Волшебная скалочка
Рассказы участников курса писательского мастерства

Авторы: Локтыш Светлана, Ивченко Наталья, Кетрарь Татьяна, Литвишко Наталья, Соу Марина, Белова Светлана

Светлана Локтыш Редактор

Светлана Белова Дизайнер обложки

Светлана Белова Иллюстратор

© Светлана Локтыш, 2017

© Наталья Ивченко, 2017

© Татьяна Кетрарь, 2017

© Наталья Литвишко, 2017

© Марина Соу, 2017

© Светлана Белова, 2017

© Светлана Белова, дизайн обложки, 2017

© Светлана Белова, иллюстрации, 2017

ISBN 978-5-4483-8858-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Волшебные преображения

Светлана ЛОКТЫШ,

член Союза писателей Беларуси,

тренер курса писательского мастерства.

…Баба Фрося взмахнула волшебной скалочкой – и вмиг реальность преобразилась: вместе с дедом она очутилась в молодости.

…Пишущий человек взмахивает «пером» – и реальность тоже меняется: это уже совсем другой мир, даже если история взята из жизни, а персонажи напоминают тетю Катю из соседней квартиры или Лёньку-одноклассника. Мало того, автор художественного творения способен с нуля создать собственный мир и населить его литературными персонажами, о которых доселе не слыхивал никто.

Именно такие миры создавали и преобразовывали участники курса писательского мастерства «Три рассказа за тридцать дней». И приступили к затее в самое волшебное время – первый день нового 2017 года, а закончили марафонскую дистанцию через месяц, 31 января.

Чем занимались? О, работы хватало. Изучали теорию, вырабатывали привычку ежедневного письма, правили и редактировали написанные тексты, отчитывались о проделанной работе, общались в скайпе и искали мотиваторы.

Марафон «пробежали» не все, и это лишний раз подтверждает, что писать и редактировать тексты – задача не самая легкая и простая. Особенно если заниматься этим каждый день, несмотря на усталость после основного труда, семейные заботы и просто плохое настроение.

А зачем каждый день? Если нет вдохновения?

Можно и не каждый день, дело хозяйское. Особенно если решили писать тексты только «когда приходят» или по необходимости. Однако тот, кто поставил перед собой цель – стать писателем, должен упражняться регулярно, ежедневно.

Разве можем мы не выйти на работу? Будем уволены за прогулы. А если долго просидим без дела дома, забудутся навыки, которыми владели, выветрятся знания. Хирург грубо искромсает ни в чем не повинное тело пациента. Балерина даже в пуантах натрет мозоли, а публику не удивит совершенством движений. Строитель выложит кладку так, что отделочник после ужаснется, а расходы на исправление недостатков увеличатся…

Если относиться к писательству серьезно, как к работе, то регулярность и постоянство должны стать такими же непременными спутниками, как в любой другой профессии. Невозможно шлифовать мастерство лишь мечтая, что «когда-нибудь… как-нибудь…» мы что-то сотворим. Чаще успеха достигает не тот, кому дана Божья искра, а он ее не поддерживает, но кто пришел в мир с минимальными задатками, зато был настойчив в достижении цели.

Да-да, писательство предполагает тоже не только наличие вдохновения! Не менее важны ремесленнические навыки, а также терпение, без которого автор не достигнет желаемого – не воплотит в реальность Его Величество Текст. Вот когда случится ситуация «три в одном» – тогда и произойдет настоящее волшебство: на свет родится новое произведение.

На курсе «Три рассказа за тридцать дней» волшебство совершили шесть человек. В этом сборнике размещены лучшие произведения, написанные за время марафона. Каждая из участниц не имела ни волшебной палочки, ни волшебной скалочки. Зато у них было их современное «перо» – компьютер и огромное желание писать, учиться, развиваться и достигнуть цели.

Как это получилось у нас, предстоит оценить тебе, дорогой читатель. Мы же с легким трепетом волнения и ожидания дарим плоды своих трудов.

Мне осталось высказать благодарность всем, кто поддержал проект, и особенно – Светлане Беловой за помощь в организации курсов и за то, что этот сборник увидел свет.

О чём курс

Наверное, каждый хотя бы раз в жизни хотел начать новую жизнь с понедельника. И, скорее всего, больше половины желающих останавливались в самом начале: когда наступал тот самый понедельник, обязательно что-то происходило и мешало приступить к осуществлению задуманного. А потом пропадало желание вообще начинать новую жизнь. Зачем, ведь и старая не так уж плоха.

Однако двенадцать участников курса писательского мастерства «Три рассказа за тридцать дней» решительно приступили к творческому процессу создания новой жизни для себя даже не с понедельника, а прямо с 1 января.

Произошло, конечно, это не сиюсекундно. И совсем не по мановению волшебной палочки. Сначала писатель, редактор и просто прекрасный человек Светлана Локтыш подала начинающему писателю, журналисту Светлане Беловой идею о проведении марафона, в котором можно будет отработать навык ежедневной работы с текстами и совершенствовать писательские навыки.

Весь декабрь разрабатывалась программа курса, которая в дальнейшем обеспечила участникам: выработку привычки писать каждый день, навык работы с написанным текстом, знание основ литературоведения, которые помогут написать рассказы, и отработку полученных знаний на практике.

В течение курса участники должны были не только написать три рассказа, но и выправить их сначала самостоятельно, а потом получить рекомендации редактора по улучшению текстов.

К слову сказать, именно авторская и редакторская правка давались, по отзывам участниц, сложнее всего. Потому что каждая строчка и каждое слово в написанном тексте кажется автору дорогим и на своём месте, и так непросто принять необходимость изменений.

Но главным ощутимым результатом участия в курсе стал сборник, который сейчас вы держите в руках, уважаемый читатель. Здесь собраны лучшие работы тех, кто дошел до финала, несмотря на трудности.

Курс «Три рассказа за тридцать дней» продолжался ровно месяц и выдержать этот марафон было не так-то просто. Приходилось ежедневно, без выходных и праздников, изучать теорию, практиковаться в писательском ремесле и раз в пять дней писать отчёты куратору. Конечно, большой поддержкой для участниц стало живое общение в скайпе, мотивирующие письма от организатора.

Стоит отметить, что география участниц оказалась настолько обширной, что на время начала встреч в скайпе у Светланы Беловой в Хабаровске был час ночи, а у Марины Соу, которая живет на Аляске, – шесть утра. В промежутке между этими крайними временными точками были Светлана Локтыш из Белоруссии, Татьяна Кетрарь из Омска, Наталья Ивченко из Челябинска и Наталья Литвишко из Магнитогорска.

Как и в любом другом марафоне, нередко большая часть участников сходит с дистанции. Так было и в курсе писательского мастерства: несколько человек группа потеряла в первые десять дней, почти в середине марафона ушли ещё два участника. Те, кто преодолел середину, остались до конца. Хотя признавались, что даже в последние дни возникало желание бросить всё. Однако интерес к курсу и воля к победе перевесили эмоции.

Для тех, кто заинтересовался курсом писательского мастерства и тоже хочет попробовать свои силы, сообщаем адрес редактора и организатора марафона Светланы Локтыш: . Заявки на участие в курсе писательского мастерства, вопросы, предложения отправляйте на этот е-майл. svetlana.loktish@gmail.com

А теперь давайте познакомимся с авторами…

Светлана Белова

В жизни я больше люблю слушать, но в рассказах предпочитаю диалоги. А ещё нередко разговариваю сама с собой. Примерно вот так.

– Свет, ты всерьёз думаешь, что кто-то прочитает твою писанину?

– Конечно. Её уже читают у меня в блоге . Хотя сейчас представила: если совсем никто не читает? Грустненько… Но отказаться от писательства всё равно не могу. http://shiawase.ru

– А зачем ищешь способы издаваться?

– Какой писатель не хочет увидеть свои творения в настоящей книге? И, конечно, будет приятно, если мои рассказы прочтёт больше людей.

– Так интересно пишешь?

– Об этом судить не мне. Но друзьям нравится, значит, шанс есть.

– О чём пишешь чаще всего?

– Все писатели пишут о себе в той или иной степени. В моих рассказах много личного. Это может быть моя мечта о будущем или я сама в прошлом. Это может быть фрагмент моей внешности или привычка у одного из героев (не всегда именно женщины). А иногда это может быть недостаток или проблема в жизни, с которыми я пытаюсь разобраться через повествование…

Наталья Ивченко

Я живу в Челябинске, городе-миллионнике, расположенном на Южном Урале. У нас очень разнообразная природа. Есть и горы, и степи, и леса – сосновые, березовые, осиновые и смешанные. Вокруг города улыбаются небу прекрасные озера.

Город постоянно растет и развивается. И я развиваюсь вместе с ним. Люблю свой Челябинск.

А еще с детства люблю вязать: и спицами, и крючком. Иногда вяжу вещи по описанию, но в основном придумываю модели сама. У этого занятия множество плюсов: развиваются моторика рук, фантазия и творческие способности, вырабатываются терпение и внимание. А главное, ни с чем не сравнимо то чувство удовольствия, когда из-под твоих рук выходят авторские жакетики, шапочки или юбочки, которые производят приятное впечатление на окружающих, вызывают их восхищение.

Изучаю жизнь. Люблю торты. «Воспитываю» мужа. Веду блог, где рассказываю о любимом хобби . http://nataivchenko.ru/

Татьяна Кетрарь

Сложно рассказать о направлении в творчестве, когда ты – в самом начале пути. Куда выведет кривая? Это интрига для меня самой. Пока главное – писать, писать и писать.

Мои кумиры – Блок и Булгаков. Роман на все времена – «Мастер и Маргарита». Тургеневские девушки – пример для подражания, как следует писать портреты людей.

Образование получила техническое, имею диплом технолога металлообработки. Последние семнадцать лет тружусь на стыке логистики и продаж. Параллельно пишу статьи в интернет-журнал и веду блог . Счастливая жена, мама и бабушка. Неисправимая оптимистка. http://ketrasha.ru/

Представляю вниманию читателей мои первые работы, написанные осознанно. Впереди – светящееся, манящее море творчества. Зажмуриваю глаза и прыгаю со скалы.

Всё, обратной дороги нет.

Наталья Литвишко

Я – счастливый человек! У меня большая и дружная семья. Не каждый может похвастаться тем, что имеет семь детей и девять внуков. Думаю, что внуков будет больше. Но это зависит не от меня.

Родилась и живу на Урале – в городе Магнитогорске, который славится трудовыми традициями. Очень люблю свой город.

Люблю учиться. Многое умею делать своими руками. Не знаю, что такое скука. Мне всегда есть, чем заняться.

Я очень благодарна тем, кто оставил след в моей жизни. Меня всегда окружали хорошие люди. Очень хочется оставить память о них. Начала писать истории из жизни и выкладывать их в блоге . http://nlitvishko.ru/

А ещё я пишу сказки. Они рождаются сами, остается только записать. Пока их немного. Но это – только начало. Много интересных идей, которые ждут своего воплощения.

Люблю жить и жизнь. Хочу, чтобы каждый человек был счастливым!

Марина Соу

Я родилась в Сибири и выросла на Урале. В детстве я любила сочинять, рисовать и очень хотела танцевать в балете.

Стать балериной мне не позволил папа. Потанцевав со мной две минуты вальс, он сказал, что в балете я могу рассчитывать только на партию медведицы. А так как мне хотелось танцевать именно в белой пачке и, по крайней мере, умирающего лебедя, то мечты о балете пришлось оставить.

С художественной студией тоже не получилось – водить меня туда у родителей не было времени.

Осталось сочинительство. Десятилетия спустя я по-прежнему люблю сочинять. В своём блоге  я пишу иногда с юмором, иногда серьезно о себе, своей семье, хобби и, конечно же, об Аляске, где сейчас живу. https://talesfromalyeska.wordpress.com

Аляска оказалась очень непохожей на родной Челябинск, где до отъезда я работала учителем английского языка и переводчиком. Мне пришлось освоить новые навыки: научиться ловить лосось и палтус, солить икру, собирать моллюски и готовить, по словам мужа, самый вкусный суп в мире – clam chowder.

Наш новый дом мы с мужем и сыном построили рядом с заливом Кука. Из окна дома можно видеть вулкан, а во дворе – слышать шум прибоя и крик чаек. Здесь я занимаюсь разведением цветов, любовь к которым унаследовала от бабушки.

Аляска научила меня ценить то, что у меня есть, и быть благодарной каждому дню.

Светлана Локтыш

Однажды в руках совсем маленькой девочки оказались ручка и книга. Дрожащими пальчиками она провела несколько неровных линий – и удивилась. Затем закрасила серединки буковок «о», «е», «ю» – и пришла в восторг. А когда узнала, как называются буквы, и научилась сама приземлять их на бумажную поверхность – ощутила необыкновенное счастье.

С тех пор прошло много лет. Буквы складывались в слова, слова – в тексты: школьные сочинения, письма, юношеские дневники, журналистские статьи, заметки в блоге , стихи и рассказы. В сердце поселилась мечта стать Писателем и навсегда подружиться с Ручкой, Книгой и Компьютером. http://panisvetlana.ru/

– Мечта, я хочу, чтобы ты стала реальностью!

– Что ты отдашь мне взамен?

– Время. Труд. Вдохновение.

– Ты готова к таким большим жертвам?

– Уже жертвую.

Светлана Белова

Лукич

Однажды декабрьским колючим утром Дед Мороз встал не с той ноги.

По правде сказать, Дедом Морозом Лукич «служил» всего третий год, и роль эта его тяготила. Хотел отказать директрисе, да не смог: ведь Снегурочкой выступала Машенька – так «про себя» называл тридцатилетнюю воспитательницу Марию Петровну пятидесятилетний Семён Лукич.

Вот уже два года он был тайно влюблен в неё, посылал восторженные взгляды, полные ласки и любви, а иногда дарил шоколадку к празднику. Но Мария взглядов не замечала, а над шоколадкой посмеивалась: «Семён Лукич, раскормите меня, потом сами же стулья чинить будете, когда они подо мной ломаться начнут!»

Семён Лукич работал в саду завхозом и, по совместительству, сторожем. Почти двадцать лет после смерти жены жил холостяком в небольшой квартире. Единственный сын его обзавёлся семьей и уехал за границу: звонил редко, а последнюю фотографию внуков прислал лет пять назад. Это фото, с подписью «Питеру семь лет, Сюзи три года», прислонилось к пожухшим обоям на тумбочке возле продавленного дивана. Именно на внуков всегда смотрел Лукич, едва проснувшись.

Вот и сегодня, одарив теплом фотографию, он глянул на часы на стене. «И чего поднялся в такую рань! Всего полпятого…» – пробурчал, и пошлёпал на кухню. Включив чайник, сел на табурет у окна и погрузился в сереющую даль…

Перед глазами стояла Машенька – задорная, с неярким румянцем, она так заливисто смеялась. Что он мог ей предложить? Зарплата – не для семейного человека. В квартире всё скромно – последний ремонт делал ещё при жизни супруги. А красиво ухаживать за женщинами Семён Лукич никогда не умел…

Накануне новогодних праздников директриса наставляла Деда Мороза и Снегурочку:

– Вы уж постарайтесь, чтобы живенько и весёленько вышло.

В понимании директрисы это означало залихватски гоготать и уложиться в отведенное время – строгих тридцать пять минут. Впрочем, от Лукича не требовалось много: выйти по третьему зову, ёлку зажечь посохом да деткам подарки вручить. Этот самый «сценарий» отыгрывали в садике несколько лет подряд. Но Машенька Снегурочкой была впервые…

Начались утренники замечательно – младшие группы восторженно визжали, а Дед Мороз изо всех сил балагурил и шутил. Снегурочка улыбалась и розовела, и Семён Лукич отчего-то думал, что эти улыбки – для него. Вечером он зашёл в воспитательскую:

– Мария Петровна… Мне… Я… – он мялся на пороге, не решаясь подойти ближе.

– Семён Лукич, вы говорите, – не отрывая взгляд от бумаг, сказала Мария, – мне на завтра нужно сценарий доработать, там группы постарше и потому немного иначе будет…

Лукич насупился. Молча положил на стол красную коробочку и торопливо ушёл. В коробочке притаились шоколадка и записка с признанием.

Утром другого дня он искал перемены в лице или действиях Машеньки, но ничего не замечал. Всё как обычно.

А после всех утренников, которые прошли «уже не отлично, но тоже хорошо», в сторонку его позвала Степанида, садиковская кухарка.

– Семён Лукич, ты бы бросил это, – шепнула она и протянула ему записку.

– Как?! – сдавленно произнёс Семён Лукич, задохнувшись натянутой бородой Деда Мороза.

– Да не читала она её! – Степанида воткнула ему в руку бумажку. – Не ест твоя Машенька шоколад, пойми ты. Оставил бы девку в покое! Не срамно ли в твои годы на молодых смотреть?

– А что мне, на тебя смотреть что ли? – взвился Семён Лукич. – На кого хочу, на того и смотрю!

– Как хочешь, Лукич, – Степанида покраснела и отвернулась, – да только не пара она тебе.

– Не твоё дело, – шикнул Лукич и пошел прочь. На душе стало гадко: как он так опарафинился? Степанида по всему саду может разнести…

Воспоминание о вчерашнем дне больно резануло по сердцу Лукича. Сдвинув брови, он поднялся с табурета. Время незаметно пролетело – до работы оставалось полтора часа. Не спеша выпил чифиря с пряником и отправился в садик. Прямиком пошел к директрисе:

– Марина Владленовна, увольте!

Директриса на секунду оторопела, а потом затараторила:

– Как увольте?! Семён, ты чего? С дуба рухнул? 29 декабря на календаре! Последние утренники! Кто Дед Морозом будет? Я, что ли?!

– Не знаю. Я не могу.

– Я тебе дам «не могу»! Марш бороду цеплять! Дети скоро придут! В следующем году поговорим про увольнение.

«Ах так! – зло подумал Лукич. – Ну, держитесь!»

Звать Мороза детям пришлось раз восемь или девять – пока Степанида мощным толчком в спину не впихнула его в зал. Вывалился Дед Мороз из дверей, дети радостно завизжали, а он рявкнул:

– Хорош орать!

Ребятишки удивлённо притихли.

– Дедушка, здравствуй, – поспешила к нему Снегурочка-Машенька. И шепотком на ухо: – Семён Лукич, вы чего? Давайте про ёлочку!

Семён Лукич отвернулся от Снегурочки и крякнул:

– Ну что, подарков ждёте небось?

– Да! Да-да! – раздалось со всех сторон.

– А не будет вам подарков! Видите, без мешка я.

– А где же подарки? – спросил самый смелый, Вася Вьюшкин.

Остальные ребята тихонько шептались.

– Да кто их знает, – махнул рукой Дед Мороз и развалился на стуле, с вызовом глядя на Снегурочку.

– Дедушка, так, может, мы все вместе поищем подарки? – Снегурочка старалась говорить весело, но выходило неубедительно.

– Не-а, – мотнул головой Мороз и скрестил на груди руки в варежках.

Дети притихли, одна девочка даже заплакала.

– Дед, – крикнул кто-то из родителей, – ты кончай этот концерт! Давай там ёлку зажигать!

– Чего? – Мороз подпрыгнул на стуле, как ошпаренный. – Концерт ещё не начинался! Сейчас я вам устрою концерт!

Лукич достал зажигалку:

– Что, дети, зажигать будем?

– Будем-будем! – обрадовались ребятишки.

Снегурочка подскочила к Лукичу с шипением:

– Вы чего, совсем?.. А ну, отдайте! – и пока выхватывала из руки у Деда Мороза зажигалку, с наигранной улыбкой сказала ребятам: – Детки, что нужно сказать, чтобы ёлочка зажглась?

В зал влетела директриса:

– Мороз Иваныч! А ну-ка, иди ко мне, я тут кой-чего нашла! – и она потрясла мешком Мороза.

Лукич поплёлся к директрисе, Снегурочка следом. Директриса вручила мешок Марии:

– Ты давай, детка, а я пойду с Морозом поговорю, – и потащила того за рукав, оповестив зал: – Дети, сейчас Мороз пойдёт охладится чуток, а вы со Снегурочкой подарочки разбирайте! И не забывайте – подарок тому, кто стишок читает.

– Ты чего удумал, Лукич?! – заскрежетала директриса, едва дверь за ними закрылась. – Сорвать решил праздник? Детям! Они-то при чём?

– Да ни при чём. Надоели вы мне все! – Лукич скинул шубу и шапку с бородой. – Не клоун я вам, а завхоз!

– Эх ты, завхоз… Мы же в садике работаем! Детям праздник создаём, а ты… Из-за влюблённости своей совсем с катушек съехал!

Лукич молчал, опустив голову.

– Дурак ты, Лукич! – продолжала директриса. – Она давно всё поняла. Да весь сад давно всё понял! Это ты ни черта не видишь вокруг. Ни что Степанида с тебя глаз не сводит, ни что Маша глазёнками сияет потому, что скоро замуж выйдет.

Лукич, не веря ушам, поднял взгляд на директрису:

– Как «замуж»?

– Молча! Неужели ты думаешь, что ты один красоту и характер её оценил? За военного она выходит, весной уезжают они на границу служить.

Лукич весь как-то скукожился, сгорбился и пошёл на выход.

– Лукич! – позвала директриса, – а утренники?!

Но тот только махнул рукой и хлопнул дверью.

Волшебная скалочка

Как всегда, утром тридцать первого декабря баба Фрося и дед Фёдор собирались лепить пельмени. Вот-вот приедут дети, которые живут далеко и навещают родителей только на новогодние праздники.

Дед посыпал мукой большую доску, а баба Фрося достала скалку. Положив её на крепкий дубовый стол, пошла за начинкой. В эту минуту раздался торопливый стук в дверь.

Фрося обрадовалась, наскоро заправила прядь седых волос под косынку:

– Дед, скорей открывай! Верно, Степан со своими. Средненькие всегда первенькие…

Фёдор неспешно отворил тяжёлую дверь, обитую ватином, и озадаченно отошёл в сторону: в избу ввалился краснощёкий, в мохнатой ушанке, посеребрённой инеем, почтальон Митяй.

– Доброго здоровьичка, дед Федя, баба Фрося, – широко улыбаясь, он стянул рукавицу и пожал руку деду. – Вот, телеграммы вам. Ажно три штуки!

Фрося, затаив дыхание, нащупала край стола. Держась за него, опустилась на стул. Комкая передник морщинистыми пальцами, глядела то на Митяя, то на мужа:

– Как… Телеграммы… Федь! Случилось что ль?

Фёдор принялся шарить по карманам в поисках очков, а Фрося запричитала:

– Митяй! Читай! Ох, не выдержу! Чего там?!

Митяй присел на скамью возле двери, снял шапку:

– Жарко у вас, баба Фрося!

– Читай, ирод! – взвизгнула баба.

– Ладно-ладно, спокойно.

Почтальон развернул первую телеграмму: «Заболели приедем шестого поздравляем Иван». Вторая гласила: «Работаем ждите четвёртого новым годом Степан». А в третьей значилось: «Дали путевку санаторий отказаться невозможно будем шестого поздравляем Катя».

Дед Фёдор вздохнул, погладил рубаху в области сердца. Взял телеграммы у почтальона, невидящим взглядом пробежал по строчкам. Баба Фрося притихла, краешком передника утёрла навернувшиеся слёзы. За последние сорок с лишним лет этот Новый год – первый – без детей и внуков в их большом доме.

Митяй озадаченно смотрел на стариков:

– Вы чего раскисли? Ну, все живы же. Вон, Стёпка уже четвёртого будет со своим балаганом… Баб Фрося, дед Фёдор, ну вы это…

– Митяй, холодец хочешь? – спросил вдруг Фёдор.

– Ага, – почтальон начал расстегивать пуговицы тулупа, думая, что его приглашают завтракать. – Правда, мне ещё к Игнатьевым и Власенкам надо…

– Да я тебе с собой дам, – Фёдор вышел в сени и через пару минут вернулся с сумкой, в которую аккуратно составил две внушительные плошки с холодцом. – Нам с Синьей одним не съесть всего, что наготовили…

Фрося всплеснула руками:

– Батюшки! А как же пирог? Я ж его вчера испекла ввечеру!

Митяй быстро застегнулся:

– Спасибо вам, хозяева, но я пойду. Пирог вы кому другому предложите, я один тоже лопнуть не должон! – потом, нахлобучив шапку, добавил, – Ну… Ежели только малюсенький кусочек…

Почтальон ушёл, а дед Фёдор опустился на скамью возле дверей, взял телеграммы. Перечитал, едва шевеля губами, посмотрел вокруг.

В избе было тихо и по-новогоднему уютно: наряженная большая ёлка, окружённая подарками, яркое полотенчико в красном углу с иконами, диваны украшены накрахмаленными вязаными салфеточками…

Фрося встала у стола:

– Дед, ну, пельмени-то не пропадут. Давай уж лепить, наморозим. Дети рады будут…

Фёдор вздохнул:

– Ну да. Лепить…

– И вот ведь ты понял? – Фрося шустро раскатала первый пласт теста, из которого стаканом вырезала кружочки, – приедут-то четвёртого и шестого. Аккурат к Рождеству. Значит, всё хорошо будет!

– Мгм, – невнятно отозвался Фёдор, воткнув пару маленьких ложек в кастрюльку с фаршем.

– Интересно, кто там у Ивана заболел, – болтала баба, – неужто Ксюня? Да ну, написал же: «Заболели». Значит, Ирина тоже, наверное… Ох, спаси Господи…

Фрося белой от муки рукой перекрестилась, прошептала быстренько молитву.

– А ты помнишь, Федь, как однажды Катюша на Новый год заболела?

Дед молча кивнул, заворачивая начинку в кружок из теста.

– Я тогда подумала: не будет нам никакой новогодней ночи, а она-то смогла с нами в 12 часов посидеть…

– Синь, а помнишь, как Степан под Новый год притащил из лесу белку? – теперь Фёдор едва заметно улыбнулся, – и как мы возле этой белки возились, чуть не проворонили бой курантов?

Фрося хихикнула:

– Ага, белка-то тоже не будь дура: то ем, сё не ем. Бегала по избе, как оглашенная.

– Да уж, – Фёдор качнул головой, – а помнишь, Ваня в четыре года из дома ушёл? Надумал, что раз Степан родился, мы теперь его любить перестанем.

Баба Фрося охнула: тревога тех лет вновь нахлынула на неё.

– Ой, Федь, я ведь тогда чуть ума не лишилась…

– Да, помню, – усмехнулся дед, – как ты по огородам бегала, как всю деревню на уши поставила. Как мужики тогда в лес пошли…

– Да, спасибо, Господи, – Фрося опять перекрестилась, – нашли Ванюшку…

– А вот одну пропажу так и не нашли… – нахмурился дед.

– Батюшки! – всплеснула руками Фрося. – Это ты опять о кольце?

– Не могу забыть, и всё тут.

Фёдор поджал губы и взял доску, заполненную пельменями. Вынес её в сени, а когда вернулся, продолжил:

– Я ведь его выбирал чуть ли не неделю. А деньги копил сколько?! Эх… Помолвочное, с огранённым сапфиром – под твои синие глаза…

Фрося смущённо помолчала.

– Красивое было кольцо, да… Ну, не виновата я, что оно с руки тогда соскользнуло…

– «Не виноватая»… – передразнил дед, – видел я, как ты в тот день, когда оно пропало, с соседским квартирантом возле забора миловалась!

Дед хрястнул ложкой по кастрюле с фаршем.

– Миловалась? – бабка упёрла руки в бока. – Ты вообще в своём уме, Федь? У меня детей трое в доме, свекровь глаз не сводит, всё ли я правильно делаю, а ты… Миловалась?

– Конечно! А чего тогда прилипла к тому забору на полчаса, а?!

– Ой, де-ед, – Фрося обтёрла лоб уголком платка, – сорок лет, почитай, прошло. Откуда я могу вспомнить, о чём мы там говорили?

– Зато я до сих пор помню! Как ты с красными щеками и горящими глазами от того забора отошла. Всё видел!

– Ну так подошёл бы! Тогда и узнал, о чём говорили.

– Вот ещё! С городскими я не якшался!

– Дед! Ты чего мелешь-то! Я всего-то один раз с ним говорила – тогда у забора…

– Да?! – Фёдор аж подскочил на стуле. – Забыла, значит, как я с работы пришел, а этот ухажёр на кухне у нас сидел и чай попивал!

Скалка в руке у Фроси так и замерла на месте. Баба выпрямилась, лицо у неё сначала побледнело, а потом резко покраснело:

– Фёдор! Ты же это чего? Сорок лет, почитай, меня в неверности подозреваешь? И кольцо – только повод тебе был?

– Откуда я знаю, может, ты его тому кобелю вручила!

– Ой, ма-а… – Фрося шмякнулась на стул, прижав руку к сердцу. – Дед, да ты охолони! В сенки вон сгуляй что ли… Да я ж тебе всю жизнь верой и правдой! Трое детей у нас, Федя! Внуков семеро! – Фрося заголосила-запричитала… – Да ты же лучше меня помнишь, как я похудела после родов Катюшки! Что твоя швабра! С меня все платья только что не падали! Да у меня окромя пеленок да соплей детских в голове ничего не умещалось! А ты – «ухажёр»! А кому я тут пироги да борщи с запеканками стряпала? Ты что, совсем уже, Федь, с ума съехал?

Фёдор насупился. Не глядя на жену, крутил пельмень за пельменем. Но баба Фрося уже не могла остановиться:

– Мы с тобой женаты, поди, пятьдесят годков, а ты… Ох, зря я то кольцо не положила тогда в шкатулку. Ты ведь и шкатулку мне подарил, а я… Растяпа! Но вот уж не думала, что ты на старости лет попрекать будешь – вспомнишь и кольцо, и мужика, прости господи, как его зовут, даже не помню…

Фрося яростно раскатывала тесто и вдруг остановилась:

– А! Ну как же! Теперь ясно, чего ты это кольцо по два раза в год мусолил, припоминал. Господи, прости дурака! Да я ж тебя одного люблю, ты что?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.