Свет и тени
Михаил Садовский

© Михаил Садовский, 2017

ISBN 978-5-4490-1504-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

В этой книге нет дат под стихами. Автор намеренно убрал их, чтобы не было искуса сравнивать: ранние – поздние. Стихи от времени не портятся, а только набирают силу и букет, как вино.

Однако стоит заметить, что в книге собраны поэтические работы от самого начала 60-х прошлого века и до нынешних дней. Автор, памятуя справедливое высказывание Самуила Яковлевича Маршака, что литература не делится на «детскую» и «взрослую», включил в данную подборку и многие стихотворения, адресованные детям, опубликованные в различных книгах автора, сборниках и хрестоматиях, вышедших в центральных издательствах Советского Союза, и стихи, адресованные взрослой аудитории, которые по цензурным соображениям не могли быть напечатаны при советской власти. Они увидели свет после 1992 года, когда распалась страна и была отторгнута от власти коммунистическая диктатура. Стихи из этих книг также вошли в представленную здесь подборку.

Но хватит своеобразной статистики. Автор включил в этот сборник именно стихи о свете и тенях нашей жизни, соответствующих тому, что он подметил в природе, что прожил в тесной близости к ней с самых ранних лет детства и до нынешних дней.

Стихи не требуют толкований. Вообще, по-моему, неправильно и невозможно выражать один жанр посредством другого.

Поэтому воздержусь от всяких комментариев.

Благодарю всех, кто открыл эту книгу, и хочу попросить вас не читать стихи подряд, как газету или женскую прозу. Каждое стихотворение имеет свой сюжет и поэтому требует внимания и осмысления.

С уважением и расположенностью к вам, дорогие читатели,

Ваш автор

«Свет и тени…»

Свет и тени.
Свет и тени
От растений, от строений,
От сомнений, от смятений
Бесконечных повторений
Света-тени, света-тени.

В этом мире нет другого:
Только дело после слова,
Только радость после муки,
Только встречи и разлуки.

Бесконечность повторений
Света-тени, света тени
От растений, от строений,
От сомнений и смятений…
Свет и тени,
Свет и тени,
Свет и тени,
Свет и тени…

«Туман от озера волнами…»

Туман от озера волнами,
Вода свинцовая дымится,
И над озябшими домами
Просветов синие петлицы.

Дни неопознаны и странны —
Бессильны старые приметы:
Зима прошла, весне бы рано,
Но это уж никак не лето.

Лес присмирел. Стоит понуро.
И грибников не манят чащи.
С дождя ручей разбухший бурый
Гнусавит голосом дрожащим.

Петух не вовремя ликует,
Орёт к ненастью ворон к ночи.
Кукушка третий день кукует,
Уж слишком долгий век пророчит.

«Ни ивы ствол не разогнуть…»

Ни ивы ствол не разогнуть,
Ни покорить приказом память,
Как снов прошедших не вернуть,
Чтоб в них нелепое исправить.

Сопротивление ветвей
Ошеломляюще подобно
Судьбе негаданной твоей,
Что проходить пришлось подробно.

Не наблюдать со стороны —
Хватать её за сердцевину,
Как грызть стволы бобры должны,
Чтоб возвести свою плотину.

И не трясти по пустякам,
А собирать её по сути
Изо всего, что было там —
Из всех событий и лоскутий.

И убивать в себе раба,
Как иву разогнуть, – подобно!
Чтобы была тогда судьба,
Хотя бы для тебя свободна!

«Аллея тёмная густая…»

Аллея тёмная густая,
Вдруг белый ствол мелькает в ней —
Кора с платана облетает,
Как с древа памяти моей.

Бесшумно под ноги ложится
Подобно прошлому она,
И живы там событья, лица,
Слова, улыбки, имена.

Недаром время превращает
Всё, что доверило годам,
И неизменно возвращает
Побегам новым и корням.

Чтоб ничего не пропадало,
И копится за слоем слой,
Чтоб никогда не увядала
Аллея памяти живой.

«Заснувший пруд вообразил…»

Заснувший пруд вообразил,
Что в нём бездонные глубины,
И в них однажды погрузил
Он леса пёстрые картины.

Случайный ветер волновал
И возмущал изображенье,
То позы веток он менял,
То крон наклон и освещенье.

Вода застыла. Подо льдом
Ничто в глубинах не сквозило,
Добротным свежим полотном
Округу снова застелило.

Но долго облетевший лес
Своей картиною гордился.
Он верил: – Нет, я не исчез,
Навек в глубинах сохранился.

«Художник щедрый обновил…»

Художник щедрый обновил
Своей палитрой мир окрестный,
В окно взглянув, художник местный
Запечатлеть его решил.

Закинул за спину багаж —
Листы бумаги, акварели,
Гуаши, баночки, пастели
И неразлучный карандаш.

Он место долго выбирал
Среди пустых опушек, пашен —
Одна другой картины краше,
Осенний необъятен зал…

Здесь чудо каждый взгляд являл:
Сплетенье веток ворожило,
И листьев кружево прожилок,
И красок тихий карнавал,
Туман промокшим оделялом
Сползавший с берега реки…

Желаньям прежним вопреки
Душа покоя лишь желала.

Во взгляде вечность повторить
И каждой клеткой с нею слиться,
В осеннем счастье раствориться
И лишь мазком в картине быть!

«Возвращается ветер на круги своя…»

Возвращается ветер на круги своя,
Будто ждёт его дома родная семья,
Он опять улетает, и только полёт —
Это время, в которое ветер живёт!

«Приходит осень незаметно…»

Приходит осень незаметно,
Её шаги в листве видны,
Стучится в окна за советом,
Сор собирает у стены.

Меняет яркие наряды,
Цветы, базары, облака,
И сыплет золото в награду,
Как щедрый гость издалека.

Одежды выцветут из ситца,
И чтобы их сменить, решит
Холодным душем окатиться
И каждой веткой задрожит.

Загонит всех в дома и норы
И одиноко загрустит:
Мол, для кого теперь уборы
И для чего нарядный вид…

Покроют серые рассветы
Леса, поля, пруды, дома,
И робко новые приметы
Пришлёт нам скорая зима.

«Подошла весна к крылечку…»

Подошла весна к крылечку,
Зажигает лето свечку,
За леса ушла зима,
Осень смотрит в закрома.

Лето шло неутомимо,
Закрома полны на зиму,
Осень плачет и бедует,
По утрам зима колдует.

Небо снега не жалеет,
От сугробов день светлее,
Скоро за весною света,
Приподнимет веки лето.

Лето песней овевает,
Всё на свете оживает,
Запасается в дорогу
Снова к нашему порогу!.

«Дожди колотят, душу бередя…»

Дожди колотят, душу бередя,
Что ничего от них не остаётся,
Но слышу: капля каждая дождя
Клянётся, что она ещё вернётся.

Не пожалев колючий свой узор,
Падёт снежинка, скрипом убеждая,
Что ни один на свете взор
Не скажет, что она чужая.

А март придёт, и смоют снег дожди,
Наполнят лужи – жаждущие блюдца,
И капли скажут: как ни уходи,
Но всё равно без нас не обойдутся!

«Сладкий запах осени…»

Сладкий запах осени,
Прели, увядания…
Птиц многоголосие —
Летнее предание…

В их июльской трели
Было всё предсказано,
Только мы поверили
Этой песне разве?

Слишком равнодушно
Мы их принимали,
Улетели дружно,
Нас с собой не взяли…

Стынут гнёзда осени.
Песни не допеты.
Бросили вопросы,
Унесли ответы…

«Птицы улетают…»

Птицы улетают
Хмурою порой.
Стаи, стаи, стаи…
Строй сменяет строй…

Небо расписали,
И легко понять:
Нам наказ послали
Их не забывать.

А зачем стремиться
В тридевять земель?
Ты куда, синица?
Что ты, журавель?

Или там другие
Солнце и дожди,
Или дорогие
Встречи впереди…

Улетали поздно.
День прощанья сер.
На чужие гнёзда
Прилетят не все.

Но когда потянет
Снова в край родной,
Воздух пахнуть станет
Домом и весной.

«Ворона сидит у крылечка …»

Ворона сидит у крылечка —
Вчера и сегодня опять.
Меня ожидала, конечно,
Чтоб важное что-то сказать…

Увидела и прокричала,
И ринулась прочь от меня!
А что она мне обещала
В начале осеннего дня?

Наверное, важное что-то
На серой рассветной заре,
Иначе, какая охота
Ей ждать каждый день во дворе?!

А может, ей некуда деться
И зябко и грустно одной?..
Быть может, приходит погреться
Она разговором со мной?…

«Гуси клином…»

Гуси клином,
Гуси клином —
Наступает их пора.
Для дороги
Длинной, длинной
Тренируются с утра.

Будет утром
Ранним-ранним
Им сигнал к отлёту дан,
Брызнут слёзы
Расставанья
На осенний сарафан.

Станет пусто,
Станет странно,
Сиротливо у пруда.
Донесётся
Из тумана
Лишь печальнй клик сюда.

И ни слуху их,
Ни духу…
Сердцу горек этот вид —
На нещипанной, пожухлой
Травке
Пёрышко лежит.

«Ласточка не хочет больше петь …»

Ласточка не хочет больше петь —
В дальний край не хочется лететь…

Через столько гор
И столько стран,
Через неспокойный
Океан…

Для чего
Так далеко летать?
Только чтобы
Перезимовать?

И о доме каждый день скучать.
Чтобы снова песни распевать…

Песню птица
Не берёт в полёт,
Песня улетевших
Дома ждёт!

Песня не звучит в чужом краю,
Ждёт хозяйку-ласточку свою!..

«С ветвями ветер говорил…»

С ветвями ветер говорил,
С опавшею листвою,
И мне сто раз он повторил,
Что говорит со мною.

Летел во времени легко —
Ни дома нет, ни быта,
Сам по себе он – ни при ком,
Но всем душа открыта.

Он миром просто управлял:
Ласкал, страшил и рушил,
Он мне внушал и повторял,
А я покорно слушал.

Потом утих и прошептал:
– Ты друг с моей душою!
И знаю я – твой час настал!
Решись! Летим со мною!

Я промолчал… и в тишине
Его помчалась нота,
Наверно понял: ближе мне
Другой на свете кто-то!

«От яблок всё ниже…»

От яблок всё ниже
Сгибаются ветки.
Они тяжелеют,
Устало трещат.
А яблоки снимут —
Они загрустят.
И листья от грусти
Сперва пожелтеют,
А после
Совсем облетят…

«Веснушки осени упали…»

Веснушки осени упали
На опустевшие поля.
Как много ласки и печали
В прощальном крике журавля.

С кем он прощается сегодня
Немым предчувствием томим?..
С землёй своей и со свободой,
А, может быть, с собой самим?..

«Тропинка, будто опечалясь…»

Тропинка, будто опечалясь,
Исчезла вдруг, оборвалась,
Здесь твёрдая земля кончалась,
Здесь власть болота началась.

Травой возвышенные кочки,
Холёные густые мхи,
Дубки, осинки – кособочки
Да пни светящейся трухи.

Трясина сапоги целует,
В следах болотная слеза,
И всё манят напропалую
Брусники спелые глаза.

«Ветер налетает…»

Ветер налетает.
Сеет дождь густой…

Землю укрывает
Жёлтой теплотой
Осенняя скатерть,
Грустная немножко, —
На сером асфальте
Кленовая ладошка.

«Уже и бурьянные травы…»

Уже и бурьянные травы
Сдаются октябрьским днём,
Оглянешься – слева и справа
Желтеющим брызжет огнём.

Ударившись о голенище,
Отскочит репейника шар,
И ветер прошедшее ищет,
Обходит осенний пожар.

Рябину тряхнёт безнадежно,
Картофельной двинет ботвой,
Он в пёстрой промокшей одежде
Скитается еле живой.

И все уступают дорогу,
Захлопнув плотнее дома,
И слышно: хрустящую робу
С утра примеряет зима.

«Последний лист упал с рябины …»

Последний лист упал с рябины —
Роман об осени дописан.
Мы, погрустив, его осилим,
Зазимовав, его осмыслим.

В Замоскворецких переулках,
Где снег ещё бывает белым,
Опять отыщется в разлуках
Несоответствие пробелам!

Опять ветвей переплетенье
Мне будет в сумерках казаться
Волос твоих на окнах тенью,
Куда сквозь вечер не пробраться.

И неожиданно заставит,
Почистив пёрышки, синица,
Где пир, посвистывая, справит,
Упавшей грозди поклониться!..

«Листья жёлтые падают рано…»

Листья жёлтые падают рано,
До осенних ветров не дожив,
Обуздали давно ветеранов,
Перепутали все падежи.

Будет дождь золотые облатки,
Вороша, не считать – обрывать,
Всё в порядке,
Всё в жизни в порядке,
Старость – это тягучая стать.

Всю листву приморозит ночами,
И заступит зима на порог,
Гнут к земле
Не грехи и печали,
И не поиск последних дорог.

За ночь вдруг понавьюжит сугробы,
И кусты спеленает на треть…
Мы не просто сгибаемся —
Чтобы,
Чем покрытым лежать рассмотреть…

«Уже веснушками осенними…»

Уже веснушками осенними
Берёзы и не дорожат,
И мы пожали, что посеяли,
На сердце руку положа.

Лишь только в осени окажемся,
Не обращаясь ни к кому,
И повинимся и покаемся,
Не зная даже почему!?.

Не это ль горькое цветение
Торопит нас иными быть?..
И мы умеем в дни осенние
Как бы в последний раз любить,

Когда красой своей прощальною
Любимые не дорожат,
Когда над бедами-печалями
Веснушки осени дрожат!..

«Зелёный лист недолговечен…»

Зелёный лист недолговечен,
Ему страшны мороз и зной,
Зато опавшим обеспечен
Уже бессрочный век земной!

«На той застенчивой поляне…»

На той застенчивой поляне,
Где колокольчика звонок,
Ко мне слетает утром ранним
Ещё неясный ритм строк.

Потоки солнечные гласных
Между задумчивых стволов,
В преддверье строк ещё неясных
Мелодия грядущих слов.

Всё это выльется когда-то
В пространство стройною строфой,
Как фортепьянная соната
Из чрева чёрного порой.

И весь порядок мирозданья,
В себя загадочно вместив,
В ней выразит свои желанья,
Создав неслыханный мотив.

«Дубы сентиментальны…»

Дубы сентиментальны
И памятливы очень,
Хранят листву специально,
Чтоб не забылась осень.

Пожухлые записки
Они весне читают,
И всё, что было, – близко,
И грозы вновь терзают.

И ливни вновь колотят,
И вновь лучи палят,
Тугие кольца плоти
Их каждый день хранят…

Полна бездонность слога
Тех прожитых минут,
И потому так долго
Стихи всегда живут.

«Дуб стоит один на поле …»

Дуб стоит один на поле —
Потерял столетьям счёт,
Он не знает вовсе что-ли:
Двадцать первый век идёт!

Кружат листья, облетая,
Ветер, в поле их метёт,
Улетает эта стая
Без тревоги и забот.

Дуб раскинул ветки праздно,
Всех вокруг готов обнять.
Каждый день ему, как праздник,
А на время наплевать…

«Днём ныряют звёзды в пруд…»

Днём ныряют звёзды в пруд,
Ночью выплывают,
До утра во тьме плывут,
Всем вокруг кивают.

К ним склонились берега
И деревья с кручи,
Чтобы их наверняка
Разглядеть получше.

Звёзды жаркие плывут,
Ночь прозрачней станет —
Поглядится кочет в пруд
И зорю горланит!

«Листопад – это пёстрый туман…»

Листопад – это пёстрый туман,
Он творит ненароком обман,
Опадёт – и откроется сразу:
Даль пуста, как дырявый карман.

И деревья, как ниточки мглы,
Одинаково чёрны стволы,
Лишь, нисколько о том не заботясь,
Как и прежде берёзки светлы.

«Снимает утро плащ намокший…»

Снимает утро плащ намокший,
Открыла осень закрома,
И миру кажется, что, может,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.