Иоанн Павел II (Кароль Войтыла)
Сочинения. Том II. Энциклики. О святом Иоанне Креста. Молитвенные размышления. Речи и проповеди. Поэзия. Приложения

Переводы энциклик и апостольского послания «Orientale lumen» приводятся в новой редакции.

Переводы других текстов:

Елена Твердислова, Игорь Баранов, Александр Махов

Общая редакция:

Игорь Баранов

Главный консультант:

о. Григорий Церох OFMConv

Редакторы:

Ольга Газизова, Светлана Левит

Фотографии: Гжегож Галонзка, Артуро Мари

© Издательство Францисканцев 2003

© Сочинения Кароля Войтылы – Comissione per gli Scritti di Karol Wojtyła

© Фотографии – Г. Галонзка, А. Мари

Ut unum sint («Да будут все едино»)

Энциклика[1]Святого Отца Иоанна Павла II об экуменическом служении

Введение

1. UT UNUM SINT – ДА БУДУТ ВСЕ ЕДИНО! Призыв к христианскому единству, со всей решительностью прозвучавший на II Ватиканском Вселенском Соборе, находит все больший отклик в сердцах верующих, особенно в преддверии 2000 года, который станет для них священным Юбилеем в воспоминание о воплощении Сына Божьего, вочеловечившегося ради спасения человека.

Дерзновенное свидетельство немалого числа мучеников нашего столетия, в том числе и других Церквей и церковных общин, которые не состоят в полноте евхаристического общения с Католической Церковью, придает новую силу соборному призыву, обязывая нас принять и осуществить его требование. Наши братья и сестры, объединенные величием своего самопожертвования, вплоть до самоотречения, во имя Царства Божьего, – лучшее доказательство того, что любой разлад внутри можно преодолеть служением Евангелию.

Христос призывает к единству всех Своих учеников. Сегодня мне от всей души хочется вновь обратиться к этому призыву и провозгласить его, вспоминая уже сказанное мною у римского Колизея в Страстную пятницу 1994 года в заключительной части моих размышлений на тему Крестного пути, вслед за досточтимым братом Варфоломеем, Патриархом Вселенским и Константинопольским. Я сказал тогда, что верующие во Христа, объединенные примером мучеников, не должны оставаться разобщенными. Если они действительно хотят эффективно противостоять стремлению мира обратить в прах Таинство Искупления, они должны сообща исповедовать одну истину о Кресте¹. Крест! Антихристианское мировоззрение стремится умалить его ценность, поставить под сомнение его значение, не признавая, что именно в нем человек видит для себя залог новой жизни. Оно утверждает, что Крест лишает якобы человека всяких перспектив на будущее и надежд, ибо человек – создание исключительно земное, и жить ему полагается так, будто Бога вовсе не было.

2. Все это и составляет суть призыва, обращенного к верующим, которые должны его воспринять. Мыслимо ли устраниться от всего того, что позволяет с Божьей помощью разрушить стены разобщенности и недоверия, устранить препятствия и предрассудки, которые мешают возвещать Евангелие Спасения крестом Христа, Единственного Искупителя человека, каждого человека?

Благодарю Бога за то, что Он направил нас по трудному, но преисполненному радости пути христианского единения и общения. Межконфессиональный диалог на богословском уровне принес положительные и ощутимые результаты: а это побуждает нас двигаться дальше.

Наряду с вероучительными расхождениями, которые требуют своего разрешения, христиане не должны закрывать глаза на пагубное влияние закоренелых недоразумений, унаследованных от прошлого, неверных интерпретаций и предубеждений, которые проявляют одни по отношению к другим. Нередко эту ситуацию отягощает инертность, равнодушие и недостаточное знание друг о друге. А посему долг экуменического служения состоит в обращении сердец и в молитве, что приведет к необходимому очищению исторической памяти. Осиянные благодатью Святого Духа ученики Господа, воодушевленные любовью, смелостью, вытекающей из истины, и искренним желанием взаимного прощения и примирения, призваны сообща пересмотреть свое скорбное прошлое и залечить те раны, которые оно, к сожалению, и сегодня наносит. Неувядающая сила Евангелия призывает их со всей искренней объективностью сообща признать совершенные ошибки и указать на те внешние факторы, которые побудили к досадной разобщенности между нами. Необходим спокойный, ясный и беспристрастный взгляд на истину, вдохновленный милосердием Божиим, взгляд, который позволит высвободить ум и вновь пробудить в каждом желание возвещать Евангелие всем народам и странам.

3. На II Ватиканском Соборе Католическая Церковь со всей решительностью вышла на путь экуменического диалога, внимая гласу Духа Господня, который призывает внимательно относиться к «знамениям времени». Пережитый за эти годы опыт позволяет ей еще глубже постичь собственную сущность и свою историческую роль. Католическая Церковь понимает и осознает слабости своих чад, считая их грехи отступлением от замысла Спасителя и препятствием к его осуществлению. Постоянно ощущая себя призванной к обновлению в духе Евангелия, Церковь непрестанно приносит покаяния. В то же время она признает и еще больше восхваляет всемогущество Христа, Который обильно наделяет ее даром святости, направляет и сообразует со Своими Страстями и Воскресением.

Умудренная бесчисленными испытаниями на протяжении своей истории, Церковь избегает давать сугубо человеческие гарантии, чтобы целиком жить по евангельскому закону Блаженств. Сознавая, что истина не может приниматься иначе, как «силою самой же истины, проникающей в умы благодаря своей сладости и вместе с тем своей силе»², Церковь ищет для себя лишь свободу проповедовать Евангелие. Ее авторитет находит свое проявление в служении истине и любви.

Я готов поддержать всякую деятельность, служащую тому, чтобы свидетельство всего католического сообщества могло быть воспринято во всей его чистоте и последовательности, особенно теперь, накануне того события, каким станет для Церкви начало нового тысячелетия, в тот исключительный час, когда она просит Господа упрочить единство всех христиан и привести их к полноте общения³. Этой благородной цели подчинена и настоящая энциклика; пастырская по своей сути, она стремится поддержать усилия всех тех, кто трудится на благо единения.

4. Именно в этом состоит обязанность Римского епископа как преемника апостола Петра. Я выполняю этот долг с глубоким убеждением, что предаюсь Господу, и с полным осознанием своей человеческой немощи. Ведь когда Сам Христос доверил эту особую миссию Церкви Петру и повелел ему утвердить братьев, Он одновременно с тем дал ему и возможность познать собственную человеческую слабость и потребность в обращении: «И ты некогда, обратившись, утверди братьев твоих» (Лк 22, 32). Эта человеческая слабость Петра проявляет во всей полноте то обстоятельство, что Папа для исполнения своего особого служения в Церкви всецело предается благодати и молитве Господней: «Я молился о тебе, чтобы не оскудела воля твоя» (Лк 22, 32). Обращение Петра и его преемников основано на молитве Искупителя, и Церковь непрестанно участвует в этой мольбе. В наш век экуменизма, ознаменованный II Ватиканским Собором, миссия Римского епископа выражается прежде всего в неустанном напоминании о необходимости полноты общения последователей Христа.

Римский епископ должен лично и ревностно возносить Христову молитву за обращение, в котором так нуждается «Пётр», чтобы он мог служить братьям. От всего сердца мне хочется, чтобы в этой молитве приняли участие верные Католической Церкви и все христиане. Помолимся все вместе за это обращение.

Мы знаем, что Церковь на своем земном пути много пострадала и продолжает страдать, мучимая конфликтами и гонениями на нее. И все же надежда, поддерживающая ее, несокрушима, как и непобедима радость, проистекающая из этой надежды. Церковь была поставлена на мощном и крепком основании, которым является Иисус Христос, ее Господь.

I. Экуменическое служение Католической Церкви

Божий замысел и общение

5. Католическая Церковь вместе со всеми учениками Христа исходит из понимания своего экуменического долга – собрать всех воедино – как замысла Божьего. Церковь не является замкнутой в самой себе реальностью, она всегда открыта миссионерским и экуменическим устремлениям, ибо послана в мир для благовествования таинства общения, которое эту Церковь учреждает, и для свидетельства о нем, для его осуществления и распространения, дабы собрать всех и вся во Христе, быть для всех «нераздельным таинством единства»⁴.

Уже в Ветхом Завете, говоря о тогдашнем положении народа Божьего, пророк Иезекииль использовал простой символ жезла, разделенного надвое, а впоследствии вновь соединенного, чтобы таким образом выразить волю Божию «собрать отовсюду» по частям Его рассеянный народ: «И будут Моим народом, и буду их Богом», «и узнают народы, что Я – Господь, освящающий Израиля» (Иез 37, 16-28). В свою очередь, Евангелие от Иоанна, касаясь положения, в котором находился в тот период народ Божий, усматривает в смерти Иисуса смысл единения сынов Божьих: «Иисус умрет за народ, и не только за народ, но чтобы и рассеянных чад Божиих собрать воедино» (Ин И, 51-52). В сущности, как поясняет Послание к Ефесянам, Он, «разрушивший стоявшую посреди преграду (…) посредством креста, убив вражду», из того, что было разделено, «соделал одно» (Еф 2, 14.16).

6. Единство всего разделенного человечества и есть воля Божья. Поэтому Он послал Своего Сына, дабы Тот, претерпев за нас смерть и воскреснув, даровал нам Дух любви. В преддверии Своей крестной жертвы Иисус молит Отца за Своих учеников и всех верующих в Него, чтобы они были едино, являли собой одну живую общностью. Отсюда следует не только непременность стремления к единению, но и ответственность перед Богом и Его замыслом тех, кто посредством крещения становится Телом Христовым, в Котором во всей полноте осуществится примирение и общение. Как можно быть разделенными, если святым крещением мы «погрузились» в смерть Христа, то есть в то самое действо, в котором Бог посредством Сына разрушил разделявшие преграды? Разделение «прямо противоречит воле Христа, служит соблазном для мира и наносит ущерб святейшему делу – проповеди Евангелия всему творению»⁵.

Путь экуменизма – путь Церкви

7. «Господь веков, Который мудро и терпеливо осуществляет замысел Своей благодати по отношению к нам, грешникам, в последнее время стал обильнее изливать на разделенных друг с другом христиан дух раскаяния и желания единства. Повсюду есть великое множество людей, движимых этой благодатью. Вот и среди отделенных от нас братьев действием споспешествующей благодати Духа Святого возникло и с каждым днем ширится движение, стремящееся к восстановлению единства христиан. В этом движении к единству, называемом экуменическим, участвуют те, кто призывает Триединого Бога и исповедует Иисуса Господом и Спасителем, причем не только по одиночке, но и в составе целых общин, в которых они услышали Евангелие и которые каждый из них называет Церковью: и своей, и Божией. Однако почти все они, хотя по-разному, стремятся к единой и зримой Церкви Божией, которая была бы подлинно Вселенской, посланной ко всему миру, чтобы мир обратился к Евангелию и таким образом был спасен во славу Божию»⁶.

8. Слова из Декрета об экуменизме Unitatis redintegratio следует прочитывать в контексте всего соборного учения. II Ватиканский Собор выражает решимость Церкви, поставившей перед собой экуменическую задачу объединить христиан и со всей убежденностью и энергией призывать к этому других: «Сей Святой Собор призывает всех верных католиков к тому, чтобы они, различая знамения времён, усердно участвовали в деле экуменизма»⁷.

Указывая на католические принципы экуменизма, Декрет об экуменизме Unitatis redintegratio прежде всего сообразуется с Догматической конституцией о Церкви Lumen gentium в главе, посвященной народу Божию⁸. В то же время оно принимает во внимание и учение, содержащееся в соборной Декларации о религиозной свободе Dignitatis humanae⁹.

Католическая Церковь с надеждой принимает на себя экуменическое служение, видя в нем веление христианской совести, просвещенной верою и движимой любовью. Здесь уместно привести слова апостола Павла, обращенные к первым римским христианам: «Любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым». Итак, наша «надежда не постыжает» (Рим 5, 5). Такова надежда на христианское единство, которое находит свой Божественный источник в тринитарном единстве Отца, Сына и Святого Духа.

9. Сам Иисус в час Своих страстей молился: «Да будут все едино!» (Ин 17, 21). Единство, которым Господь одарил Свою Церковь и в котором Он хочет объять всех, является не чем-то незначительным, а главным элементом Его деятельности. Не есть оно и вторичным признаком общности Его последователей, но относится к самой сути этой общности. Бог хочет, чтобы Церковь была, потому что Он хочет единства – в нем выражается вся глубина Его агапе (греч. agape).

Это единство, исходящее от Духа Святого, не значит просто собраться вместе, одним коллективом. Нет, такое единство представляет собой связи вероисповедания, таинства и церковного общения¹⁰. Верные составляют одно целое, ибо Духом Святым они входят в общение с Сыном, а в нем пребывают в Его Сыновнем общении с Отцом: «А наше общение – с Отцом и Сыном Его, Иисусом Христом» (1 Ин 1,3). Для Католической Церкви, следовательно, общение христиан – не что иное, как проявление в них благодати, посредством которой Бог делает их причастниками собственного общения, то есть Своей вечной жизни. Слова Христа «Да будут все едино!» – молитва, обращенная к Отцу, чтобы Его замысел осуществился во всей полноте, и открылось «всем, в чем состоит домостроительство тайны, сокрывавшейся от вечности в Боге, создавшем все Иисусом Христом» (Еф 3, 9). Верить во Христа – значит жаждать единства; жаждать единства – значит жаждать Церкви; жаждать Церкви – значит жаждать общения в благодати, которое соответствует предвечному замыслу Отца. Таков смысл молитвы Христовой: «Ut unum sint» – «Да будут все едино!»

10. Сегодня, когда при всем отсутствии единства христиан заметно исполненное надежды стремление к полноте общения, верные католики осознают призыв, с которым обращается к ним Господь Церкви. II Ватиканский Собор поддержал их желание своим экклезиологическим учением, которое предполагает открытость всем церковным ценностям других христиан. Верные католики воспринимают экуменическую проблематику в духе веры.

Собор гласит, что Церковь Христова «продолжается в Церкви Католической, управляемой преемником апостола Петра и епископами, находящимися с ним в общении», и в то же время признает, что «вне ее состава обретаются многие начала освящения и истины, которые, будучи дарами, свойственными Церкви Христовой, побуждают к кафолическому единству»¹¹.

«Следовательно, хотя мы и верим в то, что отделенные от нас общины страдают некоторыми недостатками, тем не менее они облечены значением и весом в тайне спасения. Ибо Дух Христов не отказывается пользоваться ими как спасительными средствами, сила которых исходит от той полноты благодати и истины, которая вверена Католической Церкви»¹².

11. Итак, Католическая Церковь утверждает, что на протяжении двух тысячелетий своей истории она пребывает в единстве с теми благами, которыми Бог наделил Свою Церковь, при всех трудностях и потрясениях, неверности ее некоторых служителей и ошибках, совершаемых ее членами. Католическая Церковь знает, что благодаря поддержке, исходящей от Духа Святого, слабости, несовершенства, грехи и даже предательство некоторых ее чад не уничтожат того, что Бог даровал ей в соответствии со Своим благодатным замыслом. «И врата ада не одолеют ее» (Мф 16, 18). А потому Католическая Церковь не должна забывать, что в ее лоне есть и те, кто искажает замысел Божий. Говоря об отсутствии христианского единства, Декрет об экуменизме не обходит молчанием вину «и с той, и с другой стороны»¹³, считая, что нельзя собственную ответственность перекладывать на плечи «других». Лишь по благодати Божией не была утрачена структура Христовой Церкви и то общение, которое не перестает объединять ее с другими Церквами и церковными общинами.

И в самом деле, отдельные элементы освящения и истины, так или иначе присутствующие в других христианских общинах, составляют объективную основу для общения, пусть несовершенного, но существующего между ними и Католической Церковью.

В той мере, в какой эти элементы содержатся в других христианских общинах, единая Христова Церковь осуществляет свое действенное присутствие. По этому поводу II Ватиканский Собор утверждает, что общение – определенное, хоть и несовершенное, существует. Догматическая конституция Lumen gentium подчеркивает, что Католическая Церковь «по ряду причин признает свою связь»¹⁴ с этими общинами в истинном единении со Святым Духом.

12. Та же конституция подробно перечисляет «элементы освящения и истины», которые по-разному присутствуют и действуют вне видимых границ Католической Церкви: «Есть много людей, почитающих Священное Писание как правило веры и жизни, проявляющих настоящее религиозное рвение, с любовью верующих в Бога Отца Вседержителя и во Христа, Сына Божия, Спасителя, и запечатленных крещением, которым они соединяются со Христом, и, кроме того, признающих и принимающих в своих Церквах или церковных общинах также и другие таинства. Многие из них имеют и епископат, совершают святую Евхаристию, а также благоговейно чтут Богородицу Деву Марию. К этому надо добавить общение в молитвах и других духовных благах – более того, даже некое подлинное единение в Святом Духе, ибо Он действует и в них освящающей силой через Свои дары и благодать, а некоторых из них укрепил даже до пролития их крови. Так, во всех учениках Христовых Дух пробуждает желание и действие, чтобы все мирно объединились в единое стадо под водительством одного Пастыря, как установил Христос»¹⁵.

Соборный Декрет об экуменизме, говоря о Православных Церквах, в частности, утверждает: «Церковь Божия созидается и возрастает через совершение Господней Евхаристии в каждой из этих Церквей»¹⁶. Признать все это необходимо во имя истины.

13. Этот же декрет обстоятельно формулирует те догматические трудности, которые осложняют данную ситуацию. Говоря о членах этих общин, он утверждает: «Тем не менее, оправдавшись верой в крещение, они сочетаются с Христом и, следовательно, по праву носят имя христиан, и чада Католической Церкви с полным основанием признают их братьями в Господе»¹⁷.

Касаясь многочисленных благ, которыми наделены другие Церкви и церковные общины, декрет добавляет: «Все это, исходя от Христа и приводя к Нему же, по праву принадлежит единственной

Церкви Христовой. У наших братьев, отделенных от нас, совершается также немало священнодействий христианской религии, которые, вне всякого сомнения, могут разнообразно, согласно особому положению каждой Церкви или общины, действительно порождать жизнь благодати. Надлежит признать, что они способны открыть доступ ко спасительному общению»¹⁸.

Всё это экуменические тексты величайшей важности. За пределами католической общины – не церковная пустота. Многочисленные элементы огромной ценности (eximia), которые объединены в Католической Церкви и органично во всей полноте присутствуют в спасительных средствах и дарах благодати, составляющих Церковь, наличествуют и в других христианских общинах.

14. Эти элементы – плоды внутреннего призыва к единству, обретающие в нем свою полноту. Речь идет вовсе не о том, чтобы собрать все богатства, рассеянные по христианским общинам, а о создании Церкви, которую Бог замыслил для будущего. Согласно великому преданию, засвидетельствованному святыми Отцами Востока и Запада, Католическая Церковь верит, что в Пятидесятнице Бог уже явил Церковь в ее эсхатологической реальности, приготовляемой Им «со времен Авеля праведного»¹⁹. Церковь есть уже данность, а потому и мы вступили в последние времена. Элементы этой данной нам Церкви неразрывно существуют во всей полноте в Католической Церкви, а без таковой полноты – в других общинах²⁰, где некоторые особенности христианского таинства проявляют себя иногда заметнее. Экуменизм и стремится к тому, чтобы существующее между христианами частичное общение привести к обоюдному общению в истине и любви.

Обновление и обращение

15. Переходя от принципов и веления христианской совести к осуществлению экуменических принципов единства, II Ватиканский Собор делает особый упор на необходимости внутреннего обращения. Мессианское возвещение: «Исполнилось время и приблизилось Царствие Божие» – и следующий за ним призыв: «Покайтесь и верьте в Евангелие» (Мк 1, 15), которым Иисус начинает Свое служение, указывает на существенный элемент всякого подлинного начинания: основополагающее требование евангелизации на любом этапе спасительного пути Церкви. Это в особенности касается процесса, которому положил начало II Ватиканский Собор, поставив в качестве обновления задачу объединения разделенных христиан. «Настоящий экуменизм немыслим без внутреннего обновления»²¹.

Собор призывает к обращению как индивидуальному, так и целой общины. Стремление каждой христианской общины к единству равнозначно ее верности Евангелию. Говоря о тех, кто осуществляет свое христианское призвание, Собор призывает к внутреннему обращению, обновлению сознания²².

Каждый, следовательно, должен решительнее обратиться к Евангелию и, руководствуясь замыслом Божиим, по-новому взглянуть на мир. Благодаря экуменизму, созерцание чудесных дел Божиих (mirabilia Dei) обогатилось новыми измерениями, которые побуждают возблагодарить Бога в Единой Троице. Эти измерения: сознание того, что Дух Святой действует и в других христианских общинах, открытие примеров святости, опыт безграничного богатства таинства общения святых, знакомство с неизвестными прежде видами христианской деятельности. В соответствии с этим возросла и потребность в покаянии: признание определенного разделения, задевающего братскую любовь, неспособность прощать, высокомерия и не по-евангельски упрямого осуждения «других», презрения, проистекающего из нездоровой самоуверенности. Таким образом, экуменическое стремление оказывает влияние на внутреннюю жизнь христиан, которым надлежит, формируя себя, им руководствоваться.

16. В соборном Учительстве заметно выступает связь между обновлением, обращением и реформой. Собор утверждает: «Христос призывает Церковь на пути ее странствования к тому непрестанному преобразованию, в котором она постоянно нуждается, будучи установлением человеческим и земным. Поэтому, если в силу обстоятельств, времени или объективных условий что-либо сохранилось не вполне точно, будь то в церковной дисциплине или даже в способе изложения учения, которое следует тщательно отличать от самого залога веры, это следует своевременно и надлежащим образом восстановить»²³. Ни одна христианская община не может пройти мимо этого призыва.

Ведя широкий диалог, общины помогают друг другу взглянуть на себя в свете Апостольского предания. Это побуждает их задаться вопросом, действительно ли они способны выразить все то, что Святой Дух передал через апостолов?²⁴ От лица Католической Церкви я не раз говорил об этой необходимости и перспективах, например, в апостольском послании по случаю годовщины Крещения Киевской Руси²⁵ или вспоминая теперь, одиннадцать веков спустя, евангельский подвиг святых Кирилла и Мефодия²⁶. Чуть позже было, с моего одобрения, опубликовано Папским Советом по содействию христианскому единству Правило по применению принципов и норм экуменизма, – всё это нашло применение в пастырском служении²⁷.

17. Касаясь других христиан, можно назвать основные документы Комиссии «Вера и церковное устройство»²⁸ и заявления, сделанные в результате многочисленных двусторонних диалогов, снабдивших христианские общины средствами, которые позволят им руководствоваться тем, что необходимо для экуменического развития и внутреннего, в итоге, обращения. Эти материалы важны по двум причинам: они свидетельствуют о большой проделанной работе и вселяют надежду, поскольку в определенной мере составляют основу для дальнейших изысканий, которые надлежит развивать и углублять.

Все возрастающее общение и постоянно сопутствующая ему реформа, осуществляемая в свете Апостольского предания, несомненно, является одной из важнейших отличительных черт экуменизма в нынешней ситуации, в которой находятся христиане. Вместе с тем экуменизм – и главный залог будущности общения. Верные католики убеждены, что экуменическая направленность II Ватиканского Собора есть следствие усилий тогдашней Церкви взглянуть на себя в свете Евангелия и Священного Предания. Это хорошо осознавал Папа Иоанн XXIII: созывая Собор, он исходил из того, что обновление неразрывно связано с экуменической открытостью²⁹. И при завершении Собора Папа Павел VI подтвердил его экуменический характер, возобновив диалог любви с Церквами, состоящими в общении с Патриархом Константинопольским, сделав вместе с ним конкретный и важный шаг – «уведя в забвение» и «исторгнув из памяти и церковной среды» прошлые анафемы. Стоит напомнить, что создание специальной комиссии по вопросам экуменизма совпало с началом подготовки II Ватиканского Собора³⁰ и посредством именно этой группы в нем смогли сыграть свою роль мнения и оценки других христианских общин по вопросам Откровения, Церкви, природе экуменизма и религиозной свободы.

Основополагающий смысл вероучения

18. Опираясь на идею, высказанную Папой Иоанном XXIII на открытии Собора³¹, Декрет об экуменизме называет в числе конкретных элементов реформирования способ толкования вероучения³². Имеется тут в виду не искажение сути веры, изменение смысла догматов, исключение из них существенно важных слов, не приспособление истины к вкусам эпохи или упразднение отдельных частей Символа веры под ложным предлогом, что сегодня они, де, уже непонятны. Единства, угодного Богу, можно достичь лишь при одном условии: через всеобщую верность Откровению в его целостности. Компромисс в делах веры противоречит Богу, Который есть Истина. Разве можно признать законным примирение в Теле Христовом, Которое есть «путь и истина и жизнь» (Ин 14, 6), ценой отказа от истины? Соборная декларация о религиозной свободе Dignitatis humanae отстаивает за человеческой личностью право на поиск истины «особенно в том, что касается Бога и Его Церкви»³³, и верность ее требованиям. Следовательно, если «общность» предает истину, то тогда это будет противоречить самой природе Бога, Который предлагает Свое общение, и потребности в истине, глубоко укорененной в каждом человеческом сердце.

19. И все же вероучение следует излагать так, чтобы оно было понято теми, кому оно предназначено Самим Богом. В энциклике Slavorum apostoli («Апостолы славян») я напомнил, что Кирилл и Мефодий именно по этой причине взяли на себя труд изложить библейские идеи и понятия греческого богословия на языке, понимаемом в контексте совершенно иного исторического опыта и традиций мышления. Они стремились, чтобы Слово Божье «нашло свое выражение в языке любой цивилизации»³⁴. Они понимали, что нельзя «навязать народам, вверенным их проповеди, бесспорный авторитет греческого языка и византийской культуры, равно как обычаи и образ жизни более развитого общества, в котором они сами выросли»³⁵. Таким образом, они претворили в жизнь то «совершенное общение в любви, которое хранит Церковь от всех форм партикуляризма, этнического превосходства и расовых предрассудков, а также от всякого националистического высокомерия»³⁶. В том же духе я, не колеблясь, обратился к аборигенам Австралии: «Вы не должны быть разделенным народом (…), Иисус призывает вас вобрать Его слова и ценности в свою культуру»³⁷. Поскольку по своей природе вера своим содержанием обращена ко всему человечеству, естественно желание сделать ее достоянием всех культур. По существу, общение в истине определяется смыслом этой истины. Истина может проявлять себя по-разному. А потому именно обновление ее форм позволит передать неизменный смысл евангельское воззвания³⁸.

«Поэтому обновление это имеет экуменическое значение»³⁹. Речь идет не только об обновлении способа выражения веры, но и самой жизни в вере. Можно, следовательно, задаться вопросом: кто должен это совершить? Собор принципиально заявляет, что эта забота «возлагается на всю Церковь – как на верующих, так и на пастырей, – и касается каждого в зависимости от его способностей: будь то в повседневной христианской жизни, будь то в богословских и исторических исследованиях»⁴⁰.

20. Все вышесказанное крайне важно и имеет основополагающее значение для экуменической деятельности. Из этого ясно следует, что экуменизм – движение за христианское единство – не является всего лишь «приложением», неким дополнением к традиционной деятельности Церкви. Напротив, он органически входит в церковную жизнь и деятельность, а потому должен проникнуть в нее целиком, вырастая из нее наподобие плода на здоровом и крепком дереве, набирающем силы.

Такой была вера в единство Церкви Папы Иоанна XXIII и представление о единении всех христиан. Обращаясь к другим христианам, к великой христианской семье, он утверждал: «То, что нас объединяет, во много раз сильнее того, что нас разъединяет». И II Ватиканский Собор со своей стороны призывает: «Да памятуют все верные Христу, что они тем успешнее будут способствовать единению христиан и даже осуществлять его, чем более чистую жизнь по Евангелию будут они стараться вести. Ибо чем теснее будет их общение с Отцом, со Словом и с Духом Святым, тем легче сумеют они углубить и взрастить взаимное братское общение»⁴¹.

Первенство молитвы

21. «Это обращение сердца и святость жизни наряду с частными и общественными молениями о единстве христиан следует считать душой всего экуменического движения. Они с полным правом могут называться духовным экуменизмом»⁴².

Путь к обращению сердец означен ритмом любви, обращенной как к Богу, так и к братьям – всем братьям, включая и тех, кто не разделяет с нами всей полноты общения. Любовь порождает желание единства даже в тех, кто никогда не испытывал потребности в нем. Любовь сама создает общение между отдельными людьми и сообществами. В любви друг к другу мы стремимся углубить наше общение, сделать его совершенным. Любовь обращена к Богу как к Самому совершенному источнику общения, которое есть единство Отца, Сына и Святого Духа, чтобы из этого источника черпать силу для создания общения между людьми и сообществами, а также открывать его среди еще разделенных между собой христиан. Любовь – скрытое и жизнеутверждающее течение процесса единения.

Эта любовь находит свое наиболее совершенное выражение в общей молитве. Собор называет такую молитву душой всего экуменического движения – в ней соединяются католики и разделенные с ними братья. Она является «вернейшим средством испросить благодать единения, а также подлинным знаком тех уз, которыми католики до сих пор связаны с отъединенными от них братьями»⁴³. Даже если молятся и не о христианском единстве, а о чем-то другом, например, о мире, эта молитва сама по себе становится выражением и подтверждением единства. Совместная молитва – это и призывание Самого Христа в общину молящихся: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф 18, 20).

22. Когда христиане молятся все вместе, определеннее становится и цель единения. Вековая история христианства с его многочисленными расколами создается заново, в стремлении к Источнику своего единства, Который есть Иисус Христос. Он «вчера, и сегодня, и вовеки Тот же!» (Евр 13, 8). В молитвенном сообществе Христос всегда присутствует реально, Он молится «с нами», «в нас» и «за нас». Он путеводная нить нашей молитвы в Духе Утешителе, Которого обещал и даровал Церкви, когда ее первоначально в единстве основал в Иерусалимской горнице.

На экуменическом пути к единству первенство, несомненно, принадлежит совместной молитве – молитвенному единению вокруг Самого Христа. Если христиане, при всем разделении, сумеют сплотиться в совместной молитве вокруг Христа, они сумеют глубже постичь, сколь незначительно то, что их разъединяет, по сравнению с тем, что объединяет. Чем чаще и усерднее они будут собираться в молитве перед Христом, тем отважнее будут противостоять этому мучительному расколу, и тогда в этой общине они обретут Церковь, которую Христос не перестает созидать в Святом Духе, невзирая на человеческие слабости и преграды.

23. И, наконец, молитвенная община предопределяет и новое видение Церкви и христианства. Не следует забывать, что наш Господь просил Отца о единстве Своих учеников, дабы оно свидетельствовало о Его служении, и мир уверовал бы, что Его послал Отец (ср. Ин 17, 21). Можно сказать, что экуменическое движение в определенном смысле началось из отрицательного опыта тех, кто, проповедуя одно и то же Евангелие, при этом призывали в различные Церкви и церковные сообщества. Это противоречие касалось тех, кто, внимая призыву к спасению, не мог преодолеть преграды в понимании евангельского пророчества. К сожалению, это серьезное препятствие так и не устранено. Следует признать, что мы еще не достигли полноты общения. И все же, несмотря на разделение, мы идем к полному единству – тому единству, которое было присуще апостольской Церкви у самых ее истоков и к которому мы искренне стремимся. Доказательство тому – наша совместная молитва, направляемая верой. В ней соединяемся мы во имя Единого Христа. Он – наше единство.

«Экуменическая» молитва служит христианской миссии и подтверждает ее подлинность. А потому она особым образом должна присутствовать в жизни Церкви и во всякой деятельности, направленной на христианское единство. Нам надлежит постоянно словно возвращаться в день Великого четверга в Иерусалимскую горницу, хотя наше совместное присутствие там все еще далеко до полного осуществления, до тех пор пока мы постепенно не преодолеем препятствия, мешающие совершенному церковному общению, и тогда все христиане соберутся в едином совершении Евхаристии⁴⁴.

24. Радостно отметить, что многочисленные экуменические встречи почти всегда неразрывно связаны с молитвой – их кульминацией. Распространенной и признанной традицией стала Неделя молитв за единство христиан, которая проходит в январе, а в некоторых странах – с приближением Пятидесятницы. Но и кроме этого в году немало есть поводов, побуждающих христиан молиться вместе. В связи с этим мне хочется упомянуть об особом опыте паломничеств Папы к различным Церквам на разные континенты и в разные страны современной ойкумены. Я глубоко убежден, что именно II Ватиканский Собор направил Папу по столь важному апостольскому служению. Более того, Собор сделал такого рода визиты Папы конкретной обязанностью Римского епископа в его содействии общению⁴⁵. В рамках моих визитов всегда были экуменические встречи и совместная молитва братьев, ищущих единства во Христе и в Его Церкви. С особым волнением вспоминаю молитву с примасом Англиканской церковной общины в Кентерберийском соборе (29 мая 1982 года). Я сказал тогда, что это величественное здание – «красноречивое доказательство долгих лет нашего общего наследия и горьких лет разделения, которое потом наступило»⁴⁶. Невозможно забыть и совместных молитв в странах Скандинавии, Северной Европы (1-10 июня 1989 года), в Северной и Южной Америке и в Африке; как и в главной резиденции Всемирного Совета Церквей (12 июня 1984 года), цель которого – привести все представленные в нем Церкви к «зримой общности в единой вере и в едином Евхаристическом причастии, выраженном в культе и в совместной жизни во Христе»⁴⁷. А разве могу я забыть, как принимал участие в Евхаристической литургии в церкви Святого Георгия Вселенского Патриархата (30 ноября 1979 года), разве могу забыть богослужение в соборе Святого Петра во время посещения Рима моим преподобным братом, Патриархом Димитрием I (6 декабря 1987 года)? Тогда, у престола исповедания, мы вместе читали Никео-Константинопольский Символ веры в его первоначальном греческом варианте. Невозможно в двух словах описать особенности каждой из этих молитвенных встреч. И хотя обстоятельства прошлого по-разному их отягощали, все они в своей красноречивости запечатлены в памяти Церкви, направляемой Духом Утешителем на поиск единства всех верующих во Христа.

25. Не только Папа стал паломником. В эти годы меня посетило в Риме немало известных деятелей других Церквей и церковных общин, и я мог соединиться с ними в молитве – уединенной и совместной. Я уже упомянул о визите Вселенского Патриарха Димитрия I. Сейчас мне хотелось бы вспомнить молитвенную встречу, соединившую меня в том же соборе Святого Петра во время торжественной вечери с лютеранскими архиепископами, примасами Швеции и Финляндии, по случаю шестисотлетия канонизации святой Бригитты (5 октября 1991 года). Это всего лишь один пример, ибо осознание необходимости молиться за единство стало неотъемлемой частью церковной жизни. Нет ни одного важного и значительного события, которое не сопровождала бы совместная христианская молитва. Невозможно перечислить все встречи, каждая достойна упоминания. Воистину, Господь взял нас за руку и повел. Эти встречи и молитвы уже вписали немало страниц в нашу «Книгу единства», к которой нам надлежит неустанно обращаться и перечитывать ее заново, черпая в ней вдохновение и надежду.

26. Молитва, молитвенная общность всегда позволяет нам находить евангельскую истину в словах: «Один у вас Отец» (Мф 23, 9) – этот Отец, Авва, Которого молит Сам Христос, Его Единородный и Единосущный Сын. И далее: «Один у вас Учитель – Христос, все же вы – братья» (Мф 23, 8). «Экуменическая» молитва раскрывает основополагающий аспект братства во Христе, Который умер, чтобы объединить рассеянных чад Божиих, чтобы мы, став сыновьями чрез Сына (ср. Еф 1, 5), могли во всей полноте запечатлеть безграничную реальность Божьего Отцовства, а наряду с этим – истину человеческой природы в каждом из нас в отдельности и во всех вместе.

Обо всем этом и говорит «экуменическая» молитва – молитва братьев и сестер. Именно потому, что они разъединены, они еще с большей надеждой встречаются во Христе, вверяя Ему свое будущее в единстве и общении. И тут уместно применить слова Собора: «Когда Господь Иисус молится Отцу: «Да будут едино, (…) как Мы едино» (Ин 17, 21-22), Он открывает непостижимые для человеческого разума перспективы и намекает на некое сходство между единением Божественных ипостасей и единением сынов Божиих в истине и любви»⁴⁸.

Преображение сердца как неотрывное условие подлинного поиска единства проистекает из молитвы и в ней дозревает «из обновления ума, из самоотречения и из щедрейшего излияния любви. Поэтому у Божественного Духа нам надо испрашивать благодать искреннего самоотвержения, смирения и кротости в служении, а также братской щедрости духа по отношению к другим»⁴⁹.

27. Молитва о единстве касается не только тех, кто непосредственно имеет дело с разделением христиан. В этом глубоко личном диалоге с Господом во время молитвы свое место принадлежит и заботе о единстве. Только в этом случае забота станет органичной частью нашей жизни и обязательств, возложенных на нас Церковью. Для того чтобы подчеркнуть необходимость осознавать этот долг, мне хочется привести верным чадам Католической Церкви образцовый, как мне кажется, пример сестры из Ордена траппистов Марии Габриелям, молитвенницы о единстве⁵⁰, которую я причислил к лику блаженных 25 января 1983 года. Сестра Мария Габриелла, призванная жить вдали от мира, посвятила свою жизнь созерцанию и молитве, сосредоточившись на XVII главе Евангелия от Иоанна, предав себя всецело заботе о христианском единстве. Такова основа любой молитвы: полное и безусловное предание себя Отцу, через Сына в Святом Духе. Пример сестры Марии Габриеллы поучает нас и позволяет понять, что для молитвы о единстве не требуется специально отведенного времени, места или условий. Молитва Христа Отцу – образец для всех, везде и всегда.

Экуменический диалог

28. Будучи «душой» экуменического обновления и стремления к единству, молитва становится основой и источником всего того, что Собор определяет как «диалог». Это определение, конечно же, не отделить от современной персоналистской мысли. «Диалог» отвечает природе личности и ее достоинству. С философской точки зрения, такой подход связан с христианской истиной о человеке, выраженной Собором: человек – «единственное на земле творение, которое Бог пожелал сделать ради него самого», и поэтому он «может полностью найти самого себя только через искреннюю самоотдачу»⁵¹. Диалог – единственный путь, способствующий реализации человека, и это относится как к отдельно взятой личности, так и к любому человеческому сообществу. Хотя в понятии «диалог» на первый план вроде бы выступает познавательный момент (dia-logos), всякий диалог измеряется глобальными экзистенциальными категориями. Он вовлекает в себя всего человека как субъекта. Диалог между общинами включает в себя особым образом выраженную субъективность каждой из них.

Эта истина о диалоге, во всей глубине выраженная в энциклике Ecclesiam Suam⁵² Папы Павла VI, находит свое воплощение в экуменическом учении и практике Собора. Диалог является не только обменом идеями. В какой-то мере он всегда еще и «обмен дарами»⁵³.

29. Вот почему и соборный Декрет об экуменизме выдвигает на первый план «все усилия, направленные на упразднение различных речений, суждений и дел, не отвечающих по справедливости и истине положению отделенных от нас братьев и потому усложняющих взаимоотношения с ними»⁵⁴. Этот декрет ставит вопрос с точки зрения Католической Церкви и говорит о критериях, которыми она должна руководствоваться во взаимоотношениях с другими христианами. Во всем этом необходима взаимность. Следовать этому критерию должна каждая из сторон, приступающих к диалогу: таково предварительное условие. Надо сделать все, чтобы с обеих сторон от ситуации противостояния и конфликта перейти к признанию друг в друге партнеров. Начиная диалог, каждая из сторон должна предполагать в другой стороне стремление к примирению и единству в истине. Для осуществления этого пусть исчезнет взаимное противостояние. Только тогда диалог поможет преодолеть разделение и сплотить нас.

30. Из благодарности Духу Истины можно сказать, что II Ватиканский Собор стал тем благословенным временем, когда были заложены основы для участия Католической Церкви в экуменическом диалоге. Вместе с тем созданию условий для взаимного диалога способствовало присутствие многочисленных наблюдателей из различных Церквей и церковных общин, их активное участие в соборной жизни, встречи и совместные молитвы, которые стали возможными благодаря Собору. Во время Собора представители других Церквей и церковных общин получили возможность убедиться в готовности к диалогу католического епископата, всего мира и прежде всего Апостольского Престола.

Локальные структуры диалога

31. Экуменический диалог в том, как он обрисован со времени Собора, не прерогатива одного только Апостольского Престола, он также распространяется на поместные или отдельные Церкви. Епископскими конференциями и синодами Восточных Католических Церквей были также учреждены особые комиссии по поддержанию экуменического духа и распространению экуменической деятельности. Аналогичные структуры действуют и на уровне отдельных епархий. Подобного рода инициативы на практике свидетельствуют о получившем широкое распространение участии Католической Церкви в реализации соборных указаний по вопросам экуменизма. Это – существенно важный аспект экуменического движения⁵⁵. Диалог не только был начат, но и стал настоятельной потребностью, одним из приоритетов Церкви. В результате этого усовершенствовалась сама «техника» диалога, что способствовало укреплению его духа. Речь тут прежде всего идет о диалоге «между сведущими людьми, получившими надлежащие наставления, который ведется на собраниях христиан из различных Церквей и общин, устраиваемых в религиозном духе: в этом диалоге каждый глубже объясняет вероучение своей общины и ясно излагает его характерные черты»⁵⁶. Было бы полезно, чтобы каждый верующий владел методом ведения диалога.

32. Как утверждает Декларация о религиозной свободе, «истину следует искать так, как это подобает человеческой личности и ее социальной природе, то есть посредством свободного исследования, учительства или наставления, общения и диалога. Таким путем одни люди излагают другим ту истину, которую они нашли (или полагают, что нашли), чтобы оказать друг другу помощь в поисках ее; познанной же истины следует твердо держаться по личному согласию»⁵⁷.

Экуменический диалог имеет существенно важное значение. «Благодаря диалогу все приобретают более верное знание и более справедливую оценку вероучения и жизни каждой общины. Вследствие этого данные общины приходят к более широкому сотрудничеству во всяческих делах, способствующих общему благу, которых требует всякая христианская совесть, и объединяются, насколько это возможно, в единодушной молитве. Наконец, все проверяют свою верность воле Христовой относительно Церкви и с должной решительностью приступают к делу обновления и исправления»⁵⁹.

Диалог как испытание совести

33. Собор исходит из понимания экуменического диалога как совместного поиска истины, в частности, истины о Церкви. Истина формирует сознание, направляя наши усилия на достижение единства. В то же время эта истина требует, чтобы совесть и поступки христиан – разделенных между собой братьев – руководствовались молитвой Христа о единстве. Молитва и диалог взаимно укрепляют друг друга. Чем глубже и осознаннее молитва, тем диалог плодотворнее. Но если, с одной стороны, молитва – условие для диалога, то с другой, становясь более зрелой, она – его результат.

34. Благодаря экуменическому диалогу мы можем говорить о большей зрелости взаимной и совместной молитвы, и это только потому, что диалог служит также испытанием совести. Как не вспомнить в связи с этим слова из Первого послания Иоанна: «Если говорим, что не имеем греха, – обманываем самих себя, и истины нет в нас. Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи (наши) и очистит нас от всякой неправды» (1 Ин 1, 8-9). Иоанн идет еще дальше, когда утверждает: «Если говорим, что мы не согрешили, то представляем Его лживым, и слова Его нет в нас» (1 Ин 1, 10). Столь радикальное стремление осознать себя грешниками способствует формированию духа, в котором развивается экуменический диалог. Если он не становится испытанием совести, в известной мере «диалогом совести с совестью», может ли в нас вселить уверенность сказанное в том же Послании: «Дети мои! сие пишу вам, чтобы вы не согрешали; а если бы кто согрешил, то мы имеем Ходатая пред Отцем, Иисуса Христа, Праведника: Он есть умилостивление за грехи наши, и не только наши, но и за грехи всего мира» (1 Ин 2, 1)? Все грехи мира вобрала в себя искупительная жертва Христа, в том числе и грехи Церкви, грехи христиан – пастырей в той же степени, что и паствы. При всех наших грехах, способствовавших историческому разделению, единство христиан по-прежнему возможно – при условии, что мы смиренно осознаем наши грехи против единства и с убеждением, что необходимо обратиться. Станут искупленными и преодоленными не только личные грехи, но и грехи общественные, так сказать, «греховные структуры», содействовавшие разделению и способные усугублять его и поныне.

35. И снова II Ватиканский Собор приходит на помощь. Можно сказать, что весь Декрет об экуменизме проникнут духом обращения⁵⁹. Экуменический диалог обретает в нем свой особый характер, становясь «диалогом обращения», а по точному определению Папы Павла VI – подлинным «диалогом спасения»⁶⁰. Диалог не может развиваться исключительно на горизонтальном уровне, ограничиваясь встречами, обменом мнениями и даже причастностью дарам каждой из общин. Прежде всего он должен иметь вертикальную устремленность, обращенность к Тому, Кто, будучи Искупителем мира и Вершителем Истории, Сам – наше примирение. Вертикальное измерение диалога заключается в совместном и взаимном признании в нас грешников. Именно это открывает в братьях, состоящих в общинах, не знающих полноты общения друг с другом, то внутреннее пространство, в котором Христос, источник церковного единства, может плодотворно творить силой Своего Духа Утешителя.

Диалог как преодоление разногласий

36. Диалог – это еще и естественная возможность для сопоставления различных точек зрения и анализа тех разногласий, которые препятствуют полноте общения христиан. Декрет об экуменизме на первый план выдвигает нравственные условия, которые надлежит соблюдать, ведя вероучительные дискуссии: «В экуменическом диалоге католические богословы, придерживаясь вероучения Церкви, вместе с отделенными от нас братьями проводя исследования о Божественных таинствах, должны действовать с любовью к истине, дружелюбно и со смирением»⁶¹.

Любовь к истине – самое глубокое измерение подлинного стремления к полному общению между христианами. Без такой любви нельзя преодолеть объективные трудности богословского, культурного, психологического и социального характера, которые возникают при обсуждении существующих разногласий. Это сокровенное, сугубо личное измерение неотрывно от духа милосердия и смирения: милосердия к собеседнику, смирения по отношению к истине, которая, открывшись, потребует пересмотра прежних утверждений и позиций.

Что касается изучения разногласий, Собор настаивает на ясном изложении всего вероучения. В то же время он предостерегает от того, чтобы способ и метод изложения католического вероисповедания не помешали диалогу с братьями⁶².

Это подразумевает также, что в исповедании своей веры следует излагать собственное вероучение ясно и правильно, честным и понятным образом, но в то же время учитывать конкретный исторический опыт и способ мышления других христиан.

Естественно, полнота общения предполагает полноту всей истины, которой Святой Дух наставляет учеников Христа. А потому следует отказаться от любых форм редукционизма или приблизительного «согласия». Сложные вопросы должны разрешаться основательно, в противном случае они с неизбежностью возникнут вновь – в том или ином виде.

37. Декрет об экуменизме Unitatis redintegratio определяет критерий, которому должны следовать католики, излагая или сравнивая свое вероучение с другими: «Пусть они помнят, что в католическом учении существует порядок, или «иерархичность» истин, поскольку их отношение к основам христианской веры неодинаково. Так будет выровнен путь, который приведет всех через братское соревнование к более глубокому познанию и к более ясному проявлению неисследимых богатств Христовых»⁶³.

38. В ходе диалога обе стороны неизбежно сталкиваются с различными формулировками вероучения разных Церквей и церковных общин, что дает свои результаты для экуменического процесса.

Прежде всего, используя вероучительные формулы, которые отличаются от тех, что приняты в той или иной общине, следует сначала проверить, не подразумевается ли под различными словами одно и то же понятие, как это было, например, сделано в недавних совместных декларациях, подписанных моими предшественниками или мною вместе с Патриархами тех Церквей, с которыми на протяжении веков велись христологические споры. Что же касается формулировок истин Откровения, Декларация Mysterium Ecclesiae утверждает: «Хотя истины, которые Церковь намерена действенно преподать посредством догматических формулировок, отличаются от изменившихся понятий, присущих какой-то конкретной эпохе и могут быть выражены без них, может статься, что в провозглашении истины Церковного учения будут использованы термины, сформулированные под влиянием этих понятий. Исходя из этого, следует признать, что догматические формулировки Церковного учения изначально были пригодны сообщать откровенную истину и остаются по сей день способными сообщать ее тому, кто их правильно понимает»⁶⁴. В свете этого экуменический диалог, побуждая вовлеченные в него стороны расспрашивать, понимать друг друга и взаимно выяснять свои позиции, позволяет делать неожиданные открытия. Полемика и нетерпимость привели к тому, что две разные точки зрения на одну и ту же реальность превратились в два противоположных взгляда. Сегодня необходимо выработать формулировку, которая охватывая реальность в ее целостности, позволит преодолеть пристрастных прочтений и ложных истолкований.

Одно из преимуществ экуменизма заключается в том, что с его помощью христианским общинам открывается неизмеримое богатство истины. И в связи с этим все, совершаемое Святым Духом в «других», может послужить к назиданию любой общины⁶⁵, в некотором смысле – и для приобщения к Тайне Христа. Подлинный экуменизм – это благодать истины.

39. Диалог, наконец, ставит участников перед лицом подлинных противоречий в вопросах веры. К этим разногласиям следует с самого начала отнестись в духе искренней братской любви, уважения требований собственной совести и совести ближнего, с глубочайшим смирением и любовью к истине. Исследование в этой области имеет две важнейшие точки соотнесения: Священное Писание и великое Церковное Предание. На помощь католикам всегда приходит живое учение Церкви.

Сотрудничество на практике

40. Цель встреч между христианами не ограничивается их знакомством друг с другом, совместной молитвой и диалогом. Отныне такие встречи подразумевают и всякое возможное сотрудничество на практике в разных областях: пастырской, культурной, социальной и даже на уровне свидетельств евангельского благовестия⁶⁶.

«Сотрудничество всех христиан живо выражает союз, их объединяющий, и проливает более полный свет на Лик Христа-Слуги»⁶⁷. Подобное сотрудничество, основанное на общей вере, не только исполнено братского общения, но являет Самого Христа.

Более того, экуменическое сотрудничество является подлинной школой экуменизма, действенно активным стремлением к единству. Единство действия ведет к полному единству веры: «Благодаря такому сотрудничеству все, кто верит во Христа, легко могут научиться тому, как лучше узнать и больше уважать друг друга и как проложить путь к единству христиан»⁶⁸.

В глазах мира христианское сотрудничество обретает масштаб общего христианского свидетельства, становясь средством евангелизации на пользу тех и других.

II. Плоды диалога

Вновь обретенное братство

41. Все вышесказанное об экуменическом диалоге после завершения Собора по-прежнему побуждает нас благодарить Духа истины, Которого Христос обещал послать апостолам и Церкви (ср. Ин 14, 26). Впервые в истории усилия, направленные на единство христиан, стали так заметны и получили столь широкое распространение. Это само по себе – величайший дар Божий, заслуживающий всяческой благодарности. Из полноты Христа получаем мы «благодать на благодать» (Ин 1, 16). Возблагодарим Бога за полученную благодать, ибо нам необходимы и дальнейшие дары – для завершения экуменического дела во имя единства.

Окинув взглядом последние тридцать лет на стезе экуменизма, мы лучше представляем себе плоды совместного обращения к Евангелию, того обращения, которое Дух Божий соделал как один из способов экуменического движения.

42. Например, можно видеть, как христиане какой-либо одной конфессии уже не считают других христиан врагами или чужаками, но в подлинном духе Нагорной проповеди видят в них своих братьев и сестер. Сегодня даже стало заметно, как выражение «разделенные братья» постепенно заменяется другими словами, лучше проявляющими глубину общения – основанного на единстве крещения, – которое Дух питает вопреки всем историческим и каноническим разногласиям. Так можно слышать о «других христианах», об «иных крещеных», о «христианах других общин». Правило по применению принципов и норм экуменизма определяет общины, к которым принадлежат эти христиане, как Церкви и церковные общины, «не пребывающие в полном единении с Католической Церковью»⁶⁹. Подобное расширение лексики отражает заметные перемены в самом подходе. Растет осознание нашей общей принадлежности ко Христу. Я сам не раз имел возможность убедиться в этом во время экуменических богослужений, составляющих важную часть моих апостольских визитов в различные части света, или во время экуменических встреч и богослужений здесь, в Риме. «Вселенское братство» христиан превращается в незыблемое экуменическое убеждение. Предавая забвению прошлые разногласия, общины, некогда противостоявшие друг другу, сегодня стремятся друг другу помочь; предоставляют для богослужений свои культовые здания, выделяют стипендии на образование священнослужителей тех общин, которые испытывают недостаток средств, ходатайствуют перед светскими властями за несправедливо притесняемых христиан, разоблачают необоснованность клеветы, возводящейся на ту или иную группу верующих.

Одним словом, христиане обращаются к братской любви, которая охватывает всех последователей Христа. Если же под влиянием бурных политических страстей верх берет враждебность или желание мстить, лидеры вовлеченных в сложившуюся ситуацию сторон делают всё, чтобы возобладал «новый закон» – в духе истинной любви. К сожалению, подобный дух не всегда и не во всех ситуациях способен снять напряжение. В таких случаях экуменический долг требует от тех, кто взял его на себя, принимать поистине героические решения.

В данном контексте следует еще раз подчеркнуть, что осознание братства вытекает не из какой-либо либеральной благотворительности или смутного чувства родства. Оно основано на признании единого крещения и следующего отсюда долга славить Бога в Его творении. Правило но применению принципов и норм экуменизма ратует за взаимное и официальное признание крещения⁷⁰. Это не обычный жест экуменической «учтивости», а основополагающее церковное положение.

В этой связи уместно заметить, что главное значение крещения в деле созидания Церкви стало еще более ясным благодаря многостороннему диалогу⁷¹.

Солидарность на службе человечеству

43. Все чаще лидеры христианских общин собираются вместе для обмена мнениями и во имя Христа решают проблемы призвания человека, свободы, справедливости, мира и будущего на земле. Действуя так, они создают общение, в основе которого лежит одна из важнейших задач христианской миссии: реально и конкретно напоминать обществу о воле Бога, предостерегать власти и граждан от опасности попрания человеческих прав. Совершенно очевидно, и опыт это подтверждает, что бывают обстоятельства, при которых скорее будет услышан общий голос христиан, чем каждого порознь.

Однако не только главы общин объединяются в стремлении к единству. Многочисленные христиане всех общин, руководствуясь своей верой, вместе участвуют в смелых начинаниях, направленных на изменение мира, утверждение прав в отношении всех нуждающихся, в особенности бедных, униженных и беззащитных. В энциклике Sollicitudo rei socialis я с радостью отметил такого рода сотрудничество, подчеркнув, что Католическая Церковь не должна от него отступать⁷². Ведь христиане, не так давно действовавшие разрозненно, ныне вместе служат делу торжества благоволения Божьего.

Логика этого сотрудничества вытекает из самого Евангелия. Вот почему я повторил сказанное в моей первой энциклике Redemptor hominis, «что я никогда не перестану настаивать и буду поощрять всякое усилие в этом направлении, на всех уровнях, где происходят наши встречи с братьями христианами»⁷³, – и возблагодарил также Бога «за то, что Он уже свершил в других Церквах и церковных общинах и при их посредничестве», равно как и при посредничестве Католической Церкви⁷⁴. Сегодня я с удовлетворением констатирую, что продолжает неустанно расти обширная сеть экуменического сотрудничества. Заметная в этой области работа осуществляется и благодаря стараниям Всемирного Совета Церквей.

Пути сближения в сфере Слова Божьего и Богослужения

44. Прогресс на пути экуменического обращения заметен и в другой области, а именно в проповеди Слова Божьего. Прежде всего я имею в виду значение экуменических переводов Библии. После издания II Ватиканским Собором Конституции Dei Verbum Католическая Церковь с удовлетворением приветствовала эти начинания⁷⁵. Сделанные специалистами, они закладывают прочную основу для молитвы и пастырской деятельности всех последователей Христа. Кто помнит, что именно споры вокруг Священного Писания привели в последующем к разделению, в особенности на Западе, может понять, сколь важным шагом являются эти совместные переводы.

45. Вслед за литургическим обновлением, предпринятым Католической Церковью, с этой инициативой выступили и другие церковные общины. Некоторые из них, в соответствии с решением экуменического форума⁷⁶, отказались от сложившегося по традиции совершения литургии Вечери Господней от случая к случаю и стали совершать ее каждое воскресенье. Точно так же сопоставление отдельных кругов литургических чтений, принятых в различных христианских общинах Запада, обнаруживает их принципиальную близость. На экуменическом уровне⁷⁷ особо подчеркивалось значение литургии и того, что с ней связано (образы, иконы, облачения, свет, каждения, жесты). Кроме того, в богословских учебных заведениях, где готовят будущих священнослужителей, ввиду вновь возникающих потребностей, изучение истории и значения литургии входит как обязательный курс учебной программы.

Все это суть проявления сходств различных аспектов богослужебной жизни. Очевидно, что в силу существующих разногласий по вопросам веры совместное совершение Евхаристической литургии пока невозможно. И все же мы испытываем горячее желание вместе совершать Евхаристию Господа нашего Иисуса Христа, и само это желание становится единой любовью и общим молитвенным предстоянием. Мы вместе обращаемся к Отцу, и с каждым разом все более «единым сердцем». Иногда кажется совсем близкой минута, когда осуществится «это реальное, хоть еще и не полное общение». Кто мог представить такое еще столетие назад?

46. В связи с этим хочется отметить, что в определенных случаях католические священники могут совершать таинства Евхаристии, покаяния и елеосвящения по просьбе христиан, не состоящих в полноте общения с Католической Церковью, но жаждущих принять эти таинства, если с их стороны эта просьба добровольна и они разделяют веру с Католической Церковью в отношении к этим таинствам. И католики могут – при определенных обстоятельствах – просить о совершении данных же таинств у служителей тех Церквей, где эти таинства действительны. Условия для подобного взаимного принятия оговорены особыми правилами, которые следует соблюдать в целях развития экуменизма⁷⁸.

Признание даров, засвидетельствованных другими христианами

47. Диалог не должен сосредоточиваться исключительно на вопросах вероучения, надо, чтобы он вовлекал всего человека, ибо это диалог любви. Собор утверждает: «Необходимо, чтобы католики с радостью признавали и ценили подлинно христианские блага, восходящие к общему наследию, которым обладают отделенные от нас братья. Справедливо и спасительно признавать богатства Христовы и действия Его сил в жизни других, свидетельствующих о Христе, иногда до пролития собственной крови; ибо Бог всегда удивителен и надлежит восхищаться Им во всех Его делах»⁷⁹.

48. Взаимоотношения, которые после Собора установили члены Католической Церкви с другими христианами, позволили нам увидеть то, что производит Господь в других Церквах и церковных общинах. Непосредственный контакт на различных уровнях с пастырями и рядовыми членами общин заставляет нас осознать свидетельства, которые несут Богу и Христу другие христиане. Следовательно, для всего экуменического опыта открылась обширнейшая область, ставшая вызовом нашей эпохе. Разве не наш XX век является временем великого свидетельства, вплоть «до пролития собственной крови»? И разве не оно вбирает в себя различные Церкви и церковные общины, взявшие свое имя от Христа – Распятого и Воскресшего?

Это всеобщее свидетельство святости – выражение верности Единому Господу – содержит в себе экуменический потенциал, исключительно богатый благодатью. II Ватиканский Собор подчеркнул, что дары, которыми обладают другие христиане, способны оказать влияние на дальнейшее развитие католиков: «Нельзя забывать о том, что все совершаемое благодатью Святого Духа в отделенных от нас братьях может послужить также нашему назиданию. Все, что является воистину христианским, никогда не вступает в противоречие с подлинными благами веры: напротив, оно всегда может содействовать тому, чтобы тайна Христа и Церкви постигалась совершеннее»⁸⁰. Экуменический диалог как истинный диалог спасения всегда будет способствовать этому процессу, уже начавшемуся и направленному на истинное и полное общение.

Рост общения

49. Важным результатом взаимосвязей христиан и их богословского диалога является заметно возросшее общение. Сам диалог, как и другие виды взаимосвязей, позволил христианам осознать объединяющие их общие элементы веры. Это сплачивает их в деятельности, направленной к единству. Во всем этом II Ватиканский Собор по-прежнему остается мощной движущей и направляющей силой.

Догматическая конституция о Церкви Lumen gentium связывает учение о Католической Церкви с признанием элементов спасения в других Церквах и церковных общинах⁸¹. Здесь подразумеваются не статические элементы, пассивно в них присутствующие. Будучи благом Церкви Христовой, они по самой своей природе побуждают к восстановлению единства. А из этого следует, что поиск единства христиан – не отдельный вопрос выбора или целесообразности, а требование, следующее из самой сути христианской общины.

То же самое можно сказать и о двусторонних богословских диалогах между самыми большими церковными общинами, которые исходят из уже существующего уровня общения, что помогает дальнейшему выяснению разногласий, отделяющих нас друг от друга. Господь позволил христианам нашего времени существенно сократить вопросы, вызывавшие, по традиции, напряженность.

Диалог с Восточными Церквами

50. Воздавая особую благодарность Божественному Провидению, следует признать, что связь с Восточными Церквами, ослабленная на протяжении веков, была заметно восстановлена II Ватиканским Собором. Наблюдатели со стороны обеих Церквей, присутствовавшие на Соборе, вместе с представителями и наблюдателями Западных Церквей и церковных общин в столь торжественный для Католической Церкви момент публично выразили общее желание искать единство.

Собор, со своей стороны, отнесся к Восточным Церквам объективно и с глубокой любовью, обратив особое внимание на характер их церковности и действительные узы единства, связывающие их с Католической Церковью. Декрет об экуменизме гласит: «Церковь Божия созидается и возрастает через совершение Господней Евхаристии в каждой из этих Церквей», – и добавляет, что «эти Церкви, хотя и отделенные от нас, обладают истинными таинствами, особенно же – в силу апостольского преемства – священством и Евхаристией, посредством которых они поныне теснейшим образом с нами связаны»⁸².

За Восточными Церквами Собор признал их великую литургическую и духовную традицию, особый характер исторического развития, церковные установления (disciplina), изначально принятые и одобренные святыми Отцами и Вселенскими Соборами, а также их собственную манеру проповедовать учение. Собор убежден, что законное многообразие не противоречит единству Церкви, напротив, умножает ее славу, немало способствуя исполнению ее миссии.

II Ватиканский Собор намеревался в своем диалоге опираться на уже существующее братское общение и призывает обратить внимание именно на богатую реальность Восточных Церквей: «Поэтому Святейший Собор призывает всех – а особенно тех, кто намерен трудиться ради установления желанного полного общения между Восточными Церквами и Католической Церковью – должным образом учитывать особые условия возникновения и роста Восточных Церквей и характер отношений, существовавших между ними и Римским Престолом до разделения и составить себе обо всем этом верное суждение»⁸³.

51. Этот соборный подход плодотворно сказался как на укреплении братских взаимоотношений, которые сложились и развивались благодаря диалогу любви, так и во время обсуждений догматического характера, которые проводились Совместной международной комиссией по богословскому диалогу между Католической и Православной Церквами. Не менее плодотворными были и взаимоотношения с Древними Восточными Церквами.

Процесс шел медленно и трудно, однако к немалой радости принес большое удовлетворение, позволив постепенно обрести утраченное братство.

Возобновление контактов

52. Во взаимосвязях Римской Церкви и Вселенского Константинопольского Патриархата процесс, о котором идет речь, мог начаться лишь благодаря взаимной открытости, которую проявили Папы Иоанн XXIII и Павел VI – с одной стороны, и Патриарх Афиногор I и его преемники – с другой. Произошедшая перемена нашла историческое выражение в церковном акте, запечатлевшем, что «было исторгнуто из памяти и из среды Церквей»⁸⁴ воспоминание об отлучениях, которые девять столетий назад, в 1054 году, стали символом церковного разделения между Римом и Константинополем. Это исторически значимое церковное событие, чрезвычайно важное в экуменическом смысле, произошло в последние дни Собора, 7 декабря 1965 года. Собор завершился торжественным актом, который одновременно стал оздоровлением исторической памяти, взаимным прощением и взятым на себя обязательством стремиться к полноте общения.

Этому предшествовала встреча Папы Павла VI с Патриархом Афинагором I в Иерусалиме в январе 1964 года во время паломничества Папы в Святую Землю. По этому случаю он встретился также с православным Патриархом Иерусалимским Венедиктом. В свою очередь, Папа Павел VI смог посетить Патриарха Афиногора в Фанаре (Стамбул) 25 июля 1967 года и в октябре того же года торжественно принимал Патриарха в Риме. Эти молитвенные встречи проложили путь к сближению между Западной и Восточной Церквами и к восстановлению единства, которое существовало между ними в первом тысячелетии.

После смерти Папы Павла VI и недолгого Понтификата Папы Иоанна Павла I, когда служение Римского епископа было вверено мне, я почел одной из первых своих обязанностей возобновить личные контакты с Патриархом Димитрием I, который к тому времени сменил своего предшественника Патриарха Афиногора на Константинопольском Престоле. Во время моего визита в Фанар 29 ноября 1979 года мы с Патриархом получили возможность торжественно открыть богословский диалог между Католической Церковью и всеми Православными Церквами, находящимися в каноническом общении с Константинопольским Престолом. Стоит добавить, что в это же самое время велась подготовка к созыву будущего Собора Православных Церквей. Стремление к гармонии между ними служит жизнеутверждению этих Церквей-сестер также и с точки зрения той роли, которую им надлежит играть на пути осуществления единства. Вселенский Патриарх пожелал ответить на мой ноябрьский визит 1979 года, и в декабре 1987 года я имел счастье принимать его в Риме с искренней любовью и подобающей его достоинству торжественностью. В этот контекст церковного братства вписывается и установленный за многие годы обычай принимать в Риме на празднике апостолов Петра и Павла делегацию Вселенского Патриархата, а в Фанаре, на празднике апостола Андрея – делегацию Святого Престола.

53. Эти регулярные контакты позволяют непосредственно обмениваться информацией и мнениями, что содействует укреплению братского сотрудничества. Кроме того, взаимное участие в молитве приучает нас жить рядом друг с другом и помогает принимать и осуществлять волю Христа в отношении Его Церкви.

Говоря о пути, пройденном со времени II Ватиканского Собора, следует выделить, по крайней мере, два красноречивых с точки зрения экуменизма события, которые имеют особенно важное значение в отношениях между Востоком и Западом. Первое – это Юбилей 1984 года, на котором отмечалось 1100-летие со времени апостольского служения святых Кирилла и Мефодия. Юбилей позволил мне провозгласить обоих святых, провозвестников веры, сопокровителями Европы. В 1964 году, во время Собора, Папа Павел VI уже провозгласил святого Бенедикта покровителем Европы. Сам факт того, что Солунские братья поставлены рядом с великим основателем западного монашества, позволяет подчеркнуть ту двойную церковную и культурную традицию, которая сохраняет свою знаменательность для всей истории Европы на протяжении двух тысячелетий христианства. Стоит напомнить, что святые Кирилл и Мефодий сформировались в лоне византийской Церкви в ту пору, когда та пребывала в единстве с Римом. Провозглашая их вместе со святым Бенедиктом покровителями Европы, я стремился не только утвердить историческую истину о христианстве на европейском континенте, но и выдвинуть еще одну важную тему для диалога между Востоком и Западом, с которой связано столько надежд в послесоборный период. Как в святом Бенедикте, так и в святых Кирилле и Мефодии Европа обрела свои духовные истоки. И потому чествовать их надо вместе – как покровителей нашего прошлого и святых, которым Церкви и народы Европы на исходе второго тысячелетия от Рождества Христова вверяют свое будущее.

54. Другое событие, о котором мне хотелось бы здесь вспомнить, – это Тысячелетие Крещения Руси (988-1988). Католическая Церковь и, в частности, Апостольский Престол выразили желание принять участие в юбилейных торжествах, подчеркивая, что крещение, принятое святым Владимиром в Киеве, стало одним из центральных событий в евангелизации мира. Ему обязаны своей верой не только великие славянские народы Восточной Европы, но и живущие за Уралом, вплоть до самой Аляски.

С этой точки зрения, всё большее доказательство получают слова, которые я не раз говорил: Церковь должна дышать обоими легкими! В первом тысячелетии христианской истории это имело отношение прежде всего к взаимоотношениям Рима с Византией. После Крещения Руси его значение заметно расширилось: евангелизация охватила более широкую область, вобрав теперь в себя Церковь почти всю целиком. Если учесть, что спасительное событие, совершившееся на берегах Днепра, восходит ко времени, когда Восточная и Западная Церкви еще не были разделены, станет ясно, что полнота общения вырисовывается в перспективе единства, подразумевающего многообразие. Это я особо подчеркнул в энциклике Slavorum apostoli⁸⁵, посвященной святым Кириллу и Мефодию, а также в апостольском послании Euntes in mundum⁸⁶, направленном верным чадам Католической Церкви по случаю Тысячелетия Крещения Киевской Руси.

Церкви-сестры

55. В историческом плане соборный Декрет об экуменизме Unitatis redintegratio подразумевает единство, которым Церковь жила вопреки всему в первом тысячелетии и которое в некотором смысле воспринимается как образец. «Священному Собору отрадно напомнить всем о том, что на Востоке процветает немало отдельных, или поместных, Церквей, многие из которых гордятся тем, что произошли от самих апостолов. Первое место среди всех этих Церквей занимают Патриаршьи Церкви»⁸⁷. Путь Церкви начался в Иерусалиме, в день Пятидесятницы, и первоначальное ее распространение в тогдашней ойкумене было сосредоточено вокруг Петра и одиннадцати апостолов (Деян 2, 14). С ориентацией на апостольское наследие формировались церковные структуры на Востоке и на Западе. Это единство Церкви в первом тысячелетии сохранялось в пределах тех же структур благодаря епископам, преемникам апостолов, находившимся в общении с епископом Рима. Поэтому, если сегодня, в конце второго тысячелетия, мы стремимся восстановить полноту общения, нам надлежит обращаться именно к данному структурированному единству.

В Декрете об экуменизме акцент сделан еще на одном характерном аспекте, благодаря которому все поместные Церкви сохраняли единство, – это «забота и попечение о том, чтобы сохранить те братские связи в общении веры и любви, которые должны существовать между поместными Церквами, словно сестрами»⁸⁸.

56. После II Ватиканского Собора в русле этой традиции было восстановлено название «Церкви-сестры» применительно к отдельным и поместным Церквам, собравшимся вокруг своего епископа.

Последующая отмена взаимных отлучений одновременно с устранением болезненных канонических и психологических препятствий стала знаменательным шагом на пути к полноте единства.

Структуры единства, существовавшие до разделения, – вот унаследованный нами опыт, который ведет нас к обретению полноты общения. И в течение второго тысячелетия Господь одаривает Свою Церковь преизобильными дарами благодати и духовного возрастания. Но, к сожалению, постепенное взаимное отчуждение Церквей Востока и Запада не позволило им воспользоваться плодами взаимопомощи и сотрудничества. Постараемся же с Божьей помощью сделать над собой усилие и восстановить полноту того общения, которое является источником благ для Церкви Христовой. Такое усилие потребует всей нашей доброй воли, смиренной молитвы и неустанного сотрудничества, стремление к которому неостановимо. Апостол Павел призывает нас: «Носите бремена друг друга» (Гал 6, 2). Как уместно и своевременно это его апостольское увещевание! И пусть сопутствует нам на этом пути традиционное название «Церкви-сестры».

57. В соответствии с пожеланием Папы Павла VI, наша цель – обретение полноты единства при законном многообразии: «То, что Апостолы видели, слышали и возвестили нам, Бог сподобил нас принять верою. Через Крещение все мы одно во Христе Иисусе (ср. Гал 3, 28). Кроме того, в силу апостольского преемства, священство и Евхаристия еще теснее соединяют нас друг с другом; участвуя в дарах, данных Богом Его Церкви, мы находимся в общении с Отцом через Сына в Святом Духе (…). В каждой поместной Церкви совершается эта тайна Божественной любви. Не отсюда ли берет свое начало традиционное и такое красивое название «Церкви-сестры», которым охотно называли друг друга поместные Церкви (ср. Unitatis redintegratio, п. 14)? В течение столетий наши Церкви жили как Церкви-сестры, собираясь вокруг Вселенских Соборов, которые защищали веру от любого искажения. Отныне, после долгого периода взаимного отчуждения и неприятия, по милости Божией, наши Церкви вновь признали друг в друге сестер, при всех преградах, что возникли между нами в прошлом»⁸⁹. Если сегодня, на пороге третьего тысячелетия, мы стремимся восстановить полноту общения, нам надлежит это делать именно ради данной реальности и на нее опираться.

Связь с этой славной традицией плодотворна для жизни Церкви. «Церкви Востока с самого начала обладают той сокровищницей, из которой Церковь Запада немало почерпнула в литургической области, в духовном предании и в каноническом праве»⁹⁰.

Часть этой «сокровищницы» – богатства «духовных преданий, которые нашли свое выражение прежде всего в монашестве». На Востоке «со славных времен святых Отцов процветала та монашеская духовность, которая затем распространилась на Западе»⁹¹. Как я уже подчеркнул в недавнем апостольском послании Orientale lumen, Церкви Востока богаты опытом монашеской жизни, «начиная с благовествования, величайшего служения, которое христианин может оказать своему брату, а затем – многими другими формами духовного и материального служения. Можно сказать, что в ранние времена и в последующие столетия монашество представляло собой преимущественный способ благовествования народам»⁹².

Собор не только обращает внимание на сходства Восточной и Западной Церквей. В соответствии с исторической истиной Собор без колебаний утверждает: «Неудивительно поэтому, если некоторые аспекты тайны Откровения один воспринял удачнее и изложил яснее, чем другой, вследствие чего о различных богословских формулах нередко следует сказать, что они скорее дополняют друг друга, чем противоречат друг другу»⁹³. Обмен дарами между Церквами делает плодотворным и само общение.

58. Подтвердив существующее общение веры, II Ватиканский Собор сделал на этой основе пастырские выводы, полезные в повседневной жизни верующих и способствующие развитию их единства. Учитывая тесные узы между Католической и Православной Церквами в сфере совершения таинств, Декрет о Восточных Католических Церквах Orientalium Ecclesiarum провозглашает: «… Пастырская практика показывает, что можно и должно принимать во внимание отдельные личные обстоятельства, когда не терпит ущерба единство Церкви и нет никаких опасностей, но к тому настоятельно понуждают необходимость спасения и духовное благо душ. Поэтому Католическая Церковь, смотря по обстоятельствам времени, места и лиц, часто применяла и применяет более мягкий способ действия, предлагая всем средства спасения и свидетельство любви между христианами посредством участия в таинствах и иных священнодействиях»⁹⁴.

Эта богословская и пастырская направленность – в опоре на опыт, приобретенный за годы после Собора, – была принята в двух Кодексах канонического права⁹⁵. Она ясно и недвусмысленно изложена с пастырской точки зрения в Правиле по применению принципов и норм экуменизма⁹⁶.

В этом весьма важном и деликатном вопросе необходимо, чтобы пастыри заботливо наставляли верующих, дабы те могли ясно представлять себе, на чем основано это совместное участие в литургии и какие нормы (disciplina) оно предполагает.

Нельзя забывать об экклезиологическом аспекте участия в таинствах, особенно в святой Евхаристии.

Успехи диалога

59. С момента своего создания в 1979 году Смешанная международная комиссия по богословскому диалогу между Католической и Православной Церквами продолжает интенсивно работать в определенных, по взаимной договоренности, областях с целью восстановить полноту общения между обеими Церквами. Это общение, основанное на единстве веры и обращенное к совместному опыту и традиции древней Церкви, найдет свое полное выражение в совместном совершении святой Евхаристии. Благодаря этой положительной позиции и в опоре на то, что нас объединяет, Смешанная международная комиссия сумела продвинуться вперед и высказать то, о чем я заявил вместе с моим досточтимым братом, Его Святейшеством Вселенским Патриархом Димитрием I: «Католическая и Православная Церкви уже могут вместе исповедовать общую веру в тайну Церкви и связь между вероучением и таинствами»⁹⁷. Комиссия признала также, что «апостольское преемство в наших Церквах является основой для освящения и единения народа Божьего»⁹⁸. Речь идет о важнейших отправных точках для продолжения диалога. Более того, эти заявления создают основу, которая позволит католикам и православным отныне нести верное свидетельство нашей эпохе, дабы имя Господне было возвещено и прославлено.

60. В последнее время Смешанная международная комиссия сделала заметный шаг в дискуссии по весьма деликатному вопросу о методе восстановления полноты общения между Католической и Православной Церквами. Вопрос этот не раз омрачал отношения между католиками и православными. Комиссия выработала вероучительную основу, в опоре на которую, проистекающую из вероучения обеих Церквей-сестер, этот вопрос можно решить положительно. В таком контексте очевидным стал сам метод следования к полноте общения – это диалог истины, питаемый и поддерживаемый диалогом любви. Признание за Восточными Католическими Церквами права иметь свои собственные организации и осуществлять апостольство, равно как и вовлеченность этих Церквей в диалог любви и в богословский диалог, способствует не только реальному и братскому взаимоуважению католиков и православных, проживающих на одной территории, но и их общей задаче поисков единства". Шаг вперед сделан. Осуществленные усилия не должны пропасть даром. Уже есть признаки смягчения напряженности, благодаря чему поиск единства становится еще плодотворнее.

По поводу Восточных Церквей, состоящих в полноте общения с Католической Церковью, Собор высказал следующее мнение: «Воздавая благодарение Богу за то, что многие восточные чада Католической Церкви (…) уже живут в полном общении с братьями, придерживающимися западной традиции, сей Священный Собор заявляет, что все это духовное, литургическое, дисциплинарное и богословское наследие в различных его традициях принадлежит к полноте кафоличности и апостоличности Церкви»¹⁰⁰. Следуя духу Декрета об экуменизме, Восточные Католические Церкви будут принимать активное участие в диалоге любви и в богословском диалоге, как на местном, так и на международном уровне, внося свой вклад во взаимопонимание и поиск полного единства¹⁰¹.

61. В свете сказанного Католическая Церковь желает лишь совершенного общения между Востоком и Западом. В этом ее вдохновляет опыт первого тысячелетия. В тот период «развивающийся по-разному опыт церковной жизни не препятствовал тому, чтобы в своих взаимоотношениях христиане могли продолжать с уверенностью чувствовать себя дома в любой Церкви, ибо от них всех возносилась в чудесном разнообразии языков и напевов хвала единому Отцу, через Христа, в Духе Святом; все были собраны для совершения Святой Евхаристии – которая есть средоточие и образ для общины не только в аспекте духовности или нравственной жизни, но и для самой структуры Церкви, в разнообразии служений и функций, осуществляемых под руководством епископа, преемника Апостолов. Первые соборы являются красноречивым свидетельством этого продолжающегося единства в разнообразии»¹⁰². Как спустя почти целое тысячелетие восстановить это единство? Вот великая задача, которая стоит перед Католической и Православной Церквами. Отсюда становится понятной актуальность диалога, поддерживаемого светом и мощью Святого Духа.

Отношения с Древними Восточными Церквами

62. За период после II Ватиканского Собора Католическая Церковь разными способами старалась восстановить братские отношения с теми Древними Восточными Церквами, которые когда-то отказались принять догматические формулы Эфесского и Халки-донского Соборов. Все эти Церкви прислали своих наблюдателей на II Ватиканский Собор, их патриархи почтили нас своими визитами, во время которых Римский епископ имел возможность с ними беседовать как с братьями, обретенными в радости после долгой разлуки.

Возобновление братских отношений с Древними Восточными Церквами, свидетельствующих о вере Христовой часто в весьма враждебной среде и при трагических обстоятельствах, является конкретным знамением того, что мы объединены во Христе, невзирая ни на какие препятствия исторического, политического, социального и культурного характера. Что касается христологии, в этой области мы смогли вместе с патриархами некоторых Древних Церквей возвестить нашу общую веру в Иисуса Христа, истинного Бога и истинного Человека. Достопамятный Папа Павел VI подписал об этом декларации с Его Святейшеством Шенудой III, Папой и Патриархом Коптской Церкви¹⁰³, а также с Его Блаженством Якубом III, Патриархом Антиохийским Сирийской Церкви¹⁰⁴. Я сам имел возможность подтвердить данное христологическое соглашение и использовать его результаты в диалоге с Патриархом Шенудой¹⁰⁵ и для пастырского сотрудничества с Патриархом Антиохийским Сирийской Церкви Маром Игнатием Заккой I Ивасом¹⁰⁶.

С досточтимым Патриархом Эфиопской Церкви Абуной Павлом, посетившем меня в Риме 11 июня 1993 года, мы вместе отметили глубину общения между нашими Церквами: «У нас общая вера, полученная от апостолов, те же самые таинства и то же учение, основанное на апостольском преемстве (…). И ныне мы, следовательно, можем подтвердить, что у нас одна и та же вера во Христа, хотя она и была в течение долгого времени причиной нашего разделения»¹⁰⁷

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Энциклика, или Окружное послание – торжественное послание Папы, адресованное всей Церкви и имеющее преимущественно вероучительный, социальный или нравственный характер. – Прим. ред.

Вернуться