Романо Скальфи
Краткая история католической церкви
3-е издание

Imprimatur

Архиепископ Павел Пецци

№ 172/17 ОТ 01.08.2017.

© «Христианская Россия», 2018

© «Духовная библиотека», 2018

© «Новое Небо», редактура, оформление, 2018

* * *

Посвящается памяти моей матери Элизы

Предисловие к новому изданию

Дорогие читатели!

Выходит в печать новое издание книги отца Романо Скальфи об истории Католической Церкви. Отец Романо является одним из выдающихся, в христианском смысле, свидетелей правдивости выражения Христа: «Я с вами во все дни до скончания века», которое стало названием первого издания этой книги. На мой взгляд, в его книге хорошо показано, что история Церкви, ее литургия и мученичество выражены этими словами Христа. Отец Романо Скальфи и сам действовал и жертвовал свое время, свою энергию для этого.

Лично я благодарен отцу Романо, так как с помощью этой книги, как и вообще благодаря делу всей его жизни, я познакомился с той историей, с той литургией, с тем мученичеством, которые характеризуют Церковь Христову, в том числе и в России в двадцатом веке. Могу сказать, что до моего приезда в Сибирь практически все, что я знал о России, – это было то, что я читал в журнале «Христианская Россия», в частности – истории людей, сосланных в лагеря, убитых за веру или закрытых в психиатрические больницы. И меня тогда поражало, что отец Романо предоставлял пространство, «свободную» площадку этим людям, давал им возможность, чтобы в слишком уж расслабленном западном мире их голос был слышен. Между прочим, это знак особого христианского внимания к «человеческому» вообще. И отец Романо смело передавал сведения о жизни и страданиях не только католиков или православных, но также баптистов, пятидесятников, пророчески показав, таким образом, открытость духа, которой мы в наши дни все еще учимся не без трудностей.

Конституция Второго Ватиканского Собора о Церкви в современном мире (GS 76) говорит о том, что в миссию Церкви входит ее нравственное суждение о вещах, относящихся к жизни polis, общества, к политическому порядку, когда того требуют основные права личности или спасение душ. Вот так постсоветское общество начало постепенно осознавать необходимость выстраивания ценностей и нравственных ориентиров, которые сплачивали бы народы. Началось возрождение религиозной жизни, люди потянулись к святости, потянулись в храмы. Процесс этот проходил подчас крайне болезненно. На примере истории Католической Церкви в России хочу заметить, что на территории Российской Федерации в советские времена действовало всего лишь два католических храма. Положение других конфессий также была тяжелым. Нехватка храмов, священнослужителей, религиозной литературы, практическое отсутствие религиозного образования иногда создавали впечатление безысходности. Но наши народы постепенно начали преодолевать трудности. И сегодня мы являемся свидетелями религиозного возрождения, в котором участвовал также отец Романо. Религиозные конфессии стараются участвовать в жизни общества, указывая нравственные ценностные ориентиры и обличая пороки. Разве мы не можем видеть в последние десятилетия именно воскрешение наших церквей и общин? Я говорю это без всякого триумфализма, прекрасно осознавая, что мы призваны питать это возрождение смиренным свидетельством своей веры. В связи с этим я хотел бы обратить внимание на одну проблему, характерную, как мне кажется, именно для России. Это резкий контраст между декларированной и фактической религиозностью. Несмотря на распространенное заблуждение, процент практикующих христиан в России, смею заявить, значительно меньше, чем даже в некоторых самых либеральных странах Европы.

Прошло более 25 лет со времени распада СССР. Многие из нас были свидетелями грандиозных перемен в жизни общества. С одной стороны, общественно-политические перемены открыли широкие возможности для развития, прогресса, но с другой стороны, как и при всяких переменах, проявились негативные стороны нашей жизни. После перестройки мы двинулись в противоположную крайность – это неправильно понимаемая свобода: ничем не ограниченный гедонизм, потакание страстям и порокам. Одним из наиболее негативных проявлений советского наследия является грубый материализм, потребительское отношение к жизни, и как следствие – эгоизм, низкая социальная активность, боязнь ответственности, поиск сиюминутной выгоды. Все это привело к усугублению серьезных социальных проблем: неполные семьи, разводы, аборты, семейные патологии, беспризорные дети, проблемы алкоголизма и наркомании, насилие.

В обществе ощутимо усиливается присутствие зла. На первый взгляд может показаться, что все это происходит без особых причин или идеологической подоплеки. И поэтому может возникнуть иллюзия, что мы можем преодолеть это зло при помощи неких социальных мер. Так вот, именно перед лицом этого зла, перед лицом этого нового своего рода дьявольского противостояния нам необходимо снова и снова учиться уроку опыта многих наших братьев и сестер: только крест побеждает зло, только через крест мы можем снова и снова переживать опыт воскресения. И самое ужасное зло – это именно то зло, от которого мы неспособны освободиться сами. Это то зло, о котором Иисус в Евангелии говорит, что Его ненавидели без причин: «Возненавидели Меня напрасно» (ср. Ин. 15:25). Это то зло, из-за которого, если оно пускает корни в нашей жизни, мы теряем контакт с реальностью и начинаем видеть вокруг себя только врагов. Но опыт многих наших братьев и сестер показывает, что победить ненависть – возможно. Именно от этого зла и ненависти были освобождены, благодаря кресту, апостолы, были освобождены наши братья и сестры. Именно этот опыт креста, способный преодолеть ненависть, нужен нам сегодня.

В этом смысле самое поразительное для меня в деятельности отца Романо – стремление все связывать со Христом. Это, кстати, и есть сама миссия Церкви в истории. От отца Романо я, например, услышал удивительные слова Владимира Соловьева, взятые из его произведения «Духовные основы жизни». Интересно, что эта глава (заключение) называется «Образ Христа как проверка совести»: «Стоит только перед тем, как решаться на какой-либо поступок, имеющий значение для личной или общественной жизни, вызвать в душе своей нравственный образ Христа, сосредоточиться в нем и спросить себя: мог ли бы Он совершить этот поступок, или – другими словами – одобрит Он его или нет, благословит меня или нет на его совершение? Предлагаю эту проверку всем, – она не обманет. Во всяком сомнительном случае, если только осталась возможность опомниться и подумать, вспомните о Христе, вообразите себе Его живым, каким Он и есть, и возложите на Него все бремя ваших сомнений».

Рвение ради Христа, ради Его славы составляли вкратце все его желание передать то красивое, истинное, справедливое, что можно встретить в Иисусе Христе.

Помню великолепный конгресс в Новосибирском государственном университете о христианском притязании и распространении христианства в первые века, в котором участвовали тогда еще почти никому не известный в России испанский библеист отец Хулиан Каррон, впоследствии ставший руководителем церковного католического движения «Общение и освобождение», и отец Романо. Они говорили о Христе, о неразрывном Христе истории и современности. И отец Романо поразил всех, студентов и преподавателей, тем, что не стал говорить о себе или о своем деле, которым он непрерывно занимался вот уже сорок лет, – нет, он говорил именно о Христе, о своих отношениях с Ним, о том, насколько важно свидетельство полного общения Церкви, о том настоящем вызове в современном мире, в современной России, который и есть Христос, присутствующий здесь и сейчас. Именно так, проповедовать Христа своими словами и жизнью, всей своей жизнью, включая страдания, жертвы. Наверняка многим из вас известен случай, о котором отец Романо, думаю, часто рассказывал: когда один известный диссидент говорил отцу Александру Меню, что нужно что-то делать против кого-то, чтобы бороться за справедливость, за права людей. На что отец Александр ответил: «Вы правы, вы делаете хорошее дело, но у меня нет времени еще и для того, чтобы «быть против», мое время все съедено тем, чтобы «быть за», и быть за Христа, проповедовать о Нем».

Проповедовать о Христе, присутствующем здесь и сейчас, необходимо, потому что Христос – наш современник именно благодаря Церкви. Присутствие Христа, несомненно, – личное и нежное. Однако, личное и нежное не значит менее объективное, потому что этот Христос, несводимый к человеческим моралистическим правилам, неразрывно живет в Церкви, у Него есть конкретное, реальное Тело, осязаемое и сегодня, потому что «Бог не имеет для нас действительности помимо Богочеловека Христа; но и Христос не может быть для нас действительным, если Он остается только историческим воспоминанием: Он должен открываться нам не в прошедшем только, но и в настоящем; и это настоящее откровение должно быть независимо от нашей личной ограниченности. Такая независимая от нашей личной ограниченности действительность Христа и Его жизни дана нам в Церкви» (В. С. Соловьев, «Духовные основы жизни»).

Отец Романо страдал, буквально иногда даже болел от неединства Церкви. Но он никогда не падал духом, я никогда не видел его в пессимистическом настроении. И это потому, что он был уверен, – и часто повторял эти слова – что стены, разделяющие нас (кстати, современные стены во многих уголках мира свидетельствуют, увы, только о недалекости человека, который надеется решить проблемы общежития посредством стен и разделений), хотя они и высоки, не доходят до неба, потому что рано или поздно эти стены нужно преодолеть, если не снести: «наши перегородки до неба не доходят», часто повторял отец Романо. Каждый год, с 18 по 25 января мы собираемся проводить «неделю молитв о единстве христиан». Я помню трепетное впечатление, когда в начале 2017 года, впервые после многих лет, на литургии, на встречах, посвященных единству христиан, воссоединению христиан во Христе-Главе, не было с нами отца Романо; теперь он молится об этом на небе. Одна важная тема этой недели молитв – примирение во Христе. «Любовь Христова объемлет нас…» (2Кор. 5:14) – пишет апостол Павел первой общине в Коринфе, которая за рекордно короткое время заняла первое место в печальном ряду христианских общин, раздираемых противоречиями. Мне кажется, что Культурный центр «Покровские ворота» в Москве хорошо воплощает дух и желания отца Романо создать пространство для встречи и, в этом смысле, для примирения; потому что первый способ преодоления разделяющих нас стен – сегодня, так же, как и тогда, в начале христианства, – это желание встречаться.

Здесь на самом деле культура (просвещение, как ее называет Достоевский, и как вслед за ним повторял отец Романо) может стать христианской любовью, потому что принять другого, отличного от нас, как благо, по-настоящему – не на сентиментальном уровне и не формально – значит, прежде всего, дать ему пространство в нас самих, встречаться с ним, воспринять его, как возможность духовного обогащения нас самих: любовь всегда строит мосты, создает пространство для общения, а ненависть порождает лишь одиночество и страх.

В своем духовном завещании отец Романо призывает «любить Россию несмотря ни на что». Думая о встрече папы Римского Франциска с патриархом Кириллом на Кубе, я осмелюсь сказать, что она является плодом той любви Христовой, которая не перестает «обнимать» людей, – как это случилось с отцом Романо – больше верящих этой любви, чем своим человеческим планам. Та встреча, – я бы сказал, даже независимо от результатов, которых, может быть, многие ожидали – подтверждает, что «надежда не постыжает» (Рим. 5:5), потому что со времен Авраама Бог всегда посылает праведников, чтобы они в каждую эпоху поддерживали надежду людей, и к ним я смело и смиренно причисляю также отца Романо.

Благодарение Богу, спасибо отцу Романо, спасибо Церкви за смелое сегодняшнее свидетельство, которое отражается прекрасно в этой книге: «Я с вами во все дни до скончания века».

+ Архиепископ Павел Пецци

Митрополит архиепархии Божией Матери в Москве

24 мая 2017, праздник равноапостолов Кирилла и Мефодия,

сопокровителей Европы

Предисловие к первому изданию

Книга, которую Вы держите в руках, была задумана как краткий очерк истории Католической Церкви, адресованный людям, которые о ней ничего или почти ничего не знают. Это не научное исследование и даже не учебное пособие в строгом значении этого термина, но скорее размышление о судьбах мира и Церкви, посланной в этот мир, чтобы спасти его от распада.

Господь Иисус Христос, убеждая Своих учеников в их великом предназначении, сказал им: «Вы – соль земли!» Одна из главных функций соли состоит в том, чтобы сохранять от порчи, то есть – разложения, распада. Применительно к человечеству задача Церкви, как соли Христовой, – хранить его от духовной порчи, ведущей к гибели.

Бог, верный Своей любви к людям, идет с ними по дорогам истории и постоянно, снова и снова, исправляет то, что люди – непослушные и неблагодарные Его дети – разрушают.

Читая этот очерк, Вы сможете убедиться, что для Бога нет невозможного и что Он очень упорен и последователен в Своем желании нас спасти.

Таинство Богочеловечества после Вознесения Господа продолжается в Церкви, ибо она – Тело Христово, живущее во времени и пространстве.

Дух Святой вдохновляет многих христиан к служению Истине сегодня так же, как и столетиями ранее. И они огнем своей веры начинают духовное возрождение там, где казалось все потеряно.

Автор этой книги – отец Романо Скальфи – итальянский священник, большую часть своей долгой жизни посвятивший духовному возрождению России.

Основанный им фонд – «Russia Cristiana» («Христианская Россия») очень много послужил тому, чтобы христианское свидетельство людей, живущих за железным занавесом, стало известно в Италии и других странах.

Сейчас Россия свободна, и отец Романо возглавляет значительную издательскую программу, главная цель которой – помочь христианам в России и Европе лучше осознать свою принадлежность к единой человеческой семье и увидеть друг в друге детей Единого Небесного Отца. А эта книга – небольшой подарок старого священника людям любимой им России.

Священник Евгений Гейнрихс

1998 г.

Введение

«Богу было угодно освятить и спасти людей не поодиночке и вне взаимной их связи между собою: Он пожелал создать из них народ, который признал бы Его в истине и набожно поклонялся Ему» («Lumen gentium», «Свет народам», Второй Ватиканский Собор). А посему нельзя понять и пережить истину веры без живого сознания принадлежности к Церкви, пребывания в церкви, в сопричастности истории народа, избранного Богом, подтверждать Спасение, быть в мире вечным присутствуем Христа.

Невозможно по-настоящему испытать отцовство Бога, не испытав материнства Церкви. Как учат отцы Церкви, нельзя иметь Бога Отцом, если не имеешь Матерью Церковь. Бог решил воплотиться, и с этой поры ход времен, по выражение Пастернака, «загорается», и божественное присутствие освещает человеческие и космические события. Божественное присутствие в человеческом «без смешения и разделения» – вот что для нас история Церкви. Человеческое не перестает быть человеческим со всей ограниченностью тварной природы, но никакое человеческое убожество не в силах уничтожить образ Божий. Божественное просвечивает через всякую человеческую ограниченность. Простое и мудрое сердце, не захваченное идеологией, скорее потянется к «огню» истории, чем к холодным идеологическим догмам и предписаниям.

Церковь – это Тело Христово

Прежде чем приступить к изучению истории Церкви, полезно узнать, что давным-давно, много раньше рождения Церкви, Бог изо всех народов избрал народ Израиля и возлюбил его. Бог заключил с этим народом союз и вывел его через пустыню в землю, которую обещал ему, – землю Обетованную. Бог хотел, чтобы народ Израиля возрастал там в ожидании Мессии, то есть Спасителя.

И вот перед нами Назарет в Галилее. Народ Израиля уже многие годы живет в этой земле. Освободившись из плена египетского, он томится здесь под владычеством римлян. Люди испытывают недовольство, их дух угнетен, они понимают, что их презирают. Ожидание Мессии, несущего избавление Своему народу, достигает особого напряжения.

Бог сдерживает Свое обещание, но иначе и лучше, чем об этом мечтают люди. Именно в Назарет, к юной деве по имени Мария, Он посылает Ангела. Ангел спрашивает Марию, согласна ли она стать матерью Спасителя, Сына Божия. Мария отвечает: «Да будет Мне по слову Твоему»; и так, под покровом тайны, наступают новые времена в отношениях между Богом и людьми. «Бог становится человеком, чтобы человек мог стать Богом». Предвечное Слово Божие облекается плотью с тем, чтобы передать Свою жизнь людям, чтобы обретаться среди нас.

«Проходя же близ моря Галилейского, Иисус увидел двух братьев: Симона, называемого Петром, и Андрея, брата его, закидывающего сети в море; ибо они были рыболовы. И говорит им: идите за Мной, и Я сделаю вас ловцами человеков». В скором времени к Петру и Андрею присоединяются и другие, они становятся Его учениками, слушают Его слово и пребывают с Ним. Двенадцать учеников призывает Иисус, дабы они стали Его апостолами, сподвижниками и продолжателями Его дела. Главная роль среди них, согласно воле Христа, предназначается Симону – Петру: «…ты – Петр, и на сем камне Я создам Церковь Свою».

Как и предсказывал Иисус, Он был распят на кресте и умер, дабы искупить наши грехи и собрать воедино в Церковь всех чад, рассеянных по миру. На третий день Он воскрес, явился Своим ученикам, обещал им ниспослать Святого Духа и прежде чем вознестись на небо, заверил нас: «Я буду с вами во все дни до скончания века». Но история Иисуса не заканчивается Его возвращением к Отцу. Иисус – на небе и в то же время среди своих учеников. В праздник Пятидесятницы, на пятидесятый день после Пасхи, Его ученики были единодушно вместе, и снизошли на них языки «как бы огненные», и исполнились они Святого Духа. Ученики возвещают Евангелие собравшимся людям, и многие принимают крещение. Так начинается жизнь и миссия Церкви. Проповеди апостолов сопровождаются многими чудесами, свидетельствующими, что Христос присутствует среди них. Одно из удивительных событий ранней Церкви – обращение в веру Христову Савла, принявшего потом имя Павла. На пути в Дамаск, куда спешил Савл, чтобы расправиться с христианами, ему явился Иисус и сказал: «Савл! Савл! Что ты гонишь Меня?» Сказав «Меня», Иисус указал на то, что Церковь – это «Тело Христово». Но самое большое чудо, которое приводит в изумление и язычников, – это единение верующих во Христе. Они – «единое сердце и единая душа». Но Церковь ждут новые трудности и испытания. Внутри самой Церкви появляются ложные учения, одно из них – учение Маркиона, отлученного от Церкви апостолами. Начинаются и гонения на христиан, о чем предупреждал Иисус: «Если Меня гнали, будут гнать и вас». Первой жертвой, первым мучеником становится диакон Стефан. Иудеи побивают его камнями, обвиняя в том, что он выступал против иудейского закона. Подобно Иисусу, он умирает, молясь за преследующих его врагов. Вначале Евангелие проповедуется только иудеям, и многие из них относятся к нему враждебно, но после того как Господь явил Петру видение, в котором ясно дал понять, что язычники должны стать частью Церкви, проповедь Евангелия обращается ко всем людям – двери Церкви открываются для всех народов. В особенности Павлу доверяет Церковь нести Благую Весть язычникам. Его называют «апостолом язычников». Сначала с Варнавой, а потом и в одиночку, он путешествует по всему известному в то время миру и повсюду, куда ни приходит, создает общины, попечение о которых поручает доверенным лицам, дабы они хранили веру среди обращенных и распространяли ее далее. Вернувшись в Палестину после первого апостольского путешествия по Малой Азии, Павел и Варнава обнаруживают, что между братьями начались распри. Некоторые из них утверждают, что язычники, обращенные в христианство, должны соблюдать иудейские законы и традиции. Павел и Варнава не согласны с этим, но, чтобы увериться в своей правоте, отправляются в Иерусалим.

В Церкви решает не тот, кто умнее, а тот, кому дана власть от Господа. После долгого обсуждения Петр, глава апостолов, берет слово: не должно возлагать на язычников, решивших войти в церковь, никакого бремени, кроме веры в Иисуса Христа и послушания Церкви. Это собрание апостолов во главе с Петром было названо Первым Собором Церкви.

Соборы, собирающиеся вокруг преемника Петра – папы, могут и должны решать наиболее трудные вопросы христианской веры. В самое сложное время в жизни Церкви Соборы, как маяки, указывают верующим, каким путем следовать.

После Иерусалимского Собора Павел продолжает свои апостольские путешествия. В Афинах, прославленном культурном центре того времени, ему не удается добиться больших успехов. Он проповедует в Ареопаге, но афинские философы и ученые, услышав от него о Воскресении Христа, насмехаются над апостолом и вежливо отпускают его, говоря: «Об этом послушаем тебя в другое время». Это урок того, что Слово Божие надлежит слушать со смирением, расположившись душой принимать истины, превосходящие наш разум. Знание, которое закрыто для понимания нового и противится познанию высшей истины, ап. Павел назвал «безумием».

Покинув Афины, Павел приходит в Коринф, большой торговый город в Греции. Он живет там два года и учреждает процветающую христианскую общину. В 54 году Павел прибывает в Эфес, главный город Малой Азии, знаменитый торговлей и культом богини Артемиды. Проповеди Павла имеют успех, но вызывают гнев тех, кто служит культу Артемиды. Павлу приходится бежать из Эфеса обратно в Коринф, где он восстанавливает согласие в христианской общине.

Тело и его члены: «…как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, – так и Христос. Ибо все мы одним Духом крестились в одно Тело. Иудеи или Эллины, рабы или свободные, и все напоены одним Духом. Тело же не из одного члена, но из многих. Если нога скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не рука, то неужели она потому не принадлежит к телу? И если ухо скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не глаз, то неужели оно потому не принадлежит к телу? Если все тело глаз, то где слух? Если все слух, то где обоняние? Но Бог расположил члены, каждый в составе тела, как Ему было угодно. А если бы все были один член, то где было бы тело? Но теперь членов много, а тело одно. Не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; или также голова ногам: вы мне не нужны. Напротив, члены тела, которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее, и которые нам кажутся менее благородными в теле, о тех более прилагаем попечения; и неблагообразные наши более благовидно покрываются, а благообразные наши не имеют в том нужды. Но Бог соразмерил тело внушив о менее совершенном большее попечение, дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге. Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены. И вы – тело Христово, а порознь – члены. И иных Бог поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророками, в-третьих, учителями; далее, иным дал силы чудодейственные, также дары исцелений, вспоможения, управления, разные языки. Все ли Апостолы? Все ли пророки? Все ли учители? Все ли чудотворцы? Все ли имеют дары исцелений? Все ли говорят языками? Все ли истолкователи? Ревнуйте о дарах больших, и я покажу вам путь еще превосходнейший» (1Кор. 12:12–31).

В Эфесе и Коринфе Павел собирает немного денег для Иерусалимской Церкви, тогда особенно бедствовавшей. С этим даром он возвращается в Иерусалим, но там Павла задерживают иудеи, которые считают его предателем отеческой веры, и передают римлянам. Как римский гражданин Павел требует суда у кесаря, после чего его отправляют под стражей на корабле из Кесарии в Рим. В Риме ему позволяют, в ожидании суда, жить «особо с воином, стерегущим его». Так промыслительно осуществляется видение Павла, и он два года проповедует Евангелие в столице империи. Тем временем в Рим прибывает и Петр, всеми признанный глава всех христианских общин.

Спустя два года после прибытия Павла его дело рассматривается в римском суде. Апостола оправдывают, и освобожденный Павел приветствует христиан в Риме. Вскоре он отправляется в новое путешествие на Восток, чтобы в последний раз навестить своих учеников.

Между тем в Риме обстановка изменяется к худшему. Власти, ранее терпимые к христианам, теперь относятся к ним с подозрением. Христиане отказываются признавать божественность императора и предпочитают подвергаться гонениям, но не идти на уступки; кроме того, положение дел усугубляется тем, что в это время в Риме правит жестокий и безумный император Нерон. После того как Нерон поджег город и распространил слух, что это дело рук христиан, беснующаяся толпа в поисках успокоения растерзала множество верующих. В то время в Риме находился и святой Петр, который, по преданию, был распят в 64 году. Через два года апостола Павла вновь задерживают и доставляют в Рим. В Риме его ждет суд по обвинению в том, что он исповедует христианство. Весной 67 года апостола судят и признают виновным в неповиновении законам государства. Павла как римского гражданина не могли распять, его обезглавили в Риме, в местечке, получившем затем название «Три источника».

Остальные апостолы покидают Палестину, чтобы нести Благую Весть в самые удаленные земли, памятуя слова Христа о том, что Евангелие должно быть возвещено всем народам. Ап. Фома добирается даже до Индии. Ап. Андрей, согласно преданию, пересекает море и достигает речного порта – будущего города Киева. Марк-евангелист, ученик святого Петра, отправляется в Африку и останавливается в Александрии, где и зарождается Великая Христианская Церковь Египта и Африки.

Таким образом, с самого начала Церковь обнаруживает свою миссионерскую природу. После нероновских гонений Церковь, наконец, может свободно вздохнуть. Это продолжается несколько лет до тех пор, пока новый император Домициан (81–96) не начинает преследовать христиан. Ап. Иоанн вынужден покинуть Эфес, он находит убежище на острове Патмос. Там, живя в уединении, он творит Апокалипсис, последнюю книгу Нового Завета. По прошествии жестоких гонений святой Иоанн возвращается в Эфес и там умирает около 100 года. После Нерона и Домициана римские власти больше официально не преследуют христиан, но требуют от них того, что противно их совести: поклоняться языческим богам и прибегать к насилию. Знаменателен ответ императора Траяна Плинию Младшему, императорскому легату в Вифании (111 год): христиан не следует разыскивать, но если на них доносят и они отказываются приносить жертвы богам, то их следует карать.

Преследования

Преследования (продолжение)

Отцы церкви

После кончины апостолов управление Церковью переходит к их ученикам, из которых наиболее заслуженные именованы апостольскими отцами. Первый апостольский отец – Климент, епископ Рима или папа, т. е. отец (92-101). Сразу же после восшествия на папский престол Климент Римский использует весь свой авторитет, чтобы устранить возмущение в Коринфской общине и водворить в ней мир. К этому времени в Коринфе появились беспокойные и своевольные люди, которые восстали против церковных предстоятелей и замыслили устранить епископа. Климент Римский в своем знаменитом «Послании к коринфянам» учит смирению и послушанию. Он пишет, что недопустимо лишать сана епископов, ибо они поставлены апостолами, – лишение их сана грозит Церкви разрушением. Наставление Климента воспринято с благодарностью, и Церковь всегда о нем памятует.

Апостольским отцом является и св. Игнатий Богоносец, епископ Антиохийский. Когда христианская община в Антиохии, столице Сирии, разрастается, Игнатий Антиохийский устанавливает церковную иерархию и четко определяет служение пресвитеров и диаконов, отводя им роль помощников епископов. Когда Игнатий Антиохийский в окружении диаконов совершает таинство евхаристии, то все верующие чувствуют, что Христос истинно присутствует в Святых Дарах, что жизнь в Церкви и есть жизнь в Истине.

Св. Игнатий Богоносец схвачен язычниками, его отправляют в Рим для суда над ним. Во время путешествия он пишет общине послание, которое остается жить в веках как наивысшее выражение любви к Христу и Церкви. «Прекрасно мне закатиться от мира к Богу, чтобы в Нем мне воссиять», – так пишет св. Игнатий Богоносец римлянам.

Из «Послания к магнезийцам» св. Игнатия Антиохийского: Итак, поелику в вышеупомянутых лицах я узрел все ваше общество в вере и любви, то убеждаю вас, старайтесь делать все в единомыслии Божием, так как епископ председательствует на месте Бога, пресвитеры занимают место собора апостолов, и диаконам, сладчайшим мне, вверено служение Иисуса Христа, Который был прежде веков у Отца, и, наконец, явился видимо. Поэтому все, вступивши в сожительство с Богом, уважайте друг друга и никто не взирай по плоти на своего ближнего, но всегда любите друг друга в Иисусе Христе. Да не будет между вами ничего, что могло бы разделить вас; но будьте в единении с епископом и председящими, во образ и учение нетления.

Посему, как Господь без Отца, по Своему единению с Ним, ничего не делал Сам Собою, ни чрез апостолов, так и вы ничего не делайте без епископов или пресвитеров. Не думайте, чтобы вышло что-нибудь похвальное у вас, если будете делать это сами по себе; но в общем собрании да будет у вас одна молитва, одно прошение, один ум, одна надежда в любви и в радости непорочной. Един Иисус Христос, и лучше Его нет ничего. Поэтому все вы составляете из себя как бы один храм Божий, как бы один жертвенник, как бы одного Иисуса Христа, Который изшел из единого Отца и в Едином пребывает, и к Нему Единому отшел.

Из «Послания к ефесянам» св. Игнатия Антиохийского: Посему и вам надлежит согласоваться с мыслию епископа, что вы и делаете. И ваше знаменное, достойное Бога пресвитерство так согласно с епископом, как струны в цитре. Оттого вашим единомыслием и согласною любовию прославляется Иисус Христос. Составляйте же из себя вы все до одного хор, чтобы согласно, настроенные в единомыслии, дружно начавши песнь Богу, вы единогласно пели ее Отцу чрез Иисуса Христа, дабы Он услышал вас и по добрым делам вашим признал вас членами Своего Сына. Итак, полезно вам быть в невозмутимом единении между собою, чтобы всегда быть и в союзе с Богом. В самом деле, если я в короткое время возымел такое дружество с вашим епископом, – не человеческое, – а духовное, то сколько, думаю, блаженнее вы, которые соединены с ним так же, как Церковь с Иисусом Христом и как Иисус Христос с Отцом, дабы все было согласно чрез единение. Никто да не обольщается! Кто не внутри жертвенника, тот лишает себя хлеба Божия. Если молитва двоих имеет великую силу, то сколько сильнее молитва епископа и целой Церкви?

Епископ Поликарп

Церковь в Смирне возглавляет епископ Поликарп, ученик св. апостола Иоанна. Любимый ученик Поликарпа Смирнского – Ириней – станет потом в Лионе, на юге нынешней Франции, епископом. Жизнь Церкви нелегка во все времена. Святому Поликарпу суждено, взойдя на костер, проповедовать истинную веру. Вот последняя его молитва, сказанная им на костре:

«Господи, Боже Вседержителю, Отче возлюбленного и благословенного Отрока Твоего, Иисуса Христа, чрез Которого мы получили познание в Тебе! Боже ангелов, и сил, и всякого создания, и всякого рода праведных, живущих пред лицом Твоим! Благословляю Тебя, чтобы Ты удостоил меня в день сей и час стать причастным числу мучеников Твоих и чаше Христа Твоего для воскресения в жизнь вечную души и тела в нетлении Святого Духа. Да буду принят я в (числе) их днесь пред лицом Твоим… (да будет) слава Тебе – с Ним и со Святым Духом – и ныне и в будущие века. Аминь».

Не только власть и простой народ испытывают предубеждение к христианам. Противниками христианства выступают и образованные люди того времени. Фронтон и Лукиан Самосатский пишут трактаты против христианства. Однако встречаются среди ученых и их учеников и такие, которые становятся провозвестниками Христа. К последним относится Иустин Философ (100–165), которого изумляет радостная благость христиан. Честные поиски веры и молитва приводят его к признанию Христа. Став христианином, он надевает плащ, одежду греческих мыслителей, и отправляется в путь, повсеместно проповедуя христианскую веру. К концу жизни Иустин возвращается в Рим и открывает школу, которая очень скоро становится знаменитой. Его успехи вызывают постоянную зависть языческих философов, которые в конце концов доносят на Иустина. В 165 году Иустин принимает мученическую кончину вместе со своими сподвижниками.

Из «Актов мученичества» святых Иустина и его сподвижников: Когда святых схватили, их отвели к префекту Рима по имени Рустик. Сначала они предстали перед судьями, и префект Рустик сказал Иустину: «Главное – веруй в богов и почитай императора».

Иустин отвечал: «Ни в чем не может себя упрекать и винить тот, кто исполняет заповеди Спасителя нашего Иисуса Христа».

Префект Рустик спросил: «Какое учение исповедуешь?» Иустин отвечал: «Я испробовал все школы философии и, наконец, избрал истинное учение, учение христиан, хотя оно и не по душе тем, кто обольщен заблуждениями».

Префект Рустик сказал: «А ты, несчастный, находишь вкус в этом учении?» Иустин отвечал: «Да, ибо я следую ему с честной верой».

Префект Рустик спросил: «И что же это за учение?» Иустин отвечал: «Оно в том, чтобы поклоняться Богу христиан, Которого мы почитаем единственным Создателем и Творцом земли от самого начала, видимого и невидимого, а также Господу Иисусу Христу, Сыну Божию, Который был предсказан пророками как Тот, Кто должен прийти к людям вестником Спасения и учителем благого знания. И я, простой человек, признаю, что могу сказать очень мало перед лицом Его бесконечного Божества. Признаю, что такая способность свойственна пророкам, которые предрекли Того, про Кого я только что сказал, что Он – Сын Божий. Я верно знаю, что пророки божественным вдохновением предсказали Его явление среди людей».

Рустик спросил: «Так ты христианин?» Иустин отвечал: «Да, я христианин».

Префект сказал Иустину: «Послушай, ты, кто считаешь себя мудрецом и думаешь, что знаешь истинное учение; если тебя сначала будут бичевать, а потом обезглавят, ты полагаешь, что попадешь на небо?» Иустин отвечал: «Уповаю войти в эту обитель, если так пострадаю. Я знаю, что всем тем, кто проживает святую жизнь, уготована милость Божия до скончания века».

Префект Рустик сказал: «Так ты воображаешь, что попадешь на небо, чтобы получить подобающую награду?» Иустин отвечал: «Я не воображаю это, а знаю наверное и нимало в том не сомневаюсь».

Префект Рустик сказал: «Вернемся-ка к тому, с чего начали, оно неотлагательней. Соберитесь все вместе и согласно принесите жертвы богам». Иустин отвечал: «Никто в здравом уме не променяет благочестие на нечестивость».

Префект Рустик сказал: «Если не будете повиноваться моим повелениям, вас подвергнут безжалостной пытке». Иустин отвечал: «Уповаем, что спасемся через Господа нашего Иисуса Христа, если примем муки, ибо это даст нам спасение и уверенность перед судом, более страшным и всеобщим, – судом Господа и Спасителя нашего».

Он также сказал всем другим мученикам: «Пусть каждый поступает как хочет, мы христиане и не приносим жертв идолам».

Префект Рустик вынес приговор, гласивший: «Те, кто не пожелали принести жертвы богам и повиноваться повелениям императора, будут сначала подвергнуты бичеванию, а затем их уведут и обезглавят согласно закону».

Святых мучеников, славивших Бога, собрали в пустынном месте и обезглавили; они до конца свидетельствовали об исповедании веры в Спасителя.

Около 180 года в мире возникает множество новых христианских общин, прежде всего в восточной части Средиземного моря и в Малой Азии. Общины имеются также и в Месопотамии, Аравии, Африке, а также на севере Италии. Теперь можно говорить о создании Вселенской Христианской Церкви.

Золотой век Церкви

Благодаря неустанному подвижническому труду провозвестников Евангелия Церковь стремительно расширяется, особенно начиная с III века. III век – это время кризиса язычества, который усугубляется кризисом в экономике и политике. Поклонение языческим богам все меньше привлекает людей, стремящихся к Истине и Любви. Они повседневно наблюдают жизнь многих и многих христиан – жизнь, проникнутую любовью ко Христу, и их вдохновляет новизна любви, завещанной Христом. Сила Святого Духа – вот что более всего способствует распространению христианства.

Несмотря на отдельные споры и разногласия внутри Церкви, в целом христиане представляют собой дружную и сплоченную семью. Внутри общин царит удивительное согласие. Оно основано, как объясняет неизвестный христианин в письме к Диогнету, не на симпатиях и не на созвучии умонастроений, а на уверенности в Божественном присутствии, в Господе, Который любит каждого в отдельности и всех вместе бесконечной любовью.

Из «Послания к Диогнету»: Христиане не различаются от прочих людей ни страною, ни языком, ни житейскими обычаями. Они не населяют где-либо особенных городов, не употребляют какого-либо необыкновенного наречия и ведут жизнь, ни в чем не отличную от других. Только их учение не есть плод мысли или изобретение людей, ищущих новизны; они не привержены к какому-либо учению человеческому, как другие. Но, обитая в эллинских и варварских городах, где кому досталось, и, следуя обычаям тех жителей в одежде, в пище и во всем прочем, они представляют удивительный и поистине невероятный образ жизни. Живут они в своем отечестве, но как пришельцы; имеют участие во всем, как граждане, и все терпят, как чужестранцы. Для них всякая чужая страна есть отечество, и всякое отечество – чужая страна. Они вступают в брак, как и все, рождают детей, только не бросают их. Они имеют трапезу общую, но не ложе. Они во плоти, но живут не по плоти. Находятся на земле, но суть граждане небесные; повинуются постановленным законам, но своею жизнью превосходят самые законы. Они любят всех и всеми бывают преследуемы. Их не знают, но осуждают, умерщвляют их, но они животворятся; они бедны, но многих обогащают. Всего лишены и во всем изобилуют. Бесчестят их, но они тем прославляются; клевещут на них, и они оказываются праведны, злословят, и они благословляют; их оскорбляют, а они воздают почтением, они делают добро, но их наказывают, как злодеев; будучи наказываемыми, радуется, как будто им даровали жизнь. Иудеи вооружаются против них, как против иноплеменников, и эллины преследуют их, но враги не могут сказать, за что их ненавидят.

Словом сказать: что в теле душа, то в мире христиане. Душа распространена по всем членам тела, и христиане по всем городам мира. Душа, хотя обитает в теле, но не телесна, и христиане живут в мире, но не суть от мира. Душа, будучи невидима, помещается в видимом теле; так и христиане, находясь в мире, видимы, но Богопочтение их остается невидимо. Плоть ненавидит душу и воюет против нее, ничем не будучи обижена, потому что душа запрещает ей предаваться удовольствиям: так и мир ненавидит христиан, от которых он не терпит никакой обиды, за то, что они вооружаются против его удовольствий. Душа любит плоть свою и члены, несмотря на то, что они ненавидят ее, и христиане любят тех, которые их ненавидят. Душа заключена в тело, но сама содержит тело, так и христиане, заключенные в мире, как бы в темнице, сами сохраняют мир. Бессмертная душа обитает в смертном жилище, так и христиане обитают, как пришельцы, в тленном мире, ожидая нетления на небесах. Душа, претерпевая голод и жажду, становится лучшею; и христиане, будучи наказываемы, каждый день умножаются. Так славно их положение, в которое Бог определил их и от которого им отказаться нельзя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.