Рустам Айвазов
Мутация души

I

Женщины живут дольше мужчин, потому, что у них нет жён, или орла по полёту видать, а козла по рогам.

Вот уже несколько дней Ерёмин думал лишь об одном – о её смерти. Вначале он стыдился этой мысли, отгонял её от себя, но ничего не мог поделать. Мысль об убийстве собственной жены не давала ему покоя. Как истинный интеллигент, он мучился угрызениями совести из-за своего, мягко говоря, неприличного желания. Однако мысль о лишении жизни дражайшей супруги, а точнее, о возмездии, вгрызалась в него, подобно тому, как летучая мышь впивается в живую плоть своими зубами и не успокаивается, пока не обескровит несчастное животное. Он чувствовал себя именно таким животным. Марина должна заплатить за измену. Хотя, если копнуть глубже, дело не только в измене. За годы семейной жизни Ерёмин претерпел столько моральных унижений, что их бы с лихвой хватило на несколько супружеских пар. Да, что там годы семейной жизни! Можно вспомнить хотя бы то, с чего всё началось. Эти долгие и мучительные ухаживания. Эти страшные переживания по поводу того, что она, в конце концов, предпочтёт ему – невзрачному и в целом не слишком интересному парнишке, какого-нибудь красавца гренадёрского роста и с бархатным голосом, коих вилось вокруг неё в студенческие годы, превеликое множество. Да, и теперь, по прошествии 12-ти лет, как выяснилось, интерес к ней со стороны особей мужеского пола нисколько не угас. Впрочем, что тут странного? Ведь и теперь Марина была чудо как хороша. Роскошные длинные волосы, время от времени по желанию хозяйки изменявшие свой цвет, но иногда принимавшие свой первоначальный оттенок; гладкое, с удивительно правильными чертами лицо, не имевшее, ни единой морщинки, роскошная фигура, которой позавидовали бы 18-летние девчонки. Кроме того Марина обладала уникальным даром – располагать к себе окружающих. И понятно, что к ней всегда тянулись мужчины, но даже женщины, видевшие в Ерёминой соперницу, прекрасно относились к этой обаятельной особе. Строгая и взыскательная маман Вячеслава Павловича Ерёмина – Татьяна Всеволодовна души в ней не чаяла. Не говоря об отце – Павле Викторовиче. Тот любил невестку, наверно, больше собственного сына. И рядом с этой исключительной женщиной, вечно стремящейся вперёд, вот уже 12 лет топтался на месте лысеющий гражданин в больших роговых очках, обременённый нынче не очень-то привлекательным брюшком, увеличивающимся не по дням, а по часам. По карьерной лестнице Марина также поднималась быстрее мужа. Он ограничил карьерный рост должностью главного бухгалтера на небольшом предприятии с очень средним окладом. Она же, в свою очередь, некоторое время назад возглавила торговое представительство крупной компании, и в городе её знали многие, как принято говорить, серьёзные люди. Немало знакомых недоумевало: что может связывать столь незаурядную во всех отношениях женщину с обычным ничем непривлекательным, а где-то даже отталкивающим мужчиной? Ерёмину, естественно никто этот вопрос вслух не задавал, но он и сам прекрасно понимал свою несостоятельность рядом с обворожительной супругой, из-за чего страшно злился и почему начал прикладываться к бутылке. Кстати, ранее любви к «огненной» воде за ним не замечалось. Ещё одной очевидной проблемой их семейного благополучия являлось отсутствие детей. Здесь вина целиком и полностью лежала на Марине. На протяжении их семейной жизни Ерёмин постоянно уговаривал супружницу родить ребёнка, но она не соглашалась. Сделала несколько абортов и вопрос о детях отпал раз и навсегда. Этого Ерёмин тоже не мог ей простить. Правда, и она сама корила себя за опрометчивость в данном вопросе. Но, пожалуй, самым страшным для Вячеслава Павловича было то, что он безумно любил Марину и не мог представить свою жизнь без неё. Полюбил тогда, когда впервые увидел на университетской вечеринке. Любит и сейчас, когда замыслил убить её…

Вообще Ерёмин не слишком хорошо представлял себе, как сможет жить без неё. С другой стороны, ещё хуже жить с ней, зная, что Марина изменяет ему с другим мужиком. Просто развестись с женой он тоже никак не мог. Ерёмин лишь на секунду представлял себе, что начнёт жизнь, в которой не будет Марины, но она найдёт себе другого и станет называть его своим мужем, после чего Вячеслав Павлович приходил в ярость, граничащую с безумием. Он не мог допустить, чтобы его любовь принадлежала кому-то ещё. Он слишком много испытал, прошёл через ужасные моральные унижения, очень глубоко запихнул своё собственное «я». А ведь на самом деле Ерёмин не был слабым человеком. Под маской очкастого недотёпы таился волевой и отнюдь не слабый человек. Любовь давно превратила его в морального разложенца и хлюпика. Она же теперь сделала его жизнь пыткой. Хотя любовь – и есть пытка. Самая страшная, медленная пытка. Его ревность, источавшая злобу, подобно, сидящему на двух стульях человеку, не давала возможности тихо развестись с Мариной и начать жизнь без неё. Жизнь спокойную и размеренную. Ревность Ерёмина – ревность маньяка, коим он, конечно же, не являлся, по собственному мнению, требовала отмщения.

Вячеслав Павлович тяжело поднялся с кровати и пошёл на кухню. Достал из холодильника початую бутылку водки и налил себе. Разом, опрокинув рюмку, он направился обратно в комнату. Вытащил из пакета, спрятанного в шкафу, завёрнутый в газету предмет. Развернул газету и вынул оттуда большой конверт. Из конверта извлёк видеокассету и вставил её в плейер. Включил телевизор. Нажал кнопку воспроизведения на пульте. Через несколько секунд на экране появились два разгорячённых тела, одно из которых явно принадлежало прелестнице-супруге, а второе явно не самому Ерёмину, а какому-то потному, мускулистому мерзавцу. Двое на экране выделывали такие вещи, что у обманутого мужа во время первого просмотра, последние волосы на голове дыбом встали. Самым обидным для Ерёмина было то, с какой страстью Марина отдавалась любовнику. За все годы семейной жизни Вячеславу Павловичу так и не удалось разжечь хотя бы приблизительный по силе огонь, горевший теперь в её глазах со страшной силой. Кстати о любовнике. За время длительной половой вакханалии его лица Ерёмин так и не увидел. Хотя зачем ему лицо подлого соблазнителя? Он и так заметил, судя по широким плечам, узкой талии и… всему остальному тоже на уровне, что дамский угодник оголил прикрытые доселе комплексы бедного Вячеслава Павловича. Хотя вообще к похотливому самцу у Ерёмина претензий имелось меньше всего. Основные упрёки адресовались к безупречной репутации, той самой подруги жизни, с которой и «в горе и в радости и до самого конца». Теперь же «хеппи-энд» представлялся ему несколько по-иному. Жена не заслуживала оставаться в списке живых. И посему Ерёмин вычеркнет её из этого списка. Оставалось только решить, как поделать столь непростую работу и кому «руководитель проекта» доверит исполнение. Сам Вячеслав Павлович был не в состоянии воплотить в жизнь свою задумку. Впрочем, в данной ситуации нет ничего необычного. Мыслителей всегда больше, нежели исполнителей. Ерёмин снова бросил взгляд на экран. Любовная игра достигла апогея. Невесомый экстаз резко перешёл в извержение вулкана, поглотившее сразу обоих партнёров. На мужа-рогоносца вновь нахлынул прилив злости. Его неверная жена никогда не обнимала с такой страстью, не извивалась вокруг него, как вокруг этого проходимца «без лица», проявляя чудеса гибкости. Своему соблазнителю она не втирала очки по поводу бесконечного менструального цикла и непрекращающихся головных болей. Этому быку-производителю с выдающимися чреслами, она не рассказывала по вечерам сказки о мнимой усталости, которая не позволяет раскрепоститься и, испив «нектар любви» отдаться «музе сладострастия». Конечно, ведь ей никогда не был нужен человек тонкой душевной организации – тихий робкий интеллигентный и любящий, относившийся к ней как к королеве. Ей был нужен грубый апологет низменной похоти, мужчина-нимфоманка, самец-ублюдок с фигурой Геракла и умственным развитием строителя из молдавской бригады. Ерёмин схватил со стола пачку сигарет, трясущимися от напряжения пальцами, вытащил из пачки 85-миллиметровый никотиновый снаряд и закурил. Правда, прикурил он фильтр, но даже не заметил данного казуса.

– Я сам её убью, сам! – пробормотал несчастный, обхватив голову руками.

В этот момент в квартиру позвонили. Ерёмин вздрогнул, догадавшись, кто пришёл. Конечно же, Марина. Кто же ещё! Она попробовала открыть дверь своим ключом, но потерпев неудачу, поняла: супруг дома и закрыл дверь изнутри. Ёй даже показалось немного странным, что муж заперся. Обычно, Славик никогда не закрывал дверь на внутренний замок, когда находился в квартире, т. к. ему было лень идти открывать жене. Марина всегда открывала дверь собственным ключом, чтобы беспрепятственно попадать в квартиру, не потревожив мужа. Первым делом Ерёмин бросился к видеоплейеру. Вытянул из него «порно-шедевр», судорожно запихнул в конверт, а сам конверт кинул в пакет. После чего забросил пакет обратно в шкаф, в надежде потом перепрятать его в более укромное место. Ведь после первой же уборки супруга могла обнаружить доказательство своего адюльтера, сие пока не входило в план акции под кодовым названием «Возмездие». Ерёмин побежал в прихожую, чуть не забыв вытащить изо рта дымящуюся сигарету. Так как фильтр уже достаточно прогорел, зловонный дым от такой сигареты был в два раза противней, чем от обычной. Вячеслав Павлович открыл дверь и впустил супругу.

– О, привет, Славочка! – радостно воскликнула Марина, занося в квартиру 2 немаленьких кулька с аббревиатурой ближайшего от их дома супермаркета.

Ерёмин кивнул вместо приветствия, принял из её рук кульки со снедью и поволок их на кухню.

– А почему, ты, сегодня, так рано? – спросила Марина, снимая с ног уже порядком поднаторевшую ей обувь на высоком каблуке. Что тут поделать? Хочешь быть красивой – терпи!

– Как это рано? Совсем не рано, – буркнул в ответ Ёремин, засовывая в холодильник продукты, не выносившие жары.

– Ты же говорил, что у тебя отчёты по налоговой начались, – приставала к нему жена, надевая симпатичный кухонный фартук.

– Начались, – подтвердил Ерёмин, – но я справляюсь с ними в рабочее время, – соврал он. Ведь на работе главбух не появлялся уже неделю. Взял втихаря от жены больничный.

Зазвонил телефон. Марина побежала к нему, и общение между супругами закончилось на весь вечер. Ерёмин провёл его у телевизора, а жена у телефона.

II

Не от хорошей жизни обезьяна превратилась в человека.

Он не родился врагом всего живого. Не родился и женоненавистником. С детства у него всё шло, как и у других нормальных людей. Школа, армия, университет. Над ним не издевались сверстники, его не били родители, так что по дедушке Фрейду он был очень даже благополучным отроком. При этом особой добротой никогда не отличался, но и патологий за ним не замечалось. Правда, он практически не имел никаких эмоций. Другие детишки радовались новым игрушкам или походам в кинотеатры на новые мультфильмы, а ему были недоступны эти радости, как моральные удовлетворители. Новые игрушки он воспринимал, как предметы домашнего обихода, а мультфильмы его вообще не интересовали. Став постарше он также относился к одежде, кинематографу или книгам. Он был роботом. Живым роботом. Без радостей и печалей. Так он жил до 25-ти лет, пока не встретил её… Сказать, что она была девушкой его мечты – не сказать ничего. В его голове напрочь отсутствовало такое понятие. Тем более в его представлении не имелось идеала женщины. Всё случилось само собой. Можно сказать, непроизвольно.

Магазин. Безвременное, утомительное, но совместное стояние в очереди. Смущённая улыбка милой барышни, стоявшей перед ним. Именно, улыбка неожиданно послужила тем магнитом, который притягивает мужчину к женщине. Неожиданно, потому что никогда ранее женская улыбка не действовала на него так умиляющее. Точнее будет сказать, что женская улыбка вообще никак на него не действовала. Он покраснел, затем вспотел, в глазах застыла пелена, а к горлу подошёл ком, и сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Да-а, любовь на самом деле физического здоровья не прибавляет.

Он никогда не знакомился с девушками, тем более с такими симпатичными, как незнакомка из очереди. Он даже не знал, что принято говорить в подобных случаях. И он решил ничего не говорить, пусть всё останется как есть. Девушка вышла из магазина. Следом вышел и он. Собрался пойти в другую сторону, как вдруг нерадивость упаковщиков магазина сыграла ему на руку. Они слишком перегрузили неплотный пакетик и тот не выдержал. На асфальт посыпались разные гастрономические вкусности. Девушка принялась собирать продукты, и он, воспользовавшись спасительным комизмом ситуации, моментально пришёл к ней на помощь, тут же предложив ей свою авоську взамен пришедшего в полную негодность кулька. Так они и познакомились.

Она оказалась девушкой общительной, весёлой и жизнерадостной. Он, хоть и слыл букой и аскетом, постарался измениться. Стал более раскрепощённым, начал шутить и рассказывать анекдоты, предусмотрительно купив и проштудировав толстенную книжицу: «Анекдоты Мира». Впервые в жизни он почувствовал близость женщины. Не женщины-матери, а женщины-любовницы. Тот первый раз, когда у них всё и произошло, перевернул его жизненное воззрение. Ведь раньше он и не предполагал, что можно начинать скучать по женщине, прежде чем расстанешься с ней. Что можно думать о ней каждую минуту, даже занимаясь каким-нибудь серьёзным делом, требующим включения основных мозговых резервов, и мысли о ней не только не будут мешать работе, но и помогут делать всё, как нельзя лучше. Первый раз их физической близости он будет помнить до своего последнего дня. Стояла невыносимая жара. Они пришли в его комнату в коммунальной квартире. Родители сделали ему такой царский подарок, когда он пришёл из армии. Они тогда забрали к себе маминого отца – его дедушку, чтобы их отпрыск смог начать самостоятельную жизнь. В предвкушении обмена флюидами по его телу прокатилась приятная дрожь, а после её нежного прикосновения он погрузился в невесомый туман и слился с любимой в едином порыве. Поцелуй показался одним мгновением, хотя длился неимоверно долго. Ему показалось, что они поднялись к потолку и закружились. Он ласкал её всю ночь, испытывая безвременное блаженство, и не мог насытиться ею, каждый раз после семяизвержения начинал всё заново, без устали входя в неё и получая нечеловеческое наслаждение. Казалось, что экстаз длился вечно. Потом он наблюдал за тем, как она спала на его кровати сном младенца. Он наблюдал за её ровным дыханием, за рыжими вьющимися волосами, которые так любил, восхищался её дивной кожей, ощущал сладкий запах её духов и впервые в жизни чувствовал себя счастливым. Когда первые лучи солнца ударили по его глазам, влюблённый снова принялся ласкать свою единственную, и она полусонная, но от этого не менее прекрасная, ответила ему взаимностью. Вскоре он предложил ей руку, сердце и свою фамилию. Ведь тогда у него была фамилия…

III

Сны – это маленькие кусочки смерти.

Ерёмин встал со своего кресла и подошёл к их с Мариной семейному ложу. Супруга красила ногти. Поймав на себе какой-то странный взгляд мужа, она вопросительно посмотрела на него. Вместо объяснения Вячеслав Павлович сделал то, чего никогда раньше себе не позволял. Он ударил её кулаком в лицо, не влепил пощёчину, а, именно, ударил со всей силы. Марина всхлипнула и упала с кровати на пол. Она хотела закричать, но разгневанный супруг схватил её за горло. Изменница захрипела, однако невероятным усилием сумела вырваться из рук душителя. Она попыталась выскочить в коридор. Ерёмин – этот безобидный и добрый человек, никогда ранее даже не повышавший голос на супругу, в два прыжка покрыл расстояние, разделявшее его и Марину, взял её за волосы и ударил головой о сервант. Несчастная разбила стеклянную дверцу серванта и упала на паркет. Из рваной раны на гладком лбу выступило маленькое багровое пятнышко. Пятно быстро увеличивалось, и кровь вскоре залила её прекрасное лицо. Ерёмин наслаждался этим зрелищем, хотя раньше падал в обморок от одного вида крови. Теперь же он упивался сознанием того, что собственноручно приводил приговор в исполнение. Судья и палач в одном лице. Эх, сюда бы гильотину или качели Богера, тогда бы новоиспеченный плач продемонстрировал бесстыднице высшую степень возмездия. Тем временем Марина постаралась подняться с пола, но порезав руки об осколки, упавшие на паркет, пронзительно закричала. На мужа-маньяка крик подействовал, как на хищное животное действует движение его потенциальной добычи. Ерёмин бросился на Марину и несколько раз ударил её ногой по почкам. Затем помчался на кухню. Вернулся оттуда с большим кухонным ножом. Марина с ужасом отшатнулась, увидев приближающегося психа. Но Ерёмин уже начал её убивать. Он возил ей нож прямо в сердце по самую рукоять. Кухонная принадлежность вошла в тело женщины, и та мгновенно умерла. Ерёмин поглядел на свои ладони. Кровь стекала с них в каком-то неимоверном количестве. Убийце вдруг стало страшно, и он закричал, что есть мочи.

– Славик, солнышко, что с тобой? – спросила Марина, нежно погладив мужа по голове.

Ерёмин открыл глаза и увидел суженую живой и невредимой.

– Что случилось, любимый? – нежно произнесла, находившаяся в добром здравии и без признаков насильственной смерти женщина-призрак, вытирая пот с плюгавого лба «синей бороды».

Любимый! Более кощунственного слова и подобрать нельзя. Ерёмин убрал руку неверной жены и сел на кровати, протирая глаза. Всё происшедшее оказалось всего лишь сном. Вячеслав Павлович не знал радоваться ему или горевать. Слез с кровати и поплёлся в туалет. Долго стоял под холодным душем.

– Что с тобой, Слава? – снова полезла с расспросами «заботливая» подруга жизни, когда Ерёмин вернулся обратно в комнату.

– Ничего, – раздражённо ответил он и присел на краешек кровати.

– Приснился плохой сон?

«Это как посмотреть», – подумал мстительный муж, но высказываться, вслух не решился. Тем более рассказывать Марине свой сон.

– Всё в порядке, – пробурчал Ерёмин и отправился на балкон курить.

Открыл окно и глубоко вздохнул. Свежий воздух дал возможность успокоиться и окончательно прийти в себя. «Киллер-теоретик», посмотрев такой сон, откровенно говоря, струсил и засомневался в своём окончательном намерении собственноручно лишить жизни любимую. Ерёмин достал сигарету и прикурил от зажигалки «Zippo», подаренной ему женой на десятилетие совместной жизни. Затянувшись и немного задержав дыхание, он выпустил клуб приятного дыма хороших американских сигарет и стал рассматривать зажигалку, пытаясь вспомнить подробности празднования того юбилея. Уединившись в уютном ресторанчике на берегу моря, никого не позвав, даже ближайших родственников, они провели чудный вечер. Играла джазовая музыка. Оба супруга обожали джаз, несмотря на то, что родились уже в те времена, когда пик джазовой популярности давно прошёл. Марина выглядела обворожительно. Казалось, в зале нет ни одного мужчины, который бы явно или украдкой не смотрел на неё. Многие попросту позабывали о своих зазнобах и уставились без зазрения совести на незнакомку редкой красоты. Ёе улыбка озаряла божественным светом весь ресторан, и не было в нём никого, кто бы ни ощутил на себе природный магнетизм дамы в голубом вечернем платье с глубоким декольте. Как обычно, Ерёмин смутился. Он всегда смущался в подобных случаях, хотя казалось, должен был уже попривыкнуть к этаким пассажам. Ему, одновременно, и льстило внимание со стороны окружающих, но оно же, и угнетало. Однако вскоре он позабыл обо всём на свете. Ведь он имел лишь одну осознанную необходимость: любить самую замечательную женщину в мире и быть рядом с ней. И совершенно не важно, что всю жизнь она только позволяла ему любить себя, а не любила сама. Его не любила. Он не противился этому. Просто любил за двоих. И долюбился…

Марина изменила ему и попутно разбудила временно дремавшие комплексы неполноценности маленького серого мышонка Ерёмина. Докурив сигарету, он вошёл обратно в спальню. Марина уже спала, так и не дождавшись припадочного курильщика. Она лежала на спине и дышала ровно. Вот бы сейчас накинуть на её прекрасную шейку удавочку в виде шарфика или полотенечка, и навсегда остановить это ровное дыхание. Но, нет. Теперь Ерёмин точно знал, что ему не хватит духа собственноручно умертвить суженую. И дело не только в духе. Точнее, не столько в духе. Прежде всего, не хотелось остаток своих дней провести за решёткой и тем самым поломать себе жизнь. Значит, нужен человек, который приведёт приговор в исполнение. Правда, в данном случае этого человека уместнее называть «наёмником», «чистильщиком» или «киллером», нежели палачом, учитывая факт Ерёминского самосуда, не имеющего ничего общего с законным решением в соответствии с уголовным кодексом. Пусть так. В любом случае не важно, как и кого называть. Важно найти того, кто избавит его от жизненной драмы, и даст путёвку в новую жизнь. В жизнь, начатую с чистого листа. Без любовного недуга. Так легче, так спокойнее. Хотя почему бы не развестись? Нет! Исключено. Ерёмин не смог бы начать всё заново, осознавая, что Марина больше не принадлежит ему. И теперь она с другим. А так… Нет человека, нет проблемы. Главное найти убийцу. Для Ерёмина, он – кат, палач, который свершит правосудие. Его правосудие, потому что нет в данный момент никакого другого. Пусть «ангел смерти» накажет её. Только где его найти? Нужен профессионал. Не пьяница с трясущимися руками, готовый убить за бутылку водки, и тут же сдать своего заказчика, а настоящий профи. Нужно искать мастера по отъёму человеческих жизней.

IV

Ты – самая загадочная из всех разгаданных женщин, и самая разгаданная из всех загадочных…

Его счастье длилось около шести лет. Шесть лучших лет его жизни. Он изменился. Стал чувствительным. У него появились эмоции. Благодаря ей и только ей одной. Она сделала из робота человека. Он научился радоваться тому, чего раньше вообще не замечал. Например, хорошей погоде. Он начал общаться с людьми, хотя ранее из него нельзя было выудить какое-нибудь лишнее слово. Только общеупотребляемые фразы или специальные термины, применяемые на службе. А служил он поначалу в налоговой администрации в отделе крупных плательщиков. Через пару лет, поднабравшись опыта и заполучив необходимые связи, открыл собственную аудиторскую контору. Следует отметить, что сие было под силу далеко не каждому рядовому сотруднику, но он сделал это и о нём сразу заговорили, как о талантливом и перспективном человеке. Заработав первые немалые деньги, начал вкладывать их в различные коммерческие проекты. Вскоре он увеличил свой капитал вдвое. Людская молва и другие средства массовой информации разнесли весть о молодом бизнесмене новой формации, с невиданным доселе коммерческим чутьём. Человек, появившийся на свет в эпоху социалистической экономики, одним из первых понял суть экономики капиталистической. В отличие от тех «кидал» из различных трастовых компаний, всяческих «ООО» или постоянно лопающихся банков и финансовых групп, его предприятия работали и приносили не сомнительный доход, а вполне законную прибыль, насколько это возможно в нашей стране. Во всяком случае, его компания никого не обирала и не обкрадывала. Ему одному из немногих удавалась зарабатывать деньги не посредством афёр и махинаций, а при помощи грамотно разработанных бизнес-планов и прекрасном знании конъюнктура рынка. Нет, конечно, и ему приходилось нарушать идиотские законы, решая, так сказать, неформальные вопросы в интересах дела. Но, во-первых, делалось это не так уж часто, а во-вторых, только в случаях крайней необходимости. С его коммерческой структурой хотели работать все. Потому как она гарантировала высокий доход и чёткое выполнение заранее оговоренных обязательств. Вскоре у него появились партнёры из-за рубежа. Однако, как ни странно, бизнес, коммерция, дилерство и брокерство не захватили и не поглотили его целиком. Главным его жизненным занятием, единственной страстью оставалась любимая жена. Чем бы он ни занимался, куда бы ни ездил, она всегда находилась рядом с ним. Так он хотел. Всё в жизни делалось для неё или ради неё. Когда в своей задрипаной «коммуне» он предложил ей руку и сердце, свежеиспечённую невесту очень развеселило корявое объяснение в любви. Ещё больше её тогда развеселило, как он собирается тянуть семью, будучи студентом-заочником экономического университета. Он, правда, уже начал трудовую деятельность налогового инспектора, но с бюджетной зарплатой особо не разойдешься. Тогда же будущая супруга задала вопрос: где и как он думает создавать то самое уютное семейное гнёздышко, в коем они проживут долго и счастливо? Он оглядел свою маленькую серенькую комнатушку с выцветшими обоями на стенах, с пожелтевшим потолком, дедовским шкафом – ровесником великого октября и с ужасающей скрипучестью кровать, на которой тот самый его дедушка рассказывал бабушке о своих подвигах, в период службы под началом С. М. Будённого во время гражданской войны. Затем смущённо улыбнулся и пообещал невесте, как можно скорее решить квартирный вопрос и все другие насущные проблемы. Он говорил так убедительно, что она согласилась стать его женой. Свадьбу отыграли неброскую. Гостей собралось немного, только родственники с обеих сторон и пару её подружек. У него же друзей отродясь не было. Насчёт «квартирного» вопроса он не обманул. Через полтора года супруги переехали в отдельную двухкомнатную квартиру, а ещё через год с небольшим – в просторный частный дом в стиле барроко. Особняк строился по специальному проекту и представлял собой истинное произведение искусства. За чудо архитектуры он отвалил кругленькую сумму строительной компании, но его мало волновали деньги, когда речь шла о желании возлюбленной жены. Главное, чтобы в её глазах всегда светил огонёк. Огонёк счастья и радости. Он дарил ей подарки, выполнял все её прихоти и сам светился от счастья, когда видел её магическую улыбку. Со временем она стала ещё красивей, чем была. У неё появились не только личные парикмахер и визажист, но и тренер по фитнессу. Одежду она носила сугубо эксклюзивную: VERSACE, ARMANI, CARL LAGERFIELD, DOLCE&GABBANA, DIOR. Благодаря фирменным вещам и макияжу она частенько экспериментировала со своей внешностью. Единственное, что ей запрещал муж – менять цвет и длину волос. Однажды она на свой страх и риск перекрасила волосы. Он был в ярости. Таким она его никогда не видела раньше. Ей стало страшно. Очень страшно. Он, сдувавший с неё пылинки с первого дня знакомства, существовавший только ради неё, был готов убить свою любимую из-за цвета волос! Она недоумевала. Он ей не рассказывал, но на самом деле именно великолепные волосы с золотым отливом стали для него основным возбудителем чувств. Он понял это не сразу, не вовремя их знакомства, и даже не тогда когда они впервые занимались любовью. Осознание настоящей страсти пришло к нему несколько позже. Однажды после деловых переговоров, ему и партнёрам по бизнесу, как водится у деловых людей, доставили проституток в сауну, где «ударники капиталистического труда» отмокали после трудов праведных. По традиции, установленной теми же нуворишами, жриц любви поимели все кому не лень: от помощников до самих «акул» большого бизнеса. Ему тоже выдали секс-рабыню. Он поначалу не стал отказываться. Развратная дива была хороша. Роскошная фигура, бесподобное лицо, высокий рост. Казалось бы, что ещё нужно? Бери и пользуйся. Тем более, как утверждают ведущие психологи, ни к чему не обязывающий поход налево, только укрепляет брак. Но у него не получилось. Перед глазами стояла жена. И первое, что он видел, был не её изящный силуэт, а её нежные рыжие локоны. Он мог гладить их часами, утопать в них, чувствуя особый аромат. Не аромат шампуня или духов, а аромат, исходящий от её волос, вызывающий безудержное влечение и мощный источник половой энергии. Посему он и взбесился из-за покраски волос. Естественный рыжий цвет – вот что было его истинной его страстью и предметом любви. Она не имела права лишать его этого. Ведь на алтарь их брачного благополучия, он положил всё. В его планы никогда не входило желание разбогатеть и теперь целиком зависеть от своего богатства. Жить в золотой клетке и заботиться лишь о том, как сохранить заработанное и преумножить его. Всё это делалось для неё. Она хотела быть женой миллионера, и ему пришлось выполнять её желание, чтобы затем покупать её новые желания. Она же, перекрасив волосы, лишила его главного источника вдохновения. Поэтому он вышел из себя и не просто вышел из себя, а воспылал ужасающим гневом, чего ранее за ним, никогда не водилось. Он перебил всю посуду в доме, разбил все зеркала, даже добрался до окон. Впервые он говорил с ней повелительным тоном. Она, пребывая в шоковом состоянии, из-за такого поведения мужа, подчинилась его приказу вернуть своим волосам прежний цвет. На дом тут же вызвали парикмахера, решившего проблему супружеской четы. Правда, сам цирюльник чуть не упал в обморок, увидев разрушения, которые нанёс ураган бешенства супруга-неврастенника шикарному интерьеру их комфортабельного жилища. Вскоре неприятная история забылась. Жена предпочитала больше не перекрашивать волосы, а муж загладил своё преступление, подарив ей, новенький спортивный «Шевроле» с откидным верхом. Сам виновник акта вандализма снова чудесным образом трансформировался в доброго, пушистого кота. Однако после нескольких лет абсолютного счастья в их семье начались серьёзные разногласия, приведшие, в конце концов, к драматическому финалу. Она очень хотела иметь детей. Он же, в свою очередь, мягко говоря, не стремился к появлению отпрысков. Во-первых, он не любил детей. Да, что там дети, людей переносил сугубо по необходимости. Ему собственные родители всегда были безразличны, по большому счёту. Во-вторых, он боялся, что любимая с появлением на свет первенца станет уделять больше внимания малышу и забудет о нём. С таким трудом он создавал свой чудесный маленький мирок, где фигурировали только он и она и, вдруг в один прекрасный день (только как такой день можно быть прекрасным?!) в их тихую заводь счастья, в лагуну радости, ворвётся маленькое крикливое существо и станет главным действующим лицом на авансцене. Тогда театр абсурда разрушит его мир и любимую он потеряет навсегда. И всё же камнем преткновения их отношений стало не откровенное нежелание мужа заводить детей, а его го нефертильность. По истечении пятилетия своего замужества она решила обратиться к светилам медицины, чтобы выяснить, почему она не может забеременеть столько лет. После тщательного и всестороннего обследования эскулапы констатировали, что так называемая пациентка полностью здорова и вполне может иметь детей. Никакого медикаментозного лечения или хирургического вмешательства ей не требуется. Тогда она уговорила мужа лечь в клинику. Результат оказался удручающим: он был стерилен. Собственно, удручал врачебный вердикт только её. Возлюбленного супруга, по известным причинам, вывод докторов устраивал. Но «любовь всей жизни» его начала сверлить мозг. Она требовала, чтобы он согласился на искусственное оплодотворение или что-то в этом роде. На самом деле он даже не вникал в подробности её предложения. Просто категорически не хотел никаких детей. Она пыталась убедить её в необходимости обратиться в соответствующее лечебное заведение. В «банке спермы» можно даже подобрать донора внешне похожего на него, чтобы ребёнок как-то походил на папашу, который технически им не являлся. Всё, разумеется, останется в тайне. Фирма гарантирует. Идея жены его никак не вдохновила. Он не желал воспитывать собственных детей, не говоря уже о каком-то половом суррогате. Одним словом, ей не удалось добиться от него согласия. Он был непреклонен. Никаких детей! Ни своих, ни чужих и точка! С того времени она перестала его воспринимать. Не то чтобы возненавидела или стала презирать. Нет. Безразличие по отношению к себе он почувствовал буквально сразу. Она не ругалась с ним, не устраивала истерик, но стала чужой. Совсем чужой. Он пробовал говорить с ней, желая всё вернуть на круги своя. Не получилось…

Через несколько месяцев она исчезла. Он тут же понял, что это конец. Конец его счастью. Конец всему. Такие как она не уходят, чтобы вернуться. Впрочем, никого другого он и не знал. Да, и плевать ему на других. Для него существовала лишь она. Но она ушла, и его личная служба безопасности сбилась с ног, разыскивая жену хозяина. Правда, он прекрасно осознавал, что отыскав беглянку, ровным счётом ничего не добьётся. Она больше не будет его любить. Служба безопасности выполнила свою нелёгкую задачу: отыскала «сбежавшую принцессу». И не одну, а с «принцем». Роль «принца» исполнил её тренер по фитнессу – румяный красавец высоченного роста и рельефной мускулатурой. Голубоглазый мачо пленил даму сердца своей внешностью и больше ничем. Он же польстился на богатство жены и оставил в дураках человека, олицетворявшего собой американскую мечту. Да, что там американскую! Русскую, японскую, французскую или белорусскую. Любую мечту! Из посредственного, на первый взгляд, парня он за пару лет превратился в финансового гения. И вот теперь его обставил полуграмотный тупица с дежурной белозубой улыбкой. Хотя… успех в бизнесе не является индикатором счастья. Тем более, когда дело касается женщин. Сэ ляви, как говорят французы. А он? Разве нужна ему вся эта денежная масса, будь она трижды проклята!? Чёрта с два! Всё только ради неё. Она – путеводная звезда. Правда, нынче она будет вести не его, а полудурка из спортивного зала, жалкого плебея.

Он приехал туда, где жена и её любовник спрятались от него. Приехал со всем своим эскортом, состоящем из охраны и помощников. Собственно эскорт его сопровождал повсюду. Такова жизнь владельца заводов, газет, пароходов. Нашлись любовнички на одном из курортов французской Ривьеры. За те деньги, которыми он ранее обеспечил супругу, она могла купить вышеуказанный курорт и ещё с десяток очаровательных жигало на полной пансион. Разгневанный муж вошёл в номер отеля, где обитали любовники последние две недели, по оперативной информации, и застал замечательную картину. Бесстыдник ел клубнику прямо с живота «бриллиантовой» жёнушки. «Человек с оленьими рогами» сразу вознамерился прекратить безобразие. Он подскочил к роскошной «голгофе», где тешились развратники, и занёс карающий кулак над головой окаянного. Но тренер по фитнессу оказался суперменом не только внешне. Он увернулся от удара и сам заехал обманутому мужу в область переносицы. Да, так что тот чуть не стал свидетелем «второго пришествия». «Легкое» помутнение в голове не остановило мужественного защитника своей попранной чести. Он, собравшись с силами, сжав кулаки, ринулся на врага. Правда, теперь почему-то головой вперёд. Но «забодать» или хотя бы «ужалить» счастливого соперника ему не удалось. Тот, вновь, проявил чудеса физической изворотливости и нанёс упреждающий удар в челюсть противника. Ещё одно падение олигарха сопроводилось «райским пением». В этот момент в номер ворвалась охрана большого бизнесмена и восстановила справедливость. Двое дюжих молодцов мгновенно скрутили зарвавшегося альфонса. Двое других подняли с пола побитого босса и поставили на ноги, придерживая, чтоб невзначай снова не рухнул. Когда он окончательно отошёл от нокаута, то решил поговорить с женой. Приказал телохранителям оставить его наедине с женой. Те вытолкали нахального мачо за дверь. Там парни отомстили подлецу за униженное достоинство и разбитое лицо своего работодателя. Глухие, но очень красноречивые звуки, то и дело доносились оттуда. Однако олигарх их не слышал. Несколько минут он, молча, ходил по апартаментам, то ли обдумывая своё решение, то ли выдерживая «МХаТовскую паузу». Затем он резко повернулся к благоверной, точнее к неверной и… предложил ей вернуться к нему и всё забыть. Она совсем не ожидала такого поворота событий. Она могла поверить в то, что он размажет её по стене, прибьёт её своими же руками, но никак не предполагала, что он простит её так запросто. Она сказала ему, что он – тряпка, не мужик, а слабое животное! Он присел на краешек кровати, где всё ещё лежала нагая супруга, прикрыв разврат шёлковым халатиком. «Железный человек», «акула бизнеса» разрыдался как дитя. Ей не стало его жаль, он, просто, опротивел жене в одно мгновение и она захохотала. Это был нервный смех. Приступ продолжался достаточно долго. Когда она успокоилась, он встал на колени перед ней и со слезами на глазах начал умолять её вернуться к нему. Она сказала, что не вернётся обратно. Никогда не вернётся. К тому же, у неё намечается ребёнок от нового возлюбленного. Он вскочил на ноги и сломя голову выбежал в коридор. Рванулся к одному из своих телохранителей, выхватил из его кобуры под пиджаком 9-ти миллиметровый автоматический пистолет. Забежал обратно в номер. Направил пистолет в любимую и нажал на спусковой крючок… Но выстрел не прогремел. Он забыл снять пистолет с предохранителя. Типичная ошибка всех дилетантов, имеющих слишком поверхностное представление об оружии. Оплошностью хозяина моментально воспользовались охранники, бросившиеся за ним. Они успели обезоружить босса, пока тот не набедокурил. Его вывели из отеля и усадили в автомобиль. На обратном пути в аэропорт начальник службы безопасности уверял шефа в том, что всё закончилось как нельзя лучше. Убийство, да ещё и заграницей, не только привело бы к серьёзным эксцессам с местной фемидой, но и сильно навредит выдающейся финансовой карьере олигарха. Резонансом, который бы вызвало преступление совершённое им, воспользовались бы завистники и конкуренты бизнесмена. Он слушал весь этот бред, но думал о другом. Жизнь теперь кончена.

Возвратившись домой, он заперся в своём исключительно замечательном особняке. Перестал отвечать на звонки, никого не пускал к себе. В корпорации забили тревогу. Многие рабочие моменты требовали незамедлительных решений, а без него никто ничего решать не мог, да и не смел, по правде говоря. Ему было всё равно, что будет с его финансовой империей. Он, попросту, перестал общаться с внешним миром. Почти ничего не ел, не выходил на улицу, никого не хотел видеть. Еду ему привозил помощник, раз в неделю приходила уборщица. Он находился в состоянии прострации, граничащей с безумием. Через месяц аскетичного пребывания в своём дворце бывший коммерсант неожиданно вышел на связь с внешним миром. Он позвонил своему помощнику и велел срочно приехать. Помощник примчался по первому зову, надеясь, наконец, получить какие-нибудь распоряжения относительно работы компании и зависших бизнес-проектов, но босс вновь отказался заниматься делами. Он велел подчиненному привести к нему 2-х проституток приятной внешности, но обязательно рыжеволосых. Помощник почесал лысину, поморщил лоб и, пожав узкими плечиками, отправился исполнять волю явно нездорового на голову хозяина. Раньше ему не доводилось выполнять столь пикантные поручения, но он знал к кому обратиться. Он набрал номер руководителя службы общественных связей компании и проконсультировался с ним. Этот прохиндей частенько исполнял роль сутенёра, когда кто-либо из руководства фирмы желал поразвлекаться с девицами лёгкого поведения. Он и присоветовал помощнику ехать на местную «улицу красных фонарей». Там помощник и нашёл двух красоток. Босс оглядел путан с ног до головы и, выдав им за беспокойство 200 американских долларов, отправил обратно. Потом объяснил взмокшему от напряжения помощнику, что внешний вид девушек слишком вульгарен, а он хотел бы видеть у себя всё-таки менее заангажированных особ. Помощник покрутил свои маленькие усики, вытер платочком лоб и снова созвонился с консультантом. Тот присоветовал попытать счастья в интернете. Помощник недолго искал нужных девиц. Ровно в 22.00 две рыженькие нимфы прибыли в особняк добровольного затворника. Выглядели они гораздо скромнее двух предыдущих «ночных бабочек», и олигарх соизволил их принять. В безразмерной гостиной он открыл бутылку французского шампанского «Мадам Клико», разлил бурлящую жидкость в хрустальные бокалы и продекламировал тост «за женщин с большой буквы». Проститутки переглянулись: какие только «фантазёры» не попадались им за время трудовой или, точнее сказать, половой деятельности. Один любил, чтобы его называли господином. Другой заставлял девушек одеваться в школьную форму, изображая учителя, который даёт прилежным ученицам пространные уроки. Третий предпочитал, чтобы его били ногами и всячески унижали. Встречался путанам и такой индивидуум, к коему оргазм приходил лишь при занятии сексом в…шкафу. Некоторым, чтобы достичь вершины экстаза, были нужны только личные вещи нанятых проституток. Но для самих девушек лёгкого поведения наибольшим злом всегда являлись клиенты, любившие рукоприкладствовать и издеваться над ними. Иные «странности» сексуальных безобразников, представительницам древнейшей профессии казались детской игрой по сравнению с побоями со стороны клиентов. И если кто-либо несёт чушь о «женщинах с большой буквы», то пусть несёт, лишь бы не бил.

Хозяин дома показался девицам на редкость приятным и разговорчивым малым. Он рассказал массу несмешных и скабрёзных анекдотов, к тому же явно пропахших нафталином. Но девушки, естественно, смеялись, так как клиент платит деньги и, следовательно, заказывает музыку. По сему он продолжал развлекать дам идиотскими историями и непонятными простым путанам тостами. Они осушили 3 бутылки дорогущего французского шампанского, закусив его деликатесными блюдами, названия которых не мог выговорить и сам хозяин дома. Через некоторое время весёленький богатей притомился, и, выражаясь определенным жаргоном, стал «потухать». Тогда девочки решили приступить к своим прямым обязанностям, пока клиент окончательно не покинул их. По всей видимости, сказалось его, человека не особо пьющего, сегодняшнее чрезмерное употребление спиртного и пока он не заснул, рыжие бестии начали свой эротический танец. Их движения хоть и не отличались особой замысловатостью, но были выразительны и содержательны. Неплохой артистизм и грация свидетельствовали о том, что раньше исполнительницы мужских желаний посещали танцкласс. Выделывая своими телами разные кренделя, они попутно сбрасывали с себя предметы женского туалета. Такое представление могло завести кого угодно, однако наниматель сексуальных див оставался безучастным к происходящему. Он хоть и не заснул, но думал о чём-то совершенно ином. И даже когда девушки дошли до атласного нижнего белья и начали извиваться как змейки вокруг него, хозяин чудесного особняка, не отреагировал. Тогда путаны попытались вызвать у клиента эрекцию, беззастенчиво разыграв сцену лесбийской любви. Красотки долго ласкали друг друга, и затем, полностью оголившись, страстно облобызались, украдкой поглядывая на непрошибаемого олигарха: не возбудился ли он от столь впечатляющего зрелища? Не возбудился. Дамочки пребывали в полнейшем недоумении. Они не знали, что предпринять. Между тем эротоман с явными признаками импотенции, находился далеко и от своего замка с фонтаном и садом, и от продажных женщин, желающих только его денег. Он улетел в свои воспоминания. В свою коммунальную квартиру, где рядом с ним находилась возлюбленная. Вот, она целует его, вкладывая в свой поцелуй всю нерастраченную нежность любящего сердца. Вот, трепетно обнимает его, гладит по волосам и шепчет заезженную всеми кому не лень фразу: «Я тебя люблю». От этих слов у него мурашки по всему телу и жжение в груди. Почему-то, именно, там, в маленькой комнатушке на старой квартире ему было уютней, чем в комфортабельном особняке теперь. Впрочем, если бы и сейчас рядом с ним была жена, ему бы и здесь нравилось. А без неё, как ни крути, везде плохо. Он бы всё отдал, чтобы вернуть её назад. Вернуть назад то время, когда в целом огромном мире существовали лишь он и она. Когда в их любовь не вмешивалась злодейка-судьба со своими гнусными каверзами. Но даже он со своими миллионами не мог повернуть время вспять…

Через несколько дней город облетело страшное известие. В доме одного известного бизнесмена (фамилию которого, по известным причинам, некоторое время не разглашали) были обнаружены два истерзанных женских трупа. Мёртвые тела принадлежали двум проституткам, работавших по вызову. Сам олигарх – хозяин дома, бесследно исчез. Расследование возглавил следователь по особо важным делам городской прокуратуры. Ему и его подчиненным в рамках данного дела удалось установить следующее. В ночь с 15-го на 16-е марта текущего года, особняк предпринимателя посетили 2 путаны. Доставил их подчинённый бизнесмена – сотрудник его же фирмы. Шеф отпустил помощника около 10-ти часов вечера и тот отправился спать. Его слова подтвердили соседи, видевшие, как он ставил машину в гараж и входил в парадную. Олигарх остался наедине с проститутками. Они пили шампанское, заедали его разными экзотическими яствами, (всё это выяснилось после осмотра особняка и проведения экспертизы.) после чего произошло нечто невообразимое. Кто-то снял с женщин скальпы, ещё с живых. Умерли они под утро после страшных издевательств. Обе девушки скончались от болевого шока. Естественно, главным подозреваемым для следствия оставался пропавший олигарх. Выяснилось, что совсем недавно он пережил семейную драму. Его жена удрала с любовником в неизвестном направлении. Посему обманутый олигарх вполне мог выместить злобу ко всему женскому роду на несчастных шлюхах. Тем более в последнее время он вёл себя как-то странно – забросил дела фирмы, даже в офисе не появлялся и практически ни с кем из знакомых в контакт не входил. Мог с катушек слететь и девкам кровь пустить. Однако, при всех предположениях в пользу того что олигарх снял скальпы с путан и смылся, фактов у милиции, как таковых не имелось. Смущало и другое: как олигарх, не будучи мужчиной богатырского телосложения, легко заставил двух молодых и здоровых девиц подчиниться своей воле? В доме практически не нашлось никаких следов борьбы. И почему проститутки не сопротивлялись, и позволили мучителю снять с них (ещё с живых!) кожу на голове и затем несколько часов издеваться над собой? Не попытались даже просто убежать, не говоря о возможности попробовать вдвоём одолеть садиста врукопашную. Тут-то и появилась версия о похищении бизнесмена. Согласно этой версии злоумышленники, проникшие в дом олигарха, захватили хозяина и инсценировали его сумасшествие, зверски убив его ночных посетительниц. Но тут, прежде всего, возникал вопрос: как преступники проникли в дом? Жилище олигарха оснащено новейшими системами охраны: кодовыми замками, ультрасовременными камерами слежения. Правда, для настоящих профессионалов сие не могло стать серьёзным препятствием, но таких парней найти не легко. Заговорили о заказном характере «дела олигарха», как его окрестили в прессе. Дескать, конкуренты пропавшего бизнесмена наняли убийц свести счёты с ним и те сделали своё дело. Потом где-то спрятали труп или уничтожили его, попутно прикончив двух проституток, удачно подвернувшихся под руку, подставив мёртвого олигарха, на коего и повесили обвинение в зверском двойном убийстве. Такая версия выглядела вполне правдоподобно, учитывая факт, что по данным правоохранительных органов на бизнесмена ранее готовились, как минимум два покушения. Так или иначе, а без главного «свидетеля», «подозреваемого» или «потерпевшего», в лице исчезнувшего господина, истину установить не удалось. Правоохранители попробовали найти сбежавшую супругу олигарха, но поиски не увенчались успехом. Хотя она, возможно, могла пролить свет на это тёмное дело. Но… следствие зашло в тупик, преступление так и осталось нераскрытым. Олигарх пропал навсегда. Вскоре о резонансном убийстве и пропаже виднейшего городского предпринимателя все забыли.

V

С чувствами нужно не бороться, а договариваться.

Ерёмин медленно двигался в направлении своего дома. Вечерняя прохлада несколько разбавила ужасную летнюю духоту и позволила закипевшему мозгу хот чуть-чуть охладиться и прийти в норму. Вечерние городские улицы напоминали полотна сюрреалистического творчества Сальвадора Дали, когда духовной политикой радости поглощались все и вся. Радовались деревья, игриво раскачиваясь при малейшем дуновении ветерка, показывая, что готовы к веселью. Радовались люди, широко или смущенно улыбаясь друг другу и осознавая, что жизнь прекрасна и удивительна. Не радовался только удручённый Вячеслав Павлович, чувствуя себя одним волоском на лысине в этом жизнерадостном человеческом море. Он прошёл через парк, где они с Мариной когда-то гуляли. На Ерёмина обрушилась тоска по безвозвратно ушедшим дням. Молодая пара, сидевшая на скамеечке напротив фонтанчика, напомнила ему о тех временах. Вот также как сейчас этот угловатый парнишка, он когда-то держал в своей костлявой ручище самую большую для себя ценность – её изящную беленькую ручку, нежно поглаживая ее, и думая, как продлить волшебный миг блаженства. Она улыбалась только одними глазками, дразня и возбуждая скромного молодого человека. Блеск её глаз Ерёмин запомнил навсегда. Теперь они так не блестят. По крайней мере, когда рядом с ней он…

Ерёмин обогнул центральную аллею и вышел к старому летнему кинотеатру. Точнее, к тому месту, где раньше он располагался. Теперь там одни развалины. Тут же перед вновь ним возникла картина из юношеского прошлого. Он, тогда ещё с полным комплектом волос на голове, с животом, как фанерная доска, в классическом чёрном костюме и со стопроцентным зрением ожидал её у входа. Вокруг тусовались разные тёмные личности довольно жлобской наружности, примеряясь к дорогим, по их меркам, «котлам» «фраера», то и дело вопрошая: «Время не подскажете?» Ерёмин услужливо отвечал проходимцам, потому, как и без местного хулиганья, глядел на циферблат своего «Полёта» с частотой, примерно, один раз в минуту. Ведь каждое мгновение ожидания казалось ему вечностью, а мысль о том, что любимая по какой-либо причине не придёт на свидание, повергала в ужас. Марина, как обычно, опоздала. Сеанс уже начался, и они попали только на вторую половину фильма. Но киношедевры мало их интересовали. Как все влюблённые парочки, Марина и Славик посещали кинотеатры с единственной целью: заняв места, непременно в последнем ряду, приступить к страстным лобызаниям в начале сеанса и завершить в конце. Так случилось и на сей раз, с той лишь разницей, что по Марининой милости время объятий и поцелуев сократилось ровно на половину. Когда они покинули кинотеатр под открытым небом, естественно, стояла тёмная ночь. Как и положено, в такое время ни один фонарь в парке не горел. Об этом давно позаботились хулиганы. Несколько позже, уже в эпоху демократических перемен о кромешной тьме в наших парках и скверах «побеспокоились» представители новой власти со своими плановыми и внеплановыми отключениями. Возвращаясь при полном отсутствии электрического освещения (лишь луна светила им в спину) будущие супруги Ерёмины наткнулись на группу подвыпивших парней. Ничего странного в том, что «блатные» ребята пристали к Марине. На неё всюду, где бы она ни появилась, обращали внимание мужики, а тут ещё представился случай подпитому хулиганью, осмелевшему при виде интеллигентного хлюпика, в роли защитника прекрасной незнакомки, практически безнаказанно позабавиться с ней. Ерёмин страшно испугался. И было от чего. «Крутые пацаны» явно настроились на изнасилование его возлюбленной. Пока Славик собирался с духом для вступления, по всей вероятности, в свой последний и решительный бой с ублюдками, Марина уже влепила пощёчину одному из них. Такой поворот событий только раззадорил насильников. Двое бросились на девушку и повалили её на землю. Марина попыталась сопротивляться, но её усилия, ни к чему не привели. Ухажёр тоже дождался затрещины от одного из мерзавцев. Тот ударил беднягу в пах, видимо, желая лишить его способности к размножению. Девушка позвала на помощь. Нерасторопные насильники не успели закрыть ей рот. На Маринины крики прибежали несколько милиционеров, патрулировавших парк, что удивительно, так как обычно в такое время сами блюстители порядка боялись ходить здесь. Хулиганы бросились в рассыпную, и милиционеры устремились за ними. Однако один из хулиганов, спрятавшийся в кустах, остался на месте и не спешил удирать. Как только патрульные скрылись из виду он снова бросился на Марину, предварительно закрыв ей рот рукой, чтобы больше не вопила. Очухавшийся от болезненного удара Ерёмин, как лев кинулся на спину мерзавца. Он схватил гада за шею, пытаясь оттянуть его от любимой. Сначала ему удалось вцепиться во врага и опрокинуть его на землю. Однако локальный успех не помог Славику справиться с мастодонтом. Вскоре физическое превосходство противника сказалось. Хулиган высвободился из рук, терявшего силы Ерёмина и двинул тщедушному парнишке тяжёлым кулаком прямо в область переносицы. У бедняги искры из глаз посыпались. Наверно, всё закончилось бы для Славика плачевно. Но тут чудеса мужества и стойкости проявила Марина. Она схватила какой-то дрын, валявшийся в кустах и хорошенько огрела насильника по голове. Тот постоял, быть может, даже занялся тем, чего никогда ранее не делал, то есть о чём-либо подумал и… свалился без чувств. Наконец справедливость восторжествовала. Хотя Ерёмину от этого легче не стало. По собственному убеждению он проявил себя, как тряпка. Не смог, как следует защитить любимую от посягательств на её честь. Душевная рана болела сильнее любых физических увечий. Ерёмин был уверен, что после такой вопиющей немощи с его стороны, Марина бросит незадачливого ухажёра. Ан нет! Девушка ни коим образом не выказывала неприязненного отношения к Славику. Напротив, после нападения хулиганов она, как показалось Ерёмину, стала лучше относиться к будущему мужу. Благодаря происшествию Вячеслав сделал для себя одно важное открытие: не стоит никогда пытаться понять женское сердце. Всё равно ничего не получится. Он думал, что после конфуза в парке Марина прогонит его с глаз долой, из сердца вон. Не прогнала. И теперь… он мучился. Лучше бы тогда всё закончилось.

Ерёмин перешёл дорогу, разделявшую парк и улицу, на которой он жил. Направился в их совместную с супругой жилплощадь, расположенной на шестом этаже высотки, стоявшей в конце квартала. Войдя в квартиру и привычно оставив обувь прямо на пороге, человек, замученный страшной дилеммой, проследовал в комнату, где стоял видеоплеер. Сейчас он опять поставит мерзкую порнографию и… в очередной раз захочет безжалостно убить блудницу. Ерёмин вспомнил, как к нему попала пресловутое видео. В тот злополучный день он пришёл домой раньше жены. Обычно Марина уже находилась дома, когда освободившийся от «дебитов и кредитов» бухгалтер приползал в своё лежбище. В почтовом ящике, куда он заглядывал, только возвращаясь домой первым, неожиданно, кроме газет, обнаружился большой бумажный конверт без адреса и подписи. Ерёмин вскрыл его. Достал оттуда видеокассету и коротенькую записку, отпечатанную, видимо, при помощи компьютера: «Посмотри кино без жены». Он так и сделал. Любопытно, что аноним, сделавший запись, и подбросивший её «рогатому» бухгалтеру, отлично знал, что муж явится в совместную квартиру раньше жены. Такая осведомлённость «борца за высокую нравственность» где-то даже настораживала. Ерёмин сразу решил, что этим человеком должен быть кто-то из их круга общения. Однако среди их общих друзей вряд ли нашёлся бы умелец, который так здорово всё обставил. Интеллигенты-недотёпы могли заниматься целыми днями пустой говорильней, но чтобы сделать конкретный шаг, да ещё и вторгнуться в чужую приватность! Нет, такой акции никто из них не потянет. Если же предположить, что данную игру затеяла женщина, завидующая Марине, а таких дам имелось вокруг неё превеликое множество, то возникал естественный вопрос: Как представительнице слабого пола удалось организовать скрытую видеосъёмку? Ведь для организации столь трудоёмкого процесса требовались средства и немалые. Нужно было предварительно узнать, где состоится таинство совокупления и, возможно, даже подкупить мужчину, исполнившего роль похотливого самца. При желании можно было ответить и на этот и на любой другой вопрос, связанный с мерзкой записью, но важно другое: Марина – изменница и она не заслуживает прощения. Хотя, в принципе, было бы совсем недурно познакомиться с «обличителем семейных язв». Интересно, также и какую цель преследует «инкогнито». Вполне вероятно, что организатором грязного «пиара» стали конкуренты фирмы, в которой работала Марина. Возглавляемое ею торговое представительство стояло для некоторых компаний как кость в горле. Конечно же, Ерёмину, путём одних только предположений и умозаключений, вычислить таинственного «доброжелателя» не удалось. Пришлось оставить данную затею, и направить свои мысли в иное русло. Кто же всё-таки сможет помочь ему восстановить справедливость и прекратить жизненный путь изменницы и предательницы? Вообще-то Вячеслав Павлович Ерёмин никогда не был кровожадным и мстительным человеком. Наоборот, о нём говорили, что он и мухи не обидит. Он и сам теперь удивлялся собственному неадекватному желанию прикончить возлюбленную супружницу. Но как раз всепоглощающая любовь, которая срослась с его плотью и кровью, заставила его разум помутиться. Ерёмин нажал кнопку воспроизведения, и на экране телевизора опять появилась обнажённая Марина в объятиях мускулистого поддонка без лица. «Нужно искать киллера», – думал Вячеслав Павлович, глядя на то, что вытворяла его жена, – «Только где его найти? Не объявление же давать, в конце концов!» Сразу вспомнилось, как в начале 90-х годов, во времена разгула преступности и бандитизма, когда самой почётной профессией на территории постсоветского пространства считалась профессия рэкетира. Тогда наёмные убийцы, чтобы быстро найти работу, давали в различные газеты объявления следующего содержания: «Выполняю работу с риском для жизни». Простые граждане и воротилы теневой экономики заказывали друзей-должников, партнёров по бизнесу, заносчивых родственников, претендующих на наследство, уже поделённое другими, директоров крупных предприятий, мешавших продвижению своих сотрудников, бандитов из конкурирующих криминальных группировок. В своё врёмя Ерёмин и его рафинированные друзья с негодованием осуждали вышеуказанный криминальный беспредел. Теперь же он сам хотел решить свою проблему с помощью «чистильщика». «Да-да, сейчас мне не до чистоплюйства», – продолжал рассуждать Ерёмин, – «Мораль отходит на второй план, когда речь идёт о жизни и смерти. Если Марина оставит меня, и я буду знать, что она живёт с кем-то другим и принадлежит кому-то другому, то это станет для меня равносильным смерти. Жить так я не смогу. Так пусть умрёт она. Ведь не я виноват перед ней, а она передо мной! В конце концов, я ради неё жертвовал своими желаниями и поступался принципами. И пусть теперь она пожертвует собой ради меня. Господи, где же найти киллера?» Ситуация осложнялась тем что Ерёмин ни с кем не мог поделиться своими проблемами. «Правильные» друзья попадали бы в обмороки, расскажи он им о своей страшной затее. Затем, основательно заправившись валидолом и корвалолом, а, возможно, и чем-нибудь более действенным, господа-моралисты сгруппировались бы вокруг падшего приятеля и принялись бы изводить его нравоучениями. Они бы убеждали Ерёмина в том, что он поступает негуманно, приговорив жену к смерти. Так наказывать женщину, с которой прожил немало лет, пусть даже за измену неправильно. Можно развестись. Тихо, мирно без скандала. Разъехаться в разные районы города и забыть друг о друге. Через некоторое время стать просто хорошими друзьями. А почему бы и нет? Детей у них нет. Имущество можно поделить. Почему бы в конечном итоге каждому не зажить новой жизнью? Люди они не старые, вполне могут найти себе по второй половине… Нет, такой вариант Вячеславу Павловичу никак не подходит. «Она заплатит за всё», – твёрдо решил Иуда-дилетант.

На следующий день Ерёмин, находясь в своём кабинете, на рабочем месте, снова начал обдумывать, как воплотить в жизнь своё решение. Оторвавшись от компьютера, он достал сигарету и, подойдя к окну, щёлкнул зажигалкой. За окошком медленно, словно нехотя начинался тёплый летний дождик. Тонкие капельки бесцветной жидкости неторопливо рисовали на прозрачном стекле незамысловатую мозаику. Ерёмин в последнее время очень полюбил дождь. Ведь во время дождя на улице совсем немноголюдно, а сей факт с недавних пор радовал его. «Может я стал маньяком?», – спрашивал себя Вячеслав Павлович, выпуская клубы дыма прямо на стекло, создавая волшебную иллюзию тумана. «Я действительно схожу с ума», – думал бухгалтер, – «Сторонюсь людей, хочу убить жену. Быть может всё дел в том, что я потерял вкус к жизни? И кто в этом виноват? Марина? Да, в первую очередь – она! Бог мой, как тяжело. Как там сказал кто-то из умных людей: «Для глупого человека, даже умственный труд становится физическим». А ведь очень верно подмечено». В дверь Ереминского кабинета постучались.

– Войдите, – крикнул Ерёмин и потушил сигарету.

– Можно? – на пороге появился Витя Колесов, сотрудник отдела снабжения.

– Проходи, – сухо сказал главбух и уселся за свой стол.

– Вячеслав Павлович, мне бы счета на спецодежду подписать, – Колесов протянул ему бумажку.

– Давай, – Ерёмин принял у него документ и сделал вид, что изучает его с особой тщательностью.

Колесов был очень высокого роста, но при этом болезненно худой. Именно, худоба не давала возможности чётко определить его возраст. Лицо Виктора особой красотой не отличалось, но и уродом его никто бы не назвал. Вообще, Колесов слыл добрым и отзывчивым малым, ничем особенно не примечательным. С Ереминым их ничего не связывало. Ну, разве что снабженец иногда заходил к главному бухгалтеру подписать какие-нибудь документы. Кроме того, они несколько раз сидели за одним столом во время рабочих банкетов или, как сейчас принято говорить корпоративных вечеринках. Возможно, тогда и перекинулись парой ничего не значащих общих фраз. Колёсов относился к Еремину уважительно, как и подобает младшему по должности сотруднику, всегда соблюдая субординацию в общении с начальством. Ерёмин в свою очередь держался с Колесовым холодно, иногда снисходительно. Однако сегодня что-то неожиданно заинтересовало Вячеслава Павловича в скромном инженере отдела снабжения. И заинтересовало как-то сразу, после того как Виктор пересёк порог его кабинета. Но вот что? Ерёмин никак не мог понять, а потому тянул время, делая вид, что решил досконально изучить переданные ему снабженцем счета. Мозг Вячеслава Павловича, очевидно, выдал своему хозяину шальную наводку, но идеей не снабдил. Как говорилось в старой шутке: «Мысль пришла к нему в голову, но никого там не застав вновь удалилась». В конце концов, бухгалтеру ничего не оставалось делать, как подписать счета, и Колесов, поблагодарив его, быстро вышел в коридор. Ерёмин понял, что надобно расслабиться и постараться, упорядочив мысли вспомнить всё, что ему известно о снабженце Колесове. Итак, парень трудился на предприятии 5 или 6 лет. Да, что-то около 6-ти лет. Сначала числился мастером сантехнического участка, после чего перевёлся в отдел снабжения, где и работает, по сей день. Женат, двое малолетних детей. Кажется, есть любовница, работница склада. По крайней мере, такие сплетни ходят по предприятию. Что же ещё? Колесов – большой любитель охоты и рыбной ловли. Стоп! Ну, конечно, он же заядлый охотник и большой почитатель разновсяческого оружия. Тут же Ерёмину вспомнилось, как они с Виктором сидели рядышком на дне рождения заместителя директора. Колесов тогда рассказывал старшему экономисту Зелинскому, находившемуся за их столиком, о разных пистолетах.

– Самые популярные пистолеты в мире – это австрийский «Глок» и итальянская «Беретта», – доказывал экономисту Виктор.

– А самый лучший автомат в мире – это Калашников, – заплетающимся языком пробормотал Зелинский, стараясь продемонстрировать, как широки его познания в данном вопросе. Однако никого он не удивил.

– АКМ, – поправил его Колесов и, махнув рукой, добавил, – об этом каждый ребёнок знает. А вообще-то вы правы: «Калаш» – самый безотказный автомат в мире.

– А я не люблю оружие, – вступил в беседу Ерёмин, коему порядком надоели разговоры о пистолетах и автоматах, – Любое оружие отнимает жизнь, – пояснил он свою нелюбовь к баллистическим изобретениям человечества. Вячеслав Павлович тоже не пропускал рюмку мимо рта, оттого и не слишком чётко выговаривал слова.

– Само по себе оружие жизнь человеческую не отнимает. Люди отнимают, – возразил Колесов. Будь он трезвым, ни за что бы не позволил себе вступать в споры с кем-то из руководства.

– «Люди родились сильными и слабыми, а мистер Кольт уровнял их шансы», – продекламировал Зелинский, вновь стараясь показать свою эрудицию.

– И всё-таки я считаю, что оружие человеку дано во зло. И никто не сумеет меня разубедить, – настаивал на своём Вячеслав Павлович, жуя сигарету.

– Оружие – примерно такое же зло, как огонь и вода, – улыбнулся снабженец, – в одно время они могут принести людям разрушение, а в другое – стоять на службе у человечества.

– Верно, – согласился с ним совсем «увядающий» Зелинский.

– Нет, молодой человек, огонь и вода, скорее стихия, а оружие – дьявольская игрушка, – твердо сказал Ерёмин.

На том их спор и завершился. Вспоминая теперь тот небольшой эпизод, Ерёмин понял, для чего ему вдруг понадобился Колесов, т. е. до него, наконец, дошла подсознательная мысль, засевшая в самом потаенном углу его, в недавнем прошлом абсолютно пацифистски настроенного мозга. Вячеслав Павлович выскочил из кабинета и пошёл по коридору, направляясь в отдел снабжения. Однако, там Виктора он не нашёл.

– Он в отдел кадров зайти собирался, – сообщила инженер по охране труда, эффектная блондинка Леночка.

Ерёмин спустился по лестнице вниз и, оказавшись на первом этаже, вошёл в просторный кабинет за номером 9. Там он и обнаружил Колесова. Тот склонился над столом инспектора отдела кадров Ферапонтовой, что-то нашёптывая ей на ушко. Очевидно, снабженец расточал какие-то изысканные комплименты, т. к. барышня буквально млела на глазах, и то и дело глубоко вздыхала. «Вот так всё и начинается», – подумал Ерёмин, – «сперва комплиментики, на первый взгляд невинные, а затем муж этой кобылицы из-за рогов своих ветвистых не войдёт в родные пенаты и даже не поймёт почему». Вячеслав Павлович подошёл поближе к «голубкам» и негромко произнёс:

– Прошу прощения, Виктор Сергеевич, что прерываю вашу деловую беседу, но не могли бы вы мне уделить минуту, другую.

Колесов смутился и отпрянул от стола кадровицы, увидав за своей спиной главбуха. Девушка же напротив метнула в Ерёмина испепеляющий взгляд, за то, что он не дал ей дослушать сальности, заготовленные красноречивым снабженцем.

Колесов и Ерёмин вышли на улицу и закурили. После некоторого молчания главбух начал:

– Видите ли, господин Колесов, у меня к вам дело довольно деликатного свойства.

– Я к вашим услугам! – просиял польщённый таким вниманием со стороны начальства Колесов. К тому же минуту назад, когда Вячеслав Павлович держал мучительную паузу, бедный Витя неслабо перенервничал. Он боялся, что натворил дел по бухгалтерской линии и сейчас получит взбучку от главбуха.

– Я бы хотел, чтобы вы как большой специалист в области оружия дали мне необходимую консультацию.

– Конечно, Вячеслав Павлович, рад буду вам помочь, – удивленно пожал плечами Колесов. Его, понятное дело, изумил интерес миролюбивого Ерёмина ко всякого рода вооружению.

Еремин снова замолчал. Он не знал, что ему говорить, но самое главное – он не знал, как ему объяснить свой внезапно вспыхнувший интерес к оружию. Заметив межевание со стороны главбуха, Виктор решил взять инициативу в свои руки. Он догадался, что Ерёмин чувствует себя неловко из-за той истории на дне рождения, когда Вячеслав Павлович высказывался об оружии как о дьявольской игрушке, а нынче сам интересуется этой дьявольской игрушкой. По сему Колесов сделал вид, что не помнил ту историю на дне рождения и задал собеседнику наводящий вопрос:

– Вы, что решили охотой заняться?

– Не совсем… – пробормотал Ерёмин, ещё не готовый внятно объяснить чего он хочет от Виктора.

– Я просто охотник, и о ружьях знаю всё, – пояснил Колесов, – могу даже посодействовать в приобретении хорошего «ствола», – он заговорщицки подмигнул Вячеславу Павловичу.

– Нет, благодарю вас. Меня интересует другое. Я бы желал найти что-нибудь для защиты моей квартиры, – произнёс Ерёмин.

– Ну, тем более хорошая «вертикалка», как раз для данной цели подходит, как нельзя лучше, – сказал Колесов.

– А что значит «вертикалка»? – спросил Ерёмин, совершенно не знакомый с охотничьим сленгом и терминологией.

– Охотничье ружьё с двумя стволами, расположенными вертикально, – проговорил Виктор со знанием дела.

– Нет, мне бы что-нибудь попроще, т. е. я хотел сказать покомпактнее, – несмело попросил Ерёмин.

В этот момент к собеседникам подбежал начальник отдела снабжения Власюк и закричал на своего подчиненного:

– Колесов! Твою бабушку… Ты, где сейчас должен быть? Ты должен на склад покрышки привести, а ты здесь прохлаждаешься! Дым из ушей пускаешь! Вот я тебя…

– Погоди, Иван Петрович, – вступился за нерадивого снабженца главный бухгалтер, – Я его задержал по неотложному делу. Так что ты не ругай парня.

– Ладно, – смягчился Власюк, – только, Витя, – он снова обращался к своему забывчивому сотруднику, – одна нога здесь, другая там! – брякнул главный снабженец и убежал обратно в контору.

– Спасибо, Вячеслав Павлович, выручили меня. Век не забуду, – сердечно поблагодарил Колесов, и добавил, – шеф на меня зуб имеет. А после такого попадалова мог бы и вовсе на улицу вышвырнуть.

– Не стоит благодарности, – спокойно ответствовал Ерёмин.

– Знаете, что, – Колесов на несколько мгновений задумался, – Давайте, после работы встретимся и обсудим все интересующие вас вопросы, – предложил он.

Такой вариант Вячеслава Павловича вполне устраивал.

Вечером они сидели в маленьком уютном кафе под открытым небом неподалёку от того места, где располагалось предприятия, на котором собеседники трудились, не покладая рук. Коллеги заказали по чашке кофе. Ерёмин ещё попросил официанта принести ему 50 гр. Коньяку. Колесов от выпивки воздержался, так как пребывал за рулём своего персонального автомобиля.

– Так почему вы не хотите приобрести ружье? – спросил Виктор, прикуривая сигарету от зажигалки любезно предоставленной Вячеславом Павловичем.

– Не знаю…Просто хотелось бы что-нибудь менее громоздкое.

– Должен заметить, что в свободной продаже имеются только ружья. Как известно нарезное оружие к свободной продаже в нашей стране запрещено. Здесь не Америка. Не понимаю, почему вы против охотничьего ружья? – недоумевал Колесов, – Тем более, у меня есть неплохие связи в охотничьих кругах. Сделаю вам охотничий билет и через оружейный магазин подыщем вам хорошее ружьишко отечественного производства.

– А почему, именно, нашего производства? – поинтересовался Ерёмин.

– Я, как и большинство охотников предпочитаю пользоваться ружьями отечественного производства. Всем этим пластмассовым «винчестерам», изготовленным в Китае или в Турции я не доверяю, – объяснил Виктор.

– Почему?

– Ненадёжные они. И потому в случае поломки или выхода из строя какой-либо детали, такое ружьё сразу можно на свалку выбросить, а у нашего любую деталь за пару минут на токарном станке заново изготовить можно. Вот, к примеру, отвалилась у иностранного «винтаря» какая-то пластмасса в виде затвора. И что потом прикажете с ней делать? Клеить что ли? Потому-то я твёрдо убеждён, лучше наших ружей ничего не придумали!

– Честно говоря, ружьё мне не нужно, – сказал Ерёмин.

– И зря. Лучше ружья для защиты собственного дома ничего не придумали. Опять же, возможно, на охоту со мной когда-нибудь, сходить пожелаете. Кто знает? Возможно, вам и понравится, – продолжал высказывать довольно убедительные доводы Колесов.

– Нет, охота не для меня, – отрезал Вячеслав Павлович.

– Вы и об оружии отзывались подобным образом, – резонно заметил Виктор, – а теперь вот решились и себе что-то прикупить.

– У меня так сложились обстоятельства, – выдавил из себя Ерёмин.

– Что же случилось, если не секрет?

«Какой ты любопытный!»– подумал Ерёмин. Немного помолчав, задумчиво произнёс вслух:

– Есть определённая проблема. Мне нужно что-то более компактное, чем ружьё, чтобы носить в кармане.

– Тогда можно купить газовый пистолет.

– Нет, газовый мне не подойдёт.

– Почему? Заряженный патронами нервнопаралитического действия, газовый пистолет способен на несколько минут выключить напавшего на вас. Успеете милицию вызвать и связать мерзавца. Правда, можно самому чувств лишиться, если нанюхаетесь молекул этого газа.

– Вот видите, дорогой мой Виктор Сергеевич, – обрадовался Ерёмин. Ему хотелось, чтобы Колесов поскорее перешёл к делу и предложил ему боевой пистолет, – мне необходимо что-то более надёжное и самое главное более действенное.

– Хорошо, – деловито произнёс Колесов и позвал официанта.

Он привёз Вячеслава Павловича к своему дому и попросил подождать его в машине.

– Извините, в квартиру не приглашаю. Мы с моей «Горгоной» нынче в контрах состоим, потому-то я сам не знаю, какое лиходейство меня дома ожидает. А вашей жизнью рисковать не имею не малейшего права, – пошутил Колесов, выходя из машины.

– Что вы, Витенька! Вы меня простите за то, что отнимаю у вас столько времени, – всплеснул руками Ерёмин.

– Всегда рад помочь, – откланялся Колесов и рванул домой.

«С женой он, видишь ли, в контрах, – подумал Ерёмин, – меньше нужно кобелировать, и не будет проблем с женой». Колесов появился минут через десять. По раскрасневшемуся лицу снабженца Вячеслав Павлович понял, что встреча с подругой жизни прошла, как минимум на повышенных тонах.

– Что-то произошло? – участливо поинтересовался Ерёмин.

– Если женщина полностью понимает мужчину, то это заканчивается, либо браком, либо разводом. Первое у нас уже имело место, осталось испытать второе, – грустно констатировал Колесов.

– И много лет вы женаты? – спросил Ерёмин.

– Девять, – ответил Колесов и схватился за голову, – 9 лет строгого режима. 9 лет ужаса и мучений! А вы? – он посмотрел Ерёмину прямо в глаза, – Вы женаты?

– Да, много лет.

– И вы счастливы в браке?

Счастливы… Ерёмин был счастлив, пока не увидел гадкой порнографии с участием его жен. Тут же ему вспомнилась фраза известного польского писателя: «Если жена тебе изменила, не спрашивай в который раз, иначе это может поразить тебя по-настоящему».

– Так вы счастливы? – повторил свой вопрос любопытный снабженец.

Ерёмин хотел проигнорировать данный вопрос во второй раз, но по глазам Колесова понял, что он не отвяжется.

– Вполне, – как-то не слишком уверенно ответил Вячеслав Павлович, и его неуверенность не осталась незамеченной проницательным сослуживцем. Колесов криво усмехнулся, но более ничего не сказал по данному поводу. Он и так всё понял и обрадовался тому, что в клубе разбитых об брачный быт любящих сердец он не один. Виктор полез в карман брюк и выудил оттуда пистолет. Ерёмин никогда не видавший вживую боевых пистолетов, только в кино, был уверен, что перед ним боевой пистолет.

– Это боевой пистолет? – спросил он, проглатывая слюну.

– Не совсем, – улыбнулся Колесов, – это пневматический пистолет МР-654К.

– А что значит: пневматический? – Ерёмин снял очки с носа и протёр линзы платочком.

– Пистолет пневматический газобаллонный, – начал свою лекцию знаток оружия, – предназначен для тренировочной или любительской стрельбы. Вылет пули из канала ствола происходит за счёт энергии сжатого углекислого газа, размещенного в таком вот баллончике, – он вынул из кармана брюк газовый баллончик массой газа 12 грамм, – стреляет пистолет сферическими пулями калибра 4.5 мм. Вот такими, – Колесов достал из нагрудного кармана рубахи небольшую пластмассовую коробочку, открыл её и высыпал горсть жёлтеньких шариков в свою шершавую ладонь.

Ерёмин снова водрузил на нос очки. Взял несколько шариков в руку и поднёс их к самому носу, чтобы, по всей видимости, не только хорошенько рассмотреть пульки, но и обнюхать их.

– Да, – сказал Ерёмин после тщательного изучения, – Таковыми патронами, пожалуй, не убьёшь, – сделал он многозначительный вывод, возвращая пульки их владельцу.

– Убить не убьёшь, но серьёзно ранить или неслабо напугать очень даже можно, – сказал Виктор, – Данный пистолет – точная копия пистолета системы Макарова. Только обойма отличается от боевой и калибр меньший. А так все детали идентичны. Поговаривают, что пневматику делают из отходов и бракованных деталей боевых пистолетов Макарова. К тому же на пневматическое оружие специального разрешения не требуется.

– А как им пользоваться? – Ерёмина неожиданно заинтересовало все, что касалось любого оружия. И такие метаморфозы иногда происходят в жизни.

– Проще простого. Берёте магазин, – Виктор отвёл защёлку на рукоятке назад и отделил магазин от пистолета, – размещаете пули в накопителе, которые под действием пружины подавателя поступают на линию ствола. Затем вставляете в магазин баллончик сжатого углекислого газа. Вы его уже видели, – он снова вынул из кармана баллон и вставил его в обойму, – Теперь протыкаем мембрану накалывания, закрутив поджимной винт до упора. Вот таким образом. И всё. Осталось вставить магазин обратно в рукоятку пистолета, и он готов к стрельбе. Только нужно не забыть снять пистолет с предохранителя. По глазам вижу, Вячеслав Павлович, что вам хочется самому попробовать пострелять из него.

– Не откажусь, – согласился Ерёмин.

Колесов завёл мотор и его «Жигули» рванули с места, оставив за собой огромный столб пыли. Они приехали в березовую рощу, расположенную по дороге в аэропорт. Народу здесь не было, и Колесов предложил пострелять, не заходя далеко вглубь рощи. Ерёмин возражать не стал. Виктор вынул из багажника своего авто пустую бутылку из под шампанского, и установил её на небольшом пеньке между двумя молоденькими берёзками прямо на зелёной полянке. Сделал несколько шагов назад, и резко выхватив пистолет из кармана брюк, как нередко делают бравые американские «копы» выстрелил в бутылку. Пуля пробила одну стенку бутылки и выскочила через другую, оставив, таким образом, две пробоины в мишени. Затем передал пистолет Ерёмину. Тот прицелился, как умел и тоже нажал на спусковой крючок. После резкого, но негромкого хлопка стало ясно, что новых дырочек в бутылке не появилось. Ерёмин попробовал ещё раз. Опять промах.

– Вы неправильно целитесь, – заметил Колесов, – пистолет держите в правой руке и правый глаз закрываете. А нужно левый глаз закрывать, если с правой руки стреляете.

– Ой, да вы правы, – усмехнулся Ерёмин, при этом вид у него был довольно глуповатый, – просто я ещё никогда в жизни не стрелял.

– И что в армии ни разу не доводилось? – удивился Колесов.

– В армии я не служил. Зрение, знаете ли, слабое и ещё плоскостопие обнаружилось, – виновато улыбнулся Ерёмин.

– По правде говоря, я тоже не служил, – признался Витя, – у нас в академии военная кафедра была. Но стрелять я всё же научился.

Ерёмин прицелился, как следует, и произвёл выстрел. На сей раз, сферическая пуля попала в цель.

– Отлично! Молодец, Вячеслав Павлович! – похвалил главбуха Колесов.

– Скажите, Витенька, а из настоящего, т. е. из боевого пистолета стрелять также просто? – вопрошал удовлетворённый точным попаданием Ерёмин.

– Э, нет, – отрицательно покачал головой Колесов, – у боевого сильная отдача. При выстреле из автоматического или полуавтоматического оружия затворная рама отходит назад, чтобы срабатывал отражатель и отбрасывал стреляную гильзу, а в патронник загонялся новый патрон. Всё это плюс отвод газов создают отдачу. Поэтому попасть в мишень из боевого пистолета не так уж просто.

– Витенька, голубчик, а есть что-то более действенное, чем ваш пневматический пистолет?

– Вообще-то есть пистолеты, стреляющие резиновыми пулями, но на них, как и на боевое оружие требуется специальное разрешение. А его нелегко получить.

– И насколько такие пистолеты эффективны?

– Резиновой пулей можно ранить и довольно серьёзно, а ежели попасть с близкого расстояния в жизненно-важные органы, то и убить.

– Значит, пистолет с резиновыми пулями – вещь ненадёжная, – сделал неутешительный для себя вывод Ерёмин.

– Смотря, для чего он нужен, – сказал Виктор.

– Витя, а как мне достать боевой пистолет? – спросил напрямую Вячеслав Павлович.

– На нарезное стрелковое оружие требуется специальное разрешение, – отчеканил Колесов, – в свободной продаже его нет. Да и разрешение могут получить, разве, что бывшие милиционеры, работающие в частных охранных структурах и всякие там депутаты разных созывов. Гиблое дело, – он махнул рукой, давая понять собеседнику, что ему ничего не светит.

– Виктор, прошу тебя, помоги, пожалуйста, век не забуду твоей услуги! – взмолился Ерёмин, – Вопрос жизни и смерти.

– Зачем вам «плётка»? Небось, грохнуть кого-то задумали?

– Нет. Кстати, плётка мне не нужна.

– «Плёткой» на определённом жаргоне называют боевое оружие, в частности пистолет, – объяснил Колесов, – И все-таки, зачем вам ствол?

– Моей жене угрожает опасность, – соврал Ерёмин. Однако, разве у него был другой выход? Снабженец всё равно не отстал бы от него. Пришлось придумывать на ходу.

– Какая опасность?

– Её преследует маньяк.

– Маньяк?! – у Колесова расширились зрачки.

– Да, маньяк, – ещё раз подтвердил Ерёмин.

– Но почему вы не обратитесь в милицию?

Вместо ответа Ерёмин посмотрел на Виктора, как на умалишённого. Колесов, однако, не унимался:

– Нужно заявить в милицию.

– Да, в милицию, а ещё в службу газа… Я советовался со знакомыми милиционерами, так они сказали, что их коллеги займутся моим делом, когда произойдёт преступление. До этого они даже пальцем о палец не ударят.

– Нет, они должны провести дознание по всем правилам, дать охрану вашей супруге.

– Охрану они дают лишь в особых случаях и большим «шишкам», – устало вздохнул Ерёмин, – нам простым смертным охрана не положена.

– Что же делать? – потупился Колесов.

– Мне самому решать проблему. Нужно только достать оружие.

Колесов повертел в руках свой пневматический пистолет и спрятал его в карман. После чего медленно подошёл к пню, где стояла расстрелянная ими бутылка из под шампанского. Взял бутылку в руки и долго рассматривал её.

– Ну, же, Витя, – продолжал наседать на него Ерёмин, – сделай доброе дело! Помоги мне. Я не так богат, чтобы платить милиционерам или нанять частных охранников. Тем более, не известно, сколько времени потребуется для того, чтобы изловить мерзавца. Я сам должен решить проблему.

– Хорошо, – согласился Виктор после некоторых колебаний, – я постараюсь вам помочь. Только давайте заключим джентльменское соглашение. Я решаю вашу проблему, а вы навсегда забываете, кто вам помог.

– Даю честное слово! – радостно возопил Ерёмин, как ребёнок, которому пообещали новую игрушку взамен на прилежное поведение.

– Через пару дней я свяжусь с вами, и всё решится, – заверил его Колесов.

Мысль о приобретении огнестрельного оружия пришла Ерёмину довольно спонтанно. Он решил, что если не найдёт киллера в конце концов, то изменницу ему придётся порешить самому. Да, именно, придётся, ведь то, что она умрёт, сомнению не подлежало. Со своей маниакальной убеждённостью Ерёмин расставаться и не думал. Так вот, если не останется ничего, как отправить на тот свет любимую собственноручно, то будет легче сделать это при помощи пистолета, нежели, к примеру, ножом. О том, чтобы придушить или забить её до смерти и речи быть не могло. Излишне впечатлительная натура Вячеслава Павловича такого нервного потрясения не перенесла бы. Когда же в его кабинете появился снабженец Витя Колесов – охотник со стажем, а также знаток и любитель стрелкового оружия, мозговые клетки Ерёмина сразу отправили импульс, для того чтобы их хозяин воспользовался знаниями и возможностями сведущего человека. Хотя Виктор и колебался, но в конечном итоге всё-таки согласился оказать помощь совершенно обезумевшему бухгалтеру в получении столь необходимого в его деле боевого пистолета. Он сдержал обещание и через несколько дней назначил ему встречу в условленном месте. Отправившись на судьбоносное рандеву, Вячеслав Павлович решил по дороге посетить какое-нибудь кафе и опрокинуть внутрь себя рюмку- другую прозрачной жидкости, увеличивающей храбрость и возвращающей самообладание. Пройдя по улице, названной в честь вождя мирового пролетариата, а после падения советского режима переименованную в честь бывшего отца города, Ерёмин свернул на проспект Свободы, тоже оригинальное название для страны с недоразвитой демократией, и, обогнув его, вышел к площади Победы. Там он узрел явно недорогую забегаловку, расположенную в полуподвальном помещении небольшого домика, совсем не украшавшего архитектурный ансамбль центральной части города. Вошёл в неё и уселся у небольшого окошка, из которого мог видеть только человеческие ноги, топавшие по неровной мостовой. Наблюдать за ногами, как ни парадоксально, оказалось занятием небезынтересным. Они ходили мерным неторопливым шагом, бежали почти конским галопом, переминались с ноги на ногу, еле плелись, хромали и пританцовывали. Никогда ещё Вячеслав Павлович не видел столько ног, точнее видел, но, естественно, не обращал на них внимание. Ныне он поймал себя на шальной мысли о том, что наблюдать за человеческими ногами не менее интересно, чем за лицами. В зале, где Ерёмин расположился (хотя залом это место можно было назвать с большой натяжкой), так вот в зале, кроме него заседало всего несколько человек. Люди эти мало походили на тех, с кем обычно общался главбух, ведь назвать их интеллигентами язык не поворачивался, что, впрочем, его особо не волновало. Наоборот, интеллигентские фанаберии стояли поперёк горла, а физиономии, так называемого цвета нации, в основном сухие и очкастые, уже давно вызывали у него предрвотное состояние, несмотря на его собственную принадлежность к вышеуказанной касте. Ерёмин заказал 100 граммов водки и когда её принесли, залпом выпил сразу всё. Заказал ещё столько же. До назначенного часа оставалось немало времени, посему Вячеслав Павлович не торопился. Закурил сигарету и снова повернулся к окну. Количество ног на улице явно увеличилось. Но не благодаря всем известному эффекту раздвоения, достигаемому при помощи алкогольных излишеств, тем более что Ерёмин не мог бы физически с одной рюмки добиться такого результата. Просто час пик умножил количество ног, топавших за окошком. Любопытно, что Ерёмин обращал внимание на походки людей, скорость шага, длину ног, однако, человеческую обувь практически не замечал. Будь на его месте женщина, то не одна деталь обуви от неё бы не ускользнула. Странные всё же существа – женщины. Многие психологи считают: женской логики не существует. Как не существует женского футбола или бокса. Есть иллюзия того, другого и третьего. Если всё же женщина обладает логикой, то она и не женщина, а мужчина с женскими физиологическими особенностями. Но доподлинно известно о существовании женской непредсказуемости, которая нередко побеждает логику. Сердце женщины право даже тогда, когда ум её заблуждается. Увы, мужчина тем же самым похвастаться не может. Ерёмин хлопнул ещё водки и уже собирался расплатиться и уйти, как вдруг в кафе вошёл человек, с очень знакомым лицом. Мужик выглядел, словно освободившийся после очередного заключения, уголовник и, скорее всего, им и являлся. Ерёмин узнал его практически сразу. Узнал свой кошмар детства и юношества. Интересно, что сейчас тот кошмар объявился, как нельзя кстати. Да, иногда жизнь подбрасывает ребусы. Мог ли представить себе Ерёмин много лет назад, что когда-нибудь обрадуется встрече с Лёшей Бондарем. Бондарь был сначала самым отъявленным хулиганом в районе, а потом самым «блатным пацаном». Маленький Славик Ерёмин натерпелся от него. Слабенький худенький мальчик из интеллигентной семьи в больших очках всегда являлся лакомым кусочком для хулиганья. У него отбирали деньги, всячески издевались, иногда могли поколотить просто так, без какой-либо причины. Особенно, усердствовал Бондарь. Когда они недолгое время учились в одной школе, хулиган не давал прохода Славику. Вскоре на счастье Ерёмина, Лёшины «заслуги» оценила администрация школы. Он украл две куртки из школьной раздевалки и его с позором изгнали из школы. На ублюдка тогда же завели уголовное дело. Правда, в колонию для малолетних преступников он попал несколько позже. Славик всегда обходил Бондаря, что называется «десятой дорогой». Тот не просто обижал бедного мальчика, а третировал его. Когда всё-таки Лёша угодил «на малолетку» Ерёмин вздохнул с облегчением. Теперь Слава мог спокойно ходить по улицам и не бояться омерзительного выродка. На некоторое время он даже забыл о Бондаре, и зажил нормальной жизнью. Лёша вернулся на улицы их родного района, когда Славик заканчивал школу. Ерёмин хорошо помнил тот момент, когда впервые увидел своего главного врага после заключения. Юноша направлялся после подготовительных курсов в институт. И вот, проходя через детскую площадку между несколькими высотками, он узрел Бондаря. Тот сидел на качели и брынькал на гитаре «блатные хороводные» мелодии, собрав вокруг себя жлобов со всей округи. Они сгруппировались на скамейках и с замиранием сердца слушали завывания «крутого пацана». Славик остановился, увидев Бондаря, и как минимум несколько минут не мог пошевелиться от страха. Однако Бондарь его не заметил. Он был слишком занят тем, чтобы понравиться братве. Воспользовавшись заангажированностью Бондаря, Ерёмин проскользнул мимо банды проходимцев и рванул домой. Несколько дней он и носа не высовывал на улицу. Даже в школу не ходил. Боялся случайно встретить Бондаря. Сказался больным. Благо мать доверяла его словам и не требовала подтверждения недуга температурой или насморком. Тем более, что филонил Слава нечасто, и потому Татьяна Всеволодовна снабжала сыночка липовыми справками для предъявления в школе, когда он «выздоравливал». Мнительный Славик Ерёмин провёл тогда не одну страшную ночь. Каждый раз, когда он засыпал, ему снился Бондарь. Большего ужаса Слава не испытывал никогда в жизни. Отвратительное лицо ублюдка не давало ему покоя долгое время. После того как он, преодолевая свой страх, выходил на улицу (а нужно было ходить в школу и на курсы, по крайней мере) ещё долго не ощущал спокойствия и молил бога, чтобы ему не встретился Бондарь. Бог, вероятно, слышал его мольбы и оберегал Ерёмина от сердечного приступа. Только однажды Славик видел своего врага, да и то издали. Через некоторое время он услышал от знакомых ребят, что Лёша Бондарь отправился в места не столь отдалённые. Причём, сменил «малолетку» на взрослую зону, т. к. к тому времени ему исполнилось 18 лет. По счастью, больше Ерёмин о нём никогда ничего не слышал. И вот теперь спустя много лет они снова встретились. Но, как ни парадоксально, встреча со своим детским ужасом, не только не напугала Вячеслава Павловича, но и обрадовала его. Естественно, внешность Бондаря претерпела серьёзные изменения. Впрочем, как и внешность самого Ерёмина. Но он узнал бы лицо своего мучителя из тысячи. Эти злые выпуклые глаза, маленький рот с тонкими, как нитки губами. К вышеуказанным атрибутам мерзкой внешности ублюдка, добавились впалые щёки и бессчетное количество морщин. По всей вероятности, сказались годы, проведённые за забором в «лагере труда и отдыха, с бессчетным количеством воспитателей». В том, что Лёша большую часть своей жизни провёл за решёткой, Ерёмин не сомневался. Как раз сейчас, такой человек был ему необходим. Бондарь медленно подошёл к барной стойке и тяжело водрузил своё довольно худосочное тельце на высокий стульчик, стоявший перед стойкой. Не дожидаясь заказа, бармен налил ему рюмку дешёвой водки и поставил перед ним бокал пива. По данному действию бармена Вячеслав Павлович определил, что Лёша является завсегдатаем заведения. Сие было как раз на руку Ерёмину. Бондарь перекинулся с барменом парой фраз, а затем Леша, залпом допив ингредиенты своей рюмки, в мгновение ока покинул «тошниловку», озираясь по сторонам. Ерёмин, даже не думал идти за ним. Морально он был не подготовлен к разговору с «чёрным человеком» своей юности. Поэтому решил отложить «сладостный» момент общения с бывшим врагом. А пообщаться с ним всё-таки придётся… Зная теперь, где найти Бондаря, Вячеслав Павлович, настроившись на нужный лад, сможет сделать ему интересное предложение. Ерёмин поднялся из-за своего столика и подошёл к бармену. Он рассчитался за выпивку, оставив хорошие для такого заведения чаевые, и тем самым, расположив к себе румяного халдея, как бы невзначай, бросил тому перед уходом:

– Интересный господин, который запил пивом водку.

– А вы о нём, – махнул рукой в сторону выхода бармен, – здесь таких интересных… Одним словом: водка без пива, как жизнь без свободы.

– И часто он здесь бывает? – совершенно без интереса спросил Ерёмин.

– Почитай, каждый день заходит чашу испить, – ответил бармен и начал протирать стаканы, принесённые посудомойкой.