Архивы памяти
Лирические стихи
Татьяна Кирейцева

© Татьяна Кирейцева, 2018

ISBN 978-5-4493-1459-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Надломилось лето

Надломилось лето

В пьяном перерыве,

У судьбы под ветром

Скорбные мотивы.

Полотно ли чье-то белое

Или саван нововытканный

Опостылевшее тело

Укрывает под молитвами.

И вдали над речкой,

Песнь прервав надрывно,

Не моя ль кукушка

Плачет заунывно?

Прогадало лето,

Сколько проживу я,

Песнь твоя допета,

Не зову кукуя.

Милая кукушка,

Мой пророк случайный,

Может на опушке

Скоро повстречаешь…

Повстречаешь холмик

И рябину тонку.

Понедельник, вторник,

К вам спешу вдогонку,

Потеряв пространство

И, наверно, время

Я сольюсь с природой,

Сбросив свое бремя.

1993

Преображение

Я безбожницей была,

средь монашенок,

И платок носила я

Приукрашенный,

И парней любила я

Разудалых,

Да, не каялась в грехах,

Даже в малых.

И пошла жизнь под откос

Безмятежная,

Да, с неубранных волос,

С лаской нежною,

Если б взглядом не обжег

Ослепительным

На распутье трех дорог

Повелитель мой.

И от этих синих глаз

Оступилась,

Но молва подстерегла —

Напустилась.

И пропал ненастным днем

Повелитель мой.

Не позволил мне о нем

Даже слезы лить…

Средь безбожниц стала я

Одна – монашенка.

Лишь молитвой жизнь моя

Приукрашена.

И коса змеею черною

Не стелиться,

А подруги мне – пурга, да метелица.

1991

Твоих синих глаз слишком много…

Твоих синих глаз слишком много,

Они, как осколки, везде:

В столе, на стекле, на бумаге,

На небе, подобно звезде!

Их можно взахлеб и глотками,

А можно слегка смаковать,

И просто моими стихами

По капельке внутрь принимать.

Как брызжет весеннею синью

Осеннее небо подчас,

В любви, отдающей полынью,

Хочу захлебнуться хоть раз!

И я не прошу после смерти

Венчать перебором в веках,

Пусть строят на ангельских верфях

Другим. И венчают их прах!

Мне ж хочется все это сразу

И пусть без остатка подчас!

Тогда, неприемля отказа,

Возьму синеву этих глаз!

И, в них растворясь без остатка,

Скользнув в уголки милых губ,

Я больше не буду загадкой,

Сомкнувшей кольцо твоих рук.

1996

Пусть наступит новый день…

Пусть наступит новый день.

Вместе будем или врозь – все равно…

За тобой скользнув, как тень,

В растворенное окно. Так давно

Это было или будет

Угадать не суждено. Никогда…

И, наверно, все забуду

За пустой границей круга. Навсегда…

Так зачем в глаза смотрю,

Словно в облачную синь, без стыда?

Ничего не говорю,

Знаю – растворится стыд без следа….

1996

Минутное счастье

За минутное счастье – спасибо,

Но, как горько опять сознавать,

Что заветное слово – милый,

В пустоту я должна посылать.

И безудержно безутешной

Стать могу на пороге ночей,

Потому что чужой и грешный

Этот голос уже ничей!

И пространственное решение

Тех незыблемых единиц

Так похоже на отношения

Двух, слегка отмороженных, лиц.

Но душа отойдет незримо,

Сбросив саваны вечных льдов…

Пусть звучит драгоценное – «Милый!»,

Как ответ на пароль – «Любовь»!

1996

Первая ревность

Ты мне сейчас так нужен!

В пепле сожженного счастья,

Выплеснув горе наружу,

Пережидаю ненастье.

Все разрушающей силой

Ревность ломает преграды.

Я виновата, мой милый,

Мне ничего не надо…

Собственными руками

Счастье душу незаметно.

«Вот вы и стали врагами» —

Слышен мне шепот ветра.

Я не хочу знать заранее,

Ветер, молчи! Не надо!

Очень, уж очень рядом.

С ужасом жду я вечер,

Как приговор неизбежный.

Только бродяга ветер

Ласков со мной, как прежде.

1991

Я не вздохну о тебе

Божьим перстом не отмечена

Грешная эта любовь,

И за сияющей вечностью

Не повстречаемся вновь.

Мы потеряем обличья,

Скомканные во мгле,

Пусть ни родного, ни личного

Не оставляя земле.

И, уходя по спирали,

В ласковый Божий свет,

Мне облака прошептали:

«Больше его рядом нет…»

Взгляд свой послав прощальный

Гаснущей всуе Земле,

Все позабыв обещания,

Я не вздохну о тебе.

1996

Напишу тебе письмо о любви…

Напишу тебе письмо о любви,

И подумаю, а стоит писать?

Заведу отвары трав на крови,

И подумаю, а стоит ли звать?

Сочиню тебе стихи в тишине,

И забуду записать их в тетрадь.

Ты и так всегда грустишь обо мне,

Надо должное терпению отдать.

А потом, весенним солнечным днем,

Я напьюсь пошлейшей винной бурды,

И скажу тебе о чувстве своем,

Разрушая весь порядок игры…

И тогда, уже без страха и слез,

Не боясь людской жестокой молвы,

Из твоих-моих банальнейших грез,

Я воздвигну неземные миры.

1996

Что делать с любовью?

– Что мне делать с твоею любовью?

– Запереть все окна и двери,

Спрятать тихо у изголовья,

Чтоб никто в нее не поверил.

– Что мне делать с моею любовью?

– Утопить ее в горьком стакане,

Обливаясь слезами и кровью,

Как звереныш в железном капкане.

– Что нам делать с нашей любовью?

– Просто встретиться молча глазами,

Заболеть ей, как детскою корью,

И предаться скупым лобзаниям.

Что же делать с людскою молвою,

– По пятам идущей без звука?

– Наплевать, если вместе с тобою,

А для них пусть останется скука.

1996

Когда любимый в командировке

Ночь 1

Непомерно широка без тебя постель.

И без сказок засыпать шесть ночей теперь.

Непривычные шаги, где-то вдалеке.

Ткут снежинки балдахин на ночном стекле.

Шестиногие враги собрались за стол,

Им не лень шагать весь день, покоряя пол.

Серой мышкой затаюсь на твоей груди,

А, когда я вновь проснусь – сутки позади!

Так за днем промчится день в ласковой тоске.

Через 160 часов я прижмусь к тебе!

День 1

Возвращайся скорей,

Долгожданный, любимый, желанный!

Обними, обогрей

И молчи! Я не стою обмана.

Ведь слова – ерунда,

Если сердце со мной оставалось,

Счет минутам ведя,

Повторяло: «Жди самую малость!

Разве это разлука – шесть дней,

Да, никто не поверит!

Это счастье, не мука,

Потом распахнуть ему двери.

Целовать на пороге глаза

И родные ресницы…

Выноси, выноси образа!

Нету прока в святые рядиться,

Потому помолчи,

На пороге меня обнимая.

Я совсем не хочу

Знать, как там обнимала другая…

Ночь 2

Как в кошмарном сновидении:

Чьи-то руки, бродят тени…

Страх – ночное наваждение,

Обнимает за колени.

И отчаянные крики,

Где-то в горле застревают

За окном ночные блики,

Как архангелы блуждают.

Плод мистерии коварной

Обвивает искушением,

И на сердце бросил чары

Страх – ночное провидение.

День 2

Я тебя целую через расстояния,

Что там километры – через расставания!

Сквозь мои обиды и непонимание,

Сквозь твою свободу или оправдания.

Я тебя целую нежно, как умею.

Ты ко мне вернешься, в это верю. Верю…

Потому целую страстно и влюбленно,

Ведь не может счастье быть неразделенным.

Я тебя… А надо ли тебе все это?

Ровно через сутки я дождусь ответа…

Ночь 3

Как мы жили друг без друга

Двадцать с лишним лет?

Чьей-то я была супругой,

Ты же к счастью – нет.

Было в небе тоже солнце,

Ветер, облака,

В растворенное оконце

Сыпал снег слегка.

Те же люди на работу,

По утрам спеша,

Бесконечные проблемы

Силились решать.

Гулко капала из крана

Ржавая вода

И гуляли тараканы,

Так же, как всегда.

Но случайностей,

По Фрейду,

Нету на Земле.

Так зачем однажды в полночь

Я пришла к тебе?

День 3

Разорвав тугую неизвестность,

Голос твой любимый и далекий,

Успокоил. Значит будем вместе!

Убаюкал все мои тревоги.

И, как идол – трубка телефона,

Как молитва – номер шестизначный,

Не беда, что далеко от дома!

Расстояния ничего не значат!

«Маленькая, здравствуй, позвонила!» —

Я от счастья съела все конфеты,

Кружку от сервиза уронила,

Своротила угол у буфета,

Улыбалась глупо и счастливо,

Бормотала, что-то непонятно…

А за кружку Анечка простила,

И буфет поставила обратно…

Ночь 4

За твоим распахнутым окном

В снежной дымке, где-то вдалеке,

Виден дом, огромный серый дом,

Где гнездятся люди налегке

Не под грузом сумрачных проблем,

Без котомок ноющей тоски,

В окнах свет, наверно, рады всем,

Кто заглянет просто по-пути.

Из-за толстых стекол бытия

Я гляжу на этот странный дом,

И ушла, коль не была б твоя,

Не предупредив. Что проку в том…

В том, что на нелепые листки

Лягут неразумные слова:

Запятые, точки, «Ты прости»,

И про то, что больше не смогла…

Робкий родничок моей любви,

Бивший из-под глыбы бытия,

Все сметая на своем пути,

Стал лавиной, раздав меня…

Спросишь ты: «Причем тут старый дом?»

Я отвечу: «Выгляни в окно,

Там с карниза в сумраке ночном

Вниз летела птица так смешно…»

День 4

Разве это так важно,

Какими тропинками горными,

Или легкой дорогой

По тракту весеннему торному,

По немыслимой глади,

По стежке в снегу запорошенной,

Я к тебе пробиралась,

Любимый, желанный, хороший мой!

Разве это так важно,

Что в прошлом оставили оба мы:

На скале старый дом

Или замок с высокими сводами?

Неразлучных друзей и врагов

Обретая негаданно,

Прорывалась к тебе

Сквозь глубины пожарища адова…

И не важно, что бросив свой взгляд

На былые пророчества,

Мои слезы капелью блестят

Неземной и порочною.

Ночь 5

Это было или не было?

Как-то странно и тревожно

Из моей полночной небыли

Сны выходят осторожно.

Вьются дымом возле лампочки,

Одеялом мягко кутают,

Забираясь тихо в тапочки,

Как ребенка убаюкают.

Шепчут ласково, пронзительно

Непонятные мелодии,

Так нелепо, подозрительно

Зазвучали где-то «ходики».

Перед встречей ночь последнюю,

Пробежать спешу неистово,

Покоряя, как вселенную,

Отыскать пытаясь истину.

День 5

Только сутки и тела сольются,

Разрывая цепи ожидания!

И к губам губами прикоснуться

Можно будет не на расстоянии.

Снова в доме скрипнут половицы,

Зазвучит гитара неспокойно,

И твоих друзей родные лица

Будут так приятно беспокоить.

Снова сердце, странно замирая,

С ритма по-предательски собьется.

Я, а не какая-то другая,

Мышкой на груди твоей свернется!

Будет бесконечной ночь свидания,

И будильник, стрелки прижимая,

Не обманет наши ожидания —

Вместе на работу опоздаем…

Ночь 6

Мне кажется, что не кончатся

Эти двенадцать часов!

Стрелки на месте топчутся,

Пульсирует кровь в висок.

Несносное ожидание

Лишает последних сил,

Но шепчет мне подсознание:

«Он верить и ждать просил!»

Мой слух, обостряясь, как лезвие,

Фиксирует каждый звук,

Но звуки все бесполезные

И слышен лишь сердца стук.

Обвалом в горах покажутся

Шаги твои в гулкой мгле,

И, дверь распахнув, отважившись,

Я нежно прижмусь к тебе…

1996 июнь

Страх

Страх, перед вечностью

Крылья расправивший,

Давит прозрачным плащом.

Страстной любовью,

Вчера опьяняющей,

Он навсегда помещен

В жалкий сосуд,

И даруется исподволь

Всем, кто не верит себе.

Праведный суд

И бесовскую невидаль

Страх совмещает в себе…

Ласковый мальчик

С глазами небесными,

Как тебя не обманут?

Как с колокольчиком

Краешком бездны

Тихо, тайком промелькнуть?

Как не поранить

Души недоверчивой,

Тихо прильнувшей к тебе?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.