Крысолов

и пение сирен

и дудка Крысолова

пока поет свирель

не высказано слово

ты верил в силу слов

в монетку на удачу

хохочет Крысолов

а дудка его плачет

Саскии соски

о Саскии бесстыжие соски

почти предательство так рано умереть

едва за тридцать редко так близки

супруги как нелепа смерть

работал так что виделись фигуры

перед глазами стоило закрыть

перед рассветом веки наступало утро

туманами промозглыми тоски

работал над заказом день и ночь

размешивали краски подмастерья

по-дилетански рисовали вточь

как их учили точно красить стены

как не хватало ему жениного смеха

и этой скромности с распутством пополам

поправил нос фигуре влево съехал

как будто пьяный гений рисовал

его критиковали раньше много

за в будущем почетный реализм

изъяны кожи рисовал он строго

но и легко как бы наотъебись

но Саскии чуть сладковатый запах

когда она стонала как молилась

как будто знала что не будет завтра

на вкус как соль и терпкая как жимолость

магистратура заказала ересь

парадный с пиками сплошной официоз

платили налом искренне надеясь

что гульдены решают не вопрос

бабло придаст чинушам благородства

посрав на быдло в помершей родне

забыть о реализме очень просто

ведь истина скрывается на дне

как некий рак вот главный лейтмотив

центральной с алебардою фигуры

усы и клешни нагл угрюм спесив

что еще можно требовать с фактуры

для живописи самое оно

ах если б Саския была жива ах если б

плеснув в стакан домашнее вино

он бюрократов рисовал как бестий

из них он делал реализм забыв

в дозоры посылал на баррикады

и Саскии соски его судьбы

бесстыже звали фуриями ада

письмо дочери во время гражданской войны

я пишу тебе дочка с окраины нашей державы

убежал я от бога а может и наоборот

беглецов нынче много слишком многих сегодня прижало

в этот русской гражданской войны революции год

за меня беспокоиться нет ни малейшей причины

для поэта в России нормально слегка бомжевать

как для черного хлеба нормальна хмельная горчинка

есть и хлеб и вино вот и нечего больше желать

жаль на твой день рождения мы будем с тобою в разлуке

виноватых не нужно искать даже если есть чья-то вина

виноватых тут нет есть судьбы и истории шутки

я боюсь что Россия "Титаником" резко стремится ко дну

но оркестр отыграет положенный к аперитиву мотив

пассажиры вальсируют дрожь унимая в коленках

за меня не волнуйся беглецов вседержитель простил

я во всяком так думаю или лучше надеюсь на это

поздравляю желая тебе дочь исполненья желаний

даст бог свидимся даже быть может не возле могил

пусть плавучесть "Титаника" больше похожа на камень

но оркестр доиграет а бог нас быть может простил

за меня беспокоиться дочка я думаю больше не надо

беспросветная темень она не нагадана мне

и грохочет гроза за окном а могла б грохотать канонада

как сегодня на русской на политой кровью земле

легко заблудиться спрямляя дорожку домой

легко заблудиться спрямляя дорожку домой

застылая сырость глухие места и ни зги

и ты пропитался отчаяньем как темнотой

и куришь одну за одной от тоски

под утро вставая как точен рассвет

а небо так серенько точно церковная мышь

а может тебе надо было идти след во след

домой не попасть но хоть тут постоишь

один на один как языческий бог из бревна

с рассветом и сыростью серых небес

прямая дорожка а жизнь безнадежно крива

и ты заблудился и куришь и где ты невесть

молитва крови

что кровь засохшая на острие ножа

что пар дыханья девственниц на стуже

ты никому особо не мешал

и никому особо был не нужен

дыхание на лезвии ножа

ты мог бы жить особо не греша

как дождь разливший по асфальту лужи

когда домой прохожие спешат

все гуще пар а острие все уже

прозрачные у девственниц зрачки

ты это вслух с ножом в руках прочти

молитвой крови осеняя души

кто-то дергает нитки

казенный сквер в городишке среди ставропольских степей

я использую как свой кабинет

тут я пишу стишки

люди бредущие мимо по своим делам

перестали удивляться:

что он тут делает в рабочее время?

сами они исполняют роль массовки в заштатном театре

клумба с жалкими остатками растений напоминает

марсианские пейзажи за сто миллионов лет до того как

некоторые прохожие весьма деловиты другие

не очень но тоже придают себе вид

будто их кто-то где-то с нетерпением ждет

да много все-таки людей не умеют скучать

я хотел сказать: скучать со вкусом

с ощущением исполненного долга

немного расслабленно но внутри сосредоточенно

как примерно скучаю я

и от скуки пишу стишки:

кто-то дергает нитки заставляя Ромео скорбеть

кто-то вытрет Джульетте платком ее сладкие слезы

ах любовь неразгадана ныне вовеки и впредь

и не надо любить насовсем это слишком серьезно

полуденная жара заставляет прятаться в редкой тени

я напоминаю себе пугливого и чуть разжиревшего фазана

поэзия это первичный код впечатанный в марсианскую глину

я стираю различие между стишками и прозой

как учитель в сельской школе торопливо стирает

с доски уравнение решение которого он подзабыл

кто сказал что писать стихи это трудно?

кто-то дергает нитки

казачья песня

"я буду ждать тебя, мой милый.

нет никого роднее мне".

"не жди меня. моя могила

в чужой земле, в чужой земле".

"иди и помни: ты мне должен.

ты муж мой, я твоя жена".

"прости, и бог тебе поможет.

не за того ты замуж шла".

"я шла женой тебе, любимый.

я шла женой за казака".

а казака враги убили.

да будет смерть его легка.

сухой фонтан

совершенный и мирный весь день

что-то там цветет неподалеку от сухого фонтана

как бывает иногда

просыпаешься в холодном поту

а воды больше нет одна соль

каждая секунда совершенного дня

безжалостна

как ухмылка серийного убийцы

о включите фонтаны на полную мощность!

написанное кровью на песке

написанное кровью на песке

подсмотренное в утреннем тумане

теле-дикторша на фоне звезды Давида

она лжет мне в лицо сама не понимая

за что ее будут линчевать ангелы

наверняка ведь она повязывает волосы

косынкой из модного бутика

идя на исповедь в церковь

под колокольный звон по большим праздникам

слова не так уж много значат но

они могут превратить мир в теле-бордель

продажные суки и лицемерные сволочи

отрабатывают дикцию на вранье

прямая трансляция из разбомбленных трущоб преисподней

мертвые дети улыбались в ледяном водовороте

не вижу ничего плохого в том

чтобы сжечь эту теле-тетку заживо в прямом эфире

мусульманок красивые платья красны

мусульманок красивые платья красны

черных вдов ожидание смерти беспечно

украинки плетут из ромашек кресты

что тут можно поделать? тебе делать тут нечего

от тебя не зависят ни день и ни ночь

ни кровавые лужи на мраморе ада

ты хотел бы кому или в чем бы помочь?

посиди покури и подумай: а надо?

прядь со лба задрожавшей рукой

прядь со лба задрожавшей рукой

узколицей привратницей ада

о от демонов волосы скрой

слишком много легло тут на карту

слишком многих волнует волос

твоих волны из пены морской

просто мне как всегда не спалось

без любви один рядом с тобой

простор ярости

настоянный на травах и цветах

в полуденной тени акаций воздух

о ярость как металл ножа светла

я знаю изменить еще не поздно

написанный на стенке приговор

кирпичной кладки лживые ужимки

построенный на правоте простор

исключит и намеки на ошибку

и ярость моя в воздухе висит

что крылья стрекозы что когти сов

кирпичной тьмы тюремный лабиринт

заржавленный как приговор засов

пепел из пыльной бури

он выпал пепел с погорелищ ада

на русской неотмоленной земле

из серых туч он серной гарью падал

как весточка о похоронке мне

из пыльной бури мгла и отблеск молний

ярились пеплом засыпая поле

ты русский мертв и до сих не отмолен

ты стряхивая пепел это помни

я летел в этом боинге

я летел в этом боинге

пшеница созрела на полях Украины

некому убирать урожай политый кровью

люди падали с неба как дождь их принимали

за бомбы как во время авианалета

взрывная разгерметизация выворачивает живые органы наизнанку

десять километров по вертикали до пашни

благословенна земля Украины земля Донбасса

чернозем густо засеян младенцами

я без колебаний нажму на спусковой крючок чтобы

остановить это безумие раз и навсегда

аварийный выход

и ангел сложит крылья на груди

полуоборотясь где всходит солнце

настанет час прощаться и уйти

нам в эту дверь последнюю придется

там никого никто нигде не ждет

безжалостно похмелье от иллюзий

свет солнца на рассвете густо желт

а аварийный выход слишком узок

пускай сгорают на ветру

пускай сгорают на ветру

твои грехи твои сомнения

на двор выходишь поутру

как бы при солнечном затмении

мир остановлен и на миг

смолкают птицы прячась в кронах

пернатых душ застывший крик

как грешников исход покорный

покуривая темный табачок

покуривая темный табачок

поглядывая в спины кто проходит

не думаю особо ни о чем

так лошади не думают а бродят

мне нет спасенья крест не положа

на плечи сопрягая со вселенной

а правда та на лезвии ножа

дрожа от страха окрыляет смелых

подпись печаль

осталось мне что выпить на дорожку

как запах водки в старенькой плацкарте

как милостыни но от сердца гроши

что напоследок господу заплатим

на то денек от августа хороший

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.