названием «менеджмент» («общая теория менеджмента»).

Так, к примеру, стало понятным, что вне зависимости от сферы деятельности, конкретного профиля организации, собственных личностных качеств менеджер должен принимать решения в отношении какой-либо задачи или проблемы. Потом планировать, как он будет добиваться получения того результата, образ которого сформировался на уровне сознания. А раз спланировал – надо совершать действия в реальном режиме, т. е. реализовывать план, мотивируя при этом самого себя и подчиненных к надлежащему исполнению таких действий. На каком-то этапе необходимо обязательно проверить, а то ли получается в реальности, что хотел получить в момент принятия решения, иными словами, осуществить контрольные функции…

Это и есть (как и многое другое) технология управленческой деятельности.

Искусство же – явление, полностью субъективное.

В приложении к менеджменту под искусством следует, видимо, рассматривать особенности личностного поведения человека в процессе профессиональной активности, прежде всего видение и понимание им того, как конкретно должен выстраиваться и исполняться упомянутый нами выше управленческий технологический процесс.

Действительно, в одной и той же ситуации один менеджер может принять вот какое решение, а другой – вот какое, потому что…

Вот в этом «потому что…» и кроется искусство управления.

Кстати, с этой точки зрения под искусством мы должны понимать процесс задействования личностных качеств:

• или в отражении какого-то конкретного фрагмента окружающего нас мира;

• или в этичном разрешении тех проблем, которые не позволяют получить результат в его желательной форме.

При этом именно личностные качества человека выступают в сфере искусства в качестве пределов его возможностей.

Но набор и сила проявления таких личностных качеств сильно варьируются от человека к человеку. А следовательно, результат задействования в профессиональной сфере таких личностных качеств может давать больший или меньший эффект.

Такая особенность, кстати, характерна для любого типа выполняемой человеком работы, требующей обязательного соблюдения не только технологических требований, но и определенной направленности активной мыслительной деятельности. Ученый, к примеру, должен владеть технологией проведения исследования, врач – технологией проведения осмотра пациента, преподаватель вуза – технологией подачи учебного материала…

Но результат деятельности любого из названных нами специалистов будет являться следствием не самой технологии, а вовлечения исполнителем своих личностных качеств в процесс трансформации освоенной и осваиваемой – по ходу обогащения практического опыта – технологии в накапливаемые им индивидуальные профессиональные навыки и приемы¹³⁷.

Кстати сказать, ни один преподаватель, ни одно учебное заведение не может дать человеку то, за что на работе ему, собственно, и платят деньги. Деньги платят за то, что ты умеешь делать и что востребовано в той организации, где ты работаешь, т. е. именно за навыки и умения и, естественно, за умение их использования в ходе исполнения своих должностных обязанностей.

Но такие навыки и умения:

а) или же вырабатываются самим человеком,

б) или же он игнорирует необходимость их выработки,

в) или же он просто не в состоянии их выработать просто ввиду отсутствия у человека нужных личностных качеств¹³⁸.

Можно, по всей видимости, констатировать, что эффект задействования элементов искусства – это то, что выходит за пределы итогов формализованного подхода к исполнению своих должностных обязанностей.

Именно по этой причине требуется сторонняя высокопрофессиональная оценка деятельности личности, задействованной в сфере искусства.

Все предпринятые нами выше рассуждения в полной мере относятся и к менеджменту. Справедливость такого утверждения признается и самими практикующими управленцами.

Так, Алексей Мордашев¹³⁹ в этой связи замечает: «…у нас есть система оценки “360 градусов”. Каждый сотрудник каждый год оценивается подчиненными, начальником и коллегами. В том числе и я каждый год оцениваюсь своими подчиненными, обсуждая свои успехи и недоработки. Но так как у меня нет начальников, оценку сверху мне делает совет директоров»¹⁴⁰.

Конечно, и Алексей Александрович говорит не о той критике, которая царит в театральной сфере и о которой мы так робко заикнулись, но все же…

Вообще, начальники, стремящиеся придать некий налет демократизма процедуре исполнения своих должностных обязанностей, очень любят этот примитивный прием под негласным девизом «критикуйте меня, но помните при этом, что на троне – Я». Но мы же все понимаем, что обращение к использованию этого приема – только повод для аргументации, не более того. Это все равно, что если бы главный режиссер театра при постановке своей новой, предположим, драмы оценивался бы только со стороны рядовых режиссеров своего собственного театра, а также артистов, занятых в спектакле, гримерами, билетерами и проч. В театральной сфере в таком случае точно бы наступил коллапс.

Естественно, конечно, что искусство деловой активности – это не искусство театра. В наших умах твердо устоялось убеждение, что полог коммерческой тайны ни в коем случае даже приподнимать нельзя… Что конкуренция делает неизбежным строгое следование убеждению полного сокрытия коммерческой тайны. Но мы-то ведь в данном случае и не утверждаем о том, что оценке деятельности менеджера должна подвергаться сама тайна. Сама-то тайна относится к понятию «дела, которое делает организация». А мы все-таки утверждаем о необходимости оценки действий менеджера: вот в этой ситуации можно было бы поступить на так, как это сделали вы, а вот как…

Примером в этом смысле может служить практика ряда крупных зарубежных компаний, формирующих при себе так называемые наблюдательные советы. В такие советы входят люди, никак не связанные с предприятием и не получающие за свою работу какого-либо вознаграждения. Чаще всего такими людьми являются профессора вузов, для которых членство в таких советах служит одной из составляющих его персонального реноме…

Обязанностью наблюдательного совета является действительно оценка менеджмента компании и подготовка на этой основе доклада для представления акционерам (хозяину).

Нам, конечно, до этого пока далеко. Для «далекости» существует множество причин. Не последнюю роль в таком множестве играет то обстоятельство, что и в управлении страной используется тот же примитивный механизм оценки управленческих структур, о котором мы упоминали. Всякие советы, комиссии при министре, премьере, президенте и т. д. – это всего лишь советнические структуры, но никак не оценочные.

Для амбициозной экономики и амбициозного (в смысле экономических целей) политического руководства страны ситуация в сфере бизнеса в той форме, в которой она и проистекает в данный момент, выступает основным препятствием. Без устранения причин такой ситуации политическая амбициозность принимает романтическую окраску, а романтика – это всегда мечта, фантазия (хотя есть и другое толкование романтики – это труд, воловий труд).

В менеджменте, как и в любом другом виде гуманитарной деятельности, основой профессионального успеха, как мы уже заметили, выступают три обстоятельства, три личностных качества человека, берущегося или вынужденного браться за управление какой-то конкретной структурой: интерес, ум и воля¹⁴¹.

Именно так и именно в такой ее последовательности. С этой точки зрения в учебниках по менеджменту в качестве первой главы должны быть изложены требования к человеку, собирающемуся в будущем посвятить свое профессиональное время управлению:

– если тебе интересно заниматься этим видом деятельности и если при этом ты понял, что реализация твоих собственных – эгоистических – интересов в сфере профессиональной активности возможна только лишь через обеспечение успеха возглавляемой тобой производительной структуры¹⁴²;

– если ты приучил себя к активной ментальной работе – наблюдениям, анализу, логическим умозаключениям, генерированию новых идей и решений;

– если ты натренировал свою волю, нацеленную на подчинение поведения других людей – твоих подчиненных – достижению целей, которые ты формулируешь и которые отличаются реалистичностью и достаточной эффективностью, то все это уже неплохо.

При этом мотивация менеджера, т. е. мотив, который лежит в основе интереса к этому типу профессиональной активности, играет вторичную роль. Тем не менее необходимо сразу заметить, что превалирование личного, эгоистического интереса менеджера над интересами дела¹⁴³, которое делает его организация, сводит почти на нет предназначение самого менеджера. В такой ситуации страдает именно дело, поскольку на уровне менталитета все мыслительное пространство занимают идеи о возможном обогащении, раскрутке интриг, формировании своего культа личности и т. д.

Попробуем проанализировать, что происходит в нашей российской сфере деловой активности с точки зрения роли и значимости управленческого корпуса. Прочитайте нижеприводимые зарисовки управленческого опыта¹⁴⁴ и поразмышляйте о содержании приводимого нами тезиса.

Очерк шестой
Текущая управленческая практика

Хищения бюджетных средств

в космической отрасли исчисляются

сотнями миллиардов рублей…

Сергей Степашин

Ситуация в космической отрасли. С. Степашин, бывший до недавнего времени председателем Счетной палаты России, поведал как-то читателям «Комсомольской правды» о такой ситуации:

«…Замруководителя Федерального космического агенства (Роскосмос) В. П. Ремишевский, являвшийся до апреля 2011 года Председателем совета директоров ОАО “НПО Энергомаш”¹⁴⁵, в 2009–2010 годах неоднократно инициировал внесение изменений и дополнений в трудовые договоры с отдельными руководителями “Энергомаша” в целях увеличения для них различных видов денежных вознаграждений в размере 50-кратной их среднемесячной заработной платы.

Уволенные в 2010 году генеральный директор Д. В. Пахомов и два его заместителя получили выходное пособие в общей сумме 37,3 млн рублей, в том числе Пахомов – 26,9 млн»¹⁴⁶.

Все эти «подвиги» руководства компании проистекали на фоне даже не предкризисного, а предбанкротного состояния предприятия. В такое его состояние втянули все те же новоявленные российские менеджеры, с радостью взявшиеся за управление космической отраслью. Они согласились на предложение США о поставке им ракетных двигателей РД-180 для первых ступеней американской ракеты-носителя «Атлас-5». Однако стали поставлять им ракеты по ценам ниже себестоимости их производства. Только за два года убыток от таких поставок составил 880 млн рублей (30 млн долларов США). Убыток возник вовсе не потому, что затраты на производство двигателей не покрывались ценой, а потому, что высший менеджмент компании решил лично – и сразу очень по-крупному – обогатиться за счет этих поставок. Для достижения этой своей эгоистической цели они использовали примитивную и старую, как мир, схему: создали в США, в штате Делавер, свою офшорную компанию, которая покупала у «Энергомаша» двигатель по цене 4,4–5,5 млн долларов, а американцам продавала по цене вдвое выше. При этом 5–7 млн долларов с каждой сделки оставались на счетах офшорной компании и на «Энергомаш» никогда не поступали. В такой ситуации финансовое состояние «Энергомаша» очень быстро ухудшилось, не хватало средств на техническое перевооружение, были почти полностью заморожены программы по реконструкции предприятий, капитальному ремонту оборудования, резко снизилось качество основных производственных фондов, перестали обращать внимание на необходимость эффективной работы с кадрами. В общем, предприятие оказалось в бедственном положении¹⁴⁷.

…Развал Научно-производственного объединения «Молния», 60 % акций которого принадлежат государственной корпорации «Ростехнологии», включенного в список стратегических предприятий страны, начался еще в далеком 1994 году. Тогда на волне демократических устремлений коллектив предприятия обвинил генерального конструктора Г. Лозино-Лозинского в нежелании подстраиваться под условия рыночной экономики и вместо него большинством голосов выбрал в качестве руководителя так называемого настоящего рыночника. Уже через полгода с предприятия начался массовый отток специалистов, работы по «Бурану» и «надежде страны» – МАКСу были приостановлены. Руководство крупнейшей компании важнейшей российской отрасли «сдружилось» с арендатором одной из комнатенок – мелким аптечным махинатором, и вместе они начали делать деньги, совершенно забыв о деле, ради которого предприятие было создано и продолжало существовать. Деньги делали исключительно для себя, предприятие все больше и больше погружалось в пучину безысходности, и к концу 2010 года от былого величия остались жалкие крохи¹⁴⁸.

Предприятие такого масштаба и такой значимости выживало тогда в основном за счет сдачи в аренду своих помещений (вот истинный потенциал менеджмента такой компании!).

Осенью того же года по иску этой мелкой фармацевтической «лавки» на предприятии по решению арбитражного суда была введена процедура внешнего наблюдения как предвестник полного банкротства. Счетная палата России оценило готовящееся преднамеренное банкротство как одно их самых значимых с точки зрения нанесения ущерба государству. Впервые за 20 лет власти страны обратили внимание на то, что с предприятием происходит что-то не то.

…В 2007 году новым генеральным директором РКК¹⁴⁹ стал Виталий Александрович Лопота¹⁵⁰. Тогда его воспринимали больше как менеджера, чем как ученого инженера. По всей видимости, его назначение в первую очередь объяснялось именно этим обстоятельством: кредиторская задолженность предприятия на тот момент составляла около 8 млрд рублей.

В. Лопота при вступлении в должность публично заверил, что главной своей задачей он считает скорейшее снижение задолженности и приложит максимум усилий для разрешения этой проблемы. Но… Через пять лет после его вступления в должность – к августу 2011-го – долг РКК увеличился уже до 30 млрд¹⁵¹. Увеличение долга проистекало на фоне свертывания общего объема работ, особенно в сфере научно-технических разработок, закрытия весьма важных для будущего отрасли программ.

Аналитики не могли не задаться вопросом, откуда на фоне снижения производства возникла такая огромная задолженность? По их расчетам, долг при текущих объемах производства мог вырасти максимум на 2–3 млрд, но ни в коем случае не на 22!¹⁵²

При этом необходимо заметить, что предприятие полностью финансируется государством. Обычно перед началом производства по какому-либо проекту предприятие получает из бюджета треть необходимых средств, а дальше – по мере выполнения работ и их сдачи, т. е. государственная поддержка осуществляется по методу финансирования оборонных предприятий.

Однако в случае с «Энергией» ситуация иная. Корпорация сначала брала кредит, а потом погашала его получаемыми от государства бюджетными вливаниями. При этом кредит брался всегда в том банке, на который указывал Роскосмос¹⁵³. Кредиты выделялись банками под более высокие проценты, чем в других случаях с рядовыми заемщиками. При этом только на обслуживание кредиторской задолженности и услуг контрагентов в 2010 году корпорация потратила до трети выделяемых государством бюджетных средств. В абсолютном выражении получается 10 млрд рублей.

Другими словами, сознательно внедренная схема была нацелена на обогащение частных банков путем присвоения бюджетных средств. Выяснилось, что «Энергия» брала кредиты по завышенным ставкам в банке, где в качестве вице-президента трудился родной сын тогдашнего руководителя корпорации А. Перминова.

…В июле 2012 года возобновили уголовное дело по факту необоснованного расходования более 565 млн рублей, выделенных из бюджета Российской Федерации на развитие космической системы ГЛОНАСС. Возбуждение уголовного дела проистекало на фоне конфликта между В. Поповкиным и генеральным директором – генеральным конструктором ОАО «Российские космические системы» (РКС) Юрием Матэвичем Урличичем.

В. Поповкин обвинил РКС в выводе бюджетных средств через создание так называемых фирм-однодневок. По его мнению, и сам Ю. Урличич лично участвовал в учреждении такой компании, как ЗАО «НПО Космического приборостроения», которая существовала лишь на бумаге и главной задачей которой как раз и являлся вывод из оборота бюджетных средств.

Урличич Ю., правда, неоднократно заявлял, что лично он не имел никакого отношения к созданию и учреждению фирм, с которыми заключались договоры и выплачивались весьма существенные средства за якобы выполненные работы. Но как и кто может в это поверить? Договоры заключались с теми фирмами, которые не имели собственной материально-технической базы, у них не было в штате сотрудников соответствующей таким договорам (а следовательно, и заданиям) квалификации. Многие работы фактически выполнялись штатными сотрудниками самой РКС, а оплата за якобы выполненные работы переводились на такие подставные фирмы.

…А в ноябре 2012 года следственные органы после тщательной проверки пришли к выводу о том, что при разработке системы «ГЛОНАСС» было похищено в общей сложности более 6,5 млрд рублей…

Следствие по этому делу длилось полгода, а оперативная работа – около двух с половиной лет. Уголовное дело заведено на руководство организации ОАО «Российские космические системы»¹⁵⁴. Дальнейшее расследование – по заключению проверяющих органов – может быть сопряжено с открытием не менее «интересных сюрпризов», связанных с махинациями. Выявлена фирма, на счета которой сбрасывались выделяемые из бюджета средства на федеральную целевую программу «ГЛОНАСС». Выявлены и фирмы-однодневки, на счета которой также переводились деньги, а затем обналичивались и присваивались частными лицами.

В том же июле 2012 года российский космический корабль не смог состыковаться с МКС. А 6 августа 2012 года ракета-носитель «Протон-М» с разгонным блоком «Бриз-М» не смогла вывести на расчетную орбиту два спутника связи. «Причиной неудачи, по предварительным данным, стал сбой в работе разгонного блока, вследствие чего оба спутника были утеряны. На совещании Дмитрий Медведев напомнил, что за последние полтора года было произведено семь аварийных пусков и потеряно 10 спутников»¹⁵⁵.

Естественно, конечно, мысли о воровстве, разработка схем выведения российских бюджетных денег, выделяемых правительством на профильную деятельность компании, через офшорную компанию в США, не оставляли места менеджменту компании для размышлений о качестве изготовляемых продуктов, о разработке новых и об усовершенствовании традиционных продуктов деятельности компании. В этой ситуации компания довела себя до постыдного состояния, когда спутники и межпланетные корабли и ракеты стали падать на Землю.

Страсть к наживе, стремление к преступлениям и эффективность управления компанией в рамках одной личности самого менеджера абсолютно несовместимы: возможно что-то одно – или то, или другое. Это правило носит унифицированный характер – оно касается не только тех, кто занят в коммерческой сфере, но и тех, кто работает в сфере государственного – федерального и местного – управления, т. е. чиновников всех уровней.

Понять поведение таких управленцев не очень сложно – у них просто не срабатывает инстинкт самосохранения. Необходимость следовать такому инстинкту свойственна нашей жизни в целом, принимая любое решение, необходимо соотносить следствия такого решения с теми опасностями и рисками, которые предопределяются инстинктом самосохранения.

«Истинной причиной многочисленных неудач скорее всего, – отмечается в недавней публикации, – стало то, что главе “Роскосмоса”, похоже, было просто некогда вникать в реальные проблемы отрасли. Весь прошедший год он скорее всего был озабочен кадровыми перестановками на ведущих предприятиях, а также созданием такой организационной структуры, которая фактически позволила бы “Роскосмосу” получить прямой контроль над всеми ключевыми производствами»¹⁵⁶.

Как видим, речь опять идет об уровне профессионализма менеджмента.

…А в феврале 2013 года ракета-носитель «Зенит» опять взорвалась на старте.

Российский авиапром. О развале российского авиапрома, российского самолетостроения говорить не очень приятно и совсем не патриотично.

В советское время в отрасли работали более 2 млн человек на 250 предприятиях, руководимые мощными КБ. Существовало крупносерийное производство – самая главная характеристика отрасли.

За короткий срок отрасль была почти полностью уничтожена. Процесс приватизации привел к тому, что авиакомпании, которых в России появилось множество (около 500!), стали закупать так называемый авиахлам. Не только потрепанные самолеты иностранного производства, но и 15–20-летней эксплуатации советские самолеты, произведенные в советское время и оказавшиеся в Прибалтике, Казахстане и других странах. За один только 2009 год в Россию вернулись 115 подержанных аппаратов советского периода изготовления.

В 2006 году была создана ОАК – Объединенная авиастроительная компания. Истекшие шесть лет свидетельствуют о провале по спасению отрасли, несмотря на мощные финансовые безвозвратные вливания со стороны государства. Если, скажем, в 2010 году компания Boing произвела 462 самолета, а Airbus – аж 510, то у нас было выпущено всего 10 самолетов. А безубыточное производство начинается только тогда, когда фактический объем продаж превышает 50–70 машин в год! И действительно, несмотря на финансовую помощь государства, эта вновь созданная структура – ОАК – задолжала кредиторам около 120 млрд рублей и при этом продолжала заключать убыточные контракты.

Умирание отрасли объяснять закономерностями переходного периода наивно, поскольку перед нами яркий пример Украины, которая в свое время оказалась в еще более сложной ситуации, чем Россия. Украинское авиастроение не только выжило, но и сохранило свою конкурентоспособность.

И опять мы вынуждены констатировать: проблемы выживания отрасли, равно как и проблемы умирания отрасли, сконцентрированы в профессионализме управленцев или же, наоборот, в отсутствии такого профессионализма.

Вот краткая зарисовка, краткое мнение о том, что происходило и происходит в отрасли.

Те, кто в российском авиапроме пытался видеть в фирме «Антонов»¹⁵⁷ конкурента, еще недавно ликовали: с приходом к власти «Партии регионов» Кива¹⁵⁸ не удержится! Ему не простят, что Виктор Ющенко за полгода до окончания полномочий присвоил ему звание Героя Украины. Говорят, когда кто-то из чиновников особо настойчиво требовал отставки Кивы, президент Янукович сказал: «Хорошо, он уйдет, но тогда вместо него ты пойдешь самолеты делать». Вопрос отпал сам собой.

Дмитрий Семенович Кива, нынешний генеральный конструктор КБ «Антонов», работает на фирме с 1964 года. Прошел все карьерные ступени: был заместителем главного конструктора (с 1979 г.), главным конструктором (с 1987 г.), первым заместителем генерального конструктора (с 1991 г.), генеральным конструктором (с 2005 г.), с 2008 года – глава концерна.

Дмитрий Семенович является продолжателем дела самого О. К. Антонова и Петра Васильевича Балабуева (1931–2007), бывшего до него генеральным конструктором (1984–2005), который и сменил О. К. Антонова на этой должности.

Невозможно не прислушаться к тому, о чем поведал глава украинского предприятия российскому корреспонденту.

«Ведь вот в чем у вас в России, – отметил Д. Кива, – сейчас главная проблема? То, что лично я говорю всем и на всех уровнях, и вы обязательно скажите: директора авиазаводов не имеют никаких прав! Они запуганы, боятся лишнее слово сказать. Я уж не говорю, что директор завода не имеет денег на зарплату или на закупку чего-то. Человеку, который производит самолеты, запрещено не только распоряжаться своей продукцией, но даже вести переговоры о ее продаже! О каких рыночных отношениях тут можно говорить?

Если назначил директора – доверяй ему. Не доверяешь – сними, поставь того, кому доверяешь. Только дай работать творчески: производить продукцию, продавать ее. Но нет, приезжают высокие чиновники и решают, кому что дать и продать. Нонсенс! Даже в советское время такого не было.

И у нас в Украине такого нет. Вот почему мне сейчас легче с Самарой работать. Там директор завода имеет все права, так как его завод не входит в Объединенную авиастроительную корпорацию… Там директор как был директором, так им и остался»¹⁵⁹.

Может быть, действительно стоит прислушаться? Может быть, действительно проблемы в управлении? Ведь мозги-то остались и нарождаются новые…

Но тут возникает еще одна проблема, та проблема, ради которой и подготовлена настоящая книжечка. Корреспондент МК как бы мимоходом замечает: «Да, мы видим, что Минобороны России сегодня очень заинтересовано в ваших самолетах. Но у нас любой интерес, даже когда его объявляют государственным, часто движется чьими-то личными коммерческими интересами».

Мудрый Дмитрий Семенович промолчал, сделал вид, что ему такие факты неизвестны. Интеллигентным людям не пристало говорить на такие темы. «Ну, а тем, кто во всем ищет корыстный интерес, Бог им судья», – тем не менее подытожил он.

Следовательно, опять возникает проблема соотношения интереса дела и эгоистического интереса управленцев.

Печальная судьба нашего авиапрома сподвигла корреспондента МК на философские рассуждения: «Как было бы здорово, если бы в кабинетах наших чиновников ОАК вместо привычного фото с загадочной улыбкой президента висел такой же, как здесь, портрет Антонова. Или Яковлева, или Сухого, или Туполева… Только обязательно с тем же пронзительным взглядом, чтоб не спрятаться. И внизу непременно подпись: “Сынок, а за свое ли ты дело взялся? В жизни ведь важно заниматься тем, что умеешь делать хорошо”»¹⁶⁰.

Гусь-Хрустальный завод. В 1756 году Аким Мальцов¹⁶¹ основал знаменитый город Гусь-Хрустальный, а вместе с ним и легендарный завод. В течение последующих 160 лет завод расширялся, модернизировался, увеличивал производимый ассортимент, стал мировым лидером… Перед революцией 1917 года собственники – Мальцовы – перестаивают город: из красного кирпича для рабочих строятся прекрасные дома, выдерживающие прямое попадание авиабомб. Они, эти дома, и сегодня, спустя 100 лет после их возведения, риелторами ценятся очень высоко. Был также построен Георгиевский собор, над оформлением которого работали знаменитые Бенуа и Васнецов, картины и мозаики которых затмили блеск Венеции. Октябрьская революция 1917 года явилась бедствием для завода (а значит, и города). К 1923 году завод встал. Помог Всероссийский староста М. Калинин, который способствовал получению заводом финансовой помощи¹⁶².

Знаменитая Вера Мухина создает дизайн граненого стакана – завод делает их десятками миллионов в год. В советское время ни шатко, ни валко, но завод тянул свою лямку, не поступаясь ни качеством, ни ассортиментом, хотя проблем было множество. Шумный и глуповатый переход к современному капитализму в России привел к тому, что к сегодняшнему дню рабочие и новые собственники завода растащили все, что когда-то и формировало понятие завода. Стоит он теперь посреди города как черная дыра, ощерившись силуэтами труб – тихий и вопиюще мертвый. Тащить с завода уже нечего, он почти и не охраняется…

А началось падение с того, что собственники и менеджмент завода каждый цех превратил в самостоятельную фирму. Кстати, имена трех собственников из Москвы и сегодня никому не известны.

Вместо того чтобы передавать из цеха в цех исходные материалы и полуфабрикаты, их стали продавать друг другу. Чтобы скорее обогатиться, накрутки становились все больше и больше, цены на продукцию неимоверно росли, спрос резко упал.

Цеха один за другим объявляли о своей несостоятельности, а в 2009 году завод сам объявил о своей полной несостоятельности. 7 тысяч работников были уволены, претензии предъявлять было некому…

Ситуация в городе обострилась настолько, что группа горожан вынуждена была пожаловаться В. Путину на засилье в городе криминала и бездействие милиции. Письмо «главному человеку страны» подготовила группа из нескольких десятков бизнесменов, политиков, общественников. Поджоги имущества предпринимателей, разбойные нападения на объекты собственности стали привычными для города. Организованная преступность в Гусь-Хрустальном сложилась еще в начале 1990-х годов. Все в городе знали, что хозяевами являются пять организованных преступных группировок, слившиеся с властью. Каждая ОПГ курировала свой район. Имена членов ОПГ знал в городе каждый, однако вслух называть их никто не решался, боясь расправы… Андрей Кашин, в свое время депутат горсовета и директор водоканала, был официально осужден за продажу двух экскаваторов, а после выхода из СИЗО на своем садовом участке соорудил памятник жене за то, что она не бросила его в трудную минуту. С ним были связаны братья Муртазины – Андрей и Рустам, которые были соседями зам. начальника местной милиции. Рэкет стал для братьев профессией. В основном в состав ОПГ входят бывшие спортсмены, чаще всего боксеры. По словам мэра «город застрял в 90-х», на теневой бизнес приходится 7 млрд рублей, а оборот отдельных «предпринимателей» превышает 300 млн долларов, что многократно превышает бюджет города.

В сентябре 2012 года был задержан Андрей Муртазин, лидер одной из ОПГ, который почти два года скрывался от правоохранительных органов в разных городах России и за рубежом и был объявлен в международный розыск. Во время ареста оказывал сопротивление, пытался даже выпрыгнуть в окно со второго этажа… 17 лет члены его группировки держали город в страхе – собирали «дань», похищали и избивали людей, поджигали имущество, угрожали и адресаты таких угроз, знали, что это не шутки, поэтому любое требование любым горожанином исполнялось. Через несколько дней был арестован и Рустам Муртазин, который тоже был объявлен в международный розыск.

Когда знакомишься со всеми этими фактами, невольно возникает вопрос: что же это за приватизация такая, когда какая-то мифическая тройка из Москвы, завладела заводом, превратила все его активы в ассигнации, лишив завод жизни и всяких перспектив на реанимацию?.. Что же это за менеджмент такой?! Что бы сказал по этому поводу Аким Мальцов из своего XVII века?..

А уж о ситуации в городе и говорить нечего…

Ситуация на предприятиях О. Дерипаски. …Жило-было когда-то государственное предприятие – Ачинский глиноземный комбинат. Как и любое другое более или менее крупное государственное предприятие, комбинат – с помощью государства худо-бедно заботился о работниках, в том числе и строил жилье или помогал работникам его возводить. Но отголоски такого небольшого, но все-таки реального счастья закончились в связи с прихватизацией. В 1992 году Ачинский комбинат был передан государством в состав обожаемого властями г-на Дерипаски и получил в составе его империи название «Русал-Ачинск».

«Русал-Ачинск» сам не построил ни одного квадратного метра жилья для своих работников – во какая социальная политика! (сравните хотя бы с примером заводчиков Мальцовых, которые еще до революции 1917 года строили отдельные дома для своих рабочих). Не построил, но решил, что поскольку он в городе хозяин, то вполне безбоязненно можно наложить лапу и на те жилые дома, что раньше были в муниципальной собственности, присоединив их к своей немалой собственности. Дармовщина, видимо, подхлестывает в человеке непомерное чувство алчности!

Но раз власти разрешили присоединить жилые дома к империи Дерипаски,¹⁶³ то следующий шаг «Русала-Ачинска» тоже выглядит вполне логичным – теперь надо заставить работников, живущих в этих квартирах, выкупить свои же квартиры у «Русала-Ачинска»! И началась тяжба со слезами, судами, жалобами. Кто-то сдался, подписав документы о рассрочке платежа на 15 лет, кто-то продолжает бороться, сокращая свою жизнь постоянными нервотрепками.

Но разве одинокое существо¹⁶⁴ может справиться с тем, кому власти разрешили загребать своими ручищами все, что открывается их взору?! Разве масса этих одиноких существ будет любить эту власть? Зачем же она, власть, сознательно настраивает против себя тех, у кого можно отбирать не то что последние, а просто имеющиеся у них крохи, которые им позволяют – нет-нет, не жировать, как Дерипаске, – а просто хоть как-то выживать?

Но Сибири Дерипаске показалось мало. Ту же самую практику он внедрил и на своих предприятиях на Урале. Совсем недавно Дерипаска довел ситуацию до ужаса современности – в декабре 2010 года было принято решение о выселении (посреди зимы!) 818 семей, получивших квартиры от Богословского алюминиевого завода (город Краснотуринск, Урал).

Юристы «Русала» в судах произносят фразу «Мы собственники. Хотим ордера выдаем, хотим – фантики».

…В августе 2012 года появилась первая, пожалуй, критическая статья о деятельности О. Дерипаски¹⁶⁵. «Построенная в годы стабильности империя олигарха, – отмечается в этой публикации, – оказалась крайне неустойчивой и обязательно рухнула бы во время последнего кризиса, если бы не поддержка государства и лично В. Путина»¹⁶⁶. Проблем за годы руководства О. Дерипаски накопилось множество. В структуре его холдинга весьма проблематично с эффективностью производства: на грани банкротства давно балансирует авиакомпания «Кубань», пришлось заложить под долги даже туалет Краснодарского аэропорта, а также сауну на берегу Черного моря. Об истории с бунтом на предприятии в Пикалево, который пришлось утихомиривать самому В. Путину, наслышаны все. Самым же драматичным явилось сообщение о том, что «Русал» останавливает по причине убытков производство алюминия на Богословском алюминиевом заводе. А убыточным это производство, по мнению аналитиков, связано с нежеланием О. Дерипаски тратить деньги на модернизацию производства¹⁶⁷. Свидетельством «кризиса управления» является и конфликт О. Дерипаски с В. Вексельбергом¹⁶⁸.

В результате такого кризиса весьма проблематично удержать холдинг на плаву, поскольку правительство остерегается отдавать (и осуществлять новые вливания) госактивы в руки неэффективного менеджмента.

В сентябре 2012 года на предприятии О. Дерипаски вновь вспыхнули протесты в крайней форме. Работники Богословского алюминиевого завода в Краснотурьинске требовали сохранить производство¹⁶⁹. «Туда уже, – замечает в этой связи депутат Госдумы В. Трапезников, – и губернатор выезжал, я знаю. И с Дерипаской вопрос решают – как-то его уже предупреждает правительство о том, что нужно все же не бросать и не выкидывать людей на улицу»¹⁷⁰. А оппозиционный политик О. Шеин продолжает: «Конфедерация труда России обратилась с заявлением в адрес руководства страны о том, что оно должно вмешаться в ситуацию и воздействовать на господина Дерипаску, чтобы люди наконец смогли получить свою зарплату»¹⁷¹.

В сентябре 2012 года страсти вроде бы улеглись, «Русал» заявил о продолжении производства на Богословском алюминиевом заводе, сохранении работников или их переезд на другие предприятия компании. «Русал» под шумок запросил в Внешэкономбанка 55 млн долларов…

Московская венчурная компания. В конце 2008 года по примеру федеральных властей в Москве была создана «Московская венчурная компания». Создавая и финансируя ее из городского бюджета, московские власти надеялись на то, что компания возглавит работу по поддержке (в том числе и финансовой) инновационных проектов. Предполагалось, что для финансирования за счет городской казны будут отбираться инновационные проекты в сфере медицинских технологий, микроэлектроники, альтернативной энергетики, биоинжиниринга и т. д. Генеральный директор обещал в кратчайшие сроки запустить не менее 20 проектов и обеспечить по ним доходность не ниже 30 %.

Результаты деятельности компании на протяжении более трехлетнего периода не может не шокировать даже самых заядлых пессимистов. За весь этот период не было запущено ни одного (ни одного!) проекта! Но в то же время при «чутком руководстве» Виталия Петрова компания только за два последних года потратила более 223 млн рублей! На что потратила? Да, собственно говоря, трат-то и не было, а было всего лишь банальное официальное воровство! Воровство городских бюджетных денег!

Только за 9 месяцев 2011 года генеральный директор в виде заработной платы из бюджета города перекачал 26,4 млн рублей! Да еще и в карманы своей жены тем же манером переложил 14,8 млн рублей. Во семейка! За 9 месяцев непыльной работы перетащили домой почти полтора миллиона долларов! Почти по 160 тысяч долларов в каждый из 9 месяцев! И это не считая почти 350 тысяч долларов, которые пошли на создание «барских» условий работы генерального директора и иже с ним – дорогущие авто, сверхнавороченные компьютеры и т. д.¹⁷²

Дело не делалось… Делались деньги…

Клуб «Зенит». В конце сентября 2012 года руководство Санкт-Петербургского клуба выступило с официальным заявлением по поводу ситуации с капитаном сборной России по футболу Игорем Денисовым.

По версии руководства клуба полузащитник И. Денисов переведен на неопределенный срок в молодежную команду. Эта мера связана с тем, что игрок якобы в ультимативной форме отказался выйти на поле в матче против «Крыльев Советов», требуя пересмотра личного контракта. При этом руководство не преминуло прокомментировать этот факт, заявив, что И. Денисов ведет себя непрофессионально, тем самым дискредитируя себя как игрока сборной России и нанося серьезный ущерб своей репутации.

Вместе с И. Денисовым в дубль «Зенита» переведен и поддержавший его форвард команды Александр Кержаков.

Однако, с точки зрения самого И. Денисова, дело обстояло не так, совсем не так.

В интервью, опубликованном газетой «Спорт-Экспресс», И. Денисов отмечает, что вся эта история связана с приобретением клубом дорогостоящих игроков. И. Денисов, как и другие игроки команды, хотели только равного к себе отношения, такого же уважительного, как и к легионерам. «Мне, – замечает И. Денисов, – важнее было обсудить данную тему, я специально хотел встретиться с Алексеем Борисовичем¹⁷³, чтобы донести до него суть проблемы. Зная цену себе и своим партнерам, костяку “Зенита”, собирался подчеркнуть в разговоре: мы, безусловно, заслуживаем большего уважения. Но эту встречу так и не организовали, приходится теперь доносить свои мысли через вашу газету… Мне стало бы все понятно, даже если бы получил ответ “нет”… Сказали бы сразу четко, подожди, к примеру, две недели. Но нет, все время было завтра… за три часа до игры представители клуба при тренере начали обсуждать возможные суммы – словно на рынке… Не знаю, как все это преподнесли Миллеру, но после прилета поступил приказ отправить меня в дубль без объяснения причин…»

Навряд ли при спокойном анализе этой ситуации мы можем сделать вывод о действительно профессиональном подходе к разрешению – вот этой конкретной – возникшей управленческой проблемы. К попаданию в такую финишную точку может сознательно стремиться только «сапожник», а не тот, кто именует себя управленцем. Главное, что на практике действительно много менеджеров, которые принимают решение не ради дела, которым надо заниматься, а для наказания или для устрашения других. Описанная ситуация полностью укладывается в рамки такого тезиса. Если вы почувствуете, что вам приходится трудиться под началом такого управленца – стремитесь убежать от него при первой же появившейся возможности.

Компания «Росагролизинг». Компания была создана для оказания содействия сельскохозяйственным предприятиям. Но уже через год после создания выяснилось, что никакого содействия сельскому хозяйству компания не собирается оказывать. Компания якобы закупила тракторы и другую сельхозтехнику на 2,26 млрд рублей, которые должны были передаваться фермерам по договорам лизинга. Но высокая проверка¹⁷⁴ не обнаружила ни техники, ни выделенных денег. Было это еще в 2002 году. Но в 2009 году – теперь уже Генеральной прокуратурой России была вновь проведена проверка работы этой компании и выяснилось, что только за период 2007–2009 годов теперь уже 45 млрд рублей были потрачены, мягко говоря, нерационально. Компания создала ряд посреднических и фиктивных фирм, на счетах которых оседали государственные деньги за никому не нужные и сильно переоцененные услуги, а одна и та же техника сдавалась в аренду якобы сразу нескольким пользователям применительно к одному и тому же периоду времени. В одной только Рязанской области украдено 300 млн бюджетных денег, выделенных якобы на создание двух ферм мясо-молочного направления в деревнях Голдино и Грязино. Этими делами занимался господин Донских… Он же, как выяснилось, напрямую причастен и к обналичке 265 млн рублей, выделенных на закупку оборудования для винно-водочных заводов. Господину Олегу Донских помогали «компаньоны» – гендиректор «Межрегионторга» С. Бурдовский и гендиректор «Липецкагротехсервис» И. Коняхин.

Но сам господин Донских, поработав в «Росагролизинге», где до назначения на пост министра сельского хозяйства работала и Елена Скрипник, резко пошел вверх по служебной лестнице¹⁷⁵. Он, как можно догадаться, был приглашен на работу в Министерство сельского хозяйства, где отвечал за множество дел, в том числе связанных и с использованием бюджетных средств, – от закупки самолетов до составления распорядка дня самой Е. Скрипник¹⁷⁶. При попытке улететь в Милан О. Донских был арестован прямо в аэропорту Шереметьево¹⁷⁷.

Прошло какое-то время… Уже и Е. Скрипник – не министр, но ситуация продолжает развиваться в том же направлении.

В самом начале сентября 2012 года снова вспыхнул громкий скандал: прямо во время рабочего совещания в кабинете заместителя министра был арестован руководитель департамента земельной политики, имущественных отношений и госсобственности Министерства С. Бондаренко¹⁷⁸.

Этот чиновник, государственный служащий, представитель системы государственного управления, также движимый своим эгоистическим интересом, обратил свое внимание на одно из курируемых им сельскохозяйственных предприятий в Краснодарском крае и послал тенденциозно настроенную им самим комиссию по проверке деятельности этого предприятия. Конечно же комиссия возвратилась с замечаниями, которые господин С. Бондаренко использовал для шантажа руководителя проверявшегося предприятия. Он предложил этому руководителю два возможных варианта разрешения спровоцированной им же самим проблемы – или он, этот руководитель, увольняется по собственному желанию, или же он дает лично С. Бондаренко немаленькую мзду – 45 (сорок пять!) млн рублей!¹⁷⁹

Кстати, в 2012 году за аналогичные действия были арестованы пять (5!) других сотрудников этого же министерства. Среди них еще один начальник департамента – О. Аксенов.

А в ноябре 2012 года в прессе появился вал публикаций о мошеннических делах госпожи Скрипник и как бывшего руководителя «Росагролизинга», и как бывшего министра сельского хозяйства великой страны.

В конце 2012 года журнал «Огонек» представил читателям обзор самых громких коррупционных скандалов, которые затронули разные отрасли и регионы, став особой приметой этого года. Вот перечень таких скандалов:

– дело «Росагролизинга»;

– хищения при разработке ГЛОНАСС;

– саммит АТЭС;

– ремонт теплотрасс в санкт-Петербурге;

– дело «Оборонсервиса»;

– мошенничество в «Росреестре»;

– растрата в минздравсоцразвития;

– пилотажная группа «Стрижи»;

– дело о приватизации «Станкоимпорта»;

– коррупция в Кабардино-Балкарии

и завершает такой обзор упоминание о том, что в отношении бывшего мэра Москвы Ю. Лужкова возбуждено несколько уголовных дел, но обвинений ему пока не предъявлено¹⁸⁰.

В феврале 2013 года следственный комитет России начал проверку по факту возможного участия двух судей Арбитражного суда Москвы в рейдерском захвате здания в центре столицы.

В Москве в то же самое время возбуждено уголовное дело против двух бывших полицейских, которых обвиняют в хищении из государственного бюджета более 10 млрд рублей…

В том же месяце хищения на сумму 350 млн рублей обнаружили в региональном филиале Россельхозбанка, к которому причастен депутат Ярославской областной думы. Это уже не первое уголовное дело, связанное с этим банком¹⁸¹.

В феврале же 2013 года в залитой цементом бочке следователи обнаружили тело похищенного перед этим депутата городского совета Липецка, заказчиком убийства которого – предположительно – явился бывший заместитель министра ЖКХ Московской области.

Ситуаций в российских компаниях в целом¹⁸². С 2008 года Национальный совет по корпоративному управлению (Россия) готовит национальные доклады по корпоративному управлению. Некой тенденциозностью и поверхностным изложением такие доклады все же можно характеризовать. Тем не менее можно и поразмышлять над тем, что констатируют в таких докладах их авторы.

Так, в докладе 2012 года авторы выделяют несколько, с их точки зрения, главных управленческих проблем. Осуществляя свой главный вывод о том, что «качество корпоративного управления в России по-прежнему низкое», корнем зла авторы называют трудности, связанные с получением информации о конечных собственниках компаний.

Второй по значимости проблемой называется то обстоятельство, что в российской управленческой практике широко распространено использованием фирм-однодневок не только для реализации текущих интересов, но и в целях отчуждения активов.

Третья проблема связана с нежеланием управленческого корпуса разрабатывать и реализовывать эффективную дивидендную политику. Акционеры многих компаний просто не получают прибыли (даже применительно к прибыльно функционирующим компаниям) или же они явно недовольны размером получаемых дивидендов. Система защиты прав акционеров в России попросту не работает. Другими словами хозяева предприятий прав хозяина не имеют. Более того, российские советы директоров не работают¹⁸³.

Когда писалась эта книга, было очень соблазнительно обратиться к примеру А. Сердюкова и когда-то возглавляемому им Министерству обороны Российской Федерации. Но даже писать об этой вакханалии не очень прилично, но читатель поймет: и этот пример – из той же серии. Когда заниматься «делом», если надо набивать личный карман бюджетными деньгами.

Ситуация в зарубежных компаниях. Проблемы менеджмента, на которых мы концентрируем внимание, свойственны не только российскому менеджменту, это общемировая тенденция.

Всем интересующимся проблемами деловой активности, известна деятельность Бернарда Мейдоффа, бывшего председателя совета директоров американской фондовой биржи NASDAQ. Он, кстати, и возглавил эту биржу, благодаря своей преступной деятельности. С 1960 по декабрь 2008 года он возглавлял фирму Bernard L. Madoff Investment Securities LLC. В компании за большие зарплаты трудились жена Б. Мейдоффа, его младший брат, два сына, племянник и племянница. Компания представляла собой финансовую пирамиду в ее классической форме. 29 июня 2009 года судом Нью-Йорка Б. Мейдофф был приговорен к 150 годам тюремного заключения.

Всем также известно, что мировой финансовый и экономический кризис был спровоцирован одним из мировых лидеров в инвестиционном бизнесе – компанией Lehman Brothers, существовавшей с 1850 года. Штат компании составлял 26 тысяч человек, компания вела бизнес по всему миру, обладала высоким авторитетом. На 15 сентября 2008 года долги компании составили 613 млрд долларов.

Основной причиной банкротства компании, по заключению аналитиков¹⁸⁴, явились так называемые бухгалтерские уловки, а точнее, используемый компанией механизм под названием «репо 105»¹⁸⁵.

А при спасении компании «Дженерал моторс» президент США Б. Обама потребовал сместить с должности исполнительного директора и президента компании Рика Вагонера¹⁸⁶. Этот человек, выпускник Гарварда, 35 лет проработавший в составе управленческого персонала компании, довел ее до такого состояния, что убытки только в четвертом квартале 2008 года составили почти 10 млрд долларов. Однако при увольнении потребовал выходное пособие в размере 10 млн долларов¹⁸⁷.

Рейтинговое агентство Standart & Poor’s. В феврале 2013 года Министерство юстиции США пришло к выводу, что агентство Standart & Рoor’s намеренно завышало оценку кредитной надежности облигаций – тех облигаций, которые базировались на ипотечной задолженности. Такие действия агентства оказали прямое влияние на повышение спроса на такие облигации, а следовательно, и на раздувание ипотечного пузыря. Когда пузырь в 2008 году лопнул, то покупатели таких ценных бумаг потеряли значительные суммы. Министерство требует взыскать с агентства 1 млрд долларов хотя бы для частичного возмещения потерь покупателям таких ценных бумаг, хотя их потери составили несколько триллионов долларов.

А ведь основной функцией такого рейтингового агентства является как раз предоставление объективной оценки потенциально возможным покупателям ценных бумаг.

Череда греческих правительств. Жалко, очень жалко греческий народ, что он оказался в таких тяжелых обстоятельствах.

Что же произошло? Что явилось причиной таких драматических событий и нависшей над страной тяжелейшей экономической ситуации?

Ответ до удивления прост: причина в абсолютном непрофессионализме всей череды греческих правительств на протяжении последних двух-трех десятков лет.

Ведь что на самом деле произошло? Каждое греческое правительство, приходящее во власть, совершенно не обращая внимания на профессиональные ограничения, хотело оставить о себе добрую память в виде повышения пенсий и увеличения зарплат в госсекторе.

Нам, россиянам, пока легко рассуждать о подобных ситуациях, поскольку нам кажется, что эти процессы нас еще не затрагивают. Но это только нам так кажется. На самом же деле многим российским регионам грозит дефолт, и такая угроза все более и более принимает реальные очертания. По имеющимся данным, на 1 января 2012 года задолженность регионов Российской Федерации превысила 1,15 трлн рублей. У 19 регионов долги превысили половину ВРП – валового регионального продукта. А при формировании бюджета на 2013–2015 годы обнаружилось, что мероприятия по выполнению президентских предвыборных обещаний приведет к резкому увеличению долга региональными властями¹⁸⁸.

В общем, ситуация ничуть не лучше той, что давно уже лихорадит правительства Греции, Португалии, Испании, хотя за спинами наших регионов стоит федеральная власть и федеральный бюджет.

* * *

Из истории. Вообще эта проблема была характерна для обладателей властных полномочий – в большей или меньшей степени – во все времена. Не стоит, видимо, обращаться к примерам более древних периодов, но известно, что еще в период страшнейшей инквизиции папа Сикст IV в своем письме Торквемаде¹⁸⁹ передавал похвалу в его адрес кардинала Борджиа (будущего папы под именем Александра VI) и добавлял от себя: «Мы слышали этот отзыв с большой радостью, и мы в восторге, что вы, обогащенные познаниями и облеченные властью, направили свое усердие на предметы, возвеличивающие имя Господне и полезные истинной вере. Мы испрашиваем на вас Божье благословление и побуждаем вас, дорогой сын, продолжать с прежней энергией и неутомимостью способствовать укреплению и упрочению основ религии, и в этом деле вы всегда можете рассчитывать на нашу особую милость»¹⁹⁰.

В этой связи С. Нечаев выделяет слова И. Григулевича: «Двойная игра папства по отношению к судьбе “новых христиан” продолжалась до начала XVI века, когда папа Александр VI Борджиа, сам испанец по происхождению, получивший немалую долю от награбленных испанскими конкистадорами сокровищ аборигенов, окончательно прекратил “вмешательство” Рима в дела испанской инквизиции и запретил ее жертвам обращаться к нему с жалобами на нее. Благодаря этому решению испанская инквизиция получила право расправляться с кем угодно и какими угодно средствами»¹⁹¹.

Очерк седьмой
Такой менеджмент не может быть эффективным

Говорят, что если человек не владеет

никаким другим инструментом, кроме молотка,

то весь окружающий мир представляется ему

в виде гвоздей, которые обязательно

надо во что-то вколотить.

Предпринятые нами рассуждения позволяют сконцентрировать внимание на том, что же лежит в основе неэффективного управления.

Первая проблема сводится к тому, что во многих отраслях, связанных с научно-техническим прогрессом, утвердилась неэффективная управленческая модель, в результате чего функция управления финансами была отделена от функции управления профильным делом. Принцип единоначалия в любой организации продолжает оставаться одним из факторов прямого воздействия на качество функционирования организации.

Вторая проблема, как представляется, тесно связана с первой. Откаты (т. е. общепринятый в России уровень воровства бюджетных средств) достигают 50 % от общей суммы выделяемых из бюджета средств. Это означает, что государство не может и не хочет исправить ситуацию в сфере бюджетных отношений.

Такое массированное растаскивание бюджетных денег, их беспардонная перекачка в частные карманы долго продолжаться не может как по причине возможного социального взрыва, так и по чисто экономическим причинам.

Удивительное дело, но контроль эффективности использования бюджетных средств в нашей стране (неизвестно, сознательно или по недоумению) напрочь отсутствует, что наряду с другими факторами стимулирует к откровенному воровству общенародных финансовых ресурсов. Мы даже перестали использовать в нашем обиходе это понятие – общенародное богатство, общенародные средства (финансовые), общенародные природные ресурсы…

У россиян (наверное, уже можно открыто говорить об этом) сегодня два врага – это бандиты и, к сожалению, чиновники, которые сами растаскивают по своим личным углам общенародные деньги, государственную (тоже общенародную) собственность, препятствуют установлению в стране нормальной системы экономических и социальных отношений. Власть при всем этом проявляет еще и крайний цинизм. То они планируют на 5 % снизить расходы на закупку товаров для государственных нужд, то начинают обвинять бизнес в уклонении от налогов… Но если они знают, что кто-то действительно уклоняется, то чего же тогда они ничего действенного не предпринимают. То вдруг заявят, что если бы все платили налоги так, как положено, то пенсии россиян могли бы вырасти до уровня 50 тысяч рублей¹⁹²

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.