Дарья Александер
Cтрокосфера. Стихи, переводы

“Жизнь как линейка от нуля до ста”

«Жизнь как линейка от нуля до ста…»

Жизнь как линейка от нуля до ста,
Считает дни и меряет минуты,
Расчерчен план, но линия не та,
И циркуль счастья достается гнутый.

Смерть ластиком стирает чертежи,
А жизнь марает и чернит бумагу,
Плетёт макет, возводит этажи
И создаёт строительную сагу.

Москва

Москва – цыганка в безразмерной юбке,
Разложит карты парков, мостовых,
Раскурит улиц тлеющие трубки
И погадает на ещё живых.

Сквозь куполов монисто золотое
Чернеют косы шёлковой реки,
Запляшет огоньками над водою,
Неся по небу облаков платки.

Себе предскажет дальнюю дорогу,
Вплетёт удачу в линии метро,
Приманит ночь и заключит тревогу
В стальное, необъятное нутро.

На струнах проводов романс сыграет,
Гуди, шуми, цыганская гульба,
Отыщет смысл и снова потеряет,
Лишь усмехнётся: значит не судьба.

Калининград

Горсть России, размытая морем,
Край, заброшенный так далеко,
Что янтарные, жёлтые зори
Исчезают в потоке веков.

Сосны дымные ткут паутину
Из своих золотистых ветвей,
И песок, и упругую глину
Обвивают удавы корней.

И в костёле орган разрыдался,
Брызжет музыкой, словно слезой,
Может, кто-то с любовью расстался
Или волны прольются грозой.

Дюна белая борется с миром,
Топит в зыби деревни и лес,
И закат ярко-алым вампиром
Поглощает свеченье небес.

«Кий кометы бъёт шары планет…»

Кий кометы бъёт шары планет,
Чёрный стол космического пула,
Шар забит – планеты больше нет,
В лунной лунке скрылась и уснула.

Я играю тысячу веков,
Но на небе есть еще планеты,
Разрезая ночь серпом рогов,
Я кручу хвостом своей кометы.

Разбитый вакуум любви

Я расколола чувство на осколки,
Иду по стёклам, кровь течёт из ног,
Стекло не режет, но движенья колки,
Из прорезей сочится красный сок.

Я за стеклом как в вакуумном пространстве,
Стекло разбилось, воздух льнёт к лицу,
Но раны разрушают радость странствий,
Которые ведут меня к концу.

Стекло крошится, брызжет сок граната,
Распорота нательная броня,
Кидает солнце жёлтые канаты,
А жизнь течёт – в меня и из меня.

«Стежки дорог сшивают города…»

Стежки дорог сшивают города,
Пух облаков взбивают самолёты,
И блёстки звёзд спадают иногда
На горизонт, на линию отсчёта.

Мне дали нить, и я её держу,
Себя продеть в ушко – чего же проще,
Я справлюсь, я судьбу опережу,
Вплетусь в узор, на страх, на риск, на ощупь.

Я вытку смысл, создам новейший крой
Из вытертых обрезков мёртвой ткани,
Игла кровит простроченной судьбой,
Я вмётана, я вшита, я не с вами.

«Ангелы пришпиленные к небу…»

Ангелы пришпиленные к небу
Хватаются за облака
Просят
Возьмите нас с собой туда
Где нет созвездий самолётов птиц
И прочих неопознанных объектов
Облака
Как всегда
Не соглашаются
Говорят что квота на ангелов
В данный момент закончилось
Трясут размокшей бумажкой
Может
Забыли что сегодня
Обещали дождь
И плачут.

Контраст двух звёзд

Контраст двух звёзд:
Одна – немая
И льёт слова своим лучом.
Другая – полностью глухая,
Глотает сплетни ни о чём.

Они мечтают жить на небе.
Они – всего лишь марципан,
Засохший крем на чёрном хлебе.

«Почему на земле идёт дождь…»

Почему на земле идёт дождь
Потому что когда никто не видит
Брюссель
Поднимается в небо
Взрывается облаками
Церкви стреляют грозою
А потом мостовая
Начинает стекать
По воздуху вниз
Играя градом камней
Из пленных подвалов
Зерно вылетает
И птицы купаются в пиве
И тогда
Спасаясь от скользких осколков
Наточенных каплями окон
Я понимаю
Почему я
Люблю
Вечную бельгийскую осень.

Cтарая роза

У зеркала, в ночном пространстве спаянном,
Стояла роза и шипами дрыгала,
Её наряд, стеклянный и приталенный,
Не шёл ей, как она ни прыгала.

Она смотрелась в зеркало затёртое
И видела судьбу свою нескладную,
Дни опадали лепестками мёртвыми
И падали в коробку шоколадную.

Скривились потолок и стены сонные,
Старею – прошептала роза пьяная
И грохнулась на пол, ошеломлённая,
Что красота её непостоянная.

А зеркало язвило и надеялось,
Что роза отражением отравится;
Вода графина в лепестках рассеялась
И скрыла лик потрёпанной красавицы.

Дерево

Дерево
Как гигантский дирижабль
Ветки недвижно зависли в небе
Но корни
Зачем-то вросли в землю
Значит взлететь будет трудно
Согласно
Законам
Аэродинамики
А дерево старается
Вырывает корни
Прямо вместе с землёй
И кротами
Последними пассажирами
Дирижабля
Улетающего
В вечность.

«Страницы презрительно сжаты…»

Страницы презрительно сжаты,
Потухшие строчки пусты,
Морщины из скотча, как латы,
Стыдливо скрывают листы.

Когда-то была я в печати,
Бумага и строчки вразлёт,
Теперь даже чуткий читатель
Не тронет сухой переплёт.

Внутри у меня – ураганы,
Столетние шхуны, моря;
И пары сгорают в романах,
Как ром, подожжённый зазря.

Внутри у меня столько мыслей,
Нахлынувших букв не сдержать,
А старость воюет со смыслом
И рубит бумажную рать.

Меняя обложки и роли,
Взорвусь, белым пеплом взлечу,
Hечитанной став поневоле,
Неузнанной быть не хочу.

Перо

Вырываю ещё одно перо из крыла,
Буквы горячи, и рана в хребет вросла,
Шрамы строчек с утром одной длины,
На иссохшей коже почти что и не видны.

И зачем мне мысли, зачем меня жгут они,
Там, где время в вечность сливает слепые дни,
Где никто не придёт, никто и не мог прийти,
Где не тает лёд в обожжённой моей горсти.

Приручить сознанье, свернуть в шерстяной клубок,
Взять его и катить по тропинке вспять,
Добежать до распутья проросших листвой дорог,
Выбирай – не хочу, да не стоит и выбирать.

Сон сгустился и медленно стёк в рассвет,
Застывает завтра, зароют его в золе,
Замереть на час, переждать миллиарды лет,
Чтоб оставить след в поглощённой землёй смоле.

Дракон

Когти скользят по металлу
Мало
Золота злачного в тёмной пещере
Не верю
Что эти стены огнём пропитались
Сжались
Веки в морщинах ушедших столетий
Ветер
Не принесёт сюда сонные сказки
С опаской
Смотрит луна через щёлку из камня
Вам я
Не покажу склепы злых украшений
И приношений
Я не приму никому не откроюсь
Зароюсь
В тусклую гальку сокровищ усталых
Сначала
Стан окуну в золотую лавину
И сгину.

Ритм

Ритм
Секундами минут
Часами жизни ритм

Жизнь
Секундами смешит
Остротам нет конца
И я теряю путь

Путь
Пробежка в темноте
Нога скользит в снегу
Вот-вот сорвется в смерть

Смерть
Жизнь без тебя
Жизнь о тебе
Прощается с тобой
Но остается на чужой
Чужой земле.

Д.Б.

Истеричные искры шагов,
Звук металла вливался в металл,
Сапоги простучали сто слов,
И кларнет свой сонет прошептал.

Всхлипы рук в заводной тишине,
Кисти ранены бритвой игры,
И пиликают пальцы по мне,
Как смычки, распалясь от жары.

Я бесшумно свернулась клубком,
Целовала подошвы твои,
Ты плясал и пинал каблуком
Декорации нашей любви.

Портрет

Цветущей вишни запах облетевший
И тушь волос, исчерканных дождём,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.