Андрей Кондаков
Значит это Судьба

© Андрей Кондаков, 2017

© ООО «СУПЕР Издательство», 2017

* * *

Значит это судьба

Когда на сердце грустно

Удачи нет в пути,

Ты этот сборник с чувством

В тиши ночной прочти.

И он тебе расскажет

Как справиться с тоской.

Душе твоей подскажет

Как обрести покой.

Рассеются тревоги

Увидишь солнца луч.

И позовут дороги,

И нет свирепых туч.

Зачем стучаться в открытую дверь

Стучи, не стучи, не ждут там тебя.

Неласково встретят.

Не грубо проводят.

Уйдешь, и забыта просьба твоя.

Закон охраняет прочно ту дверь.

Секьюрити в форме

И видео всюду.

Как будто проситель бешеный зверь.

Старушка пришла к Нему на поклон:

«Упали ворота,

Накренилась крыша…».

Отправил бабульку вежливо Он:

«Поможем, конечно, помощью Вам.

Составили смету?

Несите на подпись…

(Ох, мне бы, старушка, сей тарарам.

Жена уезжает в отпуск на днях.

Круиз по Европе,

С заездом в Египет.

Не вовремя ваш визит во слезах.

Директор справляет свой юбилей.

Бумаги ждут подпись,

Сестра ипотеку.

Ну, хоть разорвись, а всюду поспей.

Да, тяжкая доля всем угождать.

Слуга я народа.

Российский чиновник)…

Могла бы ты, бабка, год подождать»?

Вот новый стучится в двери ходок.

– Чего тебе старче?

– Квартиру отняли.

– Обед наступил, жду вас чрез годок.

2005–15.

112

Поток неведомого Стикса

В земных глубинах протекает.

Где жизнь Его ещё тепли́тся,

Там дальний путь он начинает.

Когда душа покинет тело

И станет каплей вод седых,

Вернуть её, в том ваше дело

И вынести с глубин таких.

Спецназ не знает меры страха.

Хирург не ведает преград.

Омон не маленькая птаха.

Пожарный тушит без наград.

И нет на эту реку спроса.

Но, очередь к ней велика.

Один стремится без допроса,

Другой отстать готов всегда.

В немое царство вход свободный,

Нет приглашений, нет реклам.

Да только выход слишком сложный.

Такое лишь под силу вам.

Спецназ не знает меры страха.

Хирург не ведает преград.

Омон не маленькая птаха.

Пожарный тушит без наград.

И только вы, по воле доброй,

И, невзирая на экстрим,

Бросая вызов смерти злобной,

Готовы помогать другим.

Поток неведомого Стикса

В земных глубинах протекает.

И если жизнь ещё тепли́тся,

То ваше время наступает.

Спецназ не знает меры страха.

Хирург не ведает преград.

Омон не маленькая птаха.

Пожарный тушит без наград

2005–15.

* * *

Мне с Вами познакомиться непросто.

Я не Ален Делон и не Буйнов.

Руки подам я каждому за просто.

Вот только с женщиною не таков.

Родная мама говорила, в детстве:

«Жена одной должна быть целый век».

Но где найти, всем нам, такое средство,

Не умирал, чтоб милый человек.

И как мне быть, когда пришла разлука,

Совсем негаданно, в семейный дом.

И сердце душу рвёт, и память – мука,

И женщины не хочется другой.

2006–15 г.

* * *

А роза упала на лапу Азора.

Впустила собака мокрушника вора.

А роза упала Азору на грудь.

Не может от радости псина вздохнуть.

А роза упала Азору на сердце.

Вспылала собака любовью к пришельцу.

А роза упала Азору на нос.

И нюх потерял в скором времени пёс.

А роза упала Азору на спину.

Семейные узы сломили скотину.

А роза упала Азору на глаз.

Для всех наступил груше – яблочный спас.

А роза упала Азору на пузо,

Издохла собака, не выдержав груза.

А роза упала Азору на клык.

И съела собака свой длинный язык.

2006

* * *

Свободу слова от свободы дела

Кандидат наш путает всегда.

Да так, что демократия вспотела

От многословного труда.

Избранником народным быть желаешь?

А может, это не твоя стезя?

В пылу ты нам такое обещаешь,

Что даже богу выполнить нельзя.

2006.

* * *

Тебя одну в мечтах всё жду я.

Одна лишь ты всё снишься мне.

Уж начал грезить наяву я

И целовать тебя во сне.

Хочу тебя одну безмерно,

Хочу, чтоб ты моей была,

Чтоб мне женою стала верной,

Чтоб мне невинность отдала.

02.11.07–15 г.

* * *

Себе скажу в вечор ненастный,

Что написал немало я,

Что поцелуев Лиры властной

Познал всецело и сполна.

Она мне часто улыбалась

И провожала за порог.

Моё общенье с ней осталось,

Как стихотворный монолог.

Быть может, пуля легковесна

Иль старость разум оборвёт.

Не все ль едино, бессловесно

Смерть всех косою посечёт.

Земля любое примет тело,

И сердце обретет покой.

Но мысль записанная смело,

Останется в душе людской.

И даже время здесь не властно,

Пока живет она в сердцах.

Пока в житейских днях участна

Мысль, воплотившаясь в делах.

2008–15 г.

* * *

Бывает разума сильней

И власть, и сила.

Мои ж стихи всегда острей

Копья и шила.

Моё не ведает перо

Хвалы и лести.

И потому мне суждено

Писать о чести.

Они кричат всем: Я поэт,

Я поэтесса.

Им не грозит кабриолет

И месть Дантеса.

Потомки скажут мне: Нахал.

Достоин славы.

Хотя бы тем, что написал

Судьбы октавы.

2009–15

* * *

Однажды на заводе

Сварного попросил,

Чтоб по рабочей дружбе,

Деталь мне заварил.

В ответ услышал твёрдо,

За деньги, хоть сейчас,

Тебе листок бумажный

Я приварю за раз.

И компромисс был найден

(Рабочий огонёк).

«Купил» «его» детали,

Ему «продал» «свой» ток.

2009

* * *

Жить или не жить,

Любить или влюбляться?

Быть или не быть,

Владеть, иль поклоняться?

Брак или не брак,

Реальность иль химера?

Как или никак,

Надежда или вера?

Кто или никто,

Один ты или вместе?

Что или за что,

В земле иль в поднебесье?

2009–15

* * *

В поэзии всесилен я,

Серьёзен в слове и повеса.

А мысль стихотворная

Подвластна мне, пугая беса.

В вопросах бытовых я слаб.

Добро иль зло творю, не зная.

Не преклоняюсь словно раб,

И не живу, повелевая.

2009

* * *

Какая ночь? Какие звезды?

Какой полет? Какая страсть?

Проснулся утром я безмозглым,

Зато, как ночка удалась.

Мои тебя ласкали руки.

Кометы падали с небес.

Мы умирали от разлуки.

Вчера же умирал окрест.

1009–15

* * *

Какие ножки, телеса?

А в глазках страсть, какая!!!

Какие, право, буфера?!

На фото, как живая.

Стою пред этой красотой.

Хочу познать такую!!!!

А голос внутренний: «Постой,

Там силикон, я чую».

28. 08. 10–15 г.

Медведев Путину

«То народ золотой —

Так я думаю, Вова, —

По причине такой,

Я хочу, чтобы мой

Трон был сделан с душой,

Из металла такого.

Чем удобнее мне,

Тем удобней народу.

Так же, Вова, тебе,

Не погрязнуть в грехе

И к тому же, как все —

Бить челом Нам[1] в угоду.

Потому, как ты есть,

Лишь премьерный министр.

Хоть заслуг и не счесть,

Сохранил русским честь,

Но сегодня и здесь —

Не мечи главных искр».

2010

2011 год

* * *

– Не хочу тебя, милый,

Так болит голова.

Понимается просто:

Значит, женщина зла.

– Не хочу, дорогая,

Так болит голова.

Понимать это надо:

Секс ушёл навсегда.

Чтобы в старости тихой

Не болеть головам.

Ты не зли дорогую —

Не откажешься сам.

* * *

Защитники России,

Защитники страны.

Сегодня я ребёнок,

А завтра – как и вы,

Свою страну родную,

Любимую страну,

Я защитить сумею,

Вот только подрасту.

Пусть смотрят сны спокойно

И мама, и сестра.

Сегодня вы герои,

А завтра стану я.

* * *

Как мало, ветераны, вас.

И как вы дороги нам стали.

В житейских буднях, в ратный час

Вы крепче всякой твёрдой стали.

Виски покрыла седина,

Утихли жизненные страсти.

И ваши подвиги храня,

Мы вам желаем только счастья.

Удачи вам везде, во всём:

В работе личной и на службе,

Чтоб улыбались вы притом

И жили в радости и в дружбе.

* * *

Шаблонные мысли,

Шаблонные взгляды,

Шаблонные чувства,

По шаблону наряды.

Духовная пища —

И та по шаблону.

Шаблонные страсти

И шаблон по шаблону.

Где же чувства фантазий?

Где же мыслей полёты?

Уж миражный оазис

Превратился в расчёты.

Может, хватит шаблонов?

Уж достали стандарты.

Мы же русские люди,

Мы душою азартны.

Нищие

Так чувства лучшие мои
Обмануты навек тобою!

(Нищий. М. Ю. Лермонтов.)

Москва – страна внутри страны.

В мольбе взирала на Европу,

Своей, объевшись белены,

Прикрыть мечтала, чем бы *опу.

Россия – ты другой судьбы.

Ты за Москву всегда стояла,

И руки пьяные свои

Для подаяния держала.

Так две просящие руки

Тянулись, как к звезде планеты.

Одна – чтоб с маслицем блины,

Другой бы хлебные котлеты.

Европа – царь всея земли,

В Москвой протянутую руку,

В корысти или от души

Дала и удочку, и щуку.

Москва – столица всей Руси,

Её спокойствие и пламень.

Вложила от щедрот чужих

В протянутую руку камень.

* * *

Чем выше зарплата

У Гос. аппарата —

Тем будет сложнее,

И дольше, и злее

Бороться народу

За свет и свободу.

Чем ниже зарплата

Народного штата —

Тем будет сложнее,

И дольше, и злее

Бороться чинуше

За сыр и баклуши.

* * *

Пусть ветер свирепый стучится в окно.

Пусть буря играет, а молнии свет

Разрежет на миг промежуток ночной.

На кресле пусть кот станет больше, чем лев

Пусть пламя из искр мне ослепит глаза

К тебе я прижмусь, чуть коснувшись плеча.

Ты радость, спокойствие, веры стена.

С тобой мне природная мощь не страшна.

* * *

– Ну, и сволочь же ты обычная.

– Я-то сволочь? Ты сам дурак!

– Нет, не сволочь, чума приличная.

– Я не сволочь? Я не чумак?

И понеслась всерьёз бравада,

Кто чем рождён, про мать, про «Пи».

Великий русский с низким складом.

Великий русский, нас прости.

Некрасов, Блок, Рязанов, Щукин —

Вы в русском слове мастера.

Мы, пра – пра – правнуки и внуки,

Забыли ваши голоса.

* * *

Как хорошо быть эмигранткой

(Другая жизнь, другой народ):

Достойной леди – англичанкой

Гламурной или парижанкой,

Болтливой, может, итальянкой —

И совершить там свой полёт.

А лучше быть американкой!

Смотреть на землю свысока.

Быть хорошо островитянкой,

Игривой в танце бразильянкой,

Душой Востока – мусульманкой,

Хоть и в России рождена.

Не сможешь быть там хулиганкой.

Дамоклов меч на волоске.

Висит он и над куртизанкой,

Висит над честною крестьянкой,

И титул не спасёт дворянку, —

В делах свободна, мат в душе.

А хорошо ль быть россиянкой?

Всё тот же меч над головой.

Но волос не порвать и танком,

Когда в кармане бриллианты,

А русский блат, как Вегас янкам —

Раба с мечтающей душой.

* * *

Моя любовь к тебе таёна,

Молчит, как лёд на полюсах.

И так ей быть, неразделённой,

И даже солнцу в раскалённых

Не растопить её лучах.

Не просветить её и светом,

Рентген бессилен перед ней,

И даже стану я поэтом,

Вкусив все радости при этом,

Всё буду ждать любви своей.

Моё сердечное признанье

Другой отдать не суждено.

К тебе душою возгоранье,

Тобою загнано в изгнанье

И так мне жить повелено.

За чашкой кофе

1

Что-то кофе сегодня крепкий,

В этот вечер апрельский, ранний.

Что-то воздух какой-то терпкий,

Да и сам ты какой-то странный.

Разлюбил ты меня, любимый,

Невнимательный и беспечный,

Магазины проходишь мимо —

Ухожу от тебя навечно.

Так не будет меня и завтра,

Майским утром рассвет встречая,

Сам себе приготовишь завтрак,

На тебя я сегодня злая.

И не будет меня в июне,

И в июле я не приду.

Станешь сам мыть свои кастрюли —

Милый, шубку себе хочу!?

2

Дорогая, в апрельский вечер

Кофе, правда, совсем не вкусный

Нас связала любовь навечно,

Не играй на высоких чувствах.

Я помою посуду завтра,

Майским утром рассвет встречая,

Сам себе приготовлю завтрак,

Каждый час по тебе скучая.

Не начнётся зима в июне,

Будет осень – пора чудес.

Ты сегодня помой кастрюли

Так, чтоб шубы был виден блеск.

Молчание – золото

Золотое молчание,

Когда денежек нет.

Молчаливое ржание,

Когда полный кисет.

Полицейский

Мужчина седой обратился ко мне:

– Я адрес такой не найду.

– Не стоит печалится в этой беде:

Я Вам без проблем помогу.

Старушка грустит перед входом в метро:

В железную дверь не войти.

– Со мною, мамаша, пройдёте легко.

Счастливого дальше пути.

Мальчишка подрался средь белого дня —

Тебя успокою, герой.

Сегодня, боец, защищал ты себя,

А завтра – России покой.

Гражданка – водитель на полном ходу

Наводит себе макияж.

Я жезл полосатый ей вмиг покажу,

Спасая её антураж.

Вот юноша скромный стоит у дверей,

В руках у него аттестат.

Ну, что застеснялся? Входи поскорей.

Пополни студенчества ряд.

Вы спросите, кто я? Скажу без прикрас,

Закона порядок храня:

Я друг ваш, защитник и совести глас.

Такая работа моя.

* * *

Доброта рождает зло,

А затем бессильно плачет.

Нет цены, купить, чтоб разум,

Есть цена продать его.

А алмаз, обычный камень,

Бриллиант в труде заложен.

Только сила силу ломит,

Справедливость выше силы.

* * *

Народ доверил вам свободу,

Своё здоровье, жизнь и честь,

Чтоб вы служили не в угоду,

Искореняя зло и лесть,

На помощь в трудную минуту

Могли бы к каждому прийти,

И чтоб в любое время суток,

Права гражданские блюсти.

Полиция народная,

Полиция достойная,

Чтоб было небо чистое,

Чтоб жизнь была спокойная.

Вы к хулигану непреклонны

И, зачитав его права,

Задержите путём законным

До справедливого суда.

Тогда и наш народ, мечтая,

В делах своих свершит полёт.

Свободу слова сохраняя,

Вы – конституции оплот.

Полиция народная,

Полиция достойная,

Чтоб было небо чистое,

Чтоб жизнь была спокойная.

Смерть

Я за пазухой и в сердце.

Я на пляже и в петле.

За стеной, в крапиве, в перце.

Я повсюду, я нигде.

Ни одета, ни раздета,

И невидима на свет.

Пред тобой стою я где-то,

Может быть, а может, нет.

Не скажу тебе ни слова,

Ты же мой услышишь зов.

Не готова и готова

Взять тебя под свой покров.

Не гадай, не думай даже,

Не зови, не прогоняй.

Мир расколется однажды.

Ты за мной иль в Ад, иль в Рай.

Неразлучны мы с рожденья.

Ты начало – я конец.

Ты живой – я приведенье.

Кто же я? Я твой венец.

* * *

Стремился понять этой мудрости свет.

Читал я запоем романы и нет.

И было мне мало.

Сегодня разборчив я в слове большом.

Уже не прельщает словесный объём.

А дум больше стало.

Пришло мне влюбиться, огнём воспылав,

Познать силу высшую божеских прав.

Гореть, не сгорая.

Любовью сменился влюблённый порыв,

И страсть поутихла, на время застыв,

Дрова сберегая.

Безумным поступкам свершаться дано,

Пройдя нужный круг, прорастает зерно,

Тогда я был молод.

С годами меняется смысл Бытия.

На смену приходит другая стезя —

Расчётливый холод.

Вода просочится сквозь сито годов.

Останется мелкий на донце улов

Из крупных алмазов.

И чтобы узнать этой жизни закон,

Приходится ставить судьбину на кон

Без сверху приказов.

* * *

Я промолчу, душевной муки полон.

Я данной клятвы не нарушу слово.

Я обращу свой нежный взгляд ко звёздам

И, зубы, стиснув, улыбнусь Вам снова.

Пусть ветры свирепеют с большей силой.

Пусть жар любви мне разрывает душу.

Пусть яркий свет мои глаза ослепит,

Я, зубы сжавший, слова не нарушу

И ты плетёные расставишь сети.

И пальцем позовёшь меня небрежно.

И я приду, не проронив ни слова.

Пока не скажешь мне – люблю безбрежно.

* * *

Белый цвет:

Бумага, молоко, блондинка.

Белая смерть:

Горячка, порошок, вино.

А если я жгучий брюнет?

Чёрный цвет:

Тоннель, пещера, сажа, днище.

Чёрная смерть:

Дыра, отрава, суицид.

А если я жгучий шатен?

Хоть брюнет, шатен, блондин,

Всё равно финал один.

Кто дальтоник и не пьёт,

Нецелованным умрёт.

* * *

Веселье прочь – работа.

Работа – прочь все беды.

Все беды прочь – богатство.

Богатство – прочь работа.

Работа прочь – веселье.

Веселье – прочь богатство.

Богатство прочь – все беды.

Все беды – прочь веселье.

Веселье – прочь работа.

* * *

Недолго я хранил молчанье.

Недолго сам с собой боролся.

Томился в вечном ожиданье.

Недолго. Победил рассудок.

Мне ревность ослепила разум.

Мне ревность заложила уши.

Такой нелепый вышел казус.

Мне ревность больше не подруга.

Скучаю без твоей улыбки.

Скучаю без души и тела.

Готов признать свои ошибки.

Скучаю так, что больно сердцу.

Ты краше быстрой лани в поле.

Ты краше кошки на диване.

Твоё желание – мне воля.

Ты краше солнечного зайца.

* * *

Защитники закона,

Оплот любой страны.

И взрослый, и ребёнок —

Вам доверяем мы,

Свободу жить спокойно,

Здоровье, честь, судьбу,

Чтоб мы могли достойно

Гордиться за страну.

Закон и справедливость,

Долг чести и права,

Активность и решимость,

Доверие и верность —

Такая вам досталась

Нелёгкая стезя.

Защитники свободы,

Её стальной анфас!

Российские народы

Надеются на вас.

Не будет тем пощады,

Кто в обществе как волк.

И вы, не ждя награды,

Исполните свой долг.

Закон и справедливость,

Долг чести и права,

Активность и решимость,

Доверие и верность —

Такая вам досталась

Нелёгкая стезя.

* * *

– Коль не куришь и не пьёшь,

Знать, больной ты или врёшь.

(Можешь верить, можешь, нет).

Нам такие не нужны, —

Мы надёжные мужи.

Мы хранители системы.

Хворые – по сердцу нож,

(Можешь верить, можешь, нет).

И с больным одни проблемы —

Нет, такой ты нам не гож.

Врать нельзя: мы люди чести.

Носим свой не зря мундир.

(Можешь верить, можешь, нет).

Неподкупны даже к лести,

Нам в народе строить мир.

– Вот служу теперь без лени.

Водку пью, табак курю.

(Можешь верить, можешь, нет).

Не хожу на бюллетени

И ни капельки не вру.

Это в чьих таких пенатах

Люди кремень, не вода?

(Можешь верить, можешь, нет).

Водку пьют, а печень в латах.

Курят – лёгкие – слеза.

На какой же это службе,

Человек совсем не врёт,

(Можешь верить, можешь, нет),

Ни по злости, ни по дружбе

И не хворенький умрёт?

* * *

Америка дерётся с миром,

Чтоб процветал американец.

Россия бьёт своих кумиров,

Боялся, чтобы иностранец.

* * *

Страна, рождённая в мученьях

И победившая фашизм,

Гордясь строительством достойным

(Как оказалось вдруг – застойным),

Вошла в сусанинский трагизм.

А он, спаситель, Миша Мечен,

Нетленным «во главу угла»

Поставил слово без цензуры,

Раздал талоны, чеки[2], туры —

И закрутились жернова.

Но возразил алкаш свердловский:

«Так, понимаешь, не пойдёт.

Я перестрою Перестройку!»

И в тайном сговоре, под койкой,

Закрыл для Меченого счёт.

И началась в стране разруха,

И полилась повсюду грязь.

Воруй, братва, коль не с похмелья,

Для вас устроили веселье!

Тащи, ломай, хватай – ты князь!

Союз рассыпался на части

И разбежался по углам.

Златой запас, для всех секретный,

Уплыл куда-то незаметно,

И каждый выживает сам.

И побежала Русь на Запад,

И полетела на Восток.

Внимая голливудским лицам,

Своё искусство по крупицам

Распродала за понюшок.

Пришла свобода, побрякушки,

Красивых бантиков не счесть.

А кушать хочется, однако.

Соседа съедена собака:

Гуляй, народ! Голодным – честь.

– Товарищ в кепке, ваше имя?

– Я есть правительство в Москве.

И пусть затрахалась Россия,

Москва – Звезда-Кассиопия

Благодаря моей жене.

– А вы откуда?

– Из Чукотки.

Проездом в Лондон я спешу.

– А вы? А вы?

– А мы с мозгами.

И все бегут за чудесами,

Жуя китайскую лапшу.

Страна Ульянова и Блока,

И возрождённая Петром!

Страна тупых и недалёких,

Страна иуд и дум высоких,

Ужели плачешь ты дождём?

Но нет, Россия не упала!

Пришёл неведомый мужик

Из града Питера, во славу

Поднял ослабшую Державу.

И засверкал России лик.

И пусть враги ещё плодятся,

Пугают русского войной.

Россия есть, была и будет,

Пока едины власть и люди,

Непокорённые душой.

И пусть нерусские товары

Толкает льстивый херувим.

Пусть депутат плетёт узоры,

Пусть прорастают мухоморы —

Им путь телами преградим.

Уже дворовые парнишки

Сжигают точки[3] в небосвод

(Чтоб сверстник не травился маком,

Чтоб папа не залился злаком),

Ложатся душами на дзот.

За вас, госдумовские воры,

Они идут в страну зверей.

Вы есть творители законов,

Вы, неподвластные для оных,

За души спрятались детей.

Но правда есть! Есть справедливость!

Ребёнок, верь! Настанет день.

Твой сын увидит символ счастья.

А депутатское безвластье

Размажется, как к ночи тень.

* * *

Хотел купить полуботинки.

Смотрел везде – одни ботинки.

Жене искал полусапожки,

Да не нашёл: кругом сапожки.

Купил бы детям полушубки —

На рынке есть пальто и шубки.

Я плащ для тёщи, полной меры,

Хотел найти – всё полумеры.

А ну, властители метафор,

Высоких слов и меготафор.

Скажите мне, что нет здесь рифмы,

Плохи, бедны, что полурифмы,

Что не содержатся здесь мысли —

Витают только полумысли.

Я вам ответ даю вполсилы,

Что стих достоин полной силы:

Когда заложена в нём правда,

Не ложь, обман, не полуправда;

Когда соблюдены в нём ритмы,

А не набор и полуритмы.

Когда понятно с полуслова,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

МЫ – Николай 2.

Вернуться

2

Ваучеры.

Вернуться

3

Небольшое помещение для хранения и реализации товара.

Вернуться