В. Кулганов, В. Белов, Ю. Парфенов
Превентология. Профилактика социальных отклонений. Учебное пособие

© ООО Издательство «Питер», 2014

Предисловие

Молодое поколение России переживает кризисную социально-психологическую ситуацию. Разрушены прежние, устаревшие, стереотипы поведения, нормативные и ценностные ориентации. Выработка новых форм психологической и социальной адаптации происходит хаотично, бессистемно и лавинообразно. Молодежь утрачивает ощущение смысла происходящего и не имеет требуемых жизненных навыков, которые позволили бы сохранить свою индивидуальность и сформировать здоровый стиль жизни.

Современная социальная ситуация неизбежно привела молодое поколение к необходимости принять на себя ответственность за свое будущее. В то же время совершенно очевидно, что очень многие наши соотечественники, находясь под воздействием интенсивных и непрерывно возрастающих стрессовых ситуаций, не готовы к их преодолению и вследствие этого психоэмоционального напряжения возникают различные формы саморазрушающего поведения, в первую очередь употребление наркотиков, алкоголя, а также других видов психоактивных веществ.

Отсутствие специальных знаний и навыков здорового образа жизни, а также современных социально адаптивных стратегий поведения у взрослой части населения – родителей, педагогов – не позволяет им оказывать результативное воспитательное воздействие, психологическую и социальную поддержку молодежи, которая оказывается психологически беспомощной без необходимой поддержки, а ее связи со старшим поколением утрачены. Профессионалы, работающие с детьми и подростками, должны найти совершенно новые подходы к взаимодействию со своими подопечными. Чтобы обучить молодых людей новым формам поведения, воспитать стрессоустойчивую личность, способную самостоятельно, эффективно и ответственно строить свою жизнь, нужно самому обладать всеми этими качествами и демонстрировать их в процессе профессионального взаимодействия с молодежью, знать способы эффективного преодоления жизненных проблем и развивать стереотипы здорового поведения.

Учебное пособие поможет студентам ориентироваться в вопросах профилактики зависимого поведения, а также сформировать собственный стиль здорового поведения.

Глава 1. Теоретические вопросы формирования зависимого поведения

1.1. История аддиктивного поведения

Исторически зависимое поведение известно с глубокой древности. Формирование его, вероятно, совпадает с возникновением человеческого рода и первоначально связано с приемом психоактивных веществ. Во всех обществах существует обычай употреблять активные вещества, способные изменять психическое состояние человека. С давних времен их принимали внутрь, жевали, вдыхали, а в последнее время еще и вводят шприцем. Средства, вызывающие чувство особого подъема и нарушения сознания, использовались для проведения социальных, религиозных обрядов или мистических ритуалов.

Известно, что многие цивилизации пользовались наркотическими веществами. Майя и ацтеки клали под язык листья коки для поддержания сил в дальнем походе; китайцы тысячелетиями курили опиум для снятия стресса и как снотворное; жители Древней Аравии с теми же целями употребляли гашиш. Воины-измаилиты перед боем также принимали гашиш, вследствие чего становились активными и жестокими. В Древнем Египте, Древней Греции, Древнем Риме были знакомы с лечебными свойствами (подавление боли или недомогания) опия, индийской конопли и других наркотических веществ. Об употреблении древними египтянами каннабиса упоминал Геродот, а Гиппократ использовал опиаты в медицинской практике.

Термин «аддикция» (addiction) известен еще со времен Древнего Рима, тогда он обозначал обязанности должника по отношению к кредитору (Азарова Л. А., Сятковский В. А., 2009; Змановская Е. В., 2008; Котляров А. В., 2005; Руководство по аддиктологии, 2007). С середины XVII столетия термин приобретает саморефлексивное, сопутствующее значение, описывая следование неистребимой привычке, склонность или пристрастие, симпатию, сочувствие. В течение XIX века термин «аддикция» использовался для описания приверженности, глубокого пристрастия, привязанности, поиска, стремления или склонности, например «увлечения» написанием писем, или ботаникой, или чтением газет. Только в конце XIX столетия термин стал обозначать зависимость от наркотиков типа морфия, героина, хлорала и кокаина как одну из многих склонностей и зависимостей.

Со времени Первой мировой войны по предложению William Collins вместо термина «алкоголизм» стали использовать термин «аддикция», что отражало новую теорию, согласно которой алкоголизм был больше «болезнью желания», или проблемой скорее психологической, чем физической. Только тогда «аддикция» начинает выражать патологические отношение к наркотикам определенно и терять смысл преданности или преследования. Понятие «аддикт» стало использоваться в отношении психологической идентичности, которую никогда не обозначало прежде (Котляров А. В., 2005; Руководство по аддиктологии, 2007).

Область медицины, занимающаяся исследованием и лечением химически зависимых больных за рубежом с этого времени получила название «аддиктология», в то время как в отечественной медицине эта область медицины называется «наркология».

Конечно же, краеугольным камнем аддиктологии являются представления о сущности проаддиктивной личности. Из приведенного определения явствует, что аддиктивное поведение, аддиктивные особенности личности или аддиктивная личность могут иметь место и без потребления ПАВ. Аддиктивное поведение является выражением черт личностной зависимости от внешних условий. Личность несамодостаточна и нуждается в получении извне какого-то вещества, энергии или информации, одним из проявлений которого является наркологическое заболевание. Аддиктивный характер, или, как это понимают за рубежом, «аддиктивная личность», отражают уже сугубо специфическое преломление черт полезависимости и проявление их в виде химической зависимости. Подобный характер имеет такую специфику, что находит свое выражение не в любой зависимости, а только в зависимости от химических ПАВ, как это понимается за рубежом.

Таким образом, в рамках современной аддиктологии ведущее значение в глазах специалистов приобрели особенности личности больных. Основой аддиктивной личности может быть не только нормативный тип характера или крайний его вариант, но и совершенно определенный личностный дефицит. Представление о расстройстве личности больного с химической зависимостью в смысле ее дефекта, который личность пытается смягчить каким-то «добавлением», «дополнением», превращает аддиктологию в своего рода «дефектологию», которой предначертано направлять личность в рациональную сторону при решении личностных проблем.

Определенный личностный дефицит или характерологический дисбаланс больного с химической зависимостью ведет к психосоциальной дезадаптации. Ситуации и условия приобщения к ПАВ подходят к этим личностным особенностям, как ключ к замку, и вызывают еще большую дезадаптацию. Задача аддиктологии состоит в том, чтобы извлечь больного из этой ситуации, способствовать изменению личности, подобрать иные ситуации и условия, также подходящие к личности индивида, как ключ к замку, но уже другого свойства, компенсирующие дефицит и повышающие его адаптацию. Дефект или дефицит по определению подразумевают некую компенсацию, необходимость внешнего дополнения в той области, в которой и наблюдается указанный недостаток.

Введение терминов «аддикция» и «аддиктология» позволяло объединить болезненные состояния безотносительно употребляемого вещества. Больных объединяла их психофизическая зависимость от химических веществ. Это было перспективное обобщение с расчетом на будущее и учетом выделения все новых и новых веществ. Это прозорливое обобщение оправдало себя с выделением зависимости и к различным действиям, не связанным с употреблением химических веществ.

Далее происходило не изменение термина и не привлечение нового понятия, а расширение содержания существующего. С этого момента можно сказать, что аддикция вышла за рамки современной наркологии, как ее понимают в отечественной медицине. В частности, в последние годы произошло внесение в рамки аддиктологии азартных игр и других действий, вызывающих психофизическую зависимость, хотя азартные игры до сих пор включены в другую рубрику. Согласно критериям, установленным в МКБ-10, заболевание под названием «Патологическое влечение к азартным играм» (F63.0) категоризируется как «Расстройство привычек и влечений» (F63)» (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2001; Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2006; Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2009; Курек К. С., 2001; Личко А. Е., Битенский В. С., 1991; Руководство по аддиктологии, 2007).

Однако нельзя сказать, что сам термин не изменился в связи с указанными изменениями ситуации в практической области. В термин «аддикция» вкладывается не только новое расширенное содержание, но иная лингвистическая трактовка. Как уже говорилось выше, слово «аддикт», кроме того, имеет сопутствующий смысл – «добавление, обязательное присоединение, без чего не может жить человек». Аддиктом преследуется цель достижения определенного психофизического состояния, введения себя в определенное духовное состояние. При этом наблюдается избыточное использование окружающих объектов, лиц или привычных действий.

Исследователи исходят из возможности развития зависимости (аддикции) не только от вводимых в организм веществ, но и от производимых субъектом действий и сопровождающих их эмоций (Лисицын Ю. П., Сидоров П. И., 1990; Максимова Н. Ю., 2000; Руководство по аддиктологии, 2007). Можно встретить термин «болезнь зависимого поведения», который объединяет различные виды аддикции, развивающиеся по стереотипу большого наркоманического синдрома (Егоров А. Ю., 2000; Егоров А. Ю., Игумнов С. А., 2005; Личко А. Е., Битенский В. С., 1991; Маршак В. В., 2006; Руководство по аддиктологии, 2007). Согласно этой концепции, болезнь зависимого поведения – хроническое психогенное непсихотическое психическое расстройство, заключающееся в этапном патологическом развитии личности, которое приводит к возникновению, закреплению и трансформации патологической потребности в совершении повторных трудно- или неконтролируемых поведенческих актов (эпизоды непреодолимой тяги) (Егоров А. Ю., 2000; Егоров А. Ю., Игумнов С. А., 2005; Руководство по аддиктологии, 2007).

С нашей точки зрения, аддикцию можно определить как систематическое повторение действий, лишенное целесообразности и реального приспособительного значения, возникающее у дефицитарных личностей как свидетельство психологической декомпенсации и ведущее к снижению социальной адаптации или дезадаптации. Вне указанных действий возникает состояние психофизического дискомфорта, актуализации психологической декомпенсации и личностного дефицита, а также их углубление вследствие возникновения нервно-психических расстройств. Общий признак аддиктивных нарушений состоит в том, что они связаны с двоякими состояниями: сначала сопряжены с удовольствием, а потом – с негативными переживаниями в случае лишения. Лишение какого-нибудь из этих занятий вызывает психофизический дискомфорт или абстиненцию. Подобное двуединство подразумевается самим аддиктом, одинаково привлекает аддикта, что получило название «дистрессомания» (Котляров А. В., 2005; Москаленко В. Д., 2002; Психология зависимости, 2005).

Исходя из сказанного можно очертить сферы деятельности, которые предположительно могут быть включены в аддиктологию:

• особенности психологического проявления зависимой, проаддиктивной личности, ее психологические свойства;

• болезненные формы поведения в виде зависимостей: химической, игровой, сексуальной, от еды, трудоголизм и др.;

• клиника и лечение, психотерапия, социотерапия и реабилитация лиц с указанными расстройствами;

• социальные вопросы, проблемы, стоящие перед другими членами общества, связанные с этими личностями.

Согласно К. Шнайдер (1999), лица с расстройствами личности распределяются на страдающих от своей ненормальности и заставляющих страдать от нее общество. Практически важно то, что первая группа состоит из людей, которые сами идут к врачам и ищут их помощи, а вторая попадает под врачебное наблюдение по желанию окружающих (Шнайдер К., 1999). Последующая после такого предположения реальная практика оказания медицинской помощи этому разделению соответствовала. Различное отношение к своему психическому состоянию и заболеванию и соответствующее различие в поведении стало практическим основанием для разделения больных. В результате такого деления больные попали в ведение различных психиатрических служб.

Психиатрия разделена на две области: первая – помогающая лицам, страдающим от своего психического состояния и самостоятельно обращающимся к врачам за всесторонней помощью: медикаментозной, и психотерапевтической, и социальной. Лица, страдающие от собственных психических особенностей, отличающиеся обеспокоенностью за свое здоровье, получали помощь от специалистов в пограничной психиатрии. Другие больные – это те, кто не признавал себя больным и получал психиатрическое освидетельствование и лечение по принуждению в той или иной степени. Некоторые из них оказывались под наблюдением пенитенциарной системы, если к тому же вступали в противоречие с законом (Анохина И. П., 2002; Ковалев В. В., 1979; Личко А. Е., 1985). Другая часть составила контингент наркологической службы. В результате произошло негласное противопоставление наркологической помощи и пограничной психиатрии. Аддиктология в таком случае становится отдельной областью практической работы с проблемными личностями.

Становится понятно, кто будет практически заниматься аддиктивными личностями, у которых еще не сформировались признаки наркологических заболеваний. Работа с аддиктивными личностями по определению адресована медицинским психологам, социальным работникам и психиатрам, занятым в области пограничной психиатрии. В то же время наркологическая помощь представляется как часть аддиктологии и направлена на лиц со сформировавшимися признаками химической и иной зависимости. Все указанные специалисты призваны заниматься аддиктивными личностями, но на разных этапах формирования аддиктивного поведения. Наркология наконец обретает возможность разделить ответственность за профилактику зависимых расстройств со специалистами в области аддиктологии и сосредоточиться на медико-биологических аспектах устранения уже развившихся болезненных состояний.

1.2. Базовые понятия аддиктологии

Классификация аддикций

Если обратиться к МКБ-10, то речь идет не только о разделе (F1) «Психические расстройства и расстройства поведения, связанные с (вызванные) употреблением психоактивных веществ», или, короче, «химическая зависимость». К области аддикции относится и необычное поведение, не связанное с какими-либо психическими заболеваниями (F5 и F6): повышенное половое влечение (F52.7); злоупотребление веществами, не вызывающими зависимости (F55); злоупотребление стероидами или гормонами (F55.5); расстройство привычек и влечений (F63); патологическое влечение к поджогам (пиромания) (F63.1); патологическое влечение к воровству (клептомания) (F63.2) и трихотилломания, или патологическое влечение к выдергиванию волос (F63.3).

Причем аддикция подразумевает не только избыточную эксплуатацию внешних условий (повышенное, добавочное поведение), но и недостаток, завышенный отказ (отказ от пищи или аноргазмия). С этой точки зрения к аддикции относятся расстройства половой идентификации (F64 и F66) и фетишизм (F65).

Следует всегда помнить признаки, характеризующие зависимую личность (наличия пяти из них достаточно для того, чтобы диагностировать клиническую зависимость):

• неспособность принимать решения без советов других;

• готовность предоставлять возможность принимать другим важные для него решения;

• готовность соглашаться с другими из страха быть отвергнутым, даже если другие не правы;

• затруднение начать какое-либо дело самостоятельно;

• готовность добровольно идти на выполнение унизительных работ с целью приобрести поддержку и любовь окружающих;

• плохая переносимость одиночества, готовность предпринимать значительные усилия, чтобы его избежать;

• ощущение опустошенности и беспомощности, когда обрывается близкая связь;

• страх быть отвергнутым;

• легкая ранимость, податливость любой критике или неодобрению со стороны.

К факторам, которые могут инициировать возникновение аддиктивного поведения у подростков, относят:

• неблагополучная атмосфера в семье;

• отношение к данному виду поведения в группе сверстников, к которой принадлежит подросток;

• интеллектуальный уровень подростка;

• наличие/отсутствие личностных качеств, позволяющих противостоять негативному влиянию;

• наследственность;

• низкая информированность о последствиях;

• тип акцентуации характера.

В настоящее время нельзя с полной определенностью очертить круг расстройств поведения, в котором проявляются аддикции. Список объектов зависимости достаточно большой: различные ПАВ, компьютерные игры, источники информации (всемирная сеть Интернет), различного рода эстетические наслаждения, работа, культы, высокие технологии. Некоторые зависимости одобряются обществом, другие с течением времени начинают представлять личностную проблему для индивида, при этом не являясь социально опасными, третьи имеют статус социально опасных (Руководство по аддиктологии, 2007; Шабалина В. В., 2001). Приведенная ниже сводная схема содержит лишь примерный перечень вариантов состояния аддикции, помимо химической зависимости, сгруппированных по ведущему механизму развития.

Варианты состояния аддикции.

• Эйфоризирующие:

• гиперсексуальность (нимфомания, сатириазис);

• просмотр порнографии (см. электронные формы);

• ониомания.

• Психостимулирующие:

• экстремальная и спортивная деятельность;

• просмотр спортивных зрелищ;

• игровая, зависимость от азартных игр;

• серийные убийства;

• клепто-, пиромания.

• Викарные (заполняющие психологическую пустоту):

• симптом «замещающего шума»;

• «запойное» чтение;

• созависимость:

• светские развлечения;

• накопительство;

• трудоголизм.

• Электронные версии предыдущих форм:

• компьютерные игры;

• избыточное пользование Интернетом;

• избыточное пользование компьютером.

• Психоделические:

• психодизлептики, галлюциногены;

• телевизионная и кинозависимость.

• Изменения внешности и соматического состояния:

• булимия, анорексия;

• анаболические стероиды.

Есть основания предположить, что гиперсексуальность (нимфомания и сатириазис) как серьезная медицинская проблема изучена недостаточно, хотя бы из-за очевидных признаков игнорирования данной проблемы в современном обществе. Клинические наблюдения за пациентами, обращающимися за медицинской помощью по иным причинам, свидетельствуют, что такая проблема существует и имеет выраженный медицинский аспект. Не останавливаясь подробно на этом вопросе, следует указать по крайней мере на два важных медицинских аспекта. Гиперсексуальность часто сопряжена с психическими нарушениями или психической неуравновешенностью и должна учитываться как одна из терапевтических мишеней при проведении лечения. Гиперсексуальность тем или иным образом связана с гормональными нарушениями, сексуальным здоровьем, длительностью гендерной активности и продолжительностью жизни в целом. По меньшей мере в силу своей периодичности сексуальная активность имеет сходство с особенностями потребления ПАВ и, по-видимому, подчиняется тем же закономерностям (актуализация первичного и вторичного влечения, наличие патологического влечения, изменение толерантности и т. д.).

Просмотр порнографии, также в сочетании с электронным вариантом, является суррогатной формой избыточной сексуальной активности, тесно с ней связан и должен рассматриваться вместе с предыдущим болезненным состоянием. Точно так же серийные убийства и по факту, и по теоретическим соображениям связаны с явлениями гиперсексуальности.

Ониомания, или избыточный шопинг, то есть неоправданно частое хождение по магазинам. Существующее в США «Общество противников вещей» является своеобразным терапевтическим сообществом по преодолению ониомании (Даренский И. Д., 2003).

Необходимо остановиться на коротких пояснениях к приведенной схеме. Симптом «замещающего шума» является одним из выраженных клинических проявлений зависимости от ПАВ (Даренский И. Д., 2003).

Стремление к замещающему, отвлекающему внимание шуму, преимущественно музыкальному, проявляется в том, что в отделении, где находятся больные героиновой наркоманией, постоянно звучат музыка и песни. Больные ни минуту не могут обойтись без них. У них в палате постоянно и одновременно включены магнитофоны, радио, компьютерные игры, игровые приставки. Пациенты всегда носят плееры с собой, слушают их, спят днем под этот шум и просыпаются. Если войти к ним и выключить аппарат, то они сопротивляются этому.

Меньшее значение в этом феномене занимает просмотр телевизионных передач больными. Телевизор они смотрят реже и предпочитают ему живое общение с другими пациентами. Из этого можно заключить, что зрительные раздражители должны обладать значительной силой, чтобы привлечь внимание больных, или сопровождаться сильными воздействиями иной модальности. Об этом свидетельствует и выбор телепередач больными. Они предпочитают просмотр музыкальных клипов с яркими зрительными эффектами, частым мельканием изображения и громкой музыкой.

При этом у них отмечается тасикинезия, крайняя неусидчивость, непереносимость неподвижной позы. Состояние отличается преобладанием пассивного внимания, акайрией. Стремление к постоянному общению с окружающими происходит из-за того, что больные не могут быть в изоляции, одиночестве. Они любят беседовать и постоянно общаются. Пациенты часто находятся у ординаторской, процедурного кабинета, в курилке с другими больными. При этом они больше говорят сами, чем слушают. Стремление к постоянному общению сами больные объясняют тем, что им кажется, что их «родственники бросили», «персонал не уделяет внимание», «им свойственна высокая общительность изначально».

Наблюдается такое состояние, как правило, у героиновых наркоманов в фазе острой абстиненции, а также у больных с иными заболеваниями при гипертермии, болевом синдроме. Очевидно, что стремление к созданию шумового фона является «отвлекающей терапией» и объясняется стремлением заглушить внутренние переживания или физическую боль, недомогание, заполнить психическую пустоту, сенсорный голод, заполнить пустоту, образующуюся после лишения наркотика постоянно звучащей музыкой. При сенсорной депривации, образующейся с выключением видео- и звуковоспроизводящей аппаратуры, пациенты тотчас погружаются в тягостные, трудно переносимые, прежде всего болевые, ощущения. Они начинают настаивать на назначении еще большего количества обезболивающих и седативных средств с требованием ввести их в состояние полного бесчувствия, то есть, по сути дела, в состояние наркоза.

Не исключено значение и других психологических механизмов, например стремления преодолеть сенсорную депривацию из-за нейролептиков или воспроизвести музыкальную аудиомодальность воспоминаний о состоянии наркотического опьянения. Вышеописанный феномен поднимает вопрос о значении экстерорецепции при абстинентном и астеническом синдромах и гиперестезии.

Сходное значение имеют такие менее болезненные действия, как жевание жевательной резинки, щелканье семечек подсолнуха и орехов, что подразумевает некое субъективное удовольствие, состоящее в замещающем движении от моторного бездействия и периодического возобновления приятных вкусовых ощущений.

Чрезмерное стремление к светским развлечениям и «запойное» чтение с уделением этому занятию большей части времени известно давно. Личности с аддиктивными наклонностями заполняли время различными светскими развлечениями (визиты, светские рауты), особенно в период, предшествовавший появлению электронных вариантов зависимости.

Избыточное пользование компьютером состоит в проведении за ним большей части досугового времени, в том числе и ночного, использование цифровых и магнитно-резонансных накопителей, карманных компьютеров для развлечений в пути следования по городу, в метро. Время тратится на пользование компьютером, просмотр видеокассет и телепередач в ущерб учебной, производственной деятельности и состоянию здоровья, из-за чего эти лица, в основном молодого возраста, подвергаются постоянной проверке со стороны родителей в отношении времени, проведенного за компьютером.

Компьютерные игры являются одним из способов «аддиктивной реализации», то есть ухода от реальности. Аддикты – это люди, предпочитающие скрываться от реальных проблем в виртуальном мире. Погружаясь в виртуальную реальность и достигая в ней определенных успехов, человек виртуально реализует имеющиеся потребности. Вместо решения проблем здесь и сейчас человек с головой уходит в «компьютерный мир».

Тех, кто в качестве такого способа ухода от реальных проблем выбирает алкоголь, называют алкоголиками, наркотики – наркоманами, работу – трудоголиками, азартные игры – патологическими гэмблерами, Интернет – интернет-зависимыми, компьютерные игры – кибераддиктами и т. д.

В игре кибераддикт чувствует себя комфортно: он сильный, смелый, вооруженный и успешный. Время, проведенное за игрой, не делает его сильнее и успешнее в реальной жизни. Между тем, возвращаясь из виртуального мира в реальный, человек испытывает дискомфорт, ощущает себя маленьким, слабым и беззащитным в агрессивной среде. Он желает как можно скорее вернуться туда, где он чувствует себя победителем (Бурлаков И. В., 2005; Даренский И. Д., 2003).

По статистике, процент людей, приобретающих зависимость от классических азартных игр, близок к таковому для интернет-зависимости и составляет 1–5 %. Основной критерий, отделяющий обычное увлечение компьютерными играми от зависимости, – отсутствие или наличие вреда физическому и психическому здоровью, социальной жизни (Бухановский А. О., 2001; Руководство по аддиктологии, 2007).

В настоящее время интенсивно обсуждается феномен (или заболевание, или синдром) наркозависимости от Интернета, или интернет-аддикции (Internet Addiction Disorder – IAD). Если для формирования традиционных видов зависимостей требуются годы, то для интернет-зависимости этот срок резко сокращается (Руководство по аддиктологии, 2007; Холмс Д., 2003).

Телевизионная и кинозависимость проявляются в неоправданно длительном просмотре телевизионных передач с постоянным переключением с одного канала на другой в стремлении успеть просмотреть все передачи одновременно. Переключая канал за каналом, аддикт не в состоянии выключить телевизор, чем уподобляется подопытной мыши, надавливающей на рычаг для включения электрической стимуляции зон удовольствия и погибающей от истощения из-за отказа от иной деятельности.

Стремление к изменению внешности и соматического состояния, выходящему за рамки, свойственные индивиду, – наращивание мышечной массы, превосходящей естественные для человека размеры, или, наоборот, похудение вплоть до истощения или достижение этого состояния с использованием опасных для здоровья средств, – несомненно, относится к болезненному поведению. Булимия и анорексия связаны с нарушением нормативного пищевого поведения и одинаково свидетельствуют о значительных личностных расстройствах.

Нельзя считать правильным отнесение болезненных форм потребления анаболических стероидов к злоупотреблению веществами, не вызывающими зависимости. По мнению некоторых авторов, лица, прибегающие к ним, не способны прекратить их потребление, являются ли они законными или незаконными. Так, стероиды niaspan и FDA, который является комбинацией niaspan и lovastatin, называют потенциально опасными наркотиками и прогнозируют развитие гипогонадизма (androgenic anabolic steroid induced hypogonadism – ASIH), гепатотоксичности и даже смерти от их потребления, что является только вопросом времени (Андреев А. С., Анцыборов А. В., 2004; Даренский И. Д., 2003).

Психоактивные вещества

Все многообразие подходов к феномену аддикции, развиваемых в рамках научных теорий, не может быть представлено в кратком обзоре. Вследствие этого в настоящей работе будут рассмотрены только принципиальные вопросы, касающиеся связи личностных особенностей человека и вероятности формирования химических видов зависимого поведения, что позволит обозначить границы проблемного поля, освещаемого учебным пособием. Теория и практика профилактики зависимого поведения до настоящего времени находится в стадии становления, хотя в последнее время появляется все больше литературы по этому вопросу. Отсутствие единой терминологии значительно затрудняет систематизацию существующих теоретических и методических разработок. Это требует пояснения некоторых основных понятий.

Психоактивные вещества (ПАВ) – это химические и фармакологические средства, которые при потреблении воздействуют на психические процессы, например когнитивную или аффективную сферы (Руководство по аддиктологии, 2007; Егоров А. Ю., 2000). Употребление ПАВ сопровождается изменением психического и физического состояния человека. Еще одной их важной характеристикой является присущая им способность вызывать у потребителя болезненное пристрастие, привыкание и зависимость.

Понятие «психоактивные вещества» является более широким по сравнению с понятием «наркотики». Последний термин используется для обозначения запрещенных действующим законодательством наркотических средств. К ПАВ кроме наркотиков относятся алкоголь, никотин, некоторые токсические вещества (средства бытовой химии, лекарственные средства), не внесенные в официальный список запрещенных наркотических веществ.

Неоднократное и неадекватное использование ПАВ, сопровождающееся вредными физическими или психологическими эффектами и наносящее ущерб физическому и психическому состоянию, правоспособности и социальному положению потребителя ПАВ и людей, испытывающих воздействие данного человека, называется злоупотреблением ПАВ (Руководство по аддиктологии, 2007; Егоров А. Ю., 2000).

Следует отметить, что термины «злоупотребление психоактивными веществами» и «наркозависимость» довольно часто в отечественной научно-популярной и методической литературе используются как синонимы. При этом обычно термином «наркозависимость» обозначают не только собственно зависимость от наркотиков, но и широкий спектр нарушений, связанных с зависимостью от различных ПАВ.

В повседневной жизни ПАВ обычно именуются наркотиками. Однако к ПАВ относятся не только наркотики, но и алкоголь, табак (никотин), кофеин. Основные типы ПАВ приведены в табл. 1.1.

Таблица 1.1

Основные типы ПАВ

Легальные и нелегальные психоактивные вещества

Психоактивные вещества делятся на легальные и нелегальные. К легальным психоактивным веществам относятся вещества, не запрещенные законом к употреблению, хранению и распространению. Однако разрешение их употреблять не зависит от степени вредного влияния на психику и организм человека, скорее это связано с тем, что продажа и употребление таких веществ приносят доход, исторически обусловлены и объявление их вне закона сложно воспринимается обществом. При этом большинство легальных ПАВ оказывают чрезвычайно вредный эффект на организм человека и губят множество жизней.

К ним относятся никотин (табак, сигареты, папиросы, сигары), алкоголь (все напитки, содержащие этиловый спирт), кофеин (крепкий кофе, чай).

Никотин очень вреден для человека, употребление его в любых дозах небезопасно. Тем не менее в разных странах существует индустрия, направленная на изготовление изделий, содержащих никотин, торговлю ими, потому что они имеют спрос у населения. Наиболее развитые страны резко ограничивают торговлю табачными изделиями и запрещают курение во всех общественных местах и на работе, для того чтобы курящий человек, вредя себе (если он того хочет), не вредил другим людям, распространяя табачный дым.

Алкоголь также вреден для организма человека и его психики. У многих людей употребление алкоголя носит ритуальный характер, однако зависимость от него развивается незаметно и достаточно быстро, поэтому наиболее развитые общества стремятся значительно ограничить его потребление.

Кофеин действует на центральную нервную систему возбуждающе. Частое и обильное употребление крепкого чая и кофе, не очищенного от кофеина, наносит вред организму.

Легальные ПАВ употребляются открыто. Люди за это не несут юридической (уголовной) ответственности. Они рекламируются с помощью СМИ. Это делается в целях получения экономической выгоды, а здоровье людей при этом в расчет не принимается. Между тем каждый человек, употребляющий легальные ПАВ, несет за это личную ответственность. Он сам отвечает за свое здоровье и последствия, которые возникают при их употреблении.

К нелегальным психоактивным веществам относятся вещества, употребление, распространение и хранение которых является противозаконным: это производные дикорастущей конопли – марихуана, гашиш, анаша; опиоиды (героин, опий, морфий); стимуляторы (экстази, кокаин, эфедрин, эфедрон, винт, первитин); галлюциногены (ЛСД); депрессанты (барбитураты и ряд других препаратов), а также целый ряд других веществ. В каждой стране существует целый список таких веществ, утвержденный правительством. Граждане, занимающиеся их хранением и распространением, склоняющие к их употреблению других людей, а также злостно уклоняющиеся от лечения по поводу зависимости от них, подлежат уголовной ответственности.

Юридическая ответственность за хранение и распространение нелегальных наркотиков – необходимая и важная мера во всех государствах мира. Эти вещества практически парализуют психику человека таким образом, что он не в состоянии мыслить, принимать решения, контролировать свое поведение, работать, иметь семью, то есть жить как все люди. В связи с такой разрушительной силой во всех странах мира они признаны противозаконными. Однако нелегальный, преступный бизнес существует. Наркоторговцам выгодно, чтобы все большее и большее число молодых людей, подростков и даже детей становились жертвами наркомании, так как, став зависимыми от наркотика, они вынуждены приобретать его постоянно.

1.3. Концепции формирования зависимости

Почти любое человеческое увлечение (игры, работа, художественное, научное или техническое творчество, путешествия, спорт, противоположный пол, дегустация пищи или напитков, программирование, коллекционирование, забота о собственном здоровье и т. д.) в своих крайних формах, достигая накала страсти, может приводить к саморазрушающему поведению и угрожать здоровью.

Зависимое поведение – это поведение риска, то есть такое поведение, которое ведет или таит в себе значительную опасность привести к разрушению личности, психическим и соматическим болезням, смерти. В специальной литературе синонимом «зависимого поведения» является «аддиктивное поведение»; в переводе с английского оно означает «пагубная привычка» (от лат. addictus – тот, кто приговорен к рабству за долги, то есть человек, который находится в глубокой рабской зависимости от некой непреодолимой власти). Практически всегда та или иная зависимость возникает в ходе определенной активности. Проявляется она наиболее явно также в поведении, характерном для одного из видов зависимости.

Аддиктивное (зависимое) поведение – это одна из форм девиантного (отклоняющегося) поведения с формированием стремления к уходу от реальности путем искусственного изменения своего психического состояния посредством приема некоторых веществ или постоянной фиксации внимания на определенных видах деятельности, что направлено на развитие и поддержание интенсивных эмоций.

К основным видам зависимости относятся: химическая зависимость (алкоголизм, наркотизм, токсикомания, лекарственная зависимость, никотинизм), акцентуированная активность (игромания, интернет-зависимость, трудоголизм, сексомания, телемания (постоянный просмотр телепрограмм), привычка к посещению магазинов и приобретению товаров длительного пользования, беспрестанные разговоры по телефону, увлеченное коллекционирование, исключительная забота о собственном здоровье (следование диетам, изнурение себя физическими упражнениями, избыточная вера в целителей и т. п.), ургентная аддикция (привычка к постоянной нехватке времени) и культовая зависимость. Однако полный перечень зависимостей вряд ли может быть составлен: появляются новые виды зависимости, есть малораспространенные виды зависимости. В последнее время все более отчетливо проявляется тенденция к расширительному пониманию аддикций: наряду с традиционными (так называемыми химическими) все чаще упоминаются поведенческие зависимости.

Элементы аддиктивного поведения свойственны любому человеку, уходящему от реальности путем изменения своего психического состояния. Проблема аддикции начинается тогда, когда стремление ухода от реальности, связанное с изменением психического состояния, начинает доминировать в сознании, становясь центральной идеей, вторгающейся в жизнь, приводя к отрыву от реальности.

Зависимому поведению свойственны следующие признаки:

• синдром измененной восприимчивости организма к действию данного раздражителя (защитные реакции, устойчивость к нему, форма потребления);

• синдром психической зависимости (навязчивое влечение, психический комфорт в период потребления, будь то наркотик, алкоголь или игровой аппарат);

• синдром физической зависимости (компульсивное влечение, потеря контроля над дозой, абстинентный синдром, физический комфорт в интоксикации).

Последний из приведенных признаков более выражен у людей, страдающих зависимостью от каких-либо химических веществ, но в меньшей степени он также может иметь место и у людей с нехимическими зависимостями. В любом случае эти три синдрома отличают человека, страдающего болезнью зависимости, от здорового.

Необходимость физического компонента зависимости в последнее время все упорнее отрицается. Такое отрицание подкрепляется сравнением процессов протекания поведенческих зависимостей с клинической картиной, характерной для традиционных форм зависимости, а также установлением критериев для диагностики поведенческих зависимостей. Так, М. Гриффитс предлагает операциональные критерии, в сумме определяющие зависимость:

• приоритетность (salience) – излюбленная деятельность приобрела первостепенное значение и преобладает в мыслях, чувствах и поступках (поведении);

• изменение настроения (mood modification) – относится к субъективному опыту человека и сопутствует состоянию поглощенности деятельностью (примерами могут служить состояние эмоционального подъема либо, наоборот, приобретение спокойствия при переходе к любимому занятию);

• толерантность (tolerance) – для достижения привычного эффекта требуется количественное увеличение параметров деятельности;

• симптомы разрыва (withdrawal symptoms) – возникновение неприятных ощущений или физиологических реакций при потере или внезапном сокращении возможностей заниматься любимой деятельностью;

• конфликт (conflict) – относится ко всем разновидностям конфликтов: интрапсихическим; межличностным (с окружающими людьми); с другими видами деятельности (работа, социальная жизнь, хобби и интересы);

• рецидив (relapse) – возврат к излюбленной ранее деятельности, иногда после многолетнего абстинентного периода.

Этапы развития зависимого поведения.

1-й этап. Появляется «точка кристаллизации» в связи с переживанием интенсивной положительной эмоции (или устранением отрицательной) при определенном действии. Возникает понимание, что существует вещество или способ, вид активности, с помощью которого можно сравнительно легко изменить свое психическое состояние.

2-й этап. Устанавливается зависимый ритм, который выражается в определенной последовательности обращения к средствам зависимости.

3-й этап. Формируется зависимость как составляющая часть личности. В этот период к предмету зависимости прибегают лишь в связи с жизненными затруднениями. Существует внутренняя борьба между естественным и зависимым стилями жизни. Постепенно зависимый стиль вытесняет естественный и становится частью личности, методом выбора при встрече с реальными требованиями жизни; в этом периоде в ситуациях повышенного контроля, особой ответственности возможен контроль над своим пристрастием.

4-й этап. Период полного доминирования зависимого поведения, которое полностью определяет стиль жизни, отношения с окружающими; человек погружается в зависимость, отчуждается от общества.

Зависимое поведение признается многофакторным явлением. Современное состояние науки позволяет говорить о следующих условиях и причинах (факторах) аддиктивного поведения.

К внешне социальным факторам, способствующим формированию зависимого поведения, можно отнести технический прогресс в области пищевой промышленности или фармацевтической индустрии, в результате которого на рынок выбрасываются все новые и новые товары – потенциальные объекты зависимости. Кроме того, по мере урбанизации мы наблюдаем, как ослабевают межличностные связи между людьми.

Для некоторых социальных групп зависимое поведение является проявлением групповой динамики. В данном случае наркотики (в широком смысле) выполняют следующие жизненно важные для подростка функции: поддерживают ощущение взрослости и освобождения от родителей; формируют чувство принадлежности к группе, а также среду неформального общения; дают возможность отыгрывать сексуальные и агрессивные побуждения, не направляя их на людей; помогают регулировать эмоциональное состояние; реализуют креативный потенциал подростков через экспериментирование с различными веществами. Субкультура может выступать в самых разнообразных формах: подростковая группа, неформальное объединение, сексуальное меньшинство или просто мужская компания. В любом случае ее влияние на личность, идентифицирующую себя «со своими», чрезвычайно велико.

Как правило, ведущая роль в происхождении аддиктивного поведения приписывается семье. В ходе многочисленных исследований была выявлена связь между поведением родителей и последующим зависимым поведением детей. Работы А. Фрейд, Д. Винникота, М. Балинта, М. Кляйн, Б. Спока, М. Маллер, Р. Спица убедительно свидетельствуют о том, что развитию ребенка вредит неспособность матери понимать и удовлетворять его базовые потребности.

Ведущая роль в формировании зависимости, по мнению ряда авторов, принадлежит младенческой травме (в форме мучительных переживаний в первые два года жизни). Травма может быть связана с физической болезнью, с утратой матери или ее неспособностью удовлетворять потребности ребенка, с несовместимостью темпераментов матери и ребенка, чрезмерной врожденной возбудимостью малыша, наконец, с какими-то действиями родителей. Родители, как правило, не знают о своем психотравмирующем воздействии на младенца, когда, например, из лучших побуждений или по рекомендациям докторов стараются приучить его к жесткому режиму питания и т. д. Переживая дистресс, в котором малыш не в состоянии помочь себе, он попросту засыпает. Однако, как отмечает Г. Кристалл, повторение тяжелой травмирующей ситуации приводит к нарушению развития и переходу в состояние апатии и отстраненности. Позднее травму можно обнаружить по страху перед любыми аффектами, неспособности их переносить, ощущению «небезопасности» и ожиданию неприятностей. Эта особенность зависимых людей обозначается как низкая аффективная толерантность. Такие люди не умеют заботиться о себе и нуждаются в ком-то (чем-то), кто помог бы им справиться со своими переживаниями. Вместе с тем они испытывают глубокое недоверие к людям. В этом случае неживой объект вполне может заменить человеческие отношения. Таким образом, люди, пережившие психические травмы в раннем детстве, имеют существенно больший риск стать зависимыми.

В целом семья может не дать ребенку необходимой любви и не научить его любить себя, что, в свою очередь, приведет к ощущению плохости, никчемности, бесполезности, отсутствию веры в себя. В соответствии с современными представлениями люди с зависимым поведением испытывают серьезные трудности в поддержании самоуважения. Хорошо известно, например, что в состоянии опьянения человек чувствует себя гораздо раскованнее и увереннее, чем обычно. С другой стороны, для компаний алкоголиков весьма характерны беседы на актуальную тему «Ты меня уважаешь?». Зависимость, таким образом, выступает своеобразным средством регуляции самооценки личности.

Серьезной проблемой семей зависимых личностей могут быть эмоциональные расстройства у самих родителей, которые, как правило, сопровождаются алекситимией – неспособностью родителей выражать в словах свои чувства (понимать их, обозначать и проговаривать). Ребенок не только «заражается» в семье негативными чувствами, он обучается у родителей замалчивать свои переживания, подавлять их и даже отрицать само их существование. Отсутствие границ между поколениями, чрезвычайная психологическая зависимость членов семьи друг от друга, гиперстимуляция – еще один негативный фактор. Для нормального развития ребенка важен процесс сепарации, а также процесс индивидуализации ребенка. В семьях с нарушенными границами аддиктивное поведение может выступать одним из способов влияния на поведение других членов, при этом сама зависимость может давать ощущение независимости от семьи. Одним из доказательств этому является усиление зависимого поведения при усилении семейных проблем.

Семья играет существенную роль не только в происхождении, но и в поддержании зависимого поведения (проблема созависимости). Родственники сами могут иметь различные психологические проблемы, в силу чего они нередко провоцируют «срыв» аддикта, хотя и реально страдают от него. В случае же длительного сохранения аддиктивного поведения у кого-либо из членов семьи у родственников аддикта, в свою очередь, могут появляться серьезные проблемы и развивается состояние созависимости. Имеются в виду негативные изменения в личности и поведении родственников вследствие зависимого поведения кого-либо из членов семьи.

В рамках индивидуальных различий прежде всего следует отметить половую избирательность зависимого поведения. Например, пищевая аддикция более характерна для женщин, в то время как гемблинг чаще встречается у представителей мужского пола. В ряде случаев можно говорить также о действии возрастного фактора. Так, если наркоманией страдают преимущественно лица от 14 до 25 лет, то алкоголизм в целом характерен для старшего возраста.

Психофизиологические особенности человека определяют индивидуальное своеобразие аддиктивного поведения. Они могут существенно влиять на выбор объекта зависимости, на темпы ее формирования, степени выраженности и возможность преодоления.

Предметом многочисленных дискуссий является вопрос о существовании наследственной предрасположенности к некоторым формам зависимости. Наиболее распространена точка зрения, что дети алкоголиков с большой вероятностью наследуют эту проблему. Однако гипотеза наследственной предрасположенности к зависимому поведению не объясняет ряд фактов. Например, современные подростки употребляют наркотики независимо от склонности их родителей употреблять алкоголь. Зависимое поведение может формироваться в любой семье. На его формирование влияет множество семейных факторов. В связи с этим целесообразно говорить не о наследственной, а о семейной предрасположенности к зависимому поведению. Поэтому наиболее важным фактором риска являются асоциальные семьи с пьянством, делинквентным поведением и жестоким обращением.

Косвенно, склонность к зависимому поведению может определяться типологическими особенностями нервной системы: низкая приспособляемость к новым ситуациям, пониженный фон настроения, повышенная чувствительность и контактность при прочих неблагоприятных условиях влияют на формирование аддиктивного поведения.

Выделяются следующие психологические особенности лиц с аддиктивными формами поведения:

• сниженная переносимость трудностей повседневной жизни наряду с хорошей переносимостью кризисных ситуаций;

• скрытый комплекс неполноценности, сочетающийся с внешне проявляемым превосходством;

• внешняя социабельность, сочетающаяся со страхом перед стойкими эмоциональными контактами;

• стремление говорить неправду;

• стремление обвинять других, зная, что они невиновны;

• стремление уходить от ответственности в принятии решений;

• стереотипность, повторяемость поведения;

• зависимость;

• тревожность.

В. А. Петровский также добавляет, что аддиктивной личности свойственен феномен «жажды острых ощущений», характеризующийся побуждением к риску, обусловленным опытом преодоления опасности. А. Е. Личко подчеркивал, что важную роль в развитии аддиктивного поведения играют особые типы акцентуаций характера (неустойчивый, конформный, эпилептоидный, гипертимный) (Руководство по аддиктологии, 2007; Личко А. Е., 1985; Личко А. Е., 1999).

Другим важным индивидуальным фактором, влияющим на поведение личности, может выступать низкая стрессоустойчивость. Предполагается, что аддиктивное поведение возникает при нарушении копинг-функции – механизмов совладания со стрессом. Исследования свидетельствуют о различиях в копинг-поведении здоровых и зависимых людей. Например, наркозависимые подростки демонстрируют такие характерные реакции на стресс, как уход от решения проблем, отрицание, изоляция. Бездуховность, отсутствие смысла жизни, неспособность принять ответственность за свою жизнь на себя – эти и другие сущностные характеристики человека, вернее их деформации, несомненно, также способствуют формированию зависимого поведения и его сохранению.

Говоря о факторах зависимого поведения, следует еще раз подчеркнуть, что в его основе лежат естественные потребности человека. Склонность к зависимости в целом является универсальной особенностью человека. При определенных условиях, однако, некоторые нейтральные объекты превращаются в жизненно важные для личности, а потребность в них усиливается до неконтролируемой.

Особую проблему вызывает зависимости, связанные с употреблением наркотиков. В России за год гибнет от передозировки более 100 тысяч наркоманов, причем все они находятся в возрасте 15–35 лет.

Основные понятия наркологии.

Наркотические средства – вещества синтетического или естественного происхождения, оказывающие оцепеняющее воздействие на психику и вызывающие чувство эйфории, включенные в Перечень наркотических средств, подлежащих контролю в Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации и Единой конвенцией о наркотических средствах 1961 года;

Для определения вещества как наркотического средства используется три критерия:

• медицинский – определяет специфическое воздействие на центральную нервную систему (стимулирующее, седативное, галлюциногенное), ведущее к их повторному немедицинскому применению;

• социальный – определяет потребление вещества в размерах, принимающих социально значимый масштаб, вовлечение больших масс населения, криминогенное;

• юридический – заключается во внесении в Список наркотических веществ соответствующими нормативными актами уполномоченных учреждений. Признание вещества как наркотического средства утверждается Правительством Российской Федерации.

Вещества, признанные наркотическими, подлежат экспорту и импорту только в рамках Единой конвенции о наркотических средствах 1961 года по системе единой информации сторон и единого контролирующего органа Организации Объединенных Наций (ООН).

Токсикоманические вещества и средства – вещества и средства, не отнесенные к наркотическим или психотропным в соответствии с Конвенциями 1961 и 1971 годов, но являющиеся предметом злоупотребления, вызывающие болезненные состояния и изменяющие психику и поведение.

Психоактивные вещества (ПАВ) – собирательное название, включающее большую группу веществ, специфически действующих на центральную нервную систему. При однократном приеме ПАВ способны вызывать эйфорию или другие изменения психических функций, а при систематическом приеме – психическую и физическую зависимость. Для удобства изложения материала мы воспользовались этим термином.

Наркомания – заболевание, вызванное приемом с немедицинскими целями веществ, отнесенных законодательными актами к наркотическим средствам и проявляющееся определенной клинической картиной.

Токсикомания – заболевание, вызванное приемом с немедицинской целью веществ, не отнесенных законодательными актами к наркотическим средствам.

Всемирная организация здравоохранения определяет наркомании и токсикомании как «состояния хронической прогрессирующей интоксикации натуральными ими синтетическими веществами, характеризующиеся повышением толерантности, развитием психической, иногда физической зависимости, компульсивным влечением и нарушением психической, неврологической и соматической сферы, социальной декомпенсацией».

Ряд веществ, используемых с целью искусственно вызывать повышение работоспособности, а также снятия чувства усталости и создания благоприятного для выполнения какой-либо задачи психофизического состояния, определяются уполномоченными на то органами в установленном порядке как допинг. К допингам могут быть отнесены как наркотические и психотропные вещества, так и ПАВ, не обладающие определенным действием на центральную нервную систему – гормоны и др.

Наркотизм, или периодическая наркотизация, подразумевает эпизодическое или умеренное употребление наркотиков и ПАВ без формирования наркомании или токсикомании.

Злоупотребление наркотическими и токсикоманическим средствами – неоднократное, эпизодическое и неумеренное потребление спиртных напитков наркотических и токсикоманических средств с немедицинскими целями без клинических признаков заболевания, но с неблагоприятными социальными последствиями и расстройствами здоровья индивидуума. Постановка этого диагноза предполагает профилактическое наблюдение в наркологических учреждениях.

Формально, в соответствии с законом, алкоголизм следует относить к токсикоманиям, но в силу ряда обстоятельств – особая социальная значимость, более полная изученность, выработанная медико-социальная и правовая система реабилитации и др. – алкоголизм предпочтительно рассматривать как самостоятельную нозологическую единицу в систематике болезней патологической зависимости.

Полинаркомания – употребление двух и более наркотических средств одновременно или периодически с формированием зависимости. Полинаркомания подразумевает широкий диапазон совмещений. О распространенности полинаркоманий можно судить по степени их бытовой известности и жаргонным обозначениям: yellow jackets (сочетание пентобарбитала натрия с алкоголем), blue angels (сочетание амитала натрия с алкоголем), red diavils (сочетание секобарбитала натрия с алкоголем). В них содержится и указание на клинические проявления смешанной интоксикации: «голубые ангелы», «красные дьяволы».

Политоксикомания – токсикомания вследствие употребления одновременно или периодически двух и более ПАВ, не относящихся к наркотикам.

Трансформация одного вида наркомании в другой – случаи, когда больной длительное время применял какой-то определенный наркотик и после этого по ряду причин перешел к применению другого наркотического средства. Этот переход наблюдается в пределах одного типа зависимости (героин, морфин, кодеин), в группах сходных типов зависимости (алкоголь и барбитураты), а также при формировании нового типа зависимости (барбитураты и амфетамины). Трансформация – мера вынужденная, связанная с тем, что ранее употребляемый наркотик стал недоступным, либо отсутствует желаемый эйфорический эффект при его введении.

Осложненная наркомания – сочетанное употребление наркотического и ненаркотического ПАВ, вызвавшее развитие патологической зависимости.

Симптоматическая наркомания или токсикомания – патологическая зависимость, развившаяся на фоне наличия какой-либо патологии центральной нервной системы (органическое поражение, процессуальное заболевание и др.).

Ятрогенная наркомания или токсикомания – заболевание патологической зависимости, развившееся вследствие медицинского употребления вещества (наркотические анальгетики, снотворные препараты, транквилизаторы).

Наркогенность – скорость развития заболевания, определяемая фармакологическими свойствами вещества. Как наркотические средства, так и психотропные вещества обладают неодинаковой скоростью формирования зависимости от них.

Больной наркоманией – лицо, которому по результатам медицинского освидетельствования, проведенного в соответствии с Федеральным законом «О наркотических средствах и психотропных веществах» поставлен диагноз «наркомания».

Сравнительный анализ различных форм злоупотребления ПАВ показал, что при всех формах встречаются идентичные симптомы особых «взаимоотношений» ПАВ и организма и их закономерная динамика. Это позволило выделить специфические наркоманические синдромы, которые и составляют сущность наркоманий. И. Н. Пятницкая, Н. Г. Найденова (2002) под наркоманией подразумевают состояние, определяемое как:

• синдром измененной реактивности к действию данного наркотика (защитные реакции, толерантность, форма потребления, форма опьянения);

• синдром психической зависимости (обсессивное влечение, психический комфорт в интоксикации);

• синдром физической зависимости (компульсивное влечение, потеря контроля над дозой, абстинентный синдром, физический комфорт в интоксикации).

Эти три синдрома в совокупности с синдромом психосоматического снижения и с синдромом последствий хронической интоксикации составляют большой наркоманический синдром, отличающий наркомана от здорового человека.

Модели поведения при зависимостях от ПАВ

Успокаивающая модель. Употребление ПАВ направлено на снятие напряжения, достижение расслабления; уход от неприглядной действительности, от сложных жизненных обстоятельств. Основным мотивом употребления наркотиков оказывается высокий уровень напряжения, преобладание пониженного настроения, раздражительность, мрачность. Отдельные лица употребляют ПАВ для коррекции эмоционального состояния: снижения уровня тревоги, депрессии, апатии. Употребление ПАВ используется как способ самолечения на начальных этапах развития эмоциональных расстройств.

Коммуникативная модель. Зависимость возникает в связи с неудовлетворенными потребностями в общении, любви, доброжелательности. Прием ПАВ облегчает общение со сверстниками своего и противоположного пола. Преодолевается чувство замкнутости, стеснительности, появляется уверенность в себе. К этому средству чаще всего прибегают замкнутые, тревожно-мнительные, эмоционально-ранимые подростки.

Активирующая модель. Применение ПАВ с целью подъема жизненных сил, бодрости. Таким же образом достигается выход из состояния скуки, душевной пустоты и бездействия.

Гедонистическая модель. Употребление ПАВ используется для получения приятных ощущений, создания психического и физического комфорта. Стремление уйти в фантазийный, галлюцинаторный мир с целью пережить состояние эйфории может привести к формированию болезненного пристрастия.

Конформная модель. «Быть со всеми, быть как все» (характерно для подростков). Стремление подростков подражать, быть принятыми группой, самоутвердиться в группе – все это может быть причиной употребления ПАВ. В большей степени эта модель относится к высоковнушаемым, тревожно-мнительным подросткам, которые слепо подражают своим лидерам, некритически перенимают все правила поведения группы.

Манипулятивная модель. Использование ПАВ для манипулирования другими, демонстрации своей исключительности. Для того чтобы привлечь внимание и завоевать авторитет употребляются наркотики или алкоголь.

Компенсаторная модель. Эта модель поведения определяется необходимостью компенсировать какую-то неполноценность личности, дисгармоничность характера. Жизненные трудности, конфликты в школе, дома могут выступать пусковыми факторами употребления ПАВ.

Представления о природе зависимого поведения развивались параллельно с развитием культуры. Условно могут быть выделены следующие концепции формирования зависимого поведения (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2001; Руководство по аддиктологии, 2007; Факторы риска и защиты в профилактике злоупотребления психоактивными веществами у несовершеннолетних, 2004):

• Социально-гигиеническая концепция. Объясняет природу зависимого поведения условиями жизни и взаимоотношениями людей, характером обычаев социальной микросферы, производственных и экономических отношений.

• Социально-психологическая концепция. Трактует зависимое поведение как неспецифический показатель социально-психологической несостоятельности личности, неразвитости ее нравственно-ценностной сферы, как показатель невключенности человека в социально активную жизнь.

• Генетическая концепция. На основании клинико-генеалогических и близнецовых методов исследования достаточно убедительно показывает роль наследственной предрасположенности к алкоголизму и наркомании. Молекулярно-биологические исследования показали, что индивидуальная предрасположенность к алкоголизму и наркоманиям генетически детерминирована и определяется особенностями функций «системы подкрепления» мозга, различной организацией деятельности катехоламиновой системы и ее контроля со стороны генетического аппарата.

• Генетотрофическая концепция. Пытается объяснить пристрастие к алкоголю и наркотикам наследственно обусловленными нарушениями обмена веществ, в основе которых лежит необычайно высокая потребность в некоторых необходимых для организма пищевых продуктах (витамины группы В, ненасыщенные жирные кислоты, микроэлементы и т. д.).

• Этаноловая (наркоманическая) концепция. Главную причину алкоголизма и наркомании усматривает в специфическом действии на организм самого алкоголя или наркотика. Согласно этой концепции, людей разделяют на «алкоголеустойчивых» и «наркоустойчивых», «алкоголенеустойчивых» и «нарконеустойчивых».

• Адренохромная концепция. Пристрастие к алкоголю и наркотикам объясняет нарушениями катехоламинового обмена, приводящими к постоянному психическому напряжению. Психическая напряженность зависит от соотношения в организме адреналина и продуктов его распада – адренохрома и адренолютина, а также предшественников, то есть чем больше в организме адреналина и меньше его метаболитов, тем сильнее выражено напряжение.

• Эндокринопатическая концепция. Сводится к тому, что у лиц, предрасположенных к алкоголизму или наркомании, имеет место первичная слабость эндокринной системы и для адекватных эмоциональных реакций необходима ее постоянная искусственная стимуляция, особенно в экстремальных условиях. Алкоголь и наркотики, являясь такими стимуляторами и воздействуя на гипофиз, активируют эндокринную систему и, таким образом, облегчают выход личности из ситуации.

• Психопатологическая концепция. Подчеркивает роль психических (преимущественно характерологических) особенностей личности в этиологии алкоголизма и наркомании.

• Биоэнергетическая концепция. Исходит из того, что алкоголь и токсиканты действуют прежде всего на водно-ионную структуру организма, нарушая ее стабильность. При хронической интоксикации возникает патологическая архитектоника водно-ионных систем с резонансной спектральной памятью. Резонансная настройка биоэнергетической системы требует постоянного употребления алкоголя и наркотиков, что приводит к потере устойчивости биоэнергетических структур организма человека и физической зависимости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.