Констанция должна умереть
Хотя бы только для поклонника…
Мария Буркова

© Мария Буркова, 2017

ISBN 978-5-4483-9703-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Реквием Д'Артаньяну, Или
Констанция должна умереть

Взойдёт над миром полная луна,

Прекрасна, но увы, непостоянна…

Забудьте обещанье, донна Анна,

Не стойте у раскрытого окна!

О. В. Медведев

Приветствую уважаемых читательниц. Цель нашей беседы – уяснить, чем так привлекателен герой, вышедший из-под пера знаменитого француза, и насколько реально счастье с таким мужчиной. Ведь наше с вами призвание – продолжение рода в честь наших славных предков и, конечно, наше личное счастье, на которое мы все имеем полное право, данное нам природой.

Сразу определим, что мы будем подразумевать под термином «счастье». Так как это понятие часто применяют совсем не по назначению, а то и вовсе начинают спекулировать, пытаясь сбить нас с толку, полагая подлюче, что, если мы молоды, так можно мошенничать и издеваться, воруя наши силы, время и жизненную энергию. И это совсем не редкость и не случайность. Нас, которых природа обязывает быть добрыми, нежными, отзывчивыми и понимающими, начинают бесстыдно эксплуатировать, навязывая нам те модели поведения, которые нам не просто не нужны, а даже вредны для целостности нашей души, а то и физической красоты. То же пытаются сделать и с нашим мироощущением, изуродовав психику. Без всяких обиняков, охота за нами, за нашими телами и душами идёт давно и безобразно, и мы даже более лакомое блюдо для врагов, чем мужчины – эти флибустьеры, добры молодцы и крепкие ребёнки без нас в этом мире просто погибнут, и очень скоро и страшно. Как известно из исторических событийных хроник, всякий раз, когда женщина становилась во главе социума вместо мужчины, это означало лишь, что социум скатился на грань вымирания или уничтожения. Кто не верит – можете поизучать соответствующие эпохи. В одной из таких, кстати, и мы сейчас проживаем. Но это не означает, что надо хвататься за мужскую работу, мы всё равно приспособлены для этого гораздо хуже, чем мужчины. Это абсолютно нормально. Разные там уклоны во всякие шовинистические истерики – признак морального убожества или погибающей, изуродованной психики. Это не к нам, это уже в больницу. Горбатого могила исправит.

Итак, как говорил О'Генри, «любое счастье потеряет половину своих прекрасных пёрышек, когда счастливец спросит себя, счастье ли оно?». Однако мы попробуем. Вся закавыка состоит в том, что для разных людей это мироощущение – разное, и вот почему. Кто видел в учебнике психологии пирамиду потребностей Маслоу? Индивидуальности здесь не больше, чем серебра – в святой воде. Разные люди останавливаются на разных уровнях пирамиды потребностей, а «этажей» всего семь. Обычно дальше пятого люди не ходят. Но бывает, что и поднимаются, и тогда надолго остаются в людской памяти. Теперь излагаю более точно. Первый уровень, «красный»: потребность в безопасности, чтоб было не только не голодно, но и не холодно, ну и т. п. Второй, «оранжевый»: потребность получать удовольствия. Не важно, какие, какие воспитание и природные склонности привили, те и желаются. Третий, «жёлтый»: определение статуса индивидуума в социуме, буквально, «кто ты», лидер-ведомый, начальник-подчинённый, и прочее. Это три низших уровня, уровень животного, а не человека. Вот тут как раз следует упомянуть про вражьих провокаторов, упорно навязывающих нам сознание, что мы животные. Бред, если кому приятно ощущать себя ниже человеческого облика и разума, пусть сам живёт в хлеву! Вся индустрия потребления спекулирует исключительно на этих потребностях, например: если вы не едите/пьёте/принимаете ещё как-то/носите/короче, не купили, что предлагается нами, то вы заболеете/будет невкусно/вас окружающие не поймут и не оценят! Однако если всё стадо прёт к обрыву, то в моих интересах туда не ходить, не так ли? Поэтому всегда надо уточнять, кто именно меня не оценит, как меня пытаются шантажировать, и что эти люди собой представляют, люди ли это вообще, насколько для меня их мнение имеет ценность. Тупо подражать кому-то тоже занятие бессмысленное, своя индивидуальность дороже, всё равно копии не получится, а примерять чужое глупо – фигура и фактура не та. Далее. Четвёртый уровень, «зелёный»: тот, который уже характерен для человека, а не животного-потребителя. Уже здесь можно говорить о чувствах, а не прихотях, о индивидуальности, а не стаде, о сознательном выборе, а не обезьяньем подражании. Впервые, осознав, что он обладает разумом, человек понимает, что свободен и может сам принимать решения, а не подчиняться необходимости, может сказать: «мне нравится» вместо «мне нужно». Именно здесь человек становится способен преобразовывать окружающий мир, появляются не только телесные, но и духовные потребности. Но на «зелёном этаже» человек делает это осторожно, в тех пределах, какие затрагивают его лично, его близких, семью, друзей. Перемены, в особенности крупные, его пугают, так как он не знает, принесут ли они добро, опыт диктует, что вряд ли. Человек здесь – ревнитель традиций и жаждет спокойствия, уюта. Если что-то сломалось – надо уметь починить. И этот уровень есть середина пирамиды. «Голубой» уровень – потребность чего-то большего, чем раз и навсегда определённый обычай; потребность получать, усваивать и перерабатывать информацию. Это уровень сознательного обучения, самообразования, творческого подхода к любой деятельности. «Синий» уровень – потребность самореализации. Это мастера своего дела и ремесла, учёные, деятели искусства. «Фиолетовый» уровень – не просто самореализация, но служение вере и традиции, искусству, людям, Богу. Это воины и правители, слуги Церкви и защитники Отечества. «Белый», высший уровень – вещь столь редкая и серьёзная, что добраться до него смогли лишь единицы, оставшиеся в людской памяти как святые. Это краткая характеристика. Таким образом, наличие счастья в душе человека определяется тем, на каком из семи цветов пирамиды находится данная личность, и тем, насколько полно удовлетворяются её потребности на протяжении жизни. Всего-то.

Однако всё вышеуказанное означает одну очень важную истину: «Что позволено Юпитеру, то не позволено быку». Поскольку индивидуум, находящийся на красном уровне потребностей, никогда не поймёт, что именно в окружающем мире не устраивает индивидуума, чей уровень – голубой или синий, более того, понимание возможно лишь при совпадении «цветов». Наличие же определённого «цвета» определяется лишь тем, как человек позиционирует себя в мире, как он лично планирует развиваться, где он поместил (сознательно или нет – неважно) свою личную «верхнюю планку». Ну, а поскольку рассчитывать на понимание, поддержку и дружбу он может лишь среди людей своего «цвета» («Ворон ворону глаза не выклюет»), то мы имеем автоматическое расслоение социума на касты, и вот как это выглядит. Красный, оранжевый, жёлтый – это шудры. Это пролетариат, а также интеллигенция. Те, чей уровень развития ограничен модными наклейками, тряпками, дешёвыми сериалами; те, кто готов тупо подражать сиюминутной знаменитости, даже если эта фигура мало чем отличается от разряженной в убогие безвкусные лохмотья и увешанной блестящей шелухой обезьяны; те, кто думать не хочет, а потому и не умеет, и, вместо поиска ответа на неожиданный вопрос, обрушивает на собеседника поток брани и оскорблений. Их амбиции безмерны, в то время как способность что-то реально сделать по любому конкретному делу отсутствует, что маскируется под нежелание действовать («Да мы…! Мы знаешь где могли быть, а?! Но не хочем, вот…» кто не понял, это цитата из кинофильма «Старый Новый год»), а всякий, кто действительно занят какой-либо деятельностью, подлежит беспощадной критике, а то и осмеянию. Эта стая способна лишь загрызать тех, кто может не только потреблять, но и производить, создавать что-либо, а ненависть шудр к высшим кастам предела не знает. Это ненависть холопа к барину, описанная в новеллах Пантелеймона Романова, там, где телеги мужики поделили между собой по кусочкам колёс, а книги разорвали на листы для заворачивания махорки. На большее, то есть хотя бы пользоваться колясками по очереди, ума, ясное дело, не хватило. И ТАК ВЕЗДЕ, ГДЕ ШУДРЫ ЗА ЧТО-ТО БЕРУТСЯ. Поскольку своего интеллекта нет, шудры пытаются прожить за счёт использования чужих ресурсов (тактика пролетариата), а также поднаторели в искусстве лицедейства, пытаясь копировать чужие модели поведения (поведение интеллигенции). Так, пролетариату духовные потребности чужды, а интеллигенция делает вид, что ими обладает. Но и те, и другие обожают издеваться над теми, кто действительно имеет духовные потребности, а значит, не вписывается в общее стадо. Массу примеров можно найти в недавнем прошлом – это и унижающие человеческое достоинство товарищеские суды, и партсобрания, и даже нелепейший по своей сути процесс над Иосифом Бродским, чьи представления о реальности были очень далеки от окружающей действительности. Таким образом, одни убивают время на стадионах, пляжах и у телевизора, другие томно вздыхают, прогуливаясь по театральным буфетам, лесным тропам, музеям и барахолкам; одни читают журнальчики про уголовщину и проституток, другие увлекаются бездарными стихами скучных воображуль; суть дела от этого не меняется – счастье для шудры означает возможность потребить ещё одну порцию «жвачки», будь то пиво, косметика, блестящая безделушка, лекарство от любой болезни, новая серия глупых сказочек или картинка для мобильника, а также возможность позлословить на чей-то счёт, продемонстрировать, что и он/она о чём-то модном наслышаны. Именно наслышаны, знать совсем не обязательно. Стадо и не замечает, как им искусно манипулируют провокаторы, насаждая моду на что-либо, а те знают – для обретения популярности у шудр достаточно просто примелькаться, заставить запомнить свой продукт или себя. «Пипл схавает», – посмеиваются устроители гастролей очередной эстрадной бездарности; и в самом деле, чего волноваться – турне оплачено желающим «раскрутиться», а стадо по привычке пойдёт на то, что «дают». Та же схема и в телерекламе, чем чаще крутишь, тем выше продажи, надо только не забыть показать в качестве потребителя типовой портрет шудры. То есть дебиловатого радостного подростка в пидорке с канабисом, жеманную юную красотку, увешанную сексапильными одёжками и украшениями, развесёлую бабушку в фартучке у плиты на кухне, худощавого клерка из мифического преуспевающего офиса, умиротворённую мамашу на даче с выводком детей, пожирающих ягоды, сурового коренастого мужика за рулём. Достаточно. «Бери от жизни всё!». Вот именно, бери. Пусть пашут, строят, работают, стало быть другие. А шудры будут брать. И жрать. На большее они не способны. Поэтому шудры требуют от окружающих уважительного отношения к себе (как будто сами на него способны), гарантий их комфортного проживания, а также обязывают себя развлекать. Это старое «Хлеба и зрелищ!». Ну, в роли хлеба могут выступать «достойные зарплаты», например, а зрелища всё те же – бои гладиаторов и убийства христиан, выступления балаганщиков и фокусников, а также колдовские шоу. Всё. Где брать все это, так нужное для потребления этой агрессивной массе, её саму абсолютно не заботит, она полностью уподобляется свинье под дубом из басни Крылова. Другое дело, что шудры как каста есть прекрасное орудие в руках опытных манипуляторов, желающих с его помощью достичь своих целей. Каких, спросите? Ну, уж явно не человеколюбивых, конечно же. «… и делай с ним, что хошь!» – как помните, пели хитрецы Лиса Алиса и Кот Базилио. Сапиенти сат, кто понял.

Шудрам, по большому счёту, несмотря на все красивые декларации, особенно не важно, с каким партнёром общаться: попадётся свой – всё в порядке, кто из высших каст – ещё лучше. Мужчина-шудра – хороший сутенёр. Он не умеет (и хорошо, если не хочет) преобразовывать окружающий мир, предпочитает узкую специализацию в любой сфере деятельности, прекрасно чувствует себя на монотонной работе. Это он автор утверждения, что «никакой любви не существует, сказки всё это». По-своему он прав, для него не существует, ему не нужно. Это его женщины-вайшьи сурово обзывают «кобелём» и «не умеющим гвоздя забить». Несправедливо, зачем же требовать яблок от берёзы? Союз с женщиной из высшей касты ему лишь в тягость, мало того, что она своими превышающими его компетенцию требованиями формирует ему комплекс неполноценности, так ещё и в сексе захлёстывает огромными кусками энергии, которые он не знает, куда девать и начинает раздаривать кому попало. В свою очередь, женщина после контакта с мужчиной низшей касты не испытывает той полноты ощущений, на которую рассчитана её система, что приводит к депрессиям и фрустрациями, если это её муж; регулярные измены в этом случае не спасут положение, жена начнёт деградировать (а не переходить в низшую касту!). Женщина-шудра прекрасно себя чувствует как при наличии мужчины, так и без него. Это как раз та безграмотная и тупая учительница в провинциальной школе, которая считает себя непогрешимым авторитетом, при этом являясь дремучей невеждой как в плане общей эрудиции, так и в сугубо житейских делах. Своё сиюминутное искажённое видение окружающего мира она полагает единственно верным и обожает навешивать на всё ярлыки, никогда не давая себе труда внимательно рассмотреть то, что появилось перед её глазами. Это свирепая мать-одиночка, которая вымогает криком и занудством любые блага и привилегии, живущая на грошовую зарплату в убогой квартирке, где полвека не делали ремонт, гордо бравирующая своей нищетой и бабушкиными платьями, дедушкиным шкафом с книгами, ни одну из которых она даже не открывала: «Времени нет!», и при этом по полдня не отрывалась от сериалов. Это злобная жуликоватая торговка с базара и свирепая уборщица из техникума, часто болеющая с похмелья, запросы таких людей скромны и примитивны, чего нельзя сказать о их заоблачных амбициях, которые они компенсируют неоправданной агрессией в адрес остального мира: все мне обязаны, а я, бедный и сирый, никому ничего не должен. Аллегория шудры вообще – петух из басни Крылова, который нашёл жемчужное зерно.