Пролог

Мы – осколки прошлого, архивы времён.

Они живут в нас, говорят в нас.

Это наш крестовый поход в поисках новых земель.

Не во славу. А во имя.

Настоящее не устраивает, в прошлом – не жить.

Мы ищем не компромисс, а выход.

Нас держат родственные души – Идущие по Духовному Пути.

Никаких сомнений в успехе.

Выдвигаемся.

Мария Хренова

«Меня никто не читает. Я пишу вопреки» – стало моим девизом сравнительно недавно.

А вот писательская деятельность, как прозаическая, так и поэтическая, длится с того момента, как мне исполнилось 13 лет.

Если задуматься – это целая маленькая жизнь. Целых восемь лет, в течении которых были публикации в газетах, участия в литературных конкурсах, творческие кризисы и приступы вдохновения.

Очевидно, бросить это сейчас, по прошествии стольких лет, было бы глупым решением. Я нашла в этом спасение, прибежище, дом, если хотите.

Каждому из нас важно иметь то место, которое можно назвать домом.

Не правда ли?

Ближайшее Пограничье

* * *

Забегу в проезжающий мимо огней ночной поезд.

Проводница кивнет на протянутый мною билет.

Открою тетрадь, возьму ручку – унять дикий холод,

Что мне душу сковал за сотню прошедших лет.

Я нарисую портрет, на котором чётко

Видно только одну слишком важную мне деталь.

Это будут глаза, которые прятала чёлка,

В которых на два умножается [наша] печаль.

Меня поезд уносит. А стаканы в оковах подставок

Задумали тихую и неуёмную трель.

Во всем можно забыться: от радости и до печали.

Со всем можно смириться, но только не в э[тот] апрель.

Я нарисую черты, что забыть обещалась,

Кажется, сотни и тысячи, может, раз.

Я помню, как всё так по-детски с нами случалось,

Я помню и глаз твоих карих немой рассказ.

Я помню молчанье о главном, и смех об абсурде.

Я помню ту нервную дрожь и глоток вина.

Я знаю, что мне больше не прикоснуться

К тому, что со мною не будет уже никогда.

Меня укачает шёпотом гула дорога.

Проводник задремал, и стаканов затихла трель.

Открою тетрадку, чтобы унять дикий холод.

Боль моя, ты, навсегда, теперь, только в ней.

11 мая

* * *

Надоели пустые обещания на пачках сигарет

Просто быть «здесь и сейчас» для тебя уже недостаточно –

Наркотик из лести-внимания просится в вену.

Что за плечами и что после смерти в остаточных?

На что ты потратил данное времени бремя?

Сам себе расхититель и грубый усталый стражник,

А ещё вор и картёжник, и худшая проститутка.

Водка давно уже душу не греет, в словах больше фальши.

Дни за днём в толчее проходят, как жалкая славы минутка.

Корчишь рожи похабные зеркалу и панелям.

В тайне надеешься, что с пачек угрозы вдруг станут явью.

Жадно затянешься стреляной сигаретой –

В её кольцах не чувствуешь из сердца запаха гари и грязи.

Огни над дорогами вновь превратятся в рассветы,

А ты, снова, проснёшься один со своими кошмарами.

Сегодня уже наступило последнее лето,

Когда ты [в который раз] чем-то опечален.

И тебе наплевать, что живого нет в этих дамах,

Ставших одною и той же глупой личиной.

Ты устал, и тебя не колышат сердечные драмы.

Знаешь: чтобы любили, нужно быть бессердечной скотиной.

Потому что,

Просто быть «здесь и сейчас» для тебя уже недостаточно –

Наркотик из лести-внимания просится в вену.

За твоими плечами и после смерти в остаточных

Горы трупов.

Где твой – самый первый.

* * *

Мой друг далёкий, что не любит прикосновений и лживых фраз, я тебя жду.

Хотя знаю, не время сейчас плакать и верить, что будет у нас хоть час.

Я надеюсь, с годами пройдёт тоска, что так душит во мне присловутое «нас».

Мой друг,

Я не знаю, что значит любить,

когда сердце разбито в кровь.

Я пишу к тебе, видишь, и строки мои даже ближе, чем ты сам для меня в этой серой чужой весне. [Нравится, когда снишься мне].

Я кричу тебе, и ты я надеюсь услышишь: истина, как оказалась, совсем не в вине. А в тебе.

И во взгляде твоём, конечно же.

Но дело…да, дело во мне и апрель эти раны скроет, как я чувства свои под безликостью для тебя.

Все хорошо? Только это меня успокоит

в этом колком движеньи души моего января.

Тает снег и на улицах кучи и тучи грязи.

[Но нет тебя].

Почему он не тает во мне, расскажи мне, друг?

Только ночь и луна обо мне одну тайну знает, которая дарит не только счастье, но и испуг.

Режет меня, как чёрную землю ржавый и старый плуг.

Я опоздала на целую вечность, как тот, что глуп.

Но одни поезда, как известно, уйдут, а другие придут.

Так и у нас. Было бы легче, если бы не давило «вот тут».

Было бы легче, не чувствовать и не знать ни о чем вокруг. Было бы легче…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.