Достань рукой до радуги
До бесконечности…
Елизавета Налётова

© Елизавета Налётова, 2017

ISBN 978-5-4483-5915-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Солнечный город Майами. Пляж у Атлантического океана, бриз, жара, песок… Да, именно это мой город, место, где я родился и живу. Бесконечные пальмы вдоль трассы, цветы, а вокруг пляжа летают белые чайки.

Я ехал домой из школы. Любимая песня Cobrastyle играла по радио. Ну и что может быть лучше?

– Мам, пап, я дома! – прокричал я, входя домой после очередного дня в школе. Всё-таки десятый класс не очень весёлое время – мало того, что тесты почти каждый день, так ещё и долбаный выпускной бал в конце года. Не скажу, что я отличник или хорошист, но сегодня мне придётся опять прятать табель с моими оценками.

– Мама!!! – прокричал я ещё раз, так как сначала в ответ я получил молчание. Но меня это ни капельки не напрягло, потому что мама могла просто уйти к подруге и не сказать мне. Ну, или папа. Постоянно торчит на работе. Зато мы на недостаток денег не жалуемся. Я уже давно езжу в школу на дорогой машине класса А+.

Скинув сумку на пол, я пошёл на кухню. Включил телевизор и решил перекусить. Открыв холодильник, я ничего не обнаружил. Вот это поворот. Неужели меня решили оставить одного жить? Хотя хрен, я не могу их заставить съехать уже два года. Ну ладно, это не столь важно. И тут мой живот издал страшный звук.

– Так, всё, надо поесть, – заявил я, как будто меня кто-то мог услышать. Я взял ключи от машины, бумажник, телефон и пошёл на улицу. Закрыв дом, я двинулся к машине. Конечно, без еды я не проживу долго. Решение было принято очень быстро. Мак всегда являлся моим спасением, вот и в этот раз он не был исключением. Я выехал с паркинга и направился в сторону еды. Ехать надо было недолго, но даже за этот промежуток времени мне успели позвонить.

– Алло.

– Крисс, какого чёрта! Когда ты успел свалить?! – проорал в телефон мой друг Марк.

– Не истери, я уехал полчаса назад. А ты мог бы побольше разговаривать со мной, а не ошиваться с этой Рэннет, Кларнэт или как её там…

– Жаннет! Её зовут Жаннет, и, блин, она классная. Думаю, у нас что-то завяжется.

– Пф, чувак, когда она тебя использует, как половину нашей школы, не плачь в подушку, как после Моники.

– Моника была тупая и некрасивая.

– Ага, однако, после того, как она тебя попросила остаться друзьями, хотя терпела тебя полтора месяца…

– Всё, заткнись. Завидуй молча. У тебя вообще девушки нет.

Эти слова Марка меня ни капельки не задели. Да, у меня нет девушки, и в школе некоторые даже сомневаются по поводу моей ориентации. Но я просто не хочу иметь девушку. Как только представлю, что она ходит постоянно рядом, липнет, ноет, требует вещи, внимания, любви и всей прочей фигни, так сразу блевать хочется.

– Короче, Марк, я тебе перезвоню.

– Погоди, Крисс, что ты делаешь сегодня вечером?

– Какой двусмысленный вопрос, – сказал я и засмеялся.

– Иди в зад, просто сегодня вечером Стейси устраивает вечеринку. А ты знаешь, какие у неё тусовки.

И тут я вспомнил, что было в прошлый раз у этой Стейси. Объяснять бесполезно, просто можно уточнить, что тогда у неё дома вечеринка была интересной. Наркотики, сигареты, литры дорогого алкоголя, громкая музыка и главное – это финал: копы, полиция и всё прочее. Благо, я и Марк успели смыться оттуда.

– Так, я к ней не пойду, ясно?

– Да ладно тебе, Крисс, ты у нас король вечеринок, так что ты обязан появиться там.

– Ладно, понял я. В десять подъеду к твоему дому.

– О’кей, пока.

Я скинул трубку и как раз уже подъехал к Маку. Заказав пару бургеров, картошку и колу, ну, короче, обычный обед, я поехал домой. Но как же я был рад, когда, приехав домой, не обнаружил машину отца или мамы. Зашёл домой, поел и решил посмотреть телек. Ничего интересного, всё как обычно. И тут я услышал звонок в дверь.

– Крисс, открывай! – прокричал женский тонкий голос. Мама вернулась. Только почему без машины?

Я побежал к двери. Мама стояла на пороге дома вся в сумках, пакетах – видимо, из продуктового магазина.

– Привет, мам, – сказал я и забрал пакеты у мамы, – где твоя машина?

– Сломалась, я отвезла её в ремонт.

– А как ты…?

– Мистер Фрикс меня подвёз.

– Наш сосед, мам? Серьёзно?

– Так, он просто меня подвёз.

Я выдохнул и пошёл на кухню, налил себе стакан воды и принялся пить.

– Я подумала: может, ты пригласишь Физзи к нам в гости на ужин?

От неожиданности я выплюнул всю воду на пол.

– Кого?!

– Физзи. Твою девушку, Крисс.

На самом деле эта Физзи не являлась моей настоящей девушкой, точнее, я встречался с ней, но не по-настоящему, только для того, чтобы не расстраивать маму.

– Эммм, мы с ней… разошлись.

– Как?! Почему ты мне не сказал?

– Не хотел тебя расстраивать, мам.

– Пф, нашёл из-за чего, она мне никогда не нравилась, – усмехнулась мама и пошла к холодильнику.

Я стоял в шоке. То есть я просто зря её терпел, но это уже неважно.

Мы разобрали сумки и пошли попить чаю. Мы сидели за столом и тихо-мирно разговаривали за чашечкой чая.

– Крисс, слушай, нам надо поговорить.

– Что, мам?

– Я заметила, как сильно ты скатился в учёбе и…

– О нет, мам, даже не начинай, закрой тему.

– Нет, Крисс. Так вот, я нашла тут кое-что. Так как уже через неделю у тебя выпускной, то есть скоро лето, на все летние каникулы ты едешь в школу для подростков.

Вот это был реальный шок для меня.

– Мам, успокойся, я никуда не поеду.

– Тогда у тебя есть второй вариант.

– Какой?

– Ты поедешь к бабушке.

– Мама! Очнись! Бабушка наша живёт на ферме среди коров, лошадей и куриц всяких! Я не поеду никуда, я остаюсь в городе.

– Ты такой наивный дурачок.

– Мама, ты ведь это всё несерьёзно?

Но выражение маминого лица давало понять, что это всё серьёзно.

– Мама, нет…

– Крисстиан, да.

– Нет.

– Да.

– Ну, мааам!

– Всё, я сказала, ты едешь с первого числа к бабушке. Как раз на следующий день после бала.

– Мама, ку-ку! Я что, с похмелья туда рвану?

– Ты пить не будешь, кстати, для твоего же блага.

– Охренеть!!!

Я встал из-за стола и направился наверх.

– И да, Крисс, удачных каникул!

Я просто топнул ногой, ушёл к себе в комнату и хлопнул дверью.

***

– Марк, это катастрофа!

– О чём ты? – спросил он, когда мы сидели у меня в машине. На часах было 10:05, и мы уже ехали в сторону дома Стейси.

– Я еду на всё лето к бабушке на ферму.

– Месить говно животных и полоть огород? – Марк рассмеялся в голос.

– Я тебе сейчас врежу, подонок.

– Всё, всё, спокойно.

– Как?! Как можно быть спокойным, находясь в такой жопе мира?! – я стукнул рукой по рулю, от чего раздался звук гудка, причём очень громкого.

– Крисс, всё, спокуха, тем более ты мне говорил, что там у вас по соседству какая-то девка живёт, ну вот, если она ничего такая, то обещаю, твои каникулы будут самые, самые крутые.

– О да! Аманда даже не знает меня.

На самом деле Аманда была очень хорошей девушкой, очень симпатичной, милой, доброй, и я часто видел её, когда был у бабушки, но в последний раз я видел её, когда мне было двенадцать лет, а сейчас мне уже семнадцать, ну, точнее, скоро восемнадцать, и своё совершеннолетие я буду праздновать в окружении коров, свиней и всего прочего скота. Идеально.

– Твою ж, блин!

– Что опять?

– Моё восемнадцатилетие будет проходить там же, что ли?

И тут Марк просто застыл.

– О-о-о, брат, ты, конечно, прости, но…

Марк не договорил, он просто начал истерически ржать. Ну, если я был в такой же ситуации, когда мой друг праздновал бы своё совершеннолетие хрен пойми где, то я повёл бы себя точно так же.

– Так, ладно, забыли.

Мы как раз подъезжали к дому Стейси. Там орала громкая музыка, люди ходили весёлые и с сигаретами, кто-то купался в бассейне, в общем, всё как обычно. Мы решили пройти внутрь дома. Честно сказать, королём вечеринок меня считали только потому, что я не пропускал почти ни одну элитную тусовку, выпивал полбара, танцевал до потери пульса и, конечно же, каждый вечер просто-напросто уезжал оттуда с какой-нибудь бабой. Честно, это, конечно, отвратительно, но в любом случае мне похрен. И, я так думаю, сегодняшняя вечеринка не будет ничем отличаться от всех других. Ну, кроме того, что эта вечеринка мегабогатой и популярной девки, и все её подружки – это какие-нибудь модели из элитного общества.

– Крисс, пошли, нас зовут! – окрикнул меня Марк.

Мы пошли вглубь дома. Там стояла Стейси и её лучшие друзья. Хотя дружили они чисто из-за денег и популярности.

– Привет, Стейси, – сказал Марк.

Стейси сегодня выглядела как обычно. Платье, которое и платьем-то назвать нельзя, шпильки сантиметров так двадцать точно, макияж, как будто она клоун. Ну и на голове хрен пойми что. Хотя, когда я пьяный, мне даже такие нравятся.

– Привет, Марк, и… Крисстиан.

– Я просто Крисс.

– Да, ты просто Крисс.

Я не оценил её шутку. Она была поистине тупая. Как и она сама.

– Ну ладно, ребят, вы проходите, развлекайтесь, а мы с девочками отойдём, – сказала Стейси и удалилась вместе со своими подружками вглубь дома.

– Ну что, просто Крисс, пошли веселиться! – проорал Марк.

– Ещё раз меня так назовёшь, я тебе зубы выбью, – усмехнулся я.

Решив начать с какого-нибудь коктейля типа маргариты или пина колады, я подошёл к барной стойке. Ко мне подошёл какой-то парень и, спросив, что я буду, ушёл за бутылкой. Я ещё немного посидел за стойкой, и когда мне принесли желанный коктейль, я взял стакан и пошёл на диваны. Хотя, как сказать, на них сидели пьяные люди, курили, ржали и всё прочее. Так что нет, пожалуй. Я развернулся и пошёл к выходу.

Выйдя на улицу, я почувствовал, как мне в лицо ударил поток свежего и тёплого воздуха. Ничего лучше в тот момент и быть не могло, честно. Ещё раз посмотрев на дом, я произнёс:

– Да здравствует король вечеринок Крисстиан Джеймс Скоттерс, – и я залпом выпил весь стакан. В голову алкоголь ударил почти мгновенно.

– М-да, – произнёс я и направился опять вовнутрь. Теперь-то я был пьян, и мне всё здесь нравилось. На входе какой-то парень протянул мне сигарету. Я затянулся, и мне стало ещё лучше. И мне было совершенно всё равно на то, что завтра мне будет плохо, если сейчас так хорошо. Я пошёл дальше. Стейси уже не было внизу, что означало, что она уже с кем-то валяется в спальне наверху. А значит, её подружки стоят совсем одни. Это нехорошо. Боже, когда я пьяный, я такую хрень несу, что аж жуть. Я нашёл их очень быстро. Точнее, из пяти осталось только трое.

– Привет, – сказал я, стараясь выглядеть трезвым.

– Привет, Крисс, – сказала одна из них.

Ну, могу сказать, что она была симпатичная. Так что ничего мне уже не могло помешать.

– Тебя как зовут?

– Алэйша.

– Очень приятно, – сказал я и по-детски улыбнулся.

– Мне тоже.

Я понял, что она была совсем не пьяная. Ну и похрен. Это её проблемы.

– Слушай, Алиша, пошли погуляем.

– Хм, я не знаю никакой Алиши, – сказала она и засмеялась.

– Хорошо, Алэйша, пойдёшь гулять?

– А куда?

– На второй этаж этого замечательного огромного особняка в центре города Майами.

– Ну… пойдём.

Я взял Алэйшу за руку и почти бегом побежал наверх. Найдя свободную комнату, я завёл туда Алэйшу и закрыл дверь.

– Ну, и зачем мы тут? – спросила она.

– Ой, не притворяйся, что не знаешь, – я начал улыбаться, но Алэйша, наоборот, сделала каменное лицо.

– Ну, я и правда не догадываюсь.

Я подошёл ближе к ней.

– О нет, мистер, я под вас ложиться не собираюсь. Я могу спать с кем-то, если этот человек – мой парень, только с ним, и точка.

– О, без проблем, Алэйша, ты теперь моя девушка. И это не оговаривается.

Я всегда пользовался огромной популярностью в школе, начиная с самого младшего возраста. Я был очень красивым мальчиком, потом симпатичным подростком и теперь уже я мега-супер-пупер красивый парень нашей школы. И мне было достаточно только подмигнуть какой-нибудь девушке, как следующую ночь я ночевал не дома. Ну, что ж поделать, бывает у всех. Так вот и сейчас. Какая девушка не захочет встречаться с самым популярным парнем школы одного из самых знаменитых городов Америки? И тем более он ещё и в регби играет, является сыном богатых родителей и очень, очень симпатичный. Так что тут стопроцентный выигрыш.

– Так, ты что, шутишь?

– Хм, нет.

– Ну-у-у… Э-э-э…

– Так, дорогая моя, ты согласна, и это точка.

– Ну ладно, – протянула она, немного подумав, хотя в этом я сомневаюсь.

***

Проснулся я утром как обычно не в своём доме, рядом с какой-то бабой. Голова жутко болела, но надо было вставать. Главное – дойти до ванной. И минут так через двадцать я это сделал, хотя надо было дойти до соседней комнаты. Я зашёл в ванную и включил холодную воду. Надо было просыпаться, так что порция ледяной воды меня конкретно взбодрила. Я вышел из ванной только где-то через час, ибо пока помылся, что-то навёл на голове и пополоскал рот ополаскивателем, прошло немало времени. Так вот, выйдя, я направился в комнату, где я спал, надо было забрать мои вещи. Я зашёл в надежде, что эта глупая курица ещё спит, но, к сожалению, мои надежды не оправдались, она уже проснулась и лежала на кровати под одеялом, тупо улыбаясь.

– Привет, Крисс, – сказала она и улыбнулась полноценной улыбкой до ушей.

– Ага, здорово.

Её лицо было неподражаемым.

– Как дела? – пыталась отвлечься она от моей фразы.

– Какая тебе разница, и с каких пор тебя это стало интересовать? – сухо выплюнул я, пока натягивал джинсы.

– С тех пор, как ты стал моим парнем.

– Ты ничего не перепутала? – уточнил я, напяливая футболку.

– Так, в смысле?!

– Да, мне тоже интересно.

– Крисс, ты же сказал мне, что после…

– Боже, какая же ты глупая! Никогда, слышишь, никогда я не буду встречаться с подстилкой. Ты являешься одной из них. Тупой, страшной и наивной подстилкой.

Я, конечно, понимаю, что это всё просто отвратительно, но честно, на неё мне посрать. Она слишком тупа.

– Да как ты мог?

– Вот так и мог, как видишь, – кинул я и, взяв телефон, ушёл из комнаты.

Последнее, что я слышал, это чьё-то рыдание. Даже не знаю, чьё. Ха-ха. Но правда, будет знать. Это ей урок.

Разблокировав телефон, я обнаружил двенадцать смс, и все они были от мамы. Решив, что лучше будет ей написать, так как мой голос сейчас был похож на гогот моржа, я отправил ей смс, в котором говорил о скором своём возвращении домой. Как только я спустился, то решил проверить время. И тут я просто был в шоке – четыре часа дня, о боже мой!

– Чёрт, чёрт, чёрт, – ворчал я себе под нос, пока бежал к выходу.

Прямо на полу спали люди, пустые бутылки валялись рядом с ними, и весь дом был просто убит.

Я вышел из дома, сел в машину – слава богу, она была целая – и поехал домой. Но тут мой телефон завибрировал, это была мама.

– Алло, – пробурчал я, пытаясь сделать голос нормальным.

– Крисстиан, слава богу, ты жив!

– Да, мам, всё нормально, я еду домой.

– Это очень хорошо, потому что у меня есть для тебя новость.

– О, давай без интриг, я это не люблю, – усмехнулся я.

– Хорошо, Крисс. В общем, я подумала, что этот бал – полная хрень, и ты уже сегодня днём выдвигаешься к бабушке на ферму.

Даже не знаю, как сказать помягче. В начале пути я ехал нормально, но когда я услышал эту замечательную новость от моей мамы, то от шока вывернул руль на встречку и проехал ещё 180 градусов задницей вперёд.

– Что?! – завопил я.

– Крисс, всё в порядке?

– Мама, какая путёвка, какой отпуск!!!

– Сына, там весело.

– Очень, мам! Как там, блин, может быть весело, если там одни четвероногие и крылатые создания живут?! Мама, скажи, что это шутка, мама!

– Нет, сынуля, приедешь, соберёшь вещи, и уже к шести вечера я отвезу тебя к бабушке.

– Мама, пощади!

– Всё, мне пора, пока.

– А-а-а-а-а!!! – заорал я в трубку.

Я сбросил трубку и упал головой на руль. Ещё и похмелье, чтоб его!

И тут мой телефон опять зазвенел. Это была опять мама.

– Что ещё?!

– Нехрен было пить, дорогой.

– Да иди ты, – просто сказал я почти шёпотом и, скинув трубку, решил отъехать со встречки.

Ехал домой я, колотя руками по рулю и крича матерные слова вперёд всем кому не лень. Приехал к дому. Я так не хотел этого, что готов был убивать всё на своём пути. Я зашёл вовнутрь, мамы дома не было. Ну и слава богам. Голова моя уже прошла, так что можно было тихо и мирно посидеть на диване и просто помолиться, чтобы мамины слова оказались какой-нибудь очередной дурацкой шуткой. Короче говоря, я просидел в тишине на диване, молча, держась за голову и смотря только в одну точку на полу где-то часа полтора, пока мой телефон снова не начал трезвонить. Догадайтесь, кто же это был.

– Да, мам, ты наконец-то поняла, что это была дурацкая шутка, и мне вообще не смешно.

– Ха, не угадал, я звоню сказать, что уже выезжаю с работы, и бабушка сказала, что она и Рэкс тебя очень ждут.

– Рэкс?

– Да, у бабушки появился новый щенок. Овчарка.

– Небось она сама его воспроизвела на свет, – пробубнил я.

– Так, у кого тут ещё шутки дурацкие, – мама усмехнулась в трубку.

– Мам, да я умру там от скуки.

– Нет, не умрёшь, там много животных, они пока заменят тебе твоих друзей.

Вот именно после этой фразы я готов был бежать на поиски мыла и верёвки.

– Пожалуйста…

– Крисс, ты хоть от своих тусовок отвыкнешь.

– О, это замечательно, да, мам?

– Конечно. Так, ладно, я скоро буду дома. Беги и собирай вещи. Кстати, уже почти шесть.

Я ничего не ответил, а лишь сбросил трубку.

– За что мне это? – сказал я вслух сам себе. – Так, всё. Собирать вещи!

Командовать сам себе? Это что-то новое.

Я пошёл к себе в комнату, сумка валялась на самом верху шкафа. Так что я бы не удивился, если бы в ней были тараканы. Я достал её оттуда. Встряхнул – огромный клуб пыли взлетел до самого потолка. Я начал кашлять.

– Блин, нет, с ней я точно не поеду, ещё развалится по дороге.

Я подумал ещё несколько секунд, какую сумку взять, и решил поехать с той, с которой хожу на тренировки. Она реально крутая. Большая, чёрная с красным, с голубым знаком нашего спортивного клуба «Иголс». И она по состоянию совершенно как новая. Да, решено. Я вытряхнул оттуда форму, мяч и кроссовки и принялся собирать вещи. Никогда не знал, что именно надо брать с собой. Кроме формы, вещи в путешествия мне собирает мама, ну или сестра. Правда, сейчас она живёт в доме своего парня и поэтому… Да, мне почти восемнадцать, и вещи собирает мама. Круто. Ну, хрен же поймёшь, что надо брать! Так, ладно, всё, отошли от темы. Взял я то, что посчитал нужным. Думаю, я поеду туда на неделю, может, на две, но не больше. Ну что, четыре футболки, две пары шорт, кеды, джинсы, кофта, в конце концов, там, у бабушки, тепло, но ночью-то… Так, что ещё? Ну, боксеры, да. Плавки. И как же я мог забыть про ноутбук, зарядки и плейер? Ага, я ж помру без этого. Думаю, больше мне ничего не надо. Как раз, когда я застегнул молнию на сумке, в дверь позвонили. Видимо, это мама. Я спустился вниз с сумкой в руках и пошёл к двери. И да, именно мама там и стояла.

– Ну что, готов? – спросила мама и улыбнулась во все тридцать два зуба. А потом добавила: – Это всё, что ты берёшь?

– Я еду на неделю к ней, мне вполне.

– Ха, кто тебе эту фигню сказал?

– В смысле?

– Ты туда вообще-то на всё лето едешь.

Я как будто оглох. Или мне показалось.

– Что, три месяца? Шутка? Ну? Это же шутка?

– Нет, Крисс. Три месяца и всё.

Я просто фыркнул и, надев солнечные очки и взяв телефон с наушниками, пошёл к машине.

– Ты бы хоть переоделся, – сказала мама, когда мы сели в машину.

– Не на свидание еду! – кинул я и пристегнул ремень.

Я вставил наушники в уши и включил любимую музыку на максимум. Ехать нам надо было где-то часа три-четыре, не меньше. И как только мы стали подъезжать к выезду из города, я вскрикнул:

– Я не попрощался с Марком!

Мама аж подпрыгнула от моего крика.

– Боже мой, Крисс, вы с ним ещё увидитесь, когда ты вернёшься в город.

– А может, я не вернусь.

– Боишься, что тебе там понравится?

– Боюсь, что я там сдохну.

Мама посмеялась, но всё-таки развернулась и поехала в сторону дома Марка.

– Не, мам, нам немного налево надо.

– Но Марк живёт там.

– Да, Марк живёт там, но он сейчас не там.

Мы поехали в сторону дома Стейси. Ведь сейчас уже почти семь, а значит, Марк ещё не ушёл. Точнее, все расходятся где-то к восьми, если не будет продолжения вечеринки. Ну, думаю, сегодня и не будет.

Мы подъехали к дому. И даже снаружи была заметна вся ситуация. В доме были разбиты стёкла, бассейн полупустой. Везде шарики, люди ходят. Столы с едой и алкоголем. Ага.

– Это ты тут вчера был?

– Да, мам.

– Ну, нехило, бедные уборщицы.

Я вышел из машины и стал искать Марка. И, слава богам, он стоял около входа со Стейси и с… не помню, как её зовут.

Я подошёл к ним, и Марк, увидев меня, просто засветился от счастья.

– Крисс, зайчик, как я рад, что ты пришёл.

– Эм, да. Марк, я попрощаться.

– А, ясно, – сказал он и ухмыльнулся, – пошли.

Мы отошли от дома. Марк достал маленький пакет с порошком и отдал мне.

– На, втюхал из-за него 1000 баксов.

– Воу, нехило ты, спасибо. Кстати, а что это за знакомое рыжее лицо?

– А, это Жаннет.

– Та самая, с прошлой вечеринки?

– Ага, она самая.

– Фига ты, – усмехнулся я, – ладно, спасибо ещё раз за «прощания», пока, – и расставил руки для объятий.

– Боже, я сейчас заплачу, – сказал Марк и влетел ко мне обниматься. – Кстати, на твои похороны я уже подготовил речь и костюм.

– Ха, очень смешно, Марк, – я начал как-то по-детски смеяться. Боже, ну за что мне эти муки? Как же не хочется его отпускать!

Мы постояли так ещё немного, но наш идеальный момент прервал гудок машины.

– Мама зовёт.

– Ладно, пока.

– Пока, и удачи с Жаннет.

– О, и тебе с Амандой.

Я лишь посмеялся. Не думаю, что увижу её. Я помахал рукой Марку и побежал к машине.

– Чего ты так долго? – спросила мама, – Ещё и убежали куда-то.

Было заметно, как она улыбнулась.

– Слушай, я не отношусь к заднеприводным, – я посмеялся, – и никогда в жизни я не буду целоваться с парнем, а уж тем более встречаться, даже если это будет желание в игре «правда или действие», и вообще – я натурал! – я наигранно ткнул пальцем в губу.

– Ой, да все так сначала говорят…

Мы поехали.

– Может, вы с Физзи поэтому и расстались? – она засмеялась.

– Ма-а-ам! – я тоже начал смеяться.

Как давно мы вот так вместе не смеялись. Не хватает только папы и Лолы, моей сестры. Иногда я скучаю по ней, но мы созваниваемся втайне от родителей. Они выгнали её из дома, когда она сказала нам, что беременна от своего парня Рикка. Он, конечно, парень хороший, но спать с пятнадцатилетней девочкой, когда ему самому уже двадцать три года… В общем, да. И скоро у них будет ребёнок. Это круто, но странно, согласитесь. Я буду дядей, а моя мама, которой всего тридцать шесть лет, будет бабушкой. Да блин, я сам появился ненамного позже, чем Лола залетела. Сам я появился в девятнадцать, а этой козявке сейчас почти шестнадцать лет. Из моих мыслей меня вывел голос мамы:

– О чём задумался?

– О Лоле, – не вижу смысла скрывать это, пусть ей будет стыдно за то, что она развела двоих родных людей.

– Крисс, это был её выбор.

– Мама, ты ничего не знаешь о ней! – я стал говорить громче.

– Ну да, это всего-то моя дочь! – она тоже.

– Ты выгнала её!

– Она залетела от взрослого мужика, Крисс.

– И что? Что в этом такого?

– Крисс, это будет ей уроком.

– Какой урок? Что, если ты залетела после изнасилования, то можешь забыть о семье?! – прокричал я.

И тут в машине повисла тишина. Никто, кроме меня и Лолы, не знал, что её изнасиловали, когда она шла с вечерних занятий по танцам. Этот баран просто оставил её на улице одну, голую и всю в слезах, а потом её нашёл Рикк. Он отвёз её к себе, потому что Лола не хотела, чтобы родители её увидели такой. Ну, они познакомились с Рикком поближе, а потом Лола узнала, что беременна. У сестры началась истерика, потому что, во-первых, она боялась, а во-вторых, как она скажет родителям, если даже об отце этого ребёнка она не знает ничего, включая его личность. И поэтому, когда Лола сказала, что беременна от Рикка, случилось это.

– Её никто не насиловал, этот Рикк…

– Этот Рикк спас ей и её ребёнку жизнь! Когда твоя дочь валялась одна на улице, её нашёл он, никто другой, а он! Они даже не были знакомы с ней, но он забрал её к себе, потому что ей было стыдно, мама!

Лицо мамы сразу поменялось. Она была в шоке. Наверное.

– Откуда ты это всё знаешь?

– Я звоню Лоле и Рикку каждый день или каждый вечер. Я переживаю за неё, за них, – я уже говорил почти что шёпотом.

– Почему ты ничего не сказал нам раньше, Крисс?

– А смысл? Ей там по-любому лучше, чем под одной крышей с вами. Вы отвернулись от неё, и тем более она просила не говорить. Но я проболтался…

И снова тишина.

– Крисс, прости меня.

Я посмотрел на маму. Чёрт, она почти что плакала, просто глаза были слегка влажными и губы дрожали.

– Передо мной ты не виновата, и, кстати, Лола тебя уже давно простила. Я попросил прощения за тебя.

– Крисс, боже…

– Всё, проехали, мам. Давай потом поговорим, если надо.

Мама просто кивнула и выдохнула, опустив плечи на место. Ехать оставалось почти час, и это то ли радовало, то ли наоборот. Одев наушники, я закрыл глаза и представил себе, как я бегаю вместе с Марком и Лолой в парке. Лето, жара, нам весело, и всё у нас отлично. Так я и уснул.

Меня разбудила мама:

– Крисс, вставай, мы приехали.

Я открыл глаза, потянулся и взглянул в окно.

– Что за…?

За окном было совсем не то, что я себе представлял до поездки. Дом бабушки был… новый? Ну, размеры почти не изменились, он был не очень большой, но вот внешне: на участке был ровный газон, всякие гномы, искусственные павлины и фламинго, пруд, грядки, огромный амбар. И да, уточки, курочки и так далее.

– Вау! Что тут произошло?

– Видимо, бабушка сделала ремонт, и причём нехилый такой.

Я вышел из машины, забрал сумку и повернулся лицом к этому дому. Я моргнул пару раз и посмотрел на дверь. Бабушка уже стояла в проходе.

– Бабуля! – крикнул я и побежал к ней. Хоть я и не люблю эти деревни и всякое такое, то есть клубы, город и новации мне нравятся больше, но бабушка – просто лучший человек.

– Крисс, мальчик мой, как ты вырос-то! – бабушка обняла меня. – Как ты?

– Вроде хорошо, а ты как?

– Замечательно, а где Джоджи?

– Идёт.

Мама подошла к нам.

– Привет, мам, – они обнялись.

– Привет, Джо.

Когда все уже поздоровались, мы пошли в дом. Я взял сумку и пошёл вовнутрь. Мы сели пить чай. Отдохнули немного, и мама стала собираться назад в город.

– А может, ты останешься на ночь хоть? Уже же вечер, – сказала бабушка.

– Прости, мам, надо ехать, завтра работа, дел много. Я доеду, позвоню.

– Ну, хорошо.

Мы попрощались с мамой, и она уехала.

– Бабушка, моя комната всё там же?

– Конечно.

Я пошёл наверх. Последняя дверь по коридору, моя комната. Я открыл дверь. Она немного скрипнула. Тут ничего не поменялось. Бабушка сделала ремонт почти во всём доме, во всём, кроме этой комнаты. Я жил здесь, когда мне было двенадцать, именно тогда я и видел Аманду в последний раз.

Аманда! Её дом! Я кинул сумку на кровать и пулей помчался вниз. Бабушка сидела на веранде и смотрела на двор, и там реально было красиво. Ну, птицы всякие, животные.. Для неё это рай, наверное.

– Бабушка!

– Что случилось?

– Ты помнишь Аманду? Ну, семью Гейтсов.

– Конечно, ты ещё постоянно за ней подсматривал. Ха, это было так мило!

– Погоди, ты знала, что я подглядывал за их дочерью?

– Конечно. Так зачем тебе?

– Ну, они тут? В смысле, Аманда тут?

– Крисс, они уехали отсюда, когда тебе было двенадцать лет. Ты уехал отсюда и больше не приезжал, так же и она. У её родителей бизнес, так что им пришлось уехать. И ещё она просила тебе передать кое-что.

– Что? Мне?

– Да, пять лет назад, Крисс.

– О боже, что это?

Бабушка встала и пошла в дом. Зашла в свою комнату, открыла шкаф и достала какой-то конверт. Он был небольшой.

– Вот, держи.

– Спасибо!

Я взял его и побежал наверх, к себе в комнату. Интрига! Я сел на кровать и аккуратно открыл его. Там было письмо и фотографии. Я достал письмо и принялся его читать.

«Привет, Крисс. Я пишу тебе это письмо, потому что хочу, чтобы ты кое-что знал. Я наблюдаю за тобой с шести лет, представляешь? С шести! Так вот, я очень хотела с тобой познакомиться, но боялась. Так что, спустя долгие шесть лет страха я решила написать.

Не удивляйся. Я знаю, как тебя зовут, сколько тебе лет, откуда ты, и всё остальное. Твоя бабушка – очень милая женщина. Она мне много про тебя рассказывала, когда тебя не было. Кстати, тебя уже очень давно тут нет. Это грустно, потому что я хочу тебя ещё раз увидеть перед моей поездкой. Я уезжаю с родителями в Англию, папа открыл там компанию. Надеюсь, я тебя ещё когда-нибудь увижу. Я этого очень хочу. Надеюсь, ты тоже. И если ты спросишь, зачем я тебе это пишу, то я просто хочу, чтобы ты знал, что я твоя фанатка. Ха-ха. Звучит странно. Но я очень хочу дружить с тобой. И я не устану это повторять.

В общем, до скорой, надеюсь, встречи.

Кстати, вот мой номер, вдруг надумаешь позвонить.

567—230—78—91

Аманда Гейтс.

17.07.2010».

Я был в шоке. Она оставила мне номер телефона, свой! А я целых пять лет ей не звонил! Она, наверное, подумала, что я испугался её или посчитал глупой. Я забил этот номер себе в телефон и решил посмотреть фото. Их было два. На одной была моя бабушка и я. Да-а-а, это было очень смешное фото. Бабушка сидела в халате и тапочках на веранде в кресле, а я бегал в трусах по участку с лопатой в руках и с зелёными ногами, так как я опрокинул целый пузырёк зелёнки в ванную, когда купался. И тут мне лет десять. Чёрт, ха-ха-ха. Я посмеялся над этой фотографией. И как она умудрилась меня сфотографировать! А на второй фотке была Аманда. Ей здесь двенадцать лет, как раз когда я увидел её в последний раз. У неё тут длинные русые волосы, карие глаза и длинные ресницы. И главное, это её платье. Именно в нём Аманда была на свой двенадцатый день рождения. Ностальгия! Я ещё раз посмотрел на эту фотографию и повесил на зеркало. Пусть всегда будет рядом, в моей комнате. Её письмо и другую фотку я положил в сумку, чтобы не потерять.

Я решил переодеться. Снял джинсы и надел другие, чёрные с рваными коленками. Моя логика безупречна. Ну и, конечно же, вместо черной футболки надел белую. Ага, я ж говорю, логика! Кеды переодел, конечно же, на белые! А был я в чёрных! Не, ну а чего, мне что, чёрные штаны с чёрными вансами надевать? Поэтому белые конверсы и точка. Ещё раз посмотрев на себя в зеркало, я пошёл вниз. Бабушки не было. Ну ладно, может, у неё дела. Да, точно.

***

Я сел смотреть телевизор, как вдруг в дверь кто-то постучал. Ну, точно не бабушка – с такой-то мощностью стучать. Я пошёл открывать дверь. Открыв её, я увидел перед собой парня. Он был чуть выше меня, одет ничуть не хуже, в длинной белой майке, похожих джинсах – тоже рваных, и в кедах. Его волосы были взъерошены, и он был блондин. А под майкой я заметил огромное количество разных татуировок. На прессе была бабочка, на ключицах – две розы, руки были во всевозможных маленьких картинках – и в цветах, и в человечках, и в надписях. Короче, чего там только не было.

– Хэ-э-эй, приве-е-ет, – протянул он и улыбнулся.

Боже! Его улыбка! Так, стоп.

– Привет, – пропищал я.

Что это сейчас был за звук, Крисс?!

– Я – Эштон.

– Э-э-э-э, – это всё, что мог я произнести.

– Ау, а ты, наверное, Крисстиан?

– Ага, – я всё никак не мог оторваться от его тела. Точнее, от татуировок. Это же просто… вау!

– Ты чего? – Эштон помахал рукой перед лицом, и я очнулся.

– Ой, прости, что-то я…

– Понравилось?

– Да, это… круто.

Боже, я себя не узнаю! Что за мямля!

– Я рад, честно. Может, съездишь, тоже сделаешь как-нибудь?

– Ха, легко сказать. Я ведь даже не знаю, есть ли тут где-нибудь салон. Да и вообще, время там…

– Так ты не местный?

– Нет, я из Майами.

– А в Атланту ты к бабушке заехал?

– Ага, типа того, это некое наказание от моей мамы за гулящий образ жизни.

Эштон посмеялся.

– Ой, прости, не хочешь зайти? – я понял, что мы до сих пор стоим в дверях.

– Ну, не откажусь, тем более меня сейчас всё равно домой не пустят.

– Это ещё почему?

– Оливия не разрешила приходить домой в ближайшие три часа, – Эштон улыбнулся и закатил глаза.

– Оливия? Твоя девушка?

И тут я понял, насколько я тупой.

– Эм, не совсем. Твоя бабушка.

Всё, это конец.

– Ой, – я покраснел.

Да что со мной такое?! Но на это Эштон только засмеялся.

– Ой, да забей, – он всё никак не мог успокоиться.

Я улыбнулся и пошёл на кухню. Эштон двинулся за мной.

– Какой чай будешь?

– Ха-ха, да мне всё равно. Честно.

– Тогда я за шампанским.

– Воу, я такого сорта чая не знаю, – он опять улыбнулся.

– Ага, новинка! – крикнул я по дороге к погребу. Думаю, там есть что-то интересное.

Я нашёл погреб, а вот свет что-то проблемно… его что, нет?

– Ты чего в темноте крутишься? – спросил непонятно откуда появившийся Эштон.

– Да тут света нет.

– Не проблема.

Эштон достал телефон и включил фонарик. И как я сам до этого не додумался? Идиот.

– Спасибо, – сказал я и улыбнулся.

Почему рядом с этим человеком я меняюсь, что ли… Ну нет прежнего наглого, дерзкого и никого не слушающего Крисса. Хм, ну ладно. Это ведь не так уж и плохо. Наверное.

– О, нашёл, – сказал я, доставая бутылку шампанского с полки.

Я повернулся, но Эштона уже не было. Только его телефон. Я вышел обратно, пошёл на кухню. Эштон сидел там.

– Ты чего? – спросил я и протянул ему телефон.

– Ой, спасибо, да просто показалось, что меня звали.

– Из подвала?

– Ага, – Эштон улыбнулся.

Я достал бокалы и налил шампанское. Мы сидели, болтали. Говорили обо всём. На часах было одиннадцать вечера.

– Эштон, а моя бабушка вас ещё не достала там?

– Ха, нет, ты что! Она очень милая и весёлая. А что?

– Просто она так долго там сидит, что мне уже стыдно, наверное.

Мы начали смеяться.

– Кстати, а где твой дом?

– Соседний ваш, голубоватый такой, – сказал Эштон, относя бокалы в раковину.

– Погоди, этот, голубоватый дом, ваш?!

– Ну да, а что?

– Просто раньше здесь жила моя… знакомая.

– Аманда, что ли?

Я был в шоке. Он знает её.

– Ну… да.

– Так она уехала с родителями, а тут стала жить бабушка. Ну а потом к ней перебрался и я.

– Так, стоп. Я ничего не понимаю. Какая бабушка? В смысле?

– Наша бабушка переехала сюда, потому что родители и Аманда переехали в Англию.

– Вы что, брат и сестра?!

– Ну да.

Всё, этот день войдёт в историю. Я в шоке окончательно.

– Вот это да!

– Ладно, я пойду, наверное.

– Слушай, а может, прогуляемся? Ну, всё равно делать нечего.

– В двенадцать часов ночи гулять?

– Ну, да. Поверь, для меня это ещё рано.

– Хм, звучит заманчиво. Только что мы будем делать?

– А город отсюда далеко?

– Не очень.

Я ухмыльнулся.

– Идём, – сказал я и позвал Эштона за собой.

Мы пошли наверх, ко мне в комнату. Мне надо было забрать телефон и бумажник.

– И куда мы? – спросил Эштон, зайдя ко мне в комнату.

– Секунду, – сказал я и начал искать телефон.

Бегая по комнате и заглядывая под подушки, одеяло и в одежду, я искал телефон. Бумажник лежал в сумке. А вот телефон…

– Ты не это ищешь? – спросил Эштон.

Я поднял голову и увидел, что он держал мой телефон в руках.

– О, спасибо, – я подошёл, взял телефон и случайно коснулся руки Эштона. – Ого, у тебя ледяные руки.

Эштон лишь улыбнулся и пошёл вниз. Я тоже.

Мы спустились вниз.

– И как мы поедем в город? Моя машина сломалась ещё на прошлой неделе. Так что её нет.

– Не проблема, Эш.

Я заметил, как он посмотрел на меня после того, как я его так назвал.

– Что?

– Ничего.

– Тебе не нравится имя Эш?

– Наоборот.

– О’кей.

– Круто звучит.

– Значит, буду тебя так называть.

– О’кей.

Я заметил, как он улыбнулся. Я тоже… улыбнулся… ему.

Мы простояли ещё где-то минуту в полной тишине, но потом Эш её прервал:

– Так, что мы делаем с машиной?

– Ну, моя бабушка на день рождения подарит мне машину, и на самом деле она уже у неё в гараже. Я слышал разговор мамы и бабушки сегодня. Ключи от неё лежат на полке у бабушки в комнате, – сказал я, приподнимая бровь и наигранно рассматривая свои ногти и руки, как это делают все пафосные дамочки во всех американских фильмах.

– Фига ты! Ловко схвачено.

– Конечно, – я подмигнул ему и побежал к бабушке.

Не знаю, зачем я это сделал. Просто было хорошее настроение.

Я выбежал из комнаты с ключами. И, как я понял, это была BMW X6. Ха! Самая крутая тачка. Ну ладно, в городе, дома, у меня стоит Феррари, так что эта тачка тоже крутая.

– Ну что, едем? – спросил Эш.

– Конечно, – я улыбнулся и, схватив за руку Эштона, побежал в гараж.

Мы бежали и смеялись, как дети, честное слово. Только детям не дарят тачки за огромное количество денег.

Мы прибежали. Тихо открыв гараж, я увидел машину. Точнее, очертание. Потому что машина была накрыта тканью. Мы подошли к машине и на счёт «три» сдёрнули накидку. И правда, машина была великолепна. Чёрная, чистая, огромная, новая и моя!

– Вау, – сказал Эш.

– Не то слово.

Мы сели в машину, я завёл её. Этот звук мотора! О боже… Это было превосходно.

– Готов?

– Конечно, – ответил Эш.

Я нажал на газ, и мы рванули вперёд, врубив музыку с телефона на радио и открыв окна и крышу. Мы ехали, пели, смеялись, и нам было так круто, как никогда раньше!

***

В конечном итоге мы решили поехать в так называемый центр, хотя центром это было назвать тяжело. Если его сравнивать с городским, то, прошу прощения, мы попали в мир унылого говна. Хотя если подумать, мы же за городом, а их «город» – это просто то место, где есть магазины, рестораны, школы и пара университетов. Они, конечно, похожи, но тут нет ни клубов, ни баров, ни дорогущих домов, и уж тем более здесь нет такого понятия, как вечеринки, и если я расскажу кому-нибудь о вечеринке у Стейси, мне точно никто не поверит, а если и поверят, то обзавидуются.

– Ну и чем же тут развлекаются? – решил спросить я у Эша.

– Я вообще-то тут не тусуюсь никогда. Так что я в этом «недогороде» тоже в первый раз, как и ты, – Эш улыбнулся, и я понял, что что-то тут не так.

– Так, погоди, ты сказал, что живёшь тут, правильно?

– Ну, да.

– И ты никогда тут не был, в этом захолустном уголке деревни на восьмых небесах мира, до которого надо переть несколько часов на машине или вообще лететь на каком-нибудь там самолёте, а потом ещё и по навозу животных переть хрен знает сколько?!

Не-е-е, я не кричал, просто вырвалось немного. Эш сидел и смотрел на меня выпученными глазами.

– Воу, ну, я типа городской, как ты. Я тут живу только с бабушкой, ибо моя квартира находится в Нью-Джерси, и, понимаешь, до неё переть, как… как ты там сказал? Как до восьмого неба? – Эш посмеялся. – Так что вот, и я, правда, здесь никогда не был. Думаешь, я никогда не был на вечеринках? Был, конечно.

Эш сидел и улыбался. Вот серьёзно, если бы мне такие претензии выставили, то, боюсь, человек, который это сказал, уже бы валялся на асфальте. Честно.

– А, понятно, прости, что-то вырвалось. Понимаешь, вот как бы ты себя повёл, если бы узнал, что твоё совершеннолетие ты будешь праздновать в…

– Этом захолустье?

– Ага, именно.

– Да, конечно, не очень повезло.

– А то я сам не понимаю.

– Ну, в конце концов, можно поехать отсюда, например, в город, домой, и отпраздновать этот день с друзьями или семьёй.

– Я думал об этом, но представь, каково будет бабушке, когда она не видела меня почти шесть лет, и теперь я снова уезжаю в один из самых важных дней жизни.

– И это единственное, что тебе мешает уехать? – словно прочитав мои мысли, произнёс Эш.

– Возможно.

В машине повисла тишина.

– А где ты будешь праздновать свой восемнадцатый день рождения? – спросил я.

На это Эш лишь посмеялся.

– Что? – переспросил я, подняв одну бровь.

– Погоди, Крисс, на сколько лет я выгляжу?

Эш сидел и улыбался.

Опять.

Это было странно.

Но я тоже начал улыбаться.

– Ну, не знаю, думаю, лет на семнадцать-восемнадцать.

Эш засмеялся. Вся машина наполнилась смехом.

– Ну, что опять? – мне уже стало неловко.

– Да нет, ничего.

– Эш, колись. Я угадал?

– Не совсем, мне не семнадцать и даже не восемнадцать.

– Эш, давай, – я улыбался, хотя эта интрига только нарастала.

– Боюсь, ты мне не поверишь, – Эш взглянул на меня и отвернулся к окну.

– Эш, признавайся, или я выкину тебя из машины и…

– Мне двадцать.

Я был в шоке, это мягко сказать.

– Двадцать? Шутишь?

– Не-а.

– Ого, ну… это…

– Прекратишь со мной общаться?

– Нет, ты что, почему? Нет, нет, нет.

Эш выдохнул:

– Хорошо. Боялся, что подумаешь, что я старый уже для твоего общества.

Я засмеялся:

– Да ты что, прикалываешься?

Эш тоже засмеялся:

– Ну, всякое бывает.

И только сейчас я заметил, что мы стоим посередине дороги на светофоре. Мы переглянулись с Эшем и начали смеяться ещё громче. Но, слава богу, что в этот «недогород» практически никто не ездит. Мы могли бы простоять там ещё очень долго.

– Так ладно, Эш, куда мы всё-таки поедем?

– Хм, пошли в этот магазин.

И только когда Эш указал мне на торговый комплекс из трёх этажей, я понял, что тут всё-таки не так уж и плохо.

– Да, определённо, – я ухмыльнулся и поехал на парковку перед торговым центром.

Мы припарковались и пошли вовнутрь.

– Так, нам надо найти крутой магазин и купить джинсы, пару футболок и… Божечки, мне нужны кеды и наушники!

– Что ты сделал с прежними?

Я немного помолчал, а потом добавил:

– Раздавил.

Эш опять начал смеяться.

– Пошли уже, старик, – я позвал Эша, и мы пошли вперёд на поиски дорогого и крутого магазина.

Конечно, наш шопинг не обошёлся без мороженого, Мака и, конечно же, похода в iMаркет.

– Ну и зачем мы пришли в этот магазин? – поинтересовался Эш, – Ты спустил все деньги на одежду и на еду, думаешь, у тебя ещё что-то осталось?

Я повернулся к нему:

– Эш, мой папа – не последний человек в бизнесе, так что на эту карточку, – я показал ему чёрную с золотым рисунком кредитку, – каждые выходные поступает тысяча баксов.

Эш стоял в шоке. Наверное.

– Думаю, у тебя в таком случае постоянно остаётся огромное количество денег на ней.

Я лишь ухмыльнулся:

– Ошибаешься. Сметаю всё до цента оттуда.

– Ты гонишь? Как можно спустить тысячу баксов за несколько дней?

– Ну, я ведь хожу на вечеринки.

– И ты спускаешь на них тысячу баксов?

– Почти. Понимаешь, одна бутылка коньяка или виски стоит баксов триста. И это только одна. Плюс другой алкоголь, плюс кокс или фрешер около восьмисот, если товар качественный, то около полутора тысяч. Так что да, ещё аренда домов и…

– Ты сказал, кокс и фрешер?

Эш смотрел на меня, как на восьмое чудо света.

– Ну, да. Ой, только не говори, что ты пай-мальчик и никогда в жизни не употреблял.

Эш отрицательно помотал головой.

– Нет, и не буду, скажу тебе больше – я и тебя отучу.

– Ты такой наивный, – я негромко хихикнул и, взяв сумки, направился к кассе, чтобы купить новый зарядный шнур для ноутбука, ибо мой кто-то перекусил. Думаю, это Рэкс, хотя я его даже не видел, странно.

Мы вышли из iMаркета и пошли к выходу из ТЦ.

– Блин, у них этот шнур стоит, как полноутбука, честное слово.

– Ой, кто бы говорил о проблеме с деньгами.

– Да-да, – я в шутку ударил слегка Эша в плечо кулаком.

– Та-ак, кто тут дерётся? Я сейчас вообще заберу ключи от машины и уеду домой, а ты попрёшься сам пешком с вещами.

– Машина-то моя, – я улыбнулся, высунув язык.

– Но я-то старше, и вообще, крендель, тебе ещё восемнадцати нет.

– В Америке можно водить машину с шестнадцати.

– Не придумывай.

– Так, всё, хватит!

– Ну, как знаешь, – Эш выхватил у меня ключи из рук и рванул вперёд.

– Эй! Стой! – я попытался догнать его, но с шестью огромными сумками это было не так просто.

Так что я проиграл и не успел добежать, в это время Эш уже сел в машину и по-тихому начал ехать к выходу.

– Эштон! Вернись! – я всё ещё отчаянно пытался бежать за машиной.

– Ничего не знаю, – донёсся до меня голос из машины. Моей чёртовой машины, на которой упердоливает человек, которого я знаю несколько часов!!!

– Эштон, всё, я понял, что ты тут главный.

– И?

Машина остановилась. Я подошёл к ней, но двери были закрыты. Эш опустил окно и посмотрел на меня.

– Что «и»?

– Ну, ты что-то забыл, Крисс.

– И… я ещё мелкий, чтобы командовать двадцатилетним амбалом.

– Так, кто-то идёт домой пешком.

– Эш, даже не смей!

Но было поздно, Эш ударил по газам, и машина рванула с места.

– Эштон, блин, амбал недоделанный, вернись обратно! – орал я на дорогу, ибо машины там уже не было.

Он что, реально уехал?! Нет, нет и нет!!!

Я что, пойду пешком домой с этими тяжёлыми сумками в руках?! Мы на машине ехали сюда почти сорок минут, а тут я пешком пойду?! Замечательно!

– Хэй, парень.

Я повернулся на звук и увидел приближающегося охранника лет так шестидесяти.

– Да, сэр?

– Я просто Том.

– Хорошо, Том, что-то случилось?

– Я вижу, твой друг и вправду уехал.

– Да, сам не могу поверить.

– Если хочешь, могу подкинуть.

– Ну, если вам это не будет трудно…

– Идём, – Том махнул рукой, и я пошёл за ним. Его машина стояла на служебной парковке. Это была небольшая служебная машина красного и желтого цветов.

– Очень необычная машина, – я удивился, потому что у наших полицейских машин такого цвета не существовало.

– А, да это так, решил раскрасить эту телегу. Ей уже лет тридцать, может, сорок будет скоро.

– Ого! Это реально много.

– Так, ладно, поехали.

Том взял мои сумки и поставил их в багажник. Я сел вперёд. Скоро подошёл Том.

– Ну что, куда подвозить?

– На Хай-стрит, 9.

– Ты живёшь у Оливии?

– Я её внук Крисстиан.

– О, очень приятно.

Мы поехали в сторону дома.

– А вы что, знаете мою бабушку?

– Мы с ней часто видимся. Мой дом находится через один дом от вас.

– Следующий от голубоватого?

– Именно.

– У вас очень красивый дом.

– Спасибо, твоя бабушка помогала с интерьером.

– Теперь понятно, откуда там столько всего украшенного.

– Ага, а гномы так вообще прелесть.

Я посмеялся. А этот мужчина, и правда, очень классный. Всю дорогу он рассказывал мне смешные и интересные истории, так что мы очень долго смеялись. Но вот я заметил, что мы уже подъезжаем к нашему посёлку.

– Том, спасибо огромное. Если бы не вы…

– Да пустяки!

– Заходите к нам как-нибудь в гости. Мы будем вас ждать.

– Обязательно, Крисстиан. Как-нибудь зайду.

Когда мы остановились около дома, я попрощался и вышел из машины, конечно, не забыв сумки. Я закрыл багажник и, помахав рукой, пошёл в дом. Моей машины не было и Эша тоже. Куда этот имбецил делся? Неужели потерялся? Хотя, что за бред.

Я подошёл к порогу дома и постучался. Бабушка быстро открыла мне дверь.

– Крисс, где ты был?

– Мы с Эштоном ездили гулять.

– Ездили?!

– Да, на его машине.

– Его машина сломана и уже…

– Ба, её уже починили.

– Ну хорошо, а где же Эштон?

Я бы сам хотел это знать.

– Ну, он вроде поехал на заправку.

– В пол-четвёртого утра? А с утра никак?

– Бабушка, успокойся, ему двадцать лет, куда он денется.

– Сколько ему лет?!

«Чёрт, бабушка не знает, что ли?» – подумал я.

– Э-э-э, я шучу, ба, конечно же, шучу, ему восемнадцать. Да.

– Боже, ну и шуточки у тебя.

Да, знала бы ты, что это не шуточки.

– Да он вернётся скоро.

– Да.

– Кстати, ба, Том очень классный.

– Том? Ты что, его знаешь?

– Да он подво… подсказал мне дорогу домой.

– О, это очень здорово. Вы были в торговом центре?

– Да, купил себе пару вещей.

Бабушка посмотрела на сумки:

– Но, Крисс, их шесть штук. Для пары вещей столько сумок не нужно.

– Ой, всё, я наверх.

– А Эштон?

– Да отстань ты от него, никуда он не денется.

– Ну, ладно. Пойду, схожу к соседям.

– О’кей.

***

Бабушка ушла, и я решил немного полежать в своей комнате. Я лёг на кровать и закрыл глаза. Но скоро я услышал, как кто-то открывает дверь ключами. Я встал и решил спуститься, как вдруг услышал знакомый голос:

– Оливия, Оливия! Где вы, Оливия?! Это очень важно! Дело касается вашего внука! Оливия!

Я начал смеяться, но прикрыл рот рукой. А что, если…

Я подошёл к столу и, найдя бумагу, написал некую записку. Конечно, классика, но всё же… «Дорогие друзья! Ваш внук у нас. Если вы хотите вернуть его обратно, тогда разрешите Криссу называть Эштона амбалом или пустоголовиком, пока ему это не надоест. Со всем уважением. Бандиты». Я сложил её и, выйдя к лестнице, положил записку на стол, пока Эштон крутился в других комнатах.

Я быстро убежал в засаду и стал ждать реакции. Эштон быстро вернулся и, как только собирался убегать, заметил записку. Прочитал её, его лицо было бесподобно.

– Твою ж бабушку, – сказал Эштон и сел на стул, – доставай коньяк.

Я вылез из убежища и лёг на пол от смеха.

– Боже, твоё лицо! – сказал я и продолжил смеяться.

– Это не смешно.

– По-моему, это очень смешно!

– Нет!!!

Я заметил, что Эш реально был напуган.

– Ибо нехрен было уезжать.

– Это тебе урок.

– Да-да-да.

– И вообще, как ты домой попал так быстро? Я доехал до перекрёстка и повернул назад за тобой. А когда вернулся, тебя там уже не было. Серьёзно.

– О боже, бедный амбальчик испугался за меня, – сказал я с сарказмом и в шутку погладил Эша по голове, – ну не волнуйся, я живой.

И тут меня опять распёр смех. Я думал, он заплачет, честное слово.

– Так, слушай меня, чтобы больше такого не делал, ясно?

– А то что? Поседеешь? Хотя куда больше-то!

Я опять начал смеяться.

– Всё, тебе хана.

– В смысле?

После этих слов Эш вскочил и, перекинув меня через плечо, побежал на улицу.

– Эштон, блин, отпусти! – орал я и бил его по спине. Но сейчас я выглядел, как мешок с картошкой. Серьёзно.

– Ха, и не подумаю.

– Эштон, куда ты меня тащишь?!

– Скоро узнаешь.

– Блин, сейчас четыре часа утра, холодно, и я хочу спать, немного…

Но, видимо, Эшу было всё равно на мои слова, он шёл и ржал.

– Так, всё, отпускай!

– Ну, как скажешь, – произнёс Эш и после этого скинул меня… в пруд!

Я начал вопить, как девочка. Вода была очень, очень холодной! А ещё тут плавали какие-то утки и рыбы! Я упал к уткам в пруд!

– Ты покойник! – проорал я, когда вынырнул.

Эш всё так же продолжал ржать надо мной. Только потом я понял, что у меня на голове висит огромная ветка водорослей.

– Всё, капец тебе, – я попытался встать, но на дне было много слизи и грязи, поэтому я просто упал ещё раз в воду, причём носом вниз.

– Блин, Крисс, над тобой даже утки смеются, – сказал Эш и ушёл в дом, оставив меня одного в воде, с утками, рыбой и водорослями на голове.

Я ещё долго ничего не мог сказать, потому что у меня был шок. Вроде как я хотел быть в ударе, а получилось, что Эш, причём дважды. И как только я хотел встать, ко мне в джинсы заплыла какая-то неведомая хрень.

– Э-э-э-эшто-о-о-он!!! – заорал я, – Спасите!!! Монстры!!!

Я с самого раннего детства боялся всяких рыб, потому что папа постоянно прикалывался надо мной и говорил, что все рыбы едят мясо и людей, и что даже маленькая гуппи или золотая аквариумная рыбка может съесть целого человека. Так что, даже в школе, на уроках биологии, когда мне говорили, что только огромные акулы едят людей, и то они водятся очень далеко, я всё равно не верил учителям и продолжал их бояться. Так что это был мой огромный страх, который рос вместе со мной.

– Ты что вопишь? – спросил Эш, прибежав из дома с бокалом чего-то там. Но мне было всё равно, что в нём.

– Вытащи меня отсюда, быстро! – крикнул я и начал дёргаться в воде, пытаясь отогнать эту рыбину от себя, чтобы она меня не сожрала.

– Да ладно тебе, это просто рыба. Давай, вставай и пошли в дом, а то заболеешь.

– Эштон, вытащи меня отсюда, я сказал! Она меня сейчас сожрёт! – я начал крутиться в воде.

– Блин, всё, спокойно!

– Эштон!!! – я замахал руками, пытаясь прихлопнуть эту заразу.

Я всё никак не мог успокоиться.

– Всё-всё, спокойно.

Эштон взял меня на руки и вытащил из пруда.

– Чёрт, ты весь дрожишь.

У меня посинели губы, было холодно и страшно. Ведь эта рыба…

– Пошли домой.

Эш понёс меня домой. Я просто уткнулся головой ему в плечо и продолжал стучать зубами. Потом я почувствовал, что мы зашли в дом. А дальше я отключился.

***

Я проснулся и не знал, сколько времени. Ведь лёг я только около пяти утра. Я стал искать телефон, чтобы узнать время. Но я не знал, где он. Видимо, Эш его забрал. Ладно, у меня есть часы. Да, они-то хоть остались. Я посмотрел на них. Время было пол-шестого. То есть я поспал всего-то полчаса. Проснулся я оттого, что было до жути холодно. Я лежал в своей комнате под одеялом, пледом, в боксерах и сухой футболке. Ах да, ведь пижаму я не взял. Я попробовал встать, но у меня жутко заболела голова. Я потерял равновесие и сел обратно на кровать. Затем я начал жутко кашлять. У меня зажгло в горле.

– Чёрт, мне нужна вода, – прохрипел я, но ни одного слова не было понятно. Я попытался встать снова, но опять безуспешно.

– Эш, – позвал его я, это был еле уловимый шёпот, так что он никаким образом не мог меня услышать. Я попытался стукнуть в стенку. Возможно, это бы сработало, но нет…

– Да что за чёрт… – опять шёпот.

Ладно, я буду пытаться встать, пока не получится. На счёт «три», и да, есть! Получилось. Я встал. Теперь шаг, ещё, и ещё… Я очень медленно пошёл, и в конце концов, дошёл до двери. Прогресс. Внизу шумел телевизор, а значит, кто-то дома. Либо бабушка, либо Эш, на что я и надеюсь. Бабушка лучше бы сейчас не встречалась со мной, а то начнётся. А вот Эш… Он, конечно, козёл, амбал и имбецил, но… хороший козёл, добрый амбал и весёлый имбецил. Я попытался сделать ещё шаг к лестнице. Да, ещё пару шагов, и я подойду к лестнице. Так, один и… Я зацепился за угол ковра и с грохотом упал, слава богу, просто на пол, но не на лестницу.

– Что такое?

Чёрт, я, видимо, разбудил Эша.

Он пошёл на второй этаж и, когда поднялся, увидел меня.

– О боже, Крисс! Почему ты встал?

– Холодно, – прошипел я, ибо говорить было очень больно.

– Крисс, боже, прости меня, я такой идиот, я не знал, что вода может быть настолько холодная, чёрт, – Эш схватился за волосы и закрыл глаза.

– Хэй! – я позвал Эша.

– Что? Крисс, я…

– Всё хорошо, – я смог прошипеть что-то понятное.

Эш улыбнулся, но я понял, что это была натянутая и фальшивая улыбка.

– Тебе холодно, – повторил Эш.

Я лишь кивнул и улыбнулся.

– Ой, Крисс, ты всё ещё на полу! – Эш улыбнулся и ринулся вниз, чтобы помочь мне встать.

Я опять посмеялся.

– Нет-нет, не смейся и вообще молчи, тебе будет легче.

Но кто я такой, чтобы слушать Эша.

– Эш…

– Заткнись.

– Эш, там окно открылось.

– Чёрт, я знал, что оно плохое.

Мы шли по направлению к моей комнате, но когда я сказал об окне, мы остановились.

– Но я могу там поспать.

– Нет, Крисс, ты там спать не будешь.

– Но ведь…

– Так, сказал же, заткнись.

– Ну, Эш…

– Так, тебя опять в пруд к страшным и огромным рыбам скинуть?

И после этих слов я заткнулся и немного улыбнулся.

– Да ты еле идёшь.

– Я…

– Я что сказал?

Я кивнул. И показал жестом, что всё о’кей.

– Ничего не о’кей, Крисс.

Я закрыл глаза. У меня нет шансов протестовать огромному амбальчику.

– М-м-м, в этом доме осталось два спальных места. И причём одно из них твоей бабушки. Я не думаю, что ты будешь спать там. Конечно, есть ещё вариант – гостиная, но просто забудь об этом. Там холодно, и это гостиная.

– Эш, я могу поспать в своей.

– Так, всё, ты меня вывел, – Эш улыбнулся, но что-то меня это пугало.

– Придумал, – сказал Эш.

– Что?

– Ха, думаешь, я скажу тебе?

Я закатил глаза. Эш взял меня на руки и потащил вниз по лестнице на своих плечах.

– Эш, спусти меня. Я тяжёлый.

– Ты ни капельки не тяжёлый.

Всё, что мне оставалось делать, это ударить Эша по спине и фыркнуть.

– Куда мы идём?

– К нам в гости.

И тут я не на шутку заволновался.

– Погоди, в смысле – к вам в гости?

– Ну, в прямом смысле. У нас есть свободная спальня, она как раз на втором этаже. И бабушка сегодня весь день топила дом, так что у нас очень тепло и…

– Я не могу к вам!

– Так, каланча, я тебе вообще разговаривать запретил.

– Эш, пожалуйста.

Эш остановился. Он поставил меня вниз, но я пошатнулся, и поэтому Эшу пришлось меня поддерживать.

– Ты боишься?

– Нет, ну, понимаешь, как я скажу об этом бабушке? «Бабушка, я сегодня посплю с Эштоном, просто у меня в комнате очень холодно, и я заболел, так что…» – я не смог договорить, потому что начал кашлять, причём очень сильно.

– Так, знаешь что, дорогой мой, давай-ка ты замолчишь и просто покажешь мне, где у вас аптечка.

– Думаешь, я знаю? – опять кашель.

Я посмотрел на Эштона. Его лицо выражало всё сочувствие и жалость в мою сторону.

– Не надо.

– Что не надо?

– Так на меня смотреть.

– Как?

– Как будто я умираю, прямо здесь и сейчас.

– Нет, ты никогда не умрёшь, вот так. Я тебе не позволю, – голос Эша дрожал. Я никогда не видел его таким, он выглядел опустошённым.

Эш подошёл ближе и обнял меня. А я не мог сказать ни слова. Я лишь положил в ответ свои руки на шею Эшу.

– Так ты покажешь мне, где у вас аптечка? – пробурчал Эш.

– Я же говорил, я…

Мой кашель усиливался с каждым разом.

– Боже, что я наделал! Кошмар! – Эш отошёл от меня и закрыл лицо руками.

– Пожалуйста.

Эш повернулся в мою сторону.

– Эш, пожалуйста.

– Что? Попросишь меня прекратить удивляться моей тупости?

– Эш, вернись…

Эш подошёл ко мне:

– Я не уйду.

– Эш, почему?

– Что «почему»? – Эш начал улыбаться.

– Почему ты это делаешь?

– Не знаю. Ведь ты из-за меня болеешь, так что я должен всё исправить.

– А когда я выздоровею, всё будет как раньше? Мы будем веселиться, дурачиться, как лучшие друзья?

Эш улыбнулся.

– Ты главное выздоровей. А потом посмотрим.

Я смотрел на Эша и не мог понять, почему он так сильно привязался ко мне. И главное, почему я так привязался к нему. Такое чувство, что мы родные люди. И всю жизнь были вместе. Но нет, я познакомился с этим человеком вчера вечером, где-то в девять часов, и до сих пор пытаюсь понять, что произошло.

Почему я изменился? И это замечают многие. Я ни разу ещё не звонил Марку, я провожу всё время с бабушкой или Эшем. А раньше… раньше я бы просто взял тачку, уехал бы в город, пошёл в клуб, и опять всё по новой, как раньше. Ведь тогда мне это только и было нужно. Алкоголь, бабы и наркотики, ну ещё деньги.

А сейчас? Я хочу тихой и мирной жизни с единственным человеком рядом. И чтобы никто нам не мешал жить и наслаждаться жизнью.

– Хэ-э-эй, Крисс, идём.

– Но…

– Идём.

Эштон молча поднял меня и понёс на улицу, накинув на меня плед. Времени было около половины седьмого, так что спать я хотел очень сильно.

***

– Эш, а где ты будешь спать?

– Разумеется, в своей комнате.

– А, да, точно.

– Слушай, Крисс.

– Что?

– А ты… ну… встречаешься сейчас с кем-нибудь?

– Хм, нет. Не хочу встречаться с бабами, они липнут, что прямо жесть. А до парней дело ещё не доходило, – я улыбнулся и заметил, как Эш поднял брови и тоже ухмыльнулся. – А ты? Тебе двадцать. Сто процентов есть девушка. Колись, красотка?

– Ха-ха, не, я не нашёл ещё. Хорошую, – Эш смутился и, встряхнув головой, ускорил шаг.

– А ты покажешь, где моя комната?

– Да, сэр.

Мы стали вместе смеяться. Хотя я, скорее, пытался, но у меня не получалось. За время нашего похода я кашлял очень часто. Потом у меня перед глазами всё поплыло, и появилось небольшое чёрное пятно.

– Эш…

– Что такое?

– Мне плохо.

– Голова?

Я кивнул.

– Всё, всё, мы уже пришли.

Я закрыл глаза. Я не смотрел, только слушал. В общем, притворился спящим. Мы зашли в дом. Моя бабушка и бабушка Эша разговаривали, а потом, заметив нас, резко замолкли.

– Всем привет.

– Эштон, Крисс?

– Ему стало плохо. Видимо, жар или температура. Есть какое-нибудь жаропонижающее? А то я не нашёл у вас дома, Оливия. Ба?

– Да-да, сейчас.

Бабушка Эша ушла в другую комнату, видимо, за лекарствами. Осталась только моя бабушка.

– Эштон, он спит?

– Эм-м-м, да.

– Хорошо, думаю, нам надо домой. Пусть поспит дома, а я ему чай заварю.

– Оу, Оливия, прошу вас, пусть он поспит тут. У него в комнате выбило окно, и теперь там очень холодно. Я закрыл дверь туда, и я не уверен, что ему нужно спать в гостиной. Сами понимаете. Пусть поспит у нас. Пожалуйста.

Я молился, чтобы бабушка согласилась.

– Ну ладно. Только, Эштон, не оставляй его. Он привык к тебе.

Даже с закрытыми глазами я почувствовал его улыбку. Но честно, если бы я не делал вид, что сплю, то попросил бы бабушку уже уйти и не палить контору.

– Хорошо, Оливия. Даже не думайте о том, что я его оставлю. Обещаю.

– Ну хорошо. Я тогда пойду. Аника, не хочешь переночевать у меня, пусть ребята останутся тут?

– Хм, давай. Тем более я тебе сейчас такое расскажу про ту, из красного дома.

– Да ты что! Ну-ну, и чего?

– Короче…

Их голоса становились всё тише и тише. Но я испортил весь момент своим кашлем. И Эш сразу забеспокоился:

– Так, знаешь, Крисс, я дал слово Оливии, так что я прямо сейчас звоню в скорую.

– Эш…

– И это не обсуждается, – сказал он, расхаживая с телефоном в руках и набирая номер скорой.

– Эш, послушай…

– Не хочу, ты будешь пытаться меня отговорить от звонка. Но нет, Крисс, это не пройдёт.

– Да пойми же ты, – опять кашель, – что если ты позвонишь в скорую, меня заберут, и ты меня оставишь там одного, Эш.

Эш присел передо мной на колени на пол.

– Чёрт, они не берут трубку, что за фигня… Крисстиан, пойми, так будет лучше, – он пытался меня успокоить и убедить.

– Ты обещал! – я сорвался на крик.

Эти слова, похоже, окончательно убедили Эша больше не звонить в скорую.

– Хорошо, идём спать. Я покажу твою комнату.

Я лишь кивнул, потому что горло болело очень и очень сильно, хоть кричи от боли.

Опять я на плече у Эша, опять мы идём по лестнице, и опять я бью его по спине.

– Слушай, у меня от тебя уже синяки на спине, хватит меня бить, – Эш смеялся.

– Мне скучно, – произнёс я.

– Ну, сейчас поспишь, и всё будет хорошо.

Мы пришли в комнату. По виду это была чья-то спальня, но Эш сказал, что это комната для гостей.

– Эш, ты уверен?

– На все сто двадцать процентов.

– Хорошо.

– Тогда спокойной ночи.

– Да.

Эш развернулся, чтобы покинуть комнату, но я его позвал:

– Эш.

– Да?

– Останься.

– Зачем?

– Расскажи мне сказку.

– Мальчик, тебе почти восемнадцать, ты пьёшь, куришь, употребляешь наркотики, водишь машину и просишь рассказать сказку?

– Ага.

– Ты прикалываешься?

– Не.

– Так, спи давай.

– Эштон!

– Ну?

– Хочу сказку!

– Хоти дальше.

– Ну, пожалуйста.

– Ну ладно.

Эш сел на кровать.

– И что мне рассказывать?

– Что хочешь.

Ей-богу, как маленький.

Эштон вздохнул и начал рассказывать сказку:

– Жил-был маленький дерзкий мальчик из Майами…

Я закатил глаза.

– И вот однажды он…

– А ты можешь рассказывать, как мама?

– Парень, ты чё, сдурел? Откуда я знаю, как твоя мама рассказывала тебе сказки?

– Она ложилась рядом и тихо рассказывала.

– Так…

– Что?

– Ты что, шутишь?

– Эш, пожалуйста. Иначе я не усну.

– Ладно, ладно, всё, ложись, Кристина.

– Я Крисс.

– Неважно, сейчас ты как Кристина.

Я вздохнул.

Эш лёг рядом, с краю. На душе сразу стало легче.

– Так вот, однажды он…

– Это ты специально выбил окно?

– Что?

– Ну, я видел всё, прости.

– Ой, спи давай.

Эш продолжил рассказывать свою сказку. Я уснул почти мгновенно. Но главное составляющее хорошего сна – это удобная подушка, так что плечо и грудь Эша подошли прекрасно. Последнее, что я помню перед сном, это как кто-то обнял меня за плечо и поцеловал в макушку.

***

– Крисс, вставай.

Я начал просыпаться. Голова уже болела не так сильно, и мне было не настолько больно говорить. Значит, иду на выздоровление. Надеюсь. Потому что та нескончаемая боль меня уже просто достала.

– Что? Блин, сколько времени?

– Крисс…

– Да что? – переспросил я, открывая глаза и щурясь от света.

– Крисстиан, вставай.

Я открыл глаза, но никого в комнате не было.

– Что за…?

«Ну и кто меня звал?» – подумал я.

Ещё раз осмотрев комнату, я подумал, что мне показалось. Но кто-то же меня звал… Я потёр глаза и услышал звонок телефона. Мне кто-то звонит. Я взял телефон, это была бабушка.

– Алло.

– Крисс, тебе мама не звонила?

– Ба… сколько времени?

– Почти восемь.

– Я лёг спать почти час назад.

– Крисс, мама… она не звонила мне.

– Мне тоже.

– А вдруг что-то случилось?

– Да всё нормально, перезвони ей и всё. Дай поспать.

– Крисс, я не знаю, что с твоей мамой и моей дочерью! – у бабушки началась истерика.

– Так, спокойно, я сейчас ей позвоню.

Я скинул трубку. Надо позвонить маме, но как же я хочу спать.

– Так, надо позвонить.

Набрав номер мамы, я включил громкую связь и стал ждать ответа. Но шли только гудки, мне не отвечали. Наверное, она ещё спит, а телефон где-нибудь оставила. Ну, всякое бывает. Я выключил телефон и решил ещё поспать, потому что за двое суток я поспал максимум часа четыре. Из сорока восьми часов сорок четыре я ходил, плавал, лежал и сидел, но не спал. Я пойду скоро на рекорд. Сейчас только восемь часов утра. Ну, думаю, надо попытаться заснуть. В конечном итоге, я пытался уснуть минут сорок, и ничего не получилось, поэтому я решил встать, ведь всё равно больше спать не буду. Я встал с кровати, оделся и решил пойти вниз, но не тут-то было. У меня была огромная слабость всего организма. Я встал с кровати, и тут же мои ноги стали словно ватными, и я упал на пол.

– Чёрт!

Тело меня совсем не слушалось. Я попытался встать, но мне было не пошевелить руками, точнее, я не мог ничего взять и опереться на кровать, соответственно, тоже.

– Блин, и как мне спуститься?

Ну, во-первых, я хочу пить.

Во-вторых, мне скучно.

В-третьих, там Эш.

Пытаться встать ещё раз я даже не стал. Но блин, надо вниз. И, как будто прочитав мои мысли, в дверях появился Эш.

– Доброе утро, а что ты делаешь на полу?

– Доброе. Да вот шёл, шёл, решил присесть.

– А, ну как, весело сидится?

– Да, знаешь, очень, особенно если твоё тело онемело и отказывается двигаться.

Лицо Эша из весёлого превратилось в грустное и обеспокоенное.

– Крисс, ты должен поспать хотя бы часов десять.

– Я не могу уснуть больше, и, Эш, пожалуйста, принеси мне воды.

– Хорошо, я сейчас вернусь, только не уходи.

– Ха-ха, я оценил твою шутку, – я улыбнулся.

Эш подошёл ко мне, посадил меня на кровать и ушёл вниз, на кухню. А я остался сидеть и тупо пялиться в стенку. Очень весёлое занятие. Но, слава богам, скоро вернулся Эш со стаканом воды.

– Держи, – сказал он мне и протянул стакан.

– Что это за вода? Она какая-то мутная.

– Тебе кажется, хотя, возможно, фильтр барахлит, могу поменять.

– Нет, ты что, всё отлично, – я принялся пить.

Я залпом выпил полстакана, но тут же выплюнул последний глоток обратно.

– Фу, что за мерзость?

– Крисс, ты чего?

– Что ты туда подмешал?

– Ты о чём?

– Эш, что за фигня? Ты меня убить решил?

– Нет, там простое снотворное. Ты должен поспать.

– Эш!

– Прости, но ты же не выпьешь по-другому.

– Эш, ты обманщик!

– Да успокойся.

– И какую дозу ты мне сыпанул?

– Тройную.

– Мне это сейчас послышалось?!

– Нет…

– Эштон, тройная доза снотворного! А я не сдохну?!

– Не-а, не думаю.

– Мне… просто не хватает слов, чтоб тебе сказать: Эш, ты, – я зевнул, – козёл.

– Вроде я был амбалом.

– Ты и козёл и амбал в одно-о-о-ом, – я ещё раз зевнул.

– А теперь спать! – скомандовал Эш.

Но я его уже не слышал. Отрубился и всё.

***

Что за бред? Я ещё сплю?

Я проснулся и не мог понять, где это я. Однако, когда я учуял запах лекарств и спирта, я понял.

– Какого хрена? Эш!

Я стал осматривать комнату. У стены стоял большой диван, палата одноместная. Неужели это Эш выбил мне такую крутую палату?

– Эш! – у меня уже появлялся хороший и достаточно громкий голос.

Эш сразу вскочил.

– Ты проснулся?

– Ты ничего не хочешь мне объяснить?

– Крисс, пойми, что…

– Заткнись.

Эш посмотрел на меня виноватыми глазами котёнка.

– Крисс, так будет лучше.

– Уходи.

– Ещё чего!

– Тогда уйду я, – я попытался встать, но мне помешала капельница, подключенная ко мне, и сильные руки Эша, который заставил меня лечь обратно силой.

– Как ты мог? Ты нарушил слово.

– Какое?

– Обещал быть со мной рядом и не бросать.

– Я тут, рядом, и я не бросил тебя.

– Но, в конце концов, если ты меня записал на какие-нибудь там процедуры, ведь ты всё равно уйдёшь.

– Я буду сидеть за стенкой.

– Так ты серьёзно меня куда-то записал?!

– Да, тебе проколют витамины, восстанавливающее, общеукрепляющее и, конечно же, болеутоляющее. Думаю, ещё что-нибудь дадут против вируса гриппа, ОРВИ, ОРЗ и…

– Ты прикалываешься?

Вместо ответа Эш протянул мне какой-то лист:

– Это список всех лекарств и процедур. Ознакомься.

И правда, это был огромный список лекарств со всякими сложными и непонятными названиями, и почти везде было указано «внутривенно», или «таблетки», или «укол».

– Чёрт, и это всё будет во мне? Но я же сдохну…

– Нет, не сдохнешь.

– Ну-ну.

Вскоре в палату зашла медсестра. Это была женщина лет сорока, большая, со странной причёской, как будто в миксер голову засунула.

– Ну что, Крисстиан, готов?

– А что будет?

– Для начала введём тебе хинальсин, фиброцирол, хлорофод и раствор резерфордия. Думаю, ещё стоит общеукрепляющее ввести. И витамины. Но это после.

– А можно мне просто витаминку в рот и всё? Без всяких там «хлорок» и растворов каких-то резаф… рефаз… резфа…

– Резерфордия. Но он очень нужен тебе сейчас. Иначе ты не встанешь.

– Ладно, мне надо куда-то идти?

– Да, сейчас тебя отвезут, – эта женщина была очень мила.

– На чём?

– Каталка, наверное.

– Э-э-э, думаю, не нужно, мы дойдём сами, пешком, – вдруг к нам в разговор влез Эш.

– Ну ладно, только быстрее, а то главврач меня убьёт.

– Хорошо, – Эш улыбнулся.

Медсестра ушла. Мы остались в палате.

– Позволь узнать, как я пойду туда? Я даже встать не могу, – возразил я.

– Тоже мне проблема, – Эш встал и, подойдя ко мне, закинул на плечо.

– Нет, я не хочу на плече.

– Хорошо.

Эш перевернул меня, и теперь я сидел на его плечах, ноги свисали с двух сторон, и было высоко.

– Эш, какой у тебя рост?

– Сто девяносто шесть.

– Офигеть!

Он посмеялся. Мы пошли из палаты.

По дороге на нас пялились медсёстры, врачи и больные. А мы шли и смеялись, от этого все мои внутренности выкручивали тройные сальто.

– Ой, – произнёс Эш и остановился.

– Что случилось?

– Крисс, а куда нам идти?

Я помолчал, а потом весь холл заполнился нашим смехом.

– Ну как так? – сквозь слёзы смеха сказал я.

Эш посмеялся, а потом направился к стойке регистрации:

– Простите, а где кабинет процедур?

Женщина повернулась и посмотрела на нас, как на инопланетян.

– Ну, как сказать. Тут семнадцать кабинетов для процедур. А какой нужен вам?

– Ну… тут женщина такая была.

– Медсестра, – подхватил я.

– Да, она невысокая.

– Крупная.

– Весёлая.

– У неё волосы рыжеватые такие.

Женщина продолжала на нас смотреть, как на восьмое чудо света.

– Думаю, я вас поняла. Вам в тридцать четвёртый кабинет. Это на втором этаже.

– Спасибо!

Мы рванули к лифту.

– Ну, Эш…

– Что?

– В лифте мне придётся слезть.

– Ага.

– Я не хочу, тут очень круто.

– Знаю, Крисс, но надо.

Двери лифта открылись, и Эш снял меня с плеч и помог зайти в лифт, держа под руку.

– Эш, почему у тебя такие холодные руки? Это уже не в первый раз.

– Просто, когда я переживаю, у меня леденеют руки.

– А тогда, дома, когда мы собирались ехать гулять, у тебя тоже были холодные руки, ты что, волновался?

– Немного, ведь мы не были хорошо знакомы, и плюс ты не знал моего настоящего возраста.

– Понятно, ну и зря, ведь всё хорошо, – я улыбнулся ему.

– Ну, наверное.

Мы приехали, и Эш вытащил меня из лифта на руках, а потом опять закинул на плечи.

– Так, ладно, поехали, – я указал вперёд.

– В какой он стороне?

Мимо нас проходила какая-то девушка лет шестнадцати.

– Простите, а вы не знаете, где тридцать четвёртый кабинет?

– Я как раз оттуда. Вам направо, вот до того стенда дойдёте, и там будет кабинет, – девушка указала нам на какую-то доску почти в конце коридора.

– Спасибо огромное…

– Марта.

– Марта, спасибо. Я Эш, будем знакомы, – Эш протянул ей руку, и они обменялись рукопожатием. Я фыркнул и закатил глаза.

– Кхм-кхм.

– Ой, прости, это мой друг Крисс, он лежит тут.

– Приятно познакомиться. А что с тобой случилось?

– Мне тоже. Да вот, этот амбал выкинул меня в ледяной пруд в четыре часа утра, так что просто заболел.

Марта тихо посмеялась.

– Почему же амбал? – она улыбалась.

– Да просто потому, что он амбал.

Она снова улыбнулась:

– А у меня… – у Марты стало совсем другое лицо, – у меня рак.

Мы молчали.

– В моём организме мало лейкоцитов и тромбоцитов, а вот вирусов хоть отбавляй. Так что заражение крови и всё такое, – она натянуто улыбнулась.

– Мне жаль, – сказал Эш.

– И мне, – добавил я.

– Всё в порядке.

Я посмотрел направо и увидел приближающуюся к нам ту самую медсестру. Она шла к нам.

– Эй, негодники, вас ещё долго ждать?

– Ой, ну, я пойду, было приятно познакомиться с вами, ребята.

– Нам тоже, – сказал я и улыбнулся.

– До встречи.

– Пока.

Марта развернулась и пошла дальше, а мы остались с медсестрой.

– Ой, – сказали мы с Эшем хором.

– Не «ой», а бегом в кабинет. Эштон, тащи его туда.

– Слушаюсь, мадемуазель, – Эш присел и побежал в кабинет под мой смех.

Боже, как же было круто в такие моменты! Однако, когда я зашёл в кабинет и увидел все эти шприцы на столе, по мне пробежали мурашки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.