Рождение и смерть общества потребления
Борис Михайлович Соколин

© Борис Михайлович Соколин, 2017

ISBN 978-5-4485-9494-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

История человечества – это история мифотворчества и догм. Сначала мифологизировались природа и природные явления. Затем появились религиозные догмы. Главное, что требовалось от людей – вера. Между тем, бездумная вера означает духовное рабство.

В первобытном обществе сильные подчиняли себе слабых. Из этого выросло рабовладение. Там физическая сила уравнялась в правах с умственной. Кроме того, появился новый вид – денежная сила.

В феодальном обществе сохраняется в несколько измененном виде обычное рабство и появляется рабство денежное.

При капитализме именно оно и становится основным.

Социализм характеризуется рабством бюрократическим.

И во все времена, во всех общественно-экономических формациях существовало рабство духовное. Человек был зависим от тех догм, которые ему навязывали центры силы общества.

В древние времена такими центрами были аристократы и олигархи, еще раньше – вожди, шаманы и жрецы.

В средние века осталась аристократия и появилась церковь.

Чуть позже к ним добавилась буржуазия, которая к началу ХХ века вытеснила аристократию, лишив ее реальной власти.

Со второй половины ХХ века центрами силы стали крупный капитал и бюрократия. Церковь, особенно на Западе, утратила значительную часть своего влияния и стала элементом бюрократии.

Сейчас именно бюрократия – главный игрок. В нее входят менеджеры ТНК, чиновники, церковные иерархи. Она формулирует те догмы, которые человечество должно исповедовать, и предлагает ему ею же подготовленный набор «альтернатив», за рамки которого люди не могут выйти. Я не случайно использовал кавычки. Дело в том, что варианты, которые сегодня предлагаются современными центрами силы, лишь формально отличаются друг от друга, а фактически это ипостаси одного и того же бюрократически-олигархического варианта развития. Именно поэтому бюрократия без особых усилий формирует удобное ей общественное сознание, используя для этого виртуальную экономику и информационные технологии.

Манипулирование информационными потоками, их составом, интенсивностью и направленностью позволяет управлять людьми дистанционно и в мягкой форме, хотя суть от этого не меняется. Личное рабство претерпело несколько трансформаций, от денежного до идеологического. А теперь эра информационного рабства. Информация перестала быть только средством управления людьми – она стала своеобразным наркотиком, заменяющим идеологию и духовность.

Но может быть, не стоит так сильно беспокоиться об этом? Ведь человечество пока еще живет, и все может измениться к лучшему? Увы, все предыдущие трансформации не оказывали существенного влияния на ресурсный потенциал человечества. Ныне же ситуация иная. Современная экономика вовлекает в хозяйственный оборот все новые и новые природные, интеллектуальные и духовные ресурсы человечества. При этом все меньше остается эрудированных и нравственных людей. Это намного страшнее, чем истощение запасов нефти или природного газа. Можно разведать новые месторождения или разработать альтернативные заменители, что, кстати, и происходит. Но создать думающего порядочного человека на основе дискредитировавших себя философских, политических и экономических конструкций невозможно.

Нужно очистить свое сознание от застарелых догм и штампов, взглянуть на прошлое по-новому, идеологически непредвзято, оценить его и понять, куда дальше двигаться.

Бессмысленно это делать, пользуясь старыми методами и терминами. В самом деле, капитализм XIX века не такой, как современный. Советский социализм, в действительности, и вовсе не социализм. Что касается коммунизма, то большинство затрудняется даже с его определением. И, тем не менее, мы продолжаем употреблять эти слова, выстраивать на их смысловой основе логические умозаключения, делать теоретические выкладки и, в конце концов, реализовывать все наработанное на практике. А теперь представим себе на минуту, что смысл, который мы вкладываем, не соответствует реальности. Тогда получается, что на неправильной смысловой основе мы создаем неверные теории, которые с огромными жертвами и ошибками безуспешно претворяем в жизнь.

Необходим интеллектуальный прорыв в будущее. Если в течение ближайших 50 лет мы не освободимся от идеологического груза прошлого и не выработаем новую, некапиталистическую и несоциалистическую, альтернативу, то XXII век может стать последним веком в истории человечества. Причем нынешняя ситуация уникальна тем, что на распутье оказался весь мир, все человечество, а не какая-то одна страна.

Итак, мы начинаем.

Капиталистическая иллюзия

Философия и идеология

Термин берет свое происхождение от латинского capitalis, что значит «главный». В политэкономическом смысле капитал – это ресурсы, используемые для производства товаров и услуг, приносящие в итоге прибыль. Экономически капитализм определяется как формация, в которой доминирующую роль играют частная собственность на средства производства и свободная конкуренция. Как правило, под капиталом подразумевают денежные средства. Поэтому коренная суть капитализма – это деньги. Все элементы капиталистической системы рассматривают деньги в нескольких ипостасях, причем такие функции, как мера стоимости и средство расчетов, не являются главными. Деньги при капитализме выступают в качестве смысла существования во всех без исключения областях человеческой жизнедеятельности. Только на начальных стадиях развития капитализма их влияние ограничивается экономикой. Впоследствии они проникают во все остальные сферы, причем именно как цель жизнедеятельности. Человек не рассматривает деньги как средство удовлетворения своих естественных, рациональных, потребностей – они для него цель, достижение которой дает в обществе признание. Вне зависимости от уровня и стадии капиталистического развития элементы этой системы, будь то государство, фирма, человек, стремятся только к деньгам. Просто для каждого уровня, для каждой стадии существует свое количество денег, получив которые в свою собственность, можно рассчитывать на общественное признание.

Главное при капитализме – деньги, и поэтому все остальные его признаки играют второстепенную роль. И свободная конкуренция, и демократия, и даже частная собственность при капитализме – лишь инструменты, позволяющие реализовать главную цель – получить прибыль в денежной форме. Из этого следует, что любые адаптационные трансформации капитализма не могут затронуть денежный интерес. Однако изменения остальных характеристик вполне вероятны. Капитализм может продолжать функционировать только тогда, когда происходит приращение стоимости. И если этому процессу мешают свободная конкуренция и демократические институты, то центры силы капиталистической системы их устраняют. Иначе говоря, в условиях капитализма альтернативы расширяющемуся воспроизводству денег нет.

Так что Маркс был абсолютно прав, определив капитализм как экономическую систему, ориентированную на постоянное и неуклонное извлечение прибавочной стоимости, наращивание ее массы и увеличение ее нормы. Поэтому при капитализме не может быть всеобщего благоденствия. Стремление всех к максимальному денежному выигрышу не может быть реализовано – всегда будут и проигравшие. Причем по мере нарастания жесткости ресурсных ограничений (особенно в сфере энергопотребления) количество проигравших будет возрастать, а количество выигравших – уменьшаться. Естественно, что рост трудностей приведет к концентрации в руках выигравших большей массы капитала. Уже сейчас всего лишь 1% богатейших людей планеты имеют в совокупности денег столько же сколько остальные 99% населения планеты. И эта тенденция продолжает усиливаться прямо пропорционально ужесточению ресурсных ограничений. В обществе растет напряженность, что находит свое выражение в его криминализации, росте сектантства, духовной деградации.

Каждая формация отвечает на основной вопрос философии по-своему. Капитализм отвечает исходя из присущего ему религиозного мировоззрения. Любое свое действие центры силы капиталистической системы освящают именем бога, и именно поэтому при капитализме сознание первично по отношению к бытию. Но это формальная сторона дела. Фактически все обстоит намного сложнее.

На начальном этапе своего развития, примерно до середины XIX века, действительно всячески педалировалось обращение к сознательности рабочих масс. При этом у буржуазии была своя, буржуазная, мораль. В то время капиталист извлекал максимально возможную прибыль путем усиления эксплуатации наемного труда. Это означало резкую интенсификацию использования рабочей силы. Тогда особой квалификации от работников не требовалось, и был избыток рабочей силы. Это позволяло капиталистам занижать ее цену до стоимости простого воспроизводства. Следовательно, происходило уменьшение необходимого времени при увеличении прибавочного. Тем самым достигался рост массы прибавочной стоимости и ее нормы.

Чтобы обеспечить терпение и терпимость рабочих, недостаточно было иметь отрицательную (избыток рабочей силы и необходимость скудного пропитания) экономическую мотивацию. Требовалась и духовная, в определенном смысле идеологическая мотивация. Ее обеспечивали религиозные институты. Католицизм, доминировавший долгое время в мире, с самого начала своей деятельности призывал верующих к смирению и терпению. Однако в условиях развития капитализма этого было мало. Не случайно, что возникновению капитализма предшествовали религиозные войны, в результате которых появилось новое вероучение – протестантизм. Его адептов призывали не только к смирению и терпению, но, прежде всего, к рациональности, упорному труду и… богатству. Такой дуализм и стал философской основой раннего капитализма. Оправдание богатства и стремления к нему – вот основные философские постулаты буржуазной морали или, точнее говоря, морали для буржуазии и тех, кто стремился попасть в этот класс. Ну, а привычные смирение и терпение, равно как и терпимость (к чужому богатству, к священной чужой частной собственности) остались для пролетариата и других, менее удачливых социальных групп. Поэтому не будет преувеличением утверждение, что капитализм вырос не столько из феодальной цеховой экономики, сколько из Реформации, придавшей богатству и бедности осознанный, философский смысл.

Сознание определяло стремление к богатству, успеху, общественному признанию, а бытие определяло характер и направленность этих устремлений. Наградой удачливым было земное бытие, а утешением неудачникам – сознание бренности земного и перспектива райского неземного небытия.

Победа протестантизма в Англии и Голландии обусловила наиболее быструю капитализацию этих стран. Заселение Северной Америки осуществлялось, в основном, английскими и голландскими протестантами, а также французскими гугенотами. Утилитарное отношение к первичности сознания в Америке только усилилось, выкристаллизовавшись в новую, более совершенную форму ханжества и лицемерия. Для первых американцев религия стала ширмой, прикрывающей их самые неблаговидные дела в этой земной жизни, а церковь – фирмой, заключив договор с которой, можно рассчитывать на определенные блага в иной, загробной жизни, если она, конечно, есть.

Кстати, любопытно сравнить успехи протестантизма и католицизма на колонизаторском поприще.

В XV – XVI вв. католическая Испания была мировой державой номер один. Однако по мере развития протестантизма ее позиции начали ослабевать. В XVII – XVIII вв. она потеряла многие из своих колоний в борьбе с Англией и Голландией, а в XIX-ХХ вв. ее владения еще больше сократились в результате экспансии США.

Можно сказать, что вселенское влияние католицизма, начиная с XI века, постоянно и неуклонно уменьшается. Сначала отпочковалось православие, затем возник протестантизм. И последние две религии оказались более успешными в своей экспансии, нежели католицизм.

Здесь необходимо сделать уточнение о капитализме на Востоке. Там были и есть капиталистические страны, но их капитализм не был порождением логики внутреннего развития. Он возник в результате принуждения Запада, которое осуществлялось либо в режиме прямой колонизации, либо посредством мягкого воздействия на правящие режимы. Но даже в этих странах капитализм значительно отличался от, например, английского или американского вариантов. И различия эти обусловлены не экономическими причинами, а философскими.

Дело в том, что с начала 1980-х годов западная экономическая система перешла в высшую фазу своего развития и, поглотив общество и его институты, превратились в интернациональное общество потребления. Акцентация расширяющегося потребления ведет к окончательной деградации сознания. Вследствие этого многие люди не нуждаются в социальных и общественных институтах, одним из которых является Церковь. Уже не нужно заключать договор на загробное обслуживание в потустороннем мире. Нужно что-то иное. В итоге конфессиональная структура общества потребления (бывшего капиталистического, индустриального, постиндустриального) теряет свою многовековую устойчивость. Одни люди фактически и формально становятся атеистами, другие – исповедуют всевозможные культы языческого толка. Кроме того, идет перераспределение между традиционными религиями. Католицизм и протестантизм верующих теряют, а ислам и буддизм – приобретают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.