Ольга Еременко
Исповедь бывшей булимички

Посвящается всем,

кто болен булимией

От автора

Привет всем!

Меня зовут Ольга Еременко и я бывшая булимичка.

Сегодня, в свой день рождения, я приняла решение написать свою историю. В этом мире есть люди, которым моя история поможет начать путь выздоровления.

Сейчас мне 35 лет и я очень люблю свою жизнь. Люблю её всю! Я замужем почти 10 лет, у меня две дочки, я знаю свой путь и своё предназначение – и чувствую Бога в каждом дне. Было время, я и думать не могла, что можно жить так! Всё было совсем не радужно и не весело…

Это моя исповедь без прикрас! Всё как было. Всё по-честному. Всю душу – наизнанку. Все события являются реальными. Все имена будут сокращены одной буквой. Много шокирующих для нормального человека вещей я открыто опишу – но те, кто в «теме», меня поймут. Я хочу, чтобы каждая болеющая девочка знала, что булимии не стоит стыдиться! Это жизнь. И в ней не всё гладко! И такое случается! А главное – это излечимо!

Итак…

Предисловие

Не про похудение!

Булимия – это чрезмерное, регулярное, неконтролируемое обжорство нелогическим количеством еды с последующим очищением (выблёвыванием). Этот процесс не контролируется человеком на осознанном уровне, часто сопровождается принятием мочегонных и слабительных препаратов. В моём случае я делала клизмы на протяжении 14,5 лет – по литру воды, каждый день (в дополнение к искусственно вызванным рвотам).

Что является причиной такому состоянию? Сегодня я уже могу уверенно сказать, что причина – это всегда глубокая дисгармоничность личности на уровне души.

Обычно булимия начинается в подростковом возрасте и часто, якобы, из-за сильного желания похудеть. Иногда эта дисгармоничность случается из-за ранее случившегося, очень негативного стрессового события. Но все это – поверхностное понимание причин ее возникновения и некорректное. Часто именно череда негативных событий формирует дисгармоничную личность и позже булимия проявляется как способ адаптации к своей реальности.

Булимия – способ выжить. Это не про похудение! Это про душевную рану….

Глава 1. Когда мой мир рухнул

Родители

Я родилась в Будапеште (Венгрия), но выросла в Хабаровске. Мой папа был летчиком, а мама хирургом. Классическая советская семья. Я не помню тёплых и нежных отношений между родителями, они никогда не были близки. Мама «всё сама», а папа – дома лишь по вечерам.

Были и светлые моменты – такие как совместные ужины, однако и они часто заканчивались ссорами. Мой папа всегда был шутником и за столом постоянно смешил нас (меня и старшую сестру), а мама ругалась на него.

Маму я помню как «обслуживающий персонал» для всей семьи. Нежности и обниманий между нами не было, доверия какого-то тоже. С мамой в памяти из детства не связано ничего – кроме того, что у меня всегда были самые красивые новогодние костюмы и выглажены платья. Но я любила её – как и любой ребёнок любит свою маму.

Зато я была очень близка с папой! Он делал со мной уроки, водил меня на «танцульки», собирал детвору со двора и возил всех на новогоднюю ёлку, играл со мной по вечерам и даже одевался дедом морозом. Мы с папой всегда были вместе.

Поэтому спустя годы, когда родители развелись и отец уехал в Украину (в свой родительский дом), я потеряла часть себя – и осталась одна. Именно развод папы с мамой стал для меня самой сильной травмой.

Сестра

Я росла в одной комнате со своей сестрой Наташей, которая на 8 лет старше меня. Она никогда меня не любила, всегда унижала, била и обижала. Но мне всё равно хотелось с ней дружить, и я помню те редкие яркие моменты, когда у нее было «хорошее настроение» и она «нормально» со мной общалась.

Каждый раз я верила ей и думала: вот теперь мы будем как сестры! Но затем непременно наступал период издевательств с её стороны, и я вновь выжидала момент, когда же она «станет нормальной». И так было всегда.

Наташа называла меня «узкоглазая уродка». С такими мыслями о себе я и взрослела: ненавидя свои глаза в детстве, а в юношестве – и остальное тело.

Всю одежду и обувь я донашивала за сестрой, ведь всё лучшее – ей. Я никак не реагировала на сложившуюся ситуацию, ведь считала это нормой. Таким образом, я росла с фоновым чувством, что никому не нужна, не важна, «Оля – как-нибудь потом», на меня вечно не хватало денег/ времени/внимания и так далее.

Сейчас я уже знаю, что именно атмосфера в родительской семье и то, с какими убеждениями о себе и о мире ты растёшь, очень сильно влияют на дальнейшую взрослую жизнь и судьбу в целом.

Кстати, у сестры сегодня сложная и непростая жизнь.

Такая же, как и её характер.

Страшное решение

Окончательное решение о разводе с отцом приняла мама, а я «разрешила» ей это сделать. Поэтому именно её, как и себя, я долгие годы винила в развале семьи.

Однажды она обратилась ко мне: «Оля, я хочу развестись с папой. Можно?» Эти слова кинжалом вонзились в моё детское сердце – помню, как в слезах и с воплем «Нет, нет… только не это! Не хочу!» я бросилась бежать. Мама схватила меня, прижала к себе, тоже заплакала… и согласилась: «Хорошо, не будем».

Спустя некоторое время, мы всей семьей вернулись вечером после какого-то праздника. Родители сильно ругались. И тут папа начал бить маму – точнее, душить, зажимать лицо сумкой, толкая её на кровать. Они упали… Я кинулась разнимать их с криками «Нет папа, нет!». Хорошо помню биение своего сердца – ощущение, будто оно оказалось в моих ушах! Мне удалось их остановить.

Мама ушла курить и плакать на кухню… А папа тяжело сел в своё любимое кресло. Я обнимала его и безудержно плакала. Тогда он твердил лишь одно: «Прости дочка… Если бы не ты, я бы не остановился».

Немного успокоившись, я пришла к маме и сказала: «Мама, разводись», а потом убежала к себе в комнату и долго ревела в подушку.

Есть семья – нет семьи…

Последующие несколько месяцев прошли как в тумане, но я хорошо помню дни развода и как папа спрашивал: «кого ты больше любишь?», «с кем ты хочешь жить?», «я уеду и у тебя будет другой папа, понимаешь?». Кажется, тогда я лишь то и делала, что постоянно плакала в детской комнате, прислушиваясь к каждому слову на кухне – где нервно курила мама и шёпотом обсуждала с подругой подробности развода.

С тех пор я ненавижу сигареты.

Было невыносимо больно внутри. Вот, что врезалось в память. И так странно, но до сих пор не помню, как прощалась с папой. Наверное, он тихо уехал ночью. Обрывки воспоминаний – как мы ужинали последний раз за общим столом, давясь едой от его смешных шуток, как он сильно прижимал меня к сердцу – до крика, до боли… И тишина.

Вот тогда мой мир и рухнул.

А дальше.... Дальше началась совсем другая жизнь.

Истинную причину развода я узнала через очень много лет. И была в шоке! «Почему мне сразу об этом не сказали?» – первый вопрос, который прозвучал в моей 30-летней голове. Но какими бы словами мама объяснила мне, такой маленькой, что у них с папой есть интимные проблемы? Она промолчала. А я додумала… Уже будучи взрослой я прочитала, что такова особенность детской психики: многие дети ощущают себя виноватыми в проблемах своих родителей.

Но детство уже в прошлом, а прошлое мы изменить не можем. Зато мы в состоянии изменить своё отношение к этому прошлому!

Дисгармония случилась

В итоге всё сводится к тому, что детство у меня было до развода родителей, а после не было ничего… И меня тоже – не было!

До того периода времени всё шло хорошо в моём беззаботном детском мире. От «злой сестры» всегда защищал папа. И у меня были оба родителя, каждый из которых по-своему – но любил. И я себе нравилась! Даже помню, как маленькой любила наряжаться, как весело и подолгу крутилась у зеркала.

Но этот Прекрасный Мир рухнул после развода родителей. Поразительно, но я всегда жила с мыслями, что мне не повезло. Что у меня несчастное детство и плохая семья. В годы булимии именно так я воспринимала свою историю. Сейчас же я искренне считаю, что, наоборот, мне очень повезло! И с мамой, и с папой. Они замечательные по-отдельности, а то, что друг с другом они не сошлись – ко мне не имеет никакого отношения.

Но ребёнком так мыслить я не умела. Мой детский мозг постоянно выискивал новые недостатки во мне, а внутренний голос лишь ругался и всё критиковал.

Удобная для всех, кроме себя

После развода родителей я потеряла себя, и почти год выпал из моей жизни: перестала учиться, плохо спала, страдала лунатизмом. Мама даже повела меня к врачам. Так, в возрасте 8-9 лет я впервые попала к психологу, узнала про электрофорез и протестировала успокоительные (и не только).

Хорошо помню, как прошли зимние каникулы – у мамы на работе в психбольнице, в детском отделении. Пока она работала, меня обследовали и лечили. Это ощущалось как предательство, ведь мне не хотелось там быть. Я так боялась «этих страшных детей!». Что такое «даунизм» и кто такие «психи», я знала уже с детства. Но выбора у меня не было… И, в принципе маме, удалось как-то вернуть меня в реальность.

Однако «я» уже была не я.... Дисгармония случилась, травма развода родителей осталась. С того периода в Душу стали залетать и копиться всё новые обиды и неприятные ситуации, которые везде меня ждали в таком сложном, как мне тогда казалось, мире.

Я была чувствительным, нежным, добрым, тихим и послушным ребёнком. Всё понимала – и не просила, не клянчила, не заявляла о своих «хочу». Я была удобной. Всем, кроме себя самой (особенно когда стала взрослеть). До развода родителей я помню, что принимала себя.

После – не любила и считала какой-то «плохой». Позже, когда я стала девушкой, такая самоидентификация обострилась еще сильнее.

Глава 2. Детские травмы

Это важная тема, и я должна о ней рассказать.

При анализе сотен историй проявления булимии у всех девочек непременно всплывали детские травмы. Кстати, именно для болеющих девочек хочу акцентировать: детские травмы есть у всех! Без исключения.

Мне часто приходится слышать от участниц тренингов – мол, я всё смогла бы, если б «не случилось вот того» или если бы «убрать из жизни вот это…». Знаете, что? Никто не виноват в том, что у вас булимия! Прекратите искать виноватых, их просто нет – и даже вы в этом не виноваты!

Булимия – это исключительно ваш жизненный урок, не вина и не наказание! И пока вы его не пройдёте – он будет волочиться за вами, как хвост. То есть, это та «лишняя» часть вас, которая периодически начинает раздражать и от нее так хочется избавиться!

Ненастоящая вина, что ядом отравляет жизнь

Есть одно воспоминание, которым я хочу поделиться, ведь то событие принесло мне так много горьких слёз и несправедливой ненависти к себе! Я молча терзала себя около 3-4 лет – почему-то доказав себе, что виновата. А на то, чтобы убедить себя в обратном и доказать свою непричастность к тому случаю, у меня потом ушло аж два десятилетия.

Это произошло в период развода родителей. Я знала, что папа уедет в Украину, и эти мысли звучали в моей детской голове как приговор: «я потеряю папу! у меня больше никогда не будет папы!» Поэтому я ловила любую возможность побыть с ним «в последний раз». И однажды такая детская впечатлительность сыграла со мной злую шутку…

Был май – и у папы раз в год традиционно «запланирован парад». Ранее утро. Мне очень тяжело проснуться. Я даже не пошла в школу, ведь накануне вечером мы договорились пойти вместе на парад «в последний раз»! Сквозь сон я слышала, как ругаются родители.

Они ругались, не прекращая, и мне так не хотелось включаться в эту напряжённую реальность. В то же время я боялась проспать свой заветный «последний парад с папой», потому что «вот-вот у меня не будет папы». Я помню, как папа несколько раз заходил в детскую и просил меня встать… С верхней полки двуярусной кровати я видела, что он уже одет и мне нужно поскорее подняться и быстро успеть собраться… Но они с мамой так сильно кричали друг на друга… И я вновь проваливалась в сон.

Внезапно я подскочила от страха тишины! Ужас сковал всё тело: «Я проспала! Проспала Последний Папин парад!». Слёзы подкатили к горлу, я бросилась искать по квартире папу, не понимая, куда все подевались и который уже час… Забегаю в зал… А там молча сидит папа – в том же виде, что будил меня: в расстёгнутой рубашке, с не завязанным галстуком. В кресле, с каменным и опустошенным лицом. Такое выражение у него всегда появлялось после ссор с мамой. Сидел и смотрел «в никуда».

В слезах я подбежала к нему, прыгнула на руки, закричала: «Папа, пошли на парад!» А он расстроенно ответил: «Да что идти… уже поздно»… Я плакала, прижималась к нему, уговаривала пойти «хоть на немножко»… В моей детской голове сразу и на долгие месяцы сложился паззл, что это из-за меня папа такой! Расстроенный и пустой! Что это я виновата! Так глупо упустила последний парад с ним! Он не пошёл, потому что я проспала! «Я плохая, я виновата!» – эти слова звенели в голове и я так отчаянно рыдала…

А он и не вспомнил…

Больше я ничего не помню из того дня.

Спустя несколько недель папа уехал. Навсегда. И я не могла вспоминать этот день без слез. В тот год, как уже упоминала ранее, очень сильно замкнулась в себе.

Однажды мама предложила написать отцу письмо. И я стала писать ему письма с извинениями за тот день! Вина очень мучила меня те несколько лет… Один год совсем исчез из моего сознания. Когда мама вернула меня в реальность, то моей мечтой стало лишь одно – поехать в Украину и попросить у папы прощения.

Не помню, сколько лет прошло в таком состоянии… Три, а может четыре года. На письма папа не отвечал. Но я не обижалась: он был такой родной… Помню, как мама однажды поругала его, что он не отвечает на мои письма. «Я плохо вижу», – ответил папа, к тому же он никогда и никому не писал в своей жизни писем. Он такой. И я его безгранично любила папу таким. И даже злилась на маму: как она может его в чем-то упрекать?!

А когда, спустя много лет, я всё же смогла приехать в Украину и с ним поговорить, то он даже не вспомнил тот роковой для меня день! Позже, когда я взрослела и самостоятельно работала над этой травмой, без эмоций «просматривая» воспоминания – то смогла, наконец-то, осознать, что с каменным лицом папа сидел не из-за меня! А из-за ссоры с мамой! И что не по моей вине мы пропустили тот парад. И я ни в чем не была виновата!

Я смогла простить себе эту «вину» через много лет – лишь когда повзрослела. И скорее всего, в тот период у меня уже была булимия – потому что именно болезнь заставила меня вернуться в прошлое и посмотреть в самую глубокую часть своей Души.

Корень булимии – навязчивое самонаказание

Мораль сей истории такова, что детское восприятие часто коверкает реальные события. И надо иметь мужество и большое желание, чтобы начать разбирать свои детские травмы. Но потом, после болезненного и скрупулезного анализа, травмы просто… испаряются!

Я не знаю, удалось ли мне передать реальную трагичность того события. Сейчас я пишу об этом абсолютно спокойно: струны моей души молчат, ничего не содрогается при описании ушедших переживаний.

Однако как много лет это было моей страшной тайной и болью! Именно тогда подсознание активировало программу «самонаказание за вину». Всегда и везде я чувствовала себя виноватой. По поводу и без него. Не один год я оставалась аномально стеснительной и постоянно мысленно гнобила себя: «Зачем я сказала это, зачем сделала то – какая же я дура!»

Сейчас у меня не существует таких мыслей. Но с юного возраста и примерно до 27 лет я жестоко отвергала себя. Один из глубинных мотивов булимии – то самое самонаказание за мнимое чувство вины!

Сегодня, при общении с девочками, даже мне очень непросто научить их отключать эту разрушительную и навязанную, придуманную виной, «схему мышления»…

Глава 3. Мир радует, но затем… бросает

Лучшее в моем детстве

Если не считать нашу «дворовую» компанию и моих соседок (с которыми я дружила, много раз встречала Новый Год, вместе мы «тусовались» на днях рождениях, впервые находили с ними у родителей презервативы и наполняли их водой, обсуждали «откуда берутся дети» и «что такое месячные»), то у меня есть ещё один светлый кусочек детства! Это «Студия Ю».

Так назывался детский творческий коллектив, в который я попала в 5 классе. У нас были концерты, мы пели, танцевали, ездили на гастроли. Я даже «засветилась» в местной телевизионной передаче «Песенка за песенкой» и спела композицию, которая совсем мне не понравилась. До сих пор её помню!

В этом кружке было всё, что я любила: классический балет, современные танцы, актёрское мастерство и многое другое! В то время я впервые узнала, что можно толстеть или худеть при помощи диет. Но знания были весьма поверхностными, ведь я не была «настолько полной».

«Чудо» голодания и что из этого вышло

В творческий кружок я приходила со школы, потом пережила выпускные и вступительные экзамены, благодаря чему творческая эйфория продлилась ещё два года. А потом всё распалось…

Несколько лет подряд мы всем коллективом ездили на море, из Хабаровска во Владивосток. Во второй год я помню нашу поездку очень хорошо: еда закончилась, и нам пришлось голодать. Взрослые кормили нас водянистыми супами из грибов, которые мы собрали днем. Помню даже дни, когда мы ходили к местным жителям и просили у них картошку. Но всё же это самые светлые и весёлые воспоминания!

Я садилась на все шпагаты, пела первым сопрано и была очень хороша в балете. После поездки на море все похудели – и я помню, как рассматривала свою красивую, худенькую фигуру в зеркале и не могла поверить, что «там я»!

В тот период я стала очень мало есть. И даже мама ругала меня, что не ем «по три дня». А я просто забывала! Школа с 8.00 до 14.00, потом «Студия Ю» до 18.00. Домой приходила уставшая, быстро делала уроки и ложилась спать. И так два года. Тогда я «выживала» за счет чипсов, китайской лапши и псевдошоколада «Альпинголд».

Ещё я помню, что в то время было легко понимать, какие занятия мне интересны и в чем я хороша! Актерское мастерство, вокал, театральные постановки, танцы. Однако более глубоко я не умела анализировать себя. Поэтому когда мама «выживала» после развода, я потерялась в надвигающемся переходном возрасте.

У каждого подростка – своя пропасть

Подводя итог, я хочу отметить, что у меня было обыкновенное детство: с хорошими и плохими событиями, с радостями и горестями.

А вот ближе к подростковому периоду мне стало очень тяжело. От всего: от развода родителей (который я не смогла пережить), от развала танцевальной студии, от внутреннего одиночества и «черной дыры» внутри себя.

Когда студия развалилась, я оказалась предоставлена самой себе. Тогда я стала поправляться. Помню, как пришла к школьному психологу и плакала о том, что мои родители развелись.

Я оказалась в тупике. Все друзья куда-то исчезли. Всё в жизни «стало плохо» – а выхода я не видела. Я осталась одна. Тотально одинокой в этом непонятном мне мире.

Но сейчас, спустя многие годы, я понимаю, что многие подростки переживают подобное! И не справляются…

Срываются в пропасть… А пропасть у каждого своя…

Глава 4. Подростковая булимия

Реальный человек, а не виртуал

На данный момент я всё реже занимаюсь терапией с девочками-подростками. По моему убеждению, подростку нужен живой пример! Таким людям отлично работается в «живых группах», когда они видят себе подобных и могут безболезненно довериться реальному человеку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.