Дороги, которые нас выбирают
Хроники смежных миров
Яна Павловская

Иллюстратор Marina Morro

Корректор Наталья Афонина

© Яна Павловская, 2023

© Marina Morro, иллюстрации, 2023

ISBN 978-5-4490-9676-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

…я равнодушно смотрела на то, как в белом пламени догорает её сила, хотя многое готова была отдать, чтобы этого не видеть. Это плата за дар – нельзя отвернуться. Нельзя закрыть глаза. Что бы ты ни сделала, ты всё равно будешь ВИДЕТЬ… Видеть неизбывную ярость в глазах изгоняемой тобой твари. У неё нет тела – оно не может болеть, у неё нет души – она не может страдать. У неё есть лишь разум, и этот разум есть ненависть ко всему сущему…

Глава 1

Раньше мне нравилось думать, что у человека всегда есть право выбора. Что бы ни происходило вокруг, какими бы сложными ни казались обстоятельства – всегда есть что-то, что ты можешь изменить. Так я считала. Пока в один из самых обычных дней время не затянуло на моей шее петлю, вовлекая в поток давно предопределённых событий, о которых я, разумеется, не имела ни малейшего понятия. Это заставило меня понять одну очень простую истину – есть мысли, ситуации и решения, которых не избежать.

То утро, как и все другие в последние десять лет моей жизни, началось непростительно рано. Я бы с радостью добавила сюда пару эпитетов, в красках описала восход солнца и то, как новый день несёт новые надежды, но, пожалуй, для этого нужно, чтобы в комнате, как минимум, были окна. Увы. Вместо них в моём распоряжении имелись тускло мерцающие лампы, а вместо восхода солнца – беспощадная ментальная побудка, одна на весь этаж. В списке жгучих утренних желаний традиционно лидировала чашечка крепкого кофе, но и здесь мне ожидаемо не везло – завтракать до утренней тренировки было запрещено, и обмануть наших не в меру принципиальных кураторов пока ни у кого не получалось. Пробежка, тренировка, спарринг с одним из Мастеров – всё это стало частью заунывного ежедневного ритуала, исполняемого мною добросовестно и совершенно механически. Движения давно впитались в мышечную память, удары были точными, а блоки заученными до уровня рефлексов.

– Сава, ты сегодня удивительно не в форме, – с усмешкой проворковал невысокий гибкий брюнет, битый час гонявший меня по татами.

– Прости, Арти, – усмехнулась я, доставая его самым кончиком палки для ближнего боя. – Не выспалась.

– У нежити прощения просить будешь, – Мастер легко блокировал мой выпад и в шутку приложил палкой плашмя по ягодицам. – Соберись!

Раздражённо тряхнув головой в тщетной попытке убрать с лица липкие от пота, выбившиеся пряди волос, я честно постаралась взять себя в руки. Выровняла дыхание, сосредоточенно отработала с Мастером несколько стандартных связок и даже смогла блокировать его импровизацию, бывшую по сути своей хулиганством чистой воды и грозившую мне россыпью живописных синяков пониже спины. Однако неприятное, ни на чём конкретном не основанное чувство надвигающейся опасности категорически не хотело меня покидать. В тот день оно проснулось вместе со мной, вцепилось в сознание цепкими коготками и сопровождало повсюду: спустилось по моим следам в зал для тренировок, назойливо кружило рядом на треке, вместе со мной отражало удары Арти. Едкая тревога наотрез отказалась растворяться под горячими струями воды в душевой и, в конечном итоге, вернулась в спальню вместе с хозяйкой.

Я окинула быстрым взглядом начисто убранную комнату и, раскатав на полу потертый коврик, привычно расположилась в центре спальни, занимая медитативную позу. До получения сегодняшних назначений ещё оставалось время, и я хотела потратить его с пользой, попытавшись навести хоть какой-то порядок в клубке запутавшихся мыслей.

В последнее время со мной происходило что-то странное. Ну, то есть странное при моей работе зачастую происходило по несколько раз на дню, но, как правило, это не затрагивало моё внутреннее состояние. Что же было не так сейчас? В течение последних семи лет я возглавляла группу специального реагирования в организации, скромно именуемой Обитель Времени. Я была бойцом – обученным и натренированным. Мне доводилось сражаться с существами настолько омерзительными, что в первое время после каждого задания я по несколько часов проводила в уборной, старательно избавляясь от всего, что было съедено за последние сутки. Со временем я научилась справляться с тошнотой, а позже и вовсе перестала позволять происходящему вокруг затрагивать мой разум. Моя работа по сути была проста: я получала список целей, в соответствии с этим списком либо их уничтожала, либо доставляла в Обитель, ставила свою подпись в низу исполненного предписания и отправлялась отдыхать. Моя нервная система очень давно приспособилась к такому образу жизни, а значит, банальный срыв или нарушение психики можно исключить – ничего слишком уж необычного в последнее время со мной не случалось. Что же ещё?…

В моей группе, помимо меня, служили два агента, и, как только мы покидали стены Обители с очередной миссией, их жизни переходили под мою ответственность целиком и полностью. Если говорить проще – в мои обязанности входило не только уничтожение обозначенного объекта, но и сохранение жизни и здоровья моих подчинённых. Группа должна была вернуться в Обитель тем же составом, которым его покинула, и, если происходило иначе, то вина за это лежала исключительно на моих плечах. Однако состав нашей тройки оставался неизменным уже три года, и никаких неожиданностей в ближайшем будущем не предвиделось, а значит, и здесь причину моей тревоги искать не имело смысла.

Отношения с коллегами?.. Вряд ли. Половина из них считала, что Арти каким-то образом сумел натаскать меня на изоляцию нервной системы от стрессов; вторая попросту была уверена в том, что эти самые стрессы вытравили из меня всё человеческое, что когда-либо во мне было. Находились и те, кто был убеждён, что ничего человеческого не было во мне изначально, но говорили они это шёпотом и за глаза, так что я позволяла сплетням просто разрастаться в своё удовольствие, постепенно оплетая меня всё более плотным коконом тайн. Меня предпочитали обходить самой дальней дорогой, и это полностью соответствовало моим предпочтениям.

Я не могла назвать себя мнительной. Но, тем не менее, необъяснимое, неприятное предчувствие наотрез отказывалось меня покидать, изрядно нервируя и усложняя мне работу.

От попыток разложить проблему по полочкам меня отвлёк тактичный стук в дверь. Если бы это была Тали – эмпат из моей тройки и самая ближайшая моя подруга, – то стуком она бы себя утруждать не стала. А кроме неё в дневное время в мою личную комнату могли заявиться разве что Мастер Ойди или его подмастерье. Но Мастер тоже не отличался в отношении меня особенным тактом.

– Входи, Соли, – сказала я, чуть повысив голос и принимая вертикальное положение.

Дверь приоткрылась на пару сантиметров, но дальше дело не пошло.

– Дейна Савелия…

– Что? Сказала же – заходи.

– Ваш питомец… он… – девушка замялась. – Он меня сегодня не тронет?

Я страдальчески закатила глаза и, в пару шагов преодолев расстояние до двери, распахнула её настежь, в упор уставившись на сжавшуюся от страха миниатюрную девушку.

– Не тяни руки куда не надо, не обзывай моего оберега питомцем, и никто тебя не тронет. Заходи, сказала! Хватит дурью маяться.

Соли робко зашла в комнату, закрыв за собой дверь, и села за узкий стол, всё ещё опасливо озираясь по сторонам. Кажется, она от страха даже забыла зачем ко мне пришла, так что я попросту выдернула из её рук адресованную мне папку с документами и молча приступила к их изучению.

– Дейна Савелия…

– Ммм?

Верхние листы содержали стандартные характеристики предстоящей работы. Координаты смежного мира – это я сразу отложила для Влада – нашего Проводника и последнего члена команды, описание местности, карту природных потоков для Тали и, наконец, список утверждённых для зачистки объектов. Сегодня он был небольшим, и я лениво зевнула, размышляя над тем, стоит ли отправиться на задание прямо сейчас или для начала всё-таки сходить в столовую.

– …Мастер очень просил Вас не горячиться. В Обители сегодня важные гости.

Я непонимающе уставилась на подмастерье.

– По какому поводу не горячиться?… Здесь работы на пару часов от силы. Считай, что выходной дали. С чего это он так озаботился?

И без того бледная от природы, девушка по цвету сравнялась с выбеленной стеной и совсем тихо закончила:

– Там ещё один лист. Внизу. Вы не заметили.

Лист и вправду был. И действительно в самом низу.

Быстро пробежав по нему взглядом, я закрыла глаза и постаралась дышать как можно медленнее.

Комнату затопил ультрамарин. Сквозь смеженные веки я видела это абсолютно отчётливо. Для Соли этот цвет ассоциировался со страхом, а потому её аура в моменты испуга окрашивалась в густую палитру синего.

– Дейна…

– Помолчи.

Лазурь расходилась от ауры подмастерья волнами и вязла в матово-серой паутине защитного плетения Обители. Зеленоватый купол охранки, светло-бежевые узлы маячков, оставленные для гончих на случай крайней необходимости. Полупрозрачные красные тени, пляшущие по стенам спальни – отражения моей собственной ауры, окутанной сейчас злостью и непониманием.

– Иль.

Имя своего оберега я не сказала – скорее выдохнула, но он услышал и пришёл, как и всегда, когда был мне нужен. Облако серого тумана мягко подкатилось к моим ногам и, приняв привычную форму низенького, покрытого густой серебристой шерстью, существа, склонилось в уважительном поклоне.

– Слушаю, хозяйка.

– Проводи подмастерье в её комнату.

– Но, дейна, – Соли почти плакала, – мне нужно…

– В комнату! И чтобы рядом с кабинетом Ойди сегодня ноги твоей не было. Тебе ясно?

Иль посмотрел на девушку с предостережением, и она непроизвольно съёжилась на стуле, очевидно, хорошо помня о том, какие острые у него могут быть когти.

– Да, дейна, – ответила она совсем тихо. – Я поняла Вас.

Удовлетворенно кивнув, я вернула своё внимание оберегу, попутно натягивая рабочую кожанку.

– Как только проводишь, возвращайся сюда и никого не впускай, пока я не вернусь.

– Даже Мастера? – с сомнением уточнил Иль.

– Особенно его. Ты всё понял?

Оберег коротко кивнул.

– Конечно, хозяйка. Всё сделаю.

Убедившись, что Соли не собирается тревожить узлы охранки и не отправит Мастеру предупреждение о моих возможных планах, я сжала в руке листок переданного предписания и направилась прямиком к сердцу нашей Обители – кабинету Мастера Ойди. Мне срочно нужно было донести до непосредственного начальства светлую мысль о том, что оно не право со всех возможных сторон, и я очень не хотела, чтобы кто-нибудь мне в этом помешал.

…удлинившийся коготь существа медленно вспарывал прочную поверхность деревянного стола, оставляя за собой глубокую, ровную борозду… и Скроло стало действительно страшно. Он был уверен в своём самообладании и в том, что ни показал этого страха ни единым, даже самым незначительным, жестом, но его посетителю вовсе не нужны были слова или действия для того, чтобы знать, о чём думает Министр. Знать все его потаённые страхи, слышать, как мечутся в голове разрозненные, ожесточённые безвыходностью ситуации мысли… Чувствовать, какова его ярость на вкус.

Гость выразительно провёл языком по длинному, желтоватому клыку и облокотился на стол обеими руками, низко нависая над сидящим в кресле представителем Министерства.

– Так что же, Министр? – его голос был чуть сипловатым, а изменившейся гортани сложно давались слишком мягкие человеческие звуки. – Что я должен сказать Владыке? Вы ставите меня в очень неловкое положение.

– Советник, клянусь Вам, я…

Едва заметные бисеринки пота на лбу Скроло заставили существо улыбнуться – тепло, почти по-дружески.

– Чем клянётесь?

– Что?…

– Я спрашиваю, чем Вы готовы поклясться в своей верности нашему уговору? Хотя нет, не так. Правильнее будет спросить, что именно я готов от Вас принять вместе с этой клятвой. Быть может, Вашу жизнь?

Наплевав на всю свою выдержку, Министр нащупал в кармане рабочей мантии носовой платок и быстро промокнул им влажную от пота шею.

– Я не причастен к тому, в чём Вы меня обвиняете. То, о чём Вы просили, будет предоставлено в срок, и в полном объёме.

Небрежно присев на край стола, гость продолжал смотреть на Министра с неприкрытой брезгливостью. Этот человек был ему неприятен. Он вообще не любил людей за их мелочность и неспособность держать своё слово, но этот экземпляр… Он был просто омерзителен в своей изворотливости.

Подвинув свиток пергамента ближе к Министру, Советник положил ему на плечо тяжёлую шестипалую ладонь и легонько сжал. Хруст ломающейся кости в тишине кабинета прозвучал особенно отчётливо, и Скроло заскулил.

– Вашу подпись, Министр, – учтиво продолжило существо, всё еще крепко сжимая сломанное плечо. – И дату. По местному летосчислению, будьте любезны.

Взяв со стола длинное перо для чернил, мужчина быстро проколол им свой палец и, не глядя, поставил росчерк в нижнем углу свитка. Этот бой он проиграл сразу, как только пустил Советника Владыки на порог своего кабинета и позволил ему говорить. Глупо было сопротивляться.

– Уверяю, Советник, Ваши сомнения в моих словах и решениях совершенно беспочвенны, – Скроло не мог противиться тому выбору, что был ему навязан, но не попытаться хоть чуть-чуть ослабить удавку на собственной шее было бы в высшей степени глупо. – Я бы никогда себе не позволил вести игру с такими людьми, как Вы.

Улыбка существа стала совсем уж плотоядной, а между четырьмя рядами крупных, заострённых зубов мелькнул раздвоённый язык.

– Людьми?…

Рука, лежавшая на плече, на мгновение сжалась ещё крепче, подводя болевые ощущения к самой границе терпения, а потом отпустила и легко скользнула по мантии, будто бы стряхивая с неё незаметную для глаз пыль. Сломанные кости встали на место, и боль в ключице прошла. Только вот поводок, накинутый на шею Министра, остро врезался в кожу, доводя почти до удушья.

Так, словно он и в самом деле был сделан из острых шипов и стали, а не существовал только лишь в его воображении.

На последнем лестничном пролёте перед коридором, ведущим к кабинету Ойди, меня догнала Тали. Судя по её растрёпанному внешнему виду, эмпат уловила моё настроение через половину Обители и прилетела сюда чуть ли не на крыльях. Мне было ясно, почему она так торопится, но слушать её лекции желания не было.

– Сава!

Я перемахнула через три ступени, даже не обернувшись.

– Савелия!

Последняя лестница и дверь в коридор – потом останавливать меня будет уже бессмысленно. Кабинет Мастера имел одностороннюю звукоизоляцию, и в пределах рекреации наш разговор будет услышан в любом случае. Вряд ли Тали этого хотелось.

– Агент! Стоять!

Вот же… зараза лесная. Я замерла буквально на мгновение – просто выработанная долгими годами тренировок мышечная память, безусловная реакция на прямой приказ – но нимфе этого хватило. Ловко подцепив моё запястье и наладив физический контакт, она тут же выплеснула в моё сознание настоящее цунами из спокойствия, терпения и понимания ситуации. Я попыталась вывернуть кисть так, чтобы при этом не сломать руку нимфе, но её хватке сейчас позавидовал бы любой бойцовский пёс. Не то чтобы я не любила, когда меня успокаивают. Просто в исполнении эмпата это больше походило на принудительную инъекцию феназепама – спокойствие, конечно, приходит, но голова соображает хуже, мысли путаются, а временами даже сбивается координация.

– Тали! – я подарила подруге самый осуждающий взгляд, на который только была способна. – Тали, прекрати!

– Нет уж, – нимфа безжалостно дернула меня ближе к себе и тут же положила вторую ладонь на основание моей шеи для усиления эффекта. – Я не позволю тебе в очередной раз проштрафиться перед Мастером. Не знаю как вам с Владом, а мне совершенно не по душе просиживать целый лунный цикл в казарме штрафников. Там нет даже доступа к лесам! Это просто бесчеловечно с твоей стороны.

Собрав в кулак всё терпение, что у меня было и всё то, чем успела поделиться нимфа, я ответила максимально спокойно, открыто глядя в светло-серые, словно затянутые дымкой, глаза:

– Дорогая моя… Скажи, ты видела последнее предписание Мастера?

Тали отрицательно мотнула головой.

– Ещё нет.

– Ооо… – кажется, в моей улыбке проскользнуло плотоядное предвкушение, поскольку эмпат подобралась и насторожилась ещё больше. – Тогда прошу. Ознакомься.

Протянув девушке папку с документами свободной рукой, я вынудила её убрать по крайней мере ту ладонь, что была на моей шее. Дышать стало легче, а в голове прояснилось. Тали деловито выхватила у меня злополучный листок, быстро пробежалась по нему глазами и…

– Что за чёрт?!

Я улыбнулась уже во весь рот и легко освободила из захвата вторую руку.

– Всё ещё считаешь казармы для штрафников худшим, что может нас ожидать?

– Что за идиот это придумал?! Ойди никогда бы не составил подобный приказ! У него ещё есть голова на плечах!

Давно я не видела Тали настолько злой и растерянной одновременно. Несмотря на то, что чтение и передача эмоций были её спецификой, сама она старалась всегда придерживаться нейтральных волн. Отчасти чтобы не усложнять себе работу, а отчасти просто следуя выработанной привычке.

– Соли сказала, что в Обители сегодня гости, – задумчиво протянула я, – и очень не хотела, чтобы я шла к Мастеру. Ставлю на кон свои ассы, что Ойди сейчас принимает кого-то из Министерства. А может и выше – из самого Магистрата… Заставить Мастера подписать такую чушь мог только некто с чрезвычайно высоким положением. Ты так не думаешь?

В нехорошей тишине коридора мне почудился шелест расправляемых крыльев, но второе зрение ничего не уловило, и я выбросила это из головы.

– Чтож… – Тали стиснула зубы, а её радужки сверкнули лазурью. – Тогда давай пойдём и познакомимся.

Я ухмыльнулась, глядя на то, как нимфа поправляет непослушную гриву золотистых волос и одергивает деловой костюм-тройку. Сшит он был скорее на мужское плечо, но удивительно ей шёл, добавляя и без того хрупкому образу очаровательную нотку фривольности.

Следуя по коридору за торопливым цокотом каблучков моей разъярённой спутницы, я искренне сочувствовала тому, кто сегодня имел несчастье посетить Мастера. На лесную нимфу, служащую в Обители не по контракту, как все мы, а на волонтёрских началах, большая часть иерархических условностей не распространялась – если бы она захотела, то своим происхождением и опытом легко заткнула за пояс всё Министерство, если ни весь Магистрат. А потому в гневе она была действительно страшна.

– Тали. Савелия. Прошу, присоединяйтесь. Вы как нельзя кстати.

Переступив порог кабинета, мы только и могли, что ошалело озираться по сторонам, стараясь сохранить на лицах хоть какую-то видимость делового настроя. То, что ожидало нас за дверями личного кабинета Ойди, очевидно, было призвано внушать подчинённым священный трепет перед вышестоящими чинами.

За письменным столом, являвшим собой воплощение основательности и практичности, привычно сидел Мастер. Узловатые пальцы, машинально гонявшие по костяшкам плоское кольцо-амулет, цепкий взгляд слишком молодых для его возраста карих глаз, подрагивающий над верхней губой застарелый белёсый шрам, подсказывающий, что мужчина едва сдерживает улыбку – совершенно привычная, в общем, картина. Улыбался Мастер, правда, нечасто, но созерцание лесной нимфы, фурией влетевшей в его кабинет без единого намёка на стук или предупреждение, как видно, изрядно его повеселило.

А вот всё остальное, в отличие от вида наставника, привычным отнюдь не было.

Напротив Мастера, вольготно расположившись в глубоком кожаном кресле, сидел Министр Скроло. Один из самых высокопоставленных официальных лиц, когда-либо посещавших нашу Обитель. Отутюженная мантия серых цветов Министерства сидела на нём как влитая, а мелкие крысиные глазки за широкой оправой очков заставляли меня ежесекундно напоминать себе о том, что брезгливо морщиться в присутствии начальства, и тем более начальства начальства, – некультурно. За спиной Скроло стояла целая делегация советников и телохранителей, но их рассматривать я не стала принципиально – заявиться в кабинет Мастера с таким количеством личной охраны было со стороны Министра откровенным хамством и открытым недоверием к политике Ойди. Боясь, что эти мысли слишком уж отчётливо отразятся на моём лице, я зафиксировала взгляд на носках собственных сапог и, сложив руки за спиной по предписанной форме, отрапортовала максимально нейтральным тоном:

– Приветствую Вас, Министр Скроло. Надеюсь, Ваш путь был лёгким. Мы пришли с визитом к Мастеру Ойди. Разрешите обратиться?

Мужчина одобрительно улыбнулся и едва заметно кивнул.

– Обращайтесь, агент.

– Мастер, – я подняла взгляд на Ойди, – около получаса назад мне было передано предписание за вашей подписью. Мы с агентом Эл-Нан ознакомились с ним самым внимательнейшим образом, и у нас возник вопрос.

– Слушаю Вас, Савелия.

Мастер сощурил глаза в немом предупреждении, сосредоточенно глядя мне через плечо – туда, где стояла и с трудом сдерживала гнев Тали. Но откровенные намёки нашего наставника она предпочла проигнорировать. Нимфа сделала несколько шагов вперёд, уткнувшись бёдрами в край стола, и открыто озвучила наши общие мысли:

– Вы вообще прочитали то, что подписывали?

– Агент Эл-Нан, – Мастер встал и обошёл стол, остановившись в полуметре от эмпата, – будьте так любезны, сбавьте тон. Вы присутствуете на официальных переговорах, а не на дружеской встрече за кружкой эля.

– Сбавить тон?… – глаза Тали заискрились опасной голубизной, говорившей знающим людям о том, что живущая в нимфе магия готова вырваться на свободу в любой момент. – Вы, должно быть, забыли о том, что именно задолжали Обители моему народу? И о том, что было обещано нашей царье взамен её великодушия. А Вы, Министр? – Тали выглянула из-за плеча Ойди, легко находя взглядом высокопоставленного гостя. – Что скажете? Министерство всё ещё помнит о своих долгах? Или Вас так же отличает непозволительно короткая память?

Скроло улыбнулся – по-отечески тепло и на редкость фальшиво.

– Послушайте, агент… Разве Вас не отлучили от рода? С чего Вы взяли, что имеете право что-то от меня требовать?

Скинув руку Ойди со своего плеча, нимфа одним слитным, по-кошачьи грациозным движением, приблизилась к Министру. За ней стелился по полу шлейф ядовитой зелени. Видеть его могла только я, а потому остальные вряд ли догадывались о том, насколько близка была девушка к организации небольшого апокалипсиса.

– Всё верно, далин Скроло. Меня отлучили от моей семьи. Но разве это хоть каким-либо образом влияет на договор, заключённый Министерством с Древним Лесом? Вы обещали царье безопасность дара её сестёр. А то, что Вы предписываете нам сделать сейчас… Это очень далеко от значения слова «безопасность».

– Отвечая на Ваш первый вопрос, – Министр снял очки и неторопливо протёр их рукавом своей мантии. – Да, Ваше отлучение многое меняет. В частности оно даёт мне право не отвечать на Ваши вопросы. Будь передо мной сейчас представитель царской ветви, я бы непременно ему ответил.

– Да Вы…

– Не перебивайте! – мужчина повысил голос. – Я ещё не закончил. Несмотря на то, что я имею полное право выставить Вас за дверь, я, тем не менее, делать этого не стану. И даже кое-что для Вас проясню.

Нимфа тяжело дышала, едва сдерживая гнев. Скроло же выглядел так, словно происходящее вовсе не имело отношения ни к нему, ни к нам.

– Что Вас так возмутило, агент Эл-Нан? – продолжил Министр, откинувшись на спинку кресла. – Насколько я понимаю, причиной Вашего гнева явилось предписание о пересмотре программы финального обучения агентов. И что же с ней не так? Да, мы заметно сократили сроки практики, согласен. Но взамен программу сделали более эффективной, интегрировав обучение в реальные боевые выходы действующих групп. Разве Вы не находите это разумным?

– Разумным?!…

Аура Тали налилась предгрозовым чёрным, и я поняла, что пора вмешаться, иначе она и вправду наломает дров.

– Министр Скроло, – медленно проговорила я, оттащив нимфу назад и теперь старательно запихивая её к себе за спину, – в теории эти идеи не лишены смысла. Но то, что описано в окончательном варианте предписания… Да это же просто утопия! Обучение агентов занимает в среднем около трёх лет, но, даже после такой подготовки, многие из них гибнут в течение первого полугода на заданиях. А Вы предлагаете сократить время практических тренировок до… – я сверилась с листком. – Двух месяцев? Вы серьёзно? Это попросту невозможно. С точки зрения наработки техники, практики, психологии… Да с любой точки зрения! Я говорю это как агент с семилетним стажем практики в качестве бойца и лидера тройки. То, что Вы предлагаете – чистой воды расточительство. Новобранцы не будут готовы к принятию таны спустя столь короткий срок. Они погибнут.

Министр смотрел на меня внимательно, не пропуская ни единой детали. В какой-то момент я даже почувствовала зуд на кончиках пальцев – казалось, меня уже разобрали по косточкам и изучили со всей возможной антропологической тщательностью.

– Как Вас зовут, агент? – невозмутимо спросил мужчина, выдержав небольшую паузу. – Вы не представились.

Я машинально склонила голову, соблюдая церемониал.

– Савелия, Министр Скроло. Старший боец в агентуре быстрого реагирования. Группа пять.

– Какая честь… – загадочная улыбка на губах далина быстро переросла в открытый триумф победителя. – Это ведь она? Верно, Ойди? Единственная Видящая в твоей Обители… Я уж думал, ты никогда мне её не представишь.

Я в панике бросила взгляд на Мастера, желая найти в его лице подсказку о том, как мне следует вести себя дальше, но наставник и сам был белее мела. Нет, внешне на нём не отразилось и толики растерянности. Но я видела чуть больше, чем все остальные. Чуть дальше. Чуть глубже. И для меня бледное обескровленное полотно его лица было таким же отчётливым, как и вежливая улыбка, которую он сейчас демонстрировал всем остальным.

…когда я впервые переступила порог Обители мне было двенадцать, и Ойди вёл меня за руку. Тогда я была всего лишь запуганным ребёнком, медленно сходящим с ума от своих способностей, с неудавшейся попыткой суицида, занесённой в личное дело. Да, на таких как я в Обители заводили личные дела сразу, в независимости от возраста и степени подготовки. Потому что с моим даром здесь есть только один путь выживания – путь бойца и агента. На бесчисленных витках смежных миров найдётся множество рас, способных прикасаться к Нитям Силы с той же лёгкостью, с которой люди просыпаются по утрам. Но я не принадлежала ни к одной из них. Я была человеком, а то, что открывается вместе с возможностью видеть Нити, не предназначено для людского разума. Едва уловимый флёр природного волшебства или алые нити некромантии, пугающе – прекрасная магия стихий или угольно-чёрные воронки проклятий… Искушающий шепоток беса, подстрекающего ребёнка стащить яблоко у одноклассника, или бархатный, ласковый, почти дружеский голос демона, сидящего с будущим самоубийцей на опоре подвесного моста – неважно. Я вижу. Слышу. Осязаю. И в этом моё проклятие.

– Вы правы, Министр, – продолжила я, насильно выдернув себя из воспоминаний. – Я действительно способна Видеть. И прямо сейчас я вижу тёмное тавро на Вашем правом запястье. Вы ведь не думали, что такое можно утаить? Что за сделки могут быть у представителя высших чинов с демоном? Разве это не противоречит Вашей профессиональной этике, далин?

Звук аплодисментов в исполнении Скроло раздался в напряженной тишине кабинета неожиданно, но возымел потрясающий эффект – кажется, все присутствующие смогли выдохнуть и были готовы продолжать диалог. А может быть просто Тали пришла, наконец, в себя и накрыла кабинет куполом доверия. Скорее всего, второе.

– Браво, – казалось, Министр был искренне восхищён. – Вы рассмотрели даже то, что упустили Видящие из Министерства. Хотя ничего криминального в этом тавро нет. Министерство вынуждено сотрудничать с Цитаделью, Вы это знаете. И некоторые сделки нам, к сожалению, всё ещё приходится заключать лично. Тавро исчезнет, как только сделка будет исполнена. Её-богу, не будь Вы в настоящее время столь важны здесь, на занимаемом Вами месте, и я без промедления предложил бы Вам повышение! Не удивительно, что Ойди так долго скрывал Вас. Хотел спрятать такую жемчужину, да, старый жук?! – Скроло смеялся искренне, до слёз, но я чувствовала, как всё больше напрягается моя спина в ожидании удара.

Тали щедро плеснула в мою сторону волну недоверия, но это было излишним. Я и сама видела, что Министр лжёт. Искусно, ювелирно, очень правдоподобно, но всё-таки лжёт. Отметина на его руке была слишком глубока и несла в себе слишком много Тьмы. Такие тавро выжигают в наказание или ставят в знак рабства и подчинения, но уж точно не наносят во время обычных деловых переговоров.

– Мы поговорим с Вами с глазу на глаз, Савелия. Сегодня вечером, когда Вы освободитесь. Я дам Вам ответы на любые интересующие вопросы, а взамен задам вопросы свои. Это честная сделка, верно?

– Верно… – тихо протянула я, медленно подходя к креслу Министра, словно влекомая невидимой нитью.

Один из телохранителей предупреждающе положил руку на плечо Скроло, и смех чиновника моментально прервался, оставив после себя лишь осадок неуверенной улыбки и настороженность в глазах.

– Но, Министр… – не совсем понимая, что делаю, я склонилась над далином, оперевшись руками о подлокотники кресла по обе стороны от него, и прошептала почти неразличимо, так, что услышать меня мог только тот, к кому я обращалась. – Дело не только в тавро. Знаете, Ваш первобытный страх перед тем, кто сильнее Вас, тем, кто Вам угрожает…. Он бледно-сиреневый и на вкус отдаёт горчинкой.

Я отстранилась так, чтобы заглянуть в самую глубину глаз Министра и увидеть там подтверждение сказанных мною слов:

– Это я тоже вижу.

Глава 2

Ойди выставил нас за дверь. Очевидно потому, что с неуважительным отношением к начальству палку я всё-таки перегнула. Просто не смогла сдержаться, глядя на то, как пренебрежительно Министр смотрит на моего наставника – словно указывая последнему на его место. Но разве он имел право так себя вести? Человек, просидевший всю свою головокружительную карьеру в тёплых креслах Министерства Времени – разве мог он судить того, кто заслужил звание Мастера, работая «в полях»? Это было несправедливо. А я очень не любила несправедливость, особенно по отношению к близким мне людям.

Видя моё растерянное состояние после разговора с визитёрами, Тали взяла инициативу в свои руки и теперь куда-то сосредоточенно меня тащила. Вроде бы в северное крыло.

– Тали… – я дёрнула нимфу за руку и заставила остановиться. – Пожалуйста, подожди.

– Что такое, Саврик? Тебе нехорошо?

Пробежавшись по моей руке кончиками длинных пальцев, эмпат нахмурилась.

– Что с тобой? Откуда в тебе столько…

– Чего? – я устало вздохнула и опустилась на пол прямо посреди служебного коридора, тяжело привалилась к стене, оперевшись о неё затылком. – Ммм… Апатии? Безысходности? Обречённости?

– Злости и предвкушения, – перебила меня нимфа. – Очень странное сочетание эмоций, но я уверена, что это именно они. Так откуда? Что такого успело произойти? И не говори, что это от небольшой стычки с руководством.

Из узкого портала в стене выскочил мелкий шуш и деловито принюхался, разведывая обстановку. Опасливо прижал уши, заметив поблизости двух агентов, и постарался слиться со стеной, медленно пятясь обратно.

– Исчезни с глаз моих, – угрожающе бросила нимфа в сторону в общем-то неопасной, но удивительно вредоносной нечисти. – Увижу ещё раз – пущу на воротник!

Шуш, уже не скрываясь, испуганно пискнул и, подскочив на добрых полметра, опрометью бросился назад, в растекающийся ртутным пятном портал.

– Ну вот, – заметила я с осуждением. – Напугала малыша. И не стыдно тебе?

Тали присела на пол, напротив меня, поджав под себя ноги.

– Нисколечко. После того, как эти малыши копают свои «норки», в защите Обители приходится буквально латать дыры. Пусть радуется, что я его за ухо в застенки не оттащила.

– Зато у сервисников всегда есть работа, – резонно заметила я, извлекая из-за пазухи миниатюрную фляжку.

– Да, отлично, – «похвалила» меня подруга. – Напиться сейчас – самый лучший вариант.

– Это не алкоголь, – равнодушно заметила я, делая глоток и слизывая с губ горьковатую каплю. – Это травы. Твои, между прочим.

– Ооо… – протянул хорошо знакомый голос с другого конца коридора. – Девочки что-то празднуют, а меня с собой не зовут?

Обладатель глубокого бархатного баритона, ставшего причиной уже не одного десятка инфарктов среди впечатлительных девушек-подмастерьев, вольготным шагом подошёл к месту наших импровизированных посиделок и тут же к ним присоединился, опустившись на пол, по-турецки скрестив ноги и рассматривая нас с явным любопытством. Тали приветственно махнула рукой, но говорить ничего не стала, предоставляя эту радостную привилегию мне.

– Недоброе утро, Влад, – уныло поздоровалась я, протягивая другу фляжку. – Отвратительно выглядишь сегодня.

Парень искренне рассмеялся, машинально перевязывая низкий неряшливый хвост. Вообще-то у него были на редкость красивые волосы – чёрные, как смоль, и абсолютно гладкие, длиной до лопаток, – но он ухитрялся содержать их в столь неудобоваримом состоянии, что я даже представить себе не могла, как он смог добиться подобного безобразия.

– Взаимно, моя дорогая, – за словом в карман Влад никогда не лез и крайне редко обижался, получив лично от меня уже множество молчаливых благодарностей. – Сегодня твой вид даже хуже обычного. Дай-ка посмотреть…

Он бесцеремонно подцепил длинными пальцами мой подбородок и повертел его из стороны в сторону.

– Так-так-так… Глубокий фиолетовый под глазами, красная сетка вокруг радужки, а сама бледная, как моль-альбинос. Всё как я люблю. Ты что опять ночью делала, болезная? Тебя Арти разве не велел гнать взашей с полуночных тренировок? Куда только смотрит ночная стража…

– Ночная стража бдит, как ей и положено, – я хлопнула парня по запястью, заставляя убрать руки от моего лица. – А я без тренировки уснуть не могу, знаешь же.

– Однажды ты после такой тренировки проснуться не сможешь, вот, что я знаю, – Влад взвесил в руке мою флягу и от души к ней приложился. – Бог ты мой, какая гадость… Так что отмечаете-то?

Я уставилась на Проводника с осуждением – во фляжке осталось меньше половины бодрящего травяного напитка – и безрадостно ответила:

– Окончание нашей славной карьеры празднуем. Пакуй чемоданы, на днях мы отправляемся в ссылку.

Влад мелодично присвистнул.

– Вааа… А что за ссылка? Выпивка и девочки предусмотрены?

– Без понятия, – честно ответила я. – На нас вешают группу кадетов с первичными навыками, и за два месяца нам из них нужно сделать бойцов, способных принять тану. Здорово, правда?

Проводник замолчал. Вообще, такое с ним случалось довольно редко.

А потом спросил меня совершенно серьёзно, пытливо прожигая взглядом своих невозможно-чёрных глаз:

– Вы тут обкурились что ли?…

Спустя полчаса, пересказав по второму кругу всё, что мне было известно о новом гениальном постановлении Министерства, я чувствовала себя пропущенной через соковыжималку. Влад слушал меня внимательно и ни разу не перебил, но по тому, как ходили желваки на его красивом, словно высеченном из камня, лице, было ясно, что от новых идей руководства он совершенно не в восторге. Именно об этом он и заявил нам чуть позже. В крайне нецензурном ключе.

Тали поднялась с пола первой, привычно отряхивая тёмно-коричневые брюки.

– Ладно, детки. Перемыли начальству косточки, и хватит.

– Опять она за своё… – страдальчески протянул Влад, глядя на меня с неизбывной тоской. – Сав, ну почему она так с нами?

– Потому что она старше нас лет этак на сто семьдесят. Или на сто восемьдесят… Не помню. Предлагаю звать её бабушкой. Чтобы нам не было обидно.

– Ладно-ладно! Беру свои слова назад, – нимфа вскинула руки в примирительном жесте. – Вы не дети. Вы просто идиоты. Работать не собираетесь? Чем раньше мы закончим с объектами на сегодня, тем больше времени останется на разработку коварных планов.

– Каких именно планов? – с интересом уточнил Влад, поднимаясь на ноги и машинально протягивая мне руку.

– Говорю же – коварных. Как только придумаю что-то более конкретное, непременно вам сообщу. Бери у Савы координаты. Кажется, сегодня нас ждёт стайка симпатичных лессаров в одном из человеческих миров.

– Просто прелесть, а не день, – вяло согласился Влад с восторгами Тали и первым направился вверх по ближайшей лестнице – к Залу Переходов.

Порталы наш Проводник строил мастерски. Быстро, точно и, как правило, без осечек. Но сегодня что-то явно пошло не так.

– Влад, мать твою! Ты что вытворяешь?!

Висеть на краю отвесной скалы в паре сотен метров над землёй было неудобно. Висеть на одной руке, второй удерживая не успевшую уцепиться за каменный выступ нимфу было неудобно вдвойне. Проводник, хвала всем богам, смог зацепиться за края скалы самостоятельно и сейчас сосредоточенно карабкался вверх – к просторному, плоскому уступу, на котором мы изначально и должны были оказаться.

– Доберемся до Обители – все рёбра пересчитаю… – вполголоса бурчала я, пытаясь понадежнее примостить ноги на удивительно неудобно расположенных камнях и подтянуть Тали хоть немного повыше. Так, чтобы она могла самостоятельно держаться хоть за что-нибудь и перестала вытягивать мою руку из плечевого сустава. Нимфы, конечно, существа хрупкие, но всё же отнюдь не невесомые.

Крепкий захват на моём собственном запястье я почувствовала неожиданно и едва не разжала руку, за что возжелала убить Влада всеми возможными способами уже во второй раз за последние пару минут.

Вытащив меня на каменную площадку и следом вытянув наверх Тали, парень поспешил отступить на пару шагов и виновато улыбнулся.

– Саврик, не кипятись… Я со всех сторон виноват и нет мне прощения! Давай ты меня чуть попозже убьёшь, а?..

– Стой, где стоишь, – ровно проговорила я, извлекая из рукавов пару ассов – лёгких метательных звёзд, заточенных острее любой бритвы – и делая плавный шаг по направлению к Проводнику.

– Ну что ж ты сразу за ассы-то хватаешься, ну честное слово…

– Стой, сказала!

Я ускорила шаг, стараясь не шуметь и двигаться очень плавно.

– Савелия, ты чего?… – теперь Влад озаботился не на шутку и встал как вкопанный.

– У тебя лессар за спиной, – одними губами шепнула я, а потом быстро перекатилась по земле, подбираясь ближе к притаившемуся за спиной Влада чешуйчатому осьминогу с вкраплениями редкой синеватой шерсти на спинном панцире.

– Твою ж… – только и успел выдохнуть Влад прежде, чем лессар попытался кинуться ему на спину.

Но я теперь была достаточно близко.

Синхронно запустив оба приготовленных асса, я перебила хищнику сухожилия на передней паре лап и, кувырнувшись вперед, встала на ноги прямо перед ним, уже держа в руках два коротких кинжала. Лессар взвыл и переключил всё своё внимание на меня, потеряв интерес к иной добыче, и сейчас мне это было на руку. Боковым зрением я уловила марево защитного купола, поставленного Тали, и от души понадеялась на то, что Влад успеет добраться туда раньше, чем на площадку подтянется группа поддержки этого симпатичного низшего. Всё-таки боец из нашего Проводника был так себе.

Вообще махать кинжалами прямо перед мордой здоровенного двухметрового осьминога – это, конечно, удовольствие на любителя. Но я, по счастью, как раз таким любителем и была. Ощущая привычный прилив адреналина и легко лавируя между множеством лап, снабжённых ядовитыми шипами, я чувствовала себя почти счастливой. Это было для меня так просто и понятно – уничтожить очевидное зло, сделать что-то, что принесёт несомненную пользу. Моменты, подобные этому, придавали моему существованию смысл и позволяли забыть о других проблемах.

Обойдя лессара по кругу, я планомерно подрезала ему все лапы, лишив возможности двигаться, и только после этого нанесла последний, смертельный удар в основание черепа. Добраться до уязвимого места было крайне сложно, а я не хотела рисковать и давать низшему возможность дотянуться до меня одним из шипов, так что действовала наверняка. Полностью обездвижить, а затем убить – с нечистью данного вида подобная тактика была наилучшей.

Я привычно вытерла кинжалы о траву, подобрала ассы и, не глядя на истекающую оранжевой жидкостью тушу, убрала снаряжение на место. Кровь лессаров, вопреки всякому здравому смыслу, пахла невероятно привлекательно – ни дать не взять копчёное мясо на рёбрышках – и мой измученный голодовкой желудок не преминул тут же напомнить о своём существовании. Тихий слаженный смешок со стороны друзей заставил меня обиженно поморщиться.

– Что, Саврик? Выглядит аппетитно? – глумился Влад, зная, что в защитном куполе я до него не достану и по шее не настучу – Тали всегда замыкала контур наглухо, так, что без её позволения в него было не войти никому, даже мне, а из него не выйти. – Ты не стесняйся, перекуси. Хочешь, помогу развести огонь?

Я от души показала ему язык. Посмотрела на Тали, прячущую в кулак усмешку, подумала и добавила пару неприличных жестов. На душе полегчало, и настроение ощутимо приподнялось.

– Идёмте, юмористы. В списке было четыре низших, а мы пока нашли только одного. Я не собираюсь за ними до ночи гоняться. Найдём гнездо, зачистим, и я, наконец-то, смогу нормально поесть.

– О… То есть одной туши тебе недостаточно? Вот это аппетит! – не унимался Влад, и я с трудом удержалась от того, чтобы запустить в него чем-нибудь тяжёлым.

– Картошки жареной поесть! – в сердцах бросила я. – С мясом! А если ты сейчас же не заткнёшься, то на шашлык я пущу тебя! Пойдём уже. Пока я не начала разбираться почему твой портал открылся не над уступом, а над двухсотметровой пропастью!

Тали ободряюще похлопала Влада по плечу и убрала контур, а Проводник, наконец, устыдился и поплёлся за мной след в след – склон был крутым и неудобным для подъёма, а опыт и закон подлости подсказывали, что гнездо мы найдём не ближе, чем у самой вершины всего этого скалистого безобразия.

Как и предполагалось, лежбище лессаров обнаружилось в самом верхнем гроте, расположенном так высоко, что пока мы до него добирались, я успела трижды перебрать по кругу весь свой немалый словарный запас нецензурной лексики. Хвала богам, там оказались все искомые низшие в нужном количестве, а значит потом нам хотя бы не придётся бродить по скалам в поисках «потеряшек». Правда, для того, чтобы одолеть в замкнутом пространстве сразу троих хищников пришлось прибегнуть к помощи эмпата. Стоя под защитным куполом, Тали старательно перекачивала в меня свою силу, обостряя до предела все органы чувств. Пожалуй, даже больше, чем мне бы хотелось.

– Тали, убавь! – крикнула я в сторону нимфы, споро орудуя кинжалами и вертясь, как уж под рогатиной. – У меня сейчас голова лопнет!

Нимфа виновато кашлянула и тут же уменьшила поток вдвое, от чего я на секунду потеряла связь с реальностью.

Жаль, что мои восьмилапые друзья эту связь не потеряли.

Вонзая кинжал в основание черепа второго лессара и поворачиваясь к третьему, я уже знала, что у меня осталось не больше двух минут. Ровно столько требуется токсину, который продуцировался на их шипах, для того, чтобы добраться до жизненно важных органов.

Тали вскрикнула. У неё сейчас был прямой канал доступа ко всем моим чувствам и эмоциям, а значит, пропустить серьёзную угрозу моей жизни она не могла никак.

На то, чтобы справиться с последним лессаром у меня ушла одна минута и сорок пять секунд. Тали сняла купол практически мгновенно, но всё же к тому моменту мир вокруг меня уже начал плыть. Стараясь удержать себя на ногах я, покачнувшись, развернулась в сторону группы, позволяя подоспевшей нимфе впиться мне в губы глубоким исцеляющим поцелуем.

В себя я пришла поздно ночью. На своей постели, в своей комнате и почему-то на руках у Влада – больше поблизости никого не было. Лежать в кольце его рук, откинув голову на услужливо подставленное плечо, оказалось на редкость приятным занятием, так что я поспешила от этих самых рук освободиться и сесть, борясь с подступившим головокружением.

– Сколько времени? – прохрипела я, с трудом разомкнув пересохшие губы.

– Два ночи, – ответил Влад, спокойно поднявшись с кровати и поднося мне загодя приготовленный стакан воды.

– Министр…

– Ему доложили о твоём состоянии, – перебил Проводник, утирая мой подбородок тыльной стороной ладони. – К сожалению, ждать твоего выздоровления у него возможности не было. Делегация покинула Обитель несколько часов назад, но он обещал связаться с тобой чуть позже.

– Вот же гадство…

Я устало потёрла виски. Голова продолжала раскалываться на две ровные половинки, но зрению, наконец, вернулась ясность, и мои глаза полезли на лоб.

– Влад…

– Ммм? – чарующе протянул Проводник, удобно растягиваясь на кровати.

– Ты почему в таком виде?! – взвыла я, глядя на практически обнажённого мужчину в своей постели и, заглянув под одеяло, удостоверилась, что сама выгляжу не лучше – ничего кроме нижнего белья на нас не было. – Что за…

– Тебя бил озноб, – невозмутимо сообщил Влад, удобнее устраиваясь на подушке рядом со мной и натягивая на себя одеяло.

– А просто согреть меня ты не пробовал?!

– Пробовал. Тем и занимался последние шесть часов.

– Да не собой! Одеялом! Грелкой! Можно было Иля позвать, в конце-то концов!

Мужчина даже ухом не повёл.

– Не собираюсь я звать твоего оберега – ни сейчас, ни после – мы друг другу не нравимся. И вообще, дай поспать спокойно. Ты, кажется, умирать передумала, а завтра у меня тяжёлый день.

Я чуть не задохнулась от возмущения и от души приложила парня подушкой.

– Спать?! Да с чего ты решил, что можешь спать в моей кровати?! Да ещё в таком вот виде?!

– Савелия, – Влад открыл, наконец, глаза и уставился на меня с укоризной, – угомонись. Во-первых, отбой был давным-давно и объяснять ночным стражам, что я делаю в твоей комнате поздно ночью мне не хочется. Во-вторых, я не настолько раздет, чтобы ты так на меня кричала. И в третьих – что вообще на тебя нашло? Голых мужчин никогда не видела что ли?

– Видела! – злобно прошипела я, старательно стаскивая с неожиданного соседа одеяло. – В анатомичке! И ты рискуешь оказаться там же, если сейчас же не слезешь с моей кровати!

– Да куда я слезу-то?! – вполне справедливо возмутился парень. – У тебя ж вся комната два на три метра!

– На пол! – я продолжала упираться, отвоёвывая одеяло по сантиметру.

– Там холодно и неудобно!

– А здесь, значит, тепло и комфортно?!

– Вот именно! – торжественно заявил Проводник, радуясь моей догадливости.

– Ну, Влад! – поняв всю бесполезность собственных действий, я решила сменить тактику. – Владик!

– Да что?!

– Я не могу так спать!

– Господи боже, ну что не так?!

– Всё не так! Как вообще можно уснуть с голым тобой под боком?!

Парень усмехнулся и, очевидно решив, что разумными доводами он меня не убедит, прибегнул к неразумным. А точнее просто сгрёб меня в охапку и крепко-накрепко прижал к своей груди.

– Вот так примерно.

Я поёрзала, стараясь устроиться поудобнее, но «поудобнее» в таком положении не получалось в принципе. Подумала и закинула на него ногу. Исключительно, чтобы жизнь мёдом не казалось.

– Сава, прекрати.

– Что прекратить? – невинно поинтересовалась я, добавляя к ноге ещё и руку поперёк его живота. Хотела было уткнуться носом ему в грудь, но подумала, что это уже явный перебор будет.

– Прекрати меня дразнить, – он ответил, не открывая глаз, но я слышала, что удары сердца у меня под ухом стали тяжелее.

Будь проклято моё женское любопытство и всё, что иже с ним от природы мне причитается!

– Я тебя не дразню, – обиженно буркнула я и переместила руку с его живота себе под щёку. По дороге пробежавшись пальцами по широкой мужской груди.

Влад тяжело втянул воздух и, открыв глаза, в одну секунду оказался нависающим надо мной сверху. И выглядел он каким-то очень уж недобрым.

– Слушай, я очень устал. Тали вызвали на ковёр сразу по прибытии, а я возился с тобой добрых полночи. И весь вечер до этого. Я хочу спать и вернуться в свою комнату у меня возможности нет. Но каким бы, чёрт подери, джентльменом я ни был, мне, знаешь ли, очень сложно не реагировать на обнажённую девушку, которая лежит со мной в постели и пытается заигрывать. Что ты вообще делаешь?!

Не знаю, что на меня нашло. Я никогда не думала о мужчинах – на это просто не было времени. Да, я видела, что Влад красив, и смотреть на его, иногда хамоватое, поведение отчего-то было приятно, но отношения между агентами в Обители, мягко говоря, не поощрялись, а потому свои мысли я никогда не развивала. Сложно сказать, что именно меня подтолкнуло. То, что я впервые оказалась в таком положении или то, что одним из побочных действий токсина лессара являются необоснованные вспышки эйфории, но самым логичным решением я отчего-то сочла то, что вовсе логичным не было.

Я сомкнула руки на спине Влада и первой его поцеловала.

– Дура, – жёстко припечатала Тали, едва появившись утром на пороге моей комнаты, и я вынуждена была молчаливо с ней согласиться.

Объяснять нимфе что произошло, и уж тем более пытаться это скрыть, было занятием совершенно бесполезным – она наверняка всё уловила ещё при входе в рекреацию, если не раньше.

– Тебя ни на вечер без присмотра оставить нельзя – тут же во что-нибудь вляпаешься, – продолжила распинать меня Тали. – И что дальше? Как ты теперь это собираешься расхлёбывать?

– Я ничего не собираюсь расхлёбывать, – устало буркнула я, отпивая глоток крепкого чёрного кофе. Сегодня, в честь моего ранения, тренировки для меня отменили, и с утра Иль протащил чашку ароматного напитка контрабандой прямо ко мне в комнату.

– А если конкретнее? – не унималась нимфа.

– Куда уж конкретнее-то? Я сваляла дурака. Влад тоже. Сделаем вид, что ничего не было. У него таких, как я…

– Ой, дууура… – эмпат схватилась за голову и села на свободный стул, глядя на меня, как на умалишённую. – Ты совсем слепая или как?

– Ты о чём?…

– Да он же по тебе с ума сходит с тех пор, как вас поставили в одну группу!

Я поперхнулась кофе. Старательно прокашлялась и вернула чашку на стол – от греха подальше.

– Ты сейчас серьёзно?… Откуда такие выводы?…

Тали саркастически изогнула бровь, не удостоив меня ответом. Ах, ну да. Эмпат же, растудыть её налево.

– Чёрт… – я обречённо опустилась на стул и уронила голову на руки. Подумала и хорошенько постучала лбом по столешнице. – И что теперь делать?

Ехидство в глазах подруги достигло максимума, и она скрестила руки на груди, глядя на меня уже с откровенной жалостью.

– Итак, мы вернулись к тому, с чего начали. Как ты собираешься это расхлёбывать?

Я застонала, чувствуя, как предательски алеют щёки.

– Мне нужно поговорить с Ойди.

– Чего?! – кажется, такого ответа нимфа не ожидала. – Совсем жить надоело?

– Нет, не надоело, – зло бросила я, уже натягивая на себя рабочую куртку. – Просто очень надеюсь, что он сегодня найдёт мне кого-нибудь, кого можно безнаказанно убить.

– А ты в зеркало посмотрись, – спокойно заметила Тали, нагоняя меня в дверях и веселясь, кажется, гораздо больше, чем предполагала ситуация.

– Так в чём же заключается суть нашей миссии, Мастер?

Голос Влада резанул по ушам, и я невольно вынырнула из оцепенения.

Ойди опередил меня в желании поговорить. Когда мы с Тали добрались до его кабинета, Проводник уже был там и пропустил нас внутрь, придерживая дверь и склонившись в театральном поклоне. Сегодня на нём была форма. Не привычная чёрная рубашка поверх мятой футболки, и даже не один из видавших виды растянутых свитеров, а настоящая военная форма агента: плотный тёмно-синий китель с воротником-стойкой, серебристые лычки на погонах, лишённые стрелок военные брюки и заткнутые за широкий армейский ремень чёрные перчатки из кожи тончайшей выделки. Не припомню, чтобы видела его таким хоть раз за все три года нашей совместной работы.

Ему шло просто до неприличия.

Я захлопнула самовольно открывшийся рот и искренне понадеялась, что у меня не потекли слюни. О чём они там говорили?… Ах, да. Миссия.

Ойди устало протёр глаза и поднялся с кресла. Пересек комнату по диагонали, достал из серванта трубку и с удовольствием её раскурил. Видимо, дела совсем плохи.

– В предписании всё изложено вполне доходчиво, – начал он тихо и так спокойно, будто говорил о погоде. – Завтра вы отправляетесь в центр подготовки кадетов. Группа из пятнадцати представителей различных рас уже ждёт вас по указанным координатам. Они имеют разную степень подготовки, и некоторые в боевых искусствах превосходят даже Савелию, но у всех них есть одна общая проблема – никто из этих новичков даже близко не представляет, в чём, по сути, заключается наша работа. Каждый из них жил исключительно в своём мире и никогда не видел ничего другого. За те два месяца, что отведены на их обучение, вы должны адаптировать кадетов к реалиям. Я не знаю, как вы будете это делать. Протащите их по спирали миров, сводите в зоопарк к низшим или просто берите с собой на задания – делайте всё, что сочтёте нужным, но через два месяца они должны принять тану. Принять и выжить.

Я машинально сжала в кулак правую руку, покрутила кистью. Конечно, моя тана была на месте. Выжженное на запястье клеймо в виде стилизованного арбалета – на первый взгляд метка бойца выглядела именно так. Но если присмотреться… Это был вовсе не арбалет, а перекрестье меча и лука. И ставилась она не обычным раскалённым железом – она ставилась заговорённым обсидианом. Пережить принятие таны было сложно. После трёх лет подготовки я, получив метку, провалялась в бреду почти сутки. Моё тело сопротивлялось и не хотело принимать новую суть. В этом весь смысл инициации – либо тело и дух принимают тану, либо тана их выжигает. И для полной ассимиляции с новой сущностью недостаточно просто иметь тренированные мускулы – для этого нужно иметь остро-заточенный, тренированный ум. Готовность подчиняться командам, готовность принимать сложные решения, готовность забрать чужую жизнь или отдать свою.

На руке Влада тоже была тана, но иная по своей сути. Круг с вписанным в него треугольником – метка Проводника. Помнится, Тали рассказывала, что воспоминания Влада об инициации настолько тяжелы, что его мозг блокирует их полностью и даже нимфа, едва коснувшись этого участка его памяти, испытала такую боль, словно на неё вылили ведро кипятка.

Я не представляла, как можно подготовить кадетов к подобной процедуре за два жалких месяца.

– Мастер… Зачем это нужно?

Кольца серого дыма свивались в клубы и оставались висеть под потолком кабинета, потихоньку затягивая комнату едким туманом.

– Я не знаю, Савелия. Не могу найти этому объяснения. Из Скроло я ничего не смог вытянуть, как ни старался, и от этого затея нравится мне ещё меньше. Я боюсь, что кто-то копает под Обитель – только под нашу или под каждую из восьми – не знаю. Возможно, вся эта затея нужна для прикрытия какого-то плана, разработанного наверху. А возможно она нужна для проверки.

– Но кого они проверяют? – я нахмурилась, понимая всё меньше и меньше. – Кадетов? Или… нас?

– Среди прочего Скроло упомянул о том, что в центре подготовки в скором времени появится человек Министерства с верительной грамотой за его личной подписью. Так что да. Полагаю, что проверяют нас. В любом случае сейчас нам больше не остаётся ничего, кроме как подчиниться. Ты обязана брать на каждое боевое задание троих кадетов. Я постараюсь потянуть время, чтобы дать тебе больше возможностей для их подготовки, но ничего не обещаю. Да, Влад?…

Облокотившийся о край стола наставника Влад выглядел странно-напряжённым. И от того, что он деликатно поднял руку, прося слово, а не стал, как обычно, перебивать всех и вся мне стало как-то не по себе.

– Мастер, дайте нам с Савелией разрешение на портал и личную увольнительную на сегодняшний вечер. Мы вернемся к отбою. Есть дела, которые необходимо уладить до завтрашней командировки.

Ойди только рукой махнул.

– Возьми бланк на столе, напиши сам, что тебе нужно. Я подпишу.

Быстро нацарапав что-то на листке бумаги, Влад сунул его на подпись Мастеру и молча направился к двери с совершенно нечитаемым выражением лица.

– Жду тебя в Зале Переходов через полчаса, Савелия. Не опаздывай, – бросил он через плечо, закрывая за собой дверь.

– Что это с ним? – полюбопытствовал Ойди, вынырнув ненадолго из своих безрадостных размышлений.

Ответить на этот вопрос Мастеру я не могла. Да, у меня были догадки, граничащие с твёрдой уверенностью, но наставник абсолютно точно не был тем, кому стоило об этих догадках рассказывать.

– Понятия не имею, – соврала я, глядя Ойди в глаза. – Вы же знаете его характер. За перепадами настроения нашего Проводника невозможно угнаться.

Мастер нахмурился ещё больше и вытряхнул содержимое трубки в пепельницу.

– В том-то и дело, что его характер мне хорошо известен… Агент, у нас ведь не будет из-за этого проблем, верно?

– Конечно, Мастер, – я вытянулась в струнку, сложила руки в замок за спиной, – Я обо всём позабочусь. Разрешите?

– Иди, – Ойди откинулся на спинку кресла и переместил взгляд на нимфу. – Эл-Нан… Нужно кое-что обсудить.

Успев добраться до выхода из кабинета, я остановилась, заинтригованная тем, что же такого секретного наш наставник собрался обсуждать с Тали в приватной обстановке, но захлопнутая и наподдавшая мне по филейной части дверь ясно дала понять, что мои уши здесь и сейчас совершенно нежелательны.

По коридорам я плелась долго. Растянувшиеся вдоль стен лампы, имитирующие дневной свет, раздражающе мерцали, а попадавшиеся время от времени мне навстречу коллеги привычно отводили взгляд, чуть склоняя головы в знак приветствия. Каждый из них думал об одном и том же и мысли эти были мне хорошо известны.

«Кто она такая, чтобы возглавлять группу в свои двадцать два!»

«И этой девчонке мы должны кланяться только потому, что она на короткой ноге с Мастером?»

«Чем она лучше нас? Ей просто повезло».

Те, что поумнее, догадывались о моём даре, несмотря на все попытки Ойди сохранить эту информацию в тайне. Но и они испытывали ко мне неприязнь, возможно, даже большую, чем остальные. Я их не останавливала и не разубеждала, никогда не пыталась доказать свою правоту. Как можно объяснить слепому, что значит видеть то, что вижу я? Они называли мой дар «удачей». Шептались у меня за спиной с тех пор, как я здесь появилась. Провожали завистливыми взглядами, когда меня после принятия таны чуть ли не на руках нёс через всю Обитель сам Ойди. До меня ни один агент не получал метку раньше двадцати лет, а мне было всего пятнадцать, и через две недели я уже стояла во главе своей группы. В то время как остальные агенты толкались в столовой, ожидая скудного по вкусовым качествам, но питательного обеда, я сидела с Мастером в его кабинете и пила строго-настрого запрещённый алкоголь из его личного бара. Ойди любил меня. Не так, как мужчина может любить женщину, избави бог, но так как отец может любить дочь. Он оберегал меня, защищал и всегда подстраховывал. А еще он позволял мне совершать ошибки и учиться на них, и я была ему за это очень благодарна.

Хватило одного его взгляда на меня и Влада, чтобы понять – происходящее между нами не является для него тайной. И, конечно, он не мог этого одобрить – ни как мой наставник, ни как наш непосредственный руководитель. Но он позволил нам уйти и разобраться самим, хотя мог запросто расформировать группу и сделать так, чтобы скомпрометировавшие себя и друг друга агенты больше никогда не пересекались. Но Ойди был слишком проницателен для столь очевидных решений. А значит, мне нужно разобраться во всём самой и ни в коем случае не подвести доверие Мастера. Я не могу облажаться во второй раз подряд.

– Светлого дня, дейна Савелия!

Попавшийся мне навстречу новичок согнулся в уважительном поклоне так резво, что я от неожиданности едва не шарахнулась в сторону. Мальчишка должен был стать Проводником, и дата его инициации уже была назначена – мы пару раз пересекались на общих собраниях, но имя его я так и не запомнила. Он же и вовсе не знал меня, зато, наверняка, слышал о легендарном бойце столько, сколько я и сама о себе не слышала.

– Светлого дня, – машинально пробормотала я в ответ, продолжая свой путь и чувствуя взгляд в спину, аккурат между лопаток.

Кажется, он ещё не успел меня возненавидеть. Но это ничего. Придёт со временем.

В Зале Переходов сегодня дежурили Стан и Эмрот – два дородных широкоплечих детины, с которыми я не далее, чем два дня назад вместе нарезала круги на утренней тренировке. Ребята были более чем дружелюбны при своей устрашающей внешности, и я с удовольствием хлопнула их по подставленным для приветствия ладоням.

– Привет, Сав! – Стан улыбнулся во все тридцать два зуба. – Куда это вы посреди рабочей смены собрались?

– Личная увольнительная, – я безразлично пожала плечами, – у группы сегодня отгул. Меня вчера лессар цапнул.

– Ух ты! – Эмрот вылупился на меня, как на восставшего покойника. – Чтож ты тут до сих пор живая ходишь-бродишь? Неужели Влад так быстро сумел перенастроить портал на возврат, что наши медики кой-то в веки раз успели вовремя?

Я снова пожала плечами, не желая вдаваться в подробности, но Стан, похоже, сам сообразил откуда растут ноги и премерзко расхохотался.

– Ага, как же! Влад успел… У неё же нимфа в тройке! Спорю на лишнее дежурство, она её там же на месте и вылечила!

Эмрот уставился на товарища с недоверием, а я, воспользовавшись случаем, внаглую откусила от аппетитного сэндвича, который он держал в руке, заработав недобрый взгляд коллеги.

– А разве нимфа может исцелить от яда лессара?

– Нимфа, друг мой, ещё и не от такого исцелить может, если поцелует искренне и от всего сердца! Нет, ну ты как первый день живёшь, честное слово!

– Погоди-погоди… – челюсть стража, похоже, не собиралась возвращаться на место, и я с чистой совестью заграбастала его обед целиком. – Это та рыженькая, что вечно носит обтягивающие брючки? Вот же ж… Сав, может и на меня лессара натравишь? Глядишь и мне перепадёт чего?

Махнув на стражей рукой, я старательно дожевала чужой сэндвич и окинула зал растерянным взглядом.

– Ребят… А Влад-то где?

– Так в третьем гроте. Попросил не мешать, пока он портал настраивает. Опять, наверное, лестницу ваяет. Вы в увольнительную-то за грань миров что ли собрались?

Не желая портить стражам очевидно приподнятое настроение, я загадочно улыбнулась и направилась в сторону изолированного грота со встроенной портальной аркой. То, что Влад решил готовить переход вдали от чужих глаз мне совсем не нравилось.

– Савелия!

– Да, Стан? – я притормозила и обернулась через плечо.

– Постарайтесь вернуться до конца нашей смены. В ночь на дежурство заступит Захария, а ты знаешь, какой он принципиальный… хлопот с Владовыми лестницами не оберёмся. А так, ушли-вернулись, увольнительную по прибытию закроем, всё подпишем и шито-крыто.

– Хорошо! Спасибо, ребята!

Благодарность моя была абсолютно искренней. Захария и вправду был тем ещё педантичным занудой, любившим упражняться в фарисействе разных мастей. Всю душу вытряхнет, если хоть на полшага отступишь от предписания.

Опустив завесу грота, я отрезала все посторонние шумы и осталась с Владом наедине.

– Куда мы? – безразлично поинтересовалась я, ковыряя земляной пол носком сапога.

– Увидишь, – так же тихо ответил Проводник, сосредоточенно глядя на покрывающуюся сетью арку и сжимая в руках пульсирующий портальный амулет. Мешать ему сейчас крайне не рекомендовалось.

Вообще-то Проводники были теоретически способны перемещаться между мирами и без арок, и без амулетов, но перемещения эти были плохо контролируемыми и – почти всегда – спонтанными. Амулет же придавал дару строгую направленность и блокировал внезапные его проявления. То есть изрядно упрощал всем жизнь. Хотя достать такую игрушку было очень и очень непросто. Если Проводник по каким-либо причинам лишался амулета, то для получения нового недостаточно было просто составить запрос. Нет, претендент должен был заново доказать своё право на обладание артефактом, и вовсе не редки были случаи, когда потерявшие амулет обладатели дара попросту отправлялись в отставку, так и не сумев ничего никому доказать.

Для Влада создание порталов было искусством в чистом виде, и он всегда этим упивался. Я даже время от времени ему завидовала – его дар позволял ему самореализовываться, давал отдушину и, что греха таить, чувство превосходства над другими. Мой дар давал мне море головной боли и хроническую бессонницу.

– Идём, – Влад выдернул меня из раздумий, крепко схватив за запястье. – Держись крепче.

Я переплела свои пальцы с его и на выдохе шагнула в переливающееся марево портала. Я очень давно научилась ему доверять, иначе выживать стало бы сложно.

Когда желудок вернулся на место, а глаза привыкли к неожиданно яркому свету, я осмотрелась вокруг и нахмурилась. Пустынный пляж и бескрайнее море, подножье гор вдалеке за нашими спинами – я не знала этого места.

– Где мы?

– 8/263, – невозмутимо ответил мужчина, стаскивая тяжёлые форменные ботинки и расстёгивая китель.

– Но это же…

– Да. Это очень далеко.

Восьмой и самый дальний виток миров, если считать от Кардинали. Двести шестьдесят третья вероятность. Это был буквально край света. Последний мир с более или менее стабильными потоками энергии, чуть дальше построить портал было бы технически невозможно. Да и сюда – крайне сложно.

– И да, – продолжил Влад, уже стягивая с себя исподнюю рубаху, – отследить портал из Обители не смогут, если я им этого не позволю.

– Но… Зачем? – я искренне не понимала к чему он клонит. – Что мы здесь делаем?

– Я тебя спасаю, – без обиняков выдал мужчина, открыто глядя мне в глаза. – Искупаемся?

– Влад!

– Что?

– Ты совсем обалдел?! Зачем ты меня сюда притащил?!

Проводник подошел ко мне вплотную и взял за руку. Повертел мою ладонь в своей, а потом крепко сжал и неожиданно приложил к собственной щеке, щурясь не то от яркого солнца, не то от удовольствия.

– Давай останемся здесь, Савелия.

– Что ты имеешь в виду?…

Руку я не отнимала. Отношения у нас сейчас были сложными, в основном из-за того, что как таковых отношений не было, и ясности в перспективах тоже. Влад притягивал меня, как магнит. Интересовал, заставлял чувствовать волнение… но одно то, что само его присутствие сейчас доставляло неудобства, наводило на мысли о неразумности всего происходящего.

– А что я могу иметь в виду? – он поцеловал моё запястье и придвинулся ещё ближе, заставляя отступить на шаг. – Я хочу быть с тобой. Не украдкой, от случая к случаю, а каждый день. Хочу жить с тобой и чувствовать себя свободным, но в Обители это никогда не станет возможным. Здесь нас не найдут. А если даже и найдут, то я спрячу тебя ещё дальше. Хоть за грань миров, если потребуется. Я не готов делить тебя с нашей работой.

На языке появилась горечь. Нет, я не собиралась плакать, но слышать такие слова от него… Это было неприятно и как-то неожиданно больно. Так, словно я была его личной вещью, его собственностью.

– А что я хочу, ты не спросишь?

– Я знаю, что ты ответишь, потому и не спрашиваю. Ты не понимаешь.

– Чего я не понимаю?… – мне всё-таки пришлось сглотнуть отвратительный ком в горле. – Того, что ты принял решение, не посоветовавшись со мной? Или того, что после прошлой ночи ты с чего-то взял, что теперь можешь распоряжаться моей жизнью? Верни меня домой, Влад.

Он помотала головой, крепче сжимая моё запястье.

– Нет. Не проси.

– Верни меня, мать твою, домой!

Я вырвала руку, уже не пытаясь быть милой, и от души залепила ему пощёчину. Не чтобы сделать больно, а чтобы привести в чувства. Увы, силу я не рассчитала, и на разбитой губе мужчины теперь набухала капля крови.

– Ты не понимаешь, что происходит, да? – с горечью проговорил он, сплёвывая кровь на белоснежный песок. – Вся эта затея с новой формой обучения… Не понимаешь во что она выльется всем нам? Чего будет стоить Тали постоянный ментальный контроль над двумя десятками живых существ? Чем Ойди поплатится в случае нашего провала? Чего этот провал будет стоить тебе?… Боги, Савелия! Неужели ты не видишь дальше собственного носа?

– Сейчас я вижу всё очень отчётливо.

Мужчина усмехнулся и перевел задумчивый взгляд на море, пытаясь скрыть потемневшие от злости глаза и отлично понимая, о чём я говорю.

– И как тебе? – с интересом уточнил Проводник. – Какого цвета моя аура сегодня?

– Алая, – я ответила не задумываясь. О чём было думать, если ответ был прямо перед моими глазами? – Ты поглощен тем чувством, которому дал волю, и это мешает тебе мыслить здраво. Это ты ничего не видишь дальше собственных желаний, Влад. Но я вижу. И я всё ещё твой начальник, не забывай. Мы возвращаемся в Обитель. Это приказ. И если ты не подчинишься, я сама зажгу маяк, а тебя в этом случае будет ждать трибунал. Будем считать, что ты предоставил мне выбор, и я этот выбор сделала. Теперь я предоставляю выбор тебе. Если хочешь работать со мной – хорошо, я буду рада. Если нет – обойдусь без тебя. И никогда, ты слышишь? Никогда больше не смей принимать за меня решения! Во второй раз я этого не прощу.

Море переливалось всеми оттенками красного, облизывая далёкое, клонящееся к закату солнце. Наверняка в этом мире центральная звезда системы имела другое название, но я его не знала. Я видела, как Влад приблизился к воде, как зашёл по пояс и в несколько мощных гребков отдалился от берега так, что его теперь практически не было видно. Я знала, что он вернет нас домой, как только остынет. Я работала с ним уже не первый год. Знала, что завтра он снова будет мне улыбаться и отправится вместе с нами и в центр подготовки, и в саму преисподнюю, если потребуется. С подобными проявлениями его эгоизма, пусть и в другой форме, я сталкивалась отнюдь не впервые. Но вот, что делать с тем беспорядком, что теперь царил в моей голове и что сказать ему, когда он снова придёт ко мне за ответами, – вот этого я не знала.

Глава 3

Под уничижающими взглядами недовольной моим опозданием Тали завтрак прошел быстро и молчаливо. Люди – и не только они – привычно мельтешили по столовой с подносами и деловито поглощали хорошо сбалансированную, хоть и малосъедобную, пищу, не обращая на нас никакого внимания. Очевидно, кой-то в веки раз последствия прибытия официальной делегации действительно удалось скрыть, и о нововведениях в режиме никто, кроме нашей тройки и Мастера, был не в курсе.

Тали задумчиво потягивала ягодный морс, в открытую рассматривая снующих туда-сюда агентов.

– Как думаешь, их введут в курс дела?

– Уверена, что нет, – я нахмурилась, деловито вгрызаясь в бочок поджаристого цельнозернового хлебца. – Если эта авантюра увенчается успехом, их просто поставят перед новым порядком, как перед свершившимся фактом. Если нет – подопытных спишут в утиль, и дело с концом. Хорошо если не вместе с нами.

– Мне нравится твоё приобретенное спокойствие, но совершенно не нравится этот негативный настрой.

Тали наконец отставила пустой стакан и сложила руки на груди.

– Уж какой есть, что поделаешь… А где, кстати сказать, Влад? Или на него твоё категоричное «завтрак – это главный приём пиши, убью того, кто его пропустит» не распространяется?

– Ты вправду сейчас пытаешься спрятать смущение за общими фразами? – эмпат хмыкнула, едва не прыснув со смеха. – Ладно. Сделаю вид, что поверила. Он ушёл ещё до твоего прихода. Готовит портал. И нам, кстати, тоже следовало бы поторопиться… Так что бери этот кладезь углеводов с собой и идем в лабораторию. Как тебя ещё наши медики живьём не сожрали за такую «диету»?!

– При моём образе жизни форму потерять сложно, знаешь ли, – я равнодушно передёрнула плечами. – А это всё, что их интересует.

Захватив по дороге сумки, собранные для нас в кладовых Обители, мы без приключений дошли до лаборатории, где Проводник уже вовсю готовился к переходу в смежный мир.

– Куда отправляемся? – пара дрогнувших ноток в голосе таки выдали моё неудобство, и я мысленно пообещала надавать самой себе хорошеньких люлей, как только представится такая возможность. – Опять глухомань веке этак в тринадцатом?

– Твоя проницательность не перестаёт удивлять, – парень ехидно сощурил глаза, очевидно, заметив-таки дрожь в моём голосе. – Да, центр подготовки запрятали так далеко, как только смогли. Но мы сейчас отправляемся не туда.

Я удивлённо приподняла брови, ожидая пояснений, поэтому Влад продолжил:

– Ищейки уловили всплеск тёмной материи неподалёку от Обители. Всего на пару миров в сторону от нашего Императива. Заскочим туда по пути, посмотрим, что к чему.

Ну, конечно. И почему меня никогда не просят «по пути» просто прихватить чужой чемодан?…

Влад крепко сжал левой рукой амулет на шее и прикрыл глаза. Проход между двумя высокими арками в лаборатории начал едва уловимо мерцать, приглашая нас окунуться в глубины другого мира. Свободную руку Проводник не глядя протянул мне, а я в свою очередь крепко сжала ладонь Тали, предварительно закинув на плечо тяжёлые сумки. Мы синхронно выдохнули и сделали шаг вперёд.

Быстро моргая от затопившего сознание яркого полуденного солнца, я осмотрелась по сторонам, доставая из рукавов заготовленные ассы. Вокруг нас был лес. Очень-очень старый лес, состоявший сплошь из многовековых, неизвестных мне деревьев.

За правым плечом облегченно выдохнула Тали, радуясь тому, что в первые секунды нашего пребывания никто не кинулся нас убивать. Нимфа присела на корточки и приложила к земле узкие, почти прозрачные от магии ладони.

– Здесь тихо, Сава. Ничего не чувствую. Если кто здесь и был, то всё за собой прибрал. Сейчас здесь безопасно.

– Ага. Ты это вооон тем ребятам скажи, – раздался приглушённый голос из-за левого плеча, и я обернулась.

Мама дорогая… На поляне, проглядывающей через густую поросль орешника, лежали трупы. Много трупов. Стащенные в общую кучу, они выглядели, как нашинкованный салат на тарелке, щедро приправленный алым соусом. Я зло сверкнула глазами в сторону обомлевшей нимфы и на цыпочках стала прокладывать себе дорогу к поляне, пытаясь производить как можно меньше шума. Влад и Тали предусмотрительно остались стоять в стороне, прикрывая возможные пути отступления. Аккуратно пробравшись сквозь заросли и не встретив никого кровожаднее комаров, я позволила себе быстро осмотреть поляну: одиннадцать палаток, перевернутый котелок с едой, от прогоревшего, разворошенного костра всё ещё тянется слабая дымчатая нить… Приди мы на полчаса раньше и эти ребята были бы живы, я была в этом уверена.

Едва я подумала, что тварь, кем бы она ни была, успела уйти, как даже не услышала, а скорее почувствовала рычание где-то неподалёку. Ощущение капающей изо рта хищника слюны и ядовитая ненависть в глазах накрыли меня прежде, чем я успела обернуться и разглядеть несущегося на меня вытня. Асс мгновенно покинул мою ладонь, глубоко вгрызаясь в морду полуволка, но быстрый удар не был достаточно точным, и животное, досадливо мотнув лобастой башкой, в одном длинном прыжке придавило меня к земле, норовя ухватить зубами за шею. Всё, что я успела – это выставить вперед локоть, позволяя зубам вытня сомкнуться на моей руке. В следующую секунду зверь взвыл от боли, прочувствовав на себе ожог от серебряных нитей, которыми была прошита моя рабочая кожанка. Надолго его бы это не остановило, но мне долго было и не нужно. Извернувшись под ослабевшим на мгновение захватом животного, я выхватила из ножен на поясе длинный стилет и со всех сил всадила его в горло хищника. Вытень продолжал клацать зубами, пытаясь пережевать мою левую руку, но булькающие звуки всё же заглушили его рычание, и, дёрнув челюстью в последний раз, зверь затих, кулём повалившись на землю рядом со мной.

Пытаясь продышаться и придерживая здоровой рукой левый локоть, я поднялась с земли и закрыла глаза. Поляна вокруг меня светилась красными пятнами, как новогодняя ёлка в логове серийного убийцы. Я аккуратно набросала в воздухе сеть из нитей природной магии, открывая ментальный портал за границы нижних миров. Собрав обрывки памяти о погибших здесь людях, я отправила их в вечное ничто, навсегда стирая память об этих несчастных из мира, в котором мы оказались. Тела мы, конечно, уберём, но я совсем не хотела, чтобы массовое убийство в лесу вызвало груду вопросов. После того, как физические напоминания о жертвах будут уничтожены, никто здесь о них не вспомнит – ни родные, ни близкие, ни друзья… Разумеется, поступать так было против правил Обители. Но кому какое дело? Я с детства помню, что значит терять близких людей и, если есть такая возможность, то почему бы не попытаться избавить других от подобной участи?…

Кусты за моей спиной зашуршали, пропуская на поляну оставшихся за бортом происходящего членов нашей тройки.

– Вот теперь тут и правда безопасно, – зло бросила я через плечо, разминая пожёванную руку. Нет, прокусить спец форму бойца зверь, конечно, не смог, но от давления его челюстей локоть весьма болезненно ныл, не давая стряхнуть с себя неприятные воспоминания так быстро, как мне бы этого хотелось.

Тали виновато опустила глаза. Влад сдержанно кивнул. Я брезгливо присела на корточки рядом с тушей. Около полутора метров в холке, поджарое тело покрыто длинной жёсткой шерстью. Издалека вытень здорово напоминал волка, но эта вытянутая крысиная морда… Желтоватые клыки, торчащие из приоткрытой пасти, круглые лысые уши и едва различимые чёрные бусинки глаз, оставшиеся открытыми даже после смерти. Я озадаченно уставилась на труп. Что-то с ним было не так.

– Сава, что ты там копаешься? Если так интересно, отправь эту мерзость в Обитель, наши лаборанты тебе её на ленточки порежут, только повод дай.

Какая-то догадка упорно пыталась достучаться до моего сознания, но…

– Пожалуй… Владик, переправь это в лабораторию. Мы отправимся в Центр следующим рейсом – здесь нужно навести порядок.

Я выразительно посмотрела на Тали, чем окончательно повергла её в уныние.

– Пойду приберу лес, – с непередаваемой смесью ехидства, раздражения и смущения буркнула эмпат и отошла чуть дальше, к сложенным в груду следам пребывания на поляне вытня.

Я выдернула из туши своё оружие и оставила её на попечение Проводника. Поправила голенища сапог, брезгливо одёрнула измазанную в крови хищника куртку и почувствовала, как адреналин в крови начинает перегорать. Терзать себя чувством вины из-за случившегося я не собиралась. Это было бы по меньшей мере глупо. Люди каждый день умирают по чьему-нибудь недосмотру, а то и по злому умыслу. Я в спасители человечества не нанималась. Делаю, что могу.

Я заставила себя отвернуться от процесса упаковывания трупа. Чуть поодаль слышались невнятные, хрустяще-чавкающие звуки – видимо, Тали подошла к проблеме рационально, решив, что нет тел – нет проблемы. Ч-чёрт…

– Влад! Тали! Быстро сюда.

Интересно, сколько в среднем может длиться полоса невезения в отдельно взятый день?!

Справа от меня приглушённо охнули:

– Вот леший!

– Вряд ли это он, милая, – лаконичное хмыканье из-за левого плеча, – Ну, что ты смотришь? Вариантов не много. Сава? Здесь разбираемся или этого тоже с собой потащим?

Уловив общее направление наших размышлений, объект оных сфокусировал на мне взгляд и с завидным самообладанием спросил:

– Кто вы?

Я внимательно осмотрела «находку». Высокий, худощавый парень с копной кудрявых каштановых волос, неизвестным мне образом оказавшийся на расстоянии метров этак десяти от нас. Пару минут назад его здесь совершенно точно не было, а теперь вон стоит, дерево подпирает. Я подошла ближе. Взгляд тёплых карих глаз, в обрамлении невероятно-длинных ресниц, на удивление спокойный и какой-то… доверчивый что ли? Приглядевшись, я заметила учащённую пульсацию сонной артерии на открытой шее. Правильно боишься.

– Знаешь, ты сейчас не в том положении, чтобы что-то спрашивать, – я хмыкнула, – так что вопросы буду задавать я. А ты постараешься ответить на них так, чтоб мы тут все дружно уверились в твоей для нас полезности.

Парень нерешительно кивнул.

– Кто ты? – вернула я его вопрос.

– Марк. Студент физтеха. 3 курс, – пролепетала «находка», слегка замявшись.

– Как здесь оказался?

– Вместе с остальными. Это моя группа… Была… Ежегодный турпоход.

– Странно. И почему же тогда я не вижу сейчас твоего трупа среди тех, что сложены вооон в том углу?

– А вы расстроены? – насуплено буркнул мальчишка.

– Ну, разумеется. Не люблю доделывать за нежитью её работу. А видимо придётся. Пока ты меня в своей незаменимости не убедил.

Новый знакомец передёрнул плечами, видимо пытаясь доказать мне своё максимально-равнодушное отношение ко всему происходящему.

– Я в деревню ходил…. За продуктами. С утра ещё вышел, думал, часа за три обернусь. Здесь километров семь – девять где-то. Туда на попутке доехал, а вот обратно пришлось пешком – специально никто подвозить не захотел, а по своим нуждам в эту сторону редко выбираются. Да плюс рюкзак на плечах, и через лес… часа четыре шёл. На подходе к поляне слышу – возня какая-то. Нехорошая. Первой мыслью было назад в деревню пойти, и чем быстрее, тем лучше. Потом решил-таки глянуть, подкрался, из-за кустов выглянул, а там эта, – парень кивнул на вытня, – тварь. Палатки перевёрнуты, костёр разворошен, дрова по всей поляне валяются. Я сначала взбесился, конечно, а потом ребят увидел… Она никого из них даже не тронула… Убила и аккуратно сволокла в одну кучу. Нормальные хищники так себя не ведут. Я не самоубийца – как только всё это просёк, сразу попятился. Успел запрыгнуть вон на то дерево, – мальчишка кивнул на широкий ствол в пяти метрах от нас.

Нижняя ветка нависала метрах в трех над землёй. Впрочем, охотно верю, что на адреналине он бы и вообще без веток до самой макушки взбежал не хуже Тарзана. Талантливый, как выяснилось, древолаз тем временем продолжил:

– Идея, конечно, была так себе, но за неимением лучшего… Мразь эта меня почуяла, увязалась и, не сомневаюсь, что непременно пополнила мной свои запасы, если б её что-то не отвлекло. Полагаю, вы. Она на меня из-под дерева рявкнула и рванула обратно на поляну. А я остался тут, сидеть.

– Сав, а ничего парнишка, разговорчивый, – Владик игриво подтолкнул меня плечом, – Кажется, ты научилась, наконец, производить на людей правильное впечатление.

Нда… положительное главное. Тали деликатно переступила с ноги на ногу.

– Так что с ним, Сав? Чистим? – серые глаза блеснули искристой голубизной. Рыжая выразительно, по одному стаскивала с пальцев массивные перстни – кисти рук во время подобного применения Силы должны быть «чистыми».

Марк побледнел и плотно сжал челюсти, по всей видимости готовясь принять страшную и мучительную кончину. Идиот. Если бы я хотела тебя убить, ты не успел бы даже толком меня рассмотреть.

– Не стирай его. Только погружение, – я машинально подтянула потёртые кожаные перчатки с обрезанными пальцами.

Влад недоумённо вскинул брови:

– Почему?

– Хочу отправить его Мастеру. Пусть поболтают, – я вскинула взгляд на мужчину, – Да ты иди, заканчивай упаковку. Мы сами прекрасно справимся. Правда, Марк?…

На этом у нашего пленника сдали-таки нервы и он, резко оттолкнувшись от ствола, попытался дать дёру (куда, интересно, если лес на семь километров вокруг), но не тут-то было. Одним плавным движением оказавшись рядом с парнем, я перехватила его правой рукой за горло и ощутимо впечатала обратно в дерево, оставив в гортани место только для редких неглубоких вдохов. О том, чтобы вырываться из такого положения не могло быть и речи.

К нам подошла Тали и легко дотронулась светящимися кончиками пальцев до висков Марка. Закрыла глаза и медленно выдохнула куда-то в район переносицы. Парень кулём повалился на землю. Я размяла кисть руки.

– Владик, принимай следующего!

Через полчаса о нашем пребывании в этом лесу напоминал разве что противоестественный порядок. Мёртвый зверь и наш неожиданный гость уже были переправлены в Обитель. Поляна щеголяла первозданной лесной зеленью с полным отсутствием следов не только преступления, но и вообще пребывания здесь людей. Отдельное спасибо Тали.

Влад, разобравшийся, наконец, с транспортировкой груза, развернулся ко мне и резко выпалил:

– А теперь объясни-ка мне, Савелия, какого чёрта ты делаешь?

Я невинно захлопала ресницами

– Ты о чём?

– О чём я? – Проводник сощурился, переходя на тихое шипение. – Ты спрашиваешь, о чём я? С удовольствием поясню. Ты вмешалась в природную магию. Изменила кардиналь событий. Нарушила предписание. Наказание за это – отстранение от должности. Всех нас. Закономерный вопрос – о чём ты думала?

Чтоб я знала… Было что-то в этом парнишке, рука не поднялась. Или он это про уничтожение памяти о людях? Так не впервой вроде.

– С каких пор приказы начальства подлежат обсуждению? – я произнесла это максимально небрежно, и Влад едва заметно вздрогнул, как от неожиданной, незаслуженной и от того ещё более обидной пощёчины. Однако быстро взял себя в руки и продолжил:

– Я просто говорю, что ты ведёшь себя глупо и неосмотрительно.

– Спасибо за информацию. Поверь, я очень ценю твоё мнение о моих методах управления командой, – я криво ухмыльнулась, предоставив Владу самому домыслить не озвученное «а не пошёл бы ты…».

Парень явственно зарычал.

– Да что с тобой такое?! Тебя в последнее время по голове ничем тяжёлым не били, нет? Когда и где ты успела нахвататься примеров столь обильных и разнообразных глупостей? Пока дело касается только нашей тройки я ещё готов потерпеть, но ты только что поставила под угрозу всю Обитель, и это при том, что Магистрат и так дышит Ойди в затылок! Мать твою, Савелия, куда тебе нужно двинуть, чтоб поставить на место мозги?!

– Ты закончил? – я спокойно подошла и уставилась на него в упор.

– Я жду ответа.

Я пожала плечами, развернулась, а в следующую минуту выбила его возмущение хорошим ударом под дых. Ещё несколько быстрых, отрывистых ударов по болевым точкам, и Влад неестественно ровно лежал у меня под ногами, пытаясь вспомнить, как нужно дышать.

– Сможешь это повторить – и я отвечу на любые твои вопросы.

Парень подтянул ноги к животу и, с ощутимым усилием сплюнув, перевернулся на бок.

– Вот ведь зараза…

Я неопределённо хмыкнула, решив расценивать это как комплимент. Молча протянула парню руку.

– Есть немного.

– Ну, если ты закончила с избиением младенцев, то я предлагаю двигаться дальше, – философски изрекла Тали, глядя как Влад тяжело поднимается на ноги, демонстративно игнорируя мою руку. – Здесь нам больше делать нечего.

Парень обижено посмотрел на рыжую нимфу и, поправив амулет на шее, занялся созданием временного портала.

– Беритесь за руки, девочки. Глухомань в тринадцатом веке ждёт нас с распростертыми объятьями.

– Нет, ты это слышала? – фыркнула Тали, но руку в мою протянутую ладонь всё же вложила. – Нашёл девочку. Я тебя на пару сотен лет старше, мальчик. Не хами.

Влад хмыкнул, глядя на нашу обиженную женскую компанию с усмешкой.

– А ты пересчитай это на человеческий возраст и поймёшь, что я прав, – Проводник подмигнул, на выдохе увлекая нас в мерцающий водоворот пространственно-временной воронки.

Центр подготовки укрылся от любопытных глаз в непролазной лесной чаще. Портал вывел нас во двор перед домом, и я машинально осмотрела прилегающие к нему территории. Искусственно выровненная тренировочная площадка призывно выглядывала из-за череды хвойных деревьев чуть поодаль от основного места расположения лагеря. Сам центр состоял из двух корпусов, один из которых, очевидно, служил казармой для кадетов и представлял из себя скромное одноэтажное здание с чередой небольших окон. Рядом расположился вычурный домик с открытой верандой и мансардой на втором этаже. Темные камни строения притягивали теплотой защитных плетений, насквозь пронизывающих стены, а массивная деревянная дверь с кольцом-уроборосом радовала глаз непередаваемой викторианской эстетикой с примесью оккультизма. Я подняла глаза вверх, отмечая чуть мерцающий купол, накрывающий всю территорию лагеря и пропадающий из вида где-то за деревьями.

– Ну, то, что лагерь не наносим на карту, я вижу, а защита высшего уровня тут к чему? Боятся, что пятнадцать кадетов со мной во главе от местного средневековья камня на камне не оставят?

Влад совершенно искренне расхохотался, пряча портальный амулет под шнуровку нательной рубашки.

– А что, думаешь, зря переживают? Это не от вас защита, всё наоборот. На этот временной поток наложена куча ограничений – защита от внедрений новых технологий, магический вакуум, языковые ограничения…. В общем, в радиусе нескольких километров эти запреты сняли, так что на территории Центра и учебных площадок можешь хоть драконов выгуливать, если тебе вдруг взбредет такое в голову.

– Непременно взбредет, даже не сомневайся… Влад, а где сумки?

– Уже в твоей комнате, я всё перебросил. Да, Тали, и твои тоже, не первый день живу, – парень почти обиженно покосился на нимфу.

– Да я и не говорю ничего. Просто интересно, когда ты успел узнать о подробностях магических плетений над лагерем? Здесь же всё засекречено от пола до потолка, – эмпат подозрительно прищурилась.

– Мастер ввёл меня в курс дела, пока я готовил портал. Я же должен был знать, куда вас переправляю.

– Что-то я не видела Ойди среди утирающих слёзы провожающих, – хмыкнула я, направляясь к зданию казармы. Несмотря на сгущающиеся сумерки в нескольких окнах горел свет, а это означало, что нас ждут и, очевидно, очень хотят познакомиться.

– Ну, ещё бы, – в тон мне ответил Проводник, опережая меня на полшага – Будь у меня выбор, я бы тоже предпочёл избегать твоих злобных комментариев так долго, как только это возможно.

Дверь одноэтажного строения открылась, гостеприимно пропуская нас внутрь небольшого холла, и открывая вид на общую столовую. За длинным столом расположилась разномастная группа новобранцев, из которых в самое ближайшее время мне предстояло воспитать обученных бойцов. Нда… Одиннадцать мужчин, четыре девушки. Расы, возраста и принадлежность к мирам блистали разнообразием, хотя большая часть кадетов, похоже, были людьми. С полной уверенностью говорить с нахрапа я бы не рискнула – чёрт его знает, какими амулетами они успели обвешаться.

Наше появление, как и мой скептический взгляд, не остались незамеченными: разговоры быстро стихли, а из-за стола в противоположном от меня углу поднялся широкоплечий мужчина лет тридцати, с коротко стрижеными черными волосами.

– Дейна Савелия, – незнакомец склонил голову в уважительном приветствии. – Мы рады Вас видеть. Надеемся, Ваш путь был лёгким.

Традиционная фраза приветствия заставила меня неосознанно дёрнуть пострадавшим локтем и заковыристо выматериться про себя. Вслух я, конечно, сказала другое:

– Вполне. Благодарю. Я так понимаю, все кадеты в сборе?

Мужчина коротко кивнул.

– Да, дейна. Я – Эрик. Старший в этой группе. И, если Вы не против, то мы предпочитаем называться адептами.

– Адепты встречаются в сектах, а вы собираетесь пройти у меня курс боевой подготовки, что делает вас кадетами. И позвольте с этого дня мне самой решать, кто вы и с чем вас едят.

Я сделала несколько шагов вперед, остановившись перед массивной деревянной столешницей, и задумчиво постучала по ней пальцами.

– Итак… Насколько я понимаю мне представляться не имеет смысла, но я всё же предпочту соблюсти формальности. Я – Савелия. Боец, обладающий даром Видения. С этого дня и до конца обучения я – ваш Мастер и отвечаю за ваши жизни. Если вы планируете по окончании курсов получить тану, то настоятельно рекомендую слушать и запоминать всё, что я вам говорю. Помимо меня вашим обучением будут заниматься члены моей группы: Тали Эл-Нан, – я махнула рукой направо, – научит вас экранировать свои мысли и ставить ментальные щиты; Владислав, – кивок налево, – наш Проводник. То есть без него мы с вами дальше тренировочной поляны не выберемся до скончания веков. Так что как бы он вас не доставал, а поверьте, доставать он вас будет, держите себя в руках. Пока всё ясно?

Слушатели закивали головами, подтверждая, что сказанное мной было услышано.

– Отлично. В таком случае я предлагаю всем нам отдохнуть перед завтрашним днем. Тренировки начнутся с утра – в шесть часов я буду ждать вас на площадке. От души советую не опаздывать – у нас плотный график. Эрик, мне нужны досье на всю вашу группу. Чем раньше, тем лучше.

Старший понимающе кивнул.

– Они уже у вас на столе, дейна. В бумажной версии и на кристаллах – как вам будет удобнее.

– Хорошо. Тогда, думаю, всем нам есть, чем заняться.

Я развернулась, направившись к выходу, но потом всё же решила, что капелька меда к моему сухому приветствию будет весьма кстати.

– И ещё. Просто чтобы вы понимали куда попали. За непозволительно короткий срок я должна вложить в вас то, что в меня вдалбливали каждый день на протяжении трех лет. На мой взгляд, это почти невозможно, поэтому перед вами стоит предельно понятная задача – вы должны выжить. Ближайшие два месяца станут для вас адом, я об этом позабочусь. Так что не обессудьте и старайтесь не принимать всё на свой счёт. До завтра, кадеты.

Я вышла из казармы, оставив новобранцев переваривать мои слова, и на автопилоте отправилась к отдельно стоящему домику. Что-то мне подсказывало, что Мастер Ойди, наслышанный о моей любви к архитектуре викторианской эпохи, слегка перестарался в своём стремлении подсластить пилюлю.

– Кхм… – тактичное покашливание из-за плеча определенно принадлежало Тали и заставило меня обернуться.

– Что случилось, Таль?

Нимфа задумчиво перекатывала по ладони похожий на светлячка крохотный сгусток энергии.

– Если сегодня я тебе не нужна, то мне бы хотелось провести ночь в лесу. Сама понимаешь, днём я здорово потратилась в плане природной магии, а кто знает, когда в следующий раз выдастся спокойная ночь… Мне бы хотелось быть во всеоружии.

Я непонимающе уставилась на эмпата.

– А к чему такие тайны?… Я прекрасно знаю, что тебе нужно питаться, как и любому представителю твоего народа. Могла бы даже не спрашивать. Да и что мне от тебя может понадобиться посреди ночи?

Я продолжала смотреть на подругу в полном непонимании ситуации, и она, тяжко вздохнув и, очевидно, сетуя на мою непроходимую глупость, аккуратно отправила мне ментальную волну воспоминаний. В основном они были малоприличными и считанными ею в моей комнате вчера утром. Ах, вот она о чём. За меня и Влада в одном доме беспокоится. Не разнесем ли мы там всё к чертям собачьим и не заставим ли её, несчастную, потом всё это восстанавливать.

– Тали, иди, – с укоризной ответила я на её немой вопрос. – Я собираюсь провести ночь на редкость скучно, изучая присланные досье, всё равно из-за разницы во времени спать пока не смогу. Твоя помощь мне не понадобится – зауряднейшая бумажная работа.

– Поверю на слово… Раз я тебе точно не нужна, то воспользуюсь случаем. Если понадоблюсь – зови.

Лесная нимфа кивнула мне на прощание, в мгновение ока растворившись в гуляющих между деревьями клочьях тумана, оставляя меня наедине с нашим Проводником.

– Ну что, – как можно более беспечно произнесла я, – раз ты у нас в курсе что к чему, то веди давай. Показывай где располагаться.

Влад усмехнулся и, быстрым шагом преодолев небольшое расстояние до викторианского домика, распахнул дверь, галантно пропуская меня внутрь.

– Кабинет и лаборатория наверху, в мансарде, спальни дальше по коридору…. Гостевая зона и кухня открыты для всех кадетов, но дальше пройти можно только по твоему личному допуску. Вон, кстати, досье, которые ты просила. На столе лежат.

Влад стянул куртку и устало расшнуровал ворот рубахи.

– Кофе будешь?

– Пожалуй… Гадский был день.

Я прошествовала к приземистому столику по центру гостиной и взяла в руки информационный кристалл иссиня-чёрного цвета. Возиться с бумагами настроения сегодня не было от слова совсем. И без того напряженный день грозился оставить после себя горьковатое послевкусие бессонницы, так что чашечка крепкого кофе вряд ли усугубит ситуацию. Да и по моему субъективному восприятию времени сейчас едва перевалило за три часа дня. Межмировые сдвиги, будь они не ладны.

Машинально перекатив теплый кристалл из одной ладони в другую, я активировала его легким нажатием и аккуратно подбросила вверх в самом центре комнаты. Накопитель информации послушно завис в воздухе, раскинув передо мной череду объёмных изображений. Фотографии, справки, метрики, выписки из архивов… Часть документов была на лайет-сане – письменности ликаров, которую я сильно недолюбливала за излишнюю вычурность, но понять, что там написано, всё же была в состоянии. Среди всего прочего мне попалось несколько архивных справок на харфатхе – языке нижних миров. Им я уделила особое внимание, поскольку демонов и прочих представителей тамошней фауны по определению среди бойцов быть не могло. Как выяснилось, там говорилось лишь о продлении сотрудничества с Обителью и поставке необходимого количества портальных амулетов для новых бойцов после получения ими таны. Я брезгливо сдвинула в сторону вкладки на древнем языке демонов и углубилась в изучение личных дел.

– Савелия! – голос из-за спины прозвучал излишне громко и недовольно, очевидно, Влад окрикивал меня уже не в первый раз. Я машинально протянула руку, принимая чашку с горячей ароматной арабикой и долькой свежего лимона.

– Где твои тренированные бойцовские рефлексы, милая? Этак тебя скоро голыми руками скрутить можно будет, – с усмешкой укорил парень, вставая по левую руку от меня и присоединяясь к изучению документов.

– Попробуй, – меланхолично отозвалась я, пригубив обжигающе-горький напиток.

– Спасибо, я сегодня уже напробовался, – сквозь голос пробивалась не особенно скрываемая насмешка. – Кстати, может объяснишь, с чего ты сегодня такая злая? В следующий раз хотелось бы понимать, за что мне пересчитывают ребра.

Я едва не подавилась кофе, поворачиваясь в сторону парня, и уставившись на него, как на выверну, которая, вместо того чтобы меня сожрать, вдруг решила изобразить реверанс.

– Ты сейчас серьезно?

– Вполне. Что не так-то? Хоть бы объяснила, прежде чем отправлять в нокаут.

Я поставила чашку на стол, сложила руки на груди и пристально уставилась на друга, ехидно щуря глаза.

– Ну, хорошо. Я поясню. Во-первых: я всё ещё глава этой группы, и ты не имеешь права ставить под сомнения мои приказы. Никогда. Это ясно?

– Ясно, – кивнул Влад. – Хоть и спорно.

– Во-вторых! – я повысила голос – После твоей вчерашней выходки тебе бы стоило радоваться, что я вообще тебе конечности по одной не поотрывала. А ты возмущаешься из-за какой-то оплеухи. С этим тоже ясно?

– И тоже спорно.

– И в-третьих! Ты просто должен перестать делать то, что делаешь прямо сейчас!

– Что я делаю? – с улыбкой уточнил Проводник.

– Ты со мной споришь! Нет, хуже. Ты мне перечишь. И это возвращает нас к первому пункту. Я. Твой. Начальник. Я говорю, ты делаешь. Пожалуйста, не заставляй меня снова это повторять. Теперь всё ясно?

– Нет, не всё.

– Спрашивай, – процедила я сквозь зубы.

– Получается, я должен беспрекословно слушать тебя, как руководителя группы, это понятно… Но как быть с тем, что я так же должен защищать тебя, как женщину, которая мне дорога?

Я дважды хлопнула ресницами и в недоумении открыла рот, чувствуя, как по моей талии скользит сильная ладонь, а жар от чужого тела вдруг становится ближе и чувственней. От тёплого движения воздуха где-то в районе шеи захотелось зажмуриться и по-кошачьи заурчать. И как у него получается понижать тембр голоса так, что я совершенно не могу вспомнить за что на него ругаюсь?…

– У нас тут на лицо конфликт интересов, дорогая. Ты так не думаешь?

Парень ослепительно улыбнулся, прижимая меня к себе, и легко нашел мои губы своими. Чёрт… Что-что, а целоваться он умел, надо отдать ему должное. Мягко, но настойчиво он стащил с меня куртку, и я почувствовала, как по оголённой коже спины под футболкой тянется за его пальцами дорожка чувственной дрожи. Его руки были горячими, а губы решительными, и я без сомнения погрешила бы против истины, если бы сказала, что мне не хотелось сейчас отправить всё в бездну и просто раствориться в его поцелуях. Улучив момент, когда парень оторвался от моих губ, давая возможность вдохнуть и перемещаясь поцелуями к выступам ключиц, я выставила перед собой руки, упираясь Проводнику в грудь в попытке отвоевать себе хоть толику личного пространства.

– Нет, – я покачала головой, стряхивая накатившее наваждение, и уверенно заглянула в затянувшиеся тьмой глаза. – Твоя позиция мне ясна, но нет. Такие отношения сейчас будут только мешать… А я к этому не готова.

Влад не настаивал. Просто продолжал стоять и смотреть так, будто медленно стягивал с меня одежду. Его губы изогнулись в полуулыбке.

– Как знаешь, – он нежно провёл пальцами по моей щеке, подцепил подбородок, заставляя посмотреть в чёрные, как предгрозовое небо, глаза. – Пожалуй, тебя я готов подождать.

Ещё один поцелуй. Лёгкий и невесомый, без тени страсти или вожделения. Всего лишь тёплый отпечаток его губ на моих. Поцелуй, обещающий много больше в будущем, если я соглашусь на это пойти. А потом он меня отпустил, небрежно подхватил свою куртку и направился в сторону личных комнат, очевидно, решив всё же выделить время на сон. Оставшись в одиночестве среди бесконечных документов и совершенно разобранных мыслей, я устало опустилась на диван, машинально накручивая на пальцы кончики стянутых в хвост волос. За день непослушные каштановые локоны безнадёжно спутались, наверняка придавая мне поразительную схожесть с нелюдимой болотной нечистью, а глаза, цвет которых я обычно с трудом определяла, как каре-зелёный, наверняка переливались живописной сеткой капилляров, добавляя моему образу восхитительной инфернальности.

Н-да. И на что сегодня Влад польстился – не понятно.

Потянувшись к столу за безвозвратно остывшим кофе, я с отвращением подняла глаза к голограммам документов, разбросанным по комнате. Ночь обещала быть долгой.

Глава 4

На рассвете мне всё же удалось на пару часов задремать прямо на диване в гостиной, но, ей-богу, лучше бы я этого не делала. После пробуждения голова оставалась тяжёлой и напрочь отказывалась соображать, а яркое солнце серьёзно портило и без того поганое настроение. Решив, что говорить в таком состоянии значит просто издеваться над собой, я отправила отвратительно бодрую группу кадетов на десятикилометровый кросс по пересеченной местности и устроилась под раскидистым деревом, задумчиво потягивая из большой глиняной кружки какой-то травяной отвар Влада, призванный поставить мою голову на место. Пока с задачей он не справлялся.

В этом уголке мира сейчас царил самый разгар лета, так что сидеть можно было прямо на земле, уютно забившись в природное кресло из переплетенных древесных корней и закатав потертые джинсы выше колен. Тали до сих пор не вернулась, заставляя меня волей-неволей начинать за неё переживать, а Влад с самого утра засел в лаборатории, передавая отчёт о нашем прибытии в Обитель и попутно готовя какие-то жуткие природно-магические смеси. Впрочем, для него это было делом привычным.

– Лариэль! Марион! Держите темп! – резко окрикнула я чуть отставших на очередном круге девушек и поморщилась от громкости собственного голоса. Рыжеволосая ликария тут же подобралась, легко опередив группу из нескольких ребят и удерживая свою позицию. Упрямая и молчаливая Марион с видимым усилием увеличила темп, догоняя товарищей.

Вообще-то ребята держались неплохо, а посланный вслед за ними импульс-ищейка подтвердил, что сачковать они не собирались и выкладывались на дистанции по полной программе. К их несчастью, они пока не знали, что ждёт их после пробежки, иначе постарались бы разумно экономить силы, а не пытаться произвести впечатление на Мастера, преодолев дистанцию вдвое быстрее, чем я от них требовала.

– Как отдыхается? – голос бесшумно присевшей рядом со мной нимфы вытащил моё сознание из раздумий и хорошенько настучал по больной головушке, заставляя меня приглушенно зашипеть.

– Премерзко.

Тали тихонько хихикнула и положила мне на лоб прохладную ладонь, давая напитаться своей энергией и проясняя рассудок.

– Спасительница… – блаженно промурлыкала я, едва не растекаясь от удовольствия.

– Спала бы по ночам нормально, глядишь, и спасать бы тебя не пришлось.

Тали подобрала под себя ноги, внимательно глядя куда-то сквозь деревья. Понять, что она пытается рассмотреть, я никогда не могла. Лесные нимфы видят мир совершенно по-особенному и пытаться в это вникнуть всё равно, что представлять какой вкус у леса. Дело безнадёжное.

– Не фырчи. У меня была тяжёлая ночь. Да и день не лучше.

– Не сомневаюсь. Ты в гостиной такой раздрай после себя оставила, что Влад весь изматерился, пока пытался пробраться на кухню.

– Ты уже заходила в дом? И как там? Новости из Обители есть?

– Сама бы пошла и спросила, – пробормотала девушка, тяжело вздыхая. – Есть, конечно. Отчёт по препарированию вчерашнего вытня уже у тебя на столе, в кабинете. И какое-то «очень личное» письмо от Ойди.

– И что там? – заинтересованно подобралась я, допивая отвар.

– Я же сказала – «очень личное». Мы не заглядывали. Ты долго своих птенчиков по лесу гонять будешь?

– Ровно столько, сколько им пришлось бы бегать от раздраконенной выверны, например, – я сверилась с часами. – Думаю, ещё минут двадцать, и дам им отдышаться перед спаррингом. Кстати, вечером у тебя с ними занятия. Прощупай как у них с ментальными щитами.

Нимфа фыркнула, прикрыв сверкнувшие голубизной глаза.

– Да никак. Вчера ещё прощупала. Всё по нулям. Полагаю, им про такое чудо даже не рассказывали.

– Тогда начинай учить, – я поднялась на ноги, с удовольствием потянув позвоночник. – У нас мало времени.

Отойдя подальше, в сторону спортплощадки, я выкинула всё из головы и уделила оставшиеся полчаса плотной физнагрузке. Разминка, силовая тренировка, растяжка… Всё это было давно заучено на уровне почти безусловного рефлекса и имело скорее характер привычки, чем тренировки. Тренировками со мной занималась в основном нечисть. Вернувшись к группе, я посмотрела на тяжело дышащих «птенчиков», пробежавших кросс чуть больше, чем за половину отведённого мною времени, и равнодушно констатировала:

– Вполне сносно. Раз вы настолько полны сил, то, думаю, продолжить можно без перерыва. Разбейтесь на три группы. Дальше по программе спарринг.

Кадеты без особого энтузиазма расползлись по разным углам площадки, поглядывая на свежую и бодрую меня с явным неудовольствием.

– Эрик! Выведи свою группу в центр.

Старший кивнул и сделал несколько шагов вперед, увлекая за собой ещё троих мужчин и уже упомянутую выше ликарию.

– Встань в центр группы. Остальные четверо – нападайте.

Пятёрка будущих бойцов посмотрела на меня с удивлением, но возражать не стала. Тонкая и лёгкая Лариэль тут же попыталась занять позицию за спиной Эрика, но его, видимо, не просто так в учебном центре назначили Старшим. Аккуратно и внимательно следя за каждым из своих противников, Эрик неторопливо оборачивался вокруг невидимой оси, стараясь удержать всех одновременно в поле своего зрения. Первым в атаку кинулся Ош – хмурый, приземистый хамм с сероватым цветом кожи. Если верить досье, то последние несколько лет он провёл на военной службе по контракту в родном мире, поэтому атака в лоб с его стороны меня не удивила. Эрик с легкостью ушёл от его удара, проскользнув под рукой нападавшего и временно выводя противника из игры точным ударом локтя в основание шеи. Хамм потерял равновесие и преградил путь кинувшемуся было в атаку Дэрену – молодому парню с явной переоценкой своих возможностей. Пока эти двое пытались разобраться, Старший успел провести короткую серию атак с открывшимся для удара Тай-Муном, но увлёкся и огрёб таки знатных люлей от подоспевшей ликарии. В общей сложности на то, чтобы уложить Эрика на лопатки подгруппе потребовалось около четырёх минут. Очень неплохой результат для Эрика. И просто отвратительный для всех остальных.

С двумя другими группами ситуация была примерно такой же. В центр я приглашала наиболее интересного, с моей точки зрения, бойца, а остальные вились вокруг него, как мухи вокруг котлеты. Лучше всех дела обстояли в последней пятёрке. Вышедшую в центр круга добровольцем хрупкую Лессу уложили всего за полторы минут. Но тут немаловажную роль сыграло то, что в ее группе оказалось сразу два серьёзных противника – тройн Тан и самайн Сарфат. Против них у девчонки было откровенно мало шансов.

Я дождалась, когда все участники спарринга примут вертикальное положение и выразила им свое недовольство. Чётко, образно и очень нецензурно. Ош сдавленно хрюкнул, очевидно, оценив мой богатый матерный лексикон. Эрик сделал шаг вперёд и, придерживая ребра, по которым ему так знатно настучала Лариэль, максимально сдержанно произнес:

– Дейна. При всём моем уважении, вы слишком суровы. Многие из нас прошли очень серьезную боевую подготовку, но всё же уровень у всех разный. Выстоять в одиночку против четырех противников сложно, но и уложить на лопатки наиболее сильных, выбранных Вами бойцов, ничуть не легче. Как можно сравнивать меня и, скажем, Дэрена, если между нами разница в десять лет боевого опыта? Он просто ещё слишком молод, чтобы со мной тягаться. Не стоит грести всех под одну гребёнку!

Я задумчиво посмотрела на парламентёра. Остальные в большинстве своём были с ним молчаливо согласны.

– Сколько Вам лет, Эрик?

– Тридцать четыре. Из них уже пятнадцать я состою на службе во внутренней агентуре своего мира.

– Что ж… – задумчиво протянула я, выходя в центр площадки и закручивая длинные темные волосы в тугой узел на затылке. – Мне двадцать два. Мой боевой опыт в два раза меньше Вашего, да и по телосложению и массе я уступаю половине группы. Возможно, многие из вас думают, что я занимаю столь высокий пост в столь нежном возрасте только из-за своего дара… Но, как вы понимаете, в сражении с антропоморфным противником, а не с нежитью, мой «дар» практически бесполезен. Кадеты, займите места вокруг меня.

Изрядно помятые «бойцы» расползлись по линии воображаемого круга и с интересом наблюдали за тем, что же я собираюсь им «преподать». Тали взирала на всё это со стороны, пряча улыбку в длинных рыжих локонах.

– А теперь, птенчики, попробуйте меня достать, – спокойно произнесла я, принимая обманчиво-расслабленную стойку.

Бой был коротким. Не будь дураками, бойцы сразу попытались налететь на меня всем кагалом, но я легко проскользнула между ног двух ближайших противников, прикрывшись подвернувшимся под руку тройном на манер щита. Тому достался резкий удар от Сарфата и пара тумаков от оказавшегося поблизости Тай-Муна. Противники ставили подножки, пытались обойти меня со спины и по-простому атаковать в лоб, но отсутствие слаженности в их движениях создавало ненужную свару – они сами себе мешали. Против пятнадцати хорошо натренированных работать в команде бойцов я бы, разумеется, не устояла, но, привыкшие работать в одиночку, кадеты совершенно не осознавали, когда нужно отойти и уступить место другому. Бой окончился меньше, чем за четыре минуты. Несколько человек, окончательно выдохшись, стояли на коленях, пытаясь восстановить дыхание. Те, кто поумнее, отошли в сторону, признавая своё поражение и не нарываясь на лишние тумаки. Я вышла из круга и повторно высказала своё мнение в краткой форме.

– Как я и сказала – всё плохо. Завтра с утра мы начнем с того, на чём закончили и я надеюсь вопросов о том, как мне вас обучать, больше ни у кого не возникнет. Сейчас вы идёте в казарму и приводите себя в порядок. После обеда вами займется дейна Тали Эл-Нан. Вопросы?

Эрик почтительно склонил голову, как всегда выражая мнение всей группы.

– Никаких, Митрес.

– Вот и ладушки. У вас час.

Я отошла к нимфе, всё это время издалека наблюдавшей за боем.

– Думаешь, переборщила? – неуверенно спросила я, глядя на задумчивое выражение её лица. Тали отрицательно мотнула головой.

– Нет, нисколько. Если бы ты переборщила, мы бы сейчас половину из них в лазарет порталом спроваживали.

Девушка легко поднялась на ноги, отряхивая юбку лёгкого летнего платья.

– Мне, пожалуй, стоит подготовиться к занятиям. Эти несчастные через пару часов будут жалеть, что ты их здесь не добила.

Тали нехорошо улыбнулась, оставляя меня самостоятельно додумывать то, как не повезёт сегодня этим бедолагам. Мне ли не знать, как после тренировок с ней голова раскалывается на две ровные половинки.

– Таль! – я окликнула девушку, уже отправившуюся вслед за скрывшейся в казарме группой. – А ты случаем не знаешь, что значит Митрес?

Девушка обернулась и с улыбкой пожала плечами.

– Это женский вариант обращения к Мастеру на языке родного мира Эрика.

– Хм… – я пару секунд постояла в задумчивости. – А мне, пожалуй, нравится.

– Ну, ещё бы! – нимфа откровенно расхохоталась, а я направилась прямиком к дожидавшемуся меня «очень личному» посланию, оставив своих подопечных долго и наверняка безуспешно разбираться с ментальными атаками Тали. Меня с них на сегодня хватит.

Покрытое мраком тайны послание от Мастера оказалось лишь витиеватой попыткой убедить меня в том, что надзиратель, приставленный к моей группе Министерством, – человек в узких кругах очень нужный, и я должна всеми силами постараться его не убить. Прослушав сообщение, я убрала кристалл на верхнюю полку рабочего секретера и приступила к изучению отчёта патологоанатома. Как я и подозревала, с вытнем было «что-то не так». Во-первых, это была самка. Во вторых, в скором времени она ожидала приплод. Всё бы ничего, но самки вытней всегда плотно охотились до наступления беременности, а весь период ожидания молодняка проводили в заранее приготовленной норе, не подпуская к себе никого кроме самца, обеспечивающего семейство пропитанием. Гулять по лесу в поисках пищи, а уж тем более нарываться на бой с противником, превосходящим их численно, было для животных в таком положении крайне нетипично.

Про вихрастого паренька, найденного нами в лесу, ни в сообщении, ни в присланных мне документах не было ни слова. О чем они договорились с Ойди, мне приходилось только догадываться. Хотя, если честно, забивать этим голову я не собиралась. Проблем хватало и без того.

Весь оставшийся день я провела в кабинете, пытаясь понять, что делать с группой дальше и как постараться подготовить их к испытаниям за столь короткий срок. Мысли, конечно, были, но что из моих идей выйдет, прогнозировать было сложно.

Вниз я спустилась только к вечеру, услышав хлопок входной двери и поняв, что если сейчас же не присоединюсь к ужину, то завтра толку от меня будет мало.

Тали устало опустилась на диван в гостиной, задумчиво пересыпая из одной ладони в другую несколько снятых с пальцев колечек.

– Ты провела зачистку? – я кивнула на руки девушки.

Предложение было скорее утверждением, чем вопросом. Ни для каких других целей Тали не снимала с рук реликвии своего народа.

Эмпат задумчиво кивнула. Её взгляд был немного расфокусирован, а прикрытые веки позволили мне лицезреть выжатые и перекрученные нити Силы, бледно мерцающие вокруг нимфы. Обычно они были ярко-голубыми. Сейчас – серыми.

Я тяжело вздохнула, присаживаясь на диван рядом с девушкой.

– К чему было так торопиться, Таль? Можно ведь было чистить их группами.

– Не можно, – раздосадовано бросила эмпат. – Они слишком хорошо успели друг друга узнать. Неосторожно оброненное слово о прошлом свело бы на нет всю мою работу. Уж лучше выложиться сразу, чем сто раз переделывать одно и то же.

– Зато теперь работа сделана, а ты похожа на весьма бодрый труп. Красота и благолепие, ничего не скажешь, – удержаться от едкого комментария было выше моих сил.

– Слушай, Сава, я же не указываю тебе, как работать, верно? – голос нимфы оставался ровным, но проскользнувшая во взгляде искра ничего хорошего не предвещала. – Ты через раз творишь такое, что мы с Владом не знаем за какое дерево прятаться, чтобы под руку не попасть, и что? Разве я тебя одёргиваю?

– Девочки! Девочки! Не ссорьтесь.

Возникший за нашими спинами Влад вальяжно расположился на спинке дивана и заговорщически склонился к пылающей праведным гневом нимфе.

– Не слушай эту злюку. Я всегда так делаю.

Мои брови удивленно поползли вверх. Это я-то злюка?! Уже собравшись высказать Владу всё, что думаю о его способностях переговорщика, я осеклась, заметив в его руках увесистую тёмную бутыль с чем-то явно алкогольным. Во второй руке парень держал три пузатых бокала.

– Это что? – с недоверием спросила я, уставившись на Влада и его ценный груз.

– Это, моя милая, то, чем я собираюсь вас мирить. И заодно восстанавливать силы нашей доброй фее.

– Я не фея, – автоматически поправила Тали, перехватывая бутыль и разливая её содержимое по бокалам.

– Не-не-не… Это без меня, – я отодвинулась на край дивана, отрицательно мотая головой. – Второй день подряд просыпаться с головной болью в мои планы точно не входит.

Проводник снисходительно улыбнулся, удобно перехватывая один бокал и протягивая мне второй.

– Брось, Сава. Это всего лишь ликарский сидр. В нём магии в два раза больше чем градусов. Тебе тоже не помешает подпитать резерв.

– Я предпочитаю подпитывать его тренировками, а не энергетиками, – упрямо повторила я и демонстративно сложила на груди руки. Нимфа, уже успевшая сделать пару внушительных глотков, внезапно прыснула со смеха.

– Савелия, ты как ребёнок, ей-богу. Свою несгибаемость прибереги для кадетов, они точно ей проникнутся. Мы же тебя как облупленную знаем. Пей давай, а не сцены устраивай.

Я с сомнением покосилась на содержимое бокала. Над темной густой жидкостью витал еле заметный сиреневатый дымок. Ликары умели так мастерски сплетать магию с разного рода веществами, что другим расам до них в этом плане ещё пару тысячелетий придется развиваться. И не факт, что догонят.

Изобразив для приличия оскорблённую невинность, я приняла из рук Влада наполненный бокал и залпом его осушила.

– Ну как?… – тоном Мефистофеля протянул этот искуситель, пряча в уголках губ самодовольную улыбку.

Я прислушалась к ощущениям и с удивлением обнаружила, что они мне, пожалуй, нравятся. Горячая волна магии, сплетенной с травяной настойкой, прокатилась по всему телу, отзываясь покалыванием на кончиках пальцев. Голова стала легче, а разум – чище. Чёрт возьми, а ведь хорошо!

– Не поняла, – усмехнувшись, ответила я, протягивая нимфе пустой бокал.

Наши посиделки перевалили далеко за полночь. Дорогой опьяняющий сидр давно закончился, уступив место сначала терпкой тройнской ракии, а потом и вовсе банальному человеческому пиву. Хорошему, правда. Австрийскому. Откуда Влад всё это взял, я не стала даже спрашивать. В его случае поговорка «меньше знаешь – крепче спишь» полностью себя оправдывала.

Я так и сидела на диване, подобрав под себя ноги. Влад с удобством расположился на ковре, откинувшись назад и примостив голову у меня на коленях. Тали чуть слышно хихикала над шутками парня, которые чем дальше, тем становились пошлее, а я просто слушала их голоса, выкинув из головы всё остальное. Впервые за долгое время мне было действительно легко.

– …в общем эта хаммша на меня тааак посмотрела, клянусь, я еле ноги оттуда унёс! – Влад «с ужасом» приложил руку к груди, а Тали разразилась очередным приступом смеха. Магия уже плескалась в её глазах на уровне зрачков, грозясь перелиться через край. Алкоголь, к слову сказать, тоже.

– Знаете, что я думаю? – задумчиво протянула я, прерывая бесконечные рассказы Владика. – Есть только одно объяснение тому, как вытень оказался на поляне.

– Савелия! Ну, не порти такой вечер! – парень скорбно посмотрел на меня снизу вверх, поудобнее пристраивая голову на моих ногах.

– И какое же? – заинтересовано подобралась Тали, не скрывая заполнившее её любопытство.

Вот за что её люблю – в каком бы она ни была состоянии, способность ясно мыслить всегда остаётся при ней.

– Его туда привели, – лаконично отрезала я. – И сказали, что нужно делать.

Нимфа нахмурилась, в задумчивости покусывая нижнюю губу.

– Нет, это вряд ли. У низших существ практически отсутствует способность к дрессуре, ты же знаешь. Ни один заклинатель не возьмется за попытку управлять столь непредсказуемой и, что греха таить, злобной тварью.

– Зато демон возьмется. Способность к слепому подчинению у вытней такая же, как и у любого другого низшего.

– Так зачем тогда так всё усложнять? – Влад волей-неволей присоединился к обсуждению. – Можно было привести гарпию или адского пса. С задачей они бы справились, и ни у кого не возникло бы лишних вопросов.

– Думаю в этом всё и дело, – хмуро добавила я. – Тот, кто это затеял, хотел, чтобы у нас возникли вопросы.

Хотела я того или нет, но настроение от моих размышлений у всех подпортилось, и через полчаса мы всё-таки разбрелись по своим спальням. Уже завернувшись в одеяло и проваливаясь в полупьяный сон, я вдруг осознала, что взгляд пережевывающей мою руку твари был слишком уж осмысленным. А ещё – знакомым.

Следующие несколько недель прошли на удивление спокойно. Ребята тренировались, мы с Тали старательно их гоняли в меру их сил. И сверх меры – тоже. Влад днями напролет пропадал в лаборатории, вяло подшучивая над забредавшими по той или иной причине в наш дом кадетами. Судя по тому, что его ни разу никто не попытался побить – Влад измывался над ними скорее из чувства долга, а не по велению души, как это происходило обычно. К вечеру все мы так выматывались, что сил оставалось только на то, чтобы в полудреме записать отчет для Обители и провалиться в спасительный сон. Вызовы на задания не поступали, и от этого с каждым днем всё больше начинало сосать под ложечкой – такое затишье вряд ли предвещало нам что-то хорошее.

На утро двадцать шестого дня нашего пребывания в центре подготовки я возвращалась с трехчасовой тренировки, мечтая только об одном – поскорее забраться в душ. Жара на улице стояла невыносимая, поднятая с площадки пыль плотным слоем прилипала к телу, создавая устойчивое ощущения дискомфорта. Не то что бы мне не доводилось находиться и в гораздо худших условиях, но когда есть душ и полдня свободного времени (спасибо Владу и Тали, утащившим группу на ментальный экскурс в смежные миры) – грех этим не воспользоваться.

Переступив порог дома, я замерла. В дальнем углу комнаты, в кресле, сидел демон и открыто разглядывал меня в упор. Рука автоматически метнулась за спину, к поясу, на котором должны были быть приторочены ножны. Но рунный кинжал, позволяющий заталкивать демонов обратно в нижние миры, сейчас лежал в оружейной моей комнаты. Да и к чему мне было таскать его с собой на тренировку в наглухо перекрытой от любого внешнего проникновения зоне?! Я досадливо мотнула головой, думая над тем, как будет лучше скрутить этого гада до того, как появится возможность его изгнать.

Очевидно, прочитав выражение моего лица, гость криво улыбнулся, поднимаясь мне на встречу.

– Светлого дня, дейна Савелия! – он отвесил церемониальный поклон, от чего черные, сплетенные в тугую, замысловатую косу волосы змеей переползли через его плечо, заставляя демона откинуть их на положенное место.

Полудемона, если быть точной.

Быстро моргнув и просмотрев его ауру более тщательно, я обнаружила скрытую ипостась человеческой сущности. А ещё я поняла, что уже видела его раньше – за плечом далина Скроло.

– Вы, должно быть меня не помните, хоть мы и встречались. Я – Деспил. Прислан Министерством Вам в помощь.

– Я помню Вас. Хоть и не в таком виде, – осторожно ответила я, продолжая держать в голове возможные варианты сражения.

– Приношу свои искренние извинения за то, что смутил Вас своим появлением в истинной форме, – демон едва заметно склонил голову, не отрывая от меня колючего, цепкого взгляда. – Я решил, что раз уж нам предстоит какое-то время работать вместе, то лучше сразу выложить карты на стол во избежание ненужных недоразумений. Вы позволите?

Гость указал рукой на низкий журнальный столик с дымящейся на нём чашкой чая. Я кивнула, наблюдая, как он вновь занимает кресло и подносит к губам обжигающий напиток. Демон сделал солидный глоток, даже не поморщившись, хотя я на его месте совершенно точно обожгла бы язык.

– Вы – обещанный надзиратель, – наконец заключила я, заставляя себя присесть на диван. Расслабить натянутую, словно тетива, спину я не смогла, но это было не так страшно. Скрывать своё к нему отношение я в любом случае не собиралась.

Демон скривился.

– Надзиратель – слишком сильное слово. Скорее уж я ваш партнёр. Коллега, если хотите.

– Не хочу, – резко ответила я. – Но меня не спрашивают, верно? Министерству нужны глаза и уши в учебном центре, и Вы здесь для того, чтобы ими стать. Это не делает Вас моим коллегой. Это лишь ставит мою работу под надзор.

– Если Вам угодно смотреть на это так – Ваше право. Но я прибыл не только для осуществления обещанного контроля. Я вхожу в преподавательский состав наравне с Вами.

– И что же, позвольте узнать, Вы будете преподавать?

– Защиту от демонов и других существ нижних миров.

Мои брови самовольно поползли вверх и, кажется, не доползли до линии волос самую малость.

– Поручать демону преподавать защиту от себе подобных – это что-то новенькое.

Деспил удрученно вздохнул, отставляя опустошенную чашку.

– Дейна, – он сделал паузу, – Ваша организация уже много десятков лет сотрудничает с представителями Цитадели, и я не более чем одно из звеньев в этой цепи. Вы и подобные Вам удерживают мир от перенасыщения темной материей, мы же, в свою очередь, делаем всё, чтобы облегчить Вашу работу. Думаю, мне не нужно рассказывать о том, откуда у Проводников берутся портальные амулеты? Без наших технологий пространственно-временные перемещения материи были бы невозможны. Отчего же Вас так смущает то, что на следующем этапе сотрудничества нам предстоит научиться работать бок о бок?

– Возможно всё от того, что я больше привыкла изгонять демонов, а не вести с ними задушевные беседы? – я передернула плечами, держа себя в руках только потому, что понимала, в каком ужасе будет Ойди, если я пришлю ему нового «коллегу» по частям и в разных коробках.

Мужчина сдержано улыбнулся и подался вперед, сокращая расстояние между нами.

– Дейна Савелия, привычка – дело наживное и поправимое. Поверьте, наша совместная работа способна принести весьма щедрые плоды. Ведь кто-то же должен однажды сделать первый шаг, верно?

Я настороженно замерла. Его глаза были тёмно-лиловыми и прожигали насквозь. Всё его существо было настолько чуждым этому миру, что не замечать такое было просто невозможно. Расслабленная манера держаться вкупе с прекрасно поставленной речью была призвана презентовать его скорее как политика или дипломата, но не как воина. Свободный покрой одежды не давал мне в полной мере оценить его физическую форму, однако, о демонах я могла твердо сказать одно – все они, без малейшего исключения, умели сражаться. И сражались насмерть, не щадя в бою никого и ничего.

Деспил моргнул, разрывая зрительный контакт, и протянул мне раскрытую ладонь, на которой лежал старомодный свиток пергамента.

– Здесь рекомендательное письмо от далина Скроло. Если у Вас будет желание ознакомиться, – демон улыбнулся, на миг обнажив длинные, заострённые клыки.

– Благодарю, далин Деспил, – сухо произнесла я, принимая письмо и поднимаясь с дивана. – Ваша комната дальше по коридору. Если возникнут вопросы – я у себя в кабинете. Допуск на Ваше имя будет активирован в течение пятнадцати минут.

Тягаться с Министерством – занятие совершенно неблагодарное. Я поняла, что никакого выбора у меня нет, как только он представился, но знакомство от этого приятнее не стало. Гость улыбнулся уголками губ, без стеснения рассматривая меня в упор.

– Это я благодарю Вас за понимание, дейна. Если желаете, мы можем перейти на ты.

– Не желаю, – упрямо повторила я и направилась вверх по лестнице.

…демон пересёк выделенную ему комнату, небрежно скинул с себя рубашку, разминая роговые наросты вдоль хребта. С наслаждением повёл плечами. Скоро придётся возвращаться в менее удобную человеческую ипостась, так как демонстрировать свою сущность перед коллегами Савелии пока не казалось ему разумным. Сейчас было крайне важно нигде не ошибиться, иначе расхождения с имеющимся планом могли обернуться катастрофой. Тот человек из Министерства всё-таки сдержал слово – протащил в Магистрате новую программу и смог утвердить на экспериментальную группу именно тех агентов, которые были нужны. Пришлось, правда, прикрыться именем Владыки, но вряд ли у Министра хватит духу лично связаться с правителем нижних миров и проверить слова Советника. Да и теперь это не важно – Савелия здесь, и пока всё идёт по плану.

Демон коснулся когтём одной из тёмных меток на своём предплечье, прокалывая кожу и позволяя капле крови стереть тавро. Где-то в другом мире сейчас с облегчением вздохнул Министр Скроло, наблюдая за тем, как исчезает с его руки тёмная метка.

У самого же Деспила от подобных печатей на запястьях не было живого места – всегда находились те, кто готов был попасть в число должников Советника ради достижения своих целей. Только вот немногим из них расплата оказывалась по карману, и зачастую тавро исчезали с рук Деспила сами – как только неплательщики переставали дышать.

Глава 5

Деспил не солгал. Официальное письмо за кровной подписью Скроло буквально источало благоговейный трепет с едва уловимой толикой хорошо скрытого страха. Сотрудничество с демоном, как бы высоко он ни стоял в иерархии своего народа, предсказуемо вызывало страх и опасения. Из письма было понятно, что Деспил находился на должности внештатного советника у самого Магистра, а к Скроло был приставлен исключительно в рамках текущей миссии – далин знал о нем немногим больше меня. Досье было вычищено до блеска, поэтому ничего хоть сколько-нибудь полезного я из него не извлекла. В нижних мирах Деспил имел весьма высокородное происхождение, но о его семье, тем не менее, в документах не было ни слова конкретики. Так же он являлся одним из членов комиссии по снабжению Обителей портальными амулетами. В общем, шишка важная, видная и убивать его ну никак нельзя.

Я свернула пергамент и убрала его в ящик стола. Конечно, перспектива сотрудничества с демоном, а уж тем более необходимость делить с ним крышу над головой, меня совершенно не радовала. Но с другой стороны, я хорошо усвоила уроки, которые мне давал Ойди – врагов надо держать ближе, чем друзей. А Деспил был мне никак не другом – всё моё нутро буквально кричало об этом, и у меня не было причин не доверять интуиции.

Приглушенный звон колокола возвестил о приближении ужина, и я поспешила спуститься вниз до прихода Тали и Влада. Гостиная пустовала. На столе лежал небрежно оставленный Деспилом плащ. Просто отлично. Он ещё и вещи разбрасывает.

В дверь тактично постучали, и, выждав положенные десять секунд, вошли. Центр подготовки снабжался питанием из Обители, но дежурства по кухне всё равно приходилось закреплять за одним из кадетов – доставленную еду ещё нужно было разогреть и распределить на порции. Сегодня, очевидно, была очередь Лессы – хрупкой, невысокой девушки с коротко стрижеными волосами белого, почти молочного, цвета. Заметив меня, она чуть склонила голову и застыла в нерешительности. Всё-таки расхаживать по дому в присутствии хозяйки ей было несколько неудобно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.