Жизнь
Сергей Сергеевич Федоров

Варвара Тиунова Редактор

Варвара Тиунова Корректор

© Сергей Сергеевич Федоров, 2018

ISBN 978-5-4490-3935-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Благодарности

Этот сборник не увидел бы свет без помощи, советов и поддержки многих людей, но именно нескольким из них я хотел бы выразить отдельную благодарность.

Варваре Тиуновой за показанный профессионализм в деле редактуры и корректуры этого сборника, Екатерине Ягодкиной за то, что подтолкнула меня к осуществлению моей давней мечты, а также за максимальную помощь в её осуществлении, Анне Ягодкиной за помощь в составлении макета и за порядок вещей в моей голове, моей Маме за терпение и поддержку моих ипохондрических выходок и просто за то, что она дала мне шанс появиться в этом мире и исполнить свое предназначение, моей любимой сестре Александре Ждановой за то, что не давала мне сдаться, отцу за понимание, Саше Буслову («Адаптация Пчёл») и Денису («Луперкаль») за использование строк из их творчества.

И господу Богу, за все преподнесённые испытания в жизни.

Остальные, я думаю, и сами увидят себя в этих строках.

Поезд

Жизнь – это поездка: никогда не знаешь, когда наступит твоя конечная станция. (с)

Раннее утро. Ночь еще не успела уйти в забвение и делит с утром свою постель. На небе гаснут звезды. Целой жизни не хватит, чтобы описать всю эту поэзию.

Я стою на платформе. Скоро подъедет поезд, который увезёт меня в мир неизведанного. На платформе только я один. Чувствую легкую пустоту в голове. Стою, выдыхаю утренний воздух и как обычно делю свою жизнь в голове на «до» и «после». Липкий туман окутывает всё вокруг.

Иногда мне кажется, что вокруг меня происходит достаточно много явлений, в которых я бы мог найти что-то необычное в своей жизни, но мой разум, словно боясь сойти с ума, ставит блокировку. И в этот момент между мной и чемто необычным появляется туман, словно стена, которая разделяет меня и что-то неизведанное. В наушниках играет что-то неразборчивое. Множество голосов говорят, как один, на языке, который я никогда не узнаю. На заднем плане – эффект Доплера. Я чувствую вибрацию под ногами, что предвещает приближение поезда.

Из тумана начинает постепенно вырисовываться голова поезда. Я роюсь в карманах, пытаюсь найти свой билет, но понимаю, что у меня его нет. Поезд подъезжает к платформе, медленно останавливается. Из окон вагонов на меня смотрят люди с улыбкой. И вот, поезд остановился.

– Молодой человек, Вы заходите? – спрашивает у меня проводник.

Я пожимаю плечами, и в этот момент он понимает, что билета у меня нет. Но, к моему величайшему удивлению, он коротко сообщает мне:

– Билет Вам не понадобится.

Я не стал спрашивать, в чем причина, и молча зашел в поезд. Проводник дружелюбно проводил меня до моего вагона. Вагон был пуст, любая из полок была моя.

– Если что понадобится – обращайтесь, – сказал проводник и закрыл за собой дверь.

Я достал тетрадь из сумки, начал было записывать свои размышления об этом странном поезде, но мысли путались, и я отложил тетрадь в сторону.

Поезд тронулся, пейзаж начал меняться. За окном мелькали поля, деревья. Я попытался мысленно слиться с природой за окном, как вдруг в дверь постучали.

– Войдите.

Это был проводник.

– Не хотите ли чаю?

Я кивнул в ответ. Проводник скрылся за дверью и через несколько минут вернулся с большим стаканом чая. Тот самый граненый стакан с железной подставкой, который я видел в старых фильмах в детстве.

– Позволите присесть? – спросил проводник.

Я поблагодарил его за чай и сказал, что это очень странно – спрашивать у меня разрешения, если он любезно впустил меня в поезд без билета и денег.

Тот сел, улыбнулся и произнес:

– В этом поезде нет никого, у кого был бы билет. Странно, что Вы не заметили, что многие люди улыбались, пока Вы стояли на платформе, и пытались с надеждой достать из кармана тот самый билет.

Я ответил, что четко помню, как покупал билет в кассе железнодорожного вокзала. Помню, что положил его в левый карман, а затем не обнаружил его.

Первой мыслью было то, что это просто какой-то розыгрыш. Не бывает бесплатных поездов в нашей стране, да и вообще я сомневаюсь, что где-либо в мире есть поезда, которыми люди едут куда-то бесплатно.

Проводник прервал паузу в разговоре:

– Вы знаете, куда едете?

И в эту секунду я понял, что мои мысли обретают какую-то реальную форму. Попытался вспомнить, до какой станции я покупал билет, но не смог. Дрожь прошла по телу, чувство неизвестности пыталось превратиться в страх, но до этого не дошло. – Я умер?

– Разве это похоже на смерть? – в ответ спросил у меня проводник.

Я пожал плечами. Разницы между тем моментом, когда я «жил» и когда «умер» не чувствовалось. Все происходило практически одинаково. По моему мнению, я был материален, мог чувствовать эмоции, мыслить, записывать в свою старую тетрадь заметки. Все происходило так же, как и при жизни, за исключением того, что я больше не чувствовал болей в голове и теле. До этого момента, меня постоянно посещали головные боли. Я чувствовал себя человеком с карикатуры Джорджа Крукшенка. С той самой, где черти бьют человека по голове всеми подручными средствами, кричат ему в уши и вкручивают штопор в голову. Но к моему счастью, я больше этого не чувствовал.

– Знаете, молодой человек, то, что сейчас происходит с Вами, сложно назвать смертью, но и жизнью это тоже не назовешь. Как бы Вам так привести пример? Слышали о том, как Харон перевозил мёртвые души через реку?

В ответ я кивнул головой.

– Не пугайтесь! Мы не едем в подземный мир, да и обол я у Вас в качестве оплаты не взял. Вы сейчас находитесь в состоянии между своей прежней жизнью и новой, к которой мы приближаемся…

Я перебил его, возмутился и сказал, что моё тело все еще при мне, и я могу думать, а значит, моя голова все еще находится у меня на плечах. В ответ он рассмеялся:

– Почему все каждый раз говорят практически одно и то же?! Вы ведь должны были понять, что мысли посещают далеко не вашу голову, Ваши мысли исходят отсюда, – он указал пальцем на солнечное сплетение, – а Ваше тело при вас, потому что Вы привыкли видеть себя и окружающих такими. Попробуйте вспомнить, что Вы делали последние часы перед тем, как оказались тут.

Я попытался восстановить хронологию событий, но раньше того момента, как я оказался на платформе поезда, я ничего вспомнить не мог.

– Вот и я о том же. Ваши воспоминания остались в том мире, где Вы находились раньше, а сюда Вам разрешили взять только то, что Вам искренне хотелось.

– Кто разрешил? – удивился я.

– Начальник поезда, – улыбнулся прово-дник.

Я спросил, могу ли я с ним встретиться. Проводник ответил, что все с ним встречаются на конечной станции, а сейчас тот занят.

Я начал понимать, что если бы я правда думал мозгом, то он бы треснул вместе с черепной коробкой, не выдержав всего происходящего, но этого не случилось. Во мне будто сняли занавес и показали, что происходит на самом деле. Я начал думать о том, что, возможно, и поезда никакого нет. Просто всю жизнь я так любил ездить на поездах, что и после смерти мне кажется, что я еду на поезде, а когда осознаю, что происходит на самом деле, увижу нечто другое. Но с другой стороны, эта обстановка было очень приятной для меня. Всё же лучше, чем быть меланхоликом. Моя меланхолия утратилась в прошествии времени и реальности. Я утратил лишний мусор своего сознания и оставил только необходимое.

– Если будет что-то ещё интересно, обращай-тесь, – сказал проводник и оставил меня.

Мне действительно сейчас нужно побыть одному, хотя на секунду показалось, что я и так один, а все, что появляется вокруг – это реальность, которую я придумываю сам себе. Возможно, все, что происходит со мной, я уже понимал, просто нужно было, чтобы все моё осознание произошло в естественной среде.

Я достал тетрадь, попытался прочитать свои старые заметки, но вдруг понял, что содержание изменилось.

В тех местах, где я упоминал о событиях своей жизни, были пробелы, но кое-что я всё-таки нашел. Это была история о том, как прошлой осенью я прогуливался по парку и увидел надпись, вырезанную на дереве. Надпись была отрывком из стиха Иосифа Бродского: «…но забыть одну жизнь – человеку нужна, как минимум, еще одна жизнь. И я эту долю прожил».

Этот отрывок запал мне в душу, но я не мог вспомнить почему. Поезд все ехал и ехал, панорама за окном менялась. Я чувствовал приближение конечной станции, медленно пил чай, записывая эту историю в тетрадь, и повторял, словно причудливую мантру: «Но забыть одну жизнь – человеку нужна, как минимум, еще одна жизнь.

И я эту долю прожил».

Ом, как начало

Бескрайнее путешествие в пучины своего мира. В ночном небе облако – кусок паззла, из которого ты собираешь сотни образов. Картинка меняется, происходит синхронизация между тобой и иным миром, в котором ты вновь и вновь находишь что-то новое для себя.

И все это далеко не фантазия. Все, что происходит в твоем внутреннем согласии и конфликте есть реальность. Ты можешь создать в себе любой мир, какой только можно представить, и если ты поверишь в него, то он станет реальностью. Реальность сама по себе – это зеркало твоего отражения: образы, мысли, формы, ощущения. Ведь не зря мы встречаем людей из своих самых жутких фантазий и видим нечто прекрасное там, где никогда этого ранее не замечали.

Наши границы условны. Человек способен на все, и тому нет предела, единственная граница – он сам. Говоря более простым языком – это сомнения, но они лишь искажают реальность. Кривые зеркала рухнут, как стены, и тогда мир увидится таким, каким невозможно было представить его раньше.

Не стоит бояться времени, оно может стать союзником в нашем пути. С ним нужно дружить, правильно распоряжаться и не сожалеть о том, что оно потеряно. Тогда мы успеем все, к чему идем, а если даже и нет, то за нас доделают последователи нашей идеи. Хотя… Кто во что верит. Быть может, мы вернемся сюда в другой оболочке, чтобы закончить начатое. Ведь никогда не знаешь, что придёт завтра: следующее утро или следующая жизнь.

19.09.16

Жизнь

На что жизнь моя делится?
Порция на чай, часть на творчество,
Несколько минут на путешествие, секунда на осознание.
Между слоями одиночества —
причина и следствие.
Мгновение на любовь,
Затем разочарование,
Срыв и расставание,
Изгнание,
Затем снова любовь,
И так до бесконечности,
Словно часы песочные
Сыпятся в вечности.

Тому, кто космос повидал

Он покинул Землю несколько лет назад. Помню его лицо, оно было наполнено предвкушением нового, неизведанного. Я подарил ему талисман – камень, найденный мною в горах, название которого так и не смог узнать. Он всегда мечтал о том, чтобы сделать для мира что-то важное, но внутри себя я понимал, что он всего лишь хочет покинуть Землю. Всю свою сознательную жизнь он изучал историю космоса, физически и морально готовился к этому событию, и вот час пробил.

Он крепко пожал мне руку и обнял. Затем улыбнулся и сказал: «До скорой встречи». Я понимал, что эта наша встреча была последней.

«В глазах огонь, а на душе тоска», – промелькнула мысль в моей голове. «Он мой брат и навсегда останется им», – напишу я в своем блоге после официального заявления о его смерти.

После нескольких лет в открытом космосе его корабль исчез. В одно весеннее утро корабль просто испарился с радаров. И ни один спутник не мог его обнаружить, словно его поглотила чёрная дыра. Вначале все подумали, что он попал под метеоритный дождь, но все предположения не подтверждались. Поиски продолжались несколько месяцев, а затем был официально объявлен траур.

Спустя некоторое время его корабль найдут пустым, вернут на Землю, годами будут изучать и приводить тысячи теорий того, что могло случиться на самом деле. Ведь корабль был в полной исправности и никаких признаков того, что могло заставить его выйти в открытый космос не будет обнаружено. Еще через год мне отдадут его записку, в которой он передает привет всему миру и просит простить его за то, что ему пришлось исчезнуть.

Один из писателей опубликует рассказ о нем под названием «Потерянный в космосе». Газеты разделятся на два лагеря: одни будут писать о самом первом «самоубийстве вне планеты», другие назовут это первой загадочной историей исчезновения человека в космическом пространстве.

Я единственный, кто знает, что он еще жив. Несколько дней назад он приходил ко мне во сне, рассказывал о неизведанных мирах, о том, что ожидает наш мир спустя несколько тысяч лет и о том, как в космосе холодно.

Я сам не верил в это, пока не обнаружил тот самый зеленый камень у себя на подушке утром.

Открытый космос

– Доложите обстановку, – прошипел голос в приёмнике.

– Обстановка нормальная, состояние жизне-обеспечения стабильное, – отрапортовал я в приёмник.

В иллюминаторе, посреди чёрной мглы, виднелась голубая планета. Я в космосе. Немного кружилась голова от происходящего, но я старался не обращать на это внимания, нужно было готовиться к стыковке с орбитальной станицей.

– Расчётное время до стыковки с орбиталь-ной станцией: семь минут, – снова раздался электронный голос в бортовом компьютере. Мой челнок приближался к объекту огромной величины – богом забытая станция, запущенная лет десять назад для изучения магнитных аномалий в космосе.

От размеров ОС захватывало дух. Она, скорее, походила на корабль из какого-нибудь фантастического фильма. Невообразимая, сложная конструкция висела в бесконечно темном пространстве. Нагромождение металла, отсеков и ответвлений.

– Стыковка через две минуты.

В голове всплыл фрагмент из лекции по космонавтике: «…процессу стыковки предшествует дальнее сближение, затем ближнее, следом начинается, собственно, стыковка. Специальные выступающие элементы стыковочных агрегатов входят в механическое зацепление, после чего начинается стягивание объектов, по окончании которого происходит сцепка замков. В этот момент электро- и гидроразъёмы уже соединены. Далее производится проверка герметичности стыка, затем можно открыть люки и переходить из объекта в объект».

Я барабанил по панели управления как пианист по клавишам. Мой корабль вплотную причалил к станции, я почувствовал лёгкий толчок. В глубине конструкций послышался механический гул соединения гидроразъёмов, и началась проверка герметичности стыка. Загорелся красный свет.

– Доложите статус, – приказал голос из при-ёмника.

– Стыковка прошла успешно, но стык не гер-метичен. Повторяю, стык не герметичен. Ожидаю приказов, – медленно пробормотал я.

– Вы в порядке? – спросил голос.

– Как в самолете, – пошутил я.

– Используйте скафандр, вам придется прой-ти через космическое пространство.

Надев скафандр, я включил максимальную подачу кислорода и вышел на мост станции. В этот момент пришло осознание, что я нахожусь в открытом космосе. Это было так странно, как будто выйти холодным вечером на прогулку и пройти через мост, смотря вверх на звёзды. Я на секунду остановился и посмотрел куда-то вперёд сквозь миллионы звезд. Меня тут же окружила космическая пустота, но, собравшись с силами, я двинулся дальше. Я произвел замыкания в люках, ведущих внутрь. И в этот момент начал понимать, что она только на вид смотрелась как новая: все системы защиты работали по своему желанию, внутри станции все выглядело как на заброшенном морском судне, корабле-призраке. Всё лежало так, будто та группа людей, что находилась на этой станции, просто отошла на перекур.

Я пошел в следующий отсек. Как ни странно, в нем работала система гравитации. Я приятно удивился, когда обнаружил, что все системы жизнеобеспечения в порядке. Можно снять тяжелый скафандр и приступить к главной задаче. Все оборудование было практически в идеальном состоянии. Используя передатчик, я попытался настроить его на волну командного центра на Земле.

– Земля двадцать один, как слышно?

– Адам, слышим вас хорошо, как обстановка на станции?

– Система работоспособна, можно присту-пать к заданию.

– Включите систему обнаружения космиче-ских объектов и после передайте нам снимки для изучения.

– Вас понял.

Я начал копаться в бортовом компьютере станции: станция была создана для изучения магнитных аномалий, команда состояла из шести человек. Также я нашел странные записи о какой-то планете, в документах она была названа как Предвестник Марса. В одной из папок я нашёл видеозапись. В ней было записано видеообращение одного из членов команды, он рассказывал о своих исследованиях и о том, что планета выжигает всё на своем пути. В конце видео он прочитал молитву, и экран погас. Мне стало как-то не по себе. Я передал видео в центр. Ответа не следовало довольно долго. В тот момент, когда я уже было подумал о том, что потерял связь с Землёй, в динамиках раздался треск и беспокойный голос командующего:

– Вы должны немедленно включить систему обнаружения и назвать координаты этой планеты.

– Уже включил, передаю координаты, – от-ветил я.

Немного подумав, я спросил у них: «А где же все-таки команда? Вы соврали об эвакуации».

Наступила пауза. В этот момент я услышал тишину космоса, медленно, но верно, в душу закрадывалась паника.

– Группа не долетела до Земли, – прозвучал ответ. – Челнок потерял курс и сгорел на Солнце.

Я представил в голове всю эту картину, по моему телу прошла дрожь.

Система засекла планету, и я передал координаты.

– Ваше задание выполнено, нужно покинуть станцию, хотя и на Землю Вам не стоит возвращаться, – произнес голос, и сигнал пропал.

Интересно, что он имел в виду? Я снова залез в тяжелое одеяние и направился в сторону выхода, но дверь не открывалась. Я попытался открыть её с помощью замыкания, но ничего не выходило. Попытки связаться с базой были неудачны. Я был заперт в огромной комнате с главным бортовым компьютером. Он и был единственным источником связи с внешним миром, точнее, с глубинами космоса. Я попытался настроить связь с Землёй через него, но каждый раз выходила ошибка. Я начал впадать в отчаяние. И тут я решил просмотреть самостоятельно координаты той планеты, чтобы понять, о чем говорило командование.

Когда я расшифровал записи, то был поражен. Планета находилась примерно в месяце от Земли. Единственное, что меня радовало в этой ситуации, что припасов и психики у меня хватило бы от силы на неделю. Но все случилось совсем не так, как должно было быть. Или компьютер ошибся в вычислениях, или для меня в космосе время шло так быстро, что мое тело отказывалось воспринимать его.

Я смог настроить видеосвязь с самым дальним спутником Земли и увидел, как огромная красная планета приближалась к земному шару со скоростью, которую не могла бы осилить даже Звезда Смерти Лукаса. Еще пара минут, и Земля слилась с Марсом в единое целое, словно две пули, попавшие друг в друга. Я даже не мог представить, что почувствовали все люди в этот момент, если они вообще смогли это почувствовать. Я всё ещё стоял перед монитором. Теперь я понял, почему мой позывной Адам. Я был первым и, возможно, последним живым существом в космосе, а может и во всей Вечности. Открытый космос будто звал меня с собой, но я оставался на том же самом месте с ощущением вечного одиночества.

Последняя запись в бортовом компьютере: «Моё одиночество подходит к концу. Я смог разблокировать дверь, ухожу в открытый космос».

Вальс

«После победы над пространством остаётся только Здесь.

А после победы над временем – только Сейчас».

Комната покрыта пылью. Сколько секретов она хранила, сколько чувств и в то же время тишины. Книги лежат на полке. Я беру в руки каждую и погружаюсь в былые времена, окунаюсь в чужие миры, проживаю каждую жизнь, но возрождаюсь в новых строках.

Жизнь порой кажется настолько короткой, что мы прекращаем обращать на это внимание. Движение – это жизнь, сказал когда-то Аристотель. Но иногда нужно остановиться, посмотреть вокруг себя и понять, куда же мы всё-таки идём.

Скоротечность событий, пороки и мораль. Для меня все эти определения переплелись в одной композиции медленного вальса, неизвестного никому автора. В ней есть капля грусти и в то же время счастья. Я бы мог назвать это жизнью одного человека, но с каждым разом понимаю, что эта музыка является неотъемлемой частью всего человечества. Каждый из нас радуется чему-то, грустит, борется с собой и проигрывает, любит и умирает… И так до последнего вздоха.

Мы танцуем этот медленный вальс с каждым человеком, которого способны полюбить, а затем, когда он уходит, мы танцуем его одни. Лишь изредка, во снах, мы возвращаемся в то потерянное время, берём за руку и уходим в ночное небо, жадно ловим его запах, понимая, что все это растворится с лучами утреннего рассвета. Над нами ярко светит луна, и звезды, словно миллионы страз, превращают эту ночь во что-то сказочное, в то, что у нас отняли в борьбе за счастье. А может это миллионы глаз, которые бесстыдно подглядывают за нами, неважно. Важно только Здесь и Сейчас.

Вся наша жизнь это один большой вальс. Мы меняем партнёров один за другим, пока не найдём того, с кем сможем преодолевать эти виражи. Мы поймём это, когда наши сердца начнут биться в унисон, и тогда мы услышим истинную мелодию этого вальса. И все лица вокруг угаснут, словно мертвые звезды. –

В смену долгой ночи приходит рассвет. Как же я люблю просыпаться от солнечных лучей! Как будто мне снова пять лет, и моя жизнь находится практически на старте. Кажется, что через несколько минут в комнату зайдет сестра, выкинет в мою сторону глупую шутку, я посмеюсь вместе с ней, а затем мы пойдем завтракать. Родители будут молоды и вдохновлены надеждой на светлое будущее.

Вы понимаете, о чем я? Их надежда – это мы. Каждый родитель, наверное, рано или поздно задумывается о том, что его ребёнок может достичь намного больше, чем он сам, и внутри души он всегда радуется и надеется на то, что мы сделаем это. Я всегда ценил эту позицию, ведь даже если их нет рядом, они смотрят на нас и радуются каждому нашему достижению, а значит это всё не зря. Конечно, я не мог бы уверенно сказать, что пошел по тому пути, но я прекрасно знаю, что рано или поздно найду своё истинное предназначение в этом коротком отрезке бесконечной жизни. Просто почувствую, что делаю все правильно и двигаюсь в правильном направлении.

Еще несколько минут, и мои размышления отправятся к Вам, а я вновь приду в свое привычное состояние, очнусь где-то на стуле, дописывая это всё. Вальс доиграет и наступит тишина. Иногда она очень нужна, поверьте.

Приношу извинения, если Вам вдруг покажется, что автор пишет что-то беспорядочное, но автор действительно видит в этом порядок своих мыслей.

В свободном падении

Я разбиваюсь в свободном падении.
 Моя жизнь всего лишь временна,
и песок течет сквозь пальцы,
А я все так же день за днем переживаю
всю боль и ненастья.
Насытиться бы счастьем и жизнью смертной,
Изменить свой состав и стать бессмертным.
Солнце все так же светит над моей головой
кровавым блеском,
И где же она?
Моя призрачная невеста,
подруга этих тёплых дней.
Все так же скалится очень и пускает желчь.
Хочется её обесточить, но уже не очень.
Ночь накрывает меня миллиардами звёзд,
и луна тускло освещает мой путь.
Наша жизнь – это вспышка и темнота,
не забудь —
На мне лишь шкура волчья.
Я пускаю дым в небо, и я не знаю
каким я буду этой ночью.

День, когда все сломалось

И вот, в моей жизни наступил тот самый момент, когда все сломалось. Будильник, наручные часы, телефон и что-то внутри меня.

Помню, как свет утреннего солнца заставил открыть глаза и вновь взглянуть на мир, в котором прожито ни больше, ни меньше – четверть века. Защищаться от подобного я не был в силах, так как за несколько лет проживания в этой комнате так и не успел обзавестись шторами. Утренний свет наполнял мою комнату и каждую клетку пространства.

Жизнь меня вполне устраивала: хорошая музыка, крепкий и ароматный кофе, ежедневные походы в душ и несколько женщин, встречи с которыми у меня были распланированы по дням недели. Иногда я даже в шутку давал им такие имена, как «Анна Четверг» и так далее. Работа последние несколько месяцев не приносила особой радости, но все это компенсировала хорошая зарплата, которая помогала забыть о том, что я занимаюсь не тем, чем должен. Хотя понять, чем я должен заниматься, я так пока и не смог. Впрочем, я получал небольшую известность и скромный гонорар за публикацию коротких рассказов в местном журнале. Проведя пару десятков минут в душе, я отправился на кухню. Бодрящий аромат утреннего кофе. Хорошо прожарен, улучшает цвет лица.

Выйдя на балкон, еле сдержал себя, чтобы не выкурить сигарету. Курить я бросил уже более полугода назад, но сигареты держал при себе, чтобы убедить свой разум в том, что мы уже покурили. Медленно сделав пару затяжек свежего воздуха в лёгкие, я отправился на работу.

Несколько станций метро, пару километров пешком – и вот, я уже сижу за своим рабочим местом, составляю отчеты о продажах и параллельно договариваюсь о встрече с новой знакомой.

Так как в жизни я довольно замкнутый и стеснительный человек, первое время мне было очень тяжело знакомиться с противоположным полом, но, живя в 21-м веке, я открыл для себя форумы по интересам, сайты знакомств и прочие возможности. Интернет – это самое величайшее и в то же время самое ужасное открытие человечества. С одной стороны, это огромные возможности, бесконечные потоки информации, но с другой – это верный путь убить всё живое общение, не понять чувства и эмоции человека на том конце всемирной паутины. Способ стать кем-то или просто никем. Мои правила были всегда просты: я говорил о себе только правду.

Неважно какую правду, неважно кому и даже неважно как. Правила трех Н или трех К, смотря как взглянуть на это все со стороны. Я не любил лгать о себе.

В наше время найти человека с общими интересами не так уж и сложно. Главное любить кошек, спорт, музыку или книги. Если захотите привлечь собеседника, то можете смело писать именно об этом, не ошибетесь. Чтобы произвести правильное впечатление, я никогда не звал девушек сразу к себе домой. Для начала я приглашал их на прогулку, переходящую в легкий ужин. В этот вечер все происходило именно так.

Мы сидели на веранде летнего ресторана, пили вино и разговаривали о музыке. Она была очаровательна: карие глаза, на вид хрупкая, но с довольно сильной энергетикой, которая окутывала все вокруг нас. Я на секунду подумал о том, что хочу ощутить всю беспощадную мощь её энергии на себе.

Она предпочитала джаз, рассказывала о творческих вечерах в местных клубах. Мне же импонировали Radiohead – единственная группа в моей жизни, под которую происходили самые грустные и счастливые события. Мне очень нравились звуковые эксперименты, поставленные в каждом альбоме, словно ты слышишь абсолютно разные группы с одним вокалистом. Я бы мог это сравнить с кинокартинами, в которых участвовал Такеши Китано. Одно лицо, но абсолютно разный внутренний мир, невероятная многогранность исходной личности.

Я медленно вкушал вино, смотрел в её глаза и думал о том, кто из нас сделает следующий шаг. Над нами воцарялось ночное небо и знаете, это было прекрасно.

– Быть может, мы продолжим наш разговор в более уединённом месте? —оборвав минутную тишину, произнесла она.

Кивнув головой, я позвал официанта и попросил у него счет. Через некоторое время мы уже ехали в такси сквозь ночной город. Неоновые огни и витрины манили к себе, фонари тускло освещали улицы. А я все пытался понять, почему меня так манит к ней, мысленно осознавая, что я давно не ощущал ничего подобного. Её запах можно было сравнить с ночным воздухом, со вкусом несбывшихся надежд, минутной эйфорией и бесконечным ожиданием перемен c горьким вкусом вечности.

Мы лежали в постели абсолютно нагие, без всякого стыда и чувства совести, оставив все маски и лишние слова. Я гладил её волосы, смотрел ей в глаза и медленно утопал в них.

Она была намного прекраснее тех, кто был до неё. Конечно, их всех что-то отличало между собой, возможно это было мое восприятие, но в ней отличий было больше, чем в ком-то ещё. Каждая женщина, приходя в вашу жизнь, вымещает всё, что было до неё, и заполняет каждую клетку вашего пространства собой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.