Анна Зорина
Прощай, бензин!

© Зорина А., 2018

* * *

– Папа, что такое бензин?

– Это что-то из прошлого, сынок.

(Из рекламных материалов конференции Amsterdam Round Tables 2014)

Пролог

Впервые Олег Максимов увидел теслу в дилерском центре в Пало-Альто – уютном местечке на юге Штатов, где любят размещать офисы владельцы международных корпораций.

Это был красный родстер с разгоном до 100 км/ч менее чем за 4 секунды – звезда в небольшом семействе электромобилей, оставившая родственников на миллионы лет позади.

После эмоционального разговора с продавцом: «Bay! А это как? А это что?» – и последовавшего вслед за ним технологического оргазма Олег напросился на разговор с директором дилерского центра:

– Можно ли эту машину отправить в Россию?

Вежливый американец с безоблачными голубыми глазами ответил:

– К сожалению, у нас нет офиса в России, а мы занимаемся только прямыми продажами.

Знакомство Олега с теслой состоялось в 2008 году. На тот момент в мире было продано 900 родстеров, из них в Европе – единицы, а в России вообще ни одного.

Олег неспроста заинтересовался родстером. Компания, которую он создал с нуля, «Гринетика», уже несколько лет продвигала в России электромобили и электрозарядную инфраструктуру, но всё, что было до теслы – миев, ниссан-лиф, – было чисто утилитарно, дорого и непонятно российскому потребителю.

Родстер же вызывал неистовые эмоции у автолюбителей – двухместный спортивный кабриолет с сексуальными формами и стремительными изгибами спойлеров. Правда, автомобиль без крыши не может претендовать на массовые продажи в России, поэтому Олег на время успокоился.

Глава 1. Первый покупатель

Прошло несколько лет. «Гринетика» уже достаточно прозвучала в России, и Олег считался одним из немногих, если не единственным экспертом по электромобилям в стране. Его приглашали на радио, телевидение, конференции. Открытое улыбчивое лицо, энергичная, убедительная манера говорить, а главное, умение интересно и живо подать тему, – всё это выгодно отличало Олега от других докладчиков. В офисе периодически раздавались звонки:

– А теслу продаёте?

«Тесла» к тому времени уже выпустила модель S. Олег вспоминал американского продавца с безоблачными голубыми глазами и в задумчивости щипал подбородок. Когда количество звонков превысило порог, ниже которого можно было бы считать звонящих отдельными сумасшедшими, Олег понял, что настало время предпринимать решительные действия.

Он всегда был сторонником заповеди «Всё для клиента». К тому же он всегда искал свой «голубой океан», говоря языком бизнес-школы – занять новую нишу, где не будет конкуренции. Олег потому и ушёл в электромобильный бизнес из ИТ-консалтинга. Природное чутьё подсказывало ему, что тесла – если не голубой океан, то маленькое голубое море, волна рыночной конъюнктуры, на которой можно вырулить на что-то большее.

Несколько недель переговоров с европейским отделением «Теслы» – и схема продаж была разработана.

Олег набросал бизнес-план и показал его своему партнёру Борису. Борис, седовласый осетин с усами, похожий на доброго Сталина, рассмотрел документ и, пожевав сигару в уголке рта, уверенно резюмировал:

– Да ну… Не полетит это, Олежа…

Напрасно с пеной у рта Олег доказывал: направление перспективно. Тот только снисходительно качал головой, пускал в паузах кольца дыма и повторял утвердительно:

– Не полетит.

Борис был на пару десятков лет старше Олега и с высоты своих лет имел особое мнение об инновационных автомобилях. Проблема отцов и детей в рамках бизнеса преобразуется в проблему консерваторов и революционеров.

Через несколько недель, выпивая с родственниками в одном из уютных подмосковных ресторанов, Борис услышал, как один из них что-то рассказывал про теслу. На ключевом слове «тесла» Борис навострил уши. Его племянник, эмоционально расплёскивая стакан с виски, делился с приятелем:

– Я уже эту теслу восемь месяцев не могу из Европы вызволить! Скоро уже родить можно! Заказал полгода назад. Искал отказную – отказных нет! Хотел доплату дать за очередь – никакие доплаты-переплаты не берут! – племянник возмущённо махал руками. – Теперь заказ готов, так никто не может в Россию поставить! Ты понимаешь?

Борис пересел поближе к молодёжи, отечески приобнял племянника и спросил:

– А чем эта тесла так хороша?

– Дядя, ты что, теслу не знаешь? Это же новая эра! Мощнейший электромобиль, который может соревноваться со спорткаром!

Его приятель поднял бокал и по-гусарски воскликнул:

– Автомобили умерли – да здравствует тесла!

Борис усмехнулся в серебристые усы, откинулся назад, окинул племянника взглядом, выражающим превосходство, и небрежно бросил:

– А хочешь, я тебе её привезу?

Племянник с недоверием посмотрел на дядю, но тот не отводил самоуверенного взгляда и, хитро улыбаясь в усы, утвердительно кивал головой: да, мол, есть канал. На следующий день бизнес-план Олега был извлечён из-под сукна и запущен в детальную проработку.

Несмотря на фонтанирующие эмоции уже второго человека по поводу теслы, Борис не стал инвестировать в эту идею. Он отдал её на откуп племяннику: пусть, мол, молодые поэкспериментируют. Их мозги слегка перегреты хитроумными американскими маркетологами. Поиграют, проиграют – и успокоятся.

Племянник, успешный бизнесмен родом из номенклатурной элиты, был ровесником Олега, и ему не нужно было долго объяснять что и как. Георгий – так звали нового партнёра Олега – получил предмет желания через пару недель. В его коллекции появилась ярко-красная красотка с чёрными дисками и карбоновым спойлером. Он захотел поделиться своей радостью с миром, ну и, конечно, немного заработать.

Глава 2. Аналитический подход

Офисом московской «Теслы» был выбран небольшой деловой центр на берегу Москвы-реки удачно вписавшийся в уютную марину яхт-клуба, близ метро «Войковская». Места было достаточно, так что вся команда Олега, включая инфраструктурное подразделение, тоже поместилась здесь. Отныне «Гринетика» соседствовала с модным рестораном «Водник» и салоном по продаже яхт. Небольшая парковка, окружённая липами, отделяла офисное здание от воды, где марину расчертили на квадраты деревянные причалы и мостики.

Начало проекта пришлось на весну. Липы уже начали распускаться, воздух дышал свежестью воды и речного ветра. Любителей парусного спорта пока было мало, капитаны только начали спускать свои яхты на воду. Но отсутствие людей не мешало делу.

Ещё до выхода экстравагантного сайта в виде панели управления теслы в офис потекли ручейки клиентов. Кто-то просто увидел объявление на старом сайте «Гринетики», кого-то сосватал Георгий. Позвонил старый знакомый:

– Олег, привет! Я видел твою статью в «Форбс». Ты теслами занимаешься? Я тут теслу заказал…

– Здорово, Пашка! Да, занимаемся. Как бизнес? Знаю, сложности с очередью. Можем ускорить…

– Да не-е…

Пашка замялся. Они с Олегом вместе начинали обычными консультантами. Потом чуть-чуть подросли, окрепли, побыли начальниками. Олег ушёл в электроэнергетику, а Пашка организовал собственную фирму по ИТ-консалтингу. Вообще-то, он вполне успешно держался на плаву. Внедрение информационных систем – тяжёлый, муторный бизнес, но Пашка нашёл свою нишу – аналитику. Плюс чёткий подход в ведении проекта, с помощью которого можно достичь главного: удержать клиентов, так чтобы они подпитывали тебя всё новыми и новыми заказами. Конечно, клиенты, бывало, вынуждали демпинговать на тендерах, срывали проекты, но, в целом, корабль плыл.

Пашка сам был прирождённый аналитик и весь мир мог разобрать на детали, как разбирал папин радиоприёмник в детстве, а затем вновь собрать в виде стройного прекрасного целого; соорудить виртуозный отчёт и представить в виде красивого гаджета. Когда он увидел теслу, он понял, что перед ним самый совершенный в мире гаджет. Забыв себя в порыве страсти и плохо попадая по клавишам своего мака, он заказал себе самую простую комплектацию, но, когда через пару недель опомнился, оказалось, что надо платить по ипотеке, вносить годовой аванс за школу и покупать путёвки в Грецию для всей семьи, включая тёшу с тестем.

Очень Пашке хотелось теслу, но пришлось пока остаться со своим скромным семейным паркетником – вольво ХС90.

– Да не-е, – повторил он. – Я чё-то заказал, а потом передумал… Хотел депозит вернуть, а там как-то долго. Ты не хочешь мою машину себе забрать?

Так Пашка вежливо предлагал выкупить очередь. Олегу было несложно помочь другу.

Через пару месяцев, когда Пашкина машина ушла в руки уже совсем другому счастливому обладателю, Пашка снова позвонил Олегу.

– Хочу приехать, – горестно вздохнул аналитик. – Хоть посмотреть!

– Твоя уже продана. Но это ничего, я тебе другую покажу. К нам как раз поступила самая навороченная комплектация – Р85 со спортпакетом.

На парковке яхт-клуба, отвлекая внимание от длиннокрылых яхт, стояла жемчужно-белая тесла модель S. Она щеголяла дисками, обутыми в разноширокую резину, из-под которых дерзко проглядывали выкрашенные красным тормозные механизмы.

Пашка приехал в ностальгическом настроении. Сначала полчаса пили кофе с Олегом в офисе, вспоминая прошлое. Пашка оттягивал момент, когда увидит теслу. Знал: расстроится, что не удалось её купить. Потом собрался с силами, вышел на стоянку. Долго ходил вокруг машины, не отрывая от неё взгляда, потом долго сидел внутри и играл с панелью навигации, ловко переключаясь с одного приложения на другое.

На улице накрапывал дождик. Лёгкий ветер раскачивал кроны ещё не оперившихся лип. Пашка совершил несколько кругов почёта по парковке и наконец нехотя выбрался из машины:

– Ну я поехал.

Он тряхнул головой и широко улыбнулся, чтобы скрыть уныние. В отражении округлого крыла теслы Пашка увидел яхты и только тогда с удивлением понял, что находится в яхт-клубе.

Глава 3. Директор яхт-клуба

В мае, впрочем как и всегда, в салоне по продаже яхт не особенно шумно. Покупатели не толкутся, яхты не идут как пирожки, поэтому от замедленного движения времени и сотрудники яхтенных салонов обычно неторопливы. Осознавая высокую стоимость товара, они придают своим неторопливым движениям избыточное чувство собственного достоинства и некоторое жеманство. Если это девушки, то они обычно одеты, как учительницы: белый верх, чёрный низ – а самые стильные из них носят очки в чёрной прямоугольной оправе, которая предположительно призвана подчёркивать учёность и интеллигентность обладательницы. Если это юноши, то тонкокостные, в узких темных костюмах и галстуках-селёдках.

В салоне яхт, соседствовавшем с офисом Олега, хозяйничал именно такой тонкокостный юноша. В ожидании клиентов он элегантной, скучающей походкой прогуливался вдоль марины. Взгляд устремлялся вдаль, ветер развевал галстук-селёдку – ни дать ни взять, богемный француз на набережной Круазетт, не хватает только тросточки. К одному его уху тянулся проводок наушника – чтобы совсем не заскучать, он то болтал с кем-то по телефону, то слушал музыку. Когда на стоянке появилась тесла, юноша уделил ей несколько минут, а потом всё так же медленно и с достоинством пошёл дальше.

Набережная была короткая, и для полноценной прогулки её не хватало, даже если прогуливаться таким неторопливым шагом, как это делал продавец яхт. Когда юноше надоедало топтаться на двухсотметровом отрезке, он возвращался в салон, и через высокие окна было видно, как продавец читает журнал, устроившись на диване в элегантной позе.

В движениях юноши появлялась некая динамика, только когда в салоне появлялся пожилой подтянутый мужчина, с зачёсанными назад волосами с проседью. Это случалось не каждый день, но тогда юноша начинал кружиться вокруг своего босса, подавая ему то чашечку кофе, то какие-то документы. Мужчина с зачёсанными волосами обладал теми же неспешными движениями, что и юный продавец, но более породистыми что ли, зрелыми. Чувство собственного достоинства поддерживал в нём голубой льняной шарф, обмотанный вокруг загорелой шеи. Попивая кофе, он бросал украдкой взгляд на блестящий чёрным лаком автомобиль, припаркованный возле офиса. Свет полуденного солнца падал на странную радиаторную решётку, глухую, с двумя узкими просветами сверху и снизу. Как через такую решётку воздух проходит?

– Что это там за авто, Вадик? – произнёс директор, манерно взяв кофейную чашку двумя пальчиками.

– Не знаю, Вениамин Андреевич. Соседи на продажу выставили.

Вадик говорил так же, как и двигался, – медленно, слегка растягивая слова. Он был занят распечаткой отчёта: наблюдал, как бумага выезжает из принтера, и ему нравилось мерное жужжание, которым это сопровождалось.

Вениамину Андреевичу уже несколько недель не давал покоя этот странный автомобиль. Чувство собственного достоинства и статус директора не позволяли ему вот так запросто подойти и полюбопытствовать. Но в конце концов он не выдержал.

– Какой ты нелюбознательный, – с лёгкой досадой в голосе произнёс Вениамин Андреевич и пошёл на разведку.

Вениамин Андреевич был директором яхт-клуба и совладельцем салона по продаже яхт. Когда-то яхты ему нравились, но, к сожалению, когда твоё хобби становится бизнесом, романтический флёр теряется, стирается о ежедневную рутину. Прямо как с женщинами: как только женишься, любовь куда-то пропадает.

К яхтам он давно был равнодушен, теперь его страстью были мотоциклы. В гараже Вениамина Андреевича стоял классический триумфовский каферейсер[1], который идёт по дороге легко и стремительно, как яхта по морской глади. Кафе-рейсер напоминал ему о юношеском увлечении рок-н-роллом. Благодаря дяде, дипломатическому работнику, у племянника был доступ к западной культуре. В кабинете у дяди висел плакат: парень в мотоциклетном шлеме и кожаной куртке верхом на изящном лёгком мотоцикле с оголённым для скорости движком. Чуть размытый фон в виде блестящих вывесок лондонских улиц и сильный наклон корпуса мотоциклиста создавали ощущение большой скорости и запретного свободомыслия. Дядя рассказывал ему о чуждой советскому человеку забаве: разгорячённые рок-н-роллом в придорожном кафе, британские юнцы гоняют на мотоциклах – за двухминутную композицию нужно проехать определённую дистанцию и вернуться к кафе. Дистанция такая короткая, что для успеха надо разогнаться свыше 100 км/ч, поэтому с машин снимают всё лишнее и «прокачивают» для увеличения мощности.

Веня, хоть был и из обеспеченной семьи, и мечтать не мог о таком мотоцикле. Но он мог слушать рок-н-ролл и представлять себя членом каферейсерской тусовки.

Чуть позже в его жизнь вошли яхты. Такие же стремительные, как и каферейсеры, лодки «Сигаретт», с тем же притягательным флёром свободомыслия. Сигаретт – это была первая в мире лодка, которую сделал специально для гонок талантливый гонщик Дэн Аронов. До него лодки лишь тюнинговали. Тонкие, похожие на сигарету, быстрые и с гораздо большей маржой на продажах.

Вениамину Андреевичу иногда хотелось поменять сферу своей деятельности, заняться мотоциклами профессионально. Он запрещал себе и думать об этом, ведь он усвоил, что нельзя хобби превращать в работу. Но, несмотря ни на что, Вениамин Андреевич чувствовал, что страсть постепенно угасает. Уже не было того удивительного, щенячьего восторга, когда он прикасался к хромированным деталям, когда слышал приятный рокот мотора. Наверное, всё дело в возрасте.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Каферейсер – легендарный класс мотоциклов, который появился в 1960-х годах. Каферейсеры выпускались различными производителями, в том числе старейшей британской компанией «Triumph».

Вернуться