Веселый Насреддин
100 анекдотов в стихах
Валерий Георгиевич Анишкин

© Валерий Георгиевич Анишкин, 2021

ISBN 978-5-4483-8468-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Стихотворное переложение иноязычных текстов, будь то сонеты Шекспира или дву- или трех-стиший Омара Хаяма, требует от взявшегося за этот нелегкий, хотя и увлекатель -ный труд, не только технического мастерства, но и проникновения во внутренний мир нужной культуры. Чужой до тех пор, пока между культурами не найдены точки соприкосновения. Для этого надо не просто знать историю другой страны, но и находить в ней то, что является общим для всех людей разных наций. Именно такой сочувственный интерес к фольклорной мудрости народов Средней Азии, выраженной в истории о Ходже Насреддине, проявил автор сборника (цикла?) «Веселый Насреддин». Мы знакомы с этим персонажем, главным образом, по прозаическим переводам с таджикского и узбекского языков, а также по кинофильму об этом мудреце Востока. В нем собраны все характерные черты национальных культур этих народов.

Отражение средствами русского стиха специфических особенностей восточного мышления, насколько мне известно, одна из редких попыток ввести в русский поэтический мир смысловые и интонационные особенности восточной словесности. Чеканность и экономичность стихотворной строки дает возможность заострить остроумные и обличительные смысловые сказания о любимом и русским читателем Молле Насреддине.

В своих стихотворных переложениях анекдотов о Ходже Насреддине автор старался держаться характера мышления народов арабско-персидского мира и Среднего Востока. Поскольку в Восточной традиционной поэзии нет рифмы, он позволил себе чередование рифмованных и нерифмованных строчек, заботясь, главным образом, о том, чтобы передать ритмику и особую лукавую интонацию преданий о любимом герое Востока Насреддине.

Одни стихотворные переложения автору очень удались, в других смысл несколько расплывчат, но в целом собрание ритмически организованных текстов вызывает интерес, не ослабевающий от первой до последней страницы.

Думается, сборник (цикл?) «Веселый Насреддин» станет хорошим подарком для тех читателей, которые ценят юмор, и послужит оживлению угасающего, к сожалению, чувства дружбы народов.

В. Протасов,

член Союза российских писателей.

От автора

Анекдот – это небольшой забавный смешной рассказ или, если следовать В. Далю, короткий по содержанию и сжатый в изложении рассказ о занимательном или забавном случае.

Первоначально термин анекдот толковался, как короткий рассказ о забавном происшествии из жизни исторической личности и впервые был использован в VI в. (сатирическая «Тайная история» Прокопия). Позднее анекдотом стали называть всякое короткое повествование шуточного характера. Особенно анекдоты получили развитие в эпоху Возрождения, а в России стали распространяться во второй половине XVIII в.

Для анекдота характерным является неожиданная и остроумная концовка.

Анекдоты переходят из уст в уста, являются произведениями народного творчества и часто связаны с известными историческими или легендарными личностями.

Анекдоты, связанные с именем Моллы Насреддина, давно вышли за пределы его родины Азербайджана. Говоря о популярности анекдотов о Молле Насреддине, ученый В. А. Гордлевский¹ писал, что в Турции, в Румынии, в Сербии, в Крыму, в Закавказье, в Чечне – всюду знают Насреддина. У горцев, у армян, у арабов и т. д. Насреддин – популярная личность, а персы утверждали, что он был персидским подданным.

Молла известен под разными именами: Ходжа Насреддин, просто Насреддин. Мы знаем Насреддина как Моллу, что не означает духовного звания. В Азербайджане моллой называли всех образованных людей.

Никто не знает, существовал ли Молла Насреддин на самом деле.

Часто анекдоты о Молле Насреддине связаны с именем Тимура, но это не значит, что прототип Моллы жил в эпоху Тимура, хотя часто анекдоты о Молле и Тимуре являются основой действительных событий, но вероятнее всего происходили с другими историческими лицами. Тот же В. А. Гордлевский относит существование прототипа Моллы Насреддина к XVIII в. и считает, что это был азербайджанский ученый Хадж Насирэддин Туси.

Молла высмеивает Тимура и говорит ему правду, которую никто больше не осмеливается сказать. Но Молла высмеивает не только правителя Тимура, но и его приближенных, которых он называет «придворными воронами». Хотя Молла часто предстает перед нами немного глуповатым, на самом деле он умен и находчив. Молла всегда выходит из любого трудного положения, в которое его пытаются поставить судьи-кази, а иногда сами судьи поручают ему дела, которые им бывает разрешить не под силу. Молла нарочно притворяется дурачком, на первый взгляд глупыми вопросами и ответами он разоблачает взяточничество, корыстолюбие и жадность судей.

Несмотря на то, что анекдотам о Молле Насреддине несколько сотен лет, интерес к ним не ослабевает и в наше время и они актуальны потому, что разоблачают вечные человеческие пороки: властолюбие, подхалимство, корыстолюбие, невежество, жадность, лживость.

ОЦЕНКА ПРАВИТЕЛЯ

Молла с Тимуром мылись в бане.

Велась беседа, мудростью пленя.

Спросил Тимур: «Во сколько, между нами,

Ты смог бы, скажем, оценить меня?»

Молла сказал: «Да так, туманов² десять»

Тимур ответил: «Уморил!

Один мой фартук стоит денег этих!»

«Про фартук я и говорил»

ЗЕМНОЙ ИЛИ СВЯТОЙ?

Пришел Молла однажды во дворец:

Просители сидят все на полу.

И лишь Тимур в величии своем

С тахты высокой смотрит на Моллу.

Молла пал ниц и говорит Тимуру:

«О, здравствуй Боже, наш Творец!»

«Молла, – прервал его правитель, —

«Ты не ошибся? Здесь дворец!».

«Прости! – Молла на миг смутился —

Я не узнал тебя, святейший Азраил!³»

«Какой я Азраил?! – взревел правитель, —

Ведь я Тимур! Ты что, забыл?»

«Ах, ты не Азраил, – Молла промолвил. —

И ты не Бог всевышний, не Аллах?

Тогда спустись, садись со всеми,

Зачем же ты сидишь на небесах?»

Находчивость Насреддина

Нашел Молла однажды клад,

А клады – собственность Тимура,

Хотел припрятать – не посмел:

Тимур узнает – спустят шкуру.

Про клад жене он рассказал,

А та по-своему решила:

Тайком взяв золото, в кувшин

Тяжелый камень положила.

Войдя к правителю, Молла

Без слов, не ведая сомненья,

Открыл кувшин, и по дворцу

Пронесся ропот возмущенья.

Молла тотчас сообразил,

Что с золотом его случилось,

Но, не смутившись, попросил:

«Правитель, окажи нам милость!

В моем селении нет гирь,

А только камни в разновесьи⁴,

И этот камень я принес,

Чтобы его, Тимур, ты взвесил».

КТО УДАЧЛИВЕЕ

Молла был наделен умом,

Но не отмечен красотою,

Насмешки стойко принимал

И сам смеялся над собою…

Решив потешиться охотой,

Тимур дворец оставил свой,

С версту со свитою проехал

И повстречался вдруг с Моллой.

Взглянув в лицо его, подумал:

«Уж если встретился урод,

То, по примете, жди несчастья —

C охотой мне не повезет».

Моллу отправили в темницу:

Как говорят, на то и власть.

Однако, вопреки приметам

Охота у Тимура удалась.

Тимур Моллу освободил,

Сказав: «Ты мне принес удачу!»

Молла на это отвечал:

«Да, обернулось все иначе!

Несчастье ведь принес мне ты:

Когда с тобой я повстречался,

Я шел, чтобы добыть еды,

Но так голодным и остался».

НАГРАДА ЗА ИНЖИР

Инжира спелого Молла

Набрал в глубокую корзину

И во дворец как дар понес,

Надеясь на награду Господина⁵.

Слуга у входа во дворец,

Решив хоть как-то отличиться,

Отнял корзину у Моллы,

А самого упек в темницу.

Молла в награду за инжир

Неделю просидел в неволе,

Пока правитель посетить

В тюрьме сидельцев соизволил.

«Молла, – спросил, – за что сидишь?»

«Да за инжир, будь он неладен».

«Да-да, я помню, ел инжир,

И был он спел, на вкус приятен.

Так что ты хочешь за инжир?

Ты пострадал, то мне укор!»

«Да ничего, – Молла сказал. —

Дай только мне топор».

Тимур был просьбой удивлен:

«Молла, зачем тебе топор?»

«Чтоб с корнем вырубить инжир,

Когда приду в свой двор».

МОЛЛА – ПЕРЕВОДЧИК

При Насреддине во дворце,

Посла однажды принимая,

Тимур визирю наказал

Служить ему, всемерно ублажая.

В усердном рвении посла

Неделю потчевали птицей:

То куропатка, то фазан,

А к ним приправы и горчицы.

Но и изысканное блюдо

Нам тоже может надоесть,

Когда его мы всю неделю

Без перерыва станем есть.

Из кожи лезли повара—

И блюд из птиц не убывало.

Послу хотелось очень есть,

Но дичь душа не принимала.

Посол по-своему «мычит»:

Говяжью просит отбивную,

Но ни диван⁶, и ни визирь

Не понимают речь чужую.

Зовут Моллу: «Иди скорей!

Спроси, что иноземцу нужно?»

А тот рога изобразил

И заревел быком натужно.

Молла визирю доложил:

«Я понял все, достопочтимый!

Пошлите за Тимуром поскорей,

Гость хочет видеть Господина».

ТИМУР И НИЩИЕ

Тимур позвал Моллу и говорит:

«Составь мне список нищих,

От них давно избавиться пора,

Чтоб стал наш город чище».

Молла достал бумагу и перо

И первым в список внес Тимура.

«Да ты совсем с ума сошел! —

Сказал правитель хмуро. —

Я что, Молла, на нищего похож?»

«Конечно, только ты наглей:

Они берут, что им дают,

А ты все отнимаешь у людей».

ДУРНОЙ ПРИМЕР

На небольшом клочке земли

Молла с усердием трудился,

Был урожай не так велик,

Но кое-как мудрец кормился.

Однажды староста с усмешкой

Сказал Молле: «Зачем ты лгал?

Про пятьдесят пудов пшеницы?

Ведь ты пятьсот пудов собрал!»

Молла стал спорить, но без толку —

Богатый бедных не поймет!

Решил: пойду к Тимуру в город —

Кто прав он быстро разберет.

Ну, а Тимур не стал и слушать,

Кричал: «Тебе не стыдно лгать?

С аршин ты бороду имеешь,

А совести за нею не видать!»

Молла поник, пошел к двери:

Что толку с сильными тягаться?

Тимур его остановил:

«Как? Ты не хочешь оправдаться?»

«А что мне старосту винить? —

Сказал Молла. – Всему причина

Пример, который подают

Те, кто его повыше чином.

Ты сам ведь бороду мою

Назвать аршинною изволил,

Тогда и старосте не грех

К пяти с нулем добавить нолик?»

Что заслужил, то и получил

В селенья боевых слонов,

Как повелось, определяли,

Чтоб обеспечить их прокорм.

Но от слонов поля страдали.

В селении, где жил Молла,

Решили богачи отправить

Моллу к Тимуру и просить

Селенье от слона избавить.

Молла упрямиться не стал;

Поддавшись лживой лести,

Сказал: «К Тимуру я пойду,

Но только с вами вместе»

Идет Молла, и богачи

За ним стараются держаться,

А у Тимура во дворце

Такие же ходатаи толпятся.

Всех принимал Тимур и слушал,

Но все сводилось к одному:

Просителя охранники хватали

И прямиком вели в тюрьму.

Молла со страхом понимает,

Что очередь доходит до него,

А богачи все разбежались,

Его оставив одного.

Молла, пытаясь затеряться,

Стал тихо пятиться к двери,

Но туг Тимур его заметил:

«Куда? Пришел, так говори!»

«Правитель! – вымолвил Молла,

По доброте твоей безмерной

Ты, посылая нам слона,

Ошибку допустил, наверно».

«Как смеешь? – закричал Тимур, —

Что, захотел в темницу?»:

«Ты не гневись, – сказал Молла, —

И разреши мне объясниться.

Ты дал нам чудного слона —

Деревня в нем души не чает.

Всё хорошо, но он один

И без товарища скучает».

Молла правителя растрогал,

И тот с улыбкою сказал:

«Ну, хорошо, пришлю слониху,

Чтоб слон ваш больше не скучал».

А дома у Моллы спросили:

«Ну что же, дело удалось?

«Да, удалось, но мне слониху

Вдобавок выпросить пришлось».

«Да как тебе, Молла, не стыдно? —

Сельчане бросились к Молле. —

Что делать нам с двумя слонами?

Как жить теперь в таком селе?»

Молла сказал: «За что стыдите?

Я чуть не угодил в тюрьму.

Ведь без поддержки у Тимура

Пришлось мне отдуваться одному».

Нужен мудрый правитель

В одном из городов Востока

Правитель так народу досадил,

Что свергнут был он, и в темницу

Со стражей вместе угодил.

Тимур войска на усмиренье

Послал, но город устоял,

И как властитель ни старался,

Мятежный город он не взял.

Зовет Моллу, другим не верит,

И говорит: «Молла, как быть?

И сколько воинов поставить,

Чтоб город этот усмирить?».

Молла Тимуру отвечает:

«Не надо боя, повелитель,

Там не войска тебе нужны,

А просто мудрый управитель».

МАЛЕНЬКИЕ ДВОРЦЫ

И БОЛЬШИЕ КУХНИ

Молла всю жизнь на дом копил.

Построил, Господу хвала.

Дом небольшой, а кухня в нем

Совсем уж крохотной была.

Решив поддеть Моллу, Тимур

Пришел к нему со свитой

И говорит: «Молла, мои слова

Не принимай с обидой.

Дом для тебя совсем неплох,

Есть даже кухня в нем,

Да только в кухоньке твоей

Не разойтись вдвоем».

«Все просто, – объяснил Молла, —

Мы ж на тебя должны молиться!

И чтобы ты роскошней жил,

Я должен как-то потесниться».

«На мудреца довольно простоты» —

Нам эту мудрость жизнь диктует,

Ведь иногда не острый ум,

А просто хитрость торжествует.

МОЛЛА И ВОРЫ

В один погожий день

Молла поехал на базар.

Купил козу, а для удобства

Ее к палану⁷ привязал.

Осла лениво погоняя,

Молла невольно задремал,

Ну и, конечно, не заметил,

Как вор козу его украл.

Погоревал Молла и путь

Продолжил: скоро вечер,

А вор, как будто невзначай,

Вдруг попадается навстречу.

«Привет тебе, Молла – ага!

Да ты расстроен, что с тобой?

Случилось что-то? Вижу я,

Ты, вроде, сам не свой!»

Молла все вору рассказал.

Тот, словно, ничего не зная,

«Я видел вора, – говорит-

Беги скорей за негодяем!»

Так хитрый вор увел осла,

Вернуть потерю – нет надежды.

«Но хорошо, – вздохнул мудрец, —

Что не лишился я одежды».

Но мы вольны предполагать,

А Бог судьбой располагает.

Нам хочется, чтоб было так,

А так как хочешь, не бывает.

Идет Молла, а у колодца

Какой-то человек стоит

И плачет горьими слезами,

И броситься в колодец норовит.

Бедняга с горечью поведал,

Что разорен и сохранил

Всего мешочек с золотыми,

И тот в колодец уронил.

И просит: «Ты за половину

Со дна мне золото достань,

А чтоб не намочить одежду,

Ты наверху ее оставь».

Молла полез, обшарил дно:

Нет ничего в колодце.

Кричит: «Тяни меня наверх!»

Но крик лишь эхом отдается.

Сам вылез кое-как и видит:

Одежды у колодца нет,

На небе звезды и луна,

А «богача» простыл и след…

Молла известен был умом,

Но забывал он – вот беда,

Что хуже глупости бывает

Доверчивость и наша простота.

Вороны из придворных

Однажды соколиную охоту

Тимур затеять вдруг решил,

А для забавы и потехи

Он Насреддина пригласил.

И вот в назначенное время

Все видят: вот Молла идет,

А вместо сокола в клобучке⁸

Ворону на руке несет.

Правитель над Моллой смеется:

«Ты птицу ловчую принес?

Ну, кто охотится с вороной?

Ты рассмешил меня до слез!»

«Отнюдь! Бывает, что вороны

Любого сокола сильней.

Твои вороны из придворных

Склевать способны и людей!»

Над кем смеялся Молла

Тимур, разгневавшись однажды

На нерадивого слугу, сказал:

«Дать дураку сто палок!

Простить я дерзость не могу».

Увидев, что Молла смеется,

Тимур сильнее осерчал.

«Нет, дайте двести ему палок» —

Правитель грозно закричал.

Теперь Молла расхохотался.

Тимур взревел: «Ты надо мной?»

«Да нет, смеюсь я над Аллахом, —

Сказал Молла. – Не над тобой!»

«А почему тебя Аллах

Так насмешил?» – Тимур спросил. —

«Да потому, – Молла ответил. —

Что он ошибку допустил.

Как можно делать государем

Того, кто склонен назначать

Слуге по сто и двести палок,

Когда ему от десяти не встать?

Вот если б ты, правитель, сам

Хоть раз боль палки испытал,

Тогда и слуг своих, наверно?

Наказывать жестоко так не стал».

Подарок Моллы

«Молла, тобою я доволен, —

Сказал Тимур, – и был бы рад

Тебе на выбор предложить

Сто золотых, коня, овец и сад».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В. А. Гордлевский. Анекдоты о Ходже Насреддине. Изд-во восточной литературы, М. 1957.

Вернуться

2

Туман – восточная золотая монета, чеканнилась с XVIII в.

Вернуться

3

Азраил – ангел смерти

Вернуться

4

По закону, установленному Тимуром, камни, которые служили вместо гирь, должны подвергаться взвешиванию.

Вернуться

5

Восточный обычай, согласно которому самого уважаемого человека угощали плодами первого урожая, а в ответ получали подарки.

Вернуться

6

Диван – cобрание сановников при султане

Вернуться

7

Палан – седло осла

Вернуться

8

Клобучек, клобучец – наглазник для ловчей птицы в виде шапочки.

Вернуться