Маргарита Гришаева
Высшая правовая магическая академия. Ловушка для высшего лорда

© М. Гришаева, 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

Пролог

– Уф, неужели дома! – вздохнул Хран, стоило закрыть за нами дверь. – Наконец-то тишина и спокойствие! – немного встряхнувшись, полез он на кресло.

– Ты бы хоть высушился, – недовольно заметила ему и, скинув мокрую обувь, сразу оттащила саквояж в спальню. – И тебя никто не заставлял проводить со мной каникулы в приюте. Мог остаться в академии. Или в библиотеке.

– Как будто я мог оставить тебя одну, – буркнул кот тихо, но я услышала.

– Не преувеличивай, – фыркнула, выгружая одежду.

– А что тут преувеличивать? – возмутился он. – Стоит отвернуться, и ты уже влезаешь в очередную сомнительную авантюру, – заглянул он в спальню. – Вот, чего далеко ходить – лечебница эта. Может, уже объяснишь, зачем тебе сдались ночные дежурства? Необходимость лазать по архивам отпала, а привычка к ночным прогулкам осталась? – Пристальный взгляд не давал возможности увильнуть от ответа.

Я, вздохнув, отвернулась от строгой кошачьей морды к окну. И как ему объяснить все? После той моей истерики мы почти не поднимали тему моей семьи, Бриара и библиотеки. Хранитель, видимо, боялся спровоцировать новый приступ, а я… думала и искала варианты. Вот только тот, что я нашла, коту явно не понравится…

– Прогуляемся? – неожиданно для самой себя предложила я, разглядывая силуэты гор.

– Надеешься меня в лесочке прикопать, чтоб вопросов лишних не задавал? – скривился кот.

– Погода хорошая, последний день отдыха, – устало вздохнула в ответ. – Занятия начнутся – нам не до прогулок будет. Заодно и поговорим. Ты вроде говорил, где-то в лесу есть еще природный источник магии? Вот и покажешь, а то все руки не доходят.

– И вот не сидится тебе в тепле, – нехотя согласился Хран.

Погода действительно стояла потрясающая. Солнышко искрилось на снегу, ветра не было, и небо чистое, прозрачно-голубое, словно вода в ручье. Когда в последний раз я вообще любовалась природой и небом над головой? Все времени не было и скоро снова не будет.

Хран уверенно скакал по сугробам, уводя меня вдоль забора академии в лес.

– Придется новую лазейку искать, – задумчиво пробормотала я, когда мы отошли уже достаточно далеко от зданий. – Наше место магистр уже отследил.

– Уверена, что нам это нужно? – бросил на меня косой взгляд кот.

– Уверена.

– Значит, найдем, – покачал он головой и повел меня дальше.

Довольно быстро мы вышли к небольшому озеру, плотно окруженному деревьями.

– Красота, – улыбнулась я, разглядывая прозрачную зеленоватую воду. – Смотри, такие морозы были, а вода не замерзла. – Присела на корточки и попробовала кончиками пальцев температуру. – Даже теплая немного, – удивленно оглянулась на кота, забравшегося на небольшое поваленное деревце у самого берега.

– Это из-за источника, – пояснил приятель. – Он в самом центре, но потоки пронизывают всю воду. Поэтому она всегда чистая и одной температуры в любое время года.

Прищурившись и сильно сосредоточившись, я смогла ненадолго перейти на истинное зрение, чтобы полюбоваться плотными синевато-голубыми лентами, словно водоросли развевающимися в воде. Вот не зря хранитель мучил меня все время отдыха – без зелья блокировки я, к сожалению, все же не могла обходиться, зато научилась ненадолго преодолевать его эффект и слабо видеть потоки. Учитывая, что я собиралась провернуть, такая способность и правда пригодится – все время таскать с собой запасы двух зелий будет весьма накладно. Поймав один из зеленоватых потоков, я вернулась к дереву и уселась рядом с котом.

– Итак, я тебя внимательно слушаю. К чему эта затея с лечебницей? – сразу же приступил к допросу хранитель.

А я крутила в руках прохладную ленту магии и молчала, пытаясь решить, с чего начать.

– Касс, не молчи, – упорствовал кот.

– Я ведь уже давно поняла, что уничтожение моей семьи и этот ритуал связаны, – все же начала я неприятный разговор. – Кольцо окончательно подтверждает это, – бросила я взгляд на тоненькую серебряную полоску с голубой искрой на пальце.

– Ты все же уверена, что это то самое кольцо? – нахмурился хранитель. – Может, просто похожее? Да и вообще, сны могут врать.

– Это было воспоминание, – упрямо возразила я. – И пойми, у мамы не могло оказаться похожего. Ты же сам понимаешь, какой статус был у моей семьи – она бы не стала без причины носить столь простую вещицу.

– Допустим, так. И что дальше?

– Значит, – нервно сглотнула я, – велика вероятность, что убийство моей семьи как-то связано с Обителью знаний. Не знаю, почему у мамы оказался к ней доступ, но весьма вероятно, что и в прошлый раз некий высший пытался через нее попасть в библиотеку. А когда не вышло… – произнести, что он сделал, сил не хватило.

– Хорошо. Получается, что один из высших лордов возжелал попасть в библиотеку, – начал рассуждать Хран. – Сначала он попытался получить пропуск через твою мать, но когда не вышло, затаился на десяток лет, видимо, разрабатывая этот ритуал, и предпринял еще одну попытку, решив вскрыть защиту библиотеки насильно. С этим понятно. Но я все еще не вижу связи с твоим решением устроиться на ночную подработку, – хмуро взглянул он на меня.

Некоторое время я молча нервно теребила в руках поток водной магии. Концентрация уже пропала, поэтому магию я не видела, лишь на ощупь пытаясь скрутить из ленты какую-то закорючку.

– Касс?

– Этот высший столько лет охотился за Обителью знаний, – пробормотала я. – Он убил стольких людей, чтобы добраться до нее… Какова вероятность, что он не знает, что там хранится?

– В каком смысле? – нахмурился кот.

– Ты же и сам обратил внимание на это, когда мы первый раз пришли в библиотеку, – там хранятся знания лишь, скажем так, позитивного или нейтрального значения. Каких книг там больше всего?

– По травничеству, алхимии и целительству, – пробормотал он и тут же вскинул на меня ошарашенный взгляд. – Ты собиралась использовать эти знания?

– Да. В этой лечебнице целый этаж выделен под неизлечимо больных. Скорее не попытка спасти, а лишь последний приют для безнадежных.

– И ты хочешь лечить этих безнадежных? – словно не веря в то, что слышит, проговорил кот.

Пряча от него взгляд, я кивнула.

– Такое событие не пройдет незамеченным. В конце концов и наш высший услышит о чудесном исцелении. Особенно если оно будет не одним, – рассуждала я. – И наверняка догадается связать эти чудеса с его ритуалом. Несложно понять, что кто-то другой сумел заполучить доступ к этим знаниям вместо него. И высший, естественно, попытается отыскать этого счастливчика…

– Это самоубийство, – покачал головой кот. – Тебя моментально вычислят. После чудесного исцеления первым делом проверят сотрудников. И быстро выйдут на новенькую, после появления которой это случилось. При условии, что у тебя вообще что-то получится, не просто же так эти знания спрятали.

– Да, меня заподозрят. Но это не так страшно, Хран. Я не единственная, кто устроился сейчас в лечебницу. Помимо меня, пришли еще как минимум четверо. Просто они будут работать в другие смены. Кроме того, все подозрения пропадут, если у меня окажется стопроцентное алиби. Например, если я все время буду на глазах у других сотрудников, – заметила осторожно.

– И как же тогда ты собираешь лечить кого-то? – съехидничал хранитель.

– Никак. Это буду делать не я.

– А кто?

Я демонстративно уставилась на кошака.

– И каким же образом? – удивился он. – У меня-то нет целительского дара.

– Вот это проблема, – вздохнула я.

– То есть остальное для тебя проблемой не является, – иронично заметил он.

– Нам нужен артефакт-накопитель, – рассуждала я, сделав вид, что не заметила его замечания. – Я буду в него сливать магию, а ты – лечить. Так даже надежнее, сам знаешь: у меня руки кривые, с плетением не очень. У тебя лучше выйдет, – объяснила я.

Кот задумался.

– Идея не лишена смысла, – выдал он вердикт. – Но это я про артефакт. А в остальном… мне не нравится. Слишком много моментов, на которых ты можешь попасться. Это опасно.

– Я не хочу следующие десять лет ждать в страхе, когда он созреет для новой попытки. Раз уже эта змея подняла голову, нужно поспешить и отрубить ее, – вздохнула я.

– Даже если ты права, не поспешила ли ты? Ничего толком не продумав, кинулась устраиваться в лечебницу. Допустим, высший действительно догадается, что за чудеса там происходят, и попытается выяснить. Как ты узнаешь о его интересе? – взглянул он на меня.

– Слухи, – просто ответила я и, не дав коту прервать меня, продолжила: – Никто лучше обслуживающего персонала не знает, что творится в домах. Всегда кто-то кого-то видит, что-то замечает.

– Наивно предполагать, что твой высший открыто явится расспрашивать, – фыркнул кот.

– Я же не совсем глупая, Хран, – укоризненно заметила ему. – Понятно, что он кого-то подошлет. Но ведь не случайного прохожего. Неизвестно кому главный целитель подробности такого необычного дела раскрывать не станет. Расспрашивать будет человек, облеченный властью, с которым убийца будет как-то связан. И через него мы выйдем на нужного человека.

– Даже если ты права, подобные встречи проходят при закрытых дверях. Ты даже не узнаешь, что визитер интересовался именно нашим делом, – справедливо отметил кот.

– Ты прав. Поэтому здесь мне снова понадобится твоя непревзойденная гениальность, – попыталась я подлизаться.

– Что еще? – устало вздохнул он.

– Всего лишь обычная прослушка. Подбросим артефакт-передатчик в кабинет главного целителя, а у нас будет приемник, который будет записывать разговоры. Как выдастся время, будем проверять, что там.

– Умеешь ты осложнить жизнь, – протянул Хран. – Ну, устройство подобного артефакта в библиотеке наверняка есть. А вот как мы его будем подбрасывать в лечебницу, сама придумывай.

– Придумаю, – согласилась я, довольная, что хранитель уже не протестует.

А кот лишь хмурился.

– И я подумаю насчет накопителя. Может, в библиотеке о нем что и есть. Но предупреждаю, после такой передачи энергии тебе будет очень плохо, – бросил он на меня мрачный взгляд.

– Переживу, – пожала я плечами.

– И, Касс, ты же понимаешь, что если этот высший и правда так силен, одной тебе его не поймать? – с сочувствием глянул на меня кот. – Силы неравны, тебе нужна помощь…

– Нет, – резко возразила ему. – По крайней мере, не сейчас. Я прекрасно понимаю, что не мне тягаться с одним из лордов, – заметила, прежде чем хранитель начал возмущаться. – Но пока я не знаю, кто это, раскрываться опасно. Давай сначала хотя бы узнаем, кто он, а потом уже будем думать, как его разоблачить.

– На тебя это непохоже – не продумать весь план до конца. Хотя согласен, что в этом есть смысл. Ладно, тогда не мешай, буду думать, – буркнул хранитель.

Спрыгнув с дерева, он направился к берегу размышлять. А я, меланхолично качая ногами, осталась думать над кошачьими предупреждениями.

Один раз я уже все распланировала, и толку это не дало. Все новые ключи к разгадке смерти родных – это скорее подарок случая, чем результат моего планирования. Кто вообще мог предположить, что я не только познакомлюсь с одним из высших, не зная, что это он, но и влезу в его расследование?

– Не боишься замерзнуть? – раздался голос за спиной, словно явившись из моих мыслей.

Я испуганно дернулась, вскочила на ноги и спешно обернулась.

– Кажется, мне здесь не рады, – заметил Бриар, вглядываясь в мое лицо.

«Не кажется. В прошлый раз я вроде достаточно ясно дала понять, что не желаю больше встречаться. И пусть тогда за меня говорил страх, даже успокоившись и все обдумав, я не изменила своего решения. Будет лучше, если мы больше не станем общаться. Лучше для всех. Впрочем, сейчас важнее другое – как давно он здесь?»

Я бросила настороженный взгляд в сторону Храна, который, к счастью, просто сидел на берегу и хмуро косился в нашу сторону. Похоже, кот заметил приближение Бриара раньше меня. Хоть бы голос подал, что мы не одни.

– Молчишь? – устало поинтересовался мужчина и подошел ближе.

Я поспешила отступить, вновь увеличивая расстояние между нами. Он уже оказался слишком близко однажды. Больше я этой ошибки не допущу.

– Простите, магистр, растерялась. Не ожидала увидеть здесь кого-то еще. Не буду вам мешать.

Но скрыться мне не дали. Едва сделала шаг, как он уже оказался рядом, удерживая за руку.

– Отпустите, – вздрогнув, тихо попросила я, избегая его взгляда.

Кажется, вспомнив мою предыдущую истерику, руку мужчина поспешил убрать. Но стоило сделать еще шаг, как мне заступили дорогу.

– Подожди. Я просто хочу поговорить и все разъяснить, – на удивление спокойно попросил Бриар.

Я этого не хотела. Ни говорить, ни что-то разъяснять. Я не видела его уже пару недель с того разговора и надеялась, что сердце уже успокоилось. И хоть того всепоглощающего страха не было, я все равно предпочла бы, чтобы он не приближался. Как я радовалась, что за все каникулы он не решился ко мне подойти. Даже заявление на перевод, которое я лично отнесла ректору еще перед каникулами, не заставило его появиться. В какой-то момент я даже решила, что и правда смогла отвадить его навсегда. Но похоже, он просто готовился к этому разговору. Так что выбора у меня нет. Он не отступит, пока не поймет, что и правда ненавистен мне. Значит, мне придется убедить его в этом.

Я тихо села обратно, устроившись подальше от магистра. Хран тоже подобрался поближе и нырнул мне под руку, позволяя зарыться озябшими пальцами в густую теплую шерсть.

Бриар сел рядом, чуть поморщившись, когда заметил, что я отодвинулась.

– Как нашла озеро? – поинтересовался, заставив меня недоуменно вскинуть брови. Вроде же собирались по делу говорить, а теперь что?

– Просто гуляла и нашла.

– Удивительно. Ты всегда умудряешься случайно наткнуться на что-то необычное, – усмехнулся магистр. – Я ни разу не встречал здесь других адептов.

Я молчала, ожидая, когда он перейдет к главному вопросу.

– Знаешь, в чем его особенность? – бросил он на меня вопросительный взгляд.

– Оно не замерзло, и вода теплее, чем должна быть, – сухо заметила в ответ.

– Это скорее следствие. А знаешь, в чем причина?

Молча покачала головой.

– В центре озера природный магический источник, – кивнул он в сторону блестящей водной глади.

– Откуда вы знаете? – Мне действительно было интересно. Мы с Храном его видим, а как узнал магистр?

– Чувствую, – пояснил Бриар. – Иногда я прихожу сюда восстанавливать резерв. Достаточно просто поплавать в озере, и он уже полон.

Я задумчиво взглянула на воду. Вообще информация полезная, особенно в свете наших с котом планов на накопители. Одна проблема – купаться сюда я в такую погоду не полезу. Да и в любую погоду не полезу, зная, кто тут может бродить рядом.

– Мне казалось, вы хотели со мной переговорить, – хмуро напомнила ему.

– Да, хотел, – еле слышно пробормотал он. – Расскажи мне нормально, что произошло. Кто погиб из-за высшего? Мне показалось, что тогда ты говорила не про Миражанну…

Я сглотнула, пытаясь собраться с силами. Сейчас мне придется быть сильной. А еще грубой и злой. Я должна сделать все, чтобы обезопасить и его, и себя.

– Какое это имеет значение? – поджав губы, бросила на него раздраженный взгляд. – Хоть вы и некромант, сомневаюсь, что вы способны вернуть мне этого человека. А если так, то все разговоры бессмысленны. Вас это просто не касается.

– Учитывая, что из-за этого происшествия ты меня отвергла, думаю, я имею право знать, – сухо ответил мужчина.

– Дело не столько в том, что погиб мой близкий. Просто вы высший лорд, – выплюнула словно ругательство, – и этого факта достаточно, чтобы держаться от вас подальше.

Бриар сцепил зубы, а на щеках его выступили желваки.

– Но я же не виноват в этой смерти, – процедил он. – Почему ты перекладываешь на меня чужие грехи?

– Не эта смерть, так другая, – с деланым безразличием пожала я плечами. – Сомневаюсь, что ваша совесть так уж чиста. Все высшие одинаковы. Вам плевать на судьбы и мнение тех, кто стоит ниже вас.

– Не равняй всех под одну гребенку, – потемнев лицом, заметил мужчина.

– Разве это не так? – грубо оборвала его я, прежде чем он успел оправдаться. – Разве вы не поступали по своему разумению все время нашего знакомства, не обращая внимания на мои возражения? Захотели – перевели на другую специальность, потом подключили к расследованию, потом выкинули из него. Сказали, что я вам нравлюсь, и стали наступать, как таран, несмотря на то, что я сказала, что не готова к отношениям. Когда вас особо волновало мое мнение? Новость о том, что вы – высший лорд, лишь убедила меня, что это не временное помутнение в вашем поведении. Такие, как вы, не меняются. Вы привыкли к вседозволенности и всеобщему подчинению. А я этого делать не желаю.

Все время моей речи Бриар так смотрел на меня… Наверное, будь я мужчиной – ударила бы. Но я всего лишь слабая девушка и рассчитывать могу только на себя. Мое оружие слово, и я очень старалась, чтобы удар оказался достаточно точным и болезненным.

– Что же ты молчала раньше? – наконец процедил он.

– Разве я молчала? – вскинула бровь, напоминая обо всех наших ссорах. – Просто раньше я опасалась сказать все прямо.

– А теперь, значит, не боишься? – криво усмехнулся он.

– Теперь находиться с вами мне страшнее, чем высказать все, – призналась почти честно.

Решив, что на этом стоит закончить разговор, я резко поднялась, прижимая к себе едва дышащего от напряжения Храна.

– Я еще раз прошу вас не приближаться ко мне. Мне… неприятно находиться рядом. – Поморщилась и уже развернулась, собираясь уходить.

– Если я такой подлый, как ты утверждаешь, мне ничего не стоит вновь поднять тему твоих ночных прогулок. Тебя все еще могут исключить, – глухо проговорил магистр, заставив меня остановиться.

На мгновение сердце сбилось с ритма, почти по привычке, ведь исключение было моим страхом долгое время. Но теперь…

– Ваше право, – ответила, не оборачиваясь. – Не скажу, что буду удивлена этому, – добавила специально.

В конце концов, академия уже перестала быть моим приоритетом. Сейчас это просто убежище. Даже если меня исключат, у нас с Храном все еще остается библиотека. Да и работе в лечебнице это пойдет только на пользу.

– Вот так просто? – неожиданно дернули меня за руку, заставляя обернуться к явно злому мужчине. – А как же смерть твоих родителей? Неужели ты больше не хочешь раскрыть эту тайну? – сам того не понимая, он тоже ударил в больное место.

Хран сильнее вцепился когтями в платье у меня на груди, заставляя опустить взгляд на него. Мой милый хранитель, только ты понимаешь, насколько все это для меня тяжело.

– Я поняла, что не могу потратить всю свою жизнь на погоню за призраками прошлого, – пробормотала я самую отъявленную ложь в своей жизни. – Если за столько лет я ничего не нашла, значит, искать просто нечего. Так что шантажа не получится, – подняла на него холодный взгляд, – можете сдать меня ректору. Можете даже завести дело по незаконному проникновению в архивы.

В любом случае благодаря кольцу-пропуску в Обитель знаний я теперь могу сбежать практически отовсюду. Была бы в комнате дверь и возможность уединиться на минуту.

– Считаешь меня таким мерзавцем? – с каменным лицом уточнил Бриар.

Я просто дернула плечом, давая понять, что ответ очевиден. Мужчина молчал, продолжая внимательно всматриваться в меня, и я не выдержала.

– Если это все, то я пойду, – отступила от него еще на шаг, вырывая руку из уже ослабевшего захвата.

Магистр не ответил, но взгляд его, пристальный, злой, но при этом задумчивый, мне не понравился. Кажется, мой удар оказался недостаточно силен, а значит, это не последний наш разговор по душам. А я так надеялась избежать других.

Резко развернувшись, я поспешила уйти.

– Не беспокойся, я не собираюсь сдавать тебя, – бросили мне в спину, заставив вновь остановиться. – Что бы ты ни думала, но я все же не такой подлец. И я услышал тебя и больше не стану беспокоить. Раз уж мое присутствие так тебе ненавистно.

– Спасибо, – так и не обернувшись, пробормотала я непослушными губами и бросилась прочь от этого места и мужчины.

– Как думаешь, правда получилось? – спросила шепотом у хранителя на моих руках, уже почти дойдя до общежития.

– Не знаю. Но выглядел он и правда… оскорбленным, – пробормотал кот. – Не плачь, Каська. Ты сама решила, что так будет лучше. Тогда уж стой на своем решении до конца. Нам главное найти убийцу, а после все обязательно наладится. Так что не плачь, – мягкая лапка коснулась щеки, стирая слезу.

– Я не плачу, – зарылась я носом ему в шею. – Просто глаза от холода слезятся.

– Ну да. Я так и подумал.

Часть первая
Новые начинания и неожиданные повороты судьбы

Если я надеялась отдохнуть и прийти в себя после тяжелого разговора в тишине своей комнаты, то зря. Стоило Храну убежать в лабораторию, а мне взяться за разбор сумки, как в дверь нервно заколотили.

– Это еще что? – ошарашенно пробормотала Рина, влетев в комнату и уставившись на меня.

– И тебе здравствуй, Рина, – устало вздохнула я, закрывая за ней дверь. – Как прошли твои каникулы? Как отдохнула? Спасибо, у меня тоже все хорошо.

– С каникулами потом разберемся, – отмахнулась она. – Что у тебя на голове?

– Я подстриглась, – заметила очевидное, нервно потрогав короткий хвост на затылке.

Еще одно спонтанное и весьма глупое решение, совершенное на волне страха. Попытка стать как можно менее похожей на маму. Потом я осознала, что это было весьма глупо – едва ли длина волос и правда способна существенно меня изменить. Но что сделано, то сделано.

– Это я вижу. Зачем? – с недоумением рассматривала меня подруга.

– Мешаются в работе. Но ты же не из-за моей стрижки так в дверь колотила? – поспешила сменить тему.

– Да, точно, – очнулась она. – Объясни-ка мне, как так получилось, что ты со мной больше не учишься? – Обиженный и немного растерянный взгляд в мою сторону.

– Почему не учусь? – удивилась я. – Учусь, иначе бы я здесь не находилась.

– Не надо вот этого, – раздраженно закатила она глаза. – Ты прекрасно понимаешь, что я имела в виду. Почему ты снова числишься на криминалистике?

– А, ты об этом, – наконец поняла я. – Рина, ты же знаешь, магистр Бриар тогда практически принудил меня перейти. Но мы договорились: если к концу семестра я все еще буду считать, что эта работа не для меня, он меня отпустит.

– И? – выжидательно потянула Рина.

– И сразу после последнего экзамена я написала заявление на перевод, – поделилась я.

– Но… мне казалось… что тебе все это нравится, – недоумевала подруга. – Эта стажировка и участие в расследовании, причем такое активное…

– Именно они и убедили меня, что это не мое. Это оказалось хоть и интересно, но слишком тяжело, – призналась я. – Тихие лаборатории мне по нраву больше, чем суровые оперативные будни.

– Значит, ты бросаешь меня с этими стервами? – разочарованно произнесла подруга.

– Это как посмотреть, – хихикнула я. – Может, это ты меня бросаешь в грубом мужском обществе, ведь теперь там, кроме меня, девушек нет. Может, тоже вернешься?

– Нет, – вздохнула она в ответ. – Мне там больше нравится.

– Мы все еще можем вместе ходить на завтраки и вообще проводить вместе внеурочное время, – улыбнулась я подруге. – Тем более кто еще просветит меня по поводу светских новостей?

– Без тебя будет не то, – пригорюнилась Рина.

– Зато меньше скандалов. Перестану мозолить глаза Вегерос.

– Касс, – внезапно напряглась подруга, – этот перевод, это ведь не из-за магистра? Ты всегда говорила, что все сплетни просто бред. Но вы столько времени проводили вместе… Неужели что-то все-таки было?

– Конечно было. Называется рабочие отношения, – громко рассмеялась я. – Конечно, нам приходилось много общаться, ведь я оказалась втянута в очень сложное дело. Но больше ничего не было. Я рада, что все это наконец-то закончилось. Честно говоря, я вообще его побаиваюсь.

Почти правда – сейчас его присутствие рядом пугало куда больше, чем при знакомстве.

– Серьезно? – удивленно распахнула глаза Рина.

– Да.

Необходимость врать подруге не радовала, но поделиться правдой я не могла. Между мной и магистром оказалось намешано слишком много того, что я предпочла бы скрыть.

– А я вроде, наоборот, привыкла к нему. Не так уж часто он на нас рычал. Он умный, профессионал своего дела. Да и вообще… красивый, – слегка смутившись, призналась подруга.

Я чуть не подавилась, услышав это. Не то чтобы Рина была неправа. Просто… мысль, что Бриар может нравиться подруге как мужчина, оказалась неожиданно горькой. Хотя ведь стоило порадоваться – если он переключит внимание на подругу, то перестанет рыться в моей жизни и прошлом. В отличие от занудной и сложной меня, Рина обладает легким характером, красива, при этом весьма умна – наверняка она сможет его заинтересовать. Да и он на самом деле хороший человек, поэтому за подругу можно будет не беспокоиться.

Так почему же я так мерзко себя ощущаю, думая об этом? Сама же специально его оттолкнула. Проклятье, иногда самой от себя тошно. Правильно сказал Хран – выбранной линии поведения нужно держаться до конца. Значит, стиснула зубы и сделала то, что сделала бы любая нормальная подруга.

– Удачи тебе! – Очень надеюсь, что улыбка моя не выглядела натянутой. – Только будь осторожна с Вегерос. Ты уже знаешь, как ей от ревности крышу сносит.

– Не говори глупостей, я же не это имела в виду, – покраснев, отмахнулась Рина. – Но в любом случае я за себя, если что, смогу постоять.

– И не сомневалась.

– Но смотри, ты обещала не пропадать из виду, – припомнила соседка. – Так что жди меня завтра с утра. Кто ж еще тебя разбудит вовремя, без меня все на свете проспишь.

– Это точно, – кивнула я.

Я и правда проспала. Несмотря на обещание разбудить меня к завтраку, подруга не явилась. Поэтому на первое занятие в этом семестре я побежала голодной. Что, впрочем, было к лучшему, ведь начинали учебу мы с анатомички. Я посчитала это знаком. Начинать новый семестр с трупов? Повод готовиться к худшему. Знать бы еще, с какой стороны ждать подставы.

Группа мое возвращение восприняла нейтрально. Пара человек приветственно кивнули, а остальные проигнорировали меня. А я отметила, что после последней сессии группа понесла существенные потери. Теперь со мной остались всего семеро. Такими темпами до выпуска дойдут только двое.

– Приветствую всех, кто смог пережить экзамены и продолжить обучение в этом семестре, – с насмешливой строгостью заметила магистр Амалика, осматривая аудиторию, и тут наткнулась взглядом на меня. – Серас? Вы что же, решили расстаться с перспективной профессией следователя и вернуться в наши лаборатории?

– Профессия оказалась не столь перспективной, как я рассчитывала, – скупо улыбнулась ей. – И я счастлива вернуться в вашу хладную обитель.

– Я тоже рада снова вас видеть, – слегка кивнула она. – Хоть одна светлая голова. А адептка Даес?

– Боюсь, ее мы не уговорим, – покачала я головой.

– Жаль. Ладно, перейдем к более важному вопросу, – обернулась магистр к аудитории. – Спешу вас обрадовать, в этом семестре вас ожидает практика в городском морге.

Предчувствия меня не обманули. Захотелось уткнуться лицом в ладони, чтобы спрятаться от этой новости. Не успела я отделаться от одной практики, как мне навязали новую.

– Это не распространенное явление, – продолжила преподаватель, – но в следственном управлении возникли проблемы с кадрами, поэтому у нас попросили студентов старших курсов. Раз в неделю вы попарно будете дежурить в управлении, на случай если понадобится эксперт. Расписание дежурств будет составлено к вечеру и вывешено на кафедре. Мы понимаем, что после ночной смены учиться сложно, – сурово оборвала возмущенный ропот адептов магистр Амалика, – поэтому вы освобождаетесь от двух утренних занятий после дежурства, но пропущенный материал вам придется нагонять самим. Да, Серас?

– Вы сказали, что дежурить будем парами, но нас нечетное количество, – заметила я очевидное.

– Да, – согласилась женщина, – к сожалению, людей не хватает. Но вы, Серас, уже имеете опыт работы. Вас было решено поставить дежурить в одиночестве. Руководство управления поддержало мою идею, как специалисту вам уже вполне доверяют. – Я помрачнела, прекрасно представляя, какое именно руководство одобрило такой вариант. – В отличие от этих обормотов, – посерьезнела магистр. – Вдвоем они хоть друг друга контролировать смогут.

Я обреченно кивнула.

– На этом объявления закончены. За точной информацией подойдете на кафедру позже. А сейчас перейдем к теме занятия. Легкие и дыхательные пути, последствия воздействия различных видов магии, – продиктовала преподаватель.

Однозначно отвратительное начало семестра.

Оставшаяся часть дня убедила меня, что все не так уж плохо. Жизнь возвращается в привычное русло. Лекции, практики, лабораторные – все как в прошлом году. Не хватало только Рины, ее улыбки и заряда радости, которым она делилась. Но и к ее отсутствию я со временем привыкну. Это тоже к лучшему – стоило ограничить свои контакты с внешним миром.

После занятий я сбегала на кафедру. Уж не знаю, благодарить ли удачу или Богов, но практику мне назначили на пятницу. Это радовало вдвойне: во-первых, я не буду пропускать занятия, во-вторых, ночные дежурства в лечебнице. Хотя в целом веселого мало: остаются всего две ночи в неделю, чтобы отоспаться и заняться уроками. И библиотекой. С другой стороны – мне не привыкать. Пару лет я уже в таком режиме провела – видимо, жить по-другому я просто не умею.

В комнате меня уже с нетерпением ждал Хран. Он всю ночь штудировал материалы в библиотеке, и ему не терпелось приступить к экспериментам по изготовлению накопителей. А я предчувствовала, что сегодня выспаться мне не светит.

– Как учебные будни? – бодро поинтересовался он.

– Как будто и не было отдыха, – призналась я, устало опускаясь в кресло. – И у меня еще одна приятная новость.

– Что? – насторожился кошак.

– Нам поставили практику в управлении. – Кот сочувственно глянул на меня. – Ночную. – Его взгляд стал откровенно жалостливым.

– Знаешь, – немного поразмыслив, заявил он, – учитывая, что ты проходила стажировку в управлении, можно попробовать попросить зачесть ее как практику?

– Можно, – мрачно признала я. – Только кого мне придется просить, как думаешь? – бросила взгляд в сторону Храна, разочарованно опустившего уши. – Вот именно. Лучше уж ночные дежурства. Ты нашел что-нибудь про накопители?

– Да, но есть небольшая проблема. Во всех источниках рассказывается, как изготавливать накопители, используя природные источники. Но природных источников целительской магии не существует – нам в любом случае придется тянуть силу из тебя. И я не знаю, как это может отразиться на тебе. И вообще не уверен, что нам хватит способностей сделать его, как это описано в учебнике. Необходимая для накопителя матрица слишком сложна для тебя, – вздохнул хранитель.

– Значит, как всегда, импровизируем? – хмыкнула, поднимаясь с кресла.

– Значит, импровизируем, – согласился кошак, следуя за мной.

Спустившись в лабораторию, я принялась просматривать подготовленные хранителем книги.

– А подслушивающий артефакт будет? – вспомнила я.

– Я нашел пособие, – успокоил меня кот, – так что теперь нужно только время. Можешь начинать разрабатывать план по внедрению.

– Мы с тобой архивы вскрывали, а тут какой-то кабинет, – с улыбкой заметила я.

– Ага. Вот только в архивах никого не было. А в лечебнице и днем и ночью всех полно, – скептично заметил кот.

– Но не в кабинете же главного целителя. Он сутками не работает – должность не та. Глубокой ночью на административном этаже вряд ли кто-то будет. В крайнем случае можем попытаться влезть через крышу или окно, – подумав предложила я.

– Сумасшедшая, – покачал головой кот, а я просто пожала плечами.

Это в первый раз было страшно через крышу пробираться. А теперь чего уже стесняться. Чего я только не делала на пути к разгадке.

Но сейчас стоило сконцентрироваться на накопителе – без него нам и проникать в кабинет не понадобится. И возникла у меня как раз одна идея.

– Какой мой любимый принцип действия? – спросила я, метнувшись к шкафчику со всякой мелочовкой, из которой обычно делала все наши амулеты.

– Упрощать, – не понимая, к чему я веду, ответил кот. – И?

Я оторвалась от ящика: у меня не хватает знаний, чтобы выбрать необходимый элемент.

– Вот и давай думать проще, – пояснила я. – Что такое магия, если рассматривать с нашей с тобой точки зрения?

– Магические потоки, ленты, – ответил Хран.

– А как проще всего носить с собой большое количество лент? – задала я второй наводящий вопрос.

Кот недоуменно посмотрел на меня.

– Свернуть их, – сама же ответила я. – Нам с тобой нужен какой-то предмет с наибольшей магической проницаемостью. Ты будешь тянуть из меня потоки магии и наматывать на этот предмет. А когда магия понадобится, просто распустишь, как моток ленты.

– Не уверен, что из этого что-то выйдет, – выдержав паузу, высказался хранитель. – Тебе придется самой тянуть магию, да еще компактно сжимать ее. Я не смогу забрать ее в необходимом количестве – поток будет обрываться в чужих руках.

– Значит, буду сама, – согласилась я. – Только насчет сжимания не совсем поняла.

– Словно работаешь с шерстью. Вас в приюте не учили прясть? Хотя нашел кого спрашивать. В общем, скручивай поток, словно пытаясь сделать из него нить. Так мы сможем больше на один камень намотать, – объяснил мне хранитель.

– Камень?

– Самую высокую магическую проницаемость имеют драгоценные камни. И чем ценнее камень, тем выше его вместительность. Поэтому артефакты чаще всего делают именно из драгоценных камней и металлов, – пояснил мне кот.

– И где же мы возьмем такие камни? – забеспокоилась я.

– У нас есть немного горного хрусталя и циркония. Не совсем то, в один кристалл твой резерв не вместить, придется брать несколько. Но будем пробовать то, что есть, – вздохнув, сообщил Хран.

Самое странное – моя идея сработала! Хотя процесс создания накопителя оказался для меня не слишком приятным. Нет, боли я не чувствовала, но выглядело это так, словно я из себя сосуды вытягивала или нервы. Взявшись за один из потоков, оплетающих запястье, я стала его скручивать, как советовал кот, и передавать тонкую нить ему для намотки на камень. Один накопитель мы заполнили весьма бодро. А вот на середине второго я начала чувствовать слабость и легкое головокружение. Когда взялись за третий, стало совсем дурно. В ушах нарастал шум крови, перед глазами плыло, и я уже с трудом различала ленту магии в собственных руках. Только тогда Хран заметил, что со мной что-то не так, и остановил.

– Все, больше нельзя, – проговорил он. – Твой поток слишком истончился. Еще немного, и ты просто выгоришь.

Мягко говоря, истончился. Теперь-то я заметила, что потоки магии, ранее оплетавшие мое тело, практически пропали. Лишь несколько едва заметных лент продолжали пронизывать мои руки – пожалуй, я и правда переборщила. Я оборвала ленту в своих руках.

– Не думала, что выгореть можно так просто, – слабо удивилась я. – Мне нехорошо, но все же не адски больно.

– Поэтому выгорание не такая уж редкость. Была бы боль, организм бы воспротивился. Инстинкт самосохранения не дремлет, если тебе плохо, то все ресурсы организма будут направлены на то, чтобы убрать боль. А так как ее нет, то и остановиться вовремя сложнее.

– Ужас. Надо быть внимательнее. Но того, что мы собрали, хватит? – встревожилась я.

– Должно хватить, – немного подумав, заключил кот.

– Прекрасно. – Я попыталась встать и тут же покачнулась, к счастью, успев схватиться за спинку стула. Тут же подскочил кот, поддержав хвостом за запястье.

– Ты идти-то сможешь? – обеспокоенно спросил он.

– Смогу, – отмахнулась я, правда, не слишком уверенно.

В итоге добралась до спальни только с помощью хранителя и твердой стены под второй рукой. Рухнув на кровать, успела пробормотать, что в следующий раз проведем процедуру в постели, и отключилась.

Впереди была водная гладь. Огромная, бескрайняя, глубокая и ледяная. Вдали грозовыми тучами собирался шторм. Море, которое я мечтала увидеть голубым, прозрачным, сверкающим на солнце, оказалось серым, накрытым затянутым тучами небом, полным молний и шквалистого ветра.

На самом краю скалы, нависающей над волнами, с грохотом бьющимися о подножье камней, стояла я. И меня не пугало буйство стихии – в глубине души я чувствовала созвучность происходящему. Я глубоко вдыхала соленый ветер и просто наслаждалась звуком стихии, вкусом морского ветра на губах. Свободой. Жестокой, бушующей, способной разорвать на куски, зато безграничной. Мне тоже так отчаянно хотелось стать такой же – не скованной страхом и рамками. Хотелось раскинуть руки и шагнуть туда, в безудержную стихию.

Расправив плечи, я подставила лицо ветру и прикрыла глаза. Мне оставался один шаг, чтобы слиться со стихией, но мне не дали. Крепкие руки, осторожно обвившие мою талию, аккуратно стянули меня с края скалы. И прижали к себе, согревая тело и душу.

– Ты же не собиралась шагнуть? – раздался тихий голос позади, и, несмотря на шум разбивающихся волн, я расслышала.

– Не знаю, – так же, не повышая голоса, ответила я. – Скорее всего, нет. Я не имею права так легко расставаться с жизнью.

Объятия стали крепче.

– Я скучаю. Насколько же мне тебя не хватает… Хотя бы знать, что ты рядом, я могу прийти в любой момент, и ты не прогонишь. Хочется вновь ловить в твоих глазах отблески радости, но никак не страха.

– Мне жаль, что так получилось, – искренне призналась я, не решившись сказать главного – что тоже скучаю.

– Объясни мне, что не так?

– Не могу, – вздохнула в ответ и, отвернувшись от манящей меня стихии, обняла его, уткнувшись носом в грудь.

– Почему ты так испугалась моего имени? – продолжал допытываться он. – Или это из-за отца? Что он наговорил тебе?

Я подняла руку и накрыла ладонью его губы, прерывая гневную тираду:

– Это все неважно. Давай просто постоим. Не будем вспоминать, что было, что будет, почему все получилось так. У нас нет прошлого и не может быть будущего. Но сейчас мне тепло и спокойно в твоих объятиях – это все, что имеет значение.

– У нас может быть будущее – достаточно просто рассказать мне, что тебя беспокоит. Я верю, что могу решить твои проблемы, – ловил он мой взгляд.

Он искал истину в моих глазах, а я – уголок спокойствия в бушующем океане. Сейчас мы ничем не могли помочь друг другу.

Опустив взгляд, я отступила, освобождаясь от теплых объятий и позволяя холоду снова сковать все мое существо, а ветру – вынести из головы бессмысленные надежды. Еще один шаг – и стужа пробирается к самому сердцу.

– Настолько боишься сказать мне правду? – с горечью вопросил он.

– Да… – И, откинув голову, я сделала последний шаг навстречу ветру и воде…

…и резко открыла глаза, вскакивая на постели.

– Что? – повернул ко мне сонную морду Хран.

– Приснилось что-то, – пробормотала я, откидываясь на подушки.

– Что? – лениво поинтересовался кот, сворачиваясь в мохнатый клубок.

– Не помню, – призналась я, тоже сворачиваясь под одеялом. – Кажется, было шумно и ветрено. А еще я падала.

– Спи, вставать скоро, – пробурчал он.

И я снова погрузилась в сонную негу.

Утром, пока я судорожно носилась по комнате, пытаясь собраться, кот допытывался, что же мне снилось. Учитывая, что в памяти не осталось ничего, допрос был странным. Что за переполох? Падала во сне, подумаешь. Не кошмары, и то радость.

Учеба вошла в привычный ритм. Я ходила на лекции, отвечала на семинарах и больше не ожидала записок с сообщением об убийстве – в общем, вела нормальную студенческую жизнь, как полгода назад. Даже запланированный ночной поход вписывался в привычный режим.

Сегодня мне предстоял первый рабочий день в лечебнице, и это было немного нервозно. Понятно, что до операций меня не допустят, но мне придется столкнуться с живыми пациентами, а опыта такой работы у меня маловато. С мертвыми привычнее.

И еще пугала мысль, что я и правда собралась подставиться. Нарисовать на спине мишень и практически заявить высшему – я получила твою библиотеку, так приди и забери ее обратно. Иногда и правда казалось, что я сошла с ума, раз решилась на это. С другой стороны – какие еще варианты у меня есть? Тихо ждать, когда однажды ночью группа наемников с татуировками появится на пороге моего дома, и надеяться, что этого никогда не случится? Боюсь, что смерть от страха в ожидании этого окажется мучительнее, чем встреча с высшим лицом к лицу. Нет, я больше не хочу трусить, я хочу быть сильной и решительной ради тех, кто умер, чтобы я жила. А значит, я перестану играть по его правилам и начну свою игру.

К вечеру я все же пришла в себя и спокойно собиралась, пока хранитель нервно зудел над ухом.

– Почему тебя вообще взяли? – внезапно задался он вопросом. – Без документов, без свидетельства об образовании?

– Хран, это бесплатная лечебница! – напомнила ему. – Причем расположенная в простом районе, да еще с отделением для неизлечимо больных. Они любого, кто пожелает устроиться в ночную смену, примут с радостью. А ради целительского дара даже документов спрашивать не станут.

– Прямо так? И даже не поинтересуются, почему ты не хочешь документы предъявлять? – продолжал допытываться он.

– А я это объяснила. Сказала, что в моем учебном заведении запрещено подрабатывать, а стипендии катастрофически не хватает на жизнь.

– И ведь ни словом не соврала, – хмыкнул он.

Дальнейшие сборы проходили в обоюдном молчании.

– Я так понимаю, сегодня ты мне сообщишь, какую жуткую неизлечимую болезнь мы будем исцелять? – наконец прервал паузу кот.

– Нет, – опровергла я его предположение. – По крайней мере, не думаю.

– Почему? – нахмурился Хран. – Я думал, ты хочешь побыстрее вычислить убийцу. Значит, чем раньше начнем провокацию, тем лучше.

– Это так, – со вздохом согласилась я и, уже готовая к выходу, устроилась на кровати. – Но мне банально страшно. Мы не знаем, правда ли работают заклинания из библиотеки – ведь почему-то же их скрыли. Получается, мы будем проводить опыты на людях? – Меня передернуло от этой мысли. – Да, они неизлечимо больны, их дни сочтены. Но вдруг мы сделаем отпущенное им время еще короче и мучительнее? Но и не пробовать нельзя, если кого-то можно спасти. В общем, не знаю, как решиться, – в отчаянии запустила я пальцы в волосы. – Сегодня я просто осмотрюсь в отделении, узнаю, кто там лежит и можно ли им помочь. Наверное, начнем с самых безнадежных, которым осталась пара дней. Боги Безмирья, как жутко звучит, – скривилась я от собственных слов.

– Тогда откажись от этой безумной идеи, – предложил внезапно Хран. – Иди к Бриару, признайся, что ты – Керридуэн, и тяжкая доля по поимке преступника ляжет на плечи профессионала. Он один из немногих, кто может тебя защитить. Или ты правда думаешь, что он может быть замешан?

– Нет. Тогда мне просто паника затмила разум, поэтому я была готова во всем его обвинить, – призналась я. – Его отец, может быть, и замешан, но это маловероятно.

– Тогда почему ты продолжаешь отталкивать его? – нахмурился кот.

– Ты забываешь, что они все равно высшие лорды, – скривилась я. – Мое нахождение рядом с Бриаром и его семьей неизбежно привлечет ко мне внимание. И я боюсь, что кто-то из других высших все же узнает меня. А я бы предпочла первой обнаружить своего врага. Но есть еще одна, куда более важная причина молчать.

– Какая? – практически прошептал хранитель.

– Разве ты сам не догадался? – грустно усмехнулась ему. – Хран, этот высший за одну ночь уничтожил целый род весьма высокого происхождения, и убийство до сих пор не раскрыто. Что помешает ему повторить? – тихо выдохнула я. – Я не хочу подставлять Бриара и его семью под такой удар.

– Боишься за него?

– Боюсь, – признала я. – Если он возьмется за дело, то доберется до сути, будет ли это опасно или нет. Ладно я! Это моя семья, моя жизнь и мои проблемы. И он не должен умирать ради моей мести.

– Значит, ты твердо решила не вмешивать его в это дело? – спросил Хран.

– Да, – уверенно кивнула я, поднимаясь с кровати. – И давай закроем эту тему. Мне пора на работу, а тебя ждет ответственное задание. Поищи в Обители знаний чертежи лечебницы – здание довольно старое, почти исторический памятник, вдруг найдется что-то.

– Ищешь способ проникнуть в кабинет главного целителя? Я понял тебя, – кивнул он. – И прослушкой сегодня займусь, не переживай. А тебе удачи!

– Спасибо, – выдохнула я и, накинув капюшон, скрылась в потайном ходе, чтобы новой тропой выскользнуть с территории академии.

Несмотря на поздний час, пусто в приемном покое не было. Медсестры сновали туда-сюда, несколько пациентов грустили на потрепанных лавочках у стены. В центре вестибюля нашелся стол, заваленный бумагами, а за ним – женщина средних лет. Стоило приблизиться, как она подняла усталые, но доброжелательные глаза:

– Чем могу вам помочь?

– Здравствуйте, – робко улыбнулась я. – Я Дия, с сегодняшнего дня начинаю у вас работать.

Взгляд сразу стал на порядок теплее.

– Еще одна новенькая? – уточнила она. – Мэтр Варлоу говорил, что ты сегодня придешь. Я Майлина, но знакомиться ближе будем попозже. У нас сегодня кошмар. Все целители заняты на серьезных травмах и операциях.

– Чем я могу помочь? – понимающе улыбнулась я, скрывая нервозность.

– Значит, так: иди по коридору до последней двери. Пятнадцатый шкафчик твой. Возьмешь в нем форменное платье, передник и шапочку, волосы убрать. Переоденешься и возвращайся, я введу тебя в курс дел.

Кивнув, я поспешила в указанную сторону. Переоделась, туго завязала волосы и вернулась в приемный покой. И мне тут же вручили стопку бумаг.

– Стандартные формуляры. Имя пациента, возраст, жалобы, какое лечение назначено. По ночам обычно больше всего травм. Ну, ты понимаешь, – закатила она глаза, – разбитые носы, переломанные руки, ноги… – И чуть приглушенно продолжила: – Мэтр говорил, ты с даром? Мой тебе совет, если видишь явные последствия пьяной драки, промывай, перевязывай и отправляй восвояси, не раскидывайся магией. Если голова у остолопов не для того, чтобы думать, тогда пусть хоть ощутят все прелести последствий. Тем более может попасться серьезный пациент, на которого понадобятся все силы.

Что же, может, это и жестоко, но я же окажу драчунам первую помощь. Да, процесс заживления будет идти дольше, зато снова в драку не полезут.

– Тебе туда, – кивнула женщина в сторону ближайшей двери. – Буду присылать пациентов по одному. Удачи.

Я надеюсь, она мне не понадобится.

За дверью обнаружилась крохотная комнатка с кушеткой и шкафчиком с инструментами, зельями и склянками. Так началась моя первая ночная смена.

Поток пациентов был действительно однообразен. И началось все правда с разбитого носа и запаха алкоголя. Второй посетитель оказался почти точной копией первого, разве что пострадала его голова. Так и потянулось. Изредка в череду хмурых нетрезвых физиономий вкрадывались и нормальные пациенты. Старушка с поврежденным запястьем поскользнулась по дороге домой после подработки. На нее я не пожалела сил и залечила перелом полностью. Пищевое отравление (пара капель нужного настоя, и лицо молодого парня уже не отдавало зеленью), младенец с температурой (обычная простуда, но молодая мамочка места себе не находила, да и мне стало жалко маленького, поэтому исцелила его сразу).

В какой-то момент поток посетителей иссяк. Посидев пару минут в тишине кабинета и осознав, что никто не собирается заходить, я вышла к Майлине.

– Устала? – с понимаем глянула на меня женщина, медленно цедя травяной настой. – Отдыхай пока, сейчас будет мертвый час. Так всегда бывает.

– Да я не очень устала, – покривила я душой, передавая ей заполненную стопку бумаг по пациентам. – Может, где-то помочь надо, пока я в силах?

Конечно, меня интересовала возможность осмотреться в лечебнице и найти интересующее отделение.

– Эх, зеленая ты еще, все в работу рвешься, – хмыкнула женщина. – Ладно, со временем освоишься, а пока и правда осмотрись и помоги заодно. Иди на второй этаж, спроси там сестру Ривен. У нее всегда рук не хватает, – проинструктировала меня Майлина.

Я поспешила наверх. Удивительное везение – кажется, меня отправили именно туда, куда я стремилась. Отделение неизлечимых больных.

Второй этаж был… безжизненным. Пожалуй, единственное место в больнице, где было настолько тихо. Причем что-то подсказывало: не только ночью. Нужного человека я нашла практически сразу за дверью в полутемный длинный коридор. Небольшой светильник слабо освещал стол, за которым разбирала карточки пожилая женщина.

– Здравствуйте, – шепотом поздоровалась я. – Меня с первого этажа прислали, говорят, вам тут помощь нужна. Я новенькая.

– Ох, милая, – так же тихо вздохнула старушка. – Что ж это тебя в первый день и сразу к безнадежным… – Она неодобрительно покачала головой. – Я Ривен, а тебя-то как звать?

– Дия, – представилась я.

– Хоть знаешь, куда тебя прислали? – спросила она, поднимаясь из-за стола, а я кивнула в ответ. – Помочь бедолагам мы уже не можем, разве что облегчить муки. Ты с даром небось? – бросила она на меня проницательный взгляд. – Тогда понятно, почему к нам отправили. Дежурных целителей на нас обычно не хватает.

– Неужели все так плохо? – поежилась я. – Разве здесь только умирающие?

Странно. Неизлечимых болезней много, но далеко не все из них смертельны. Многие можно купировать. Не вылечить, увы, но дать пациенту возможность нормально пожить.

– Да нет, конечно, – покачала медсестра головой. – Есть и хронические, но знаешь… – подняла она на меня печальный взгляд, – иногда кажется, лучше бы у их мук был какой-то предел.

Я сглотнула. Вот такая простая истина, Касс.

В целом от меня ничего сложного не требовалось. Обойти все палаты, проверить состояние пациентов. Если нужно, наложить обезболивающее, успокоительное или сонное заклятие. Убедиться, что никому не стало хуже и никто не умер. Этот пункт в списке моих обязанностей, заявленный обыденным тоном, заставил еще раз ужаснуться. Нет, с трупами работать легче.

Палаты были совсем крошечными, но идеально чистыми. Обычно трехместные, но встречались и одиночные. Первые три встретили меня полной тишиной. Все дремали, состояние у всех стабильное, ухудшений вроде не было. В четвертой палате надрывно хрипящая женщина не могла уснуть от боли. Я погрузила ее в глубокий сон.

Следующая палата оказалась одной из одиночных, и вот она была действительно необычной. Прямо за дверью обнаружился плотный черный занавес, окно закрывали тяжелые шторы. Сквозь небольшой просвет было заметно, что даже стекла заклеены. Крошечную комнату слабо освещал ночник на тумбочке у кровати, где, свернувшись клубком, спала девочка лет двенадцати. Осторожно положив руку на маленькую головку, я пустила слабую волну магии, чтобы удостовериться, все ли с ней в порядке. И обнаружила нечто куда более странное, чем убранство комнаты. Она была здорова! Никаких отклонений в работе ее организма я не нашла. Но тогда почему она здесь?

Увы, карта подсказала, что лежала она здесь не зря. Нет, крошка не умирала и не мучилась болями. У нее оказалась всего лишь непереносимость солнечного света. Но жить нормально она не сможет. Ее ждет участь одинокой домашней затворницы, ведь выйти на улицу она не может.

Время за осмотром палат пролетело незаметно, и вот уже скоро конец моей смены. В целом не сказать, что я очень сильно устала – беспокоила сонливость и истощенный резерв. Пусть я старалась экономить магию, но все же не успела еще полностью восстановиться после заполнения накопителя. И вот восстановление резерва становится моей главной проблемой, которую нам с хранителем придется решать, и быстро. И правда, что ли, ходить плавать на то озеро?

С тихим скрипом открылась дверь в последнюю палату. Тусклый свет фонарей с улицы позволял разглядеть, что занята только кровать возле окна. Почти тут же пожилой мужчина в постели шевельнулся:

– Кто здесь? Это ты, Ривен?

– Извините, я вас разбудила, – подошла я ближе. – Я новенькая, пришла с обходом. Как вы себя чувствуете?

– Плохо, но так оно и должно быть, – прохрипел он сквозь зубы, так и не открыв глаза, но повернув голову на мой голос. Я же получила отклик магии, закончившей проверять пациента, и содрогнулась от понимания, сколько же боли он испытывает. – Одно радует, мне недолго осталось.

Скорее всего, это правда. Влив весь оставшийся у меня резерв в заклинание обезболивания, я постаралась облегчить его мучения.

– Что у вас? – тихо спросила я.

– Кермирская лихорадка, – последовал тихий ответ. – Последняя стадия. С утра отказало зрение, так что теперь действительно осталось недолго. Скоро уже отдохну…

Похоже, я определилась с первым пациентом. Сама не ожидала, что так быстро. Но разве это не символично – ведь именно на способ лечения этой лихорадки мы наткнулись, впервые попав в библиотеку. Похоже, завтра у Храна будет очень напряженный день. Откладывать нельзя, надежда, что бедняга продержится до завтрашней ночи, и так слаба. С прослушкой разберемся позже, спасти жизнь важнее. Хотя если повезет, то сможем завтра же проникнуть и в кабинет.

– Хотите, я погружу вас в сон? – мягко предложила я, чувствуя, что на это жалких остатков силы мне хватит.

– Если можно, – тихо донеслось в ответ, и я позволила больному погрузиться в забытье.

Какое-то время я простояла в палате у окна, разглядывая предутренний город. Пора убегать. Хорошо бы поспать хотя бы часа три. И надеюсь, Рина вновь позабудет про совместный завтрак и не явится меня будить. Без завтрака я протяну, без сна – вряд ли. Выходя, последний раз оглянулась на одинокую лежащую фигуру. Если повезет, ночью мы спасем еще одну жизнь.

Утром я, конечно, нещадно опаздывала, с трудом вскочив в последний момент. С Храном даже толком поговорить не успела. Лишь «порадовала», что к вечеру ему нужно разобраться с плетением для кермирской лихорадки и закончить подслушивающий артефакт. Занятия пролетели мимо моего сонного сознания почти незаметно, хотя я старалась держаться и вполне успешно боролась с желанием прикрыть глаза на минутку. На плаву меня держала лишь мысль, что далеко не все преподаватели ко мне благосклонны, чтобы простить сон на занятиях. Могут и отработку назначить, которая в мой плотный график никак не вписывается.

Весь день я жила надеждой, что после занятий смогу еще пару часов подремать до еще одного дежурства. Вот только ей не суждено было сбыться. Потому что в комнате меня ожидал мрачный Дамиан.

– Добрый день, магистр Бриар. Что привело вас ко мне? – устало спросила я, понимая, что поспать уже не удастся. Теперь главное – не сорваться на скандал или слезы. Безразличие – вот мое лучшее оружие.

– Возникли проблемы, Кастодия, – холодно сообщил он.

– Какие? – вяло уточнила я, не спеша проходить дальше в комнату и удерживая между нами дистанцию.

– Убийства, – произнес он, заставив меня вздрогнуть. – Они снова начались.

Сердце замерло в груди, чтобы в следующее мгновение загрохотать, отдаваясь даже в кончиках пальцев. Что… зачем? Неужели высший решился сразу же предпринять вторую попытку? Но это же просто… бессмыслица! Он действительно не понял, что библиотека уже вскрыта?

– Как… – пробормотала я. – С чего вы взяли, что это опять ритуал? – попыталась ухватиться я за соломинку. – Убийства произошли в тех же местах?

Судорожно пыталась припомнить, не было ли странной оживленности в коридорах сегодня – неужели я умудрилась пропустить новость об еще одном трупе в академии?

– Нет, – пристально наблюдая за моей реакцией, ответил мужчина. – Но было найдено тело со следами лотоса в крови. А рядом снова рисунок вскрывающей печати.

Новость заставила меня нахмуриться. Значит… убийца пытается вскрыть что-то еще? В этот раз даже не скрывая своих намерений и не выждав времени, чтобы ищущие его люди успокоились? Странно, что за спешка… И что он хочет получить теперь…

Была у меня одна мысль. Хран уже высказывался, что собранная в Обители коллекция выглядит довольно однобокой. Какова вероятность, что найденное нами – это еще не вся библиотека? И теперь высший решил добраться до другой ее части…

Впрочем, все эти пугающие мысли я обсужу потом с хранителем. Сейчас меня беспокоило другое – почему с этой новостью магистр явился ко мне? Сомневаюсь, что хочет предложить вновь участвовать в расследовании.

– Это… ужасно, – покачала я головой. – Но я не понимаю, почему вы рассказываете мне это? Меня опять запрут в академии, потому что стало опасно?

– Пока таких мер не требуется. Я пришел, чтобы допросить тебя повторно. Что точно произошло на балу, после того как я отправился за убийцей? – стальным голосом произнес он, заставив меня замирать от сковывающей внутренности паники. – Куда ты пропала?

Я понимала, что когда-нибудь мне придется рассказать про библиотеку. Но не ожидала, что так скоро и при таких обстоятельствах. Вновь начавшиеся убийства – это слишком серьезно, чтобы продолжать замалчивать столь важную информацию. Надеюсь, Хран простит, что я не посоветовалась с ним. Едва я собралась с духом, чтобы признаться в нашей с хранителем находке, как язык внезапно онемел, а кольцо предупреждающе нагрелось. Похоже, я зря мучилась сомнениями – никто не позволит мне признаться. Обитель знаний вполне успешно хранит свои тайны и сама решает, с кем ими делиться, а с кем – нет. Значит, опять придется врать? Как же это противно…

Вздохнув, я подняла на магистра взгляд, очень надеясь, что мой усталый вид хоть раз сыграет на пользу.

– Я вам уже рассказывала, что заблудилась, когда ушла искать помощь.

– В прошлый раз я купился на это, потому что решил, что Кэол приложил руку к твоему исчезновению, – сверля меня холодным взглядом, заявил мужчина. – Вполне в его духе – утащить тебя куда-нибудь, чтобы познакомиться. Но я спросил его – он сказал, что встретил тебя уже у самых дверей зала и тут же сообщил мне. Где ты была, Касс?

Я опустила голову, словно раскаиваясь, а сама судорожно придумывала оправдание.

– Я правда ушла за помощью, – пробормотала тихо. – Но едва отошла от того стража, как меня накрыла истерика. Вся эта кровь… умирающий под моими ладонями… это слишком напоминало то, что случилось с Миражанной. И пусть его я спасла, но… просто не выдержала. Ввалилась в первую же открытую комнату и просто плакала там, пытаясь успокоиться. Думала, что прошла только пара минут, но когда успокоилась и вышла, оказалось, что раненого уже забрали. И тогда я поспешила к залу.

– Если все так, как ты говоришь, то куда пропал твой маячок, Касс? – вкрадчивым угрожающим голосом поинтересовался Бриар, делая шаг ко мне. – Я ведь искал тебя.

– Потому что я его отключила, – постаралась я твердо встретить его взгляд. – Лорд Клейрон наверняка рассказал вам, что я научилась это делать. Мне было так стыдно, что я помешала поймать преступника, что подставилась, да еще и сама же расплакалась после… Я просто не хотела, чтобы вы видели меня в таком состоянии. Это… слабость, которую лучше не показывать.

Магистр чуть ли не зубами скрипнул на эти мои слова. Получить очередное доказательство моего недоверия ему явно было не слишком приятно. Но все к лучшему. Наши неудавшиеся отношения в свете происходящего вообще не проблема. Ему есть на чем сконцентрироваться, как и мне.

– Может, это и правда, но не вся, – наконец заметил Бриар, пристально вглядываясь в мои глаза.

– Это все, что я могу сказать, – безразлично пожала плечами в ответ.

– Принято. Пока что, – недовольно проронил он и исчез в портале.

Я буквально доползла до кресла и упала в него, чувствуя, как напряжение постепенно отпускает чуть ли не каждую мышцу моего тела. Прикрыв глаза, я погрузилась в безрадостные размышления.

Значит, в этот раз убийца решил не прятаться, выжидая… Что же заставило его так осмелеть? Возникает чувство, что он уверен в своей безнаказанности – неужели он умудрился получить какое-то преимущество? Стал ли он опаснее? Правда ли ему нужна вторая часть библиотеки и существует ли она вообще? Стоит ли воплощать наш план или понадеяться, что Бриар сможет поймать его во время второго ритуала?

Столько вопросов, но ответить на них некому. Но я понимаю, что не готова ждать, рассчитывая на удачу других. Раз уж я подготовила план, то буду следовать ему. Тем более вполне возможно, что чудесные исцеления заставят убийцу отвлечься от новой цепочки убийств, а может, и вовсе совершить ошибку.

Так что, пока Хран изучает заклинания, мне стоит разобраться с планом лечебницы, который он сумел найти. Нам несказанно повезло, что кабинет главного целителя на верхнем этаже, то есть проникновение через крышу вполне возможно. Осталось придумать, как попасть на эту самую крышу. В итоге решение нашлось одно – придется прыгать с соседнего здания, на которое забраться проще. И стоит хорошенько помолиться, чтобы я не свалилась оттуда. А там уже влезть в сам кабинет проблем не будет – мы с Храном почти профессионалы в этом деле.

Хранитель вернулся за час до выхода на дежурство, когда я уже начала нервничать от размышлений, что мы не успеем и несчастный уже скончался.

– Ты разобрался с заклинанием? – бросила я вопросительный взгляд на вернувшегося кота.

– Да. Остается надеяться, что сработает, как написано в пособии.

– Тогда будем действовать так – к двум часам незаметно проберешься в больницу. Я постараюсь до трех ночи быть на глазах целителей: напрошусь в операционную либо буду в приемной крутиться. Тебе нужна последняя палата на втором этаже. В коридорах темно, так что вряд ли тебя заметят, из персонала там только одна пожилая медсестра. Мужчина в возрасте, лежит один, не ошибешься.

– На словах все просто, а на деле… – пробормотал кот.

– Я давлю на тебя? – бросила я на него извиняющийся взгляд. – Если ты против, я не настаиваю. Не хочу заставлять тебя делать что-то против воли.

– Угу, – кивнул он. – И тогда ты сама полезешь испытывать заклинания. А потом начнешь сама лечить, несмотря на последствия? – кинул он на меня пытливый взгляд, и я отвернулась, признавая его правоту. – Так я и думал. Не переживай. Пусть это и безрассудство, я не могу не вычленить рациональное зерно в твоем плане. И стоит хотя бы попробовать применить найденные знания на благо. В любом случае разве я тебя брошу? Я же твой друг, и это для тебя важно.

– Спасибо тебе! – Наклонившись, я громко чмокнула кошака в нос, а он отвернулся и расчихался.

– Тьфу, дурная, – фыркнул он. – С прослушкой что делать будем? Если мы сегодня сможем вылечить мужчину, то нужно будет сразу начинать слушать.

– Я заканчиваю в четыре. Жди меня на правом углу дома позади больницы. Будем пытаться пробраться внутрь.

– Эх, – устало вздохнул он, – когда же мы с тобой будем по ночам спать, как все нормальные люди?

– Никогда, – разочаровала я его. – Пора. Пожелай мне удачи.

– Удачи.

– И тебе того же! И даже побольше, чем мне. – И нырнула в проход.

Совершенно неожиданно леди Удача оказалась сегодня на моей стороне. Не успела я переодеться, как меня перехватила взъерошенная Майлина.

– О, как хорошо, что ты уже пришла, – воскликнула она, схватив меня за руку, и рысью потащила в незнакомый коридор, а следом – вверх по лестнице. – У нас дежурная сестра по операционной заболела, будешь ее замещать, ассистировать.

– Я… не могу… – забормотала я, не ожидая столь стремительного развития событий. Я-то надеялась просто в сторонке постоять наблюдающей, но никак не участвовать. – У меня же нет опыта!

– Значит, будешь его набираться! – Увидев мое побледневшее лицо, женщина сжалилась: – Не переживай, там ничего сложного от тебя не потребуют. Будешь обновлять усыпляющее заклинание, чтобы пациент не очнулся посреди операции, и отслеживать его состояние, чтобы предупредить, если резко станет хуже.

Я облегченно вздохнула. Что ж, это нестрашно, зато мое алиби абсолютно непробиваемо. Занята я буду долго и все время под неусыпным вниманием.

Когда я вышла из операционной, моя смена уже близилась к концу. Не знаю, что вышло у Храна, ажиотажа я в больнице не заметила. Значит, либо заклинание не подействовало, либо чудесное выздоровление пока не заметили – узнаю, когда встречусь с хранителем. Поздравив с первой настоящей операцией, меня великодушно отпустили пораньше.

Улицы уже пустовали. Самые упорные полуночники уже спали, а ранние пташки еще не проснулись – идеальное время, чтобы влезть кому-то в окно. Хран, как мы и договаривались, ждал меня в тени на углу. Судя по его взбудораженному, но довольному виду, план удался. Но я все же уточнила:

– Как?

– Получилось, – кивнул кот. – Но было много странностей.

– Потом, – отмахнулась я. – Сейчас нам есть чем заняться.

Расстояние между крышами было небольшим – перепрыгнуть вполне по силам. Сориентироваться, с какой стороны кабинет главного целителя, и то оказалось сложнее. Защита на окнах была слабенькая – а что там ценного? Куча бумажек, важных только для самой больницы. Так что спустя десяток не самых приятных минут мы с котом уже шагнули сквозь окно кабинета.

Первым внутрь бесшумно спрыгнул Хран и метнулся к двери, замирая там. А я тем временем искала место для передатчика. Идеальным местом был стол. Но едва я собралась закрепить артефакт, как раздалось испуганное шипение «Идут!», и в следующее мгновение Хран оказался рядом со мной под столешницей. Мы застыли, едва дыша от напряжения и страха. Неужели сюда? Очевидно, кто-то наверху решил, что удачи с нас сегодня хватит. Раздались скрежет ключа и чье-то недовольное бурчание.

Хран уставился на меня круглыми от ужаса глазами. Я залезла поглубже под стол, застыла, молясь всем Богам, чтобы хозяин кабинета не уселся работать. Сбегать уже поздно, но остается надежда, что нас не заметят.

Наконец звук открывающейся двери и чьи-то бодрые шаги.

– Сколько раз ему говорили, – бубнил женский голос, – нет, вот опять не закрыл. И так сквозняки гуляют, а он окна нараспашку оставляет.

Неясная в сумраке фигура прошла к окну, оставленному нами нараспашку, и принялась закрывать его.

– А еще главный целитель, – недовольно причитала она. – Я это окно вообще когда-нибудь забью.

И так же бодро, как вошла, умчалась восвояси. Тихий хлопок двери, скрежет замка и затихающее бормотание в коридоре.

Еще пару мгновений мы не дышали, чтобы не спугнуть удачу.

– Ушла, – выдохнул Хран. – Я так помру с тобой скоро.

– Я так сама с собой помру, – согласно кивнула я, пытаясь унять разбушевавшееся от адреналина сердцебиение.

– Пошли тогда отсюда подобру-поздорову, – устало потряс головой кот, выползая из-под стола.

Проверив, чтобы все было в точности, как до нашего вторжения, мы поспешили к окну.

– Закрыть не забудь, – напомнил кот. – А то подозрительно выйдет.

– Не учи ученого, – огрызнулась я.

К слову, закрыть окно с внешней стороны, балансируя на подоконнике, куда сложнее, чем открыть. Полчаса мучений, ободранные ладони, и наконец можно возвращаться в академию.

– Рассказывай, что не так оказалось с заклинанием? – едва ворочая языком, спросила я, пока мы шли по темным пустынным улицам.

Хран окинул меня пристальным взглядом:

– Ничего такого, что не могло бы подождать до завтра, пока ты не придешь в себя.

Я лишь пожала плечами. Конечно, интересно, что такого диковинного он там увидел, но лучше сначала выспаться.

А утром ни на какие объяснения времени не хватило. Учеба тоже пролетела мимо меня – стремительно и незаметно. Мозг периодически отключался, хорошо хоть выработанная годами привычка записывать все за лектором не подвела. И в итоге не успела оглянуться, а уже вечер. У двери в собственную комнату на мгновение застыла: пожалуйста, только без незваных гостей! Повезло. Никого, кроме Храна, изнывающего от нетерпения.

– Давай, – кивнула я, устраиваясь на своем любимом месте и заворачиваясь в плед, – рассказывай.

– Туда я пробрался без проблем. Старик действительно был плох, а пока я это мудреное плетение создавал, и вовсе подошел к грани. Самое интересное началось после того, как я активировал заклинание. Как только плетение соприкоснулось с ним, оно не исчезло, не впиталось, а просто стало темнеть. Очень медленно, начиная с центра, словно высасывая эту гадость из тела. А когда полностью почернело, к нашему накопителю протянулась тонкая нить, и вот тут уже начал темнеть кристалл. Вот что из него получилось в итоге.

Кот протянул мне абсолютно черный, не пропускающий света камень.

– Только осторожнее! – предупредил он, стоило мне протянуть ладонь, и я резко ее отдернула. Мало ли, вдруг заразно. – Он очень хрупкий стал, едва не рассыпается в лапах.

Я аккуратно взяла бывший накопитель. И действительно, кристалл приобрел какую-то пористую и крайне хрупкую структуру. Я осторожно покрутила в руках черное нечто.

– После того как нить перекачала всю черноту из плетения в камень, плетение вместе с нитью просто распалось. Я проверил состояние пациента. И ты знаешь, он здоров! – воскликнул хранитель. – Точнее, он больше не болен лихорадкой, но в целом состояние у него не очень. Организм все же истощен болезнью.

– Потрясающе, – пробормотала я, чувствуя, как по моему лицу расползается улыбка, – мы спасли человека.

Но Хран такой легкомысленностью не отличался, забыть про странности он не мог.

– Знаешь, я потом еще раз заглянул в библиотеку и, кажется, понял, почему такие важные сведения были скрыты.

– Почему? – сразу напряглась я.

– Мы зря с тобой не просмотрели пособие полностью, ограничившись лечением, и даже не заглянули в разделы про восстановительный период.

– Потом бы посмотрели, нам просто времени не хватало, – нервно заметила я. – Что там такого-то?

– Касс, восстановительный период там прописан не для больного, а для лекаря. Похоже, заклинание не совсем лечит лихорадку. Оно лишь перетягивает ее на целителя.

– Зачем? – пробормотала я, отказываясь верить в услышанное. – Зачем перетягивать смертельное заболевание с одного человека на другого?

– Тут несколько факторов. Во-первых, целители в силу своего дара хорошо сопротивляются болезням. Еще ни один целитель не заболел кермирской лихорадкой, есть что-то такое в вашем организме. А во-вторых, заклинание ослабляет эту заразу. Так что лекарь переносит ее в легкой форме и без смертельного исхода. Но это все равно болезнь с весьма тяжелыми симптомами, в этом и проблема.

– Не такая уж большая, – возразила я. – Если ты можешь спасти человека, почему бы не перетерпеть недомогание? Раз уж точно останешься в живых.

– Вот-вот, – потряс головой кошак. – Наверняка нашлось много таких, кто думал, как ты, и был готов собой жертвовать. Причем регулярно. Не успел организм отойти от одной заразы, как спаситель хватает новую. И что получается – целитель сгорает за пару лет. Такое лечение чревато, вот его и спрятали.

– Но с тобой же все в порядке? – обеспокоенно уточнила у кота.

– Во-первых, Касс, я не человек. И даже не животное, я вообще болеть не могу. А во-вторых, я не целитель. Магия была твоя, а ее единственный источник, который нашло заклинание, это кристалл, куда и слилась болезнь. Надо бы уничтожить камень. В любом случае использовать его повторно не получится.

– Подожди, значит, эта зараза могла передаться мне? – с ужасом поняла я.

– Теоретически – да, – осторожно заметил друг.

Я молча оценивала возможные перспективы. Спасти человека – это прекрасно, но взять на себя смертельное заболевание со всеми сопутствующими последствиями, пусть и в более легкой форме…

– В чем-то Бриар прав, – пробормотала себе под нос, – доиграюсь я когда-нибудь.

– Определенно, – буркнул недовольно хранитель.

– Будем надеяться, что это случится позже, – слабо улыбнулась ему и поспешила перевести тему: – Ладно, ты не проверял, прослушка работает?

– Проверял, – кивнул он. – В лечебнице ажиотаж. Но за ее пределы новость пока не вырвалась. Целитель Варлоу считает, что они ошиблись с диагнозом, и уже начал трясти персонал на пригодность. Посторонние пока не появлялись.

– Ты мое сокровище, – обняла кота за шею. – Как бы я без тебя со всем справилась?

– Никак. – И, заметив мой широкий зевок, добавил: – Идем-ка отдыхать, мы оба выдохлись.

– Просплю, – печально покачала я головой. – В таком состоянии точно все просплю.

– Я тебя разбужу, – пообещал он мне, и я была не в силах сопротивляться.

В лечебнице и правда было заметно оживленнее, несмотря на поздний час, и причину мне сообщили с порога.

– Ты представляешь, у нас настоящее чудо случилось! – встретила меня Майлина.

– Как это? – изобразила я заинтересованность.

– У одного из неизлечимых утром началась ремиссия!

– Да ладно? А что у него было?

– Кермирская лихорадка.

– Но это же безнадежный случай, – нахмурилась я. – Никогда не слышала, чтобы хоть кому-то становилось лучше, про излечение уж и не говорю.

– Вот-вот. Вчера он при смерти был, а сегодня никаких признаков лихорадки! У нас целый день консилиумы. Замучили уже только-только пришедшего в себя больного, – неодобрительно покачала головой женщина.

– Правда? И кто приходил? – задала я главный вопрос.

– Пока только персонал лечебницы. Начальство настоятельно просило не болтать, но завтра точно полгорода сбежится.

Еще бы. Один день такое событие еще можно продержать в секрете, а там уже придется делиться с коллегами.

– А собрание местных великих умов не выяснило, почему он поправился? – демонстрировала я энтузиазм.

– Да какое там, – махнула рукой женщина. – Разве что разругались. Говорят, такое чувство, что болезнь просто исчезла, оставив после себя лишь истощение. Вот ведь невероятные вещи вокруг творятся.

– Это точно, – покивала я. – Хотя куда невероятнее было бы, если бы из-за этого отменили работу.

– Ну это уже совсем из разряда мечтаний, – хмыкнула женщина.

– Куда мне сегодня идти?

– В приемное, – вздохнула Майлина, – у нас сегодня снова нехватка рук.

– В приемное так в приемное, – улыбнулась я и погрузилась в череду различных болезней и травм.

На следующий день широкой публике все же стало известно об единственном случае исцеления кермирской лихорадки. И конечно, посетителей у главного целителя Варлоу резко прибавилось. Пока я сидела на занятиях, Хран внимательно слушал все происходящее в кабинете, но, увы, ничего способного заинтересовать нас не было. Лишь целыми делегациями приходили целители и закидывали друг друга таким количеством терминов, что становилось очевидно – это чисто профессиональный интерес. Впрочем, я и не рассчитывала, что высшего удастся выманить с первого раза. Да и слухи по городу пока не успели распространиться, так что нам оставалось лишь терпеливо ждать дальше.

К концу недели после всех дежурств и нервотрепок я чувствовала себя откровенно разбитой. Выходных ждала как праздника. Но до вожделенного отдыха мне еще предстояло провести ночь в управлении. Несмотря на имеющийся опыт работы, идти туда было куда страшнее, чем в лечебницу. Ведь практику мне предстояло проходить в морге, куда в любой момент мог снова заявиться Бриар, по делу или просто для очередного разговора. Поэтому вечера я ждала почти с обреченностью.

Провожала меня на первую практику магистр Амалика у портала, который перенастроили на управление, чтобы мы не мотались по ночным улицам.

– Удачи, – улыбнулась она. – Я в тебе уверена, да и работа тебе знакома, так что не переживай. Вперед, тебя уже ждут.

Я напряглась, начиная понимать, что мои опасения подтверждаются. Сделав шаг в неизвестность, вышла в знакомом мне помещении морга.

– А я все ждал, когда же и ты заступишь на дежурство. Даже специально подогнал расписание, – раздался знакомый голос, но совсем не тот, который я боялась услышать. – Ну привет, потеряшка.

– Рик, – с улыбкой обернулась я.

– И что, ты даже не обнимешь старого друга? – Он приглашающе раскрыл руки.

А я, уже не сомневаясь, кинулась к нему. Сама не думала, что действительно так соскучусь по человеку, с которым была знакома так недолго.

– Не отпущу, пока не покаешься, – заявил оборотень, сжимая меня в объятиях, а я застыла. – Ты куда пропала, признавайся? – задал он неожиданный вопрос, отпуская меня, чтобы я могла заглянуть ему в лицо и осознать весь спектр обиды. – На письма не отвечала, из академии смылась, ни найти тебя, ни поймать. Что еще за фокусы?

– Прости. Экзамены, каникулы, проблемы… не хотелось ни с кем общаться… – Посвящать его в подробности произошедшего не очень хотелось. Да и просто думать об этом тоже.

– Экзамены – это я понимаю, важно, – покивал он. – И что за проблема у тебя возникла, догадываюсь и могу уверить – она была не только твоей.

Я нахмурилась, отстраняясь. Неужели мне послышался упрек? Не думала, что Бриар будет срываться на сотрудниках. Или это просто попытка разжалобить и разговорить меня?

– Молчишь? – прищурился Аларик. – Может, ты решила, что раз разругалась с Деймом, то и я тебе больше не друг?

А я смутилась, осознав, что со стороны мое поведение выглядит именно так.

– Ясно, – тряхнул он головой. – Вот ты вроде такая умная, но все равно иногда дура.

Я, развернувшись, хмуро посмотрела на него. Нет, в чем-то он прав, но сказано все равно грубо.

– Твои разборки с Деймом меня не касаются. Не буду врать, будто мне неинтересно, что случилось, что ты пряталась от всех, а он ходил злой. Но если ты не хочешь говорить, спрашивать не стану.

Я с недоверием глянула на него:

– И никаких: «Может, это недопонимание? Поговори с ним»?

– Делать мне больше нечего, – фыркнул он в ответ. – Вы взрослые люди, разберетесь без чьего-либо вмешательства. И так как я не хочу портить отношения ни с одним из вас, лучше постою в сторонке, чтобы не задело.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, понимая, что появился еще один человек, на которого я могу положиться, не ожидая нравоучений.

– Вот и разобрались. Больше же бегать от меня и молчать не будешь? Тогда я побежал. Не прощаюсь, вполне возможно, мы сегодня еще увидимся. Удачного дежурства, – подмигнул мне оборотень и скрылся за дверью.

А я, вздохнув, села за стол и стала доставать из сумки учебники. Срочная экспертиза на самом деле редко требуется ночью, так что мы тут скорее для проформы сидим. И раз мне все равно караулить кабинет, стоит занять это время чем-то полезным. В общем, да здравствует учеба в ночное время!

Слова Рика оказались пророческими. Через час он вернулся с подарочком.

– Вперед, – в мертвецкую занесли труп и устроили на ближайшем столе.

– Все для тебя, милая. Развлекайся, – мрачно пошутил оборотень, наблюдая, как я закрываю уже разложенные учебники.

– Да я и не скучала, – пробормотала я, направляясь к свежеприбывшему. – Что нужно-то?

– Причина смерти, – попросил Рик. – Не последний человек в городе, а найден на улице мертвым без видимых причин смерти, а с нас их определенно спросят. Так что постарайся, Касс, ладно?

Я кивнула, задумчиво рассматривая лежащего на столе темноволосого мужчину. И правда, никаких повреждений на первый взгляд. По возрасту вроде рано ему еще падать замертво. Определенно тут что-то не так.

– Помогите его раздеть, – попросила я стражей, которые его принесли. Пока они приводили «клиента» в рабочий вид, я занималась описью его вещей.

– В общем, я буду неподалеку, – пообещал оборотень, направляясь к выходу. – Ребята, если что, за дверью. Как закончишь или что интересное найдешь, скажешь, чтобы меня нашли.

– Ладно, – согласилась я, размышляя, что же это за важная личность, раз Аларик так спешит с освидетельствованием.

Первичный внешний осмотр ничего не дал, никаких подозрительных синяков, ран или царапин, так что пора браться за скальпель. Первое осторожное движение в намечающейся линии разреза на грудине вызвало смятение. У трупа пошла кровь! Он же уже умер, сердце остановилось, кровоток прекращен. Или он совсем свежий? Заинтересовавшись подобным феноменом, вернула скальпель к работе.

И почти тут же тело под моими руками вздрогнуло, а я с ужасом обнаружила, что глаза покойника открыты.

Раздался дикий крик. Не мой, трупа.

Словно попав в кошмар, я отпрянула от стола и врезалась в столик с инструментами. Под жуткий металлический грохот мы – я, инструменты и столик – повалились на пол.

Раздался еще один вопль. Теперь уже мой.

«Умертвие!» – испуганно поняла я.

– Идиоты! – разорялся Аларик в коридоре, пока я дрожала в его кресле, грея руки о чашку с успокоительным сбором. – Прежде чем тащить тело в морг, хоть бы удостоверились, что оно мертво! Вы хоть знаете, что пульс проверяют на шее, а не на запястье?!

– Да он же весь замотан был, где там до шеи-то добираться, – робко пробормотал в свое оправдание первый страж.

– Девчонка не могла сама проверить, прежде чем скальпелем размахивать? – возмутился второй.

– А ты бы сам в морге пульсы стал щупать? – рявкнул Рик. – В него все же попадают после проверки на живость. Брысь с глаз моих, – пресек возражения оборотень и вернулся в кабинет, изрядно хлопнув дверью. – Ты как, отошла?

– Не знаю, – пробормотала я. – Ужас какой-то. Как представлю, что я бы ему грудную клетку раскрыла, а там сердце бьется…

– Да ладно, не преувеличивай, – отмахнулся он, садясь за стол. – Хотя ситуация скверная.

– Не ругайся сильно. Там действительно очень сложно было определить, что он живой. На него кинули мощное парализующее заклинание. Оно затормаживает все процессы в организме, кажется, будто человек умер. Стражи не нащупали бы пульс. Так что мой промах тут тоже есть, могла бы и проверить, – покаялась я. – Но я такого не ожидала! Да ни за что в жизни не догадалась бы проверить на жизнедеятельность только что прибывшее в морг тело.

– Значит, пора заносить в протокол новый пункт: «Проверить, действительно ли труп является трупом, прежде чем приступать к вскрытию», – рассмеялся оборотень.

Тут дверь резко распахнулась, и в кабинет порывисто вошел Бриар. Я съежилась в кресле, надеясь, что меня не заметят.

– Что у вас тут еще произошло? – устало спросил магистр, кажется, и правда не заметив меня за высокой спинкой.

Аларик начал посвящать его в подробности. Не знаю, специально ли, но мое имя в докладе не прозвучало. Но стоило чуть выглянуть из-за спинки, как я тут же поймала хмурый взгляд магистра – нет, незамеченной я не осталась.

– Почему, где бы ты ни появилась, начинаются самые невероятные проблемы? – обреченно пробормотал он и, покачав головой, скрылся за дверью.

– В том, что у вас ожил труп, тоже я виновата? – пробормотала себе под нос. – Если где-то проблема, сразу ищите Касс.

Оборотень лишь рассмеялся:

– Не обижайся. Это он не от злости. Это он переживает.

– Мне от этого не легче, – вздохнув, я вернулась к своей кружке с отваром.

Хотя в его замечании есть резон. Неприятности следуют за мной по пятам…

Первый из двух выходных улетел в небытие – я банально спала практически до вечера, умаявшись за эту неделю. Каникулы меня разбаловали, и я почти привыкла к регулярному и долгому сну, поэтому переход на ночную работу выбил из колеи. Зато Хран в отличие от меня поработал изрядно. Деятельный кот перетащил в библиотеку минимальный набор необходимых вещей: кое-какие зелья, ингредиенты, амулеты, одежду, запасы воды и еще что-то по мелочи – на случай если нам придется срочно искать убежища. И даже успел проверить прослушку. Споры по поводу чудесного излечения начали затихать – большинство склонялось к мысли, что диагноз поставили ошибочный. Никаких посторонних личностей, интересующихся чудом, не появлялось.

А я ведь еще хотела заняться комнатой. Непрошеные гости, застающие меня врасплох, определенно начинали напрягать. И пусть я не могла оградить себя от вторжения, но, по крайней мере, поставить сигнальный контур, чтобы знать, кто и когда ко мне приходит, можно.

Вспомнив о визите Бриара, я не могла не подумать о его причинах. И о том, как бы узнать о случившемся подробнее. Поэтому окончательно проснувшись и приведя себя в порядок, я все же отправила записку с предложением встретиться у ворот академии и поболтать. К счастью, ответ не заставил себя ждать.

– Не ожидал, что мое внушение возымеет столь быстрый эффект, – поприветствовал меня Аларик и, подхватив под руку, повел в сторону ближайшей таверны. – Ужинала? Я нет, поэтому предлагаю пообщаться в уютной компании куска мяса.

– С удовольствием к тебе присоединюсь, – ответила я. – И прости, но я пришла с исключительно корыстными целями.

– Ранила в самое сердце, – изобразил он глубокую обиду. – Но в то же время заинтриговала, так что я тебя прощаю. Только на пустой желудок я серьезные разговоры не веду, так что сначала ужин.

Я с такой постановкой вопроса была вполне согласна. Поспрашивала о семье, детях, прошедших праздниках, что сталось с ожившим трупом и с теми, кто его «живость» упустил. И только когда на столе остался лишь травяной отвар, мне позволили перейти к сути дела.

– Так в чем же состоит твой корыстный интерес?

– Возможно, я не вправе спрашивать, – замялась я. – И меня это уже не касается, но… Что там насчет возобновившихся убийств? Вы уверены, что они связаны с нашим ритуалом?

Оборотень нахмурился и глянул на меня недоуменно:

– Та-а-ак… что значит возобновившихся? Откуда ты это взяла?

Теперь была моя очередь удивленно взирать на собеседника.

– От магистра Бриара! – Я медленно осознавала подставу. – А что… их не было?

– Нет, – расслабленно выдохнув, ответил Рик. – Не знаю, зачем Дейм тебе заявил обратное, – наверное, думает, что ты что-то скрыла. Хотел на совесть надавить.

Понимание, что магистр мне солгал, пытаясь разговорить, ошарашило не меньше, чем его настоящее происхождение. Не мне, конечно, жаловаться, но все равно обидно. Лгал он впервые. Умалчивал, недоговаривал – было, а вот обмануть в глаза…

– Не ожидала, – пробормотала я. – По-моему, это жестоко…

– Стандартная практика, – пожал меланхолично плечами оборотень. – Но на наше счастье, новых убийств не было. Правда, и по старым ничего ценного не нашли. Тупик, одним словом, – вздохнул он.

Может, и так… Вот только меня не отпускали собственные размышления. Библиотека и правда казалась неполной. Значит, если высший об этом знает, убийства и правда могут начаться вновь? Или все же подождет, не желая привлекать внимание? Но как бы там ни было, рассказать про Обитель знаний не могу. А значит, и объяснить подозрения по поводу возможных убийств тоже. Впрочем, может, я спешу с выводами, вдруг никакой второй части и не существует.

– Ты чего помрачнела? – поинтересовался наблюдательный страж. – Обиделась?

– Нет, – пожала я плечами. – Какое я имею право? Видимо, это было необходимо для дела.

– Да ладно, – не поверил он. – Обиделась так обиделась. Тебе можно, ты же девушка.

– И как тебя только жена не прибила за такую логику, – усмехнувшись, покачала я головой.

– Логика – ерунда. Вот как она меня с таким графиком еще не бросила, это действительно вопрос.

– Ох, что это я! – тут же всполошилась я. – Лира дома ждет, а я тебя здесь задерживаю дурацкими разговорами.

Бодренько вытолкав оборотня из таверны, быстро распрощалась, а сама развернулась к академии, грустно улыбаясь: как же это, наверное, потрясающе, когда тебя ждут дома.

Правда, мне грех жаловаться – меня в комнате ожидал Хран, ведь нам еще предстояло поставить сигнальный контур на комнату. Причем именно на порталы, что усложняло это дело. Стоит ли говорить, что промаялись мы опять до глубокой ночи.

А следующий день был полностью посвящен знаниям: домашнее задание и несколько книг из библиотеки уже давно ждали своего часа. Подняв наконец голову от бесконечных учебников, с разочарованием осознала, что вот и пролетели выходные, а отдохнуть не удалось.

– Предлагаю заняться накопителями сегодня, – вкрадчиво заявил кот. – Чтобы ты успела восстановиться до следующего дежурства.

– Ты прав, – вяло согласилась я, направляясь в спальню, где хранитель уже все подготовил.

И снова бесконечная желтая лента, податливо сжимающаяся в моих руках, виток за витком. Пока пальцы уже не перестали двигаться от истощения, а сквозь пелену тумана не раздался голос Храна, останавливающий меня. Порадовавшись, что решила проводить эту утомительную процедуру сразу на кровати, я отключилась на месте, так и не переодевшись.

И мне снова приснился сон…

Пейзаж был знаком, хотя и являл собой полную противоположность тому, что творилось здесь в прошлый раз. Бескрайнее, сияющее мириадами звезд темно-синее ночное небо. И такое же море, отражающее звездный свет. В этот раз оно было тихим и безмятежным, лишь слегка подрагивала морская гладь. Все буквально дышало умиротворением. А вдалеке, у самого горизонта, виднелась серая масса туч, но было неясно, удаляется она или приближается, да и доберется ли вообще до этого оазиса спокойствия.

Вместо холодного, обдуваемого со всех сторон скального утеса я попала на большой каменный балкон какого-то старинного здания, словно вырубленного в камне. Захотелось заглянуть за резные перила и узнать, есть ли там земля, но стоило сделать шаг, как мне на плечи опустился теплый плед. Мягко обхватив за талию, крепкие руки настойчиво потянули меня от края.

– Это мы уже проходили, – коснулся моего уха горячий воздух.

Меня усадили на небольшую кушетку у стены, прижали к себе и обняли, словно отрезая любые пути к отступлению.

– Что это за место? – укуталась я в плед, устраиваясь в теплых объятиях. Сознание медленно проникалось здешним умиротворением, и уже не хотелось ни возражать, ни ссориться. Только закрыть глаза и подремать в тепле чужих рук.

– Я же обещал домик у моря. Это не совсем «домик», – усмехнулся он, – зато моря здесь достаточно. Главное, чтобы не надоело.

Я еще раз осмотрела прекрасный вид и каменные перила.

– Настоящая крепость, – пробормотала я.

– Она и есть, – с улыбкой подтвердили позади.

– Поэтому ты меня сюда зазывал – хотел спрятать ото всех? – съязвила я.

– Ты все равно отказалась, – меланхолично донеслось в ответ.

Я чувствовала, как атмосфера спокойствия медленно растворялась, словно с приближением тучи холод разворачивал свои объятия, раздирая тепло между нами.

И мне бы молчать дальше, не разрушая хрупкого равновесия, но слова сами сорвались с языка:

– Ты мне соврал…

– Ты делаешь это постоянно, – даже не думал отпираться он.

– Это… было неожиданно, учитывая, сколько раз ты говорил про доверие. – Я уже сама пожалела, что открыла рот.

До меня донесся только напряженный вздох.

– И все? – удивилась я.

– Если я начну выкладывать все, в чем мне бы хотелось тебя упрекнуть, особенно по части доверия, будет скандал. Лучше промолчу.

В этом я была с ним согласна. Тем более что любые споры уже бессмысленны. Я же хотела разорвать с ним все связи, тогда к чему вообще эти вопросы о доверии.

– Так странно, – развернулась я, чтобы видеть его лицо. – И то, что ты мне снишься. И это место. Сейчас я помню прошлый сон, а когда просыпаюсь – нет.

– Это всего лишь сон, – коснулся он легким поцелуем моего виска. – Не думай много об этом.

Но я не могла так просто отпустить эту мысль.

– Учитывая, как я устаю, то должна вообще без сновидений спать. Но ты приходишь уже второй раз. Хорошо, что я не помню, иначе это стало бы настоящим мучением…

– Тебе настолько противно мое присутствие? – скривился мужчина, отстраняясь и заставляя вновь ощутить окружающий холод.

– Нет, просто это больно.

– Тогда почему ты отталкиваешь меня, если тебе больно? – пытливый взгляд мне в глаза.

– Потому что это правильно, – твердо, чтобы не показать слабости, ответила я.

– Я тебя не отпущу! – столь же упрямо заявил мне мужчина, вновь сжимая крепче в своих объятиях. – Знай. Я вижу, что тебе тоже плохо, значит, я тебе небезразличен.

– Конечно, небезразличен, – едва слышно согласилась я, а после с силой вырвалась из его рук и отошла к перилам. – Поэтому ты уйдешь так же, как и все они. Разве ты не видишь – все, кто дорог мне, умирают. И ты станешь следующим.

– Ты боишься… – словно внезапно осознав, вгляделся он в меня. – Чего ты боишься, Касс? Или кого?

– Себя, – со всей серьезностью выдохнула я и тут же неожиданно легко вспрыгнула на парапет. – Не приходи больше!

– Не смей! – кинулся он в мою сторону, но я уже свободно летела вниз.

Я вскочила на кровати, тяжело дыша и озираясь по сторонам. Сердце в груди бешено стучало, словно я едва избежала чего-то ужасного.

– Что случилось? – так же испуганно закрутил головой взметнувшийся рядом кот.

– Кошмар… – Осознав, что все в порядке, я упала на подушку.

– Какой? – лениво спросил кот, вновь сворачиваясь в клубок.

– Не помню, – пробормотала, тоже уплывая в блаженную негу…

Первое же занятие новой учебной недели вылилось в шоу со мной в главной роли.

– Адептка Серас, я наслышана о вашем дежурстве, – заметила магистр Амалика сразу после звонка.

Я сразу почувствовала, что это упоминание ничем хорошим для меня не закончится.

– Не хотите поделиться с коллегами ценным опытом?

Точно нет, но выражение лица магистра указывало, что мне не отвертеться.

– С удовольствием, – вздохнула я.

Что сказать, моя история понравилась. Смеялась аудитория долго и с удовольствием. Ну-ну, я бы посмотрела, если бы у них под скальпелем труп ожил.

– Вам, конечно, смешно. Вот только хохотать вы будете лишь до того момента, пока, вскрыв тело, не поймете, что еще пару секунд назад оно было вполне себе живым человеком. А вы его фактически убили, – неожиданно мрачно заявила магистр. – Можете продолжать веселиться, но советую взять за правило проверять каждое попавшее вам на стол тело на жизнеспособность.

Улыбки на лицах слушателей исчезли. Аудитория молча покивала, а меня наконец отпустили. Я думала, что на этом неприятности дня закончатся.

Но буря прогремела в обеденный перерыв.

– Рина! Стой, куда летишь? – Я едва успела перехватить пробегающую мимо подругу. – Совсем пропала. А обещала будить по утрам, – упрекнула я, впрочем, гораздо больше переживая из-за самого исчезновения.

– Ой, Касс! Наконец-то пересеклись, – радостно всплеснула она руками и, подхватив меня под локоть, потащила к столовой. – Идем, перекусим и поболтаем.

– Прости, прости, прости, – завыла Рина, когда мы с трудом отыскали свободный столик и устроились за ним. – Знаю, просила тебя не пропадать, а сама… Но нас так завалили заданиями… И представляешь, меня тоже взяли на стажировку в управление! – сверкая улыбкой, заявила она.

Вот только, наверное, я ужасная подруга. Ведь вместо того, чтобы порадоваться за нее, я ощутила… уязвленность? Быстро же мне нашли замену.

– Поздравляю. – Я все же смогла натянуть на лицо улыбку. – И как тебе?

– Жутковато, но интересно. Хотя времени свободного совсем не остается, – вздохнула она. – Сама теперь сплю до последнего. И знаешь, еще что? – снова засияла она, воровато оглянувшись по сторонам, наклонилась ко мне и прошептала: – Мне кажется, он мной заинтересовался.

– Кто? – не поняла я.

– Да Бриар же! – прошипела подруга.

Я замерла, пораженно уставившись на нее.

– С чего ты взяла? – спросила через силу.

– Брось, я такие вещи всегда чувствую, – заметила она с уверенной улыбкой. – Это… ну видно, понимаешь?

Я не понимала, просто совершенно. Это казалось какой-то глупостью или спектаклем. А может, он просто решил через подругу разузнать побольше обо мне?

– Или подожди, – замерла Рина, заметив мое лицо, – все-таки что-то было? – растерянно вытаращила она глаза. – Я… расстроила тебя?

– Нет, что ты, – поспешила возразить я, не желая смущать подругу своими подозрениями. – Просто… это неожиданно. Он же весь такой строгий, неприступный.

– Это только на первый взгляд, – смущенно заметила она. – Он не такой. Ну, то есть такой, но не совсем. В общем, я не знаю, как объяснить. Магистр хороший, добрый и отзывчивый, хоть и строгий.

– Надо же, – удивилась я тому, что сама уже давно поняла.

Значит, ей и правда удалось пообщаться с ним поближе. Вот только чем вызвано это внезапное желание магистра приблизить к себе мою подругу? Или… это просто я убеждаю себя, что его интерес не может быть настоящим? А ведь сама не так давно думала, что Рина куда более достойный вариант, чем я. И даже рассуждала, что было бы неплохо, если бы магистр отвлекся на другую. Так почему теперь я чувствовала себя обиженной? Преданной?

Разве имела я, которая первая ударила его, право думать такое?

– О чем задумалась? Об учебе, как всегда? – вмешалась в мои мысли подруга.

– Конечно. Думать о любви – твоя привилегия, – улыбнулась через силу. – У нас разделение труда, забыла?

– Вредина! – рассмеялась Рина. – Я ведь обидеться могу.

– Можешь, – согласилась я. – Но не станешь.

– Не стану, – подтвердила она. – Кто еще меня по-дружески подколет. Эх, хорошо с тобой, родная, но надо бежать. Прости, я и пяти минут теперь на одном месте провести не могу.

– Беги, не переживай, – успокоила ее я. – Только больше не пропадай.

– Постараюсь, – махнув рукой, выскочила она из-за стола.

Я вяло ковырялась в своей тарелке, не представляя, как себя убедить, что меня все это не касается. Но скучать в одиночестве мне не дали. Заслышав звук отодвигаемого стула, я повернулась, чтобы увидеть совершенно неожиданное. Ко мне за стол с выражением полнейшего недовольства жизнью в целом и мной в частности уселась рыжая боевичка Вегерос.

– Серас, скажи, у вас с подружкой какой-то пакт? Потому что если это так, то я тоже хочу вступить в долю.

– О чем ты? – обреченно поинтересовалась я.

– О том, что вы Бриара передаете как переходящее знамя, – усмехнулась она.

– Ты несешь какой-то бред, и я не хочу его выслушивать, – попыталась я встать, но девушка крепко ухватила меня за руку.

– Спокойно, – неожиданно серьезно заявила она. – Я же не скандалю, претензии почти не предъявляю – просто хочу разобраться в ситуации.

Не особо поняв, что происходит, я подчинилась: стало интересно, чего же теперь от меня понадобилось вспыльчивой девушке.

– Ну и как это работает? – продолжила она странные вопросы. – У вас какое-то расписание? Вы только между собой договорились или магистр тоже в деле?

– Говори прямо, или я уйду, – бросила я на нее холодный взгляд.

– Так ты не знаешь? – удивленно посмотрела она на меня. – Ого, сочувствую, Серас. Даже по моим меркам уводить парня у подруги подло. Не везет тебе с друзьями, – покачала она головой.

– Во-первых, я никогда не встречалась с магистром – это просто слухи, которым та сама поспособствовала, – процедила я сквозь зубы. – А во-вторых, следи лучше за своими друзьями, а моих не трогай.

– Да ладно, – фыркнула она. – Я просто понять хотела, это ты такая дура или просто всепрощающая. Хотя, если подумать, это практически синонимы…

– Вегерос, ты чего ко мне привязалась снова? Я же больше не стою на твоем пути к Бриару, вот и не лезь ко мне, – поморщилась я, собираясь все же уйти.

– Да сдался он мне, – неожиданно отмахнулась девушка, заставив меня удивленно обернуться к ней. – В принципе это практически закон жизни – такие Бриары достаются именно хорошим, тихим девочкам, как ты. И тем внезапнее было увидеть рядом с ним твою подружку. Уж прости, не сдержала любопытства, как так вышло. Я, честно говоря, разочарована в магистре, променять тебя на обычную вертихвостку, – скривилась она.

– Рина моя подруга, не оскорбляй ее, – сжала я кулаки.

– То, что она твоя подруга, не значит, что нужно закрывать глаза на ее подлость и позволять вытирать об себя ноги, – возразила она. – Я вот знаю, что все мои приятельницы стервы, и готова к любой подставе. А вот вы выглядели настолько сладкой парочкой, что я побоялась, ты так и не поймешь правды. Не так давно ты раскрыла мне глаза на ту, что я считала близкой подругой. Я решила оказать тебе ответную услугу.

– Какая тебе разница? – никак не могла понять я.

– Не знаю, – внезапно отвернулась она, словно смутившись. – Скажем так, к подлости в своем обществе я привыкла, приспособилась и уже давно играю по этим правилам. Но меня не оставляла надежда, что где-то есть и нормальные человеческие отношения. А твоя подружка эту веру разрушила, и мне это не по душе, – заявила она и резко встала из-за стола.

Независимо передернув плечами, Флора удалилась. Я тоже поспешила выйти из проклятой столовой, пока кто-то еще не решил со мной пооткровенничать. Чувство нереальности произошедшего не отступало. Два совершенно разных человека: близкая подруга и девушка, которую я считала врагом. И обе сегодня изрядно удивили меня.

Ночью вдруг резко похолодало. Я даже проснулась от озноба. Пришлось будить кота и просить его растопить камин, потому как одна мысль о том, чтобы высунуться из-под тепленького одеяла, заставляла трястись от холода.

– А мне, значит, не холодно, – возмущался кошак, все же встав и занявшись огнем.

– А ты мохнатый, – аргументировала я. – А учитывая, как ты прекрасно спал, тебе действительно не было холодно, – заявила я, плотнее закутываясь в одеяло, разве что нос оставив снаружи, чтобы дышать.

– А я, может, просто терпел в отличие от некоторых, – проворчал он.

– Угу, – согласилась я. – Терпел и храпел, громко причем.

– Я не храплю!

– Конечно не храпишь, – опять согласилась я, уже потихоньку согреваясь. – Это просто сквозняк в щелях завывал. Я ж говорю – холодно!

– Ладно, ладно, – сдался он, запрыгивая на кровать. – Твоя взяла.

Сквозь дрему почувствовала, как на меня опускается плотное покрывало.

– Спасибо, – пробормотала я.

– Какое же ты еще дите, – пробормотал хранитель, устраиваясь рядом.

Утром пришло понимание: морозы – это к весне! Здесь, в столице, всегда так: сначала стужа недельки на две, а потом раз, и потепление – снег тает, птички поют. Я любила весну – это время года всегда дарило надежду, что даже после самых суровых дней тепло еще может вернуться в твою жизнь. А мне его так не хватало. Но придется пережить холод, кусающий нос, щеки, губы и пальцы, пока ты перебегаешь от общежития к учебному корпусу.

Не считая тихого стука зубов студентов, учебный день прошел в привычном вялом режиме, когда все слушаешь, воспринимаешь и записываешь, но как-то без энтузиазма. Зато вечера я ждала с нетерпением – очередное дежурство.

Есть ли новости, интересовался ли кто-нибудь внезапным исцелением? Мы с Храном ничего интересного не услышали, но вдруг в лечебнице все же заметили кого-то подозрительного? До работы буквально бежала, ибо к ночи похолодало еще сильнее. Кажется, ближайшие дежурства будут заполнены рядами простывших, и хорошо бы самой не пополнить их число.

Но стоило шагнуть в тепло здания, как меня встретила пустота. Такого я здесь еще не видела. Может, карантин?

– Привет, – поздоровалась я с Майлиной за столом. – А почему так пусто?

– И тебе не хворать, – кивнула мне довольная жизнью коллега. – Так морозы, никто лишний раз и носа не высунет. Блаженная тишина – никаких пьяных, подбитых, разбитых и праздношатающихся.

– Понятно, – покивала я, даже не зная, радоваться ли этому обстоятельству. – И куда меня сегодня отправят?

– Скорее всего, наверх, – качнула она головой в сторону лестницы. – Работа точно будет, не переживай.

Как удачно, что разговор зашел именно в эту сторону.

– О, а есть новости насчет чудесно излечившегося?

– Нет, – махнула рукой медсестра. – Старички эти, магистры всевозможные, таскались, дергали несчастного. Ей-богу, он и сам уже не рад. В итоге решили, что ему поставили неправильный диагноз. Сделали выговор его лекарю и успокоились. Даже обидно как-то, – насупилась она. – Тут такое чудо, но к нам даже захудалый представитель императора не явился, а мы так надеялись. Глядишь, приехали бы, посмотрели, может, и финансирование выделили. Эх, не судьба. Ладно, заговорила я тебя, беги переодевайся.

Я помчалась в раздевалку, чувствуя такое же разочарование, как и Майлина, хоть и по другой причине. Историю замяли, так и не дав разгореться слухам во всю силу. Значит, продолжим. Один раз – случайность, но два – уже подозрительно, так просто это уже не отпустят.

Знакомые мне обитатели палат второго этажа тихо спали, кроме нескольких бедолаг, кому не давала забыться ставшая их постоянным спутником боль. Я постаралась облегчить их страдания, сожалея, что помочь смогу не всем. Как обидно, что сведения, хранящиеся в загадочной библиотеке, опасны для самих целителей! И вскоре мне повстречались страдания, которые простым обезболивающим заклинанием унять не получилось.

В палате, той, что вся была занавешена черной тканью, а сейчас освещена лишь тусклым ночником, плакала маленькая девочка. Она развернулась в мою сторону, едва заслышав тихий шорох отодвигаемой мной занавески, и судорожно протерла глаза.

– Кто вы? – раздался неуверенный голосок.

– Привет, – постаралась я улыбнуться как можно приветливее. – Я новая сестра, провожу ночной обход. Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, – коротко ответил ребенок, тут же отворачиваясь к занавешенному окну. – У меня ничего не болит. У меня никогда ничего не болит.

– Тогда почему ты здесь? – мягко спросила я. Меня это действительно интересовало. Заболевание неприятное, но не смертельное, постоянное наблюдение малышке не требуется. Нужна лишь правильно обустроенная комната.

– Вы должны знать мое заболевание, – отрезала девочка, не поворачиваясь ко мне, хотя я устроилась на кровати рядом с ней.

– Я знаю, чем ты болеешь. Но я спрашиваю, почему ты здесь именно сейчас? Если не хочешь, можешь не рассказывать, – заметила я, хотя предполагала, что она ответит в любом случае. Крошке не хватает общения, поэтому любая тема будет хороша.

– Дети за окном громко смеялись, – раздался тихий голос. – Я выглянула, чтобы посмотреть…

Понятно, у девочки был приступ. Я не сразу заметила, что рука у нее перебинтована.

– Как бы я хотела выйти на улицу и завести друзей. – Девочка с тоской разглядывала окно.

– Знаешь, – заметила я, – я хоть и выхожу, но у меня всего два друга. Дело ведь не только в возможности выйти, а в умении открыть свое сердце другому человеку. И это куда сложнее.

– Но как я найду друзей, если я даже выбраться из дома не могу! – выкрикнула она, наконец развернувшись ко мне.

– Давай подумаем, – предложила я. – Ты в больнице, поэтому можешь побродить по этажам, когда тебе так вот не спится ночью, поискать других полуночников. Ты даже не представляешь, кого можно встретить в коридорах. Если вы понравитесь друг другу, этот человек потом обязательно придет к тебе в гости!

– Правда? – с надеждой взглянула она на меня.

– Я так думаю, – пожала я плечами. – Но нельзя сидеть и ждать, что друзья появятся сами собой. Зато при капле фантазии всегда можно их найти.

– Тогда я постараюсь, – серьезно кивнула малышка.

Мы проболтали около часа, прежде чем она согласилась лечь, а я смогла продолжить обход. Выходя из комнаты, я уже понимала, что постараюсь помочь девочке. Конечно, сначала стоило внимательно почитать, что будет в нашей библиотеке по поводу ее болезни и лечения, удостовериться, что не сделаем хуже. Но мне очень хотелось подарить малышке счастливое детство – дети не должны расти в одиночестве.

Закончив обход, я вернулась к Майлине, где меня в честь затишья посадили заполнять карточки. Вздохнув, я забрала внушительную стопку бумаг и направилась в пустую смотровую. Не знаю, сколько прошло времени, когда мое уединение было нарушено.

Открылась дверь, и в комнату, спиной вперед, позвякивая чем-то, зашел некто облаченный в целительскую робу. Посетитель оказался светловолосым мужчиной средних лет с контейнером пробирок в одной руке и пакетом в другой. Он прошел к моему столу, выставил все прямо на бумаги, а затем требовательно протянул руку.

– Что? – удивленно уставилась я на него.

Светло-зеленые глаза наконец сфокусировались на мне.

– Ого, новенькая, – удивился он. – Раньше тебя не видел. Я Грант, будем знакомы.

– Дия, – настороженно кивнула в ответ.

– Давно у нас? – поинтересовался блондин, разглядывая меня.

– Да нет. Сегодня ровно неделя.

– Странно, – подмигнул он. – Как это я тебя в прошлый вторник упустил? Пряталась?

– Нет, – возразила я. – Я в отделении неизлечимо больных была.

– Не повезло… Первый день, и сразу туда. Значит, точно будешь у меня частым гостем, – заключил он, снова протягивая ко мне руку.

– В смысле? – в недоумении замерла я, не понимая, какого действия от меня ожидают.

– Точно, – хлопнул он себя по лбу. – Тебе же не рассказали. Раз в неделю мы берем анализ крови у всех сотрудников.

– Разве неизлечимые заболевания заразны? – удивилась я, засучивая рукав.

– Обычно нет, – согласился он. – Но всякое случается. Если уж наши выздоравливать начали, кто знает, может, и обратный эффект начнется.

Учитывая, что к исцелению я сама приложила руку, об обратном действии можно не беспокоиться. Впрочем, это бесплатная лечебница, тут за день столько людей с какими только болезнями не проходит, предосторожность лишней не будет. Вообще удивительно, что здесь практикуют такие проверки. Я понимаю, что во время практики в Императорском госпитале у нас кровь проверяли каждые несколько дней, но от простой маленькой лечебницы такого не ожидала. Похвально, что администрация так заботится о здоровье персонала.

– Что-то стало известно по поводу внезапно выздоровевшего? – решила уточнить еще раз.

– Сие происшествие есть следствие фатальной ошибки в диагнозе. Все виновные наказаны, – дурашливо проговорил он, а потом посерьезнел. – Но я считаю, это чей-то эксперимент. В чудеса, извините, не верю. Будь это официальные исследования, данные бы огласили. Такое чувство, что замешанные вообще не ожидали успеха и это побочный эффект. В общем, мутное дело. А ты что думаешь? – Я и не заметила, как за разговором мне уже вогнали иглу в вену и начали забор крови – вот что значит легкая рука.

– А я бы предпочла верить в чудо, – вздохнула я.

– Для меня скорее было бы чудом, если бы нас заметили и профинансировали… Ладно, пойду дальше собирать мою кровавую жатву, – поднял он контейнер и громко звякнул пробирками. – Приятно было познакомиться, Дия. Увидимся еще.

– И вам того же, – выдохнула я в уже закрытую дверь и снова принялась за бумаги.

Вторая учебная неделя, а у меня что ни день, то какое-то происшествие или очередное потрясение. Конечно, новый день не мог пройти скучно и спокойно.

Я заметила его практически сразу. Высокая, облаченная в черное фигура выделялась в разношерстной толпе адептов. Убегать и прятаться мне сначала показалось нелепым, уж лучше просто сделать вид, что не увидела. Но тут я поняла, что он шел не один. Рина увлеченно ему что-то рассказывала, а мужчина кивал в ответ.

Какая-то непонятная паника накрыла меня внезапно. Даже не задумываясь, я рванула в ближайшую дверь, отчаянно надеясь, что в кабинете никого не будет.

– Какого черта! – раздалось недовольное, когда я с размаху налетела на кого-то, собирающегося выйти, а в результате мы вместе полетели на пол. – Серас, ты больная на всю голову, – доверительно сообщила мне Флора, поднимаясь с пола и недовольно отряхиваясь. – Не то чтобы ты до этого была особо адекватна, но теперь совсем дерганая. Лечись, – бросила она через плечо и, преисполненная собственного достоинства, выплыла из кабинета.

Неужели даже скандалить не стала? Со вздохом облегчения я попыталась встать сама, но в следующую секунду рухнула обратно.

– Магистр Бриар! – радостно воскликнула Флора. Отмерев, я подползла поближе к двери, чтобы лучше слышать. – Вы, как всегда, в делах, – приторно-сладким голосом продолжала рыжая негодяйка. – И когда только время находите для общения с адептами? Поражаюсь вашей хватке. Может, в вашем плотном расписании и для меня найдется минутка?

Я с удивлением осознала: то, что ранее я бы приняла за наглый флирт, сейчас звучит откровенным издевательством. И над кем!

– Вы хотите спросить что-то важное? – холодно уточнил знакомый голос.

– Конечно, – притворно возмутилась девушка. – Разве к вам можно обратиться с каким-то несерьезным вопросом?

– Тогда приходите, конечно, я выслушаю вашу проблему. – Мне послышалась в его голосе усталая раздраженность.

Я сдавленно хихикнула, припомнив, что наш глубокоуважаемый ректор Фандориус запретил магистру резко отваживать излишне настойчивых адепток.

– Как это чудесно, – возликовала Флора, – что вы можете уделить мне свое драгоценное время. А то в последние месяцы вы так заняты с некоторыми адептами… Мне кажется, это немного несправедливо.

– Не волнуйтесь, меня на всех хватит, – мрачно заключил он.

– Какой же вы много… – сделала она небольшую паузу, – плановый человек. И на всех-то вас хватает! Ох, извините. Вы же явно с девушкой о чем-то очень важном разговариваете. Не смею вас задерживать, до свидания.

– И вам всего хорошего, адептка, – донеслось в ответ.

Переждав пару мгновений, я все же поднялась с пола. И тут же дернулась от неожиданности.

– Вылезай, Серас, сладкая парочка уже удалилась.

Выходить мне сразу расхотелось, но вариантов не было. Флора окинула меня долгим взглядом и со вздохом произнесла:

– Так и быть, прощаю. Меня от наших голубков саму воротит, неудивительно, что тебя так колотило от этого жуткого зрелища.

А я почему-то не стала возражать.

– Я тебя не понимаю, – призналась я, растерянно качая головой.

– А тебя кто-то просит? – скривилась она. – Все, Серас, скрылась с глаз, на сегодня лимит терпения исчерпан.

Я поспешила последовать указанию, внезапно осознав, что больше не испытываю к грубиянке ни злости, ни тем более ненависти. Мне на нее наплевать. Но все же странно, что уже в который раз я встречаю ее в одиночестве. Где привычное скопление подруг? Может, в ней действительно что-то изменилось или это очередная игра? Все равно я ей не доверяю…

А после уроков пришло время озадачивать Храна новым заклинанием.

– Непереносимость света… – задумчиво протянул он. – Мне, честно говоря, ничего не встречалось.

Я обреченно вздохнула.

– Но это не значит, что лечения нет, – поспешил успокоить он меня. – Ты же видела, сколько там книг, мы с тобой даже сотую часть не просмотрели.

– Тогда поищи, пожалуйста, – взмолилась я.

– Я-то, конечно, займусь, но… – замялся он, – Касс, ты уверена? Это все-таки ребенок, вдруг что-то пойдет не так?

– Согласна, – тяжело вздохнула в ответ. – Но и ты пойми, оставить малышку просто так я не могу. Я-то знаю, каково это, когда у тебя нет друзей и все считают тебя ненормальной. И такой участи ей не желаю.

– Ладно, только не переживай так, – успокаивающе протянул он. – Я все проверю, мы же не хотим рисковать. В любом случае это не смертельное заболевание и сделать его таковым излечивающее заклинание не сможет.

– Спасибо, – поблагодарила я, понимая, что самый тяжелый труд переложила на мохнатые плечи друга. Он ищет, учит и применяет заклинания, да еще и прослушивающий кристалл проверяет. Даже стыдно на фоне этого становится жаловаться на собственную усталость.

– Ой, не говори глупостей, – махнул кошак пушистым хвостом и исчез в проеме секретного хода, направляясь в лабораторию. А может, и в библиотеку.

Странно, но хранителю она открывалась без пропуска. Ясно, что мы оба как-то связаны с ней. Все чаще мне кажется, что наша встреча не была случайной. Без Храна я бы не просто не справилась, но и не выжила. И что бы мне в дальнейшем ни приготовила изменчивая Судьба, за этот подарок я буду вечно ей благодарна.

Время ночной смены приближалось, так что стоило оставшиеся часы потратить на учебу. Пришлось сесть за доклад по анатомии, предвкушая нескончаемую писанину и на службе. Но предположение не подтвердилось.

Да, приемный покой практически пустовал. Но резкий перепад температур существенно сократил и персонал, поэтому людей не хватало. Так что в этот раз никакого заполнения карт – меня отправили вести прием. К счастью, он прошел вполне себе спокойно – пациентов не так много и все не сложные.

Не успела я выпроводить последнего, как Майлина отправила меня в соседнее крыло – послеоперационное отделение. Требовалось пройти по палатам, удостовериться, что никому не хуже, снять острые приступы боли. Вот только больных было раза в три больше, чем в отделении неизлечимых.

Сначала я всех жалела. Снимала любую, даже самую слабую боль. И вскоре чувствовала себя почти как после наполнения накопителей с Храном. Усталая и разбитая, я приютилась в свободной смотровой, получив у Майлины разрешение на отдых. Именно там меня и нашел Грант, явившийся не с пробирками, а с каким-то кувшином.

– Надеюсь, это не для моей крови, – мрачно пошутила я.

– Нет, это приведет тебя в чувство! – Достав из одного из стеклянных шкафчиков бокал, мужчина наполнил его подозрительной коричневатой жидкостью.

– Мне обязательно это пить? – настороженно поинтересовалась я.

– Не обязательно, но желательно. Бодрящий отвар. Тебя так и не просветили? – дружелюбно улыбнулся Грант. – Возле раздевалки есть небольшая кухонька. Там всегда стоит пара кувшинов для ночной смены.

Я задумчиво глянула на стакан. Такое зелье пригодилось бы, но не привыкла я брать подозрительные жидкости из рук незнакомых людей. Впрочем, немного сосредоточившись, я воспользовалась своим даром травника и убедилась, что ничего страшного в отваре нет, после чего уже спокойно сделала глоток. По телу сразу разлилось тепло, головная боль отступила, да и думать стало проще.

– Спасибо, вы меня спасли, – поблагодарила я.

– Пустяки, – отмахнулся мужчина. – И переходи на «ты». А то я себя старцем каким-то чувствую.

– Я постараюсь, – вежливо улыбнулась в ответ.

– Итак, Дия, – потер руки Грант, – чем же ты занимаешься в жизни?

– Я заканчиваю обучение, – уклончиво ответила ему.

– Поздравляю. А где учишься?

Я старательно изобразила смущение.

– Если декан узнает, что я подрабатываю, у меня будут серьезные проблемы, поэтому я предпочла бы не распространяться на эту тему, извините…

– Да ничего, – пожал он плечами. – Твое недоверие немного обидно, но вполне понятно. Поэтому, если перестанешь выкать, я, так и быть, прощу.

– Ладно, – согласилась я. – А чем вы… ой, то есть ты занимаешься?

– Заведую лабораторией. Увы, пробирки, странные аппараты и вещества вряд ли заинтригуют молодую симпатичную девушку, – наигранно вздохнул он.

А я лишь усмехнулась такой иронии судьбы:

– Ну почему же, эти пробирки являются основой моей будущей профессии. Я, как никто другой, понимаю всю прелесть подвальных помещений и странных аппаратов.

– Удивила. Обычно такие девушки редко выбирают делом своей жизни лаборатории.

– А я необычная, – безрадостно улыбнулась ему. – Поделитесь опытом с подрастающим поколением?

Проговорили мы с час. Грант оказался интересным собеседником и хорошим рассказчиком, с удовольствием делился опытом работы. Я уяснила: если мне действительно доведется работать по профессии, то, скорее всего, понравится. Я даже задумалась, не перейти ли мне с криминалистики на фармакологию. Это ведь тоже очень любопытно, а уж какой пласт для экспериментов! Совершенно неожиданно Грант пообещал, что заберет меня завтра в лабораторию, где как раз собрался проводить испытания нового препарата. Расставалась я с ним вполне бодрая и даже окрыленная. Тут наметился еще один неоспоримый плюс. Если Храну удастся разобраться с заклинанием, то очередная вылазка будет запланирована на завтра, а у меня уже готово алиби.

На следующий день, когда я уже бежала к корпусу на первую пару, почти опаздывая, меня настиг вестник. Увидев знакомую печать, я сразу поняла – дела плохи.

Утро, увы, недоброе.

С сожалением сообщаю, что у меня появилась информация, в которой ты, несомненно, будешь заинтересована. Кукловод вернулся – новое убийство. И хотя тебя это совершенно не касается, как ты говорила, я все же поделюсь подробностями, вдруг заметишь что важное.

Наш злоумышленник больше не маскируется, руну открытия демонстративно начертили прямо на стене над телом. Кровью. Довольно свежей, женской. В то время как убитый – мужчина. Колото-ножевая рана ровнехонько в сердце, свидетелей нет, орудия преступления нет. Да ничего толком нет, кроме трупа и рисунка. Следов голубого лотоса, к слову, тоже не обнаружено.

По моему мнению, несчастному просто не повезло оказаться не в том месте не в то время. Но я не пойму, начал ли он новый ритуал или мы ошиблись и первым он не пытался что-то вскрыть во дворце?

В общем, подумай над этим, ладно? Увидимся на дежурстве.

Рик

Я застыла посреди дороги с письмом в руке. Значит, все же новый ритуал…

Вторая часть библиотеки все же существует. А если не только вторая? Как много скрытых дверей может быть раскидано по городу? Насколько опасны и разрушительны спрятанные там сведения?

Самое отвратительное, что пока убийство одно, мы даже не можем определить места, в которых произойдут следующие, и где спрятана следующая часть библиотеки. Даже зная, что это ритуал, у нас нет возможности прервать его, пока не появится как минимум еще две жертвы. Хотя в прошлый раз даже опасность и охрана императорского дворца не испугали убийцу – вряд ли остановить его просто. А значит, единственный способ прервать череду убийств – открыть библиотеку раньше? И вот тут возникает главный вопрос: откроется ли она нам с Храном без ритуала? Очевидно, что мы связаны с ней оба, но окажется ли этого достаточно… Да и в любом случае мы не знаем, где искать эту часть, а значит, не можем ничего сделать…

Звонок, грянувший над территорией академии, вернул меня в реальность, напоминая, что я опаздываю. Запихав письмо в сумку, я поспешила на занятия.

Если день не задался с утра, так он и продолжится – эту истину я уяснила на собственном опыте. Так оно и получилось. Мелкие неприятности сыпались одна за другой. То перчатку потеряла, то поскользнулась на ровном месте, на занятиях была рассеянна. Да еще и Храна по возвращении не оказалось на месте. В лаборатории тоже было пусто. Если и в библиотеке не окажется, значит, он убежал в город. Но зачем? Тем более не предупредив…

В библиотеке царили абсолютная тишина и безлюдье, вернее, безкотье.

– Хран? – позвала я, не особо надеясь на ответ.

Так и не дождавшись отклика, пошла в дебри коридорных переплетений. Кот нашелся через полчаса, окруженный стопками книг. Он напряженно выплетал что-то с помощью шести хвостов.

Отвлекать его я не решилась. Вынув из шкафа первую же книгу, я устроилась чуть поодаль. Занятно, но мне попалось пособие по ментальной помощи больным и их близким. Тема оказалась интересной, я и сама не заметила, как погрузилась в нее с головой, а потом начала пробовать кое-какие плетения.

– А ты здесь что делаешь? – прервал мои попытки голос очнувшегося хранителя.

– Тебя жду. Ну как?

– Нашел, – устало вздохнул он.

– И?

– Проверил и перепроверил все, что можно. Должно сработать.

– Хоть ты меня сегодня порадовал.

– Что у тебя опять? – мгновенно нахмурился он.

– Утром прилетел вестник от Рика, – тихо сказала я. – Вчера произошло еще одно убийство. На этот раз на самом деле. Значит, вторая часть все же может быть. И меня пугает мысль о том, что там может храниться…

– Понимаю тебя, – помрачнел кот. – Если наши догадки верны, то вторая часть может оказаться куда опаснее первой.

– Хран, – нерешительно начала я, – как думаешь… Мы можем с тобой сами первыми отыскать вторую часть? Может, она откроется нам? Ведь у меня есть пропуск, а ты и вовсе, похоже, хранитель этого места…

– Зачем? – напряженно уточнил кошак.

– Чтобы остановить эти смерти, – пробормотала, опустив взгляд. – Ведь если открыть библиотеку и дать понять об этом, необходимость убивать отпадет?

– Во-первых, мы не знаем, где искать эту вторую часть, если она существует, – напомнили мне. – А во-вторых, я не уверен, что открытие второй части заставит Кукловода остановиться.

– Почему?

– Касс, вряд ли смысл в том, чтобы просто открыть библиотеку. Ему нужно заполучить эти знания. Если мы сможем туда попасть по, так сказать, официальному разрешению, это вовсе не означает, что кто-то после нас не сможет взломать замок грубой силой. Даже если ты как-то дашь знать, что уже добралась до этой части. Вот если вскрыть грубой силой не выйдет – тогда начнут искать того, у кого доступ уже есть.

Я расстроенно повесила голову, осознавая его правоту. Значит, мы и правда не можем ничего сделать, чтобы его остановить.

– Слушай… – внезапно осенило меня, – получается, раз убийства начались в новых местах, значит, повторно пытаться попасть в эту часть библиотеки он не будет? Значит… она его не интересует?

– Возможно, так, – согласился хранитель. – Или вторая ему сейчас важнее. Но все равно я хочу уточнить – уверена, что хочешь продолжить эксперименты с лечением? Есть вероятность, что убийцу это не заинтересует…

– Уверена, – выдохнула я после пары минут размышлений. – Даже если сейчас его приоритет вторая часть, не думаю, что он не заинтересуется тем, что стало с первой. В любом случае – это мой единственный способ привлечь внимание высшего и как-то выйти на него. Да и раз у нас есть возможность помочь больным – разве можем мы стоять в стороне?

Хранитель пару мгновений внимательно вглядывался в меня, прежде чем устало кивнуть:

– Тогда каков план на сегодня?

– Как и в прошлый раз, – с благодарностью улыбнулась ему. – Алиби уже обеспечили – всю ночь я проведу в лаборатории. А девочка в пятой палате одна. Главное – убедись, что спит, потому что она та еще полуночница. В остальном тебе виднее, что и как.

Определившись с ночными планами, Хран пошел отдыхать, а я осталась еще немного почитать, пока есть время. Заодно и успокоюсь немного. Все же я волновалась, все ли пройдет, как задумано. Справится ли хранитель и сможет ли помочь малышке?

Еще немного беспокоила и в то же время интересовала лаборатория нового знакомого – Гранта. Пусть мы с Храном и сами давно экспериментировали с зельями и заклинаниями, но в настоящей исследовательской лаборатории мне еще не доводилось бывать. Я не знала, чего ожидать от этого визита. Да и вообще, вдруг окажется, что он уже передумал или что дел в лаборатории окажется всего на час?

Оказалось, что волновалась я зря. Стоило зайти в вестибюль лечебницы, как меня почти тут же перехватил мужчина и, предупредив Майлину, повел в подвалы. А вот там меня ожидало легкое разочарование – лаборатория выглядела практически так же, как наша. И это притом, что в нашей все оборудование было давно и прочно устаревшим. Впрочем, чего я ожидала от бесплатной лечебницы, мне же говорили, что финансов катастрофически не хватает. Но все же в ней нашлось, чем меня удивить, – на столе, в центре комнаты, обнаружилось тело со странными темными пятнами.

– Надеюсь, мертвецов ты не боишься? – хмыкнул мужчина, бросив на меня взгляд через плечо.

– Не боюсь, – покачала я головой, усмехнувшись про себя, что в компании усопших мне гораздо спокойнее. – Зачем он здесь, если не секрет?

– Я не говорил? – удивился Грант. – Мы будем испытывать опытные образцы против проклятия «Черная метка». Слышала о таком?

– Немного, – поморщилась я, припоминая. – У нас был короткий курс по проклятиям.

– Рассказывай, что помнишь, – махнул рукой мужчина, сам направившись к шкафчикам с формой.

Я нахмурилась, пытаясь вытащить из памяти крупицы знания про проклятия.

– Пятая категория смертельных проклятий, уровень высокий. На теле проклятого проявляются темные пятна – сгустки энергии, питающиеся магией и жизненной энергией человека и за счет нее же размножающиеся. Проклятие обратимо, но только в первые двенадцать часов. Тогда жертва остается с тяжелейшим энергетическим истощением, но живая. В противном случае метки въедаются слишком глубоко в тело человека и буквально высасывают из него жизнь.

– Правильно, – одобрительно заметил блондин, протягивая мне защитный фартук, маску и перчатки. – Над ним мы сегодня и будем работать. Это проклятие редко встречается, поэтому его изучением никто толком не занимался. Мы первые благодаря вот этому несчастному, – кивнул Грант в сторону тела. – Я хочу попытаться разработать препарат, который мешал бы тянуть энергию из жертвы.

– Жуткая вещь, – пробормотала я, с легким отвращением рассматривая метки.

– Да, не самая легкая смерть. Наша жертва скончалась вчера, к сожалению, он обратился к нам слишком поздно, не сразу заметил эти пятна. У нас двое суток, прежде чем метки исчезнут без подпитки, так что самое время начать эксперимент.

– Не знаю, смогу ли чем-то помочь, – засомневалась я.

– Чем-то точно сможешь, – уверили меня. – Например, записи вести по ходу эксперимента, чтобы я сам не отвлекался.

И поначалу я действительно только вела записи. Какой по счету образец, его состав, была ли реакция и какая. Увы, положительной не дал ни один из образцов. Вот тогда мы начали экспериментировать. Незаметно я и сама втянулась в обсуждение возможных вариантов лечения. Это было так легко и привычно – как во время нашей работы с Храном. Мы выдавали разные версии, опровергали друг друга, пытались пробовать. Даже не представляю, сколько времени прошло – столько всего мы успели испробовать и сделать. И все равно результат оказался неожиданным.

– Получилось… – в какой-то момент неверяще пробормотал мужчина.

– Получилось! – радостно выдохнула я.

– Нет, у нас правда получилось? – с блаженной улыбкой повернулся он ко мне.

– Да, – расплылась я в ответной, ликуя. Ведь я принимала самое активное участие!

Но вот чего я не ожидала, так это что он резко шагнет ко мне и сожмет в крепких объятиях. Дальше – больше: на мгновение отпрянув, он прижался к моей щеке коротким крепким поцелуем.

– Эй! – тут же вырвалась я из чужих рук и отшатнулась.

– Прости, – достался мне сияющий и немного растерянный взгляд. – Это… от переизбытка чувств. Давно так удачно не проходили эксперименты.

– Понимаю, – подозрительно глядя на него, согласилась я. – Но больше так не делай.

– Прости еще раз, – виноватая улыбка в мою сторону.

Мы сделали вид, что ничего не произошло, и продолжили радоваться успеху. Вот только когда время моей смены подошло к концу и я начала собираться, стало понятно, что это не было такой уж случайностью. Избавившись от формы, я уже направлялась к выходу, когда Грант поймал меня за руку.

– Дия, я хотел еще раз поблагодарить тебя за помощь, – улыбнулся мне мужчина.

– Не за что, мне было интересно работать, – кивнула в ответ.

– Ты прекрасная девушка и отличный специалист, – проговорил блондин и, не отрывая от меня взгляда, коснулся ладони поцелуем. – Надеюсь, мы поработаем вместе еще.

– Конечно, – ответила ему немного растерянно и поспешила сбежать.

Потому что теперь-то я отлично понимала, что могут значить эти взгляды, комплименты и вежливые жесты – очередную проблему на мою голову. Мысль о том, как вести себя дальше, не отпускала до самой академии. И даже там я не сразу осознала, что уже стою, застыв, в своей комнате.

– Что стряслось? – вывел меня из состояния задумчивости напряженный голос Храна.

– Что? – обернулась я. – А, нет, все в порядке. С чего ты взял, что что-то не так?

– Ты уже несколько минут как пришла, а еще не спросила, как все прошло, – глядя на меня с подозрением, заявил кот.

– Точно. Ну как? – тут же встрепенулась я.

– Вроде все хорошо, но точно не скажу, насколько успешно, – вздохнул кот. – Ночью на светочувствительность не проверить.

– Это да. Проклятье, мы ведь не подумали об этом, – приуныла я. – Она еще долго может просидеть в комнате, как мы поймем, прошла ли болезнь? Остается надеяться на какую-нибудь случайность, – вздохнула, падая на кровать. – Ладно, главное, мы попытались помочь, а там уж как сложится.

– Ну что у тебя произошло? – не забыл своего вопроса кот. Пришлось рассказывать про излишне бурную реакцию на удачное завершение эксперимента и мои подозрения.

– И что тут такого? – скептически глядел на меня кот по итогу.

– Хран…

– Тебя правда так испугало, что к тебе проявили интерес?

– Это странно, – нахмурившись, заметила ему. – Ты сам знаешь, до Бриара на меня никто особо не обращал внимания. Я всегда была тихой мышью в очках, и внешне сейчас ничего не изменилось. Так с чего вдруг такой интерес от человека, который видит меня третий раз в жизни?

– Не стоит в каждой тени искать заговорщиков, – поморщился хранитель. – И не обманывайся, то, что ты не обращала внимания на противоположный пол, не значит, что тебя не замечали. Просто раньше ты игнорировала такие мелочи, а после Бриара начала замечать.

– Серьезно? – удивленно взглянула на кота. – Ты уверен?

– Уверен, – пробурчал он. – Я же долгое время с тобой на занятия ходил. И в отличие от тебя смотрел не только в тетрадь и учебники. Просто… тебя это не интересовало, и я не стал заострять внимание. А теперь… он тебе не нравится, этот Грант? – пытливо взглянул на меня кот.

– Мне никто не нравится, – мрачно буркнула я. – Меньше всего мне сейчас снова нужны проблемы с отношениями.

– Так я и подумал, – вздохнул Хран. – Вот только как тебе теперь работать…

– Молча, – пробормотала, прикрывая глаза и ощущая, как на меня накатывает сонливость. – Он же просто такой же рядовой сотрудник. Я не обязана и дальше помогать ему и пересекаться…

– Ну смотри…

Утро началось с удручающей мысли – сегодня снова дежурство в управлении. Как бы ни хотелось надеяться, что в этот раз все пройдет тихо, опыт, а еще тот факт, что убийства начались снова, подсказывали, что дежурство предстоит напряженное. Я уже морально готовилась к очередному ночному допросу. Но неприятности начались куда раньше. Перед последним занятием прилетел вестник из приюта.

Здравствуй, Кастодия!

Как начало учебного семестра? Надеюсь, ты уже пришла в себя. Мы очень за тебя переживаем, если понадобится помощь или поддержка, всегда с радостью тебя примем. Дети тоже скучают и ждут тебя в гости.

Хотелось бы сказать, что пишу только из желания пообщаться, но, боюсь, скорее это предупреждение. Кастодия, пришел запрос на твое личное дело. Запрашивают полную информацию, вплоть до показаний тех, кто нашел тебя в ту злополучную ночь…

Показалось, что меня ударили по голове. Письмо, выпавшее из ослабевших пальцев, медленно спланировало на пол. Словно вдалеке, разнесся звонок, и гудящая толпа адептов стала разбредаться по кабинетам, бросая на застывшую меня недоуменные взгляды. Коридор опустел, а я все так же стояла, пытаясь осознать прочитанное. Но голова кружилась, а паника сдавила грудь железными тисками, не давая вдохнуть.

Меня нашли… Как? Почему? Это же явно не связано с лечебницей – иначе как бы догадались искать по приютам. Впрочем, как меня нашли, почему именно сейчас и прочее – это неважно. Сейчас главное одно – сбежать! Скрыться, прежде чем за мной придут в академию.

Сконцентрировавшись на этой мысли, я, словно очнувшись, подхватила недочитанное письмо и побежала в комнату. Мы с Храном должны срочно убраться из академии. Как давно у матушки запрашивали информацию? Ответила ли она уже или решила сначала написать мне? Стоит ли попытаться покинуть территорию академии через забор и уже откуда-то с улиц уйти в библиотеку или лучше не рисковать и уйти сразу отсюда?

В голове роились миллионы вопросов, не представляю, как я смогла добраться до своей комнаты, почти ничего не соображая от страха. Ворвавшись, я, не обращая внимания на ошеломленного Храна, сразу кинулась в спальню, к шкафу.

– Меня нашли! Нам нужно срочно уходить. Собирай все готовые зелья, все, что может тебе пригодиться. Учти, все, что не сможем забрать с собой, придется уничтожить – чтобы не оставить ни одной вещи для отслеживания, – объяснила я влетевшему за мной в спальню коту, достав сумку и начав скидывать в нее все вещи.

Как много у нас времени? Успеем ли мы забрать все нужное? Уничтожать вещи будет жаль, но лучше так, чем оставить лишний волосок или платок, по которому смогут построить маяк.

– Погоди, что значит нашли? Куда уходим? – растерянно следил за мной хранитель.

– В приют пришел запрос по поводу моего появления, – махнула я в сторону сумки с письмом, брошенной у двери. – Оставаться здесь нельзя, мы спрячемся в библиотеке. Не теряй времени, беги в лабораторию, собирай все, что у нас есть готового. И надо еще решить, как все-таки лучше уйти: отсюда или сначала выйти в город. С одной стороны, за воротами могут уже поджидать. С другой, если уйдем из академии, то выходить потом сможем только сюда, а по-хорошему стоит бежать из столицы вовсе и как можно скорее, – бормотала я себе под нос, судорожно мечась по комнате, пытаясь собраться и одновременно начав закидывать все свои бумаги в камин.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.