Карина Шаинян
Теремок

В сумерках разгорались призрачные огни. Танцевали тени, пели странное, шелестели сырой листвой. Саша шагнул в сторону, но ему со смехом преградили путь. Тени толкали Сашу к домику розового кирпича. Дверь была распахнута, за ней нетерпеливо ждала тьма, пахнущая лежалыми пряниками, и кто-то внимательно смотрел из-за белой шторы. Еще можно было спастись – не входить в дом, вырваться из круга, бежать по аллеям туда, где слышен гул машин и человеческие голоса. Саша шарахнулся назад. Рука задела что-то влажное, и он захрипел, отчаянно извиваясь и обливаясь холодным потом.

– Белье пора сдавать, – раздался неприветливый голос, – подъезжаем.

Поезд качало на частых стрелках. Над Сашей стояла проводница, и снизу было видно, какое у нее потное и усталое лицо. Пассажиры, орущие от кошмаров, были ей не в новинку. Саша глубоко вдохнул спертый воздух, пытаясь прийти в себя. От запаха печенья, лежащего на столе, замутило, и он, поморщившись, отодвинул пачку подальше.

– Белье пора сдавать, – повторила проводница. – Билет вам нужен?

– Да, пожалуйста, – попросил зачем-то Саша. Предъявлять использованный билет было некому. Разве что самому себе. Поездка была личной Сашиной затеей. Выходом из ямы, в которую он сам себя загнал.

В то утро он опять проснулся от собственного крика, мокрый и трясущийся. Долго курил, маясь от одиночества. Рассказать бы кому-нибудь… Объяснить приятелю, почему он шарахнулся от ребенка в песочнице, который сам себе рассказывал какую-то историю, и затеял в книжном магазине нелепую ссору с женщиной, покупавшей сборник сказок. Извиниться перед девушкой за то, что выбросил в окно пакет пряников, которые принесла она к чаю… Из открытой форточки запахло свежей листвой, послышался серебристый смех, и мягкой рукой перехватило горло.

А может, съездить туда? Посмотреть, убедиться, что все страхи – просто плод воображения? Приехать в город, который когда-то так сильно напугал. Так, что до сих пор мучаешься кошмарами. Так сильно, что ты даже рассказать об этих страхах никому не можешь, чтобы объяснить свои странности… А ведь это выход, подумал Саша. Приехать в обычный, скучный город. Из достопримечательностей – тепло и дешевые фрукты на рынке. Особенно хороша вишня. Весь рынок завален вишней – лаково блестящей, почти черной, пахнущей заманчиво и тревожно… Погулять по улицам, которые помнишь с детства, и убедиться, что это самые обыкновенные, скучные, пыльные улицы. И, если получится, посмотреть с того балкона. И ничего не увидеть, кроме унылого двора и переполненных мусорных баков.

В окно снова потянуло зеленью, прибитой дождем пылью, и кто-то шепнул – правильно, приезжай к нам, мы ждем. По позвоночнику прошла мохнатая лапа. Не ври себе, сказал Саша. Много раз собирался, но так и не съездил – боишься. Выбивать клин клином – хорошо, но теням из твоих кошмаров эта идея нравится еще больше. Сны могут обернуться правдой – и что ты тогда будешь делать?

Саша потер лицо. Закипающий чайник и вязкий рассвет за окном – на работу собираться рано, ложиться досыпать – поздно. Неловко примостившись на табуретке, рассеянно полистал прихваченную из почтового ящика газетенку. Среди пестрой рекламы иногда попадались статьи. Он бездумно пробежал глазами по врезке. История Дуракова, в одночасье ставшего Разумовским, неожиданно заинтересовала его. «Поменять фамилию? Запросто!» – кричал заголовок. Громко щелкнул вскипевший чайник, и с щелчком встал на место кусочек мозаики. Саша заулыбался, слепо глядя в окно. Выход нашелся.

Разговор с родителями Саша откладывал до последнего. На мамины звонки бодро отвечал: ничего нового, скоро в отпуск. Выложил новость только накануне отъезда, забежав попрощаться.

Мама расплакалась, недоуменно и обижено. Отец спросил только – чем тебя моя фамилия не устроила? Не слушая невнятных оправданий, смотрел в пол, сжимал кулаки. Саша ерзал на стуле, чувствуя себя нашкодившим пацаном. Отец молчал и только хмурился в ответ на обещания все объяснить – потом. Саша, не в силах больше терпеть, поспешно распрощался.

– Ты так и не сказал, куда едешь, – тихо сказала мама.

Саша ответил, и ему показалось, что в ее глазах мелькнуло понимание. Захотелось все рассказать, объяснить, но он только молча ткнулся ей в щеку и помчался вниз по лестнице, все еще чувствуя, как горят уши.

– Вот ваш билет… Интересная у вас фамилия, – сказала проводница.

– Мне тоже нравится, – напряженно хохотнул Саша.

Проводница ушла. Саша уставился в окно – в вечернем сумраке уже мелькали окраинные пятиэтажки. Снова подумалось, что в найденном выходе есть что-то искусственное. Как будто все понарошку, – вспомнилось полузабытое слово. А понарошку не считается.

Саша раздраженно фыркнул. Давай будем разумными, сказал он себе. Поддашься страху – и вся затея окажется бессмысленной. «Клин клином», – в который раз прошептал Саша и улыбнулся. «И на всякий случай козырной туз в рукаве, да?», – добавил внутренний голос. Сумерки за окном быстро превращались в кисельную южную ночь, на улицах дрожали огни. Саша был почти уверен, что если бы не шум поезда – он услышал бы смех и пение, в котором почти различимы странные, не подвластные разуму слова. Холод пробежал по позвоночнику, и сердце кольнула тоска.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.