Гром души

стихи рождаются в том порыве,

когда внутренности отчаянием объяты.

это всё для вас, мои дорогие.

можете растащить меня на цитаты.

***

ты расплёскиваешь искренность, не жалея ни капли.

в который раз наступая на те же грабли.

как будто сам Бог поцеловал тебя в темя.

не рвись вперёд, девочка. всему своё время.

MEMORIAM

мой свет, ну зачем ты копаешься в прошлом?

зачем же меня, как бельё, выворачивать?

и мне нестерпимо и больно, и тошно.

и жизнь невозможно переиначить.

а мне бы тебя, как ненужное, вычеркнуть.

но дыра ведь глубокая на том месте останется.

ты так крепко впечатался, что ничем не вынуть.

а только внутри о тебе хранить память.

***

а что, мой любезный, ты меня не любил.

ты мои угли раскалял добела.

знаешь, сколько я положила сил,

чтобы они не сгорели дотла?

и я до последнего вздоха с тобой,

года три, может больше, тебя берегла.

мы разлучились с тобой не судьбой.

это я, мой родной, от тебя ушла.

МЫСЛИ НА ПОСЛЕДНЕМ УРОКЕ

Подражание Маяковскому

когда сижу на уроке последнем,

жизнь жалобно сочится в жилах.

осталось немного. граждане, потерпим!

и плоть свою за дверь выбросим.

учитель ходит между рядами

прилежно, будто совсем не устал.

а я говорю: «товарищи, встанем!

покинем учебный зал!»

в голове громадища, скопища мыслей:

о еде, о других насущных проблемах.

когда же закончится эта пытка?

когда мы забудем о всех теоремах?

измученным взглядом на доску взираем.

в ожидании замерло моё тело.

звонок прозвенел. жизнь кажется раем.

левой! левой! левой!

***

а она его на прощанье целует в щёку,

а ты кулаками и в стены, чтоб до крови.

а она, вероятно, ему посвящает хокку,

а ты в стихи выпускаешь псевдоадреналин.

а она ему завтрак готовит, обед и ужин.

а у него на неё такие большие планы.

а ты давай, рисуй улыбку снаружи.

закрывая внутри глубиною полметра раны.

а она его ждёт каждый вечер и в доме уют.

и на стенах у них картины для радости глаза.

а ты ищи, может, тоже найдёшь свой приют.

может, тоже дойдёшь до седьмой ступени экстаза.

а она его любит и тщательно бережёт.

чтобы вот от таких как ты потом не спасать.

а она ему никогда-никогда не лжёт.

у них идиллия/доверие/гармония, твою мать.

а она ему сына готова родить или двух, хоть сейчас.

а он её никогда не бросит и не уйдёт.

а ты продолжай, возводи ему дальше иконостас,

только на твой порог всё равно он уже не придёт.

а она с ним на море/на дачу/в Париж/на Карибские острова,

а ты исступлённо губами глотаешь воздух.

а она ему там красивые говорит слова,

а тебя будто током бьёт. и ты даже слышишь их отзвук.

а она с ним готова всю жизнь и состариться вместе,

да и он разделить с ней готов остатки жалкого бытия.

а у тебя постепенно пульс достигает отметки двести.

и ты понимаешь, что любил он и любит только тебя.

***

я тебя сладкой девочкой, сизым голубем, вечным пламенем, допьяна.

я тебя берегла-берегла, старалась. а потом – шаг назад – не смогла.

я тебя в светофорах, дорогах, газетах, прохожих, на каждом углу.

всё мерещишься мне, мой милый, а потом отступаешь во мглу.

каждый шаг звенит дробью: «о тебе», «за тебя», «с тобой».

лет пятнадцать ещё осталось, а потом уйду на покой.

ПОСВЯЩЕНИЕ

а он сидит, потирая руки,

довольный тем, что мне дико плохо.

он думал, я умру от разлуки.

как жаль, что мне бесконечно похуй.

FULGUR

и я понимала – душа же не феррум, не олово.

в одну и ту же реку не входят дважды.

на смятой бумаге текст не напишешь новый,

а только свернёшь из неё самолёт бумажный.

я, кажется, вывернула. всё отдала, что было.

во мне одной пустоты только десять башен.

знаешь, «если молния меня не убила –

то гром мне, её-богу, не страшен».¹

***

вновь из серии «сука-гордость»:

давит, гнёт под себя – петля.

про таких, как мы, не напишут повесть,

если будет хоть строчка – испепелят.

ты не смог себя урезонить –

что ж, и мною проигран бой.

нам теперь бесполезно спорить:

Бог проверил меня тобой.

признаю, проявила слабость,

испытание не прошла.

мы с тобою не встретим старость,

пришёл срок закусить удила.

и однажды, открыв страницу,

рука дрогнет в напрасной борьбе.

пролистаешь строк вереницу

и поймёшь: «я читал о себе».

***

а ты, мой милый, так до сих пор и не понял.

раз не с тобой, то я так и буду одна.

хотела только, чтоб крепко наши ладони

держались, а ты на ветер бросал слова.

***

Отче, послушай, мне всё равно, что с ним стало.

мне наплевать где он/как он и с кем.

я от него отвыкала мало-помалу,

просто настал момент – и отвыкла совсем.

а ему всё равно уже изначально было:

какой там, к чёрту, богатый внутренний мир?

он радость и горе – всё заливал этилом

в серых и грязных просторах чужих квартир.

Отче, послушай, я не могла так больше.

у меня под босыми ногами хрустело стекло.

я всё тянула, надеялась на подольше.

дотерпим, думала. образумилась, и прошло.

Отче, знаешь, я рада, что мы не вместе.

мой удел лишь созвучно строчки слагать.

а мир наш мал и до невозможности тесен.

ты потом, наверху, поможешь его узнать?

я ничего не прошу у него, но, Отче,

я у Тебя молю. Ты его не оставь.

храни его, береги очень-очень.

а как время придёт – забери, пожалуйста, в рай.

***

отношения – это когда взаимо-, когда всё вместе.

это и радость, и неудачи – поровну.

только твои весы постоянно хотят перевесить,

а после и вовсе склоняются не в мою сторону.

это как по канату идёшь – и резко в обрыв,

а потом с дикой злостью начинаешь карабкаться вверх.

терпится, копится – и наступает взрыв.

можно любить всю жизнь – и разлюбить в четверг.

***

а на деле всё просто и без затей:

во мне пусто/пусто сто раз подряд.

и знаешь, нет никаких идей

как избавиться от ста маленьких дяволят.

и они, вокруг меня, не стыдясь,

и хохочут нарочно, и громко галдят.

каждый он – это ты. и они, веселясь,

прямо в душу мне, в самую глубь глядят.

это знаешь, словно в плохой игре –

я не знаю: какой теперь сделать ход?

я давно хотела сказать тебе:

от тебя было слишком много хлопот.

ну давай, не скучай. говорят, всё проходит.

у меня уж прошло, что теперь говорить.

но бывает, конечно, ум за разум заходит.

продолжай никого никогда не любить.

***

дабы не потерпеть рядом со мной краха,

не вопрошать, не умолять невнятно –

я вам советую отправляться на хуй.

и ни в коем случае не приходить обратно.

Вопросно-ответное

от себя бесполезен побег.

только правду. избавь от лжи.

–ты чувствуешь, что я твой человек?

–ты глупая? я прожил бы с тобой жизнь

***

ну, довольно. я знаю: не девочка ты, а пожар.

с тобой рядом искрит, а воздух предательски туг.

я с тобой невзначай, как будто бы даже вдруг.

я с тобой говорю – и колени мои дрожат.

моя жизнь далеко не сахар и даже не мёд.

сколько будет ещё проблем на моём пути?

вечный страх – боюсь тебя отпустить.

но с тобой говорю – и радость во мне поёт.

я могу всё простить, показать, как я терпелив.

я готов для тебя не горы, а скалы свернуть.

не найду ни повода, чтобы тебя упрекнуть.

я с тобой говорю. внутри происходит взрыв.

для тебя – что захочешь: стану верным, сильным, другим,

буду преданным – ну, и далее всё по тексту.

я смотрю на тебя – и вижу свою невесту.

обними меня. давай вот так посидим.

***

к чёрту всё сделанное неверно.

пусть жёстко стелет, но мягко спать.

снова учиться жить и дышать.

–ты любила его?

–похоже, неимоверно.

Скрипка

скрипка не держит строй. так и с любовью.

что-то сломалось в твоей. хочешь, возьми мою?

пальцы по струнам. чувствуешь, как это больно?

я Создателя за тебя до сих пор молю.

***

роднее и ближе всех была только ты.

моя поддержка, моя опора.

я лишь с тобой не сожгу мосты,

когда уеду жить в другой город.

пока ты там, плывёшь на своём теплоходе,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В. В. Маяковский – «Гейнеобразное»

Вернуться