Элла Рэйн
Нежданные чудеса, или Нераскрытых преступлений не бывает

Выходные промелькнули столь стремительно, что, когда мы собрались лететь в Фоксвиллидж, у меня навернулись слезы на глаза, которые я постаралась спрятать.

– Родная, я буду рад, если ты решишься перейти на домашнее обучение, но думаю, что не согласишься. По крайней мере, не сейчас, – заметил супруг, обнимая меня, – события разворачиваются так быстро, что, кажется, к концу этого семестра многое встанет на свои места, и тогда можно будет вернуться к этому вопросу.

– Ольгерд, я пока не готова покинуть Академию, – прижав голову к его груди, ответила я, – и действительно до конца этого семестра ничего менять не будем. Я думала, что вы нас допрашивать будете в связи с убийством Лиеса Грейбрана, раз нашелся свидетель, утверждавший, что видел нас неподалеку от места убийства.

– Видана, а мы знаем, вы с братом не имеете к этому убийству никакого отношения. Там замешаны другие люди, а у вас и причины не было, статья к ней не относится.

Мы летели и разговаривали о разных мелочах, так много значащих в жизни и украшающих ее.

– А можно вот такой вопрос, – я вспомнила разговоры с Таршем, – почему в нашей Академии не учатся вампиры? Преподают на лечебном факультете они, но адептов нет.

– У вампиров в империи свое учебное заведение, – спокойно ответил супруг, – им нежелательно учиться с людьми, и не по причине их своеобразного питания, а из-за обостренной чувствительности. В течение всего курса подготовкиих обучают контролировать себя, отключать обоняние, чтобы человеческие запахи не мешали жить. Там преподают только вампиры.

– Хирон… я присутствовала при его рождении как вампира, – поделилась я, заглядывая в темные глаза и ощущая, как начинаю тонуть в них, – Тарш и Гонорий настояли на этом.

– Не испугалась? Зрелище непривычное и своеобразное, – ответил он, – решили вас породнить, ох и хитрецы.

– А можно было определить с помощью Тарша, кто из нас троихкто? Просто интересно, он объяснял мне, что отключает свое обоняние, чтобы оно ему не мешало, но при случае возвращает его, если появляется такая необходимость.

– А для чего ставить вампиров в такое положение, чтобы они оказались в курсе одной запутанной истории? А если проговорятся? У каждого из нас есть болевая точка, надави на нее, и поневоле маг не выдержит, дрогнет и секрет перестанет быть секретом. Да и знаешь, родная, у вампиров своя жизнь. Среди них есть небольшая группа – хранители, в руках которых находятся свитки, регламентирующие отношения вампиров друг с другом по всему миру. Они все связаны, и вот представь такую ситуацию: в руки вампира попадает информация о том, что одна из адепток Академии – императорская дочь. Думаешь, он будет молчать? В разговоре с нами, человеческими магами, да, но глава клана, к которому имеет отношение этот вампир, в тот же день будет это знать, что произойдет дальше можно только предполагать. Это может быть и шантаж, и попытка использовать добытую информацию в своих целях разнообразными способами. Они никогда не пойдут друг против друга, малышка, но мы к ним не относимся.

– Погоди, значит, и Тарш, и Гонорий под подозрением? – спросила потрясенная я, – им нельзя доверять?

– Видана, ну, во-первых, Тарш является главой своего клана, он довольно давно работает в лечебнице Академии, преподает и старается не касаться скользких тем по причине уважения к императорской фамилии. Когда-то ему пришлось бежать, бросив все имущество, из одного Королевства, где на него самого и его семью объявили настоящую охоту. В империи он получил приют и возможность применить свои таланты. Он не забывает об этом, и его дети получают воспитание в этом же ключе, – лорд Тримеер задумчиво объяснял и гладил меня по голове, – Гонорий, женившись на Тариссе, надеется войти в их клан, чтобы его оставили в покое родственники из Подлунного Королевства. И потому мы решили действовать по старинке: набраться терпения и ждать, когда сможем вычислить всех вас. Чем меньше магов знало об этом, тем больше уверенности, что данная информация не перекочует в чужие карманы.

– А расскажи, что с пленными? – попросила я, понимая: не выясню сейчас, значит, узнаю не скоро.

– Пленные, адептку Дориш пока не касаемся, рассказали, что их командиры получили приказ накануне и готовились прорваться через границу, чтобы забрать вас буквально в паре верст от нее.

– Ольгерд, ты хочешь сказать, что переход был разорван именно по этой причине? – уточнила я, пытаясь собрать мысли, которые стали возникать одна за другой.

– Ну не совсем так, – загадочно улыбнулся он, – в планах похитителей переход, в котором летели вы, должен быть развалиться именно там, где вас ждал Орден смерти. А в наших планах заклятие разрыва было поставлено на десять минут раньше, Алистер его активировал в тот момент, когда произнес свою фразу: «Давайте поклянемся никогда, слышите, никогда не расставаться». Это был ключ, и твой брат великолепно справился, хоть на сцену императорского театра выпускай. Правда, пока только в массовке, но уже и это хорошо.

– Так кто нас похищал? – этот вопрос не давал всем покоя.

– Хм, в замке Рэдривел было темно, но лорд Карно, двоюродный дядя адепта Флавия Карно, который находился неподалеку, утверждает, что в замке кто-то был. А потом он отследил вспышку в одном из окон, сработал переход. Значит, тот факт, что вас в замке ждали, неоспорим, и ждали гости из Подлунного Королевства. А вот Орден Смерти получил заказ из Дальнего Королевства.

– Зачем? Им это зачем? – не поняла я.

– Ну, родная, как сказали пленные, им пообещали, если вас доставят, куда нужно, то Южный остров вернется обратно Подлунному Королевству, и они смогут там разместить свою резиденцию, – ответил супруг, – то есть мы имеем дело с попыткой создать проблему, а затем шантажировать императора. Вернем девчонку в обмен на Южный остров или отдадим ее в Подлунное Королевство, где ее жаждут видеть. Вариантов использования много, и мне думается, что использование девушки в качества источника крови, как мы предполагали ранее, самый нереальный и расточительный. А вот настоять на ее браке с представителем королевской семьи того же Дальнего Королевства вполне возможно и с точки зрения финансовой очень выгодно.

– Ольгерд, ты обмолвился сегодня об аналитической статье «Смертельное пари», о чем шла речь? Чарльз в лице изменился, услышав твое предположение.

– Хм, я прочитал эту статью пять лет назад, и когда вслед за похищением адептов произошло двойное убийство в столице, то сразу вспомнил о ней. Время покажет, но почему-то статья не выходит у меня из головы. Не пытайся ее найти, любимая, она была засекречена сразу после выхода, – посоветовал супруг, – если это то, о чем я думаю, тогда мы имеем дело с серьезной операцией, адептам в нее соваться не с руки, оставьте это дело нам, взрослым лордам.

– Мда, весело, ничего не скажешь, – расстроилась я. – Какие-то странные вещи происходят вокруг, у меня такое впечатление, что нас загоняют в угол, и оттудавыхода не видать.

– Не переживай, – поцеловал жену лорд Тримеер, – кое-кто не учитывает одного очень серьезного момента: вышивки Тамилы действительно магические, и с их помощью она создает мощное охранное поле. Ей нужно еще немного времени, и оно, сформировавшись, защитит и ее, и тех, кто рядом. Ты, может, не замечаешь, все-таки вы рядом постоянно, но Тамила окрепла за эти годы, стала сильной, и ее магические дары развиваются. Да и не будем скидывать со счетов один, безусловно, серьезный момент – она дочь двух сильных магов. И если от матушки Тамила получила дар создания волшебных артефактов, то еще неизвестно, чем ее наградил отец. Фетарх Х был талантливым заклинателем и воином. И очень хорошо, что эти пять лет она находится в Академии, в вашей группе.

– Почему? Ты говоришь так, как будто, останься сестренка на домашнем обучении, было бы все по-другому.

– Именно так. Ей нужно было попасть в подростковую среду, научиться общаться со сверстниками, принимать их такими, какие они есть. Родная моя, дар любви, впрочем, как и все остальные, развивается только в условиях постоянного преодоления. Легко любить людей, когда они тебе улыбаются, гладят по головке и говорят только добрые слова, а попробуй их научиться любить в других условиях, когда на тебя смотрят немного свысока и разговаривают сквозь зубы. Наступит день, и Тамила узнает, кем на самом деле является, но у нее не будет превосходства над обычными магами, и это самое главное достижение.

– А Локидса не по этой причине отправили учиться в Академию? – меня осенила внезапная догадка.

– Ну да, Хурин Мордерат настоял, и племянника отправили в Академию магических искусств, чтобы он научился жить среди небогатых представителей молодых магических родов. Одно дело, когда ты живешь в родительских хоромах, и перед тобой вытанцовывают слуги, и совсем другое, когда ты такой же адепт, как все: стирать белье и комнату приводить в порядок приходится самому. Конечно, он многих адептов заставил плясать под свою дудку, но далеко не все согласились на это, и юноше пришлось переломить себя и выстраивать с ними отношения. Кроме того, Локидс научился различать, кто с ним дружит потому, что с помощью богатенького избалованного мальчишки можно построить в будущем карьеру, а кто общается по причине, что он сам интересен как человек, как друг. Согласись, это дорогого стоит, а уж умение разбираться в людях вообще бесценно. Он не позволит никому манипулировать собой, да впрочем, он это давно пресекает, потому и сложности с родителями. Хурин не зря им гордился, он видел, в отличие от многих, какие перемены происходят в племяннике, и радовался им.

– Как все серьезно, – улыбнулась я, – ох уж эти взрослые лорды.

– А как же, жизнь долгая, непростая, – согласился взрослый лорд, – вот и приходится воспитывать своих родных через такой тернистый путь. Конечно, проще всего пригласил домой учителей, а как потом выросшим деткам общаться с начальством, с подчиненными? Наших будущих отпрысков ждет тоже самое, никаких поблажек, – улыбнулся он и добавил, – любимая, а мы уже прилетели.

Переход раскрылся в гостиной деревенского дома, и к нам бросился, радостно повизгивая и виляя призрачным хвостом, Монфор.

– Здравствуй, Монфор! Как мы давно не виделись, – обрадовалась я, а он, поластившись, улегся неподалеку от камина, в котором лорд зажег огонь, приглашая сесть рядом.

– Подожди, Монфор, скоро мы присоединимся к тебе, – пообещала я и направилась в детскую комнату переодеться в домашнюю тунику и брюки.

А затем мы пили чай, не зажигая света, и только огонь камина, отбрасывая огненные блики, освещал гостиную, утопавшую в сиреневых сумерках.

– Я самая счастливая на свете, – думала я, украдкой любуясь профилем мужа, – мой лорд рядом, и мне так спокойно с ним, как жаль, что завтра мы разлетимся по делам.

– Любимая, я думаю также, – улыбнулся лорд. Он протянул руку и, взяв мою, потихоньку потянул, вынуждая подняться и перебратьсяк нему в кресло, где я мгновенно оказалась в его объятиях, – ты рядом, и все заботы дня завтрашнего предоставим ему. А сегодня тихий семейный вечер, отдыхаем, набираемся сил перед предстоящей неделей и не думаем о делах.

– Ольгерд, расскажи мне… – я запнулась и покраснела.

– Сказку? – хитро спросил он, – веселую или страшную? Если честно, мне известны только вторые.

– Расскажи мне историю леди Селены, пожалуйста. Почему родственница императора вышла замуж за представителя касты воинов?

– Ах, какая Вы все-таки непредсказуемая, леди Тримеер, – рассмеялся супруг, – но так и быть, расскажу. Основное ты уже знаешь, но есть кое-что, повлиявшее на ее жизнь. Селена воспитывалась своей теткой, которая привозила девочку в дом Регины рода по ее просьбе. Конечно, все, кому положено, знали, кто отец малышки, но не она первая и не она последняя, и на всех углах об этом не кричали. Когда Селена училась в Академии, лорд Гавардер, отец Герния и ее, исчез и до сих пор числится среди пропавших, а его супруга через десять лет вторично вышла замуж и тихо живет в имении Хвойных долин, ее муж – лорд Шордель, заместитель главы канцелярии образования империи. Старая Регина умерла, а леди Виргиния предложила Селене две брачные партии: племянника правителя Королевства Черного Дракона и кузена нашего знакомца лорда Винтерса из Подлунного Королевства. Но моя кормилица проявила истинный характер Мордератов и отказалась, предложив свой вариант, а именно – боевого мага Глена Вельфдора. Бабушка вначале возмутилась, но обдумав идею Селены, нашла ее не просто здравой, а очень интересной, тем более, что она сама предложила стать моей кормилицей. Видишь ли, у них не могло быть детей, в Академии Селена серьезно заболела, магистр Тарш ее вылечил, но последствия остались. По завещанию лорда Гавардера Селене отошел дом в Фосквиллидж и определенная сумма, позволяющая ей чувствовать себя довольно уверенно, даже если бы она решила остаться одна. Они с Гленом учились в одно время в Академии, понравились друг другу, он и понятия не имел, что Селена дочь лорда Гавардера Мордерата. Вельфдоры – старинный род из касты воинов, уважаемый и обеспеченный, потому леди Виргиния и решила, что не стоит мешать их счастью, тем более, Глен знал, что детей не будет, но хотел жениться на своей любимой. И Черная Луна вознаградила их, – мягко улыбнулся Ольгерд, – подарив любимого сына. А сейчас уже и трое внуков радуют Селену и Глена Вельфдоров.

– Это радует, но все-таки, почему леди Виргиния решила не отправлять Селену заграницу? – поинтересовалась я, считая, что причина более серьезна, чем просто желание не разлучать двух влюбленных. Ведь Регина живет по принципу «полезно – бесполезно».

– Лорд Гавардер. Незадолго до своей командировки у него состоялся разговор с леди Виргинией, и она затронула тему будущего замужества Селены, он попросил не выдавать дочь заграницу, а подыскать достойную партию в империи. Когда он пропал, несмотря на поступившие предложения, бабушка решила выполнить просьбу лорда Гавардера, посчитав ее его завещанием, да и упертость Селены сыграла свою роль.

– Ольгерд, а как он исчез? Его искали?

– Видана, маг отличается от воинов и негациантов не только тем, что у него имеются способности, отличающие его от других, но и тем, что умеет их использовать в собственных интересах. Конечно, лорда Гавардера искали, но он как сквозь землю провалился. Это случилось зимой, он отправился по приглашению научного общества «Древние магические практики» на симпозиум в Королевство Водяных Лилий, где выступил с интересным докладом, участвовал в работе секции, а по окончании попрощался с коллегами и друзьями, пообещав, что обязательно напишет им письма из империи. Вот собственно и все, что нам известно. Понимаешь, с магами такое случалось неединожды. Одни прячутся от мира в Орденах, бросив все, что им когда-то было дорого, другие меняют имя, место жительства и не пользуются магией, чтобы их нельзя было найти, а третьи – погибают. Я тогда еще и на свет не родился, знаю только, что лорда Гавардера искали, но не нашли.

– Мой любимый супруг, и что, дело закрыли, и все успокоились? – я держала его лицо в своих ладонях и любовалась.

– Нет, дело не закрыто, и о лорде помнят, Мордераты ищут его. Из их рода он единственный, кто исчез таким странным образом, – коснувшись губами моих глаз, ответил он и предложил, – родная, давай закроем на сегодня эту тему. Пойдем наверх, уже поздно.

* * *

Ранним утром, появившись в своей комнате, я увидела в рассветных сумерках торчащий носик сестренки из-под одеяла и Сиршу, нагло развалившуюсяна моей подушке. Она приоткрыла один глаз и, понаблюдав за мной, спокойно закрыла, мол, место занято, да и Эфрон скоро устроит побудку, так что даже не мечтай, что я тебе его уступлю. Переодевшись в спортивный костюм, я расположилась в кресле и начала читать учебник по Артефакторике в надежде освежить пройденный материал.

Мы приступили к изучению довольно сложной темы по утверждению леди Инары, и хотя Гермита и Тамила говорили, что это не совсем так, однако усилий пришлось прикладывать всем и немало. Я настолько углубилась в чтение, что, когда раздался противный звук рога, едва не выронила учебник от неожиданности, отчего заслужила фыркающий звук от Сирши, которая, соскочив с кровати, недолго думая, перебралась на стол и улеглась у ног Вевеи.

– Ой, Видочка! Ты уже здесь, – заулыбалась Элиза, усевшись в кровати и потягиваясь, – доброе утро!

– Доброе, доброе, – ответила я, – поднимайся, сейчас побежим на зарядку. Хорошо спалось?

– Да, меня вчера вечером папа доставил, и я сразу к тебе пришла, – смутившись, поведала она, – как выходные провела?

– Хорошо, и в книжном магазине побывали, и в театре. А у вас как встреча семей прошла?

– Весело, – одеваясь, ответила сестренка, – ты представляешь, мальчишки, я про Германа и Алистера говорю, полетать вздумали и давай над кладбищем круги нарезать, так к нам помощник жреца прибежал, уберите, говорит, ваших орлов. Оказывается, к ним пожилые леди с претензиями пришли: «Нам, значит, на метлах в Фоксвиллилдж днем летать запрещено, а почему хулиганам можно?». В общем, общественность бдела и приняла меры.

И вот тут я расхохоталась, представила картинку, как чинные леди из Фоксвиллидж на метлах и посередь бела дня, придерживая свои шляпки, летают от магазинчика к магазинчику.

– Вот-вот, лорд Данглир тоже расхохотался и сказал: «Мальчишкам можно, а вот пожилым леди – ни-ни: дурной пример может оказаться заразительным, и тогда молодые леди начнут в магазинчики на метлах летать, а не пешком ходить». Ну что, на зарядку? – весело спросила она, натянув спортивный костюмчик.

И мы побежали на улицу, где на площадке уже собирались полусонные адепты и слышался смех. К нам неспешно приближалась весна, и настроение у всех было соответствующее – солнечное, радостное.

– Виданка, ты выходной выпуск «Дамского угодника» читала? – спросил меня Северус, когда я подошла к своей группе, – восхитилась принципиальностью «золотого пера» репортерского искусства?

– Читала, восхитилась, подивилась и предположила, что всему виной были грибы, ядовитые, – послушно доложилась я.

– Опять зубы друг другу заговариваете, – раздался за моей спиной голос Эфрона, – вы давайте бегом, бегом. Пример другим подавайте, а статейки потом обсудите. А то сейчас малышей обяжу в вас снежками кидать, как отбиваться будете?

И мы, переглянувшись, удрали на дистанцию, а то ведь и правда отмотивирует первые и третьи курсы, а те и рады стараться: они еще Северусу не отомстили за воспитательную беседу, а я от одной мелкой шпионки услышала, что очень хочется первому курсу немного обидеть нашего грознейшего старосту. Даже у третьего курса рецепт изготовления золота выклянчили, а Алиса им лично всю рецептуру расписала, сколько соли добавить, как долго греть, и какую жидкость лучше взять для раствора. Ждем, когда диверсанты решатся потягаться с пятым курсом, чует мое сердце, весело будет. И правда, давно мы не хулиганили, нужно и нам что-то придумать в ответ.

Убегая от адептов по дистанции все дальше и дальше, мы немного снизили темп, Леонард весело рассказывал о подготовке к свадьбе Кира и Дарии, а Гвен с Шерлосом переглядывались и над чем-то шутили. Мимо нас стремительно пролетела комета по имени Алистер Данглир, а за ним несся адепт Гемон Плинф и, притормозив, побежал рядом с нами.

– Вот длинноногий, – в сердцах бросил он нам, – попробуй его догони. А мы на выходных в трактире отца Велинки все пирожные перепробовали, сейчас даже бежать тяжело.

– Гемон, и как тебе трактир? – спросил у него Леонард, – кухня понравилась?

– Хорошо готовят, – согласился тот, – вот на выходных там и погуляем. Отпразднуем боевое крещение, да, Шерлос?

– Обязательно, завтра слетаем и предупредим, что будем, не стоит откладывать это волнующее событие еще дальше, – поддержал его брат, – а что здесь на выходных веселого было?

– Да ничего особенного, почти все разъехались по домам. Кто здесь оставался, те отсыпались да в Фоксвиллидж летали, девчонки все по магазинчикам бегали, – рассказывал Гемон, – там распродажи подарков устроили, ну они и прикупились.

Так в разговорах и завершили дистанцию, на площадке младшие курсы усиленно делали упражнения. Эфрон прохаживался между ними, ястребом поглядывая в нашу сторону, с дистанции совсем скоро должны были появиться остальные адепты.

– Агрессивный он сегодня какой-то, – предположил адепт Плинф, – гляньте, как он смотрит, подозреваю, что сейчас коршуном налетит и заклюет. Чего это с ним? Выходные плохо провел что ли? Так он дядька серьезный, я слышал, что театр очень любит, в столицу и улетал, неужели постановка не понравилась?

– У финансистов вчера часть группы вернулась поздно вечером из столицы, они совсем никакие, похоже, напились с горя. Репорта Лиеса Грейбрана убили, а он для некоторых кумиром был. Его обожали за острый злой язык и отсутствие авторитетов, – сказал Шерлос, – так что если эти адепты на дистанции, я им не завидую. У Эфрона нюх острый, и он не любит, когда адепты спиртным балуются. Давайте отойдем в сторону, целее будем.

Вот как в воду смотрел. Пока мы выполняли упражнения, подтянулись и другие адепты, закончившие дистанцию, но финансисты оказались хитрее, они где-то срезали путь и исчезли в стороне своего жилого корпуса. Эфрон, раскусив их маневр, стал еще суровее, провел зарядку и, отпустив всех, деловой походкой направился в сторону жилого корпуса, в котором размещались адепты боевого и финансового факультетов.

– Мда, ох и достанется им сейчас, – вырвалось у Гвена, – впрочем, они были в курсе его приказания. Ребят, а вы знаете, что Лиеса Грейбрана убили в десяти шагах от императорского дворца прямо напротив башни, где располагается императорская библиотека?

– Погоди, бред какой-то, – вырвалось у Шерлоса, – его убили на окраине столицы, мы как раз с Виданой от тебя вернулись, и нам небольшой допрос был устроен.

– Правильно, брат, – серьезно ответил Гвен, – убийство произошло в двух местах, отец вечером вернулся из командировки и даже успел побывать на закрытом совещании. Вчера произошло два убийства в одно и то же время, но в разных местах столицы, в центре и на окраине, вот только жертва была одна – репортер Лиес Грейбран. И что самое неприятное: на окраине видели тебя и Видану, а в центре столицы видели меня и Кевина Баррена.

– Какая-то слишком сложная схема, нагромождение событий и участников, – вырвалось у меня, мы стояли на некотором расстоянии от нашего жилого корпуса, – а в результате выяснится, что покойный жив, здоров и гуляет по пляжу в Королевстве Теней, потягивая шампанское и радуясь, что весело так всех обвел вокруг пальца.

– Нет, истинный Лиес Грейбран обнаружен на окраине столицы, а в центре столицы убили мужчину, как две капли воды похожего на него, и что самое поразительное, – Гвен стал еще серьезнее, – они родственники. Отец сказал, по исследованиям целителей покойные приходятся друг другу кузенами. Мое предложение: вечером встречаемся и посидим, помозгуем, мы не следователи, и полной информации у нас нет, но у меня одна идея возникла, может, обсудим?

Мы согласились и разбежались по своим корпусам, до завтрака и занятий оставалось всего ничего.

За завтраком в столовой все обменивались впечатлениями о событиях, произошедшими на выходных. Как оказалось, театральную постановку, на которой мы побывали, кроме нас посетили и Ардер с Ильгусом, а адепт Барнаус рассказывал о дне рождения матушки и небольшом представлении, которое подарила бабушке ее маленькая внучка, дочка старшей сестры Карла. Девочка пела и танцевала.

– Виданка, твоя бабушка леди Амилен на пару с моей маман прослезилась, – улыбаясь, рассказывал он, – и все сокрушалась, что не скоро сможет увидеть подобное от своих малышек, которые появятся на свет только осенью. Но особо они переживают, что у леди Амилен нет внука, вот бы и помолвку заключили с Аделиной.

– Ой, наивные, какие же вы наивные, – расхохотался Северус, – уже два раза прокол случился, пора идею отбросить как негодную и успокоиться.

– Ну почему ты так говоришь? – недоуменно спросил у него Карл, – хочешь сказать, Барнаусы никогда не породнятся с Тримеерами?

– Карл, чем больше прикладывается для этого усилий, тем меньше шансов, что сие долгожданное событие случится. Это магия. – Спокойно ответил наш мудрый староста и посоветовал, задумчиво поглядывая на друга, – отпустите ситуацию, если вашим семьям положено породниться, все произойдет в свое время и самым наилучшим образом. Да тебе это любой специалист по родовым отношениям скажет. Мне не веришь, проконсультируйся у леди Оливии Эрмитас или у самого ректора.

– Может, ты и прав, – согласился адепт Барнаус, – лорд Генрих Тримеер что-то подобное моему отцу за покером сказал, а отец нашего ректора, лорд Аргон Эрмитас, его поддержал. А вообще, день рождения старшее поколение здорово отметило, лорды закрылись в маленькой гостиной и в карты рубились, а леди то песни пели, то танцевали.

– А ты что делал? – спросил у него Ильгус.

– С мужчинами посидел немного и к себе ушел, в книжном магазине «Букрай», что в центре столицы, поступление было, я несколько книг прикупил и читал все выходные.

– Да? А интересно, не тебя ли я видел в театре на дневном представлении для подростков, – насмешливо спросил Ильгус, – меня родители с младшим братом отправили компанию составить да проконтролировать. Смотрю, и глазам своим не поверил…

– И что такого? – краснея, спросил Карл, – да, был. Тоже компанию составлял и контролировал.

– И как, Алисе представление понравилось? – спросил Северус, пряча хитрющую улыбку в глазах.

– Лично мне понравилось, хорошая постановка. Восходящая звезда театральных подмостков – выпускница Академии Радогона Северного и ученица самого Брюса Блэкрэдсана Дива Зласкис – была просто бесподобна, – ответил адепт Барнаус, – и Алисе тоже понравилось.

– Вот и чудненько, – улыбнулся староста, – это самое главное. Нужно будет тоже выбраться на спектакль, уж больно его расхваливают. Пойдемте, через двадцать минут пары начинаются, выходные закончились и хорошо, как-то скучно было нам тут без всех вас.

* * *

Аудитория Бытовой магии милостиво распахнула дверь перед нами только после того, как староста тяжко вздохнув произнес: «Да свои пришли, свои. Хорош фанабериться». Расположившись за столами, мы приготовились к любому развитию событий, особенно если учесть странное поведение двери. И они не заставили себя ждать. Леди Альфидия с грозным видом прошествовала к преподавательскому столу и, опустившись в кресло, что при нас сделала впервые, обвела взглядом адептов.

– Добрый день, адепты. Я вот что подумала: по результатам нашего турнира желательно отрядить парочку человек ко мне на спецкурс. И не возмущайтесь! – Повысила леди голос, а затем расстроено всплеснула руками, – вот вам жалко что ли старушку порадовать? У меня много лет не было учеников, и я решила положить этому конец.

– Мда, а вот не зря Вы прибедняетесь, леди, – мгновенно в моей голове всплыла эта мысль, и я быстрехонько закрылась от ярко-фиолетового луча, брызнувшего из глаз истинной леди Альфидии, которым она, не торопясь, поплыла по нашим душам. – Что-то Вы такое заметили на турнире, что кровь из носу, но жертву нужно прибрать к своим загребущим ручкам.

Стройная леди смотрела на меня с усмешкой, как бы говоря: «Я знаю, что ты видишь меня, и потому предупредительно закрылась, но тебя это не спасет».

– Итак, кто готов начать обучение на «Ведьмологии» в следующем семестре? – спросила она и раскрыла журнал группы, – я начну называть фамилии по порядку, адепт встает и говорит, согласен он или нет. Если нет, то называет причину.

Группа молчала, каждый срочным порядком придумывал причину отказа, а леди опустила глаза к журналу и начала покрываться красными пятнами.

– Староста Дейдрис, – рявкнула она, – что все это значит? Вы издеваетесь надо мной? Что вы о себе возомнили? – бушевала леди Альфидия, – последний раз так безобразничала группа двадцать лет назад, но вам до них слишком далеко. Они были самые талантливые, умные и выхватывали знания сразу, не успевала я и рта раскрыть. А вы – их жалкое подобие…

– Да что случилось? – подскочил Северус, – леди Альфидия, о каком таком безобразии Вы говорите?

– Вот, полюбуйтесь, староста, – на стол перед нами шлепнулся журнал пятого курса факультета практической магии, где все фамилии были залиты золотой краской, и через нее они как светлячки по очереди высвечивались. Друг за другом, черными чернилами на золотом фоне появлялись и исчезали. – Может, объясните, что все это значит?

– Ух ты, – только и вымолвил староста и развернулся к группе, – а каким образом наш журнал в руки другого курса попал? Кто его сегодня из преподавательской забрал? Карл, твоя работа?

– Ну, забрал, и что такого? – пожал тот плечами, – принес и на стол положил, нет, чтобы спасибо мне сказать, так ты еще с претензиями.

– А почему ты вдруг решил журнал взять и принести? – ласково спросил Северус.

– Так за компанию со старостой третьего курса дошел до преподавательской и решил взять, коль уж я там оказался, – нехотя признался адепт Барнаус.

– Хорошо, а как наш журнал в руках старосты третьего курса оказался? – ласково продолжал допрос адепт Дейдрис, – по какой такой причине?

– Я попросил его подержать и отлучился буквально на минуту, – побурел Карл, – а что не так-то? Что случилось? Прекрати допросы устраивать, вы с Виданкой как два сапога пара стали, то она допросы ведет на парах, а сейчас и ты туда же.

– А ты мне зубы не заговаривай, дружок, не нужно. Полюбуйся, что с журналом сделали, причем бьюсь об заклад, Алиска тебя заклинанием в мужскую комнату отправила, а кто-то из первачков над журналом поколдовал. Войну мелкота нам объявила, давай возвращай журнал в нормальное состояние. Я могу и сам, но понимаешь, друг мой, это уже дело принципа, – спокойно высказался староста и положил перед адептом журнал, – дерзай, я в тебя верю. Да что там, мы в тебя все верим.

– Вот ведь… – вырвалось у Карла, когда он увидел журнал, – а я думаю, зачем эта ведьмочка меня потащила в преподавательскую. «Боюсь старшекурсников, проводи меня», – а ей наш журнал был нужен…

– Вы слишком много говорите, – сухо заметила леди Альфидия, – поспешите, адепт Барнаус. Сколько времени потратили впустую, столько на перемене и задержу.

Адепт Барнаус парой заклинаний убрал всю краску из журнала и, приведя его в обычный вид, с понурым видом отнес на преподавательский стол.

– Ну что, начнем, пожалуй, – произнесла леди, потирая руки и нацелившись на фамилии в журнале.

– Да зачем, леди Альфидия, – раздался голос адепта Туалена, – берите Барнауса. Ему этот спецкурс жизненно необходим, а то ведь так и будет Алиска баловаться и адепта подставлять, вот он после обучения и нейтрализует все ее замыслы.

– Но мне мало одного, – заявила леди, входя во вкус и почуяв какую-то слабину, – еще бы парочку.

– Леди Альфидия, тогда будут хулиганства в стиле двадцатилетней давности, – скромно поведал староста, уловив некоторое смятение в ее голосе, – адептка Тримеер все у мужа выяснит, и будет Вам хулиганская группа дубль два, а на подходе дубль три, да и дубль четыре совсем не за горами. Мелкие наглецы не побоялись на старшекурсников с выходками пойти.

– Адепт Северус, это Вы у нас о Тайной канцелярии мечтаете? – вредным голосом уточнила она, – оно и видно, там Вам, голубчик, самое место. А в ученицы я хочу: Гермиту Аурелию, Видану Тримеер и Тамилу Рамон, уговорите их, и я отстану от вашей группы. Да, Барнаус лишним тоже не будет, согласна с Вами, адепт Туален.

– Нет! Так не пойдет, – не согласилась я, – мы с Вами об этом уже говорили. Леди Альфидия, давайте ближе к теме сегодняшнего занятия. Нам учиться хочется. За дни турнира по знаниям и преподавателям соскучились.

– А вот решим вопрос с моими будущими аспирантами и начнем проходить материал, – неуклонно заявила леди.

– Леди Альфидия, – взметнулась вверх рука адепта ВеспасианаТосгия, а затем он и сам поднялся.

Это был на редкость стеснительный юноша из небогатой, но древней семьи ведунов. Они жили неподалеку от деревни Фоксвиллидж, и потому адепт после занятий всегда отправлялся домой.

– У меня нет никакого права Вам указывать, но я готов пойти к ректору и написать докладную записку по этому случаю. И Вы, и я знаем, что силком в «Ведьмологию» никого тянуть нельзя, это нарушение вселенского закона силы. Маг сам выбирает свой путь, а не на аркане следует по нему.

– Веспасиан, записывайтесь ко мне на спецкурс, и я оставлю группу в покое, – милостиво согласилась леди, и ее лицо стало таким довольным, что до меня моментально дошло, весь спектакль и затевался только ради этого, ну может быть, еще и Гермиты Аурелии.

– Простите, леди, это исключено, – твердо произнес адепт, – Вы прекрасно знаете, что мои родители никогда не согласятся на подобное. И потом, у меня уже есть учитель.

– Я знаю, – прервала леди юношу, – и хотите сказать, Ваш дед будет против моей кандидатуры?

– Леди Альфидия, мне больше нечего сказать, и если Вы желаете узнать мнение моего деда, пообщайтесь с ним сами, – адепт сел обратно за стол и упрямо смотрел на преподавателя.

– Вы такой же упрямец, юноша, как и Ваш дед, – вспыхнула леди Альфидия, – он обо мне такого плохого мнения, что не позволит старшему внуку проходить углубленное обучение под моим руководством?

– Все вопросы к нему, а я отказываюсь их комментировать, а тем более отвечать на них, – спокойно ответил Веспасиан, – его отношение к Вашей персонеВам хорошо известно.

Мы сидели и переглядывались, как, однако, интересно получается, адепт Тосгий был скрытным малым. Вежливый, спокойный, он присутствовал с нами на занятиях, но в жизни группы не участвовал. Может, оттого, что жил дома, а может, была и иная причина. Но сейчас мы увидели его совсем другими глазами и ненавязчиво наблюдали за какой-то странной перепалкой преподавателя и адепта. Она была без слов, глаза в глаза, а в воздухе появилось странное ощущение тяжести, начавшее давить на нас.

Я перенесла все внимание на леди, ее истинная сущность как-то вся подобралась, будто приготовилась к прыжку, лицо стало замкнутым, а глаза вспарывали аудиторию, но не могли прорваться сквозь адепта. Удивительно, Веспасиан был совершенно спокоен и закрыт, продолжая смотреть на леди. Переведя взгляд на Веспасиана, я сосредоточилась, видя его открытый и бесхитростный взгляд, адепт Тосгий был тем, кем являлся на самом деле.

– Как, должно быть, он меня ненавидит, – бессильно прошипела леди Альфидия, – и как Вы похожи на него. Не внешне, нет, характером, поведением, даже голосом…

– Леди Альфидия, пожалуйста, не придумывайте, – попросил адепт, улыбнувшись глазами нам с Северусом, – вся так называемая ненависть только в Вашей голове и не более. Мне что-нибудь передать деду?

– Записывайте тему лекции, – произнесла она, не отвечая на его вопрос. Истинная сущность была растеряна, в глазах стояли огромные слезы, – «Магическая чистка жилища», и приступим к одной из самых важным тем в бытовой жизни. Почему важных, спросите вы? Да потому, что жилище для человека является тем самым местом, где он может приклонить голову, отдохнуть от забот и спрятаться обессиленный от грозных и недружественных ветров, витающих за его стенами.

– И начнем с самого простого – уборки. Внимательно просмотрим вещи, что имеются в нашем доме, и далее: все треснувшие чашки, плошки, тарелки выкидываем, через них в нашу жизнь вползают бедность и отчаяние. Одежду также необходимо пересмотреть, и если имеется такая необходимость, перестирать, все дырки обязательно зашить или заштопать. Если вещи в хорошем состоянии, но носить вы их не будете по какой-либо причине, то здесь два варианта: либо распороть и перешить, добавив необходимый кусок ткани, либо отдать в канцелярию помощи, чьи пункты приема есть по всей империи, но обязательно предварительно простирав и приведя в надлежащий вид. Вообще я предлагаю нашим адепткам небольшой спецкурс на сто часов, он называется «Экономная хозяйка», как увидите объявление на доске главного корпуса, милости прошу, записывайтесь.

– Леди Альфидия, – Гермита подняла руку, – а о чем идет речь на названном Вами спецкурсе? Можно чуть приоткрыть завесу и небольшой обзор устроить?

– Если только группа не возражает, – обвела она всех задумчивым взглядом, группа не возражала. – На этом спецкурсе я учу девушек, как с минимальными затратами перешить одежду, а те же треснутые чашки и тарелки использовать в хозяйстве. Например, разбив их на мелкие части, использовать при украшении бордюров в саду или глиняной изгороди. А отделка старинного стола, сделанного руками любимого дедушки? Всю столешницу выкладываем осколками как мозаикой, получается необычно и удивительно. Секретов много. Как при минимуме продуктов приготовить полноценный обед из трех блюд, – рассказывала леди, – и как при занятости поддерживать порядок в доме, приходите, и вы об этом не пожалеете, обещаю.

– Леди Альфидия, – удивленно заметил адепт Барнаус, – а зачем это девушкам знать? Разве недостаточно иметь дома слуг, а они все будут делать.

– Милый мой, Вы глазки раскройте и оглядитесь по сторонам, – неожиданно холодно заявила она, – не все адептки из семей богатых, имеющих возможность нанять слуг. И кроме того, слуги из касты мастеровых, откуда им знать особенности ведения дома в магических семействах, если сама хозяйка не объяснит и не научит?

– Так что получается, – побагровел от ее тона Карл, – даже если в доме есть слуги, хозяйка должна все знать и уметь?

– Конечно, Карл, – смягчилась леди Альфидия, – и знать, и уметь, и быть в состоянии этому научить служанку. Но у большинства, уж поверь на слово, и этого не будет.

– Почему, из-за бедности? – упрямо выяснял Карл, – так в основном магические семьи небедны.

– Адепт, чем больше слуг, тем выше вероятность, что в Ваш дом может проникнуть шпион под видом слуги. Он будет все слышать, видеть и доносить своим истинным хозяевам, отправившим его в дом мага, – пояснила леди, – именно по этой причине в известных мне магических домах слуги являются фактически членами семьи.

– Хм, Вы тоже поклонница заговоров? – вопросил адепт Барнаус, а леди, удивленно взглянув на него, пожала плечами и обратила внимание на группу.

– Продолжаем, итак, из дома удалили все порванное, ветхое, треснутое и приступаем к мытью окон и полов. Но вначале чистым веником обметаем полоток и все углы на нем, чтобы удалить паутину. А затем готовим воду для мытья, не забывая добавить в нее настой трав, таких как шалфей, полынь. Ну кому что нравится, – улыбнулась она, – после того как отмыли окна и полы, необходимо обязательно окурить помещение, для чего берем следующие травы: шалфей, можжевельник, зверобой, полынь, только не все сразу, а какую-то одну. Берем пучок трав и поджигаем один край, а когда он разгорится, задуваем огонь, и пусть связка дымит. Обязательно над ведром воды, безопасность никто не отменял, мало ли что, так и дом спалить недолго. Как начнет дымить, обходим комнаты по часовой стрелке с восточного угла к центру, чтобы наполнить их дымом.

– А что лучше все-таки взять? – спросил Ардер, подняв голову от свитка, – и как часто это нужно делать?

– Адепт, сильнее всего дымит шалфей, но запах приятнее у можжевельника, – поделилась леди Альфидия, – а проводить такую очистку я рекомендую четыре раза в год, в начале каждого сезона, одновременно с проведением генеральной уборки.

– И что это нам дает? – уточнил Ильгус, – сейчас я понимаю, почему к бабушке приезжаешь, а в доме можжевельником пахнет и ощущение, что воздух в ее доме чистый-чистый, и уходить совсем не хочется.

– Вот Ваш пример как раз и свидетельствует о том, что бабушка регулярно очищает дом, и оттого он становится уютным, светлым, если Вы понимаете, о чем я, – со спокойной улыбкой смотрела леди на адепта Туалена, – это сродни проветриванию жилища, только более качественно. Можно распахнуть окна, и запахи покинут его, но негатив, что образуется, когда мы ссоримся, переживаем, ведь у нас у всех есть потери, боль от непонятных отношений с ближними, его нельзя просто так убрать. Наши эмоции, раздраженные мысли, они витают рядом с нами и оттого влияют на жильцов в доме, провоцируя дальнейшие ссоры, усталость и раздражительность, а следствием этого становятся болезни, утечка денег и, что совсем нередко, развал семьи.

– Все так серьезно? – удивляется адепт, переглянувшись с соседом по столу, адептом Барнаусом, – неужели именно с этим связан обычай травы в доме пучками развешивать?

– Конечно. Ты любишь ночевать у бабушки в доме? – спрашивает леди, – что там висит?

– Ну, в городском доме такое не повесишь, – отвечает Ильгус, – а у бабушки на кухне и в спальне, над кроватью, висят пучки шалфея и полыни.

– Какая у Вас адепт бабушка мудрая, – восхитилась преподаватель, – эти две травы великолепно дополняют друг друга. Шалфей изгоняет последствия ссор, переживаний, а полынь дочищает все, что осталось после него.

– Погодите, леди Альфидия, а вот сразу такой недоуменный вопрос: окурили помещение, а затем так и оставить? – Ардер решил докопаться до сути, – или проветрить?

– Адепт, Ваша любознательность и желание разобраться радуют меня все больше и больше, – сообщила ему леди, – окурили, даем постоять, чтобы дым трав сделал свое дело, а затем распахиваем окна и полностью проветриваем. Вам стоит сделать это два-три раза, и сами поймете, как долго держать дым в комнатах и сколько потребуется для проветривания. Опыт – великое дело, дерзайте, адепты, и у вас получится. На сегодня мы заканчиваем, домашнее задание записываем: учебное пособие по «Бытовой магии», главы с пятой по восьмую, краткий конспект и подготовка к семинару. Вопросы после каждой главы проработать, – продиктовала леди и отпустила нас восвояси.

* * *

– Веспасиан, а что произошло в начале лекции? – спросил Леонард, когда мы, покинув аудиторию, шли по коридору в сторону кабинета, где через несколько минут должна начаться пара по «Родовой магии», – почему леди так взорвалась?

– И мне показалось, что весь спектакль она устроила из-за тебя, ну может, еще Гермиты Аурелии, – добавила я.

– Вполне возможно, – согласился адепт Тосгий, – они учились вместе с моим дедом. Конкуренты еще с академической скамьи, сколько лет прошло, никак между собой не разберутся, а страдают все вокруг, – неожиданно с болью вырвалось у него.

– Значит, их отношения отнюдь не отношения конкурентов, а что-то более близкое и оттого болезненное, – предположила я.

– Они родители Латоны, – негромко ответил Веспасиан. Мы стояли у окна в коридоре, кабинет был закрыт, и адепты нашей группы разбрелись по коридору, – он мой приемный дед. Когда родители моего отца погибли в одной странной истории несколько десятков лет назад, он забрал его и воспитал. Дед всегда любил и продолжает любить леди Альфидию, да и она, как мне кажется, совсем неравнодушна к нему, но в какой-то момент обиделась, приревновала к приемышу и, забрав дочь, хлопнула дверью.

Что-то странное, царапающее душу было в его словах, но что, я пока не могла понять и потому просто спросила:

– Как она забрала дочь и ушла, а клятвы на брачной церемонии?

– Они не были женаты по брачному обряду. Как я понял, леди Альфидия жестко отстаивала свое право на такую свободу, она думала в какой-то момент вообще затвориться и заниматься только магическими практиками. Потому у деда не было возможности предъявить права на Латону, и кроме того, он надеялся хоть каким-то образом общаться с ней.

– А они общаются? – уточнила я.

– Да, только леди Альфидию не ставят в известность. Дед регулярно навещает дочь и внуков, очень уважает ректора Дария Кира и даже подумывал отправить меня учиться в его Академию, но потом решили, что будет лучше, если я буду рядом с домом, – поведал юноша и, посмотрев на меня, спросил, – а ты догадываешься, зачем я тебе все это рассказываю?

– Твои дед и бабушка погибли в замке Рэдривел? – от осознания этой мысли, внезапно пришедшей мне в голову, пересохло горло, и я с трудом произнесла фразу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.