Тёмка Жачкин в Стране Дураков
Сказка
Олег Скрынник

Рисунок на обложке Олег Николаевич Скрынник

© Олег Скрынник, 2017

ISBN 978-5-4485-6628-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Тёмка вырвал из тетрадки лист с огромной красной двойкой в нижнем углу. Как-то само так получилось.

«Подумаешь! – подумал он. – „Не „лыжы“, а лыжи! Не „ласипет“, а велосипед!“ Не всё ли равно кататься?»

Там были и ещё какие-то замечания, но он не стал тратить на них время. Сложил привычно листок пополам. Потом перевернул, Потом снова сложил. Посмотрел, что вышло. Оказалось: голубь.

– Ну что ж, тогда лети!

Голубь взвился над троллейбусными проводами, мимо двух кошек на крыше – чёрной и рыжей с пятнами – и зайчиком заплясал-запрыгал в бездонном синем небе.

– Эгеге-эй! – закричал Тёмка и, задрав голову, помчался следом. Живые голуби на телемачте посмотрели, сказали друг другу: «Кур-лу-мур» и полетели себе куда надо.

А внизу красота. Как по линейке нарисовано шоссе оловянного оттенка. Машины тараканами: туда-сюда. Река сине-серебристая с чёрным. Петли вьёт, хочет всё собой накрыть, да не получается ни фига. И вдоль неё – леса просыпающиеся поблескивают светло-зелёными кляксами.

В стороне башня из дыма – такая прозрачная, что на фоне неба её и совсем бы не увидел, если б воздух вокруг не кривился как испорченное стекло. Земля под башней вспыхивает звёздами – то жёлтыми, то оранжевыми, то синими, то зелёными. То фиолетовыми, то ослепительно белыми.

Налюбовавшись, Тёмка посмотрел вверх. Небо. Одно только небо с жарким до боли солнечным диском. Он понял, что очутился там, где никогда ещё в жизни не очутывался. Или не очутался? В общем, где никогда ещё не бывал – выше аж самого дыма!

– Ой, – сказал он.

И сразу почувствовал, что снижается. Тогда он крикнул:

– Ай! – и кубарем покатился по склону, покрытому жёстким дёрном.

– Уф-ф!.. – выдохнул он наконец, оказавшись во влажной изумрудного цвета лощине и всласть растянувшись на густом пахучем травяном ковре. Небо над головой приветливо сияло, а солнце, хотя и такое же яркое, уже не жгло, а ласкало его белобрысую голову.

На краю луга, у самой опушки, кругами ходила привязанная коза. Тёмка пошёл к ней. Не то, чтобы она ему нужна. Просто, как он видел сверху, в той стороне должна быть река. А рядом с ней вполне может найтись неглубокое озерцо, в котором вода уже достаточно тёплая, чтобы искупаться.

Увидев мальчика, коза с тихим блеянием опрокинулась на спину и засучила ногами, на концах которых что-то ярко блестело. Подойдя поближе, Тёмка увидел, что это подковы. От удивления он остановился, забыв про все озёра на свете. Он даже потрогал бы их, если б не боялся получить удар куда-нибудь в живот. Да ещё подкованной ногой! Коза, довольная произведённым ею впечатлением, встала и принялась хрупать свои донники, подорожники и прочие лисохвосты – всё, что успело вырасти к этому дню.

Берёзы и тополя с молодыми лоснящимися листиками ещё не давали тени, но прохладу уже обеспечивали и при этом пахли остро и завлекательно. Пройдя по вымощенной переплетёнными корнями тропинке, Тёмка вышел на небольшую поляну. В центре её сидел лохматый мальчишка примерно тёмкиных лет в трусах и взрослом пиджаке. В руках он вертел сильно поношенный сапог размером с хороший портфель.

– Здорово, – сказал Тёмка. – Я Тёмка.

Мальчишка сунул картофелевидный нос внутрь сапога, что-то там вынюхивая.

– Как тебя зовут? – не унимался Тёмка.

– Кто как, – пробубнил мальчишка, не вылезая из сапога, отчего ответ прозвучал негромко и невнятно.

– Что-о?! – удивился Тёмка. – Барак?

– Для тебя может и Барак, а вообще-то Абак, – ответил мальчик, вылезая из сапога. – А тебе не всё равно?

Тёмка не нашёлся, что возразить. Ему и в самом деле было всё равно, как зовут мальчика – «Неполноценный Дом» или «Старинные Счёты». То ли дело его имя – Артём! Что «Здоровяк», что «Посвящённый Богине Артемиде» – и тем и другим вполне можно гордиться. Или хотя бы похвастать при случае.

– А что ты тут делаешь? – спросил он Абака.

– Всё ему расскажи! – сощурил тот небесного цвета глаза.

– Да ла-адно! – протянул Тёмка. – Подумаешь, секрет.

– Секрет не секрет, а какой же дурак свои места выдаёт.

Абак поставил сапог перед собой, вытянул из кармана белую нитку, из другого микроскопический крючочек и стал прилаживать одно к другому. Покончив с этим, он отломил от ближайшего дерева ветку, привязал нитку к её концу и сел, опустив крючок в голенище сапога.

– Это ты… Зачем? – в тёмкину голову вползло смутное подозрение. Вернее, целых два смутных подозрения, но о втором он пока опасался даже подумать.

– Тс-с! – Абак приложил палец к губам.

– Чё «тс-с»? Ты чего это делаешь?

– Не видишь? – зло прошептал мальчик. – Рыбу ловлю. Не шуми тут.

– Да какая рыба! – почему-то тоже шёпотом зашипел Тёмка. – Вода-то у тебя где?

– При чём тут вода! Тише, тебе говорят.

– Да как же без…

– Ну ты! – обозлился рыболов. – Вот только попр-робуй, спугни. Только попр-робуй. Я ть-тебе!..

Дошептать он не успел. Сапог зашевелился, подпрыгнул несколько раз, и из него показалась большая мокрая голова с круглым перламутровым глазом.

– Тяни! – пронизывающим до костей фальцетом закричал Абак. – Тяни же! Уйдёт!!!

Тёмка двумя руками уцепился за сапог и стал стаскивать его с рыбы.

– Ты будешь тянуть или нет?! Откуда ты такой взялся?

– Н-не сла-азит! – срывающимся от напряжения голосом прокричал мальчик.

– Сильней! Сильнее дёргай, тебе говорят! А-а, дай сюда!..

Рыба, приоткрыв рот, взирала на их возню равнодушными глазами. Когда им наконец удалось вытряхнуть её на траву, она издала нечто похожее на вздох облегчения.

– Уф! – рыболов стёр со лба бисеринки пота и с гордостью посмотрел на добычу. – Ух, кака-ая!

Рыбина, раза в два крупнее сапога, из которого появилась, вальяжно вильнула хвостом.

– Жадничать не надо, – заметил Тёмка, пытаясь унять дрожь в руках, что возникла от непривычных усилий. – Куда такую махину!..

Добытчик презрительно посмотрел на мальчика и сплюнул сквозь зубы.

– Ты, я погляжу, вообще не рыбак. «Куда такую»! Разве удержишься, когда такое счастье в руки прёт!

Рыбина снова вильнула хвостом и свободным глазом посмотрела на Тёмку, как ему показалось, свысока.

– А чего в реке не ловишь?

– Вот и видно, что ты не рыбак, – с достоинством отозвался мальчишка. – «В реке». В реке любой дурак поймает. А потом: из реки мы бы её не вытащили. Ушла бы. Да, чего доброго, и нас с собой утащила. «В реке-е»! Не доросли мы с тобой ещё, в реке-то ловить. Читал я, как одного старика рыба чуть-чуть в речку не утащила. Во дела!

– Не в речку, а в море! Я тоже читал.

– В речку, в море… Не всё равно?

Тёмке показалось, что наступил самый момент, чтобы задать торчавший в нём колом вопрос.

– Слу-ушай, – осторожно проговорил он. – Можно у тебя спросить? Я тут видел…

Он осёкся, опасаясь быть осмеянным.

– Ну? И чего ты там такое видел?

– Видел… Как будто у козы… Там…

– И чего у неё там? Баян, что ли?

– Подковы! – набравшись храбрости, выпалил он.

– Да не тяни ты кота за хвост! Чего спросить-то хотел?

– Вот и хотел спросить: зачем они.

– Что значит «зачем». Копыта же.

Абак пожал плечами и отодвинулся, всем видом выражая нежелание тратить время на собеседника, задающего какие-то совсем уж глупые вопросы.

На поляне выросла фигура человека родительского возраста, без пиджака и в одном сапоге. Волосы его крашеными пиками торчали в разные стороны, а нос наподобие клоунского – до того красный и круглый, что так и хотелось дёрнуть за него, чтобы проверить, настоящий ли.

– Здорово, ребятня! – приветствовал он мальчиков голосом, напоминающим радиопомехи. И, обернувшись персонально к Тёмке, прибавил:

– Жух Абакович.

– Артём, – представился Тёмка, поднимаясь на ноги. – Абакович – это ваша фамилия или отчество?

– Абакович – это моё сынчество, – ответил дядька и шмыгнул носом, отчего тот подпрыгнул до узкого бородавчатого лба.

– А что такое «сынчество»?

– Это то же, что ваше «отчество», только гораздо лучше. С ним никто никогда не сможет забыть о сыне. Верно, сынок? – он потрепал Абака по щеке, попутно стряхнув с неё несколько мелких травинок.

– А… Наоборот? – вслух задумался Тёмка. Он вдруг вспомнил о своём отце, которого никогда не видел, но от мамы знал, что он где-то есть. Дома он часто ломал голову, пытаясь сообразить, почему этот отец, если он и вправду где-то есть, никогда о нём не вспоминает. И вот наконец нашлась разгадка. Оказывается, потому, что у него нет сынчества! И теперь уже скорее всего никогда не будет.

Тёмке стало грустно, но тут ему пришло в голову, что отсутствие в доме отца иногда бывает очень даже кстати – например, когда приходится вырывать листы из тетрадок – и он мгновенно успокоился.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.