I

Карл перебрался в этот город сравнительно недавно, менее года назад. Как и в большинстве случаев такого рода миграций, во всем виноваты соображения карьеры, включающие в себя не только сугубо материальные стороны. До переезда Карл работал в филиале той же компании, только в другом городе. Предыдущий город также не был ему родным: местом, где он вырос. Хотя, откровенно говоря, место, где он родился и вырос, никогда не вызывало в нем теплых воспоминаний. Ему никогда не хотелось туда вернуться насовсем. Там до сих пор живут его родители и другие родственники, Карл изредка приезжает туда, но никакого щемящего предчувствия до и душевного подъема во время пребывания в родной стороне он ни разу не ощущал. Что было виной тому, сам Карл не мог себе ответить однозначно. Возможно, причина в том, что родина его детства – небольшой патриархальный городок, недвижимый, как гладь озера в безветренную погоду. Хотя все атрибуты обычного счастливого детства в его жизни были и там. Пожалуй, как у большинства людей. Мало того, подспудно Карл понимал, что проблема скорее в нем самом, нежели в месте, где он вырос, и, родись он в крупном городе, вряд ли что-либо изменилось бы в его отношении, и он стал бы испытывать привязанность и постоянную тоску по родным местам. Таков уж он есть, и его не переделать. Может, в этом и заключался секрет, почему Карл спокойнее и легче остальных своих знакомых переезжал с места на место, паковал немногочисленные чемоданы и без лишних раздумий пересекал страну навстречу мало-мальски выгодному предложению. А руководство компании, в которой он работал, зная такую его способность (или особенность, как хотите), перебрасывало его из города в город по своим филиалам, каждый раз подкидывая грошовую надбавку и символическое повышение. Конечно, такой стиль жизни не мог не отразиться на личной жизни Карла. Он был женат три раза, и только вторая жена Элизабет трижды перебиралась с ним с места на место. Остальные же и слышать не хотели о переезде в другой город, прочь от родственников и знакомых, от родных мест, да и от собственной устоявшейся жизни и привычной работы, в конце концов. Элизабет же терпела, что, в общем-то, не на много продлило время их брака. В итоге не выдержала и она. Решив в дальнейшем освободить себя от пут моральных обязательств и волокиты бракоразводных оформлений, Карл стал заводить в каждом новом городе себе «подругу». Именно так он называл своих женщин, упоминая их в разговоре с третьими лицами. Теперь он выстраивал такие отношения, какие устраивали, прежде всего, его самого, и разрывал их в случае очередного переезда или попытки что-либо изменить в них со стороны «подруги». Друзей новых заводить в предлагаемых обстоятельствах у Карла тоже не получалось, так что на каждом новом месте он ограничивался ровными приятельскими отношениями с некоторыми сотрудниками на новой работе. А, может, и довольствовался. Друзьями же он считал только своих университетских. Да и то, изредка встречаясь, они каждый раз все с большим трудом находили общие темы для продолжительных разговоров.

История переезда в этот город также не отличалась оригинальностью. На предыдущем месте работы, то есть в предыдущем филиале, его вызвал начальник и, изображая нескрываемое огорчение, сообщил, что руководство компании приняло решение усилить департамент снабжения одного из своих филиалов. Лучшей кандидатуры для этого не нашлось, поэтому Карлу предлагают прибавку и новую интересную должность, якобы специально для него введенную в «стагнирующем» департаменте далекого филиала. В общем, как бы ни было жалко начальнику с ним расставаться, но препятствовать со своей стороны он не будет, а уж решать, конечно, Карлу. Такой спектакль повторялся каждый раз, и каждый раз Карл слышал одни и те же слова, отличались только последовательность их произнесения и исполнители. И, пожалуй, именно эти слова и не очень убедительные гримасы сожаления в исполнении очередного начальника подстегивали Карла соглашаться на предложенное назначение, даже не рассматривая вариант остаться. Тут, конечно, может сложиться впечатление, что Карл – просто плохой работник, и начальник не без удовольствия прощается с ним, расценивая назначение и переезд своего сотрудника, как освобождение от обузы. Но нет, сотрудник Карл нормальный, ни хуже, ни лучше остальных. Серьезных нареканий на его работу никогда не случалось. Но в отличие от остальных, преимущественно прочно осевших, обзаведшихся семьями, детьми, домами, Карл мог в любую минуту собрать вещи и безболезненно отправиться куда угодно. Предложив же такого рода повышение в должности и зарплате прочно обосновавшемуся в городе сотруднику, начальник без сомнения получил бы отказ. Попытка настоять привела бы к скандалу в коллективе, проверке со стороны трудовой инспекции и неприятностям с представителями профсоюза. Даже перспективы таких неприятностей не радуют ни одного начальника. Распоряжение же из центрального офиса получено, а значит, выполнять придется любыми средствами. А тут в наличии имеется сотрудник: неженатый, бездетный, легкий на подъем. Как говорится, возможное решение малой кровью. Карл, в свою очередь, понимал, что его отказ будет воспринят как вызов, и в дальнейшем этот же «бесконечно сожалеющий» сейчас о его возможном отъезде начальник будет отравлять ему жизнь, мстя за обманутые ожидания и нервотрепку при подборе другого кандидата…

В общем, Карл в очередной раз стал участником уже привычного ритуала, который всегда становился началом очередного переезда. И в этот раз он согласился, чем явно вызвал, если и ни благодарность начальника, то, как минимум, облегченный вздох. Карлу было выделено две недели для решения многочисленных организационных вопросов, в течение которых он мог, забыв о трудовой дисциплине, заниматься улаживанием формальностей отъезда отсюда и подготовкой приезда туда. Карл обзванивал риэлтерские фирмы города, куда он собирался переезжать, пытаясь подобрать подходящие варианты на расстоянии, насколько это возможно, для того, чтобы посмотреть их уже по приезде. Так было проще и прежде всего дешевле, чем ехать, снимать гостиницу и суетиться непосредственно «на месте». Опыт уже был. Хозяева квартиры, в который он жил в этом городе, получив предоплату на месяц вперед, вовсе не возражали против досрочного освобождения квартиры. С будущим жильем дело обстояло не столь безоблачно. Карл купил карту города, в который ему предстояло переехать, и, ежедневно приходя на работу и обзванивая риэлтерские фирмы того города, рисовал кружки красным фломастером на месте предлагаемых вариантов. Черным кружком на карте заранее было отмечено местоположение филиала, где ему предстояло работать. Имея обширный и не самый приятный опыт общения с риэлтерами, он не доверял их обычной фразе, вроде, «это как раз недалеко от вашей будущей работы» или «оттуда на транспорте буквально пять минут езды», полагаясь только на достоверное знание, то есть проверенное лично. Обещая подумать над очередным предложением и кладя трубку, Карл сразу начинал строить на карте маршрут от красного кружка только что озвученного варианта к точке, не подлежащей вариации и обсуждению, а именно, к месту будущей работы. Благо купленная им карта содержала указания маршрутов транспорта и остановок, Карл мог представить себе не только расстояние, но и ориентировочное время в пути до работы. Машины у Карла не было. Точнее, когда-то, разумеется, была. Причем первая машины была предметом особой гордости, чего нельзя сказать про все последующие. Потом, когда начались переезды, он перебирался с места на место на своем автомобиле. Удобно. Но однажды, продав очередной автомобиль, Карл вдруг ощутил, что без машины не хуже. Хлопот меньше. Были, конечно, свои минусы, но в целом плюсов оказалось больше, или они были просто более жирные. Тем более, что у «подруг» машины почти всегда были… Одним словом, Карл старался выбирать квартиры поближе к работе. Самой оптимальной, конечно, являлась возможность в пределах двадцати минут добраться пешком, но такие варианты попадались редко, так что в основном добираться приходилось на транспорте. Но тратить много времени на транспорт Карл не любил. Поэтому он тщательно и, можно сказать, скрупулезно выбирал себе новое жилище, с каждым разом приобретая новый опыт, отчего процесс выбора занимал все больше и больше времени.

Так что сложно даже представить, как был обрадован Карл, когда ему предложили очередной вариант. Такой удачи у него не случалось за всю историю его переездов. Жирная черная точка на карте города стояла почти в самом центре, а значит в так называемом «старом городе». Карлу сразу же стало ясно, что найти приемлемый вариант будет чрезвычайно сложно, учитывая обычную стоимость жилья в центре любого населенного пункта, желание минимизировать арендную плату и потребность не тратить много времени на путь от дома до работы и обратно. В общем-то, Карл уже смирился с мыслью, что ездить придется, и искал себе квартиру, выбрав на карте направления, отмеченные максимальным разнообразием маршрутов транспорта. Каково же было его удивление, когда ему озвучили очередное предложение. А предложили ему квартиру буквально в нескольких минутах ходьбы от будущей работы, в тихом месте и за относительно небольшие деньги. Сразу же сверившись с картой и поняв, что месторасположение действительно великолепное, Карл почуял что-то неладное и осведомился, почему же такая низкая цена при таком шикарном расположении? На что получил ответ, что низкая стоимость обусловлена тем, что, во-первых, квартиру нужно срочно сдать (но на эти риэлтерские уловки Карл уже давно не покупался), а во-вторых, к дому невозможно подъехать на автомобиле, так как туда ведут только пешеходные пути, и ближайшая парковка находится не совсем рядом с домом. Но так как в требованиях при поиске квартиры Карл явно не указал необходимость наличия парковки, риэлеры решили предложить и этот вариант. Максимально сдержанно, чтобы не дать понять, насколько он рад и заинтересован именно в этом варианте, дабы фирма не подняла без объяснения причин цену, Карл попросил придержать данное предложение до его приезда, хотя сразу же оговорился, что будет рассматривать и другие варианты. Ему ничего не пообещали, поэтому с переездом пришлось поторопиться. Что, возможно, было и к лучшему.

Как всегда последний день на работе был ознаменован приятными, пусть и не всегда искренними словами. Даже те, с кем Карл был в прохладных отношениях или вообще не сталкивался по работе, жали ему руку, говорили теплые, хоть и «дежурные» фразы и желали всего наилучшего на новом месте. Карл, в свою очередь, говорил о том, как ему хорошо было работать в коллективе и как не хотелось уезжать… В общем, все, как обычно. Начальник, вызвав Карла в конце дня к себе в кабинет, также пожал ему руку, в очередной раз заверил в нежелании отпускать такого хорошего работника и отдал купленные компанией билеты на поезд (Иногда у Карла возникало ощущение, что билеты компания покупала еще до получения от него согласия на переезд).

Сборы, как всегда, заняли пару часов, включая сдачу ключей хозяевам. Звонок своей «подруге» Карл решил сделать с вокзала, не давая ей тем самым возможности приехать и устроить скандал. На его удивление «подруга» прореагировала более чем сдержано или, вернее сказать, равнодушно, пожелав ему удачно добраться. Ни о каких чувствах в их отношениях говорить, конечно, не приходилось, но такой тон и реакция даже несколько задели Карла, привычного к оскорблениям, мольбам, проклятиям, но не к обыденному пожеланию «счастливого пути». Хотя именно к такой реакции он стремился и именно таким тоном сам сообщал очередной бросаемой пассии о своем срочном отъезде.

По прибытии Карл позвонил в риэлтерскую фирму, через некоторое время на вокзал приехал агент на своей машине, и они отправились смотреть квартиру. Пока агент вез Карла на место и что-то без умолку рассказывал, Карл решал, как бы ему правильно поступить: взять сразу чемоданы с собой или пойти посмотреть и только в случае, если квартира понравиться, вернуться за чемоданами. Разницы большой не было, поэтому он решил взять чемоданы сразу, рассчитывая, что агент может вызваться помочь донести часть поклажи хотя бы в «рекламных» целях. Вряд ли, конечно, но чем, собственно, Карл рискует? Помощь агент не предложил.

Дом, в котором находилась предлагаемая квартира, был одним из гряды вплотную стоящих зданий, окружающих небольшую площадь. Площадь эта, бывшая некогда рынком, имела два довольно широких подхода, по которым, судя по всему, когда-то торговцы привозили на рынок товары. Но теперь, по каким-то причинам, обе дороги были исключительно пешеходными, что, к удовольствию нашего героя, так значительно снижало стоимость аренды. Чемодан на колесиках выбивал бешеную дробь, катясь по брусчатке, ремень сумки практически отрывал плечо, риэлтер щебетал без остановки, чем создавал некий нечленораздельный, почти птичий фон. Площадь была небольшого размера. Так что даже не верилось, что здесь когда-то был рынок, и продавцы раскладывали свой товар во всем ассортименте, и еще оставалось место для покупателей, которые, по идее, должны были ходить между рядами, выбирая и прицениваясь. Сейчас же площадь наводняли несколько групп туристов, казалось, заполняя все возможное пространство. Особое скопление туристов располагались как раз перед входной дверью дома, где находились предлагаемые апартаменты. Риэлтер начал говорить, что это место не выделено на карте, о нем не упоминается в туристических указателях по городу, но экскурсоводы очень любят водить сюда группы. Далее, по идее, должно было следовать продолжительное повествование, призванное объяснить столь большую любовь экскурсоводов к данному месту. Но Карл сразу же прервал риэлтера, заявив, что очень устал, желал бы осмотреть квартиру и, в случае, если она ему понравится, искупаться и лечь спать. А историю этого «дивного уголка» он готов изучить позже, благо, что времени на это будет предостаточно.