Франциска Вудворт
Мой снежный князь

© Ф. Вудворт, 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

Глава 1

Всегда ненавидела туман. С раннего детства он наводил на меня ужас, я почему-то была уверена, что все самое страшное с человеком происходит именно в тумане. И вот теперь я стою в нем и ничего не вижу на расстоянии вытянутой руки. Куда идти? Где я?! И самый главный вопрос: почему мне не сиделось дома? А все так безобидно начиналось…

Позвонила Лера и, треща без умолку, сообщила, что сегодня мы едем в лес за грибами. Какая замечательная стоит погода, какой чистый воздух в лесу, как мы отлично отдохнем. Все бы хорошо, но сейчас семь утра, а я вчера засиделась дотемна, сводя баланс, и теперь довольно туго соображала. Мои вялые попытки отказаться были пресечены категоричными словами: «Ты совсем позеленела с этой работой, тебе воздух нужен. Через час заеду, если не будешь одета – поедешь в пижаме!»

И она отключилась. Черт побери! Кляня все на свете, я поплелась в душ. Вот так всегда с Валерией. Масса энтузиазма и напора, во что она меня только не впутывала. Дружим мы с ней еще с садика и не похожи, как небо и земля. Я спокойна, мечтательна, уравновешенна, а она зажигательная, всегда полна энергии, с кучей планов и идей. Я высокая, худощавая, рыжеватая шатенка с серыми глазами, а она ниже меня на полголовы, чуть полноватая, зеленоглазая брюнетка. Я скучный бухгалтер, а она ведущий пиар-менеджер. Но при всем этом у меня нет более близкой и верной подруги.

Быстро приняв душ и собрав волосы в хвост, я пошла на кухню за волшебным напитком, который помогает мне проснуться, – кофе! Только выпив чашку ароматного напитка, я могу считать, что проснулась. Насыпав кофе в турку и поставив на газ, я начала размышлять, что бы мне надеть. Джинсы однозначно, свитер лучше под горло и, наверное, ветровку, а то утром не так уж и тепло. Я с трудом пыталась вспомнить, куда засунула кроссовки, и чуть не упустила кофе. Шипя сквозь зубы, схватила турку и выключила газ. Налила кофе в чашку, села за стол и вдохнула любимый запах. В голове немного прояснилось, и я вспомнила, что после последнего пикника постирала кроссовки, а высушив, засунула их в коробку и убрала в шкаф.

Неспешно выпив кофе, я потянулась и почти почувствовала себя человеком. Натянув джинсы, надела темно-синий свитер, отчего мои глаза приобрели насыщенный оттенок. Решив не заморачиваться с макияжем, лишь подкрасила ресницы и нанесла блеск на губы. Осталось откопать в шкафу кроссовки и сварить еще бодрящего напитка, чтобы набрать в термос и захватить с собой.

Когда прозвенел звонок в дверь и Лера ворвалась, как ракета, я была готова.

– Крис, привет! Я знала, что ты успеешь собраться, – сказала девушка, улыбаясь. Ее разрумянившееся лицо просто сияло.

– Мы вдвоем едем или ты еще кого сагитировала?

– Я с Димой. Ну, это мой новый. Я вас еще не знакомила. А он Егора взял. Это его друг. Большой любитель природы, знаток грибов, знает, как их готовить.

– О да, тогда у нас с ним много общего, – сказала я ехидно.

Меня на природу вытащить можно только из-под палки. После суматошного рабочего дня лучший отдых – это завалиться на диван с книгой. А готовить-то я как люблю, просто слов нет. Живу одна, и мне достаточно бутерброда с колбасой, ну, салат еще порезать могу. И не потому, что не умею. Спасибо маме, приготовить я могу любое блюдо, просто желания нет.

– Признавайся, ты опять меня знакомить собралась?! – спросила грозно подругу.

– Честное слово, нет! Лишь сказала Диме, что хочу по лесу погулять, грибов собрать. Осень-то какая. Бабье лето, последние теплые дни. Он и вспомнил про Егора. – Лера посмотрела на меня бесхитростным взглядом.

Все ясно – очередная попытка устроить мою личную жизнь. Валерия влюблялась часто. У нее всегда море поклонников. Даже когда она расставалась с очередным кавалером, то умудрялась поддерживать с ним дружеские отношения. Я же увлекалась редко и влюбилась по-настоящему лишь раз, но мне и того хватило. Глядя в полные надежды Леркины глаза, я сдержала тяжкий вздох и сказала:

– Ладно, поехали.

Я закинула на плечо маленький рюкзак, в который бросила термос с кофе, телефон, раскладной нож, еще пару мелочей, и мы вышли.

На улице я увидела красную Леркину «Хонду», припаркованную у подъезда, и такого же цвета лицо водителя «БМВ», которому она перегородила проезд.

– Да кто так ставит?! – заорал он, но, увидев ослепительную улыбку Валерии, просто потерял дар речи и ощерился в ответ.

– Извините, уже уезжаю, – проворковала она, сверкнув ямочками на щеках, и тут же кивнула мне, чтобы я в темпе паковалась в машину. Не тратя времени, юркнула на заднее сиденье. Пока впавший в транс парень хлопал глазами, Лера шустро развернулась и отъехала от дома.

– Всем привет, – сказала я. – Меня зовут Кристина.

– Дима, – сказал парень на переднем сиденье.

– Егор, – отозвался еще один рядом со мной. Сухощавый, темноволосый, в очках, с серьезным выражением лица. Одет в джинсы и бежевую ветровку, цветом почти как у меня.

– Ну, мы просто как из одной команды, – сказала я, улыбаясь, показывая глазами на ветровки.

– У тебя оттенок темнее, – ответил он серьезно.

Я заткнулась. Хорошо еще, что Лерка – любитель громкой музыки, можно откинуться на сиденье и не напрягаться насчет светской беседы. Я даже умудрилась заснуть, все-таки сказался недосып, и распахнула глаза, когда Лера заворачивала на какую-то поляну.

– Мы уже в лесу?

– Ну ты даешь, продрыхла всю дорогу! – раздался возмущенный голос подруги.

– Сама виновата, – ответила ей, потянувшись. – Нечего было в такую рань будить.

Я поймала быстрый взгляд Егора на мою грудь, которая натянула свитер от моих телодвижений, резко выдохнула и запахнула ветровку. Мы бодро выгрузились.

– Ну и куда ты нас завезла? – спросила я, оглядываясь.

– А ты спи больше, – съехидничала Лера. – Мне это место знакомые посоветовали. Природа потрясающая, лес просто волшебный, и грибов полно.

– Ну в принципе согласна, – сказала я, вдыхая чистый прохладный воздух.

Лес и правда имел сказочный вид. Все оттенки желтого и пурпурного, пушистый ковер из листвы. И такая непривычная для города тишина.

Я закинула рюкзак на плечо и оглядела нашу разношерстную компанию. Дима смотрел влюбленными глазами на Леру, и было понятно, что парень увяз по самые уши. Какие там грибы, главное, чтобы в деревья не врезался. Егор уставился на меня оценивающим взглядом, будто на вещь в магазине, словно раздумывая, подходит или нет и надо ли примерить. Мое не такое уж и радужное настроение померкло.

Лера, заметив мой хмурый взгляд, преувеличенно бодрым голосом призвала нас выдвигаться.

Естественно, мы разбились на пары. Подруга с ухажером впереди, а мы с Егором чуть отстали. Если честно, это я немного замедлила шаг – думала отвязаться от Егора, но он как приклеенный шагал рядом.

– Ты работаешь с Лерой? – спросил парень.

– Нет, мы просто подруги.

– А чем занимаешься? – продолжил он допрос.

– Я бухгалтер.

– Тебе это подходит, – прокомментировал задумчиво Егор.

– Это почему же?!

– Ты серьезная, – сказал он, поправляя очки.

«Блин. Ну и как на это реагировать?! Если комплимент, то сомнительный».

– А вы с Димой работаете вместе? – спросила, чтобы заполнить паузу.

– Да.

– И чем ты занимаешься? – вернула я вопрос.

– Работаем в банке. Только в разных отделах. Я в кредитном, а он по связям с общественностью.

– Кредиты – это серьезно, – сказала я иронично.

– Это да, – ответил он важно и начал читать мне лекцию о кредитной политике банка.

Вздохнув, я ускорила шаг. Ребята впереди подшучивали друг над другом. Лера нашла мухомор и фонтанировала идеями на тему, как он необходим в хозяйстве.

Я скосила глаза на Егора. Вроде симпатичный парень. Слегка вьющиеся каштановые волосы обрамляют довольно симпатичное лицо с правильными чертами. Внимательные светло-карие глаза, хорошо очерченные губы, которые были бы еще привлекательнее, если бы их хоть иногда посещала улыбка. Немного тяжеловатый квадратный подбородок, что говорит о силе характера. Но все портил монотонный, нудный голос. Он напоминал мне голос нашего профессора из универа, под который я быстро теряла суть изрекаемого и начинала размышлять на отвлеченные темы.

– Егор, а это съедобный? – замахала нам рукой с зажатым в ней грибом подруга.

Парень прервался на полуслове, поправил очки и поспешил к моей спасительнице.

Пользуясь возможностью, я взяла чуть правее от всей компании. Нагнувшись, подобрала палку и стала ворошить листья, делая вид, что ищу грибы.

– Это польский, – услышала я, как начал сыпать сведениями Егор. – Выделен в отдельный род имлерия, входящий в семейство болетовых, ну, или боровиков по-русски.

– Да не важно, – беспечно отмахнулась Лера. – Он съедобный?

– Вполне. Тщательно промыть, измельчить и отварить минут пятнадцать, потом…

– Егорушка, давай про это позже расскажешь, – перебила его подруга. – Мы же сейчас собираем, а не готовим.

Она хитро подмигнула и понеслась в поисках следующего. Дима направился следом за ней, а Егор посмотрел на меня, словно решая, идти ко мне или догнать друга. Из размышлений его вывел очередной вопль подруги о еще одной находке, и он поспешил на зов.

Я же продолжила движение вправо от всей компании, держа их в поле видимости, но соблюдая дистанцию. Грибы собирать не хотелось, а вот прогуляться по лесу было в удовольствие, не то точно позеленею с этой работой. Краем глаза заметила, что Егор смотрит в мою сторону, и чтобы у него не возникло желания подойти ко мне, я сделала вид, что меня что-то заинтересовало, и еще увеличила расстояние между нами.

Лера, раскусив мои маневры, отвлекла Егора очередным вопросом. Нет, все же у меня настоящая подруга! Столько лет вместе, научились понимать друг друга не то что с полуслова, а с полувзгляда. Поняв, что не вышло у нас романтической прогулки по лесу, она рада уже тому, что вытащила меня на свежий воздух. После моего неудавшегося романа несколько месяцев назад Лера старается меня растормошить, и эта поездка наверняка задумана ею именно с этой целью. При мыслях о бывшем я с удивлением заметила, что в груди уже не было засевшей там боли. Глубоко вдохнула свежий воздух с запахом хвои и пряной листвы и медленно выдохнула. Все же жизнь налаживается. Я улыбнулась солнцу, просвечивающему через кроны деревьев.

– Крис, ау-у! – услышала я возглас подруги.

– Я тут! Все о’кей! – отозвалась я.

Они скрылись из виду, но были недалеко. Только из-за Егора идти к ним не хотелось. Выслушивать его лекцию о чем-либо не было никакого желания. Дима мне понравился, особенно то, какими глазами он смотрит на Леру. Если бы она только это ценила. Сколько же у подруги было замечательных парней, которые готовы были носить ее на руках и участвовать во всех ее затеях.

Однажды она решила прыгнуть с парашютом. Ее тогдашний парень колебался, но старался не показывать, что ему страшно. Я же ездила с ними на все тренировки, но прыгать не было никакого желания. А в «день Икс» с замиранием сердца следила за приземлением подруги. Парень ее в последний момент прыгать отказался – я его отлично поняла, а вот она нет. После этого они расстались.

В следующий раз Лера загорелась идеей отправиться по реке на байдарках, расписывала мне прелести сплава, но я устояла. Мне повезло, что тогда она встречалась с парнем, любителем отдыха на природе. В общем, вернулась подруга загоревшая, с сияющими глазами, массой впечатлений и… новым ухажером. Познакомились в походе, и вспыхнуло светлое чувство.

Потом она захотела научиться ездить верхом. Я составила ей компанию с удовольствием. Лошадей люблю с детства и совсем не боюсь этих грациозных и умных животных. В итоге я теперь неплохо держусь в седле и иногда выбираюсь покататься.

И таких случаев можно вспоминать множество. Чем мы только с Леркой не увлекались, и куда нас только не заводила ее неуемная энергия.

Я шла, задумавшись, ероша кроссовками листья, вот только ноги мои были в дымке. Остановилась. Туман! Откуда он взялся?! Огляделась. Я стояла на небольшой поляне, а белое марево вилось над землей, как живое, поднимаясь все выше и сгущаясь вокруг меня! Сердце бешено заколотилось от резкого выброса адреналина. Я посмотрела вверх и не увидела солнца. Все вокруг заволокло дымкой, и она становилась все непрогляднее.

– Лера, ау-у! – в панике закричала я. – Лера-а-а!

Мне стало страшно как никогда в жизни. Закружилась голова, и на мгновение я испытала чувство падения, хотя стояла на месте. Развернулась, пытаясь сориентироваться.

– Лера-а-а! – Но в ответ лишь тишина.

Вцепившись похолодевшей рукой в лямку рюкзака, я бросилась со всех ног в обратную сторону. Было чувство, что попала в ночной кошмар. Бежала и не видела куда. Натыкалась на деревья, ветки хлестали по лицу, но чувство животного ужаса не давало мне остановиться. Я споткнулась и с отчаянным криком рухнула коленями… в сугроб.

Да я просто сплю. Дрожащими пальцами дотронулась до снега, набрала горсть. Обжигающе холодный, он начал таять на моей ладони. Отбросила его, вытерла руки о джинсы и вскочила на ноги.

И что дальше? Что делают в случае, когда думают, что видят галлюцинации? Если я не сплю, то откуда снег?! Снег в сентябре! Меня пробила дрожь.

Я посмотрела вокруг. Мне показалось, или туман рассеивается?! Кажется, да. Густая дымка понемногу расступалась, образовывая что-то вроде туннеля, идущего вперед. Выбора у меня не было. Я пошла, местами проваливаясь в снег по колено. Сцепив стучащие зубы, шагала, надеясь, что иду к выходу из этой аномалии.

Чем дальше продвигалась, тем меньше становилось снега. Наконец лес закончился. Щупальца тумана в последний раз обвили мои ноги и неохотно отступили. Посмотрев по сторонам, я потеряла дар речи. Ландшафт, представший передо мной, был незнакомый. Я оказалась на небольшой возвышенности, а вдалеке живописно расположилась деревня с деревянными домами. На ее краю я увидела людей – человек пять.

Несмело начала спускаться с холма. Меня поразило то, что здесь землю покрывала жухлая осенняя трава. Я оглянулась. Туман в лесу стал рассеиваться под дуновением ветра, и было видно, что там по-прежнему лежит снег. Чертовщина какая-то…

Четверо мужчин и девушка, замерев, смотрели на меня с изумлением и даже страхом. При моем приближении вперед вышел коренастый мужчина с проседью в светлых волосах, аккуратной бородкой золотистого цвета и стальным взглядом голубых глаз.

До чего же странно они все одеты! Мужчины в рубашках старинного покроя, подпоясанных вышитыми поясами, и свободных брюках, низ которых был заправлен в сапоги. Сверху надето что-то вроде кафтанов. Девушка лет восемнадцати в длинном голубом сарафане и белой сорочке с длинными рукавами, которые заканчивались вышитыми манжетами. Черные, до пояса, волосы заплетены в косу.

Куда я попала? Больше похоже на деревню староверов. Осмотревшись, я не увидела столбов электропередач.

– Добрый день! – сказала я и сама удивилась, как хрипло прозвучал мой голос. Пришлось откашляться, так как в горле начало першить.

– Я заблудилась в лесу, вы не подскажете, как выйти к дороге?

Молчание. Мужчина, стоящий впереди, окинул меня хмурым взглядом. Сердце екнуло от гнетущей атмосферы, но деваться мне было некуда.

– Кто ты? – спросил он, разомкнув крепко сжатые губы.

– Мы с друзьями приехали за грибами, но так вышло, что я заблудилась!

Взгляд мужчины стал еще тяжелее.

– Грибы?! В этом лесу уже давно нет грибов! – последнюю фразу он просто выплюнул мне в лицо.

– Я вижу, что в этом нет. Но там, где мы были, они есть. – Это прозвучало так, как будто я оправдываюсь.

– И где это?

– Наверное, здесь поблизости, я не могла далеко уйти.

– Тут на много верст лес. И если ты не заметила – все в снегу, – сказал он со злостью.

И какого черта он на меня окрысился, я, что ли, в этом виновата?!

– Я заблудилась, – беспомощно повторила я.

Пока мы разговаривали, остальные подошли поближе и с любопытством рассматривали меня.

– Папа, она вся дрожит, – сказала девушка. – Может, пойдем в дом и все обсудим?

Мужчина зыркнул на нее и перевел взгляд на меня. Пауза затягивалась, но наконец он принял решение:

– Что ж, если ты пришла с добром, то шагай за мной.

Это было не самое любезное приглашение, но мне было необходимо согреться: после бега по снегу кроссовки насквозь промокли и меня начало трясти и от холода, и от всего пережитого.

– Благодарю, – тихо ответила я.

Глава 2

Мы подошли к большому деревянному дому, сложенному из бревен, – срубу, окна и крыльцо которого были украшены красивой резьбой. Поднявшись по ступенькам и зайдя внутрь, миновали темные сени и оказались в просторной комнате. В дальнем правом углу находилась большая печь, а возле нее хлопотала худощавая женщина.

Воздух в помещении был особенный: наполненный ароматами сухих трав, еловой хвои, выпечки. Все здесь было деревянное: потолок, пол, стены и мебель. Некрашеное дерево излучало мягкий, приглушенно-золотистый свет, подчеркивающий его природное очарование.

В комнате стоял большой длинный стол с лавками, застеленными домоткаными покрывалами. На полках вдоль стен располагалась нехитрая посуда: горшки, ковши, миски. Возле печи примостились железные ухваты, которыми ставят в печь и достают горшки. Рядом с печью висели полотенце и рукомойник – кувшин с двумя сливными носиками по сторонам. Под ним – деревянная лохань для грязной воды.

Женщина оглянулась на нас с улыбкой, которая тут же сменилась изумлением.

– Улана, позаботься о путнице, а я сейчас, – сказал мужчина и, развернувшись, вышел.

Женщина еще не оправилась от удивления, а девушка взяла меня за руку и повела к печи.

– Проходи поближе, согрейся, – сказала она участливо. – Я же вижу, как ты продрогла. Меня Лада зовут. А тебя?

– Кристина, – сказала я, сняла с плеча рюкзак, поставила его на лавку и увидела в окно, как ее отец дает какие-то распоряжения толпящимся возле дома мужчинам.

– Откуда же ты такая? – наконец спросила женщина, с интересом рассматривая меня.

– Из леса. В тумане заблудилась, – ответила я, с благодарностью протягивая руки к теплой печи.

– Но в лесу не бывает туманов!

– Ну, один все же был, – ответила я немного раздраженно. Что-то непонятное было в том, как они обе напряглись при моих словах. – Ваши мужчины и Лада видели меня, когда я вышла из леса. Туман они не могли не заметить.

Женщины переглянулись.

– Это так, мама. Мы были на улице, когда прибежал Драгомир и сказал, что в лесу происходит что-то странное. Когда мы подошли ближе, то увидели Кристину у кромки леса, а сзади нее клубился туман, который быстро рассеялся. – Девушка многозначительно посмотрела на мать.

– Скажите, где я? Далеко до города? И какой ближайший? – спросила я напряженно. – Меня друзья уже искать должны.

Не знаю, куда меня занесло, но ребята должны знать, что я не одна. Да зная Леру, я была уверена, что над лесом уже кружат вертолеты МЧС и спасатели шерстят его стройными рядами.

– С тобой еще кто-то был? – спросила женщина. – Они тоже заблудились?

– В тумане я была одна, но приехала с друзьями. Они должны быть недалеко.

Женщины опять переглянулись. Меня эти гляделки уже начали тревожить. Да в чем дело-то?! Я что, первая идиотка, которая в лесу заблудилась?!

В дом вошел хозяин.

– Папа, Кристина говорит, что с ней в лесу ее друзья были. Они могли тоже заблудиться.

– Я отправил людей пройтись по ее следам. Они будут осторожны, но посмотреть надо.

– Осторожны?! – переспросила я. – У вас в лесу есть хищные звери?

При мысли о том, что пока я там бегала, на меня мог накинуться волк или медведь, стало дурно.

И опять это напряженное молчание. Мужчина сверлил меня взглядом. Не знаю, что он увидел в моем лице, но наконец сказал:

– Звери тоже есть.

Он опустил глаза на мои промокшие ноги:

– Лада, принеси теплые сапоги. Гостье надо переобуться.

Тут все ожили. Девушка выбежала из комнаты. Я стянула кроссовки и мокрые носки. Женщина взяла их у меня, с удивлением осмотрела со всех сторон и поставила сушиться у печи. Вернулась Лада, неся высокие меховые сапоги с теплыми вязаными носками в придачу. Она усадила меня на лавку. Я закатала влажные джинсы, натянула носки и сунула ноги в сапоги. Сразу стало намного уютнее.

И тут меня пронзила мысль – телефон! Я же сунула его в рюкзак. Идиотка! Бегаю по лесу, переживаю. Можно же позвонить. И есть GPS. Открою карту и посмотрю, куда меня занесло, подумала я с облегчением. С этими мыслями схватила рюкзак и начала судорожно рыться в нем в поисках телефона. Достав его, заметила удивленные взгляды хозяев. Может, они никогда не видели мобильников, пожала я про себя плечами.

Меня ждал облом – сети не было. Рано радовалась.

– У вас сеть здесь где-нибудь ловит? – безнадежно спросила я, но по непонимающим взглядам всех троих стало ясно, что ответа ждать не стоит.

– Что это? – указал пальцем на телефон мужчина.

– Сотовый.

– Можно посмотреть?

Я протянула ему аппаратик, который он с осторожностью взял.

– Радомир! – предостерегающе сказала женщина, но он пресек ее взглядом.

Повертел мобильник в руках. Черный экранчик внезапно «ожил».

– Откуда свет? – растерянно спросил он.

– При нажатии на клавиши включается подсветка экрана.

– И для чего он?

– Для связи, – терпеливо пояснила я. – Вы же знаете, что такое телефон?

Он молча смотрел на меня. Ладно, зайду с другой стороны.

– Вы знаете, что такое электричество? – Глядя в непроницаемое лицо Радомира, нельзя было сказать, понимает ли он меня.

– Нам это не знакомо, – наконец ответил он и вернул мне телефон.

Я была уверена, что он хотел бы более подробно изучить его. Быстро положила сотовый в рюкзак, как говорится, с глаз долой… Интересно, куда же меня занесло?..

Тут раздались голоса и в дом ввалились несколько молодых людей. Они все с интересом уставились на меня. Я даже поймала несколько пристальных взглядов на мои ноги. Заметно, что в джинсах девушки тут не ходят. Задрав подбородок, я также начала рассматривать их. Одеты парни тоже были в стародавнем стиле, только обуты в меховые сапоги наподобие тех, какие мне дали, и, помимо рубах и камзолов, на них были плащи длиной до середины голени. Все ясно – вернулись те, кого посылали в лес.

Впереди стоял парень, которого я уже видела, когда только спустилась с холма. Высокий, мускулистый. Черные волосы до плеч обрамляли красивое, гладкое, без бороды, лицо с золотисто-карими, даже можно сказать янтарными, глазами.

– Что расскажешь, Драгомир?

– Мы прошли по ее следам. Они заканчиваются на поляне, шагах в пятистах от места, где она вышла.

– И? – нахмурил брови Радомир.

– И все. Следы начинаются в середине поляны, как будто она с неба упала. – После этих слов все подозрительно уставились на меня.

– Нечего на меня так смотреть, – огрызнулась я. – С неба я точно не падала!

– Тогда откуда ты взялась, девушка? – мягко спросил Радомир.

– Я уже вам все рассказала. Может, вы теперь объясните, где я нахожусь?

Хозяин дома крякнул.

– Ты в нашем поселении. Мы Охотники. До ближайшего поселения много верст, а до города, где правит князь Мислав, еще больше. Так как же ты здесь оказалась, девушка?! – последние слова он произнес с нажимом.

Князь?! Правит?! Где я?! Может, это поселение сумасшедших, которые живут в своем воображаемом мире? Телефонов нет, электричества нет. Как вообще себя ведут при встрече с безумными? На первый взгляд они не буйные, но это же только на первый. Волна страха стала подниматься во мне. Я глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки.

– Скажите, пожалуйста, а какая это область? – постаралась произнести я спокойно. Не могла же Лерка так далеко нас завезти.

Они переглянулись между собой.

– Это земли князя Мислава, – терпеливо, как ребенку, ответил Радомир.

– Мы же в России? – полуутвердительно-полувопросительно прошептала я.

Тишина была такая густая, что хоть ножом режь.

– Мы не знаем, где это, – ответил Радомир.

И, глядя на их серьезные, непонимающие лица, я поняла, что они действительно не знают. В ушах вдруг зазвенело, тело стало легким, и впервые в жизни я грохнулась в обморок.

Пришла в себя, лежа на узкой кровати с чем-то холодным на лбу. Рядом со мной сидела Лада. Подняв руку, я сняла со лба влажное полотенце.

– Ты очнулась! – с облегчением сказала девушка.

Я огляделась по сторонам. Мы находились в небольшой, просто обставленной комнате. Возле противоположной стены, на которой висел ковер с изображением охоты на медведя, стояла еще одна кровать и сундук с кованой крышкой.

– Где я? – спросила слабым голосом.

– В моей комнате, – ответила Лада.

– Я что, грохнулась на пол перед всеми?

– Ну, не то чтобы… Когда ты начала оседать, тебя успел подхватить Драгомир и принес сюда, – при этих словах она покраснела.

Наверное, порог этой комнаты никто из мужчин, кроме отца Лады, не пересекал. Из соседнего помещения доносился гул голосов.

– Я долго была без сознания? – спросила, привставая.

– Примерно четверть часа, – ответила девушка, забирая у меня полотенце.

– Они еще там? – спросила я, косясь на дверь.

– Да. Обсуждают твое появление.

Тут раздался стук в дверь и просунулась голова Драгомира. При виде его лицо Лады просто засветилось. С душевными привязанностями этой девушки все ясно.

– Пришла в себя? – спросил он, обеспокоенно глядя на меня. – Может, воды принести?

– Спасибо. Мне уже лучше.

Я села и увидела в конце кровати свой рюкзак. Потянув за лямку, поставила его себе на колени. Открыла замок, достала термос с кофе.

– Что это? – спросил заинтересованно Драгомир, заходя в комнату.

– Термос. – Я отвинтила крышку. – А в нем кофе.

Налив ароматный напиток, отпила глоток и блаженно зажмурилась. Он был еще горячий, в меру сладкий, а от любимого запаха начал таять ледяной комок у меня в груди. Я почувствовала, что ко мне возвращаются силы. И только сейчас заметила, что Лада и Драгомир пристально смотрят на меня.

– Кофе будете? – любезно предложила я.

Лада отрицательно замотала головой, а Драгомир после секундного замешательства кивнул утвердительно.

– Ты сама его готовила? – спросил он.

– Да. Не бойся, не отравлю, – фыркнула я.

Я сняла с низа термоса вторую чашку и плеснула ему кофе. Не больше половины, а то вдруг ему не понравится. Парень бережно двумя руками принял емкость и, глядя мне в глаза, сделал глоток.

Лада сдавленно вздохнула и каким-то удивленно-растерянным взглядом посмотрела на Драгомира.

Он допил кофе и так же, обеими руками, протянул мне пустую чашку.

– Благодарю. Было вкусно, – произнес парень, чем заслужил еще один вздох от Лады.

Он продолжал пристально взирать на меня. Чего-то ждет? Если еще кофе, то я не поделюсь. Неизвестно, как надолго я тут застряла, а для меня, кофеманки, он на вес золота. Непонимающе я перевела взгляд на Ладу. Она была бледна, а ее в глазах затаилась горечь. Драгомир же лукаво улыбнулся мне уголками губ. От неловкости меня спасло появление Радомира.

Его проницательный взгляд охватил всех нас. Задержался на термосе и пустой чашке в моих руках.

– Рад, что ты пришла в себя. Драгомир, пошли. Для тебя есть задание. – И пояснил мне: – Ты сказала, что была с друзьями. Мы решили устроить дежурство близ леса, а вечером зажжем костры. Если они еще там, им будет легче выйти.

Развернувшись, они покинули комнату.

Я посмотрела на Ладу. Ее нежное лицо было еще бледно, и она взирала на меня глазами щенка, которого незаслуженно ударили.

– Лада, в чем дело? – твердо спросила я. – Что сейчас произошло? Я нарушила какое-то ваше правило?

Она отвернулась, теребя в руках полотенце.

– В наших местах, если девушке нравится парень, она готовит для него напиток и предлагает ему, – проговорила Лада глухо. – Если парню приятно внимание девушки и она люба ему – он выпивает его, глядя ей в глаза. – Лада тяжело вздохнула и продолжила: – Если она очень люба ему и ей есть место в его сердце – он хвалит напиток.

При этих словах она судорожно вздохнула.

– Лада, посмотри на меня, – сказала я растерянно.

Расправив плечи, она повернулась ко мне. В красивых голубых глазах, окаймленных пушистыми ресницами, застыли непролитые слезы.

– Поверь, я не знала об этом вашем обычае. В моих местах, если девушке нравится парень, она флиртует с ним. Ну, в крайнем случае прямо говорит об этом. – При этих словах глаза Лады широко распахнулись. – Дома я могу сколько угодно предлагать парням напитки, и это ничего не значит. Подумай сама, я только сегодня у вас появилась, меня скоро найдут, и я уйду отсюда навсегда.

– Но он-то все знал! – обвиняюще сказала Лада.

– Скорее всего, просто догадался, что, предлагая ему выпить кофе, я ничего такого не подразумевала, – увещевала я. – Приняв его, он просто посмеялся надо мной.

Лада посмотрела на меня с недоверием и надеждой. А у меня в груди начала закипать злость. Вот же гад! Я поделилась с ним дорогим мне напитком, а он разыграл весь этот спектакль.

Увидев мои полные злости глаза, Лада заметно успокоилась. Проведя рукой по волосам, я поняла, что они у меня совсем растрепались. Вздохнув, села на кровать, засунула в рюкзак термос и достала расческу с зеркальцем. Лада заинтересованно следила за моими манипуляциями. После нашего разговора на ее лицо вернулись краски, и я надеялась, что мы достигли взаимопонимания.

Открыв зеркальце, я посмотрела на свою помятую физиономию и начала расчесывать волосы. Они у меня густые и слегка вьющиеся, длиной чуть ниже лопаток, рыжевато-медового цвета.

– Лада, не стой над душой, – сказала я девушке и указала на место рядом с собой.

Она села на краешек кровати и завороженно уставилась на зеркальце, которое я зажала между колен. Господи, неужели у них и зеркал нет?! Я собрала волосы в хвост и стянула их резинкой.

– Хочешь посмотреться? – я протянула ей зеркальце.

Оно было обычное, в металлической оправе, крышка украшена узором. Когда его открываешь, то с одной стороны обычное зеркало, а с другой увеличивающее. В общем, не больше ста рублей в подземном переходе.

Лада бережно взяла его, провела пальцами по своим губам, дотронулась до щеки.

– Лада, у вас что, нет даже такой ерунды? – тихо спросила я.

– В городе продаются, но они очень дорого стоят.

– И ты никогда не видела свое отражение?!

– Видела в детстве. У мамы было маленькое зеркальце, но потом… В общем, оно разбилось, – закончила девушка и протянула мне зеркало.

– Оставь себе.

– Но это очень дорогой подарок, я не могу его взять!

Лада была серьезна.

– Поверь, у нас такое сущие копейки стоит, а мне будет приятно, если ты примешь этот подарок. К тому же у меня вот еще что есть… – Я порылась в рюкзаке и достала пудреницу. Открыв ее, продемонстрировала еще одно зеркало с компактной пудрой. Видя удивленный взгляд Лады, я тяжко вздохнула. – Только не говори мне, что ты и пудру не видела.

– Видела, но она у нас не такая, а рассыпчатая. И пользуются ею только богатые дамы. – Девушка пытливо на меня посмотрела. – Кристина, ты благородного происхождения?

Вот, блин. И что тут скажешь? Неужели я попала во временную дыру? А что, вполне похоже. Дома старые, про электричество не слышали…

– Какой сейчас год? – импульсивно спросила я.

– Год Волка, – удивленно ответила Лада.

Мда, это многое объясняет… Так как девушка все еще ждала ответа на свой вопрос, я попыталась объяснить:

– Лада, я такая же девчонка, как и ты. Пусть я не понимаю, как тут оказалась, но могу поклясться, что не имею никакого отношения к вашему благородному сословию.

Она недоверчиво мне кивнула и прижала зеркало к груди.

– Пошли к остальным. Если они собрались встречать моих друзей, то я их хотя бы опишу.

Глава 3

Парни уже собирались уходить, а теперь во все глаза уставились на меня. Я полоснула злым взглядом по Драгомиру, он же, зараза, чуть поклонился мне с легкой улыбкой. У меня просто руки зачесались от желания его придушить.

Я перевела взгляд на Радомира:

– Давайте я расскажу, как мои друзья выглядят.

Он кивнул мне.

– Со мной была девушка ростом, – я подняла руку на уровень глаз, – зеленоглазая, волосы черные, чуть выше плеч. Одета в черные узкие брюки и светлый свитер. Сверху короткая темная ветровка. У нее потрясающая улыбка. Ее зовут Лера. Она очень веселая…

При мыслях о подруге у меня ком встал в горле. Где она теперь? Неужели бродит по лесу, ищет меня?..

При моем описании молодые люди оживились и все как один заулыбались.

– Ну, теперь не будет недостатка в желающих ее поискать, – сказал Радомир, улыбаясь в бороду. – Главное, не замечтайтесь и смотрите по сторонам.

– У такой небось и водица со вкусом меда, – сказал один из парней, и все заржали.

Я взяла себя в руки и продолжила:

– С нами были два парня.

При этих словах улыбка Драгомира померкла.

– Ростом примерно как вы. Один светловолосый, с короткой стрижкой. Одет в джинсы, – я показала на свои, и парни снова уставились на мои ноги, – и темную куртку. Второй темноволосый, тоже в джинсах и ветровке, цветом примерно как у меня. Он носит очки в темной оправе.

– У вас принято девушкам ходить с парнями в лес? – холодно спросил меня Драгомир.

Я ощетинилась:

– Мы приехали за грибами! Если бы было желание уединиться, для этого не надо было бы забираться так далеко!

Какого черта? Может, он мне еще и мораль читать начнет?

– И как, нашли? – гнул свое Драгомир.

– Лера нашла, и даже много, – ответила я, зло глядя ему в глаза.

– А ты?

Нет, ну чего он прицепился?

– А я не искала. Просто гуляла, вороша листву и дыша свежим воздухом.

– А как же тот парень в ветровке, цветом как и твоя? – Янтарные глаза смотрели на меня холодно и требовательно.

– Он был с Лерой и Димой. Его Егор зовут. – Я закипала, но старалась этого не показывать. По какому праву он меня допрашивает?!

– И почему же он оставил тебя одну? – продолжил Драгомир.

– Потому что хорошо разбирается в грибах и показывал Лере, какие съедобные, а я не малый ребенок, требующий защиты! – Я яростно смотрела в глаза Драгомиру.

– Как скажешь, – сказал он вежливо. – Но теперь ты тут, заблудилась и нуждаешься в помощи.

Я просто задохнулась от ярости, а этот наглец чуть кивнул мне головой и вышел. За ним потянулись остальные ребята.

Взглянула на Радомира. Он вроде бы выглядел безучастно, но я заметила, что мужчина еле сдерживает смех.

– Лада, помоги мне, скоро будем обедать, – сказала Улана и заметила зажатое в руке дочери зеркало. – Что это у тебя?

– Подарок Кристины, – ответила девушка и протянула его матери.

Женщина удивленно и бережно взяла его. Посмотрев на себя, она дотронулась рукой до чуть посеребренных сединой волос. Лада была очень похожа на мать. Обе черноволосые, с правильными чертами лица, статные. Даже через годы Улана сохранила стройность фигуры. Только глаза у дочери были голубые, как у отца, а у Уланы – светло-карие.

– Спасибо, – сказала мне женщина.

Радомир подошел к жене и взял у нее вещицу. Повертел, покрутил, обратил внимание на узор на крышке.

– Красиво сделано, – произнес он. – Есть и у вас умельцы.

– У нас их штампуют машины, – зачем-то брякнула я.

При этих словах хозяин дома приподнял брови и отдал зеркало дочери.

– Радомир, скажите, пожалуйста, здесь действительно нет поблизости поселений? – решила все же уточнить я.

– Тут недалеко протекает небольшая река Ибь, она впадает в более полноводную Илгу. Там и находится поселение Рыбаков. Это несколько часов пути отсюда. Ближе никто не живет, у нашего леса плохая слава.

Я непонимающе смотрела на мужчину, но он ничего и не пояснил.

– Вы говорили о городе, – продолжила я. – Скажите, он какой?

– Он огромный, обнесен крепостной стеной, там большие каменные дома, хотя ближе к окраине много таких, как наш. Лавки, рынок. Вокруг города раскинулись прилегающие деревни Земледельцев. Город от нас далеко. Обычно, когда собираемся с товаром на продажу, то выезжаем в ночь, чтобы быть там к утру.

Отчаяние охватило меня. На подгибающихся ногах я подошла к лавке у стены и рухнула на нее. Нет, это не община староверов, которые просто отгородились от мира, и не сборище сумасшедших. Тут целый свой мир: с селениями, городом, князем-правителем… Они не могли бы существовать в нашем современном мире незамеченными. Значит, или туман занес меня в прошлое, или я в… параллельной реальности. И ни один из вариантов не радовал. На меня навалилось пронзительное чувство одиночества.

Я закрыла лицо ладонями. От осознания того, что Лерка со спасателями не появится и не начнет на меня орать, что только я могла заблудиться в трех соснах, по щекам потекли горючие слезы.

Я почувствовала, что меня обняли по-матерински ласковые руки.

– Не плачь, милая, – проговорила Улана с сочувствием. – Все наладится.

– Как?! Меня никогда не найдут! – прокричала я, подняв к ней мокрое лицо, и рассмеялась.

При мысли о том, что я останусь непонятно где навсегда, у меня началась истерика. Улана молчала, по-прежнему крепко обнимая меня.

Когда совсем не осталось ни сил, ни слез и я могла лишь тихо всхлипывать, передо мной появилась кружка с водой.

– Выпей, – приказала Лада.

Я послушалась. Холодная вода меня остудила. Краем глаза я заметила Радомира, который стоял посреди комнаты как пришибленный, не зная, что делать. Наконец, пробормотав что-то о делах, он пулей выскочил из дома. Мысленно усмехнулась: «Где бы я ни оказалась, а мужчины везде одинаковы – им легче горы свернуть или сразиться с врагом, чем стать свидетелем женской истерики».

Лада помогла мне умыться, и я принялась вместе с ней накрывать на стол. Такие обыденные хозяйственные дела меня успокоили и вернули утраченное чувство равновесия.

Вернулся Радомир. С ним пришли парень лет двадцати пяти и гибкая девушка лет двадцати, которая держала его за руку.

– Знакомься, – сказал мне Радомир. – Это мой старший сын Владлен и его жена Злата. Есть еще младший, но он вернется к вечеру. А это наша гостья Кристина.

– Приятно познакомиться, – улыбнулась я.

Улана и Лада начали споро доставать обед из печи.

Мы сели за стол. Я рассмотрела Владлена. Он был очень похож на отца, такой же светловолосый, основательный, с пронзительным взглядом светлых глаз. Злата же была намного ниже мужа, с неброскими чертами лица, но когда она улыбалась Владлену, то преображалась, становясь очень хорошенькой.

– Вы молодожены? – вырвалось у меня.

Радомир засмеялся:

– Неужели это так бросается в глаза?

Я смутилась. Ну чего лезу?

– Мой сын построил свой дом недалеко от нас, – с гордостью заявил Радомир.

– Ты обязательно его заметишь, наша крыша украшена коньками, – сказал Владлен. – Заходи в гости.

– Спасибо, – ответила я.

Еда была простая, но очень вкусная: густая похлебка, тушеные овощи, гречневая каша с мясом и душистый домашний хлеб. В кувшине – квас. Мне налили немного, но, отпив, я поняла, что этот напиток на любителя.

Перед трапезой хозяева поблагодарили за пищу великого Леда, и у меня вновь кольнуло сердце: «Непохоже, чтобы тут слышали о христианстве». Радомир завел разговор с сыном о текущих делах и о том, что пора бы пополнить запас дров. Меня ни о чем не спрашивали, чему я была очень благодарна.

Злата с Владленом сидели напротив меня, и я обратила внимание на вышивку на ее сарафане: затейливое переплетение ярких цветов, листьев и стеблей. Смотрелось шикарно.

– Очень красивый рисунок, – сказала я Злате, указав пальцем на ее грудь.

– Это она сама вышивает, большая мастерица, – с затаенным одобрением заявила Улана.

Злата благодарно кивнула свекрови, ее лицо окрасилось легким румянцем. Она задумчиво посмотрела на мой однотонный синий свитер. Я была уверена, что в ее голове уже рождаются узоры, как его можно расшить.

Улана принялась расспрашивать Злату, как идут дела в их молодом хозяйстве, а я погрузилась в свои невеселые мысли.

После обеда, когда женщины убрали со стола, Владлен с женой засобирались домой. Лада предложила мне выйти прогуляться, сказав, что покажет мне их хозяйство и округу, если мне это интересно. Конечно же, мне было интересно.

Странно, вроде бы другой мир, а все оказалось примерно так же, как у моей бабушки в селе, куда меня отправляли родители на летние каникулы. Оттуда я всегда возвращалась загоревшая и вытянувшаяся.

Рядом с домом был построен хлев для скота. Они держали корову и овец, которые сейчас были на выпасе, лошадь, кур, но гусей и свиней я не увидела. Также на участке имелись баня и деревянный колодец. В конце фруктового сада росли кусты малины. За домом раскинулся огород, где нашлось место и грядкам с лечебными травами.

Соседние дома живописно располагались в отдалении. Я обратила внимание на какую-то постройку, которая виднелась справа на отшибе и была почти вся скрыта деревьями.

– А что там? – указала я рукой.

– Кузница.

– Ух ты! Самая настоящая? – восхищенно произнесла я. – А мне разрешат посмотреть? Я никогда не была в кузнице.

– Тут недалеко ключ бьет, давай сходим за водой? – перевела тему Лада.

– А как же колодец? – удивилась я.

– Из колодца мы берем воду для животных, уборки, купания. Но вода в ключе считается особенной, дающей силы и здоровье, на ней мы готовим.

Лада взяла ведра с коромыслом, и мы пошли к роднику. Я с интересом вертела головой во все стороны. Нам встретились несколько человек, с которыми Лада поздоровалась, они с любопытством меня рассматривали, но близко не подходили. Какой-то мужчина с неопрятной, заросшей бородой при виде меня плюнул себе под ноги и злобно на меня зыркнул.

– Не обращай внимания, – сказала Лада. – Это Гектор, у него в прошлом году пропали две дочери в лесу, и он от горя озлобился. Лису жалко, а вот Чарушу нет – та еще змея была.

Я с удивлением посмотрела на Ладу. Вот уж не ожидала, что она способна так о ком-то отозваться.

После этих слов между нами повисло молчание.

«Тут недалеко» вылилось в прогулку минут на двадцать. Источник находился чуть в стороне от деревни. Спустившись по склону, я увидела родник, выложенный камнями, и сооруженный деревянный помост для удобного набора воды.

– Он бьет со времен прадедов наших прадедов. И никогда не замерзает.

Лада споро наполнила ведра.

– Попей. Она силы приносит, – сказала Лада серьезно.

Да уж, это мне сейчас необходимо. Встав на колени, я зачерпнула пригоршню ледяной воды.

Потом девушка ловко подцепила коромыслом ведра, и мы двинулись в обратный путь.

Домой мы добрались без приключений. Пока Лада ставила воду и разговаривала с матерью, я прошла в ее комнату и достала из рюкзака сотовый. Половина пятого… Я села на кровать и задумалась.

Неужто мне суждено тут остаться?! Я абсолютно городской человек, наслаждающийся благами цивилизации. Да мне на пикник выехать лень – шашлык можно и в ресторане поесть. Я в отличие от Леры и в походы-то никогда не ходила. Да, ребенком гостила у бабушки в деревне, но у нее к дому были подведены газ и вода. Помимо летнего душа родители сделали ванную в доме, где я и любила плескаться. На огороде меня работать не заставляли. И самое главное – там были магазины. Где и как мне жить в этом мире? Да и кому я тут нужна?! Стало страшно.

Вдруг в голову пришла мысль, и я удивилась, как об этом сразу не подумала. Если Драгомир говорит, что мои следы появились на поляне в лесу, – значит, это она перенесла меня сюда и соответственно то, что является входом, может быть и выходом! Меня затопило облегчение. Надо срочно бежать на поляну. В лесу снег, и я тоже могу спокойно пойти по своим следам. Черта с два я оттуда уйду, пока она меня не вернет обратно, да я там ночевать буду!

Я начала стремительно соображать, что мне нужно. Так, кроссовки еще сохнут, но я сейчас в сапогах, а для леса они как раз подходят. В моей ветровке я там замерзну, значит, надо попросить у Лады что-нибудь надеть сверху. Так как я перенеслась сюда одна, то и уходить необходимо одной, то есть ретироваться тихо и незаметно. Уф! Я выдохнула, накинула рюкзак на плечо и, стараясь сделать безмятежным выражение лица, вышла из комнаты.

– Ты в порядке? – спросила Улана, с беспокойством глядя на меня.

Она вымешивала тесто.

– Да, все хорошо.

– А я вот пироги затеяла на вечер. Ты же у нас в гостях, – улыбнулась женщина.

– А где Лада?

– Вышла набрать воды животным.

Меня поразили душевность и гостеприимство этих людей.

– Спасибо вам большое. Я очень рада, что познакомилась с вами, – произнесла с чувством, чем заслужила уже более внимательный взгляд Уланы. Но, сделав «лицо кирпичом», как бы между прочим спросила: – У вас есть что-нибудь накинуть на плечи? Хочу прогуляться по вашему саду, а в ветровке я немного продрогла.

Я, конечно, преувеличила, так как на улице было хоть и по-осеннему, но тепло.

– Да, милая. Выйди в сенцы, там слева висит плащ Лады.

– Спасибо! – И, замявшись на мгновение, я вышла из комнаты.

Оказавшись на улице, быстро осмотрелась и накинула шерстяную накидку поверх ветровки и рюкзака. Прогулочным шагом прошла мимо окон в противоположную от хлева сторону, где должна была быть Лада. Скрывшись из зоны видимости, стремительно двинулась от дома к дороге, по которой мы шли утром с Радомиром.

Мне надо было пройти мимо еще двух домов. При приближении к первому я замедлилась и перешла на неспешный шаг. Его я миновала без проблем. А во дворе второго оказалась женщина, которая с удивлением уставилась на меня и провожала взглядом. Я продолжила идти, хотя сердце колотилось как бешеное и мне хотелось бежать. Наконец деревня осталась позади, и я стала подниматься к тому месту на холме, где я вышла из леса.

Когда до него оставалось уже метров сто, я услышала крик. Слева, вдоль кромки чащи ко мне бежал человек и размахивал руками. Справа приближался еще один, но он молчал. Я выругалась – охотники! Как же я могла забыть, что они пошли патрулировать лес в поисках моих друзей.

Я стрелой полетела к месту, где стояла утром. Вот когда мне пригодились пробежки по выходным с Лерой. Я затормозила уже у самого леса и посмотрела по сторонам. Охотник слева был еще далеко, а вот тот, что несся справа, заметно сократил между нами расстояние. Я рванула вперед. Мне бы только добраться до поляны.

Чем дальше в лес, тем глубже становился снег, и дыхание начало сбиваться. За спиной слышался хруст снега – значит, охотник уже в лесу, но за шумом в ушах я не могла понять как далеко. Бежала по своим следам, надеясь, что мне хватит сил.

Впереди среди деревьев забрезжил просвет – поляна! Не успела обрадоваться, как меня сбили с ног и я впечаталась лицом в сугроб, вдобавок сверху придавило тяжелое тело. Последние остатки воздуха вышибло из легких. Я попыталась вдохнуть, но в нос и рот забился снег.

Давящий на спину вес исчез, и меня перевернули, как тряпичную куклу. Отплевываясь и фыркая, я судорожно дышала и пыталась разлепить склеенные от снега ресницы. Когда мне это удалось, я увидела разъяренное лицо, которое начинала ненавидеть, – Драгомир! Конечно, ну кто еще это мог быть. Он навис надо мной. Его ноги переплелись с моими, а свой вес он удерживал руками. Он начал трясти меня, цедя слова сквозь зубы:

– Ты что творишь?! Остатки ума растеряла?!

Он тяжело дышал после бега, а выражение янтарных глаз было просто безумным.

– Тебя куда понесло? – эти слова он прошипел, приблизив свое лицо ко мне.

– Мне надо на поляну! – с отчаянием прокричала я.

– Зачем?!

– Я хочу вернуться!

Сзади Драгомира окликнул другой охотник. Он оглянулся, приподнимаясь, и махнул ему рукой, чтобы тот уходил. После чего встал и вздернул меня за собой. Я покачнулась, потеряв равновесие, уткнулась ему в грудь и тут же отпрыгнула. Он схватил меня за руку и потащил за собой в противоположную от поляны сторону.

– Мы идем обратно, – категорично сказал он.

Я уперлась обеими ногами:

– Я иду на поляну!

Не споря, он подхватил меня, забросил через плечо себе за спину и размашисто зашагал к выходу из леса. Я замолотила кулаками по его спине.

– Ненавижу тебя! – заорала, чем заслужила увесистый шлепок по ягодицам.

От обиды, что была так близка к цели, мне на глаза набежали слезы. Моргая, я пыталась прояснить зрение и была способна только наблюдать, как она удаляется из виду. Вдруг мне показалось, что там мелькнула тень. Протерев глаза рукой, я посмотрела еще раз. Действительно, между деревьев опять что-то мелькнуло, и опять…

– Драгомир, там что-то движется! – не успела договорить, как он мгновенно перешел на бег.

Я болталась как куль и пыталась разглядеть, что же там мелькает. В первый момент я подумала, а вдруг кто-то из ребят-охотников бродит по лесу, но, присмотревшись, увидела лишь низкорослые темные фигуры, скользящие между деревьев. Они пытались нас обогнуть и отрезать выход из леса. Но мы уже миновали глубокий снег, теперь он был лишь по щиколотку, и Драгомир еще увеличил скорость.

Пулей выскочив из леса, он резко остановился и спустил меня с плеча. Я не удержалась и шлепнулась на попу. Широко распахнутыми глазами смотрела снизу вверх на Драгомира, который пытался отдышаться. Потом перевела взгляд ему за спину, ожидая, что в любой момент выскочат те страшные фигуры. Но они не появились, лишь их тени мелькали среди деревьев.

– Вы успели! – к нам подскочил второй охотник.

– Что это было?! – воскликнула я.

– Гроги.

Как будто это могло мне что-то объяснить. Я поднялась, потерла ушибленную пятую точку, отряхнула одежду от прилипшего снега и спросила:

– Это звери или люди?

Они во все глаза уставились на меня.

– Ни то и ни другое, – ответил Драгомир.

Вот замечательно, теперь все ясно стало.

– Мне надо в лес, – сказала я.

Драгомир посмотрел на меня как на сумасшедшую, приблизил свое лицо вплотную ко мне и прошипел, в бешенстве цедя каждое слово:

– Если ты еще хоть раз приблизишься к лесу, я перекину тебя через колено и отшлепаю так, что ты сидеть не сможешь.

– Да кто ты мне такой?! – так же зашипела я. – Ни отец, ни брат, ни муж.

– Если для этого надо будет на тебе жениться – я это сделаю!

Я потеряла дар речи. Охотник, стоящий рядом с нами, с отвисшей челюстью переводил взгляд с меня на Драгомира.

– Я сейчас тебе жизнь спас!

– Не жди, что скажу спасибо! – выкрикнула я, и мы зло уставились друг на друга.

– Милослав, проводи ее к Радомиру, а то я за себя не ручаюсь, – сказал он и, развернувшись, зашагал прочь.

Милослав проводил его потрясенным взглядом.

– И останься возле дома, на сегодня ты ее тень, – бросил ему Драгомир через плечо.

Глава 4

Мы неспешно пустились в обратный путь.

– Он всегда такой бешеный? – спросила я после недолгого молчания.

– Драгомир всегда хладнокровен и сдержан.

– Оно и видно, – хмыкнула ядовито.

– Я его таким впервые видел, – потрясенно признался парень.

– А кто такие гроги? – спросила я.

– Это… Давай тебе лучше Радомир расскажет.

Мы опять замолчали.

– А как мне попасть на поляну, где я появилась?

Милослав даже споткнулся и посмотрел так, будто у меня вторая голова выросла.

– Ты не слышала, что сказал Драгомир?!

– Слышала. Но я не обязана его слушаться, – спокойно заявила я. – Эти гроги, они же не всегда там рыщут?

Милослав не ответил, продолжая таращиться на меня.

– Ну, посуди сам, – настаивала я. – Утром, продираясь по лесу, я никого не видела. Вы ходили по моим следам, и грогов тоже не было. Так ведь?

Он лишь зачарованно кивнул.

– Значит, если пойду туда завтра, то их может там уже не быть. – Логика моя была безупречна.

– Да зачем тебе туда нужно?! – не выдержал он.

– Понимаешь, Милослав, я непонятно как появилась на той поляне. Ты же видишь, что я не из ваших мест. Надеюсь, что если встану на то место, где начинаются мои следы, – смогу вернуться домой.

– Но ведь там могут бродить гроги!

– Но могут и не бродить! Поэтому мне нужен смелый и опытный охотник, который бы провел меня к поляне и предупредил в случае опасности. – При этих словах я проникновенно посмотрела на парня.

Он молча переваривал мои слова, а потом у него в глазах появилось понимание, чего я от него хочу.

– Не-е-ет, – протянул он неуверенно.

– Но почему?! Вы же были сегодня с охотниками в лесу, и ничего страшного не случилось. Почему бы нам завтра вместе не пойти?

У него опять отвисла челюсть.

– Тебе же Драгомир запретил к лесу приближаться?!

Ну вот, опять двадцать пять.

– А я тебе уже говорила, что не обязана его слушаться.

Я решила зайти с другой стороны.

– Ну, ты же не хочешь, чтобы я одна пошла, – посмотрела на него с надеждой. – А так и будет, если ты мне не поможешь!

Видя, что он колеблется, продолжила уверенно:

– Я буду ждать тебя утром. Если не придешь – отправлюсь одна.

Мы уже подошли к деревне и остаток пути до дома прошли в молчании.

Во дворе нас ждал Радомир.

– У вас все в порядке? – обеспокоенно спросил он.

Я лишь устало махнула рукой на Милослава и обессиленная поплелась к дому.

В сенцах вернула накидку на место и вошла в комнату. Улана готовила ужин, было тепло и уютно.

– Как прогулялась? – спросила она. – Мы тебя потеряли. Ты где была?

Я присела на лавку у стены и следила за ее ловкими движениями.

– Ходила в лес.

Улана резко развернулась в мою сторону:

– Зачем?!

– Я надеялась, что если приду на поляну, где появилась, то смогу попасть домой.

От тепла в доме меня разморило, и я прикрыла глаза, чувствуя усталость и онемение.

– Это опасно! Почему ты нас не предупредила? – сказала она с волнением.

– Я появилась одна. Надеялась, что если и вернусь одна, то смогу оказаться дома.

– А ты знаешь, как перенеслась сюда?

– Нет. Я ничего не делала для этого, поэтому и подумала, что для возвращения тоже ничего делать не придется.

– И как? Не сработало?

– Не знаю, я не дошла до поляны.

Мало-помалу Улана вытянула из меня всю историю. Я только умолчала о ссоре с Драгомиром и моем разговоре с Милославом. Она присела рядом со мной.

– Пообещай, что не пойдешь туда больше одна, – сказала она после недолгого молчания.

– Драгомир запретил мне приближаться к лесу, – пробормотала я отстраненно, не собираясь давать обещание, которое не исполню.

– Это он молодец! – с облегчением выдохнула женщина.

В дом вошел Радомир, и я открыла глаза. Он переглянулся с Уланой.

– Я уже все знаю, – кивнула она.

– Радомир, расскажите мне о грогах, – попросила я.

Он провел рукой по волосам и сел за стол лицом ко мне, собираясь с мыслями.

– Не знаю, с чего начать, поэтому поведаю все с самого начала, как мне рассказывал мой дед, а ему его.

Я лишь благодарно кивнула.

– Наш лес раскинулся на много верст. Во времена, когда деды моих дедов были молоды, в нем не было снега. Он был полон ягод, грибов, зверья, зелени и прекрасен. Вдоль леса и в нем самом имелось множество поселений Охотников. И правили в то время этими землями князь Сулибор и его жена Милена. У них было два сына и одна дочь. Старшего звали Яробор, среднюю дочь Ядвигой и младшего Владислав, – последнее имя он произнес с ударением на «и». – Старший прославился своей силой и удалью, Ядвига – красотой, а Владислав – умом и находчивостью. Люди жили и процветали под мудрым руководством князя.

Но пришла беда. Сначала появились слухи о том, что из-за дальних земель приплыли в наши края нелюди. Какой-то чародей сотворил их для мерзких дел, но не совладал с ними и погиб от их руки. Они небольшого роста, имеют руки и ноги, бочкообразное туловище, безволосую голову, но кожа у них как кора деревьев, – чародей смешал суть человека с деревом. И были они, с одной стороны, хорошими воинами, а с другой – имели мистическую связь с лесом и называли себя грогами.

Попросили они у людей пограничных земель приютить их и разрешить жить в лесах. Но люди испугались, напали на них, но в итоге все полегли. Соседи, узнав об этом, сообща напали на них и тоже полегли. Озлобились гроги и стали уничтожать все поселения.

Так они и приблизились к нашим землям. Князь созвал под свои знамена много люду и взял с собой старшего сына Яробора. Крови в той битве пролилось немало. Сулибор с сыном тоже полегли на поле боя. Печаль пришла в наши дома. Ожидали мы смерти. Тогда младший сын Владислав сел на своего коня и поскакал один на встречу с нечистью.

Вышел к нему их предводитель Харольдсон. И повел Владислав речь – рассказал о наших лесах богатых, предложил забыть обиды и поселиться в них. Харольдсон задумался. Не к битвам стремился он, а хотел спокойной жизни для своего народа и принял предложение. В честь заключения мирного договора взрезали они себе руки и обменялись кровью.

Так поселились гроги в лесу. Люди сторонились их, но не трогали. Княгиня Милена вскорости умерла, не выдержав потери любимого мужа и сына. Владислав стал князем.

Шло время, и стали люди замечать, что меняется Владислав. Видно, кровь грога нечистого в князя проникла, и когда он был расстроен или зол, принимал чудовищный облик.

Ядвига стала брата бояться и принялась подбивать людей против него. Забыли все разом, что князь для них сделал, и начали его сторониться. У Владислава в глубине нашего леса был замок, куда он приезжал отдохнуть и поохотиться. Любил он эти места и стал все чаще сюда наведываться. Но чем дольше в лесу находился, тем сильнее проявлялась его связь с окружающей природой – способность, переданная Харольдсоном.

Ядвига же продолжала люд против князя настраивать, и они взбунтовались. Сказали, что негоже чудовищу править ими. Опечалился князь Владислав и насовсем удалился в свой замок, а сестру посадил на место свое. Ядвига вскоре вышла замуж, и наш теперешний князь Мислав – ее потомок.

Владислав уединенно жил в лесу со слугами, но и те постепенно разбежались. Сестра прервала с ним общение. Начало ожесточаться сердце его против людей. И чем сильнее – тем холоднее становилось в лесу, пока не выпал там снег. Но время от времени к Владиславу стали обращаться князья, которым был нужен сильный союзник для защиты своих земель, и он разбогател, оказывая помощь. Люди разбегались, когда видели его войско, идущее дорогой. Но не сильно радовало его богатство, коль снег так и не растаял.

Шли годы, Владислав совсем потерял человеческий облик, стал предводителем грогов и даже начал на людей охотиться и есть их. Потянулись люди подальше от леса, и много поселений исчезло.

– Почему же ваше осталось? – перебила я Радомира.

– Тут жили деды наши и деды дедов, это наша земля. Есть еще такие, кто не захотел уходить, но они далеко от нас.

– Как же вы живете?

– Продаем в городе мясо, пушнину. Гроги сами из леса не показываются, только если князь ведет их в поход. Охотимся мы с осторожностью, стараемся далеко не забредать. Да и лес большой, мы с ними не часто встречаемся. Когда дрова запасаем – выставляем дозорных, чтобы предупреждали об опасности. Женщины наши за хворостом ходят. Но, правда, в прошлом году пропали две девушки Лиса и Чаруша…

После этого рассказа голова моя пошла кругом. Казалось, что я попала в одну из сказок братьев Гримм.

– Подождите, – спохватилась я, – ведь столько лет прошло. Князь же должен был давно умереть!

– Вместе с кровью грога он приобрел и долголетие, – грустно произнес Радомир.

В дом зашли Лада с ведром свеженадоенного молока и молодой парень лет пятнадцати.

– Познакомьтесь, это мой младший сын Януш, – сказал мне Радомир и представил меня: – Кристина, наша гостья.

– Я уже догадался. – Юноша обаятельно улыбнулся. – О ней все поселение гудит, как растревоженный улей.

Отец цыкнул на него.

За время рассказа на улице стемнело. Лада зажгла масляную лампу, свисающую с потолка над столом, и стала накрывать ужин.

– Сегодня Януш впервые пас стадо на дальнем лугу. Эта работа возложена на молодых людей нашего поселения, и выполняют они ее по очереди, по три дня каждый, – сообщил мне Радомир и сказал сыну: – Позови Милослава к столу, нечего ему перед окнами маячить.

Улана поставила на стол кувшин с процеженным молоком. Достала из печи запеченный картофель и мясо с овощами. В широкую плоскую тарелку выложила пироги.

– С капустой, – улыбнулась мне женщина.

– Мои любимые, – улыбнулась ей в ответ.

Я встала, стянула с плеча рюкзак, сняла ветровку и отнесла их в комнату Лады.

Зашли Милослав и Януш. Мы все сели к столу и после благодарных слов Леду приступили к еде. Вкус парного молока напомнил мне детство у бабушки. Пирог был очень вкусный, и я благодарно посмотрела на Улану.

– Постелю тебе у Лады, на месте Януша, – сказала она мне и добавила сыну: – А ты ляжешь на сеновале.

– Хорошо. Мне приятно, что в моей кровати будет спать красивая девушка. – Юноша лукаво посмотрел на меня карими глазами, чем заслужил подзатыльник от матери. Но его это не смутило, и он продолжил с аппетитом есть.

После ужина Улана ушла в «детскую» готовить мне постель, а я помогла Ладе убрать со стола и стала вместе с ней мыть посуду. Она сначала отказывалась, но я настояла. Мужчины завели неспешный разговор, при этом Милослав словно невзначай бросал на Ладу взгляды. Она же этого не замечала, даже не смотрела в его сторону. «И что она нашла в этом Драгомире?! – подумала я недоуменно. – Вот Милослав – статный симпатичный парень, и невооруженным глазом видно, что Лада ему очень нравится. Не понимаю…»

Мы расставили тарелки сушиться на полку.

– Ты пойдешь сегодня на посиделки? – спросил Ладу Милослав.

– Нет, – коротко ответила она.

– Посиделки? – заинтересовалась я.

– Молодежь вечерами часто собирается на окраине, – пояснил Радомир.

Я кивнула – молодежь везде молодежь, и не важно, в каком ты мире. У бабушки в селе мы тоже собирались после захода солнца, жгли костры, пели песни под гитару, сплетничали, флиртовали. Иногда играли в «Крокодила». Я до сих пор помню, как один парень пыхтел, извивался, причмокивал и даже делал движения, как будто танцует у шеста. Смотрелось уморительно, но слово отгадать мы никак не могли. Чего только ни передумали – все неправильно. Каково же было наше удивление, когда это оказался пылесос.

В комнату зашла Улана и кивнула мне, что я могу ложиться.

– Лада даст тебе свою рубашку переодеться, – сказала она.

– А у вас есть теплая вода ополоснуться? – спросила я. Не могу лечь спать, не умывшись и не приняв душ.

– Конечно. Сейчас налью. Лада, проводи Кристину в баню.

Улана протянула мне домотканую простыню и душистое мыло ручной работы. Лада взяла ведро с водой, и мы двинулись к выходу. Милослав тут же встал и направился за нами. «Ах, да. На сегодня он моя тень», – подумала я и вспомнила Драгомира «не злым тихим словом».

– Сиди, – резко сказала я ему. – На ночь глядя я в лес не побегу.

Поколебавшись, парень опустился обратно на лавку.

Глава 5

В бане было темно и прохладно. Лада зажгла лампу. Раздеваться совсем не хотелось, но я пересилила себя. Девушка тихонько ойкнула, увидев мои кружевные трусики и бюстгальтер.

– Что это? – с любопытством спросила она.

– Нижнее белье. А вы что, не носите?

– Нет.

– А что вы делаете во время месячных?

Вот блин, если я отсюда не выберусь, то мне это важно знать. Эх, гениальное изобретение с крылышками, увижу ли я еще вас?..

– Мы используем куски ткани, иногда перекладываем их сухим мхом, – ответила Лада, смутившись.

Ох! У меня нет слов. Я окатила себя ковшиком теплой воды, быстро прошлась мылом по лицу и телу, тщательно ополоснулась и завернулась в простыню.

– А зубы вы чистите? – с опаской спросила я.

– Конечно! – сказала, успокоившись Лада.

Она юркнула в предбанник и принесла оттуда кусок древесного угля и веточки мяты. Видя, что я смотрю с непониманием, девушка показала, как надо чистить зубы: прошлась по ним углем, прополоскала рот и зажевала кусочком мяты. Я вздохнула и повторила всю процедуру. В оставшейся воде постирала свое белье. «Надо его беречь, другого не предвидится», – подумала я.

– Где это можно высушить? – спросила я.

– В доме на печке.

– Надеюсь, оно не будет там у всех на обозрении? – обеспокоилась я.

– Ну… – замялась девушка. – Тогда давай повесим в моей комнате. Там теплая стена от печки, за ночь высохнет.

– Спасибо!

После того как я вытерлась насухо и оделась, мы побежали к дому – холодно все-таки.

Юркнули в комнату Лады. Я развесила сушиться белье, а она достала из сундука длинную сорочку. Быстро переодевшись, я забралась под одеяло.

Лада сняла сарафан и, оставшись в рубашке, тоже легла.

– А где спят твои родители? – спросила я, ведь в большой комнате кроватей не было.

– Через стенку от нас. Их дверь с другой стороны от печки.

Мы помолчали.

– Лада, а кто твой отец в поселении?

– Люди его уважают и считают главой. А Драгомир – непререкаемый авторитет среди молодых охотников, – мечтательно сказала Лада.

«Ну конечно, куда уж без него», – язвительно подумала я и незаметно заснула.

Проснулась я рано от того, что Лада уже встала и одевалась. Потом она расплела косу и начала ее расчесывать деревянной расческой с резной ручкой. Волосы у нее были шикарные – глянцево-черные, они спадали тяжелой волной. «Ну, просто живая реклама шампуня», – подумалось мне.

– Доброе утро! – сказала я и взглянула в маленькое окно – только рассветало.

– Доброе! Жених не приснился на новом месте? – спросила она меня, улыбаясь.

Я засмеялась.

– У вас тоже есть такая поговорка? Нет, вообще ничего не снилось.

Позевывая, нехотя вылезла из постели.

Сняла рубашку и аккуратно сложила ее. Было зябко. Белье за ночь высохло, и я быстро его надела, влезла в джинсы и свитер, натянула теплые носки. Заправила постель. Достала из рюкзака расческу и тоже принялась приводить волосы в порядок. Глядя на Ладу, я тоже решила заплести косичку.

– Какое интересное плетение! – воскликнула Лада, рассматривая мою прическу.

– Это французская коса, могу научить. А хочешь, сама тебе заплету? – спросила я, и руки у меня просто зачесались.

– Правда? – радостно спросила девушка.

Я решила заплести косу обратного плетения – это когда она получается выпуклой и объемной. Разделив пряди на затылке, я приступила к работе. Закончив, перевязала волосы красной лентой. Лада стала рассматривать себя в зеркальце, восторженно ахая.

Мы вышли из комнаты. Улана уже встала и выгребала золу из печи. Радомира видно не было. Мы с Ладой умылись.

– Какие вы красивые! – улыбнулась нам женщина.

– Это меня Кристина заплела, – радостно сказала Лада, вертясь перед матерью.

– Да ты мастерица. Никогда такой красоты не видела, – сказала Улана. – Пойдешь на посиделки, так тебя замучают просьбами научить такому плетению.

– Но меня научит первую! Ведь научишь? – переспросила она.

– Ну конечно же, – ответила я.

С улицы пришли Радомир и Януш. Увидев сестру с новой прической, юноша начал ее поддразнивать, что теперь все парни головы свернут, глядя на нее. Она показала ему язык и засмеялась.

Лада споро накрывала на стол. Достала вчерашнюю картошку, молоко, пироги. Я расставила тарелки. Так рано есть мне не хотелось. И тут я вспомнила про кофе – должен же еще остаться – и метнулась в комнату Лады к рюкзаку. Все уже садились за стол и с удивлением посмотрели на термос в моих руках.

– Это сосуд, в котором горячая жидкость долго не остывает, – объяснила я доходчиво. – В нем сейчас кофе. Это такой напиток. Не знаю, можно ли вам предлагать его попробовать, а то я вчера попала впросак с Драгомиром.

– Ты предложила выпить Драгомиру?! – заржал Януш, тут же заслужил неодобрительный взгляд от отца и решил меня успокоить: – Не обижайся, что он не стал пить. Его все девушки пытаются чем-либо напоить, но он всегда отказывается.

– Он выпил, – прошептала Лада.

– Что?! – выдавил Януш, и все в изумлении уставились на меня.

– Да я не знала, что это значит, когда предлагала ему. Мне уже потом Лада объяснила. А Драгомир это понимал и просто посмеялся, согласившись, – оправдывалась я.

– Ну, не зна-а-а-ю… – протянул Януш скептически. – Вот парни удивятся… А девчонки-то как от зависти позеленеют!

Мальчишка подмигнул сестре.

– Если ты кому-нибудь скажешь хоть слово, то я тебе уши надеру! – в тихой ярости сказала я, четко выговаривая слова, и, посмотрев на Радомира, добавила: – И вы меня не остановите!

Он в ответ засмеялся:

– Даже пытаться не буду.

Судя по хитрой физиономии сорванца, моя угроза не сильно его напугала. Тогда я мрачно продолжила:

– Я тебе их так надеру, что они станут большими и красными, и все девчонки будут смеяться над тобой.

Его улыбка вмиг померкла.

– А можно, я хотя бы скажу, что нашлась-таки девушка, из чьих рук он принял напиток? – жалобно попросил Януш.

Улана, глядя на всю эту сцену, засмеялась и попросила меня:

– Разреши ему, а то он просто лопнет от невозможности рассказать такую новость.

– Ладно. Но если ты хоть намеком, хоть взглядом укажешь на меня… В общем, я тебя предупредила!

Радомир сказал, улыбаясь в бороду:

– Ну, если сам Драгомир пил, угости нас, пожалуйста.

Я разлила понемногу кофе по чашкам и остатки плеснула себе.

– Он, к сожалению, уже остыл. А вообще его пьют горячим.

Я посмотрела на Януша.

– Если ты начнешь болтать, что я предлагала тебе выпить напиток… – Я не закончила фразу и посмотрела на него выразительно.

Все засмеялись, а Януш поднял руки вверх.

– Даже в мыслях не было! – Он хитро на меня зыркнул, театрально-жалобно вздохнул и тихо пробурчал себе под нос: – Ну вот, даже это уже сказать нельзя.

Лада просто прыснула, глядя на него.

– Интересный вкус, – сказал Радомир, пробуя кофе. – Я слышал про кофейные зерна, но они слишком дорогие, их привозят издалека лишь для князя и его двора.

– Ты почему не ешь? – спросила Улана, указывая глазами на мою пустую тарелку.

– Да я утром никогда не ем, только кофе.

Кстати, об утренних привычках. Мне довольно сильно захотелось в туалет. Вчера я уже ходила в их отхожее место с вырытой ямой, расположенное на улице. Я уже начала вставать из-за стола, когда в дверь постучали и вошел Драгомир.

– Доброе утро этому дому! – сказал он. – Вы не позволите мне переговорить с вашей гостьей?

Радомир удивленно кивнул, а Януш посмотрел на меня многозначительно.

– На улице! – добавил Драгомир с непроницаемым выражением лица, так как я продолжала сидеть на месте.

Нехотя вылезла из-за стола. И чего он приперся?! Вообще-то я надеялась, что Милослав придет. Так как я была лишь в носках, то подошла к печке, взяла свои кроссовки и села на лавку у стены их надевать. Драгомир в молчании ждал, следя глазами за всеми моими движениями, а когда я подошла к нему – открыл дверь, пропуская меня вперед.

– Красивая у тебя сегодня прическа, Лада, – сказал Драгомир, и девушка заалела маковым цветом.

В сенцах я задержалась на мгновение и набросила на плечи вчерашнюю накидку.

На улице я начала озираться – а вдруг Милослав где-то на подходе.

– Можешь не смотреть по сторонам – он не придет! – зло бросил Драгомир.

Я взглянула на него, и мое сердце пропустило удар – непроницаемая маска исчезла с его лица, и я увидела, что парень просто в бешенстве. В этот момент мне особенно сильно захотелось в туалет, но Драгомир схватил меня за руку и потащил подальше от дома. Я уперлась ногами, и он оглянулся посмотреть, в чем дело.

– Подожди, мне надо… – сказала я, запинаясь.

– Даже не думай сбежать. – Он крепче сжал мою ладонь и продолжил движение.

– Да подожди ты! – воскликнула я.

Он остановился.

– Что?

– Мне надо отойти… на минутку, – произнесла я тихо, выделяя последнее слово.

– Зачем?

– Надо. – Я выразительно на него посмотрела.

– Ты никуда не пойдешь, не поговорив со мной, – отрезал он и развернулся идти дальше.

– Да ты совсем тупой! В туалет мне надо! – выпалила я.

Драгомир смутился и отпустил мою руку.

– У тебя две минуты, а потом я приду за тобой! – последние слова он говорил мне уже в спину.

Я бежала к туалету, и мне было не до стеснения.

Выйдя оттуда, я направилась к Драгомиру. Он охватил меня жестким взглядом янтарных глаз, который я не смогла понять. За руку взять больше не пытался.

– Иди за мной. – Парень развернулся и двинулся к дороге, бросив через плечо: – И не вздумай сбежать!

– Да с чего ты взял, что я побегу?! – взорвалась я, шагая следом.

Драгомир резко затормозил и обернулся с таким выражением лица, что я нервно сглотнула.

– Прекрати меня запугивать! – воскликнула я, и голос предательски задрожал. Это меня окончательно разозлило, и я бросила: – Хватит тянуть. Говори, что хотел!

– Отойдем подальше. Думаю, ты бы не хотела, чтобы из дома видели, как я тебя порю.

– Чего?! Да с какой стати?!

– Я тебя предупреждал, что будет, если ты хоть приблизишься к лесу! – зарычал Драгомир.

– Но я туда больше не ходила! – возмущенно сказала я.

– У Милослава хватило ума прийти ко мне сегодня утром и рассказать, о чем ты его просила!

«Предатель! – подумала я. – А еще такой милый парень».

– Так что шагай! – Он опять схватил меня за руку и потащил за собой.

– Да с какой стати?! – Я начала упираться.

– Предпочитаешь, чтобы я сначала на тебе женился? – с сарказмом спросил он.

– Еще чего! Но за что меня пороть-то?

Видя его недоуменный взгляд, я пояснила:

– Ты сказал, чтобы я не приближалась к лесу – я к нему еще и не приближалась. Так что теоретически пороть меня не за что! – заявила я, победно глядя ему в глаза.

– Ты же решила идти в лес утром, хотя я запретил!

– Ну, так я и не ходила. Ты просто рано прибежал, кипя праведным гневом. Надо было подождать немного!

От такой наглости он на мгновение онемел, схватил меня за плечи и начал трясти.

– Ты выкинешь из своей глупой головы все мысли о той злополучной поляне! – заорал он.

– Над моими мыслями ты не властен! – заорала я в ответ. Мы замерли, в ярости глядя друг другу в глаза и тяжело дыша.

Хлопнула дверь, и на крыльцо вышел Радомир.

– Ребята, вы так кричите, что все в доме слышно, – он укоризненно и удивленно посмотрел на Драгомира.

Тот растерянно провел пятерней по волосам, пытаясь успокоиться. На улицу выскочил Януш, делая вид, что по делам, но сам с любопытством косился на нас.

– Давай отойдем, – взяв себя в руки, сказал Драгомир.

– Пороть я себя не дам, – твердо предупредила я.

– Да куда уж мне. Ты ясно объяснила, что делать это я не имею права, да и не за что пока, – усмехнулся он.

Мы неспешно двинулись по дороге подальше от дома. Драгомир молчал, а я начинать разговор не хотела.

Пришли на холм. С этого места домов видно не было, лишь пастбище с овцами. Парень снял с плеч плащ, подбитый мехом, расстелил и сел, согнув ноги, положив руки на колени. Я продолжала стоять.

Он похлопал рукой рядом с собой, не глядя на меня. Что он задумал? Я нерешительно опустилась на плащ. Так мы и сидели в молчании, а минуты шли.

– Пообещай, что не пойдешь сегодня в лес, – наконец глухо сказал он. – После вчерашнего там еще могут бродить гроги.

Я не ответила.

– Если ты выполнишь мою просьбу, то завтра я тебя сам туда отведу, – огорошил меня Драгомир.

– Почему ты передумал? – Я удивленно уставилась на него.

Он задумчиво смотрел на пастбище, а легкий ветер ерошил его темные волосы. В этот момент парень был невероятно красив.

– Потому что не хочу, чтобы ты погибла из-за собственного упрямства. Ты бы отправилась туда сегодня, если бы я не пришел? – Он пытливо заглянул мне в глаза и увидел в них ответ.

Он тяжко вздохнул и после недолгого молчания сказал:

– Ты хоть представляешь себе, что я почувствовал вчера, когда увидел тебя, идущую одну в лес! У меня в жизни момента страшнее не было, чем когда я думал, что не успею.

Я молчала в растерянности.

Снова вздохнув, Драгомир встал. Я тоже поднялась.

– По рукам? – спросил он, протягивая мне ладонь.

– По рукам! – ответила я, крепко пожав ее. Она была большая, мозолистая и горячая. Моя ладошка просто утонула в ней.

Непонятная тень промелькнула по лицу Драгомира. Он наклонился и поднял плащ. Возвращались мы тоже в молчании. Дойдя до дома, он коротко кивнул:

– До завтра! – и, развернувшись, ушел прочь.

Я вошла в комнату.

– Ты жива? – спросил Радомир. – Я думал, что вы друг друга поубиваете.

Но, увидев мое все еще потрясенное лицо, он обеспокоенно спросил:

– Все нормально? Он тебя не обидел?

– Согласился провести меня завтра к поляне, – потрясенно сказала я.

Мужчина онемел от удивления. Придя в себя, он погладил бороду и рассудительно изрек:

– Лучшего провожатого тебе не найти!

Я кивнула и устало плюхнулась на лавку.

– А ты уверена, что тебе туда надо? – спросил он задумчиво.

– А как же мне еще обратно домой попасть?

– Вдруг твое появление здесь не случайно и в нем есть какая-то цель?

– Какая же?! – с недоумением воззрилась я на Радомира.

– Что мы, маленькие люди, можем знать о планах великого Леда…

Не знаю, что он хотел мне этим сказать, но после этих слов мужчина свернул разговор. Он тут же засобирался в лес проверить силки.

– А разве это не опасно? – удивилась я.

– Они стоят недалеко от края леса, и я возьму с собой Владлена, – пояснил он.

С улицы пришла Лада.

– Ну что? О чем вы говорили с Драгомиром? Почему он так на тебя кричал? – засыпала она меня вопросами.

– Он согласился провести меня завтра к поляне, – ответила я коротко.

– А почему кричал? Я его таким злющим впервые видела! Как ты не испугалась?! Я бы со страху умерла! А почему он вчера запретил, а сегодня согласился? – затараторила она и совсем невпопад продолжила: – Ты слышала, что он сказал? Ему понравилась моя прическа! Кристина, научи меня так плести, я хочу всегда ходить с такой косой.

Я улыбнулась от такой непосредственности.

– Конечно, научу. У тебя будут такие прически, что не только Драгомир, но и все парни голову потеряют, – рассмеялась я.

Мы договорились, что как только она закончит дела, мы тут же приступим.

Глава 6

Я думала, что день будет тянуться долго: ну, как это бывает, когда ждешь чего-то. Но оказалось не так.

Мы набрали воду из колодца для хозяйственных нужд. Сходили к роднику. Я даже попробовала пройтись с коромыслом, но тут, оказалось, нужна сноровка, и Лада хохотала над моей попыткой. Я по мере сил пыталась помочь ей в домашних делах, но, кажется, больше мешала. Потом донимала Улану вопросами: как готовить в печи, какие рецепты, есть ли у них специи, что они выращивают на огороде и какие лекарственные растения от чего помогают? Перемыла полы в доме, чем крайне смутила Улану. Радомир с Владленом ушли в лес, Януш – на пастбище, и у нас была чисто женская компания. Так незаметно наступило время обеда.

Улана попросила Ладу сходить на луг, отнести младшему брату похлебку, пока та не остыла, и тут мне в голову пришла идея. Я сбегала за термосом.

– Он, конечно, предназначен для напитков, но и суп можно налить, останется горячим несколько часов.

Так мы и сделали. Я показала Ладе, как открыть и закрыть термос.

– Оставьте его себе, – сказала я. – Вам он пригодится, а мне уже без надобности. «Уже завтра я могу быть дома». – От этой мысли мое сердце радостно забилось.

Я не пошла с Ладой, потому что была уверена – Януш замучает меня вопросами о том, что произошло утром. В общем, пусть проветрится парень на свежем воздухе, может, и любопытства поубавится.

Улана в разговоре упомянула о приближении праздника Рожаны. Мне стало любопытно.

– А кто она?

– Рожана – жена великого Леда. Он повелитель всего: земли, неба, ветра, огня и воды. Но стало ему одиноко. И однажды родилась на земле девушка, краше которой не было. Она прославилась своим умом, добротой, трудолюбием. И влюбился в нее Лед. В честь своей любви и уважения позволил он ей править на земле. И время их правления разделяют дни равноденствия весной и осенью. Рожана помогает людям при посевной, а потом награждает щедрым урожаем. В день осеннего равноденствия мы благодарим ее за дары, устраиваем большой праздник всем поселением, провожаем окончание ее правления песнями и хороводами, зажигаем костры. В этот день парни выбирают себе суженых. Если девушка согласна, то спрашивают одобрения родителей и уже через неделю играют свадьбу.

Я зачарованно слушала Улану. Она лукаво улыбнулась.

– Но чаще парень гораздо раньше начинает ухаживать за девушкой, и к празднику уже все оговорено. Этой осенью выходит замуж подруга Лады.

– А за Ладой кто-нибудь ухаживает?

– Лада хоть уже и не маленькая, но еще не рассталась с девичьими мечтами. Мы знаем, кто в ее сердце. – Женщина заговорщицки подмигнула мне. – Но сумеет ли она с ним справиться?..

– А Милослав? Я видела, какими глазами он на нее смотрит.

Улана грустно вздохнула.

– Он хороший парень и нам с мужем нравится. Но думаю, дочка оценит его лишь после того, как обожжется.

– А сколько лет Ладе? – с любопытством спросила я.

– Будет девятнадцать скоро.

– Еще такая молодая…

– А самой-то тебе сколько? – улыбнулась удивленно Улана.

– Мне двадцать четыре.

– И ты еще не замужем? – в замешательстве воскликнула она. – Да неужели у ваших парней глаз нет?

Я усмехнулась:

– У нас не спешат замуж.

– Неужели и ухажера не было?

– Был. Но не сложилось, – коротко ответила я.

– Не горюй. Если Лед забрал его – значит, так нужно было и тебе предстоит дорога не с ним.

Я промолчала и не стала уточнять, что он не умер. За всеми разговорами мы не заметили, как пробежало время и вернулась Лада. Розовощекая, глаза горят, она с порога сообщила:

– Девчонкам очень понравилась моя коса. Все спрашивают, кто заплел.

В общем, все сводилось к тому, что давай учи.

– На ком же тебе показать?.. – протянула я, и мои глаза остановились на Улане.

– Даже не думайте! – категорично сказала она, но в конце концов уступила под напором дочери.

Женщина расплела косу и расчесала волосы. Я начала плести, показывая все особенности. Потом разделила волосы на пробор, и одну косу заплетала я, а другую Лада. Со второй попытки у нее получилось просто отлично. Она не могла поверить, что вроде все так просто, а в итоге такая красота. Потом я разошлась и начала показывать, как плетутся разные прически, даже Улана заинтересовалась, что там у нас получается. Лада сбегала за зеркальцем, и мы показали женщине, что у нас вышло. Закончить я решила чем-то более торжественным. Собрала длинные волосы женщины в хвост, разделила его на две части, свернула каждую в тугой жгут, переплела между собой и перекинула конец через плечо. Вид у Уланы стал очень величественный. Она ахнула, когда увидела конечный результат моей работы.

– Мама, ты сказочная красавица! – пританцовывала вокруг нее Лада.

И тут в дом вошел Радомир. Он замер, увидев жену, а она, как девушка, зарделась и потупилась.

– Засиделась я с вами, – смущенно сказала она, быстро вставая. Хотела кинуться к печке, но Радомир не дал ей, он быстро подошел и взял ее за руки, рассматривая.

– Какая же ты красивая! – сказал потрясенно, и столько нежности было в его взгляде, что я быстро потянула Ладу на улицу, чтобы оставить ее родителей наедине.

Уже лежа вечером в постели, я думала о том, как причудлива жизнь, что мое невинное увлечение плетением может принести столько радости. Я не могла забыть глаза Радомира, когда он смотрел на жену. Хотела бы и я, чтобы после стольких лет брака у моего мужчины было столько любви и нежности во взгляде. С таким романтическим настроением я и заснула.

Но приснился мне совсем не радужный сон. Туман. Опять этот чертов туман. Я бежала в нем к Драгомиру. Он протягивал ко мне руки, и его лицо, которое при общении со мной обычно искажалось злобой, сейчас просто светилось от любви. Когда я уже почти подбежала к нему, нас стеной разделил непроглядный туман.

– Нет! – услышала я его протяжный крик, и мое сердце облилось кровью. Я рванулась на голос, неслась в отчаянии, не видя куда, желая найти его.

Вдруг туман немного рассеялся, и вдалеке проступила высокая мужская фигура. Я полетела к ней, думая, что это Драгомир. Но, приблизившись, замерла на месте – от фигуры исходил не жар любви, а леденящий холод. Пыталась разглядеть лицо, но мне мешал туман, и когда я его почти увидела… проснулась с душераздирающим криком.

В комнату вбежали Драгомир и Лада. Я вскочила на постели, задыхаясь от ужаса. При виде парня у меня смешались сон и явь, хотелось броситься к нему в объятия, уткнуться в широкую грудь, крепко обнять. Наверное, что-то отразилось в моем взгляде, так как его глаза удивленно расширились. Я с трудом сдержала свой порыв, стараясь взять себя в руки.

– Кошмар. Это просто кошмар, – пробубнила я то ли им, то ли убеждая себя.

Потом широко распахнула глаза от осознания того, что Драгомир здесь, и посмотрела в окно. Уже рассвело, наступило утро.

– Ты так крепко спала, что я не стала тебя будить, – сказала Лада. – Драгомир недавно пришел, мы завтракаем.

В комнату заглянули Радомир и Улана, но, увидев, что все в порядке, скрылись.

Я пулей слетела с кровати, запутавшись в подоле длинной рубашки, и чуть не начала тут же переодеваться. Спохватившись, посмотрела на Драгомира, указав ему на дверь. Он усмехнулся, глядя на мой взъерошенный вид, направился к выходу, и его взгляд наткнулся на трусики и лифчик, которые я вчера постирала и повесила сушиться. Прежде чем покинуть комнату, он обернулся и, приподняв бровь, задумчиво протянул:

– Так вот что на тебе под этой странной одеждой…

Кровь прилила к моим щекам. Подбежав, я схватила и скомкала белье. «Черт! Черт! Черт!» – ругалась про себя.

– В общем, мы тебя ждем, – сказала тоже смутившаяся Лада и удалилась.

Стремительно одевшись, я расчесала и стянула волосы в хвост. Набросила ветровку и, захватив рюкзак, вышла из комнаты.

– Доброе утро, – сказала всем.

Они уже закончили завтрак. Януша не было. «Наверное, уже на пастбище», – подумала я. Мне предложили молочную кашу, но от волнения у меня не было аппетита, и я лишь выпила воды.

Пора было выдвигаться в лес. Я крепко обняла Улану и Ладу. Благодарно улыбнулась Радомиру. Он ужасно напугал меня своей неприветливостью в нашу первую встречу, но оказался сердечным человеком.

– Надень сапоги, в лесу снег, – сказала Улана, видя, что я в кроссовках.

Кивнув, я переобулась.

Лада хотела провести нас до леса, но я попросила ее этого не делать. Расставаться было и так тяжело, за несколько дней я привязалась к этой девчонке и ее семье.

Мы все вышли на крыльцо и замерли, глядя друг на друга.

– Возьми накидку, – спохватилась Улана и кинулась обратно в дом.

– Тебе не надо… на минутку? – тихо спросил Драгомир, наклонившись ко мне, чтобы никто не услышал. Я уже хотела резко ответить, как поняла, что он прав, и это отразилось на моем лице.

– Я подожду, – сдержанно сказал он, а в глазах плескался смех.

Двинулась к туалету, ругаясь про себя.

Когда я вернулась, то Улана подошла ко мне и накинула на плечи плащ.

– Если ничего не получится, мы с радостью примем тебя назад, – сказала она мне на ухо и крепко обняла. И я еле сдержала слезы благодарности.

Когда мы вышли из деревни, Драгомир хотел что-то сказать, но, увидев мое замкнутое лицо, передумал. Так мы и шагали – в молчании, лишь полы его плаща, шурша, развевались на ветру.

Перед тем местом на холме, где я появилась из тумана, Драгомир остановился и повернулся ко мне.

– Давай сразу договоримся о том, что ты будешь меня беспрекословно слушаться. Скажу «беги» – бежишь, скажу «стой» – стоишь. – Он был серьезен и собран.

Я отсалютовала ему, но, видя, что он не понял, торжественно поклялась.

– Иди за мной, – произнес он.

В лесу Драгомир изменился: движения стали расчетливы и экономичны, острый взгляд по сторонам, походка по-кошачьи пружиниста и бесшумна. Он стал дик и смертоносно опасен. Я же, шагая за ним, могла надеяться лишь на то, что шумлю чуть меньше слона.

С осторожностью и не спеша мы наконец вышли на ту самую поляну. Ее пересекало множество следов. Внимательно все осмотрев, он подошел к цепочке следов, которые заканчивались чуть вытоптанным местом. «Это я поворачивалась по сторонам, пытаясь сориентироваться, откуда пришла», – вспомнила я.

– Это они, – сказал Драгомир, оглянувшись на меня.

Я в волнении подошла ближе.

– Давай! След в след, – и протянул мне руку, чтобы я оперлась на нее для равновесия.

Послушавшись, я взяла его за руку, сделала несколько финишных шагов и с гулко бьющимся сердцем остановилась на пятачке вытоптанного снега.

– Отпусти мою руку, – сказала я напряженным голосом.

Нехотя он исполнил просьбу.

Ничего не происходило.

Я медленно повернулась по кругу. Посмотрела вверх на кроны деревьев, сквозь которые было видно солнце. Что же еще?

– Уйди с поляны.

Драгомиру это не понравилось, он хотел возразить, но, видя мое непреклонное выражение лица, медленно ушел, держа меня в поле зрения и зорко оглядывая все вокруг.

И опять никакого результата.

– Что ты делала, когда перенеслась сюда? – спросил Драгомир, стоя между деревьями на краю поляны.

– Ничего: шла по лесу, в задумчивости вороша листву. А потом неожиданно появился туман, который резко сгустился… Точно! Туман! Это он меня перенес!

Я оглянулась по сторонам, но день был ясный и даже никакого намека на легкую дымку не наблюдалось.

– Возвращаемся! – отрывисто сказал Драгомир.

Хотела бы я с ним поспорить, но сердцем чувствовала, что он прав – без тумана мы просто теряли время.

Без приключений мы вышли из леса. Я села на траву, смотря вдаль. Мыслей не было. Драгомир опустился рядом.

– Как часто бывает туман? – спросила я.

– За все время, что я живу, туман в лесу был впервые, когда ты появилась, – осторожно произнес он.

Я задрожала. Увидев это, Драгомир снял свой плащ и укутал меня. Вещь была нагрета его телом, и мне сразу стало тепло. Так мы и сидели. Слез у меня не было, лишь в груди свернулся ледяной ком. Это был конец всем надеждам. Я застряла в этом незнакомом мире навсегда.

Не знаю, сколько прошло времени. От долгого сидения тело затекло, я с трудом встала и пошатнулась. Драгомир тут же меня поддержал. Вернула ему плащ и пошла обратно в деревню. Он двинулся следом. Подойдя к дому, я повернулась к нему и сказала безжизненным голосом:

– Спасибо, что пошел со мной.

На крыльцо навстречу мне вышли все – наверное, увидели нас в окно.

– Можно, я побуду одна? – попросила я.

В комнате Лады бросила на пол рюкзак и рухнула на кровать, свернувшись калачиком. В голове было пусто. Я лежала, ничего не чувствуя, и сама не заметила, как провалилась в беспамятство.

Очнулась я ближе к вечеру, чувствуя себя разбитой. Пошевелилась, и с плеч сполз плащ, от которого почему-то пахло Драгомиром. Очень хотелось пить. Нехотя поднялась. Возле кровати стояли сапоги, хотя не помню, чтобы их снимала. Я вышла из комнаты.

– Очнулась? – с облегчением спросила Улана.

– Вроде да, – слабым голосом ответила я. – А где все?

– Радомир баню готовит, Лада побежала за ключевой водой для обливания. Януш еще не вернулся.

– Вы париться будете?

– Не только мы, но и ты.

– Я?

– Тебе пропариться надо. Много на тебя свалилось, девонька. От душевных переживаний телесная хворь приключиться может, а мы ее березовым веничком выгоним.

Я зачерпнула холодной воды и выпила, пытаясь все осмыслить.

– Драгомир несколько раз заходил, беспокоился, – сообщила Улана.

– Это его плащ? – Я кивнула на комнату.

– Да. Ты дрожала во сне.

– А сапоги он снял или я? Ничего не помню.

– Сапоги я сняла, – улыбнувшись, сказала Лада, заходя в дом. – Бегом в баню, отец уже все подготовил.

– Прямо сейчас?

– А чего ждать?

Улана дала мне простыни, и мы вышли.

Разделись в предбаннике, и Лада потащила меня в парную. Жар опалил мое лицо. Мы сели на широкую лавку, разогревая тело. Рядом с печью стояла кадка с водой и замоченные в ней веники.

– Как ты? – участливо спросила девушка.

Я лишь пожала плечами, и мы помолчали.

– Ой! У тебя волос нет, – вырвалось у Лады, и она указала на мой лобок.

– Мы их воском удаляем, – объяснила я.

– И они потом не растут?

– Если бы, – улыбнулась я. – Недели через две снова начинают.

Мы просидели не больше десяти минут и, завернувшись в простыни, вышли в предбанник.

Плюхнувшись на лавку, я обратила внимание на кувшин с крышкой, стоящий на небольшом столе, и чашки.

– А что там? – спросила с любопытством.

– Чуть не забыла! Это мама травы нам заварила. Они и успокоят, и сил придадут, – сказала Лада и наполнила две чашечки.

Неспешно выпив ароматный настой, мы двинулись на второй заход.

Я легла на лавку, а Лада прошлась по мне двумя вениками, начиная от пяток и заканчивая плечами. В конце окатила меня чуть теплой водой. Я повторила эту процедуру с ней. После чего мы опять вывалились в предбанник и выпили еще травяного настоя.

После третьего захода, когда повторили процедуру с вениками, мы окатили друг друга уже холодной ключевой водой, визжа и смеясь при этом. Согревшись минуту в парилке, мы вышли в предбанник.

– Может, еще разочек? – хитро спросила Лада.

– Нет, мне хватит, – смеясь, ответила я.

Баня меня взбодрила. Не скажу, что стало совсем легко, но лучше однозначно.

Одевшись и замотав волосы простынями, мы вернулись в дом.

– А вот и девочки! – улыбнулась Улана, увидев наши розовощекие лица. – Как попарились?

– Просто слов нет! Спасибо за настой из трав.

– Мы сейчас с отцом тоже пойдем, я вам в печи еду оставила, если проголодаетесь.

– Януш не вернулся? – спросила Лада.

– Пришел, поел и убежал уже.

Лада пошла в комнату за расческой, а я села на лавку у стены. Улана опустилась рядом со мной.

– Девочка, я понимаю, что тебя беспокоит, – начала она. – Мы поговорили с Радомиром, и, как я уже говорила, ты можешь оставаться у нас сколько угодно.

– И как мне дальше жить?!

– Как все живут. Глядишь, и замуж выйдешь. Парни у вас, видно, несмелые, раз ты до сих пор в девках ходишь.

– Да кому я нужна здесь?! – выкрикнула в сердцах.

– Да не скажи. – Она встала и похлопала меня по руке. – Отдыхай сегодня. Вот через несколько дней праздник Рожаны будет, познакомишься с людьми нашими. Может, и парня присмотришь.

Лада вышла из комнаты с плащом Драгомира в руках и удивленно спросила:

– Кристина, откуда он тут взялся?

– Драгомир забегал, справлялся о ней, когда она спала, – ответила за меня Улана.

– А я где была в это время?

– Ходила к Янушу с обедом.

Лада любовно провела рукой по меху внутри плаща. Вдруг ее глаза вспыхнули.

– Я отнесу ему его и скажу, что с Кристиной все в порядке.

– Лада! – воскликнула Улана, но та уже выбежала из дома.

Глава 7

Дни потянулись своей чередой. Было заметно, что все готовятся к празднику. Сначала к Радомиру приходили люди, советуясь, что и как лучше сделать, а потом он и вовсе стал пропадать дотемна.

Мы шли от родника с Ладой, когда ее начали звать с собой подруги, с любопытством косясь на меня.

– Я сама донесу, иди, – сказала я.

Девушка колебалась, но я настаивала, и она убежала.

Занеся воду в дом, я решила побродить по округе. Ноги сами привели меня к кузнице, которую я видела издали еще в первый мой день. И тут я замерла, не в силах пошевелиться. Мужчина, одетый в одни лишь кожаные штаны, раздувал меха и что-то ковал. Лица его не было видно, но со спины он был великолепен.

Мне никогда не нравились качки, увлекающиеся бодибилдингом, я предпочитала мужчин с умеренно развитой мускулатурой. Но, наблюдая за этим мужчиной, я забыла все свои предпочтения. Сила и грация его движений завораживали. Я не могла оторвать глаз от мышц, перекатывающихся под блестящей от пота кожей. Как зачарованная, я приблизилась, мечтая увидеть его лицо.

Словно почувствовав мой взгляд, мужчина обернулся.

– Драгомир… – потрясенно прошептала я.

Он неспешно положил молот и вышел из кузницы.

– Ты… но как же?.. – начала заикаться я.

Потом закрыла рот и попыталась заново:

– Ты кузнец?!

– Как видишь, – просто ответил он, насмешливо изогнул бровь и спросил: – Девушка, ты принесла мне попить?

– Да я… – растерявшись, пролепетала я. А потом вспомнила, как он провел меня с кофе, поняла, что он насмехается, вспыхнула и выпалила: – Да я тебе больше никогда не предложу выпить, даже будь ты на смертном одре!

– Не страшно, даже одного раза достаточно, чтобы проявить свои чувства.

Я задохнулась от возмущения, а потом до меня дошло, что он и себя имеет в виду, и когда осознание этого отразилось на моем лице и глаза широко распахнулись в немом изумлении, Драгомир стал серьезным.

– Ты мне нравишься, девушка, – с жаром произнес он. – А я тебе?

Он стоял передо мной, освещенный огнем из кузницы, широко расставив ноги, гордый и прекрасный, как молодой Гефест. Я проследила за каплей пота, которая прокладывала дорожку по его мускулистой груди, спустилась по рельефному животу и уперлась в пояс брюк. Я медленно подняла свой взгляд и посмотрела Драгомиру в глаза.

Меня опалило жаром. Резко развернувшись, я бросилась прочь, а в моих ушах все еще звенел вопрос: «А я тебе?»

Я залетела в дом с такой скоростью, как будто за мной гналась тысяча чертей.

Улана с Янушем с удивлением уставились на меня. Лады еще не было.

– Ты где была? – спросила женщина.

– Гуляла по округе. Случайно забрела к кузнице.

Януш хихикнул.

– У нас все девушки частенько «случайно» забредают на кузницу кто с водой, кто с квасом. А ты, случайно, попить с собой не прихватила? – и он мне подмигнул.

– Януш! – укоризненно воскликнула Улана.

– Но я не знала, что он кузнец, – пробормотала я растерянно.

– Это их семейное дело, – сказала Улана. – У Драгомира золотые руки. Даже в городе его работы очень ценят и часто приезжают к нему сюда сделать заказ. После смерти отца он уже несколько лет работает в кузнице один, есть, правда, мальчонка в подмастерьях. К тому же Драгомир самый лучший охотник у нас в поселении, никогда не возвращается с пустыми руками.

Женщина пошурудила в печке кочергой и продолжила:

– Его дом на отшибе, недалеко от кузницы. Драгомир вообще очень одинокий человек: мать умерла, когда он был еще маленьким, а его отец так ее любил, что больше не женился. Так что нет у него ни братьев, ни сестер.

Улана горестно вздохнула и села на лавку.

– Как они жили вдвоем с отцом, никого близко к себе не подпуская, так Драгомир и сейчас живет, – задумчиво сказала она.

– А наши девушки уж как только ни пытались, даже сестрица моя, – влез Януш, но замолчал под строгим взглядом матери.

– Хватит болтать, иди лучше отцу помоги. Где же Лада? Завтра праздник, надо тесто на пироги готовить.

– Я вам помогу, – предложила я.

– Хорошо, – благодарно улыбнулась Улана, и мы стали с ней замешивать тесто.

Позже прибежала Лада, и мы принялись за уборку в комнатах.

После домашних дел девушка засобиралась к подругам на посиделки.

– Пошли вместе, – уговаривала она меня. – Я тебя со всеми познакомлю.

– Нет настроения, завтра познакомишь. Давай лучше я тебе новую прическу сделаю.

Лада радостно согласилась.

В этот раз при плетении французской косы я оставляла пряди, которые потом тоже заплела. Получилось, что поверх широкой косы тянулась еще одна узкая.

Лада повертелась и радостно убежала на посиделки. Я же, лежа в постели и пытаясь заснуть, не могла избавиться от картины, отпечатавшейся у меня в мозгу, – гордо стоящий Драгомир, освещенный пламенем. «А я тебе?» – все еще слышала я вопрос.

Рано утром меня разбудила Лада.

– Распусти волосы и не снимай рубашку, – сказала она мне.

– А что мы делать будем?

– С утра все девушки и женщины идут к рябине, завязывают на ветке ленту и срывают ее кисть. Потом эту кисть вешают в доме на оконную раму. Она оберегает жилище от всего плохого, храня в нем покой, счастье и благополучие.

– А мужчины чем занимаются? – спросила я, уже встав и расчесывая волосы.

– Они сегодня в честь праздника зарежут несколько баранов, затем окропят их кровью пастбища и огороды. Это жертва богине Рожане за зеленую траву на лугах и богатый урожай.

– Где ваши поля? – заинтересовалась я.

– У нас их нет. Поля вокруг города, и их возделывают люди из прилегающего к нему поселения Земледельцев, там же и мельницы построены. А мы, продавая пушнину из леса и мясо, покупаем у них крупы и муку.

– А как же огороды?

– Мы сажаем картофель и другие овощи. Нам хватает, – ответила Лада.

– Девчонки, хватит болтать! – крикнула нам Улана, и мы выскочили из комнаты.

Мы подошли к рябине, растущей недалеко от дома. Улана с Ладой запели песню, кивнув мне, чтобы я подпевала, прося Рожану охранить дом от зла. Потом мы повязали ленточки на ветках и сорвали кисти рябины. Вернувшись в дом, застали там Радомира с Яношем. Женщины поклонились им, и я тоже. С песней подвесили пышные кисти красных ягод с пожелтевшими листочками на маленькие гвоздики, симметрично с двух сторон вбитые в оконную раму. А одну веточку Лада отложила на край стола.

– А эту куда? – спросила я девушку.

– Драгомиру отнесет, – ответил за нее брат. – У него же нет женщины в доме.

Лада залилась румянцем.

А Януш не умолкал:

– Вообще-то в этот день дом Драгомира самый защищенный в поселении. Его окна все в рябине – каждая девушка считает нужным принести ему ее.

Мы сели за стол и стали завтракать молочной кашей, сдобренной сливочным маслом. Потом мужчины ушли.

Улана удалилась в хозяйскую спальню заплетать косу.

– Нам тоже можно уже? – спросила я.

– Девушки сегодня ходят с распущенными волосами, но можно украсить их лентами, – ответила Лада и посмотрела на меня просящим взглядом.

Я улыбнулась:

– У тебя есть алые ленты?

– Сейчас! – она убежала в свою комнату.

У меня возникла идея. Я убрала ее волосы с лица, заплетя их в небольшие косички до макушки и вплетая в них ленты. Получилось, что спереди они плотно прилегали в косичках к голове, сзади же спускались водопадом, а красные ленты, как всполохи огня, мелькали в ее черных глянцевых волосах. Лада с этой прической была просто неотразима.

– Мама, ты только посмотри! – воскликнула девушка, кружась перед пришедшей Уланой.

– Красавица ты моя! Спасибо, Кристина.

Я мило улыбнулась, сама довольная результатом своей работы.

– Я отнесу Драгомиру рябину, – заявила Лада, схватив ветку со стола.

– Постой!

– Мама, я быстро! – и вылетела из дома.

– Вот егоза!

Мы же с Уланой приступили к выпечке пирогов.

– А какую начинку будем делать? – спросила я.

– Капуста, мясо.

Через некоторое время прибежала Лада, запыхавшаяся и искрящаяся радостью.

– Кристина, девчонки в восторге от моей прически! – она взвизнула, тряхнув волосами.

– Где же ты с ними встретилась? – спросила ее мать.

– У дома Драгомира.

Мы с Уланой переглянулись, представив эту картину, и прыснули от смеха.

– Даже он сказал, что сегодня я неотразима! – И Лада закружилась от счастья.

– Драгомир был дома? – удивилась женщина и пояснила мне: – В этот день он обычно пораньше уходит, избегая девичьего нашествия.

– Да! Представляешь, он вышел и всех нас поблагодарил! – И она опять закружилась по комнате.

– Хватит танцевать, целый вечер впереди! Присоединяйся к работе, – улыбаясь, сказала Улана.

Тут Лада замялась.

– Кристина… – она смутилась и не знала, как сказать, – понимаешь…

– Да говори уже, не бойся, – подбодрила я девушку.

– Сегодня на празднике моей подруге Велене Святослав будет делать предложение, и она попросила меня еще вчера, чтобы ты сделала ей прическу. И я… сказала, что сделаешь. Ты же не против? – и посмотрела на меня жалобными глазами.

– Конечно, сделаю, – успокоила ее я.

– Спасибо, спасибо, спасибо!

И мы продолжили работу.

– Лада, а помнишь того мужчину, которого мы встретили в первый мой день, когда к роднику шли? – спросила я.

Девушка непонимающе посмотрела на меня.

– Ну, тот, у кого дочери в лесу пропали, – напомнила я.

– И что? – Лада все еще не понимала, к чему я веду.

– А у него в доме женщины остались?

Улана ахнула:

– А ведь и правда! У него же только сыновья теперь! Жена умерла этой весной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.