Людмила Милославец
Предназначение

В жизни должна быть любовь – одна великая любовь на всю жизнь, это оправдывает беспричинные приступы отчаяния, которым мы подвержены.

Альбер Камю

Из жизни изгнан я чужою волей.

Иду сквозь время в чуждых мне мирах.

И мне досталась горестная доля:

Здесь на Земле, оплакивать твой прах.

Все время, что я прожил на планете,

Мне память воскрешает, словно враг,

То лик, что нет прекраснее на свете,

То знаки тайны, спрятанной в веках.

Глава 1

За полночь.

Теплый ветер, прошелестев не прощание, устроился на отдых в ветвях многовековых буков и дубов. Девственный лес полон шорохов и криков ночных птиц. Пахло прелой травой, сыростью, грибами.

Я услышал, как вдали сквозь густые заросли, цепляя ветки рогами, пробирался благородный олень. Ухнула сова, и мыши, перестав шуршать, затаились под листвяным покровом. Волк пробежал в миле от нас, уткнувшись в землю. Вот он остановился и потянул носом воздух. Принюхался, постоял в раздумье и, резко свернув в сторону, помчался прочь от встревожившего его запаха.

Я помедлил немного, наслаждаясь запахами и ночными звуками леса. Никакие воздушные и подземные миры не сравнятся с красотой моего мира!

Под деревом спали Арс и Иша, какая сила перенесла их сюда из подземелий греческого лабиринта? Этого я не знал и, наверное, уже никогда не узнаю.

Атер – подарок неожиданно подоспевшей на помощь наяды, нервно бил копытом и принюхивался. Сказочный подземный обитатель. Ему, вероятно, не часто доводилось бывать на поверхности земли.

Вздохнув полной грудью, я направился к друзьям, ничего не знавшим о моих приключениях в хнотическом мире.

Они очнулись от сна, как только я приблизился.

Настороженно и удивленно оглядываясь вокруг, они с любопытством разглядывали необычного жеребца, нервно бьющего копытом по влажной земле.

– Откуда у тебя этот конь? Что я проспал? – спросил удивленно Арс.

– Долго рассказывать. Давай-ка для начала выясним, где мы находимся, – ответил я.

Потянув за повод Атера, я пошел к тропинке, которую приметил между деревьями. Арс недовольно буркнул что-то под нос и, оттеснив меня плечом, первым вышел на тропу. Он пошел впереди, внимательно вглядываясь в кусты и деревья, прислушиваясь к лесным звукам.

Иша, впервые попав в непривычный для него лес, бесшумно бежал рядом с дорожкой. Он изучал новые звуки и запахи.

Тропинка, петляя, огибая овраги и пригорки, вывела нас к подножию небольшого холма, на котором не было других деревьев, кроме огромного раскидистого дуба. Мы поднялись на взгорок. Кругом, насколько хватало взгляда, раскинулся лес. Только с одной стороны до нас долетели запах дыма и звуки человеческого жилья.

– Нам туда, – кивнул я в сторону деревни.

– Туда так туда, – глухо отозвался Арс и зашагал вниз. Его настроение портилось с каждой минутой. Я молча последовал за ним.

Атер все время всхрапывал и перебирал копытами, порываясь встать на дыбы. Но я крепко держал его под уздцы. Жеребец вскидывал голову и раздувал ноздри, выражая свое возмущение. Его глаза горели красным огнем, шелковистые грива и хвост сверкали искрами.

– Тише, парень, тише. Успокойся, ты привыкнешь, – шептал я ему, поглаживая по лоснившемуся черному боку.

Иша, бежавший теперь рядом со мной, рыкнул тихонько, а жеребец вдруг ответил ему негромким ржанием, после чего заметно успокоился и позволил вести себя на поводу.

– Ну, вот и договорились. Спасибо, брат, – я потрепал Ишу по загривку. Иша фыркнул и подтолкнул меня боком.

Тропа вновь углубилась в лес, но через несколько поворотов вдруг оборвалась перед массивной кованой калиткой, запертой на большой висячий замок. На калитке висела табличка с извещением, что дальше начинается частное владение господина Фуше.

Я улыбнулся: Так вот куда нас отправила наяда. Я взялся за замок и, легко сломав дужку, вошел на территорию владений Тибальда.

– Кто здесь живет? Ты знаешь владельца? В какой мы стране? – прошептал Арс, нервно поглядывая по сторонам.

– Это Франция, предместье Парижа. Я не узнаю тебя. В Греции ты, не раздумывая, бросился в толпу людей, танцевал с ними в обнимку, хотя был голоден, а теперь нервничаешь, как будто впервые попал к людям. Успокойся, здесь живет Тибальд, мой друг и наставник. Он вампир, и все, кто живут с ним, – тоже. Так что все в порядке. Но… я хотел бы предупредить тебя. В поместье живет мальчик, приемный сын Тибальда. Он человек, так что держи свои инстинкты в узде! Договорились?

– Договорились, – буркнул Арс. И вдруг замер на месте, – мальчик? Они взяли на воспитание человеческого детеныша! Что за бред?!

– Так получилось. Но мне кажется, это даже пошло всем на пользу. Женщины увлечены воспитанием малыша, они счастливы, и значит, мужчины более свободны от их материнской опеки.

– Этот твой наставник, он не дворянин в отличие от тебя. Я видел его фамилию на табличке.

– Нет, он потомственный буржуа. Но он очень богат: у него сеть ювелирных мастерских, магазинов и ломбардов, разбросанных по всему миру.

– Вампир торгует в человеческом мире! Как можно опуститься до такого! Вампиры всегда были вольными и никогда не жили по человеческим законам! – Арс мрачнел все больше.

– Арс, что тревожит тебя? – я остановился и придержал его рукой. – Скажи мне. Лучше все выяснить сейчас, пока не поздно.

– Ничего. Все в порядке.

– Нет не все! Если ты не скажешь, в чем дело, я не возьму тебя с собой! Я Верховный Магистр, если ты не забыл, и в моей власти отстранить тебя!

Арс долго молчал, рассматривая носки своих сапог.

– Элласхида рассказала мне о твоей жизни, – начал он, с трудом преодолевая себя. – Ты не похож ни на одного вампира, с которыми я встречался до сих пор. А на храмовника тем более. Мы вольные следопыты. Мы нигде не задерживаемся подолгу. У нас нет дома и семьи. Мы рыщем по свету в поисках Лидерка и его ищеек. Мы храним тайну ценой своей жизни, поэтому нам не положено иметь привязанностей. А у тебя есть друзья, с которыми ты живешь единой семьей. Это значит, что ты уязвим.

– Даже если мне придется умереть, я не выдам тайны наследников. Но даже если мне придется сложить звание магистра, я не оставлю своих друзей, Арс. Запомни и прими это. Я говорил, что не держу тебя, ты волен уйти прямо сейчас.

Арс постоял еще минуту, как будто принимая решение, вздохнул и направился к уже видневшемуся среди деревьев огромному дому.

– Я должен охранять тебя. Я принес клятву. И я сдержу ее, нравится мне это или нет, – проворчал он, давая понять, что избавиться от него мне не удастся.

Я усмехнулся и, потянув за повод Атера, двинулся следом. Иша, почуяв запах знакомых людей, рванулся к дому, как развеселившийся котенок.

Через минуту в холле большого трехэтажного построенного в виде подковы строения послышался шум, затем радостный возглас. Из дверей навстречу нам выбежал Тьери, за ним показались Софи и Эмили, затем появился Тибальд.

– Месье Мишель, слава Богу, слава Богу. Как мы рады вам! – воскликнула Эмили. Тьери подбежал ко мне и хотел обнять, но замешкался при виде незнакомца и огромного жеребца.

Я сам обнял его.

– Познакомьтесь. Господин Арс, позвольте представить вам месье Ривьера Тьери, моего друга и верного помощника, – обратился я к Арсу. Тот лишь слегка склонил голову и внимательно оглядел Тьери. – Тьери, это месье Арс, мой проводник по запутанным дорогам тайны «Черного Дракона». – Я намеренно подчеркнул сопричастность моих друзей к нашему делу.

Арс недовольно сжал губы.

– Как Амар? – спросил я Софи, когда после представления Арса всем домочадцам и устройства Атера в конюшне, мы уселись в уютной комнате возле пылающего камина.

– О, с ним все в порядке, месье Мишель. Он…

– Прости Софи, – перебил я ее, – Мишель, с этих пор я для вас просто Мишель, друзья мои, – сказал я, стирая грани сословных различий. – Я знаю, что являюсь для вас значительно большим, чем бывший господин. Но и вы для меня давно не подневольные сервы.

Тибальд счастливо улыбнулся и кивнул в знак согласия. Тьери молча пожал руку, а женщины, не имея возможности заплакать, прикусили платочки, выражая тем самым свои глубокие чувства.

Арс, сидевший у камина, презрительно фыркнул. Ему было странно наблюдать за нашими взаимоотношениями.

– Завтра ты просто не узнаешь этого сорванца, Мишель, – проговорил Тибальд, возвращаясь к разговору об Амаре. – Ты видел шотландских пони в конюшне? Это его. Мальчишке только седьмой год, а он уже скачет, как заправский всадник. Нам пришлось нанять конюшенного и жокея, кстати, лучшего в прошлом наездника. Они обучают его конкуру, вольтижировке, выездке.

Я видел, с какой гордостью Тибо говорил о своем воспитаннике и многозначительно посмотрел на Арса. Тот, перехватив мой взгляд, выразительно закатил глаза. «Никчемные человеческие глупости», – говорил его жест.

– Да, конечно, он превосходно владеет конем. Но важнее то, что Амар очень талантлив, – перебила его Софи, – он уже умет читать и писать. Прекрасно декламирует баллады и стихи, играет на рояле.

– Да к тому же блистательно фехтует, превосходно владеет пистолетом, попадая в подброшенный лиард, – засмеялся Тьери.

– И даже танцует и поет, – подхватила Эмили и засмеялась вслед за мужем.

– Все, все! – замахал я руками, улыбаясь, – вижу вы дали мальчишке прекрасное всесторонне образование.

– Жаль только Орианна не принимала в этом участия, – вдруг грустно сказала Эмили, – нам ее очень не хватает.

Все замолчали. Память об Орианне больно кольнула сердце. Если бы я мог вернуть тот злополучный день и не отправлять ее на остров.

– В нашей семье все хорошо, но без нее нет полноты и завершенности, как будто чего-то недостает для полной гармонии, – проговорила тихо Софи. – Она вносила в наш чересчур размеренный быт свежую струю. Взбалтывала нашу жизнь, заставляя учиться современности, а это очень важно для нас, живущих вечно. Если долго находиться вдали от людей, можно одичать. – Вздохнула она и, улыбнувшись своей милой доброй улыбкой, добавила, – это она настояла на том, чтобы мы со временем перебрались поближе к человеческому жилью. Ведь Амару необходимо общение с обычными людьми. Мы даже начали встречаться с ними, принимать их у себя, и сами выходить в свет, бывая на балах и приемах. Много интересного и забавного можно узнать о людях, читая их мысли.

– А где Поль и Лукас? – спросил я Тибальда.

– Они на каравелле. Никак не могут простить себе гибель Орианны. Две недели они не уплывали с места катастрофы и все искали ее. Но ураган был настолько силен, что волны достигали невероятной высоты. Когда одна из них просто накрыла и утопила «Санта Нинью», Орианна была в трюме. Она спустилась туда за канатом, потому что шкоты порвало и парус могло унести в океан.

– Вы хотите превратить ребенка в вампира? Тогда почему медлите? Ждете, когда он повзрослеет? – вдруг, не церемонясь, перебил нас Арс в своей обычной манере задавать несколько вопросов одновременно. Его голос прозвучал неожиданно громко и резко.

– Нет, что вы! – воскликнула Софи. – Мы не хотим этого, ни в коем случае! Это было бы чудовищно – отобрать у него право на обычную жизнь, на любовь и семью. Нет, нет, мы не допустим этого.

– Тогда зачем он вам? Он для вас игрушка? Женская потребность в заботе? Я думал, у вампиров нет такой склонности.

– Возможно, вы долгое время были одиноки и вам трудно нас понять. Но, может быть, если вы пробудете с нами несколько лет, то научитесь проявлять заботу к тем, кто в ней нуждается, – Софи ласково посмотрела на Арса, и тот, вдруг смутившись, втиснулся в глубокое кресло.

– Расскажите нам о ваших последних приключениях, – Тибальд перевел разговор в другое русло. – Тьери рассказывал, что после окончания обучения у Элласхиды ты продолжишь его с новым наставником. Так как же проходило это обучение? Судя по вашему виду весьма бурно. – Тибо указал на нашу потертую и местами порванную одежду.

Я погладил Ишу по голове и, откинувшись в уютное кресло, глядя на огонь в камине, начал рассказывать о своих последних приключениях. Я рассказывал медленно, со всеми подробностями, стараясь ничего не пропустить. Это нужно было и мне самому – я хотел еще раз все пережить и понять, что значили все эти события и куда они нас заведут.

Я рассказывал о моих приключениях в воздушном мире Орея. О предательстве Хурха – его верховного жреца. Об испытаниях, которые должен был пройти на далеких планетах, о камне и воде, которые добыл там и о заинтересованности в них подземного владыки.

Арс слушал мой рассказ, сжав кулаки и устремив на меня свои бездонно-черные с красным отливом глаза. Чем дольше я рассказывал, тем сильнее было его раздражение. Он уже не сидел, откинувшись в глубокое кресло, а встав напротив меня у камина, не сводил с моего лица горящих гневом глаз.

– Вот и все, друзья мои. Теперь вы знаете, с чем нам придется иметь дело, – проговорил я, закончив рассказ. – Теперь я еще больше не понимаю ни Тьёдвальда, ни его задачи, ни своей роли во всем этом. Конечно, можно предположить, что Тьёдвальд выполнял поручение Теда и создал орден «Черного Дракона» по его приказу. Но в воздушном мире, по-моему, вообще ничего не знают о наследниках. В послании Тьёдвальда, найденного мною под гербом замка Моро Драг, о них тоже нет ни слова. Там только указание на необходимость найти камень-слезу и меч-ключ. Хотя, если верить Орею, камень, украшающий его корону, был создан по подобию камня-слезы. Это говорит о единстве союза и ордена.

– Может, Орей не все рассказал? Ты не думаешь, что он слукавил? – спросил Тьери.

– Мне показалось, он был честен.

– Ну, хорошо. Давайте все события выстроим в одну линию и посмотрим, где они пересекаются. Возможно, это даст нам полную картину происходящего, – предложил Тибальд.

Арс отошел к окну и стоял там, всматриваясь в побледневшее на востоке небо. Он молчал, не вмешиваясь в наш разговор. Я решил до времени не трогать его: пусть остынет.

– Итак. Мы знаем, что Тьёдвальд был викингом и прибыл во Францию в конце десятого века. Там он заложил замок, женился и основал род де Морелей.

– Но при этом у него было тайное убежище в подземелье, и о нем среди людей ходили ужасающие слухи, которые не забылись и через пятьсот лет после его смерти, – добавила Эмили.

– Верно. Мы также знаем, что он долго жил в Индии и привез оттуда тайну бессмертия, – подсказала Софи.

– И что из этого выходит?! – воскликнул Тьери. – Это нам ни о чем не говорит. Если правда, что Тьёдвальд был Верховным Магистром ордена, то вполне возможно его могли наградить секретом бессмертия, о котором человечество еще не знает. Может, получив этот секрет, Тьёдвальд вопреки приказу решил поделиться им с людьми. И это отдельная история, не имеющая никакого отношения к ордену «Черного Дракона»!

– Тьёдвальд был вампиром. Он не мог иметь детей, – произнес Арс глухим тихим голосом, – и не мог быть основателем рода де Морелей.

– Но он его основал! – воскликнул я. Об этом имеются письменные свидетельства.

– А вы видели Тьёдвальда? – спросила Софи у Арса.

– Нет. Я был одним из последних, кого призвали в орден уже после гибели Верховного Магистра. Мой создатель нашел меня и научил всему, что знал сам, потом привел к Элласхиде. К концу десятого века от ордена остались лишь осколки – несколько разбредшихся по земле храмовников. Да и за ними велась непрерывная охота. Тьёдвальд исчез. Только через сто лет ордену стали известны обстоятельства его гибели. Лидерк рассказывал об их битве своим ищейкам.

– Летописи нашей семьи говорят, что Тьёдвальд умер и был похоронен в океане по его завещанию.

– Тем более, это не мог быть наш Тьёдвальд. Вы же знаете, чтобы умертвить вампира его необходимо сжечь! – Арс повернулся к нам лицом и посмотрел на всех тяжелым мрачным взглядом.

– А что рассказал о смерти магистра Лидерк? – спросила Софи.

– После того, как весть о смерти Тьёдвальда стала известна храмовникам, мы долго искали Лидерка, но нам удалось захватить только его помощника – Греда. Он и рассказал о том, как погиб Верховный магистр. Лидерк искал его много лет и настиг у стен замка на севере Франции. Тьёдвальд был неузнаваем, он носил обыкновенную человеческую одежду и приклеил усы с бородой, как простой смертный! Битва была долгой. Только на рассвете Лидерку удалось оттеснить Тьёдвальда в узкий вертикальный шурф у основания скалы, на которой стоял замок. Начался прилив, Лидерку нужно было спешить, он, изрубив Тьёдвальда, бросил на его останки факел. Больше магистра никто не видел.

– Господи! Ну, конечно! Все верно! – вскричал я и, поднявшись с кресла, заходил по комнате в сильном возбуждении. – Это все объясняет!

– Что именно? – Арс взглянул на меня все тем же тяжелым взглядом.

– А то, что я видел Тьёдвальда точно таким, каким его описал Лидерк! В своем видении у Жаклин. У основания скалы, на которой стоял замок Моро Драг, есть шурф, и во время прилива он наполняется водой до самой пещеры, ведущей в тайный ход замка. Тьёдвальд тогда мог и не сгореть – вода, поднявшаяся с приливом, загасила огонь. Но, возможно, он был сильно обожжен, поэтому не смог полностью восстановиться. Он притворился мертвым. Зная, что на него ведется охота, он заранее завещал похоронить его в океане. Затем он уплыл от замка и, может быть, где-то еще живет вдали от всех, одинокий и беспомощный.

– Это было бы в его духе, – согласился Арс, – мне рассказывали, что он ни от кого не принимал помощь, если мог сам справиться с задачей. Но вампиры не имеют детей, и этот факт перевешивает все остальные! У Тьёдвальда не могло быть наследников!

– А что известно о его жене? Ее звали Роксана, по-моему? – спросил Тьери.

– Ничего. Только то, что она была дворянкой, Тьёдвальд женился на ней, чтобы получить титул. Но потом он полюбил эту женщину и даже предлагал ей стать бессмертной, но она отказалась, – ответил я. – Погодите! Жаклин тоже была человеком! Но при этом жила невероятно долго! Когда ее встретил Тьёдвальд, она была совсем молодой, а когда она нашла меня, то была уже старой и седой. Он не превратил ее в вампира! А монах, который был с Тьёдвальдом, был вампиром. Возможно, это один из храмовников ордена. Арс, среди рыцарей был монах?

– Его звали Клод.

– Все верно, Клод! Его убил Андре, мой родственник, который мог бы стать Верховным магистром, если бы не захотел стать властителем мира. Красноглазый сначала заставил его выпить человеческой крови, а затем убил.

– Кто этот Красноглазый? – спросил Арс.

– О, это отдельная история, – я коротко рассказал Арсу о Красноглазом и все, что случалось после наших с ним встреч.

– Он не похож на ищеек Лидерка, – Арс озадаченно провел рукой по волосам.

– И я так думаю, – кивнул я, – мне кажется, он действует от сил, которые будут посильней ордена и Лидерка.

– Что может быть главней наследников? – вскричал Арс.

– Ну, беря во внимание, что появись эти наследники, на земле тотчас началась бы борьба за их власть. Это привело бы к еще большей неразберихе и противостоянию в нашем и без того неспокойном мире, – ответил я. – Возможно, поэтому никто и не знает об их существовании и местонахождении. Ты же сам их ни разу не видел и не знаешь, где они сейчас! Я прав?

– Прав. Об этом знали всего три человека. Ты слышал о них: воин, монах и Тьёдвальд. Они хранители тайны. Остальные только удерживали Лидерка, стремящегося заполучить одного из наследников, чтобы править миром. Старозаветное пророчество гласит, что только тот, кто поможет наследникам вернуть былое могущество древнему роду, станет властвовать вместе с ними.

– И ларец Тьёдвальда – это тайник с указанием места, где находятся наследники. Поэтому ты сможешь найти его, только когда соберешь воедино все три артефакта: камень, меч и четыре части манускрипта! – воскликнул Тьери.

– Какая красивая и трагическая история, – вздохнула Эмили.

– Да, и, похоже, все нити этой истории сходятся на одном человеке – на тебе, Мишель, – проговорила Софи.

У нее это получилось как-то слишком зловеще, и несколько минут все молчали в тягостной тревожной тишине.

– Итак, что нам известно? Первое: в мире существует некая тайная темная сила, противостоящая воинам Света. От этой силы на земле спрятаны потомки каких-то древних цивилизаций, – проговорил Тибальд твердо и резко, словно хотел разогнать неприятное ощущение, повисшее в комнате, и загнул один палец. – Второе: не нужно забывать о Верховном магистрате и его судьях, сидящих в Испании. Там тоже есть рыцари, которые следят за жизнью вампиров. Нам еще тогда показалось, что они не все рассказали. Возможно, они тоже выполняют какую-то тайную миссию. Третье: ты сказал, что в подземном мире видел вампира, похожего на Иду. Четвертое: она же в разговоре с тобой упоминала и о каком-то воине-аннуре и Аусе. В Эллимирии тоже говорили о воине, создавшем союз. Кто знает, может, этот аннур и Тед – один и тот же человек. И, в-пятых: силы Света признают тебя наследником союза и ордена, они тайно следят за твоей жизнью. Иначе, как бы они всегда поспевали прийти на помощь?! – Он с силой сжал согнутые пальцы. – Я чувствую, как нас все больше затягивает в неведомые глубины какой-то невообразимой тайны! И что, черт возьми, нам с этим делать?!

– Во-первых: я не думаю, что все так трагично. Силы Света, как ты их назвал, направляют нас, когда наступает время. До этого момента мы даже не догадывались о такой невероятной тайной стороне земной жизни. Нам ее открыли, и это о многом говорит! – я загнул палец по примеру Тибо. – Во-вторых: как выяснилось, Ида и Деметра это одна и та же вампирица. И без сомнения, она и тот вурдалак, что стоял за троном Аида – древнейшие на земле вампиры. Возможно, ты прав и Ида говорила о нем и называла его Аусом. Что касается воина-аннура, вероятно, что и здесь ты не далек от истины. Но мы все равно не узнаем правды, пока не настанет для нее время. В-третьих: в Испании мы прочли документ, в котором говорится о том, что когда вампиры были готовы захватить Землю, то их остановили какие-то неведомые силы. Теперь, я думаю, ясно, что это были за силы: воины Света, аннуры сделали это! За порядком на Земле следят высшие силы, и это вселяет надежду. В-четвертых: ты прав – все называют меня наследником. И мне придется смириться с этим. Тьёдвальд, Орей, манускрипты и даже Красноглазый указывали на то, что мне нужно много учиться. Я думаю, настала пора последовать их совету. Только так я смогу принести пользу ордену и союзу. И в-пятых: нам дали направление – шифрованная запись на папирусе, нужно ее разгадать и действовать по обстоятельствам. А еще я хочу найти то место, которое видел в жизни, которую мне показал Хурх, – я разжал кулак. – Тибальд, если мы до сих пор живы, значит, мы нужны силам Света, а это уже само по себе не плохо!

– А Красноглазый? Ты больше не будешь его искать? – спросил Тьери.

– Он сам найдет меня, когда пожелает. Завтра я отлучусь ненадолго, хочу побывать в монастыре.

– Не нужно, Мишель, там ничего не осталось, – грустно проговорил Тибо, – ни могилы, ни барельефа. Кто-то позаботился об этом много лет назад.

Я опустил голову и молча вышел из комнаты.

* * *

Солнечный день только начался. Теплый ветер, врываясь в распахнутое окно, играл тонкими занавесями. Я стоял и смотрел на лужайку, залитую ярким светом. На ней Амар под присмотром наставника упражнялся в верховой езде. Мальчик очень старался: он видел, что я слежу за его упражнениями. Утром, когда нас познакомили, он сказал, что много слышал обо мне и благодарен за то, что я спас ему жизнь.

К окну подошел Арс и молча остановился рядом со мной.

– Ты все еще злишься?

– Почему ты ничего не рассказал мне? Возможно, нам не следовало приезжать сюда. Эти люди, они не храмовники. А ты им открыл все тайны. Так нельзя!

– Они со мной с первых дней. Когда Красноглазый хотел меня убить, Тьери закрыл меня своим телом. Тибо поддержал в первые, самые трудные, дни перевоплощения, и, пойдя за мной, потерял человеческую жизнь. Разве я могу не доверять им? А не рассказал тебе всего, потому что не хотел повторяться. Если бы ты не пошел за мной, то тебе и знать этого не нужно было.

Арс ничего не ответил. Я видел, что он не согласен со мной, но не стал переубеждать его.

Глава 2

– Браво, господин де Морель! – воскликнул профессор де Жиром, входя в распахнутую дверь кабинета быстрым напористым шагом. – Вы сами догадались, или вам кто-то подсказал использовать грим для защиты от солнечных лучей?! Кстати, вы, наверное, не знаете, что именно измененные (я предпочитаю это название вашего вида всем другим, так как, по-моему, оно наиболее полно определяет ваше состояние) ввели с незапамятных времен моду на грим и косметику. Вампиры дошли в этом деле до таких вершин мастерства, что люди никогда даже не догадывались об этой вашей уловке. Многие из вас используют парики, накладные бороды и усы, чтобы состарить или изменить свой внешний вид. Благо, что мода настоящего времени позволяет мужчинам из аристократических кругов открыто пользоваться косметикой и гримом. Я считаю это очень удачным решением проблемы – если приходится жить среди людей, нужно уметь приспосабливаться.

– Профессор.

– Садитесь, садитесь, – де Жиром указал на кресло, стоявшее у его стола. – Итак. Вы намерены учиться на моем факультете? – профессор присел на край столешницы напротив меня. Сложил руки на тощем животе и уставился маленькими, напоминавшими кабаньи, глазками. Высокий рост, длинные руки и тощая до неприличия фигура делали его похожим на выросшего до невероятных размеров богомола. Черные прямые волосы плотно прилегали к вытянутому черепу и тонкими прядками свисали на плечи.

– Да. Я хотел…

– Вы, наверное, удивлены моей осведомленностью? – перебил меня профессор и резким движением переместился к стулу за столом.

– Только бы не завел волынку о моей миссии наследника, – с тоской подумал я. Мне уже претило даже само это слово.

– Признаться, я поражен, профессор, – ответил я, наблюдая за его движениями. Он быстро и ловко наводил порядок на своем столе, где все предметы, похоже, лежали на раз и навсегда установленных для них местах.

– И не удивительно! Я хочу сразу же внести ясность. Думаю, в дальнейшем это очень поможет нам в общении – мы будем понимать, о чем идет речь. Верно? – де Жиром улыбнулся и вдруг его голова поползла куда-то вверх, темные жиденькие волосы соскользнули с лысого черепа и показались маленькие, покрытые чешуей ушки. Лицо профессора преобразилось самым невероятным образом: вместо человеческого оно стало мордой ящерицы с зубастой пастью взамен рта.

Я одним махом оказался у дальней стены, соображая, что же предпринять.

Ящероподобная физиономия профессора хрипло засмеялась:

– Шокирует. Не правда ли? – из рукава профессорской мантии вытянулась лапа с острыми когтями. – Это еще что. Вот в Коллеже Четырех Наций преподает профессор-компсогнат. Ему намного труднее. Из-за небольшого роста он вынужден носить обувь на высоких каблуках. Это тяжело. Зато от дам нет отбоя: у него красивые, я бы сказал, даже изящные черты лица. – Де Жиром медленно повернул голову из стороны в сторону, и она приобрела свой прежний человеческий вид. Он взял уже преобразившимися пальцами парик и натянул на лысый череп.

– Теперь вам все ясно?

– Теперь мне вообще ничего не ясно, профессор де Жиром, – сознался я.

Де Жиром внимательно посмотрел на меня и вздохнул:

– Кого присылают? Хотя бы предупредили, что еще не осведомлен.

– Кто присылает? О чем не осведомлен?

– Теперь уже не важно. На земле, как вам, вероятно, известно, помимо людей существует несколько видов жизненных форм. Это бестелесные существа, их несколько видов: первые и самые загадочные из них – тени, о них почти ничего неизвестно. Они проявляются в других существах лишь ощущением тревоги или внезапной радости, озарения. Более тяжелые, материальные – духи. Они тоже невидимы для большинства из нас, но их проявление уже более существенно. Они вселяются в людей и нам подобных и заставляют действовать по своей указке. Наиболее тяжелые и грубые сущности иногда проявляются в материальном мире, в народе их называют призраками и привидениями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.