Новогодние сны кота Захара
Сказки 21-го века
Любовь Сушко

© Любовь Сушко, 2024

ISBN 978-5-4493-4934-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

КОТ ЗАХАР И ДРУГИЕ ЛЮДИ И ЗВЕРИ

СКАЗКИ 21 ВЕКА

Новогодние сны и грезы Захара

Глава 1 Новогодние сны кота Захара

Тихо было в большом и уютном доме, гости обитали где-то в других местах, хозяйка – Алина, сидела за компьютером и упорно сочиняла свой очередной роман о каком-то древнем князе. Кот Захар прислушивался порой, когда она читала главы, но ничего в этой седой древности не понимал.

Коты тем и отличались от людей, что не интересовала их никакая история, да еще такая древняя, какой толк копаться в такой глуши, когда там не прогуляешься и ничего изменить невозможно. Но Алина придерживалась иного мнения, и сколько он себя помнит именно об этих князьях, только и думала, они ей были дороже настоящих людей, например его хозяина, который когда-то и принес своей жене серого дымчатого котенка от своего друга. Сколько воды с той поры утекло даже по его кошачьим меркам.

Захаром его назвала она, так звали какого-то противного дворника. Евгений не возражал, он всегда соглашался на все, что она предлагала, вот и досоглашался.

Но не стоит перед праздником о грустном. Впрочем, немалую грусть и тревоги нес и сам праздник – стремительно наступал год собаки. Если с петухом Захар еще мог как-то мириться, то с собаками у котов всегда были очень большие проблемы. А если вспомнить, что и в другие года Алина к собакам была более чем благосклонна, то, что об этом говорить? О грядущем?

Но он жил у нее, как орудие мести и напоминание о бывшем муже. Хотя, вероятно, мужей бывших не бывает, по крайней мере, у такой дамы как его хозяйка. Когда они расходились – для Захара это было самое большое горе в его кошачьей жизни, она и сказала злорадно:

– А твой любимый кот останется со мной, хочешь ты этого или нет.

Трудно сказать, чего хотел этот полковник, но перечить он ей, как всегда, не стал. Может, надеялся, что следом за котом, и он вернется назад, на свое недавно законное место. На это же надеялся и сам Захар. Но вскоре он убедился в женском коварстве – возвращать своего бывшего мужа назад Алина не собиралась.

Но и кота он не забрал, даже когда убедился в том, что пути назад для него нет.

Так кот потерял любимого хозяина, остался с писательницей, сделавшего его оружием мести, и готовился к году собаки.

Никто не сомневался в том, что один из ее поклонников, некоторых из которых она называла старыми друзьями, принесет ей дорого щенка (о дворнягах здесь никто и не думал, да он и не потерпел бы никакого приблудного пса, только породистого, если уж страдать, то за дело).

А так как поклонников было много, и кто-то из молодых да ранних готов был погреться в лучах ее славы, и, самое главное, увековечить себя на страницах творений. Кто о том не мечтает, правда некоторые о том орут, а другие молчат, то и собак могло оказаться несколько – беда никогда не ходит одна. Тогда все пропало. В прямом смысле, если это будет щенок пита, как только они подрастают, то свои бойцовские качества именно на котах и отрабатываю, он и сам был свидетелем одного из таких фильмов ужасов, который в реальности, а не на экране происходил. В том, что он будет порван на мелкие лоскутки, сомнения не было, ему даже сон такой снился не раз, как только речь о Питах заходила.

И в переносном смысле все пропало для него, если это будет какой-нибудь шарпей паршивый, с которым она будет носиться, как с писаной торбой. Плакаты с этими псами, похожими на гармошки, висели повсюду. Сначала, разглядывая их, Захар даже собак в них не признал, было впечатление, что шкура у них уже наполовину отвалилась, но в последний момент еще каким-то чудом удержалась. Он искреннее не понимал, как можно любить такое чучело. Потом одного такого ее подруга привела, и он сверху с книжной полки видел, что шкуры на нем на самом деле многовато, но она не так страшно висит, и как-то все-таки держится. Но этот был будущий чемпион, может ее скотчем, где закрепили. Чего только люди для своих собак не придумают, просто диву даешься.

Захар уговаривал себя не поддаваться заранее панике, но легко быть спокойным, когда тебе ничего не грозит. Петуха можно было придушить и зажарить к обеду, с собакой такой номер не пройдет.

Когда перед новым годом к ней заглядывали гости, Захар внимательно их разглядывал, и пытался угадать, кто из молодых и старых дарований, а ей нужны были только таланты, остальным к ним путь заказан, и совершит это гнусное дело – подарит собаку его хозяйке. Он же их оценивал только по одному критерию, кто из них если не любит, то хотя бы уважает котов, и, следовательно, терпеть не может собак, а значит, и подарок принесет другой, более полезный, или хотя бы бесполезный, но не такой жуткий. Такие парни может, и были, но она их в упор не замечала, а потому и для него они были бесполезны.

В пылу своих нешуточных забот Захар выбрал высокого и добродушного Олега. И к своей кошачьей радости убедился в том, что тот любит котов, или просто подлизывается, чтобы переманить сначала кота, а потом и его хозяйку на свою сторону. Если бы он знал, что и сам Захар дорог ей только как орудие мести бывшему мужу, может, изменил бы свое отношение к нему. Но Олег ни о чем, не ведал, а правда часто бывает горька.

В одном только убедился проницательный кот – этот парень любит его хозяйку беззаветно и безответно. Сколько их уже остались где-то за чертой их квартиры, а он все время появляется. И когда Олег садится к роялю, то начинает сначала с «Баллад» Шопена, а на прощание всегда играет ей «Лунную сонату», да так хорошо, что кот давно запомнил ее от первой до последней ноты, а вот номера «Баллад» все время путает, с цифрами у него вообще часто возникают проблемы.

Вот и на этот раз Олег с интересом смотрел на юную знаменитость, которая появилась у нее со своей скрипкой, и, наверное, он и на самом деле не был бездарен, но с момента его появления Захар возненавидел все скрипки в мире, это было настоящим испытанием для его кошачьих нервов. Но кроме музыки, было еще что-то, что с первыми ее звуками, вызывало неизменную тревогу.

Высокий, худой, белобрысый, с голубыми глазами Влад был жутко талантлив. Но как он смеет врываться в их жизнь, ни о чем не заботясь?

Захар сразу заметил, что этот парень больше всего любит музыку и себя в этой музыке, больше чем его хозяйку, не говоря уж о самом коте, тут ему ловить было точно нечего. Но еще страшнее было другое – он только о каком-то огненном шарпее и говорил, что без него и дом не дом, и только этот пес принесет настоящую удачу. А она, готова была и крокодила, не только шарпея, из его музыкальных пальцев (руки у него были красивыми, этого не мог отрицать даже сверкавший ненавистью Захар) получить.

Она пока сама не догадывалась, но кота не проведешь, у него нюх на такие дела классный, она не подозревала, как любила этого странного парня, и не только из-за скрипки, скрипачи к ним в дом не заглядывали до сих пор, исключительно только пианисты.

– Я знаю, Захар, – говорил ему Олег, когда они оставались одни, – сердцу не прикажешь, он и на самом деле гений, в этом она не ошиблась. Но она могла бы меня всему научить и столько радости принести, хотя теперь это уже нереально, но я не хочу тебя оставлять, да и ее тоже.

Захар хотел ему сказать о том, что пианисты уходят и приходят, а он остается, так же и Олег должен оставаться, но он промолчал, домашний кот – это не то же самое, что молодой мужчина, ему еще труднее ужиться с соперником, чем ему с щенком, который скоро тут появится наверняка.

– Купи ей мостино, – предложил кот, – и она забудет этого белобрысого скрипача, только ты должен опередить его.

Он гордился тем, что мог выдать одну из тайн своей хозяйки, а почему бы и нет, это псы остаются верными, а ради хорошего человека можно и нарушить какие-то дурацкие правила.

И ради Олега он готов был терпеть противную и злорадную собаку у себя в доме.

– А ты хоть представляешь, сколько он стоит. Да мне надо банк ограбить.

– Банк не стоит. Но какой же дурак за псов такие деньги требует, – не скрывая досады, спрашивал Захар.– На мой взгляд, так это их хозяева должны платить тем, кто у них собак этих забирает.

Но Захар предвзято относился к собакам с самого начала, и потому там все было не так, как ему того хотелось.

Все эти встречи и беседы происходили в последних числах декабря, когда все ожидали пришествия нового года.

№№№№№

Самые худшие прогнозы сбывались. Вечером 31 декабря – Захар понимал, что он запомнит этот миг навсегда, гений пришел с очень красивой корзинкой в руках, а за пазухой у него торчала противная морда рыжего шарпея.

Щенок оглядывался вокруг, и обрадовался тому, что они оказались в тепле, и он может освободиться от своего плена.

Но и Алину и Сальери (так Захар называл этого типа), веселило даже то, что шарпей помял его классный костюм и покарябал грудь, через дорогой шелк рубашки. Если бы это сделал Захар или какой-то другой кот, то наш Сальери в лучшем случае выбросил бы его на мороз, а в худшем бы придушил и тогда все равно выбросил. Но так как это был не кот, а рыжий паршивец, то они улыбались, и Алина нежно прижимала к груди свое пакостно сокровище.

Может он и принесет ей удачу в этом году, в чем у Захара были большие сомнения, но бедняге Олегу не на что было больше особенно рассчитывать, даже банк уже грабить бесполезно, да и мостины, наверное, на дороге в новогоднюю ночь не валяются, он, скорее всего, безнадежно опоздал.

– До свадьбы заживет, – услышал кот голос своей хозяйки, когда она смазывала зеленкой царапины на груди музыканта, и надо было признать, что тело у парня было красивым, может, для этого он и обнажился.

Он так странно на нее взглянул в тот миг, что она смутилась. И вдруг приблизилась, и сама поцеловала его – он на такое наверняка бы не решился. А потом началось то, что он видел уже не раз. Эти двое забыли не только о старом коте, но и о новом щенке. Наверное, для парня это было все внове, и он навсегда запомнит этот новый год.

Захар пошел взглянуть на щенка, но тот уже растянулся на бархатной подстилке в просторной корзине, и не наблюдал за тем, что происходит вокруг.

Захар прохаживался мимо него и глубоко задумался, как ему выжить в год собаки, да еще рядом с собакой, которая вырастет быстро в огромного пса, и он сможет его одной лапой прихлопнуть и живым весом задавить. Сам-то он давно расти перестал, и хотя был котом в меру упитанным, но средних размеров, даже по кошачьим меркам, а с собаками и сравнивать него.

А в придачу к собаке был еще этот парень, вокруг которого витала тайна, и понять его до конца он никак не мог – хорош он или плох, кто же его разберет.

Но то, что пока для Сальери кота не существовало, неоспоримый факт, а Захар был слишком горд, чтобы навязываться в друзья к гению. Так и комплекс неполноценности недолго заработать.

И надо было вляпаться в такую историю. Олег в тот вечер не предвиделся, никто его ласкать и гладить не собирался. Но кот готов был пожертвовать собой, зная, как его любимцу будет тяжело наблюдать за всем, что тут происходит.

И вдруг Захар стал мечтать о том, что придет его хозяин, увидит его плачевное положение и заберет его с собой. Но самое смешное и состояло в том, что ему вовсе не хотелось отправиться в тот дом. Ему лучше было тут, даже при наличии музыканта и его бесценного пса. Он скрипку готов был терпеть, и его вторжение тоже, но только бы не менять места жительства.

Там же его ждало одиночество, разные противные сомнительные девицы, и гулянки, когда он наверняка даже покормить кота забудет. Нет, Захар собирался отстаивать свое право в этом доме до конца.

Из спальни раздались первые аккорды музыки. Это была «Лунная соната». Захар сначала даже и не понял, что за рояль сел скрипач. А потом он должен был признать, что играет он лучше всех, хотя признать такое коту было нелегко.

Очень недурственно мог он бить по клавишам. Захар за свою жизнь пианистов наслушался и мог отличить золото от подделки с первых нот.

Кот готов был признать, что Алине больше всего нужна была музыка и любовь такого юного и одухотворенного создания. И это ее идеал – голубоглаз и светловолос, и высок. Хотя если присмотреться, то вовсе не все так идеально будет – и глаза у него почти такие же зеленые, как и у самого Захара. Он не знал, радоваться ли ему или огорчаться от такого открытия

Кот на всякий случай заглянул в спальню. Не мерещится же ему музыка. Не мерещилась. Сальери (или Моцарт) склонился к роялю.

Хозяйка стояла сбоку, облокотясь на черное его крыло, не отрываясь, смотрела на него. Захар понимал, что если она еще не любила его по-настоящему, то это случится в ближайшее время – на это у него был крутой нюх. Но откуда взялась такая напасть, как эти двое могли встретиться и разглядеть друг друга?

Он вспомнил поэта, от которого за версту все время воняло самогоном. Тот был ну очень настойчив, когда прорывался к ней. И напрасно объяснял ему Захар, что поэтам здесь совсем ничего не светит, пока еще музыканты и художники не перевелись на белом свете.

Правда, Захар подозревал, что тому просто надо было где-то, как бездомному псу, переночевать. Только когда тот порывался остаться, он так зашипел и выгнул спину, защищая свой дом и свою хозяйку от всех бродяг и странников, а до этого он три раза умудрился упасть с книжной полки на его лысину, и попадал точно в цель, что Алина рассмеялась и произнесла на прощание:

– Хорошо, хорошо, Захар, ты меня убедил, он нам совсем не нужен, пусть ищет себе приют в другом месте.

Но тогда она была разумна, не то, что теперь. И тогда был единственный раз, когда она прислушалась к его советам. Хотя там все было очевидно и без его стараний. Но обычно влюбленные женщины слепы всегда, а с Сальери и ему не за что было особенно зацепиться. Пахло от него французским одеколоном, он был обаятелен и упрям как сто котов вместе взятых, что еще надо для того, чтобы покорить ее сердце. Легко расправиться с бездарным поэтом, но почти нереально с Музыкантом. И Захар вовсе не хотел зарабатывать себе славу отравителя Сальери. И никогда в жизни он не брался за проигрышное дело.

И парень немного устал, одинок и печален, не Олег конечно, но не так и плох. А ведь он старался быть справедливым, даже к врагам. «Лунная соната» к тому времени завершилась. Она снова приблизилась к нему, вдохновенная и такая восторженная, кот мог свидетельствовать в суде, что никогда ее прежде такой не видел.

А потом они обнимались так, как будто прощались навсегда. И на этот раз Захар точно знал, чем закончатся такие объятия, и пошел взглянуть на щенка, пока ему никаких неудобств не доставлявшего. Тот по-прежнему беззаботно дрых. Ему понравился дом, судя по всем, ничто не вызывало беспокойства. Хотелось укусить его хорошенько, покарябать его лощеную шкурку, чтобы он не был так красив. Но ради собственного спокойствия Захар не стал этого делать, ведь это было мелочно, и кроме признания собственного бессилия перед несмышленым щенком он ничего не добьется, тогда придется не куриц есть с ее руки, а самому мышей ловить, а это вовсе не входило в его планы. Трудно даже представить себе, как Алина огорчится, а ему вовсе не хотелось умножать ее печали.

№№№№№№

Когда раздался звонок в дверь, он неслышно подошел и замурлыкал, желая знать, кто решил их навестить в такой поздний час, вдруг беда какая стряслась, а он ни сном, ни духом не ведает.

– Захар, ты один дома, а где твоя хозяйка, – услышал он на той стороне двери родной до боли голос, полковник уже обмыл наступающий новый год.

Но там тоже тявкал щенок. Нет. Это перебор. Двоих он не потянет в своем доме. Этот был хотя бы ленивый и смирный, со временем его можно будет на свой лад воспитать, а тот точно боевой пит, который не воспитывается и на лоскутки его порвет, глазом моргнуть не успеют. Пусть он остается в холостяцкой квартире и охраняет его от особенно настойчивых его боевых подруг.

Вскочив на подоконник, Захар смотрел на то, как он уселся в машину и посадил свою рыжую собаку рядом на сидение.

И дались им эти псы. И в нормальные годы от них нет никому прохода и покоя, а тут совсем дело дрянь.

В этом доме Захар улегся спать последним. На всякий случай он забрался на книжную полку – там безопаснее и лучше все видно сверху. Щенок пока еще не допрыгнет до него, а когда он подрастет – будет видно. Можно немного пожить спокойно. А вот когда наступит год обезьяны…

В ту новогоднюю ночь, которую он с трудом пережил, Захару снился знаменитый на весь мир пианист, который возвращался домой из своего бесконечного путешествия, в подарок Алине он вез живую обезьяну.

Захар проснулся среди ночи. У него не хватило мужества досмотреть тот сон до конца.

Глава 2 Как кошка с собакой

Прошло несколько месяцев с того трагического Нового года, когда вместо года петуха наступил год собаки. Кот Захар выращивал щенка огненного шарпея, которого Алине подарил Сальери, потом он отправился учиться в консерваторию, и его щенок Макс остался единственным напоминанием о нем, о его музыке, и о том, как он замечательно играл на своей скрипке.

Все это время Захар считал себя старшим и нес полную ответственность за воспитание собаки, хотя его хозяйка о том и не подозревала, но она не замечала многого, и была погружена в свои романы, статьи и до реальности ей почти никогда не было дела.

Когда Алина на них обращала свой взор, она была уверенна, что Захар плохо воздействует на щенка. Но у нее просто предвзятое отношение к нему, Захар был в том уверен. Хорошо хоть щенок сам так не считал, и он доверял коту если не во всем, то во многом. И когда случались какие-то непредвиденные происшествия, щенок всегда старался покрыть своего полосатого воспитателя, ведь он был добрым и очень доверчивым, обмануть его не составляло труда, хотя Захар старался делать это как можно реже. А обманывать предпочитал хитрых котов, а не доверчивых собак, там более таких добрых и зеленых. Жаль, что он не мог этого объяснить своей хозяйке, да она и не стала бы его слушать особенно.

– Макс, – в очередной раз слышал он голос своей хозяйки, – ты не должен быть таким доверчивым, я хорошо знаю нашего кота, надо честно признать, что он у нас далеко не ангел.

Вот и доверяй женщинам после этого, и лови для них мышей. Но это так, образно, ни о каких мышах не могло быть и речи, Захар их сроду не ловил, это соседский кот Том делал регулярно, кормили его отвратительно, и волосатых мышей он считал лакомством, поедал и своих собственных, и тех, которые забегали к ним, чтобы спастись от голодного Тома.

Макс позволял ему охотиться на своей территории, и мог потом с гордостью заявить, что у них не осталось ни одного мышонка.

Когда Алина вместе с псом уходила гулять, а делали они это регулярно по часам, Захар заваливался поспать немного, это было его время – тишина и покой в доме дорого стоят.

Том знал об этом прекрасно, и в такие часы он пробирался в его комнату и подъедал остатки кошачьего корма, которым питался Захар, делая вид, что этот корм презирает (что было наглой ложью)».

Том подозревал, что Захар ему специально оставляет немного корма – искушает. Но это не имело значения, Том знал, что гордецы всегда остаются голодными. Правда, на Захара это не распространялось, но этому лентяю просто повезло с хозяйкой.

Вот и на этот раз Том пробрался в комнату, но так как миска Захара была совершенно пуста и даже вылизана, то он разозлился и решил устроить маленький погром, сбросил несколько горшков с кактусами, раскидал и порвал какие-то бумаги, и только после этого незаметно удалился.

Ничего не подозревавший Захар так крепко спал, что ничего не услышал, так как соседи сверху делали ремонт, то стук стоял все время, и он подумать не мог о том, что коварный кот орудует в его комнате.

Захар был дома один, и Том понимал, что подозрение падет именно на Захара. Он проснулся за миг до прихода хозяйки с Максом, и почувствовал, что они уже поднялись на их площадку, и только в тот момент заметил, что творится у него дома, мягкой своей лапой наступил на отросток кактуса и зашипел, замяукал пронзительно.

Алина стояла на пороге, и видела погром, во всей его ужасающей красоте.

– Вот видишь, – повернулась она к щенку, – он не только не признает своих ошибок, но еще и мстить нам решил.

Захар молчал, болела лапа, он понимал, что оправдываться нет никакого смысла, кто ему поверит после всего, будет только хуже. Он на самом деле был виноват в том, что все проспал, и даже не заметил, кто тут хозяйничал без него.

– Я оставила его, чтобы досадить своему бывшему мужу, – говорила Алина, – вот и пусть он теперь у него свой век доживает.

Душа кота после этих слов ушла в когти, загрустил и щенок, он так сжился с котом, что совсем не хотел без него оставаться.

Захар ясно понял, что это конец его светлой и сытной жизни, наполненной самыми важными событиями, лучше сразу выброситься из окна и стать бродячим котом или разбиться в лепешку, чтобы она поняла, что натворила. Но как только Алина ушла за веником, он стал объяснять Максу, что не видел даже, кто все это безобразие сотворил.

– Я спал в тот момент богатырским сном, даже не проснулся. Может это сквозняк, а может, непойманные мыши решили отомстить, за тех, которые съедены?

Пес сразу поверил ему, хотя и не знал почему, ведь без того Алина все время упрекала его за излишнюю доверчивость, но Захар казался таким искренним, да и зачем ему было все это делать?

Вероятно, доверять коту не стоило, но он поверил. И когда он стал обнюхивать все, то унюхал другого кота. Конечно, он мог ошибаться, ведь больше всего именно этого ему и хотелось, но был почти уверен, что здесь побывал кто-то еще. Для пущей верности он еще раз обнюхал и самого Захара, и убедился, что от него пахло по-другому. Тогда по кошачьим следам он и отправился на соседнюю лоджию.

Кот Том в то время поглядывал и подслушивал. Для него самым важным делом было то, что происходило в соседнем доме, он не сразу сообразил, что они все поняли и к нему направляются, какая наглость. Но кто мог подумать, что этот младенец уже такой ушлый и строит из себя розыскную собаку. Том не мог поверить и в то, что щенок станет защищать этого противного бездельника Захара.

– Это ты, даже по твоей физиономии это видно, – говорил Макс, как только они перед Томом остановились, – пошли к нашей хозяйке.

Захар стоял рядом, но он пока молчал.

– Вот еще, что я там у вас позабыл, – сопротивлялся Том, сами творите, черт знает что, а потом на других спираете?

Добровольно Том не пошел бы, приходилось применять силу. С двух сторон они гнали его в свою комнату на место преступления. И он напрасно упирался, шипел, и пытался ускользнуть, это было почти невозможно сделать.

Он мог теоретически увернуться от щенка, тот не особенно сообразителен и поворотлив, но не от Захара.

Алина в тот момент увидела странную картину. Ее кот и пес гнали к ним соседского перса. Она догадывалась о том, что они хотят ей если не сказать, то показать, и готова была рассмеяться, но не стала это делать, щенок укусил в тот момент Тома, и ему уже было не до смеха. Алина побежала спасать дорогого, хоть и шкодливого кота.

– Оставь его, Макс, мы потом не расплатимся, пусть он убирается к себе. А ты нюх потерял, если позволяешь у себя дома творить такое, – упрекала она Захара, и это было чистой правдой.

– Что ты сам делал в то время, когда в твоем доме орудовал чужой кот, ждал пока наш песик тебя защищать придет, вот и вся твоя суть.

Он не стал уточнять, что именно он делал, что лучше трусость или лень, для себя Захар еще не решил.

Когда они остались втроем и внимательно на нее смотрели, Алина произнесла, наконец:

– На этот раз наш Макс тебя от хозяина твоего уберег, но это последний раз, смотри у меня.

Соседский кот был отпущен, что с него взять? Хотя надо было заставить его все привести в порядок.

И все-таки от кактуса Том увернуться не смог, его со всего размаха уронил в толстую шкуру и длинную шерсть Захар. Вытащить сам колючку Том никак не сможет, пусть свою хозяйку на помощь зовет. И это самое малое, что Захар мог для него сделать пока, но на досуге он подумает еще, как отыграться, за все страдания, им в эти дни пережитые.

Захар вспомнил, как он паниковал, когда наступил год собаки. Но как бы он выкрутился без щенка на этот раз? На вопрос не требовалось ответа.

Но беда одна не ходит, на следующий вечер объявился тот, кого они поминали накануне – его хозяин. Он захаживал к ним и прежде, но на этот раз пришел с конкретным предложением.

– Знаешь, у меня мыши завелись, – говорил он Алине, – мне нужен Захар, я доброе дело делаю, ведь наверняка они вдвоем скверно уживаются, и нам их надо поделить по братски, тебе я собаку оставляю, а Захар может и у меня пожить. Я хочу сохранить его как осколок нашего с тобой счастливого прошлого.

Кот вздрогнул и насторожился. Все внутри у него затрепетало от гнева и негодования. Он не мигая, смотрел на Алину.

– А твой кот хоть раз в своей жизни мышей ловил? – ядовито спрашивала она. Но это была чистая правда, ничего не скажешь.– Даже если ты сам ему поймаешь и притащишь мышь. Он ее есть и тогда не станет, уверяю тебя.

Захар не знал, радоваться ему или огорчаться от таких комплементов. Всем своим видом кот хотел показать, что не будет ее есть ни при каких обстоятельствах. Но Евгений не унимался:

– Это ты его избаловала, а у меня пару дней голодный посидит и всех мышей с потрохами сожрет.

Это звучало как настоящая угроза. И, похоже, что у Алины больше не было аргументов, а если вспомнить о том, что вчера она сама грозилась его отдать, то дело совсем дрянь.

– Максу будет скучно, они не так плохо ладят, – говорила Алина, вспомнив о вчерашнем происшествии.

О соседском коте вспомнили и они оба. Но Алина говорила о том же:

– У нас есть соседский кот, – усмехнулась она, – может, его напрокат возьмешь?

В этом все трое они оказались единодушны, что случалось очень редко – только перед большой бедой все они так объединялись.

– Зачем мне чужой кот, если мой собственный так давно мается в изгнании.

Захар просто дивился тому, каким противным и упрямым он может быть. Раньше он этого не замечал, Евгений казался ему мировым парнем. И хорошо, что у него затрезвонил сотовый, его уже искали и куда-то срочно вызывали. Он поспешно попрощался с ними. Щенок радостно тявкнул ему в след, провожая грабителя. Зашипел соседский кот Том, которого чуть не сдали в аренду к полковнику. Он все слышал и едва сдерживал свой гнев.

Алина смотрела на своих зверей, какими славными ребятами иногда они кажутся. Она была уверенна, что они все понимают, только сказать ничего не могут.

К Максу у нее не было никаких претензий вообще, с Захаром мороки было больше, но она понимала, что им без него и на самом деле было бы очень скучно. Но надо признать, что порой он был невыносим, как и любой кот средних лет.

Глава 3 Год поросенка приближался

Как быстро летит время, давно ли кот Захар с трепетом и волнением ждал года собаки, и вот от него почти ничего уже и не осталось. Щенок Макс, которого старательно выращивал Захар, стал за это время огромным рыжим псом. Он был хорошо воспитан, да и кто же его воспитывал – он, Захар, другого бы он не потерпел в своем доме. Но самое главное – он стал хорошим другом, этой заслуги полностью себе кот не мог приписать, он старался быть справедливым, наверное, у пса это было в крови или генах.

Одно не особенно приятно – Захару всегда казалось, что Алина пса своего любила больше, ревность – было одним из главных, не особенно приятных чувств, но что с ней поделаешь.

Но в последние дни ноября, она показалась такой мелочью, когда кто-то из людей сказал на улице Максу, а он принес на хвосте домой весть о том, что наступает год поросенка.

– Да ты что, не может быть, – вспыхнул Захар.

– А я тебя когда обманывал? – обиделся пес.

– Ты нет, но знаешь, как часто люди лгут.

– Думаю, насчет поросенка они не солгали, там везде плакаты развешаны со свиными рылами, Алина календари покупала, и везде свиньи, свиньи.

– Да, плохо дело, – наконец поверил в неизбежное Захар, – и что нам делать, если в нашем доме поросенок появится. А то и не один?

Макс ничего на это не ответил. Он как-то был подозрительно спокоен. Принес дурную весть и лежит, голову на лапы положил. Захар приблизился к нему.

– Единственное, что остается незаметно съесть его, пока Алины не будет. По-моему хорошая идея.

– Плохая, – отрезал Макс, – с какой стороны не посмотри, Алина нам спасибо не скажет, мы в настоящих зверей превратимся, это только люди нас едят, а нам бы не стоило на них быть похожими.

– А то ты куриц не рубаешь, – напомнил ему Захар

– Рубаю, – согласился Макс, – только я их не убивал никогда, и самое главное, ветеринар говорил Алине, что нельзя есть свинину, печень заболит.

– Так ты о здоровье только думаешь.

– А кто о нем подумает, и о твоем тоже, кстати. А ты постарше меня будешь.

– Мог бы не напоминать, тактичный ты наш.

Они замолчали, Макс напомнил ему о том, что это не завтра наступит, и захрапел, у Захара сна не было ни в одном глазу. Надо было что-то делать, если кто-то из друзей им поросенка притащит.

Ночь окутала дом, где еще не выветрился запах доеденной курицы и макарон, которые больше всего на свете любили и кот и пес. Макс был гурманом, ему нравились немецкие макароны с яйцом, никакие другие не признавал, Захар в макаронах не был так привередлив, для него самое главное, чтобы они были, да курицы туда ему побольше попало – вот и кошачье счастье. Но любимые макароны были съедены, не только пес, и наевшийся досыта кот спал, хотя после такого известия, сон его был тревожен.

Снятся ли котам сны? А кто его знает. У других котов мы не спрашивали, но Захару снился сон. И снился не дремучий лес, – такие сны всегда прежде самыми страшными казались, но на этот раз был не лес, а город. Какой это было город сказать трудно, во сне вообще часто снится странный мир, и не поймешь, где ты оказался, и куда попал. Но народу там было огромное множество. Во сне он никак понять не мог, где сам он находится в тот момент, но Макс был рядом с ним. И Алина где-то мелькала. Но они все время теряли ее из вида. Она разговаривала с детьми, что-то объясняла им, книжки подписывал. И на обложке каждой из них рядом с прекрасной девушкой восседал он.

Надо честно признать, Алина сама на себя была не особенно похожа, но уж его художник изобразить постарался. Правда, был он слишком рыжим, таким даже в детстве Захар не бывал. Но это, наверное, чтобы издалека лучше было видно, а в остальном, как две капли воды – вылитый он.

Книжка была толстая, и там картинки очень занимательные. Какой замечательный сын, хорошо, если он сбудется, успел подумать Захар, а тут и началось. А потом, во сне его произошло то, что и в жизни случалось не раз, он пробрался к Алине, чтобы все видели живьем того, кто в книжке этой обитал, уселся на стол, где книги лежали. И стал вертеть головой во все стороны. В тот момент к нему какая-то маленькая девчонка пробралась и схватила его. Она так крепко прижимала его к своей груди, что у него кости затрещали, а бабка какая-то ее ругала, и пыталась отобрать. Он понял, что пришел ему конец, и цел он никак не останется, и закричал он так пронзительно, что вздрогнул всем своим телом.

И проснулся. Обрадоваться не успел, что это был только сон. Пробудился Макс и спросил:

– Что это с тобой приключилось, что вопишь, как резаный.

– Кошмар приснился.

– Еще бы, столько наелся и хочешь спать спокойно.

– Я и говорю странно, кошмары обычно с голоду мерещатся, а тут.

– Все может быть, – говорил Макс, – сон с четверга на пятницу, сбудется точно.

– Да ты что сдурел, если бы ты знал, что мне приснилось, не говорил бы так.

– Думаю, что тебя украли.

– А ты откуда знаешь?

– Тут ума много не надо, из-за чего бы ты еще так орать начал.

– Очень смешно, и тебе не жалко нисколько единственного и любимого кота, чем это я тебе так опостылел?

– Жалко немного, но мне больше курицы достанется, – буркнул Макс, поворачиваясь на другой бок.

– Никак не пойму, когда ты шутишь, когда говоришь серьезно, но береги меня, не дай бог, если та девчонка меня стащит.

– Так это еще и девчонка была, тогда я тебе точно помочь ничем не смогу, с мужиком еще поспорить можно, укусить его, в крайнем случае, а женщин обижать не рекомендуется.

– А котов бросать рекомендуется, да еще тех, кто тебя растил и воспитывал, – яростно возмущался Захар.

– Вот то- то и оно, был бы ты обычным котом, молчаливым, я бы еще подумал, а учитель и воспитатель – это утомительно.

Ничего на это Захар не сказал, но разобиженный, он снова на свой ковер улегся, и решил, что утро вечера мудренее. И снова погрузился кот в сон.

Но видимо день был какой-то не особенно удачный, потому что сны снились по принципу – дальше, хуже.

На этот раз знаменитой писательнице, – так называли Алину, все гости, которые собирались в ее теплом и уютном доме, принесли собак в подарок. Все говорили, что наступает год собаки, а Алине надо охранять дом и все, ею написанные книги от воров, которые подстерегают на каждом шагу. И первый пес понесся за ним, в то время когда вносили новые гости второго и третьего щенка. Алина в этом собачьем сне улыбалась застенчиво, и говорил, что это, пожалуй, перебор, но не хотела обижать своих гостей, а он не знал, куда бежать и кому что сказать, потому что собаки сразу унюхали его и окружали во всех сторон. Это надо было видеть и слышать.

Он пронзительно заорал, а потом выгнул спину и зашипел, но они приближались со всех сторон, от них не спастись, и тогда он крутанулся и пробудился снова.

Уже просыпаясь, вспомнил, что все еще это была ночь с четверга на пятницу, и не надо было ему напоминать о том, что и этот сон сбудется.

– Что на этот раз? – услышал он голос Макса. Пес был обычно выдержан, но тут начал ворчать.

Тот откровенно издевался над несчастным своим другом – котом.

– Собаки, у Алины была куча гостей, и каждый из них подарил по собаке. Разве ты забыл, как появился в нашем доме в прошлом году?

– Но о чем волноваться, мой год уже проходит. Сон был о прошлом, и что орать так на весь дом?

– Я слышал, что сны с четверга на пятницу сбываются, но не обязательно напрямую, а собаки могут и свиней обозначит.

Макс рассердился не на шутку.

– А мне кажется, что коты настоящих свиней только и могут обозначать, если ты не успокоишься и не заснешь, я забуду, что ты мой друг и воспитатель и укушу тебя хорошенько.

– Что-то маленький не особенно кусался, смирный был, а теперь, когда вымахал на моих курицах и кусаться можно, да еще тех, кто с тобой последним делился.

– Последним, – ворчал пес, – по твоей упитанности не скажешь, что это было последнее.

– Ты меня оставь в покое, давай-ка лучше подумаем, что со свиньями делать.

– Пока еще их нет, и надо спать, знал бы, ничего не говорил тебе, – возмутился Макс.

– Вот еще, беда не должна нас застать врасплох, и не смей от меня ничего такого скрывать

Захар немного успокоился, и уже готов был заснуть, но подскочил, и снова направился к Максу, ударил его лапой по уху и не обратил внимания на грозное рычание.

– А знаешь что, думаю, гости отменяются. Не надо нам столько свиней, во что они наш дом превратят, сам подумай.

– Но так придется все года поступать, даже в год кота вряд ли тебе захочется, чтобы они кошек принесли еще дюжину.

– Это, правда, нам и одного меня хватит.

– Что-то не пойму, обругал ты себя или похвалил? – поинтересовался пес.

– Ни то, и ни другое, нам просто одного кота хватит, ты же тоже не потерпишь рядом второго пса.

– Ну почему, возможно, он толковым окажется, и тебя, наконец, покусает, не все такие терпеливые.

Он намекал на соседского пита, который и на самом деле психом был настоящим, особенно, когда Захар ему на дороге попадался, и не понятно, почему он его так не любил?

– Нет, – запротестовал кот, – и пес второй нам не нужен, мне тебя одного хватит.

– И снова не пойму, комплемент это или наоборот.

– Ну что привязался, просто всего должно быть по одному.

В тот момент вернулась Алина, и снова кот не лег спать, а бросился к ней на руки, опережая любимого ее пса. Он странно обрадовался этому ее появлению, забыл все обиды, в такие тревожные минуты Захар вовсе не был злопамятен, хотя вообще-то память у него была хорошая.

– А почему это ты не спишь? – удивилась она, – я думала, ты уж десятый сон видишь.

– И не говори, два посмотрел, лучше бы их век не видеть, – отвечал ей кот.

Кот хотел рассказать ей то, что ему приснилось, чтобы если что с ними случится, ни девчонке она его не отдала, ни собак в дом не пустила, ни свиней. Она не всегда прежде была на его стороне, но это случай особенной. Их мирному дому грозила настоящая опасность – нашествие свиней. Правда, пока об этом только он один и волновался.

– Я устала, Захар. Посмотри, как себя прилично ведет наш Макс, а у тебя, что ни день, то проблема.

Она положила его в кресло бесцеремонно, и стала переодеваться.

Вот так всегда, со своими снами и тревогами он остался один на один, хоть помри, они теперь и не заметят этого, еще попрекать начнут оба.

Кот дал себе слова не засыпать и дождаться ее. Да куда там. От всех волнений заснул он, как убитый. Вот именно убитый, потому что на этот раз, как только он провалился в сон, и все еще с четверга на пятницу, эта крамольная ночь так и не собиралась кончаться, снился еще какой – то лес дремучий. А он только обрадовался, что лес сниться перестал, и навстречу ему волк шагал. Он заорал истошно, бросился на дерево, но соскользнул с него и упал, и уже зажмурился, и решил, что как красная шапочка в брюхе у волка оказался, но в тот момент какой-то черный поросенок прямо перед ним и волком появился.

Волк посмотрел на кота и поросенка, развернулся и пошел прочь. Наверное, таких сумасшедших зверей, несмотря на голод, есть ему не особенно хотелось. Поросенок повернулся к нему и радостно хрюкнул.

– Это что получается, ты меня от волка спас.

– Да нет, – скромно ответил тот, – просто по лесу гулял, волка караулил, мы с ним в прятки играли, а ты нам и подвернулся.

Говорил ли правду поросенок или лукавил, понять Захар никак не мог, но он убедился в другом – свиньи тоже бывают храбрыми и надежными, может и паниковал и возмущался он напрасно?

Он закричал что-то на прощание поросенку, уж не помнил что именно, но в тот момент и услышал голос своего пса.

– Захар, Захар, ну что с тобой, там тебя не черти душат. И уже не в первый раз, что на этот раз приснилось.

– Я окончательно потерялся в лесу, и волка встретил, а тебя там и близко не было, сколько не звал тебя на помощь.

– И что же случилось дальше? – поинтересовался пес, предчувствуя, что дальше было самое интересное.

– Появился черный поросенок и спас меня, но он был какой-то странный, таких свиней не бывает.

– Бывают, – заверил Макс, – мне псы охотничьи рассказывали, они вепрями называются и в лесу живут.

– Ты хочешь сказать, что нам дикого поросенка подарят? Чем дальше, тем круче.

– Но ты ведь сам сказал, что он тебя спас.

– Спас-то спас, но сколько его надо воспитывать, и переучивать, ты хоть знаешь, что это такое.

– Не знаю, ты у нас учитель, а я просто спать хочу.

– Тебе бы только спать, а как семью охранять от бед, так для этого у нас Захар есть, – искренне возмущался кот

– А я думаю, этот сон точно сбудется, он тебе последний приснился, а в первую очередь сбываются те, которые снятся под утра, – уже открыто издевался над ним Макс.

Захар обиженно повернулся к нему задом и ничего на это не ответил, хотя мог бы.. Он просто почувствовал себя круглым сиротой, заблудившимся в том самом лесу. На этот раз даже волк ему не попался, может, он и съел того вепря, но с котом решил не связываться. Почему-то последнее расстроило Захара еще сильнее, хотя радоваться должен был. Он так тяжело вздохнул, что не сразу услышал голос Макса, который тоже теперь не мог спать и корил себя за то, что с котом не особенно хорошо обошелся. Вон как тот вздыхает, надо быть с ним помягче, он все-таки натура тонкая и ранимая, да и не молодой уже

– Ты бы уж сегодня не ложился, пусть этот сон будет последним, а то неизвестно, что еще и приснился, – уже добродушно посоветовал он, и тут же заснул снова с чувством исполненного долга.

Захар обреченно лег на подстилку и зажмурился. Вот и попробуй заснуть после такого.

Небо было уже не черным, а сероватым, забрезжил рассвет. Год поросенка стремительно приближался.

Глава 4 Год поросенка наступил

А кто сказал, что одинокие женщины хотят с кем-то познакомиться?

Это все чушь полная, по крайней мере, умные точно не хотят. Потому что на собственном опыте успели узнать, что когда, какой-нибудь усатый, очень вежливый тип, не лишенный красноречия, юлит перед вами, рассыпаясь в любезности, и просится на чашку чая, то это точно плохо кончится. И хорошо, что рядом шагает верный пес Том, который таких типов чует за версту и близко не подпустит. А надо сказать, что собак они почему-то боятся. Вероятно, не раз были покусаны.

Но ухажер оказался очень настойчив и пронырлив. И даже после изгнания возвращается, они всегда возвращаются, потому что жить им особенно негде так от одной к другой одинокой женщине и перемещаются, а когда их явно отправляют подальше, то они перестают быть вежливыми и любезными, а даже наоборот становятся очень мелочными и мстительными.

Каждая женщина припомнит такую историю, вот и наша Алина не избежала ее, и если бы не животные ее, то еще неизвестно, как бы все это закончилось.

Год поросенка наступал, наступал и наступил все-таки, когда кот Захар с псом Томом его уже и не ждали. Они не ждали и живого поросенка, да еще беса Макара в придачу.

Том грустил, а Захар радовался тому, что пропал бес Стас, ему спокойнее стало. Он продолжал утверждать всем и каждому, что черт есть черт, и как ты его не малюй, а он может тебе свинью подложить. Но на этот раз подложил ее не Стас, а очень эффектный, всегда улыбавшийся пианист Алекс, который и свалился на голову в тот самый день, когда свиньи вступали в свои права по китайскому календарю. Но мало поросенка, он с собой еще и беса привел, такого же улыбавшегося и явно что-то затевавшего.

Кот понял, что когда исчезает один бес, радоваться долго не приходится, тут же появляется другой, и откуда на них такая напасть, хотя все понятно, конечно, их везде пруд пруди. А когда к Алине захаживают всякие разные люди, то уж кто-то с собой такую свинью и такого беса притащит, что мало не покажется.

Кот зашипел и выгнул спину, когда такую троицу увидел, и сколько бы пес на него не рычал, и не объяснял, что себя так вести не стоит, все без толку – когда их дому грозила явная или придуманная им же опасность, никого кот не слушал.

Ничего Захар слушать не хотел, когда поросенок в комнате разлегся, а Макар стоял и молча подозрительно на них смотрел и улыбался.

– И чего ты уставился? – подошел к нему кот и на всякий случай почесал свои когти о ковер.

– А мне у вас нравится, может, и жить останусь, Стас говорил, что кот его на дух не переносит, вот и отправим его к пианисту, а я с Вами побуду, с Алиной поговорю, вас повоспитываю, и поросенка нашего постерегу. Что-то мне кажется, что ты его слопать собрался.

И при этом Макар так пристально посмотрел на кота, что Захар решил, что тот значительно проницательнее Стаса, и уже тайно хотел вернуть своего черта и попросить у него о защите от всяких приблудных чертей.

Даже Захар оторопел от такой речи Макаровой, и бросился к Тому:

– И что ты интересно молчишь? Не слышал, что он тут говорить изволил?

– Да он шутит, надеюсь, – невозмутимо отвечал пес, – а если про то, что ты поросенка зарубать хотел, так это правда. Это и я на суде подтвердить могу, но предупреждаю, что тебе же и хуже будет от этого. Помрешь еще, а я уже с тобой сжился, нам с поросенком без тебя скучно будет.

И тот радостно захрюкал – пес уже считал его своим, как не радоваться.

– И чего ты меня интересно хоронишь, я помирать еще не собрался, и вас всех переживу, уж свинью точно, а черт, конечно, бессмертный, только много у нас их разных было, только где они все теперь?

Они еще спорили и переругивались, как обычно, и вдруг поросенок вмешался в перепалку их.

Захар не знал, что сказать, он открыл свой рот, когда голос подал поросенок:

– Не стоит меня есть, печень себе испортишь.

– Я ему о том же говорил, – поддержал поросенка Том, – только если он что-то в башку свою вобьет, ничем не выбить оттудова.

Захар понял, что эти двое уже объединились, черт конечно никогда не покажет, на чьей он стороне, но его одиночество было очень даже печальным, как всегда, а что в год поросенка ждать.

Но если честно, годов других зверей в жизни его не особенно много было, сравнивать и не с чем, но этот уж точно свинячий.

Они помолчали немного. В другой комнате Алина беседовала с пианистом, и он уселся к роялю, чтобы сыграть что-то.

Музыка заставила замолчать животных. Макар просто изобразил на физиономии восторг. На самом ли деле ему это нравилось, или он только притворялся, как сказать, как понять черта, да еще незнакомого.

– Поросенок и черт, и новый черт, – под мажорную «Балладу» Шопена размышлял Захар, – даже каждого по отдельности их многовато, а вместе просто кошмар, и что делать?

Музыка сбивала его с толку, и придумать он никак ничего не мог.

Впрочем, и черта уже не было поблизости. Он испарился куда-то.

Но только успел подумать Захар о том, что хоть одного нечистая куда-то унесла, как грохот на лестничной площадке раздался, и это, конечно, мог быть кто угодно, но почему Захару показалось, что это как-то с ними со всеми и с Макаром связанно было? Знать он этого не мог. Но догадывался, что они в споре своем подвергали дом большой опасности, потому что не слышали того, что за дверью происходило, а то могло быть, черт знает что.

– Ты что за порядком не следишь? – бросился он в прихожую, ругая Тома на ходу.

Дверь была прикрыта не плотно, на цепочке оставалась, и Захар протиснулся туда, остальным, более солидным пришлось в щель выглядывать.

Там стоял, уперев руки в боки, Макар и на коврике резиновом сидел какой-то тип с усами и наглой рожей, разглядеть его было не так просто в полумраке, но валялась рядом табуретка и в руках у него что-то было. И самое смешное, что железная дверь, которая отделяла их секцию от остальных, захлопнулась. Он оказался в двойном капкане. Черт с одной стороны, решетка, слегка смахивающая на тюремную с другой. Забавная картина, только пока еще тревога витала в воздухе, им всем не до забав было. Но вряд ли Макар и без того бы его выпустил.

– Как это ты поймал? – удивился Захар.

– А я знаю? Я тут первый день, но он дырки во всех проводах делал, и что-то туда вбивал, – ответил ему черт, – вот я и решил, что ничего хорошего он тут не делает, тем более что его никто не звал и не просил.

Этот орел что-то орал и махал руками. Из-за соседней двери выглянула соседка, которая ему табурет, видно и одолжила, и когда Алина сняла цепочку и распахнула дверь, то Том пронзительно тявкнул, потому что этот тип замахнулся на нее молотком, который в руке и сжимал, а потом молча вцепился в ту самую руку.

Теперь крик всю округу известил.

– Алиночка, это мастер пришел, антенну устанавливать, мы с ним чайку попили, вот он и за дело взялся.

Соседка была наивной и несколько сдвинутой старой девой с именем Надежда, и ее кто угодно и в чем угодно мог убедить. Но мастер, которому пес прокусил и не отпускал руку, озверел совершенно, и орал, как резанный.

Алина посмотрела и убедилась в том, что ни телевизор, ни телефон не работают, что и требовалось доказать. Она набрала О2, предупредив Надежду, что и ее сдаст в милицию, если та позволит орудовать хоть еще одному такому мастеру.

– Но кто же мог подумать, такой солидный и порядочный человек, интеллигентный, вежливый, он мне такие хорошие стихи читал про любовь, – удивленно лепетала та, понимая, что во всем и виновата

Милиционеры приехали на удивление быстро и застали ту самую картину почти в первозданном виде.

– Это снова ты, – взревел сержант, – и как только ты успеваешь все это творить, прямо неуловимый мститель, и весь город тебя обидел, видно.

– Она предала меня, она променяла меня на какого-то Пианиста, – вопил мститель.

– Том, а почему ты этого типа так поздно учуял? – обратилась Алина к псу, ведь о нем я тебя особенно предупреждала.

И на самом деле, когда новоиспеченный поэт, очень хотевший у нее поселиться и жить с ней – он был уверен, что Алина только о том и мечтает, вернулся в город, ее предупредили о том, она понимала, что он не остановится, и будет как-то действовать.

Том молчал, отпустив голову.

– Я судиться буду, собака бешеная, и она меня покусала, – где-то на первом этаже орал не состоявшийся любовник, – ты мне заплатишь в суде Гааги за моральный ущерб, весь мир еще узнает.

Наконец Алина заметила и нового беса.

– Что-то ты на Стаса не похож, – удивленно говорила она.

– А я и не Стас, меня Макар зовут, и без меня вам с такими проходимцами не справиться.

– Ты тоже к нам жить напрашиваешься? – спросила Алина.

– А, по-моему, свой кусок хлеба с маслом я уже заработал, – гордо заявил Макар, – или кто-то по-другому думает.

Никто не осмелился бесу противоречить, особенно когда он был права, только поросенок подбежал и ткнулся ему пяточком в ногу.

– Вот и я говорю, что одинокой женщине, у которой есть такие знакомые странные, с ними и врагов не надо да еще в год поросенка, – он потрепал поросенка по загривку, – обязательно нужен бес – хранитель. Как можно на какие-то там бездушных ангелом рассчитывать, да и где они, ваши ангелы?

Алина, выслушав его речь, расхохоталась. Бес был прав, впрочем, за это время она успела уже убедиться в том, что бес если не всегда, то слишком часто бывает прав.

– Ладно, – поживем, увидим, – согласилась она.

– И думать нечего, соглашайся, пока я не сбежал к другой одинокой и беззащитной даме, – настаивал он.

Алина взглянула на кота Захара. Она знала, что если кто-то против бесов всегда выступает, так это именно ее кот. Но на этот раз он молчал, да и что скажешь.

А бес уже чинил проводку, вытаскивал гвозди, которые вбил очень старательно в провода безумный мститель. Его, конечно, забрали в милицию, но долго ли его там продержат, он вернется, а тогда без беса будет трудновато, – думал Захар, и остальные были с ним совершенно согласны.

Каждой одинокой женщине в год поросенка, которого долго ждали, но наступил он все-таки неожиданно, нужен был свой персональный кот, пес – но это то понятно, но в этом жестоком и непредсказуемом мире еще и бес персональный, без них трудно приходится. Сколько тут всего разного намешано, и не уследишь, только все вместе они смогут защитить ее от всех напастей, подстерегающих на каждом шагу.

Из комнаты раздавалась «Лунная соната», это Алекс сел к роялю. Какая же чудная была музыка, да и жизнь забавная штука, и закон вечен, когда кто-то где-то убывает, то в другом месте пребывает обязательно.

Чтобы не один мститель до вас не добрался, запаситесь котом, псом, и хорошо, если с вами будет и бес-хранитель. Без этой троицы трудно придется.

Глава 5 Деда Мороза заказывали? Новогодние сказки

Хрюн уставился в монитор, так, что глаза стали еще больше, чем обычно, хотя казалось, что больше быть они уже не могут.

– Нашел, – победно завопил он, – вот она, родимая.

Заяц Степан робко выглядывал из-за его спины.

Спина была широкой, прочитать что-то очень трудно. Но он старался.

На его взгляд там не было ничего особенного – так себе средний графоман, вернее графоманша.

Он робко попытался это сказать.

– Правильно, если бы это мужик был, я бы пропустил, но ведь это женщина. Ей надо у плиты стоять, детей рожать, а она все туда же, в творчество. Давай ее к плите и детям ворочать.

Степан замялся. Он стал о чем-то догадываться, хотя пока не был в том уверен, потому и мялся. Да и вообще, при его такте, деликатности, под новый год связываться с женщиной.

– Посмотри, ни запятых на местах, а стиль, да ни одна свинья так не говорит и не пишет, а эта, ну ты посмотри только.

Степан посмотрел.

– А ее вроде читают, – пытался он вставить свое хилое слово. Но куда тут против Хрюна, а тот уже вошел в предэкстазовое состояние. Из ушей искры сыплются.

– Да такие же идиоты и читают, – выпалил Хрюн.

– Но ты вроде тоже читаешь, – робко отвечал Степан.

– Это моя работа такая, графоманов истреблять, приходится маяться, но компенсацию попрошу обязательно, как только с нею свижусь.

– Посмотри. Десятое произведение открыл, та же самая муть болотная, но я и это прочитаю, и другим покажу, они еще нелестнее моего отзовутся, давай поспорим.

– Так зачем же ты открываешь? – робко спросил Степан.

– Надо, пусть я помру тут же от скуки, уже вон пасть перекривило, но за настоящую литературу помереть можно, я не графоман какой-то, буду страдать дальше.

На лице Степана появилось недоумение.

Нет, он, наверное, был так туп, что не понимал чего-то очень сильно.

– Может, кого другого поищешь? – робко спросил он.

Предчувствия у него были какие-то нехорошие, а тут еще черный кот пробежал под окном, дорогу им не перешел, но кот от этого белее не стал.

– Не хочу другого, они еще хуже будут, – упрямился Хрюн.

– Ну, судя по твоим словам, хуже уже некуда, – снова заметил Степан, он старался увести своего друга от опасной черты.

– Я так не сказал, бывают еще хуже, – между делом, читая двадцатый опус, заметил Хрюн, – но как можно так писать, это же тихий ужас какой-то. Почему она должна так портить мой литературный идеальный вкус, ни рожи, ни кожи, ни стиля, ни грамматики, ничего нет, это же надо так творить!!!

Плохие знаки стали сбываться, Степан заметил, как из соседней комнаты выглянула Алина.

Она готовила новогодний ужин, но хрюканье поросенка привлекло внимание.

Степан надеялся на то, что зрение у нее не такое уж хорошее, и она не разглядит самого главного – какая страница была открыто и над чем там издевался наглый поросенок, который очень рисковал собственной шкурой между прочим, но и это его не останавливало – совсем страх потерял. Разглядела.

В тот же миг затрезвонил телефон, это казалось спасением. Но только на первый взгляд казалось.

Звонил кто-то из ее поэтов.

– У меня для тебя есть подарок, ты давно просил у меня настоящего поросенка и настоящего критика, – говорила она, – мои творения он уже дочитывает, а твои не открывал даже.

Степан свалился со стула.

Он догадался, с кем она говорила, и пополз под стол, чтобы спрятаться.

– Ты прямо сейчас и приезжай, – капризно потребовала Алина, – нечего на завтра откладывать то, что можно сделать сегодня.

Наконец врубился в разговор и сам Хрюн.

– Ты это чего? – насторожился он.

– Пойдешь к Поэту Пупкину, он без тебя весь год страдал, дождаться не мог, пока ты с моими трудами справишься.

– А это еще с какого перепою, мне и тут нравится.

– Прости, я тебя уже подарила, а дареной свинье в зубы не смотрят. Критики нужны всем, делиться надо.

И только теперь до Хрюна дошло, что какой-то черт подсунул ему страницу именно Алины. Но как он сам не заметил, что это была она, как мог не разглядеть.

Хрюн набрал побольше воздуха в легкие, он собрался бороться за свое место под солнцем в этом доме.

– Я его загрызу, не боишься, – поинтересовался он.

– Ну это еще посмотреть надо, – отвечала Алина.

Степан под столом припомнил поэта, и начала рыдать по Хрюну, – загрызть того было очень проблематично.

– И тебе своего друга не жалко? – поинтересовался Хрюн.

– А чего его жалеть, захвалили, ему как раз тебя и не хватает.

– А меня тебе не жалко?

– А ты должен развиваться, совершенствоваться, вот и выяснишь, бывают еще хуже, чем я или не бывают.

– Я с зайцем не хочу расставаться, сжился с ним, – вопил все громче Хрюн.

Степан боялся, что и его за компанию отдадут поэту.

Он робко выглянул из-под стола.

– Ничего, он от тебя отдохнет немного. А после разлуки встреча будет приятнее.

– Если вообще будет, – уже чуть радостнее отозвался Степан, – его вроде опасность миновала, если и отдаст куда Алина, то не к Пупкину все-таки, а это уже не так плохо.

А Хрюн выдохся и обессилил совсем.

– И все только из-за того, что я тебя немного покритиковал? – он решил идти на переговоры с Алиной.

– Я должна делиться с другими, ты единственный и неповторимый, Пупкин без тебя испишется и сопьется. Ты ему просто необходим, а мы со Степаном будем ждать и скучать.

В прихожей раздался звонок.

Когда Алина вернулась вместе с тем самым поэтом, за это время он стал еще страшнее, и разило от него перегаром так, что Степан зашатался.

– Где мой поросенок? – спросил Пупкин.

Квартира была небольшая, обычная квартира, но, сколько не искали Хрюна, они его так и не нашли. В последний момент и Степан спрятался на всякий случай, вдруг он ему достанется, как утешительный приз.

– Снова Новый год я буду совсем один отмечать, – заявил Пупкин, – а собирался, как все нормальные люди, поросенка с хреном поесть.

– Я тебе критика нашла, а ты его есть собрался? – удивилась Алина.

Пупкин ей подмигнул лукаво.

Только тут разглядел Степан, что был это актер их любимого театра, а вовсе не сам поэт. Но для зайцев и поросят все люди на одно лицо.

Актер ушел. Играл он пьяного поэта классно, ничего не скажешь. Алина пригрозила Степану, да он и сам бы ничего не сказал, даже если бы она его о том не просила.

Хрюн только через полчаса тихонько выбрался из дальнего угла шифоньера, от него воняло нафталином и апельсиновыми корками, а на плече примостилась моль средних размеров.

Он с грустью уселся в кресло и молчал весь вечер.

Когда заявился сам актер, игравший недавно Пупкина, Степан его не узнал, а Хрюн и не мог узнать, – симпатичный такой и обаятельный актер.

Веселились они до утра..

И только когда он сказал на прощание, что поросенка с хреном ему так и не удалось попробовать, Хрюну это что-то такое напомнило.

– Да что им всем поросята дались, что есть больше нечего, – начал возмущаться снова неисправимый наш критик.

– Если он критика съест, – говорил Степан, – то театру жить легче будет.

– Подавится, – проворчал Хрюн.

Но Новый год наступил, и Критик чудом остался цел. Только усвоил, что поэты и сказочники лишь кажутся белыми и пушистыми, а отомстить они еще как могут.

Но ведь не стоит критиковать и гадить там, где ты живешь. Выбери себе кого-то дальнего, того, у кого руки коротки тебя достать и зажарить, и критикуй, сколько душе твоей угодно.

Так спокойнее и целее будешь

Этот закон вывел для себя самый крутой критик Хрюн Моржов, после того, как чуть не оказался съеденным пьяным поэтом Пупкиным, который, как и все поэты считал себя Гением, а потом мог съесть любого критика и не подавиться.

Такие вот новогодние происшествия порой случаются в окололитературном мире.

Глава 6 Утро Деда Мороза

Утром 1 января все спали в доме сказочницы Алины.

Тишина стояла удивительная, слышно было, как снежинки шуршали за окном. Только некому пока было любоваться на них и слушать снежную музыку тоже некому.

Главный критик года знаменитый поросенок Хрюн Моржов, который, как мы знаем, чуть не съеден был накануне поэтом Пупкиным, по крайней мере ему так казалось, пробудился ни свет, ни заря.

Беспокойство, расстройство от пережитого не давало ему спать спокойно.

Настоящих критиков и без того все время беспокойство терзает: напишут ли что-то такое, что можно критиковать, впадая в экстаз, кто напишет, и можно ли критиковать, так, чтобы не оказаться в один миг зажаренным.

Это сами поэты и сказочники строчат свои вирши, ни о чем не задумываясь, а если ты критик и свинья в одном флаконе, то жизнь у тебя особенно трудная.

Тревоги скрутили бедную душу нашего Латунского с пяточком на физиономии.

И это в первый день Нового года.

Хрюн ходил из угла в угол, стараясь не стучать копытами, чтобы не разбудить остальных, особенно пса Макса, тот мог и покусать запросто, если ему снится какой-то красивый сон, а кто-то осмелился его разбудить, пусть и сам Хрюн.

Нет, не мог успокоиться критик, он думал упорно, как загладить свою вину. И хотя перед тем, как идти спать Алина убедила его в том, что на таких свиней она не обижается, а заяц Степан заверил, что это так и есть, но неспокойно было на душе у Хрюна.

Решил он все-таки как-то загладить нанесенную обиду.

И не то, чтобы он особенно изменил свое мнение о творчестве Алины, хотя успел убедиться, что несколько преувеличил возмущения, сгустил краски, скажем так.

Но разве не такой должна быть критика, из мухи надо сделать если не слона, то медведя средних размеров. Он и сделал, как обычно, когда всех подряд критиковал, невзирая на лица и звания. И вроде все ему сходило с копыт до сих пор, ну посылали его подальше особенно обиженные мужи, но это его вдохновляло на новую критику. А уж сколько он знал нехороших слов, вам столько и не снилось.

Главное – он далеко был от этих грубых и наглых парней, а на этот раз промахнулся немного, косякнул, скажем так.

И ведь твердили все вокруг, что женщин обижать не рекомендуется, а тех, с которыми ты рядом живешь, особенно, только он и не слушал таких советов.

А что можно сделать, когда влип?

Что-то такое, чтобы она забыла о предновогоднем происшествии.

И какая-то зараза по радио (ей видно тоже не спалось) стала предлагать сказочную услугу – вызвать Деда Мороза на дом.

Так как никаких иных идей у него не было, то Хрюн слишком поспешно схватился за эту. Долго думать не стал, набрал номер, который она твердила, да и вызвал, на полдень.

Если они еще не проснутся, то Дед Мороз их и разбудит.

Он его проинструктирует этого деда, что делать нужно, так все и образуется. Успокоился немного Хрюн, только не особенно сильно, надо было еще подготовиться к встрече.

№№№№№№№

Когда раздался звонок в дверь, Хрюн бросился туда со всех копыт.

На пороге стоял Дед Мороз. Только какой-то странный.

Конечно, трудно было разглядеть что-то под таким костюмом, но помня о том, что он Деда заказывал, Хрюн не удивился.

Удивительным было другое, дед покачнулся и упал почти на него, поросенок едва отскочил в сторону:

– Алина, спаси меня, Алина, – прохрипел он.

Поросенок услышал только имя хозяйки и очень удивился, потому что имени ее он в заказе своем не называл. Он его как раз и хотел Морозу теперь сказать, и все остальное, что от него требуется, тогда откуда….

– И чего ты так нажрался, – ворчал он, – и даже когда брызнуло что-то красное на паркет, он решил, что у того бутылка с вином разлилась.

Правда, тут же выбежала полуодетая Алина.

– Что тут творится?

– Дед Мороз, – прохрюкал поросенок.

– А что ты с ним сделал, – Алина увидела кровь.

– Ничего не успел, – честно признался Хрюн, – он свалился, пьяный, наверное.

– Он ранен, – произнесла она.

– Я не заказывал раненного Деда, – вопил поросенок, когда пес выскочил к ним, – Я конечно, хотел сюрприз, но не такой.

– Не трогай его, следы останутся, я в кино видел.

Но теперь Алина не слушала его.

– Влад, – прошептала она, – отбрасывая в сторону шубу, бороду и все, что скрывало от нее этого звездного мальчика.

– Спаси меня, – хрипел он, – они меня прикончат.

Алина оттащила его в комнату, и заставила закрыть дверь.

– Это не тот Мороз, – хрюкал поросенок, – этот самозванец, его надо выбросить, у нас с ним неприятности будут.

Но Алина уже звонила какому-то доктору знакомому, что-то делала, а Хрюн сидел посредине комнаты в недоразумении.

Она забудет о происшествии, это точно, только возможно и со следователями и с казенным домом познакомится.

А если бы он так наивно не распахнул дверь, то парень бы остался на лестничной площадке, на них бы подозрение хотя бы не пало.

Когда в дверь позвонили снова, Хрюн уже не решился открывать, ему показалось это дурным знаком.

На пороге стоял заспанный старый знакомый врач. Они вместе встречали новый год, и он советовал не есть свинину, молодец парень, только что теперь им всем делать? Этого Хрюн даже не слушал. Он смотрел с тоской на дверь, куда снова позвонили.

Ведь если тот дед Мороз фальшивый, то сейчас появится настоящий, им же и заказанный, которого им только и не хватало.

Он бросился к псу.

– Нам надо увести дед Мороза от дома, чтобы и духу его не было.

– Его трудно увести, он плохо двигается, – говорил ему пес.

И тогда Хрюну пришлось объяснить все с самого начала. Ругал его Макс за самодеятельность недолго, надо было действовать.

У подъезда затормозила машина, и уже заказанный дед Мороз появился перед ними.

Когда к нему навстречу выскочил озверевший пес, – так Макс любил пугать чужаков, дед отскочил в сторону, провалился в сугроб.

Макс зарычал и погнался за ним.

Редкие прохожие видели довольно странную картину: дед, улепетывающий от пса. Многие решили, что снимается очередной фильм или сюжет для юмористической передачи, которых теперь было пруд пруди.

Кто-то заметил у подъезда и поросенка, но никто не удивился. Каких только причуд не бывает у новых русских, да и не новых тоже.

Макс вернулся через полчаса и заверил, что далеко угнал Мороза

– Он больше не вернется сюда, устал больно, да и в милицию кажется, попал, – заверил пес.

– Хорошо, что не под машину, – покачал головой Хрюн.

Он чувствовал ответственность за деда, которого втянул не в очень приятную историю.

Они вернулись домой. Доктор в коридоре давал Алине какие-то указания по поводу второго Мороза, незваного.

– А вы где были? – обратилась она к своим животным.

– Деда Мороза гоняли, – тявкнул пес, Хрюн в первый раз полез за словом в карман, и сказать ничего не успел.

Алина промолчала.

Теперь уже Хрюн на нее уставился.

– Ты говорила, что Велес любит троицу, так нам, что еще третьего Мороза ждать?

– Двери пока больше никому не открывать, – строго предупредила она.

– Я и этому открывать не хотел, только так само получилось.

– Этому ты правильно открыл, другим больше не открывай, – потребовала Алина.

– А чего ты боишься, если бы ты видела, как Макс моего Мороза по улицам гонял.

– Какого это твоего, о чем ты все время твердишь? – наконец расслышала его намеки Алина.

– Я его утром заказал, тебе подарок, а так как дареному Морозу в зубы не смотрят, то пришел совсем другой.

Хрюн понял, что он сам запутался в том, что говорил. Но в это время раздался звонок в дверь. Они замолчали.

– Надеюсь, это твой Мороз, и он без автомата, – тихо произнесла Алина.

– Мой вряд ли, он в милицию попал, его оттуда так быстро не выпустят.

Они отошли от двери, растерянные и задумчивые.

Кто бы там не был, дверь открывать и на самом деле не стоило, для собственного спокойствия, если не безопасности.

Но что же надо такое сделать еще поросенку, чтобы Алина забыла о том, как он утром впустил в дом раненного Мороза и создал столько новых хлопот?

– Ничего не делай, – тявкнул Макс, с которым он поделился своими сомнениями, – думаю, – это самое лучшее, что ты можешь сделать.

Бывают же такие люди и свиньи, которые только и умеют проблемы создавать, сам бы тебя съел, да печень берегу.

Хрюн обиженно ушел на свою подстилку, надо было рассказать зайцу Степану о том, что произошло, пока он бегал в гости на соседний балкон к крольчихе какой-то.

Нет, нелегка жизнь русского критика, это точно.

Глава 7 Китайский кот против японского кролика

Надвигался внезапно лавиной
Год кошачий и кролика год.
Грациозно нас тигр покинул,
Кто же явится, что еще ждет?

Плодовит, полосат и отчаян,
Кот и кролик боролись опять,
Что им снилось порою ночами?
С кем остаться, чего еще ждать?

(начало сказки Алина о новом 2011 годе)

В комнате стояла тишина. Только ясная луна освещала спящего кота Захара, развалившегося в лунном свете и казавшегося особенно рыжим, полыхающим в мутноватом, золотистом свете полусонной ночной красавицы – луны.

Спал поросенок Хрюн, когда-то прижившийся в доме Сказочницы, друживший с псом Максом, и отчаянно воевавший с котом Захаром. Не сошлись характером кот и поросенок, и это еще мягко сказано, они вели холодную, а порой и горячую войну не на жизнь, а на смерть. Но в этой схватке не было победителей. Не спал только пес Макс, как и всегда он охранял ночами свой дом и своих животных.

Он на миг залюбовался огненным котом, а потом спохватился.

– Так и до пожара недалеко, – подумал пес Макс и разбудил Захара, бесцеремонно ударив его мягкой лапой по рыжему брюху.

Кот подскочил и стал озираться вокруг. Он был уверен, что сделал это наглый поросенок, кто еще мог так яростно вмешиваться в его личную, можно сказать интимную жизнь?

Но увидел Захар только своего любимого пса – стражника, с которым они жили давно, порой как кошка с собакой, а чаще всего мирно и дружно, чего только в этой собачье – кошачьей жизни не случалось.

– Ты что, озверел, такой сон не даешь мне доглядеть, – ворчал Захар, поросенка бы он на куски порвал с удовольствием, но если это был пес, придется смириться и терпеть. Он еще может пригодиться, да и от Алины попадет, она и так его все время попрекает за то, что он Маска задирает, два раза даже сильно его покарябал. Следы когтей не проходили несколько дней, на самом же коте не было обнаружено ни одной царапины, что и выдало его с головой, и помогло совершиться правосудию Сказочницы.

Но если все повторится, то для него закончится плачевно, к гадалке ходить не надо, потому кот подальше убрал когти, чтобы чего не вышло и насупившись, молчал.

– И что же тебе снилось? – вежливо поинтересовался Макс.

– А то и снилось, почему- то я там боролся с каким-то кроликом, и так упорно боролся, что прямо жуть. И ведь что интересно, он маленький белый и пушистый, а я его побороть никак не мог. Приснится же такое, да еще с четверга на пятницу, ведь точно сбудется, как пить дать…

– И ничего удивительного, – отвечал пес, – мне давеча ворон на хвосте принес, что следующий год…

Но договорить Макс не успел, потому что тут же на окно приземлился тот самый бесстрашный ворон Кар, который не боялся ни добродушного пса, ни коварного кота Захара, ни наглого поросенка Хрюна, ни даже их хозяйки сказочницы Алины.

Сказочницу ворон особенно уважал, часто к ней прилетал, садился перед монитором и слушал отрывок из очередной волшебной истории.

– Надеется, что она его снова чародеем сделает, – как – то ехидно заметил Захар.

– А почему бы и нет, может и славный парень получится. В каждом вороне и волке зачарованный чародей живет, – отвечал пес.

– Славный, только тогда нам с тобой потесниться придется, а чародеи, от них чего угодно ждать можно было. Посмотрю, как ты потом радоваться станешь. Но собака есть собака, что с тебя возьмешь. Кот-то с любым крокодилом уживется, а вот как собака с волком да чародеем сладит, это мы еще поглядим.

Больше они не вспоминали о том, как ворона снова в чародея превратить, но во всем остальном были единодушны, и ворона видели часто. Вот и теперь Карр появился вовремя:

– Это я тебе такой сон послал, – прокаркал ворон, – потому что следующий год будет у нас годом кота или кролика.

Захар удивился еще больше:

– Это как кота или кролика, у тигра значит свой год, у дракона свой, даже у нашей наглой свиньи свой, а мне что с кроликом делиться? Что-то я такого прежде не слышал, ты это видать только что придумал, чтобы мне отомстить.

Ворон ничего в ответ каркнуть не успел.

– Ничего страшного, – заявил ему Макс, – например, у гусей-лебедей вообще никакого года нет, а у тебя пускай и с кроликом, но все-таки есть. Если договоритесь, половина года будет твоя, воловина его, ничего страшного.

– Не хочу я с кроликом, я свой год хочу, – топнул лапой строптивый кот.

– Значит, ты будешь китайским котом, – каркнул ворон.

Он порадовался, что может хоть слово вставить в разговор собаки с котом.

– А почему это китайским? – удивленно спросил Захар, но почувствовал, что в этом может таиться для него спасение. Жаль, что он ничего о китайском коте раньше не узнал.

– А потому, что китайцы считают этот год годом кота, а вот японцы – годом кролика. И если бы ты жил в Китае, то ни о каких кроликах там речи нет. Может, в Китай тебя переселим, хотя бы на этот год – будешь там свой год отмечать, а потом вернешься назад.

– Ни в какой Китай я не поеду, там и без меня, наверное, котов не меньше, чем людей, здесь родился, тут и год кота устраивать будем. Или вы мне помогать отказываетесь?

В комнате повисла тишина. Захар зажмурился и увидел вокруг кучу кроликов, они наступали на него со всех сторон, и он понял, что они его сожрут, и глазом не моргнут.

– Попробуй только дом оставить, – размышлял он, – Алине наверняка кто-то кролика подарит, а к концу года, если они такие плодовитые, и лапы поставить негде будет. Нет, я должен свой дом охранять, тут и так свиней уже и поселили, а кролики – это перебор.

Помнится, им поросенка подарили какие-то шутники – друзья Алины, думали, что она его зажарит, а она и не собиралась, вот с тех пор конец света и наступил. И что потом началось, так поросенок хоть один, а кроликов сколько?

№№№№№№

Тем временем Хрюн хрюкнул во сне и пробудился. Почесал ухо, прислушался к карканью и тявканью, узнал, что их там так в полночь взволновало, про себя нелестные слова (как обычно, чего от кота ждать) услышал, и решил Захару обязательно свинью в виде кроликов подложить.

– А может, мы у нас тут просто год кота устроим и только? – стал торговаться Захар.

– Размечтался, получишь тут год кота, можешь не сомневаться, – мстительно думал поросенок, и прикидывал, где ему кроликов да побольше, да поплодовитее раздобыть.

Месть заразна и заразительна, о том, что кролики выживут не только кота, но и самого поросенка, Хрюн не думал, увлекся сильно. Он вообще привык сначала, что-то делать, а потом думать. Свиньи очень на людей похожи, сначала создать трудности, а потом их героически преодолевать – это их кредо.

Видя, что поросенок еще ни одного слова не прохрюкал, хотя и был уже тут как тут, Захар насторожился еще больше. Молчание вражески настроенной свиньи было совсем дурным знаком, и что ему только с ними со всеми делать прикажете? Вот тебе бабушка и год Кота наступает.

Ворон и пес переглянулись. Они думали о том, чей это должен быть год и как его поделить, а может ворону отдать, чтобы делить не пришлось, никому не было обидно.

– Ну не знаю, – говорил Макс, – надо будет у Алины спросить. Она хозяйка, она пусть и решает, что нам делать, кого праздновать, а кого оставить…

– Ничего не надо спрашивать, мы ей такой подарок сделаем, это будет год кота не только в Китае, но и у нас, другой пусть будет годом кроликов (Захар был уверен, что одиннадцать лет ему не прожить, потому так вольно распоряжался следующим своим годом), а этот сделаем моим.

Пес и ворон таили молчание. Но дурные предчувствия не оставляли кота Захара.

№№№№№

Сколько уже праздников успели встретить наши животные. Но ни один из них не был так волнителен и так таинственен, как год китайского кота и японского кролика.

Захар пытался выяснить у Алины, за кого она, за котов или за кроликов.

Сказочница усмехнулась:

– Я думаю, что нам не стоит и японцев обижать, смотри, какие они умные и продвинутые.

Шутила и издевалась ли она, или говорила серьезно не понять, не разобрать. И хотя год должен наступить в конце февраля, как ворон авторитетно заявил, но нам – то всем закон не писан, и животных в подарок несут и везут и тащат именно в новогоднюю ночь.

Конечно, кролик по сравнению с поросенком, это просто забава и ничего страшного в том нет, но это как сказать.

Захар сам встречал многочисленных гостей, которые ласково на него взирали и хвалили Алину за то, что их уже кот встречает, да такой рыжий, вот и год обещает быть прекрасным – Захар радовался, что он мог им принести удачу.

Она только загадочно улыбалась, понимая, почему ее кот бьет лапы и прислушивается, принюхивается, оглядывается на Макса, у которого нюх еще лучше. Явно неустанно за подарками следят. И не было бы гостям счастья, да несчастье кота помогло его найти и порадоваться за грядущее.

Гостей он сразу стал делить на японцев и китайцев, хотя те о таком и не подозревали вовсе. Но кроликов, как ни странно, пока никто не принес. Белого тигрёнка, превратившегося во взрослого тигра, уже отправили в замок Алининого друга, в комнате он бы просто не поместился, а там ему жилось вольно и сытно, парень верил, что тигр ему еще успеет помочь во всех его светлых и не очень делах, а вот кролики пока не появлялись.

Не только пес, но и поросенок понял, что гости на этот раз подкачали, ни один из них кролика не притащил, пара котят – черный и рыжий были, но это Захара не пугало – не заботило – коты свои, им всегда найдется тут место.

№№№№№№№

Ровно в полночь, когда гости уже благополучно проводили старый и встретили новый год, Захар мог улечься передохнуть. Ему надоело быть королем – хотя таких ужасов, как любимая Алинина героиня он не пережил, но все-таки, сколько было волнений разных. Можно засыпая поверить, что китайский кот победил японского кролика, и шанса ему здесь никакого не оставил.

Кот заснул без задних лап, когда поросенок тихонько пробрался к его лежанке около кресла и носом подсунул туда коробку, где копошились три кролика.

Кот унюхал кроликов, но решил не просыпаться, так получится, что они ему только снятся. А потом может сами куда денутся.

На рассвете он все-таки проснулся, и понял, что коробка реальная, можно было не заглядывать, там были кролики, настоящие, живые, а не игрушечные.

Он бы, наверное, лопнул от злости, если бы Макс не протиснулся в комнату.

– Их принес кто-то из запоздавших гостей? – тихо спросил Захар, чтобы не разбудить этих животин.

– Не думаю, никто больше не приходил.

– Значит, эта свинья решила мне отомстить, но где он их взял? Как жалко, что его еще поросенком не зажарили и не слопали, это все Алина, я ей говорил, что нельзя поросят жалеть, из них потом такие вот наглые свиньи вырастают.

Если с Максом Захар иногда вед войну, то с Хрюном всегда. Покой им даже и не снился давно.

Кролики все-таки проснулись, закопошились…

– Спрячь их, пока Алина не видела, они ей наверняка понравятся, и тогда.

– Мы пойдем другим путем, – заявил Макс.

– Что хочешь, твори, только от кроликов спаси.

Он взял след Хрюна, и след привел на соседний балкон, где плакала маленькая девочка. Она выбежала на мороз в одном платье, думала, что кролики ее остались там.

– Они пропали, они такие маленькие и уже замерзли, – говорила она Максу, – но как же я могла не уследить за ними, я ведь только на миг заснула, а все три кролика пропали. Что же теперь будет?

– И ты мог обидеть ребенка, – набросился на Хрюна Захар, – да какая же ты свинья после этого. Смотри, как она горько плачет.

– Там не было никакого ребенка, там мужики были здоровые, они их съесть хотели, а я спасал, – отбивался от кота поросенок.

– Не ври при детях, детям нельзя врать, а то из них такие же свиньи получатся.

– Это только котов люди не едят, а свиней и кроликов еще как лопают, хоть у кого спроси, я их спасал, – не сдавался Хрюн, но девочка увидела коробку, которую они приволокли, и спросила:

– А они живы, мои кролики, они не замерзли?

– Конечно, не замерзли, пока ты спасала, их наш кот охранял, – говорил ей ласково Макс.

– Своим телом закрывал, – хрюкнул поросенок. – Ты забирай их скорее, а то мы их берегли, а ты заморозишь, – прибавил он, проявив при этом излишнюю заботу.

– Да, заставь Хрюна кроликов беречь, потом и следа от них не останется, – мяукал Захар.

Но ему не о чем было волноваться, кролики уже перекочевали вместе с Дашей в соседнюю квартиру.

– Ну, ты успокоился? За стеной у нас будет теперь японский мир, с кроликами, а тут китайский, а что гармонично, – примирительно твердил Макс.

– Нормально, – согласился Захар, – только надо дырку в стене заделать, чтобы они снова сюда не перебрались, а если поросенок полезет, чтобы он там навсегда и застрял, на японской территории, ему только с кроликами и жить, если с нормальными котами ужиться не может.

– Какой же ты злой и противный, жаль, что твой год скоро, тебя даже покусать нельзя.

– Только попробуй, и сам узнаешь, где свиньи зимуют…

Так они переругивались довольно добродушно, забыв о том, что еще почти два месяца в мире будет царить тигр, а потом, в феврале он просто уменьшится до размеров рыжего кота – тоже не плохо, хоть и мелкий, а все-таки хищник…

А с таким котом, как Захар, год просто не может быть неудачным….

Глава 8 Тигренка заказывали?

Три кота, два тигренок и ангел. Новогодняя сказка

Алеше и всем, всем, всем…

Медленно выползало алое солнце, когда поросенок Хрюн открыл один глаз и увидел ангела.

И ничего удивительного, ангел Ал жил в доме сказочницы, как и поросенок и кот Захар. А нынче они все просто перебрались на старую дачу, чтобы там, около заповедного леса, под настоящей елкой встретить новый год. Удивительным было не явление ангела поросенку, а совсем другое. Ангел о чем-то говорил с чужим котом. Это был вовсе не Захар.

Уж своего противного кота, от этого огненного и такого пламенного Хрюн бы отличил сразу.

– Коты могут быть благородными, – подумал поросенок, и сам удивился, потому что поверил своим глазам. И только тут ему стало интересно, о чем говорил ангел с тем котом.

– Надо найти красивого белого котенка, а еще лучше полосатого, чтобы он был на тигренка похож, и подарить его Алине. Не будем же мы ей дарить настоящего тигра.

– Мы из него потом такого тигра вырастим, – пообещал кот, – что и захотят, а не отличат одного от другого.

Хрюн про себя подумал, что котенок – это все-таки подстава, но как только представил себе, что в доме у них поселится настоящий тигр, который всегда будет голоден, и может его просто слопать в один прекрасный день, то решил, что ложь это лучше, чем тигриная правда. Хотя от своего знакомого попугая поросенок слышал, что ложь так прекрасна, что не стоит ей злоупотреблять.

А как тут не будешь злоупотреблять? Если вместо белого котенка, из-за твоей правды голой и страшной, правда чаще всего страшной и бывает, тигра придется терпеть. А говорят, они живут долго, его точно переживут.

За то время, пока Хрюн жил у сказочницы, он стал настоящей свиньей и настоящим философом. И это в нем очень интересно, порой даже забавно сочеталось.

№№№№№№№№№

Когда поросенок открыл второй глаз ни ангела, ни чужого кота уже не было, но зато наступил последний день старого года, и жуткого быка сменил (правда не сразу) белый и полосатый тигр.

По комнате прошелся кот Захар, поросенок сразу и спросил у него:

– А ты видел ангела и другого кота?

– Другого? То, что ты меня не узнал, это хорошо, богатым буду, а вот ангелов у нас только свиньи видят, – довольно резко отвечал кот Захар.

Вот и поговори с таким котом, еще и всех свиней разом обидел, да худших свиней, чем коты, наверное, нигде и нет.

Хрюн долго мог развивать эту мысль, даже сам с собой разговаривать начинал. Но все-таки остановился, потому что снова появился Ангел Ал.

Ангел Ал незаметно, как ему казалось, поставил коробку с другой стороны елки, там, где она была почти неприметна, и так же быстро исчез.

– А я-то знаю, знаю, знаю, что там маленький белый котенок, похожий на тигренка, – так Ал хочет убить двух зайцев разом, и удачу Алине принести и тебе пинка дать, – сообщил почти по дружески Хрюн коту Захару.

Тот зашипел на него, понимая, что, скорее всего Хрюн прав, если в доме появится маленький котенок, то он будет совсем заброшен и забыт, а малого того, его еще заставят воспитывать этого символа нового года, да из обычного кота крутого тигра сотворить, словно он чародей или ведьма какой. А потом, когда ничего не получится, попрекать начнут.

№№№№№№№№

Когда в обед в доме появился кот Баюн, то Захар бросился к нему, он решил лапами этого кота исправить те ошибки, которые допустил Ангел по своей наивности и легковерию.

Сказочного кота Баюна Захар любил еще меньше, чем поросенка, потому что на то были свои причины.

В Алининых сказках Баюн всегда был умным и ученым, а сам Захар наоборот. Ведь сказки всегда на контрастах строятся. Но и это не самое страшное, бог с ними со сказками, они останутся, а он давно уже будет отдыхать в своем кошачьем раю, и никто не узнает, каким был тот противный, трусоватый, нагловатый кот, который их Баюну только и делал, что палки колеса вставлял.

Но ведь и это не самое страшное, а то, что и в жизни у Баюна все получалось прекрасно. Он и тут стал этаким Брендом, с которого и дом и мир начинался. И на презентациях он сидел на самом почетном месте, а остальные так, оставались в эпизодах и немых сценах.

Да и какой другой кот за ним угонится. Если кто-то и мог справиться с ним, то черный кот Баюн. У того и на Баюна находилось что-то отчего, наш бренд был уже не такими безупречным, блестящим и сказочным.

Вот и выложил Рыжему все кот Захар. Должен же он был ему хоть какой-то подарок в новогоднюю ночь сделать.

– Будет тебе подарок, только живя рядом со Сказочницей, ты должен помнить, что надо бояться своих желаний, они ведь сбываются, особенно если такие коты берутся за дело.

Захар молчал.

– Оно сбудется, а у меня будет одно условие, ты не будешь требовать, чтобы я воротил все взад.

– Ну, как ты выражаешься, – поморщился Захар.

– Как хочу, так и выражаюсь, это Баюн литературным языком владеет, мне и дворового хватит, ворачивать не надо будет?

– Вворачивать не надо будет, – согласился кот Захар. Кажется, он дразнил Рыжего, это тоже могло ему дорого обойтись, но Захар огнем пылал от желания мести Баюну, потому на такие мелочи внимания не обращал, а напрасно.

Он услышал, как рассмеялся Хрюн, тот подслушивал как всегда, а что он еще мог делать, когда Барс разговаривал с Захаром?

Хрюн пожалел только о том, что не записал этот диалог на диктофон, чтобы потом Алине прокрутить. Если он сам перескажет их речи, то она не поверит, и будет убеждена, что он все это придумал. А ведь такого нарочно не придумаешь.

Но момент его триумфа был упущен, оставалось только сожалеть и в ярости стучать копытами по паркету.

Вот так всегда. Хотя больше его интересовало другое, что же придумает кот Б

Баюна Хрюн любил, они были одной крови, хотя внешне этого никогда не скажешь. Ну, одного поля ягоды – это точно. И самое главное, что как люди списывают все свои пакости на чертей, так он мог списывать все на Рыжего, и Хрюн рядом с тем котом казался если не ангелом, то вполне приличной свиньей, это вам даже кот Захар скажет. Ну, если у него будет хорошее настроение.

Одним словом, Хрюн должен был раньше самого Захара и всех остальных узнать, что же такое придумает кот Баюн, чтобы помочь Захару, подставить ангела и Захара, и доставить приятные минуты сказочнице Алине в новогоднюю ночь. Хотя об этом он думает меньше всего.

Нет, Рыжий любил сказочницу Алину. Это она воскресила (разбудила от долгого почти летаргического сна) нашего славного кота. Она сделала его героем новых сказок, что было Баюну очень приятно, ничего не скажешь. И она так точно угадала его характер, что его полюбили еще больше, и стал он не только секс символом, но и котом номер один в современной литературе. А конкуренция была ой, как велика, тут вам и японцы, и китайцы, и кто только не вставлял ученых, и тупых, и разных котов в свои повествования.

Но Баюн остался сам собой, и еще несколько подрос и увеличился в размерах, по месту, которое ему в сказках было отведено точно. И кто бы вообще запомнил древнего Баюна, если бы там на каждом шагу не было его самого? Нет, Баюн, это то самое добро, но какой бледный вид оно имеет без зла? Даже представить себе невозможно.

Но в этом литературоведении мы уже далеко ушли от реальности, и от нового года, который стремительно приближался.

№№№№№№№№

Когда кот Баюн, совсем как ангел недавно, пробрался к елке и незаметно, ему это удалось, заменил одну коробку другой, видел все это безобразие только поросенок Хрюн. Он схватил котенка, выброшенного с законного места, и унес его в свой уголок. О невинном звере надо было позаботиться, пока тут такие интриги коты плетут. Не должен же он им уподобляться. Он ведь поросенок, а не какой-то противный кот.

А между тем, время таяло. И Алина вместе со своими гостями ввалилась в дом. Шуму было столько, такое началось. Кому праздник, а для Хрюна настоящее испытание, конец света. Хотя Новый год должен быть его началом, но кому не известно, что вначале есть финал, а в финале начало.

Кот Захар хотел быть первым. А кто дольше, чем он жил рядом с Алиной? Вот он ее и к елке и к коробке, которая была похожа на прежнюю и потащил.

Алина весело улыбалась, говорила что-то и кому-то по сотовому, но пошла за своим котом.

– Захар, да подожди ты, надеюсь, твой подарок никуда не убежит? —спросила Алина, понимая, что именно так и случится.

Только даже коснуться коробки она не смогла, ей навстречу выскочил, как черт из табакерки, белый тигренок. И был он значительно больше любого взрослого кота.

Кот Баюн стоял точно за ее спиной, видеть его сказочница не могла, хотя она прекрасно понимала, чьих это лап дело.

– Спасибо Захар, – растерянно говорила Алина, отложив в карман джинсов телефон, – и где интересно вы этого тигра взяли.

– А что будет в год Дракона, – ядовито спросил Хрюн, – они из тридевятого царства точно Горыныча сопрут.

– Подожди с драконом, – остановила его Алина, – нам надо понять, откуда исчез тигренок, куда его возвращать, и кто к нам пожалует в гости, без всякой радости вернуть себе награбленное?

– Надеюсь, не у Кирпича, а то Баюну опять отстреливаться придется, и на этот раз боевыми патронами, как тому сумасшедшему майору. Хотя майор рядом с его противниками покажется ангелом, – Хрюн покосился на ангела.

– Ты бы не хрюкал, а то беду и нахрюкаешь, – шипел на поросенка Захар, но ему тоже показалось, что устали поросенка глаголет истина.

Алина повернулась к Баюну, она его даже затылком чувствовала, да и кто же еще мог придумать такое.

– Я не знаю, у кого я его стащил, из какого-то Джипа спер, а кому он принадлежит, не знаю, там не было написано, – скороговоркой твердил Баюн.

И, кажется, он на самом деле не знал, что еще больше осложняло и дело, и сам праздник уже казался с привкусом грусти, а то и трагедии.

– Рекламы наслушался, там говорят, что твои книги еще воруют в библиотеках и магазинах, ну и я решил в таком же стиле действовать, чтобы соответствовать. Пусть рекламщики и отстреливаются от бандитов, хотя ведь они сами могут бандитами оказаться, если на них учителя и милиционеры в фильмах похожи, то тем, сам бог велел разбойничать…

Но, кажется, только сейчас Баюн понял, что совершил он нечто и на самом деле не очень хорошее, и опасное, время не рассчитал просто, ориентацию потерял… Или все это было только сплошное притворство, как и всегда?

Все молчали, осмысливая происходящее.

– И что теперь делать? – спросил Баюн.

Но если он в тупик зашел, то, что говорить об остальных?

В комнате повисло тягостное молчание. Только гости шумели где-то внизу.

– Лучше бы ты Алинины книги украл, может, дополнительный тираж был бы, а теперь только пуля, с контрольным выстрелом, надеюсь, что в твою дурную башку, – Хрюн потрогал свою собственную голову, словно пуля над ним уже просвистела.

А потом началось…

№№№№№№№№№

Гости куда-то пропали, словно тот самый ангел хранитель, или толпа ангелов увели их в другое место. Но это не удивило, не огорчило, а скорее даже обрадовало Алину.

Тигренок, совершенно живой (как хорошо, если бы это была какая-то ультрасовременная игрушка, пусть и очень дорогая) сидел перед ней, уставившись на Сказочницу своими изумрудными глазищами.

Она присела перед ним.

– И что мы теперь с тобой делать будем?

– Новогоднюю сказку писать, – пытался ее успокоить и ободрить кот Баюн, но на этот раз как-то у него неуклюже получилось.

Тигренок протянул ей лапу огромную и белую, с такими когтями, что ими можно было пригвоздить к стене кого угодно, но он казался веселым и дружелюбным.

Только Баюн почему-то волновался, прямо дергался, не давал им хотя бы на короткий срок насладиться белым зверем, под знаком которого и должен проходить целый год.

– Я слышал, сам Глоба сказал, что год будет фатальным и непредсказуемым, весной обвал, летом революция, – заявил Баюн.

– Вероятно, нам всего этого увидеть не суждено, – пытался в тон ему шутить Захар.

Настроение прямо как в одном из романов того самого ужасного писателя, которого тетки во всем мире любил читать перед сном, а Хрюн после фильмов по тем романам один до туалета дойти боялся.

Но это была литература – вторая реальность, а тут в Новый год свои родные звери шутят, да так, что тот дядька-ужастик отдыхает.

И в это время в дверь забарабанили.

– Спрячь тигра, – истошно закричал Захар, он был современным котом, и инстинкт самосохранения у него был сильнее, чем у сказочных собратьев.

– Куда я его спрячу, – отвечал Рыжий..

А тигренок, словно боясь, что его далеко спрячут, а потом не найдут, совсем как собака, бросился бежать к той самой двери в которую и тарабанили какие-то люди, судя по всему, намерения у них были вовсе не праздничными.

Алина пошла за тигренком, почему-то дверь открылась сама. Никто еще не прикоснулся к замку. Может быть, гости ее плохо закрыли.

Маски и оружие у трех типов были настоящими. Тигренок как-то отскочил в сторону, роль сторожевого пса, вероятно, была все-таки не его ролью.

Перед ними стояла Алина, коты копошились ниже, но на них никто не смотрел.

Но все пошло не так, как в плохом детективе.

– Ангел, – вдруг прохрипел один из налетчиков и сорвал маску. За ним последовали и два другие.

Снова воцарилось молчание.

– Я с детства не верил, что они существуют, настоящий ангел, но как он похож на того парнишку.

Пистолеты молча опустились, и грабители стояли неподвижно.

Кот Баюн не стал больше ждать, он вцепился в одного из бандитов, стал драть другого.

– Вы что, очумели, мы так не договаривались, – возмутился Рыжий.

– Но ты нам не говорил, что тут будет Ангел, – буркнул один из грабителей.

В это время на пороге и появился вместо милиционеров какой-то тип в дорогом прикиде, вероятно, тот самый из Джипа которого Баюн и стащил тигренка, или кто-то из его собратьев, чья служба еще опаснее и труднее, чем у любимых стражей порядка.

– Сережа? – удивленно спросила Алина, – но как ты тут оказался.

– Все очень просто, я передумал, я рншил попросить у тебя прощения и вернуться, но какой-то гад у меня подарок спер из машины, а другого белого тигра я не мог найти, они все оказались обычными рыжими, вот и задержался. Ничего здесь уже найти невозможно, даже белого тигра, – парень тяжело вздохнул.

Сергей протянул ей коробку. Никто из животных не сомневался в том, что там был еще один тигр.

И они все заверещали на разные голоса, когда он выпрыгнул из коробки, Алина не удержала ее в руках, зверь был очень тяжелым.

Тут только Сергей и заметил Белого тигренка и наклонился к нему.

– Но как он у тебя оказался, и кто же его украл?

– Кот Баюн, кто еще это мог сделать.

Сергей покосился на кота.

– Он снова здесь?

– А как же без него? Где же его быть, ты же знаешь, как я им дорожу…

Похоже, они снова начинались ссориться, и причиной тому, как всегда был кот ученый? А кому еще быть. Он решил вмешаться, не сидеть же, сложа лапы.

– Ты можешь уматывать, но тигров нам на счастье надеюсь, оставишь? —спросил кот, который Сергея, судя по всему не любил.

Просто они были одного поля ягоды, а одноименные заряды – это всем ведомо – отталкиваются.

Сергей взглянул на Алину. Она смотрела на него. Впору было поставить условие, кто должен с ней оставаться, он или кот. Но Сергей медлил, то ли боялся, что выбор будет не в его пользу, то ли что-то совсем иное его остановило.

– А может ты куда в другое место отправишься, еще кому праздник устроишь? – спросил парень у кота.

– Еще чего, я тут с тиграми останусь, зря что ли воровал, жизнью своей рисковал, у тебя в Джипе такой замок, а сколько сигнализацию отключал, это же ужас просто, а если тебе не нравится, то скатертью дорога, дорогой товарищ…

№№№№№№№№№№

Грабители куда-то незаметно исчезли. Наверное, их увел ангел Ал, который был потрясен тем, что его увидели, даже узнали, и остановились, когда узнали, эти парни. Он снова поверил в свои силы, решил, что не все потеряно, может в некоторых случаях можно и без милиции обойтись будет в Новом году. А вдруг с ним они быстрее на путь исправления вставят? Надо попробовать…

Алина вместе с Сергеем подошла к окну, там был такой снегопад.

И в этом снегопаде резвились тигрята, белый и рыжий, они гонялись друг за другом, кувыркались в сугробах, и рычали друг на друга.

Два кота сидели на заваленной снегом скамейке и следили за ними. Поросенок смотрел на них с высокого крыльца – отсюда было лучше видно, а главное безопаснее.

К тигрятам подлетел ангел. Он только что проводил куда-то грабителей и вернулся, чтобы полюбоваться на то, что творится на старой даче. А здесь был настоящий новогодний вечер, с красавицей елкой, Кащеем или Дедом морозом, вышедшим из соседнего леса и к ним направлявшимся, и двумя тигрятами. А какой снегопад – да просто сказочный. И ангел закружился в удивительном танце. Коты, люди, духи и поросенок Хрюн смотрели на танец ангела завороженные, последними туда уставились и тигрята, растянувшись в снегу. Им еще никогда не приходилось видеть, как танцует в метели ангел. Это просто великолепно.

А снег все падал на бескрайнее поле, и ангел танцевал, и сказочный мир был невероятно хорош.

Таким он бывает один раз в году, в Новогоднюю ночь

И пусть с этой праздничной ночью приснится,
Как белый тигренок в метели резвится.
Он то пропадает, то снова вернется.
И с ним к нам удача беспечно ворвется.

И пусть этот год будет лишь полосатым,
Смотрите, в метели резвятся тигрята.
Рычат и пищат, догоняя друг друга,
В пушистом снегу замирает округа.

Он то пропадает, то снова вернется.
И с ним к нам удача беспечно ворвется.
И пусть этой сказочной ночью приснится,
Как белый тигренок в метели резвится

Глава 9 Крыс обижеть не рекомендуется

КОТ ТАРАС и КРЫС БАРС рассказывают свои забавные истории

Веселый крысеныш пришел в этот мир ненароком
В свой год и остался в квартире с ворчливым котом.
А кот был несносен, казался занудой жестоким,
Как кажется вам, что случилось в том доме потом.

О том, мы не знаем почти ничего, это точно.
Но кот, словно шелковый, ходит и песни поет.
Веселый крысеныш беспечно живет в этом доме,
Но года другого со страхом в волнении ждет.

Какой там придет еще зверь, никому не известно,
Но ясно ему, что закончится эта игра.
И кот распевает веселые дивные песни.
И ждут приключений они от утра до утра.

Там львы и собаки им верно и преданно служат.
И черная кошка боится шагать в этот час.
И ходит малыш удивленный по призрачным лужам,
И солнечный зайчик несется навстречу сейчас.

– Чего тебе надобно? – кот его ласково спросит.
– Пожалуйте сказку, – он вежливо скажет в ответ.
Крысеныш вздыхает – за окнами желтая осень.
Но мир так прекрасен, и листьев приносит букет.

Давно началась эта история, еще перед весной, когда кот Захар узнал откуда-то, сорока на хвосте принесла, что наступает год крысы.

– Ты что, мухоморов объелась? – спросил он довольно грубо.

Сорока обиделась и улетела.

Кот терялся в догадках, и думал, что это может оказаться правдой. Так оно и вышло.

Когда вернулся с прогулки вместе с их хозяином Сказочником пес Ден, кот не выдержал и спросил у него, будет ли год крысы.

– А куда ему деться, все о том только и говорят, – спокойно ответил тот.

– Ты все знал и мне не сказал.

– Проблемы надо решать по мере поступления, – повторил пес фразу, которую слышал от Сказочника, но кот не только не оценил ее, даже до конца не дослушал.

Так вот к чему ему снились крысы.

Но в этих снах была и хорошая весть, этот сон не значил, что их дом сгорит, как он боялся раньше, а просто их год наступает.

– А может ли в год крыс наш дом сгореть? – снова подступился он к Дену

– Ну что ты несешь, – не выдержал тот, а потом подумал о том, что не такой это бред, как кажется сначала, просто кот свои сны толкует, он любил это делать всегда.

№№№№№№№

А потом все пошло своим чередом, и крысеныш Барс, на счастье подаренный сказочнику, поселился в их доме.

Захар был вне себя от ярости, оглядывая самодовольного и упитанного, а потому и наглого крыса, который ничего не боялся пока. А кота и подавно.

Тот, кто много ворчит, обычно к действиям не переходит.

А весь бравый вид крыса говорил одно:

– Попробуй, тронь меня, тогда узнаешь, где коты зимуют.

Зима тогда еще была и на самом деле в разгаре, и коту вовсе не хотелось покидать теплый и уютный дом.

– И ты хочешь сказать, что этот Барсик может принести счастье? – спросил кот у Пса, словно крыса с ними рядом и не было.

– А почему это Барсик? – возмутился тот, – называй меня просто Барсом.

– Сейчас, разбежался, – огрызнулся кот.

Но больше он ничего не сказал, а так называть и стали на самом деле.

Слово крыса, и это, и все, что он изрекал потом, становились негласным законом, как бы странно это ни звучало сначала.

Впрочем, крыс был созданием забавным и даже славным, но это выяснилось немного позднее, и без него, когда он исчезал куда-то, в доме становилось пусто, и довольно скучно.

Пес это признал сразу, а вот коту понадобилось немало времени для этого, но деваться все равно было некуда.

№№№№№№№

В тот вечер они капитально поссорились, потому что крыс стянул блин у кота, и это был последний блин, который он припрятал от всех, чтобы потом, глубокой ночью насладиться им в одиночестве, когда они будут спать.

Светила луна, когда кот дернул всеми лапами, пробудился, в добрых предчувствиях, и отправился к тайнику за высоким креслом, где любил сиживать дядюшка, когда сказки свои сочинял.

Кот был уверен, что и Барс, как и пес, спит, как и минуту назад и ничего видеть не может, да и некогда ему было оглядываться.

Он прокрался к задней стенке кресла, просунул туда лапу, странный скрип когтей по пустоте резанул его прямо по нервам. Там ничего не было, он просунул лапу дальше – пусто, попятился, и услышал жуткий писк, потому что наступил на крыса, бывшего за его спиной.

Тот прокрался посмотреть, что будет с котом, когда он обнаружит, что блина и в помине нет.

Кот орал, как резанный, от боли и досады, крыс верещал, и никак не мог опомниться, так, что через минуту проснется весь дом. Но Ден проснулся первым и прыгнул к ним.

– Вы чего? – тявкнул он.

– Этот гад сожрал мой блин, ты говорил, что он счастье приносит.

Пес быстро понял, что примерно произошло.

И ответил он быстро:

– А может это не так и плохо, вон люди, сколько на диетах сидят с большим удовольствием, ему хуже будет, говорят, от блинов печенка болеть начинает.

Кот успокаивался немного, Ден всегда мог его успокоить. Только на бедного крыса было страшно смотреть. Ему показалось, что у него все заболело внутри, и если еще недавно он хотел отпираться и убеждать их в том, что не ел никакого блина, то теперь ему не до оправданий было.

Кот смотрел на него широко открытыми и сверкавшими в темноте глазами, тайно злорадствуя.

Наконец посмотрел и Ден на бедного крыса.

– Ты чего это?

– Умираю, – прохрипел он обреченно.

– Ну ты нынче – то не помирай, подожди пока твой год кончится

– Не дождусь, почему ты мне раньше не сказал, что они такие ядовитые, блины ваши.

– А ты меня не спрашивал, – отвечал Ден.

Едва дополз крыс до своего коврика и рухнул на него.

Кот спокойно прошелся к своему и растянулся довольный. Он забыл обо всех обидах и страданиях, которые еще совсем недавно переживал.

Ему снились солнечные зайчики, которые носились по дому.

Это такой славный и красивый был сон, что он и сам готов был взлететь и кажется, полетел даже.

Но утром он пошел и первым делом взглянул на бедного Барса, только что в ужасе заснувшего.

– Что ты его разглядываешь? – поинтересовался Ден.

– Вроде живой еще, может, дотянет до нового года.

– Может, дотянет, – согласился пес.

– Только ты его не пугай так больше, – попросил кот, – а то без него уже как-то не так уютно.

Пес промолчал, думая о странностях жизни и о том, что с ними со всеми еще может случиться.

Глава 10 Поросят сменяют крысы

Тихо было в доме сказочника.

Сам он как обычно напряженно работал, и по скрипу клавиш было понятно, что это не скоро завершится, потому кот Барс крепко спал, когда к нему подошел поросенок Хрюн и ткнул его пяточком в бок.

– Может, ты проснешься, наконец.

Такой бесцеремонности не выдержал бы и более спокойный кот, а Барс аж ощетинился, и заверещал. Его зеленые глаза сверкнули страшным блеском – тигр, да и только, ну разве что в миниатюре. Но и такой порвет на ленточки и фамилии не спросит, а может, спросит только потом, когда порвет.

Думаете, поросенок смутился или сказал что-то, вовсе нет, он тут же уселся рядом, гордый тем, что разбудил кота, и заставил себя слушать – хотя так случалось всегда, но каждый раз, словно в первый, он на свой счет записал еще одну победу. Только радость победы над котом, как и всегда, оказалась очень короткой – мимолетной.

Но заговорил о грустном.

– Горько мне, – вздохнул тяжело Хрюн.

– А это, с какого перепугу? – Барс не выспался и был груб, как обычно.

– Да ты не прикидывайся простачком, мой год кончается.

– Ты услышал, что жарить будут? – живо поинтересовался он и не смог скрыть своей радости.

– А тебе бы только о жратве и думать, я говорю, что год свиньи закончился

– Ну, это не смертельно пока, – тяжело вздохнул он, – все когда-нибудь кончается, отвезем тебя в деревню, и будешь там жить в нормальных условиях, на свежем воздухе, материал для сказок собирать. Знаешь, как у нас в заповедном лесу хорошо. Этого представить нельзя, надо только увидеть и самому пережить.

Кот мечтательно вздохнул, вспомнив о заповедном лесе и прошлых своих приключениях.

Но поросенок его радости не разделял, вот наглец.

– А что это ты, меня заранее в ссылку отправляешь, я бы еще погодил – то, неизвестно кто там первый окажется. И хорошо смеется тот, кто смеется последним, а вдруг это будешь не ты?

И вид у него был угрожающим, прямо зверским.

Теперь Хрюн не шутил, но понял, что немного перегнул палку, потому и заговорил более мягко.

– А позволь поинтересоваться, следующий – то год чей?

Барс знал от сказочника, что иногда это бывает год мыши, но на этот раз, что самое печальное, он станет годом крысы, такая вот напасть, а до следующего года кота через 12 лет он может и не дотянуть. Не на это ли нагло Хрюн и намекал ему?

Барс задумался, о чем-то поразмышлял, словно прикидывая и вспоминая то, что происходить будет дальше. А потом и выпалил:

– Насколько я помню, говорили не раз, что год крысы.

– Вот тебе и на, – поросенок в первый раз опешил от удивления. – И что простая серая крыса будет царить весь год.

– Ну почему, крысы бывают и белые, их специально выводят, может, они не глупее свиней даже.

– Все одно не понимаю, – удивленно говорил он.

– А что тут понимать, ты у китайцев спроси, они тебе поведают обо всем на свете. Что это у них за фантазии такие были.

Он был обижен на китайцев еще и за то, что у свиней без всяких крыс был свой год, а у него с крысами выдался.

Но дядюшка, слышавший этот разговор, кота успокоил, он сказал, что тот все перепутал, у него вместе с кроликом будет год, и когда он будет уточнять не стал, видать не скоро, а о печальном не хочется любому говорить. Зато он заверил их, что с этого года начинается новый цикл, потому что крыса оказалась первой, и они все должны завершить старые дела, и ждать обновления во всем.

– Это что еще за новости, – возмутился кот, – и ладно мы поросенка съедим или в лес заповедный отправим, а нам – то, как дальше жить с крысами?

– По-новому, – услышали они в ответ.

И на этом бы разговор их довольно шумный не закончился, если бы их дядюшка Алекс не остановил. Но, как вскоре выяснилось, у него было продолжение.

Потому что самый шустрый из всех крыс – Марк оказался случайно поблизости, прислушался к их разговору и все услышал. До сих пор и поросенка, и кота он стороной обходил, а то и оббегал от греха подальше, но тут не удержался, решил подслушать, и очень много интересного для себя узнал, и самое главное, сразу усвоил, что наступает его год. Он понятия не имел о том, чем ему это грозит, и что хорошего может быть. То ли яд послаще окажется и помрет скорее, мучиться будет меньше, то ли еще что приятное случится, но все одно было интересно, что какие-то неведомые китайцы, черт знает, кто они такие, но они подарили ему целый год. И, чем черт не шутит, вдруг и люди, и коты на него другими глазами посмотрят. А ведь год – это очень много, целая жизнь, а для кого-то из его товарищей и больше, чем жизнь, – размышлял из своего укрытия Марк.

Вот и высунулся он, не удержался. А поросенок его и заметил первый.

– А не об этом ли мы говорили? – спросил он у кота.

– Крысы дома, – заверещал Барс, да так, что дядюшка снова прибежал

– А ты прямо, как девчонка, вопишь, еще кот называешься, – тихо упрекал его поросенок.

Дядюшка только взглянул на пустое место, где по разумению его зверей крыса быть должна, конечно, ничего там не нашел, и был уверен, что коту померещилось.

Он был славным паникером. Поросенок молчал, он остался сам с собой, не хотел ни к одному, ни к другому переходить.

Дядюшка ушел, но очень вежливо попросил кота не отвлекать его от дел по пустякам.

– Надеюсь, ни одна крыса тебя не съест и даже не покусает.

– Отравится, я их предупредил, – весело заявил поросенок, виляя хвостом как собака. Он умел быть чертовски обаятелен, особенно, когда кота подставить надо было, и в дурацком свете показать.

Кот рвал и метал, рвал и метал.

– А что ты не поддержал меня, не заверил, что крыса была, – еще больше обиделся Барс.

– А что дядюшку нервировать- то, тебя да еще его таких нервных я не переживу.

Вот так никогда не поймешь, когда со свиньями поведешься, что такое хорошо и что такое плохо.

Марк был, как и Барс в тот момент, в полной растерянности.

Если бы он не подслушал их разговора, то был бы спокоен и счастлив вполне, только он все это прекрасно слышал. И безмятежным дням его наступил конец.

И азарт, и желание что-то переменить в своей не особенно радостной жизни оказалось таким сильным, что не мог он остановиться, потому и вылез все-таки и оказался прямо перед поросенком.

Первым делом Барс снова завизжать хотел, а потом передумал, дураком и трусом выглядеть не особенно хотелось, они ведь наверняка что-то придумают, и выкрутятся, поросенка он прекрасно изучить успел, а еще и к психиатру ненароком отправят. А видел он его в гробу, в белых тапках, как соседский пес говорил. Это его попугай такой фразе научил, и она ему понравилась. И Барс, когда злился, вспоминал не особенно хорошие слова, которыми пользовались только дворовые псы да ученые попугаи.

– Я готовлюсь к своему году, – заявил Марк, – и раз здесь так уважают китайских зверей, то я готов сменить тебя. Хотя будет не просто, но я постараюсь.

Молчал Хрюн только один миг, вообще-то он за словом в карман никогда особенно не лез, а тут прямо опешил.

– Ты-то может и готов, – согласился он, потому что знал, что через минуту скажет гадость.

– А что мне помешает?

Кот со стороны слушал разговор, и даже слова вставить не мог.

– А то и помешает, что дядюшке будут дарить белых крыс на праздник, а ты серый, такие вряд ли понравятся, вас пруд пруди, и будете жить как в обычные времена, ты лучше потренируйся на яде, чтобы не особенно пробрало, его точно меньше не станет, это я ручаюсь.

Но Марк не обиделся, он был закаленным животным, и не такое слышал.

– Это всегда успеется, а куда торопиться, если можно и чего получше получить.

– Можно – то можно, – снова готов был согласиться Хрюн, только не стоило расслабляться, – если мы тебя покрасим в белый цвет.

Все они знали о том, что есть специальные краски, только где их взять.

– А это тебе самому придется позаботиться и где-то стащить, у тебя есть еще время, но не особенно много, – предупредил Марка Хрюн, и отправил подальше, объяснив ему, где может быть такая краска.

Тот припустил со всех ног, не разбирая дороги.

Кот подошел к поросенку, он ушам своим не верил, но стал медленно приходить в себя.

– И ты, что на самом деле собираешься его красить?

– А что? Он мне понравился, такой храбрый парень, жить лучше хочет. А то принесут каких-нибудь изнеженных да доморощенных крысов, что от них толку. А этот боевой, он дядюшке понравится, и тебе пригодится, и может, вам удачу принесет, когда я в заповедном лесу буду вепрем становиться.

Кот тяжело вздохнул.

Он стал думать о том, что поросенок, конечно, не подарок, и скоро настоящей свиньей будет, но он забавный, и с ним они сжились, хотя чего только вначале не случалось, а крыса есть крыса, и как с ней уживаться можно будет. Вон какой наглый с самого начала, а когда здесь себя на целый год хозяином почувствует? Лучше об этом вовсе не думать. Но и забыть он никак не мог, как ни старался.

– Ничего, привыкнешь, мы ко всему рано или поздно привыкаем, – только и говорил он.

– Тебе легко говорить. А мне с ним жить придется.

Барсу стало жаль себя, а еще больше пугала неизвестность, что и как этот крыс мог придумать, а кто его знает. Он такой хороший и покладистый, пока в доме не оказался, а потом? Но лучше не думать о том, что будет потом.

Барс напрасно надеялся на то, что у них ничего не получится, краску не найдут, заменить его на другого не успеют. Но вскоре он еще раз убедился – если за дело взялся Хрюн, то все у него выйдет, да еще как – это точно.

Только непонятно, чего это он так старался, словно его из-за этого в доме оставят, как миленький в заповедный лес отправится. Хотя после того, как появился Марк, Барсу этого все меньше хотелось. Поросенок с ним находил общий язык и умел ладить, а на себя он надеялся меньше, чем на того. И если бы он остался дома, то ему было бы спокойнее. А один на один с крысой, которую и тронуть нельзя – и все китайцы виноваты.

Но об этом надо еще хорошенько подумать немного позднее.

№№№№№

Когда Марк предстал перед ними белым, и даже издалека незаметно, что покрашенным, кот окончательно впал в уныние. И потому что он стал значительно симпатичнее и наглее. Видно, изменив имидж, Марк и сам себя по -другому ощущал, и потому что Хрюн радовался тому, что происходило. Да как он может. Предавать любимого кота, на какую-то крашеную крысу менять. То, что все время любимый кот только и хотел от поросенка поскорее избавиться, об этом он старался не думать, зачем о грустном? Тогда ведь он не мог знать, что будет нашествие крыс. А все познается в сравнении.

Но оставалось только издалека наблюдать за этой парочкой и внушать себе, что в ближайшее время крыс обижать не рекомендуется. А потом не забывать про это странное правило. Но почему для поросенка это было так просто, а для ученого кота так сложно, не зря же говорится, что горе от ума только и случается. А от большого ума и горе большое. На этот раз дядюшке подарили одного белого крыса, которого он назвал Матвеем. Но в доме стали происходить странные вещи. И как тот изнеженный и счастливый, гордившийся своей избранностью, и тем, что у сказочника жить будет, оказался в норе, понять этого было почти невозможно ему самому. Хотя хорошо понятно для кота, Марка и особенно Хрюна, тот его туда и запихнул, усыпленного немного, да одуревшего от счастья, неожиданно на него свалившегося. Вот так и доверяй коту и поросенку, а он-то их за своих принял, наивный, подружиться хотел. Теперь в норе с крысами дружить будет, а скорее просто спасть свою жизнь.

А когда Матвей пробудился во мраке и грязи, то понял, что произошла катастрофа, конец света, для него, по крайней мере.

Крысы обступили его и смотрели молча, а летучий мышонок Бим и объяснил ему все, что нам с вами было известно.

– Твое место наш Марк занял, ему очень хочется побыть зверем года, да и кому не хочется.

– А у вас, что здесь белые крысы водятся? – спрашивал Матвей.

– Да нет, конечно, все серые, но сегодня из любого серого так легко на время белого сделать, а если ты в копыта нашего поросенка попал, то и серо-буро-малинового тоже – это не проблема.

Но, кажется, Матвей это и сам понял, только легче ему от этого не становилось.

– Я покину вас, – говорил крысам мышонок, а ты только запомни, что крыс обижать не рекомендуется, о поросятах я и не говорю, это просто для жизни опасно, а там ведь есть еще и кот Барс. Пока он молчит и выжидает, не знает, что ему делать, но кот он ученый, и скоро разберется со всем, только пока поросенок в доме, он тебе вряд ли помогать станет.

Матвей уселся на грязную землю, не обращая внимания на то, что было под его белыми лапками, и замер. Положение оказалось безвыходным.

Мышонок был прав: крыс, поросят и ученых котов обижать не рекомендуется, но что ему делать и как быть дальше? Не может же он здесь оставаться, и просто так смириться с положением своим.

Говорят, что всегда есть выход, только почему он никак его не мог найти?

Глава 11 Наступление желтых крыс

НОВОГОДНИЙ ПЕРЕПОЛОХ. Сказки кота Барса

Как часто мы заблуждаемся, и радуемся раньше срока.

Не зря у людей появилась поговорка о том, что не стоит делить шкуру не убитого медведя. Это все так, но и белого крыса Матвея, которого подарили на новый год Сказочнику, а поросенок Хрюн удачно подменил и проводил в крысиное царство, тоже не стоит списывать со счетов раньше срока.

Сначала он опешил от таких перемен, да что там – настоящей для него катастрофы, конца света, одним словом.

Принц, или тот, кто себя таким считает, и имеет для этого какие-то причины, оказался среди нищих, но очень боевых серых крыс, для которых и грядущий год мало радости приносил. Они даже и не знали, что он каким-то особенным мог оказаться.

И если в год свиньи, например ученые мужики, хотя бы советуют не есть поросят, и кто-то прислушивается к их мудрым советам, то им это не грозит, но они даже не советуют не убивать и не травить крыс. А потому крысам самим приходится бороться за выживание, да еще как яростно.

Но это тем, кто закалился в неравной ежедневной борьбе. А если тебе было обещано так много, а не исполнено даже малой части?

Вот об этом думал белый крыс Матвей, забившись в угол, в то время как Марк, нагло перекрашенный в белый цвет поросенком Хрюном, занимал его законное место, и хохот его, когда он в остроумии с поросенком состязался, до норы крысиной доносился – эти двое нашли друг друга.

– Крысы, конечно, не такие умные, как свиньи, – говорил поросенок коту Барсу, но и он немало может, а без чувства юмора в мире котов и людей не прожить, вот и пусть учится.

– Ты его только наглости и нахрапистости своей не учи, – то ли просил, то ли требовал кот.

– Это у меня врожденное, куда деться, не могу обещать, но если рядом с тобой будет остроумная крыса, пусть и немного наглая, то мне еще спасибо скажешь.

– Ты издеваешься или как? Мне тебя хватило, голова кругом идет.

– Мне пора вепрем становиться, я и для него там, в лесу заповедном место подыщу, когда его год закончится, а тебе другого зверя подберем, правда, я еще не выяснил какого. Может, год собаки будет?

– Не будет, – заверил его Барс, – год собаки уже прошел, а ты без ехидства никак не можешь.

– Да ты сам ко мне придираешься, ладно, пыл особенно не трать, тебе еще с моим крысом ужиться надо, – размышлял вслух Хрюн, – а это совсем не так просто как кажется на первый взгляд.

Кто бы в том сомневался, Барс впал в уныние. В присутствии кота поросенок особенно любил размышлять вслух. Хотя и понимал, что нервировать кота не стоит, ведь ему еще жить с ним какой-то срок. Да и потом, летом в деревне тоже.

№№№№

А тем временем к Матвею, который по милости поросенка оставался в грязной норе, подошли снова крысы, когда он немного пришел в себя. Им и жаль было этого доморощенного аристократа, и поиздеваться немного хотелось, да и немного поболтать.

– И что ты собираешься делать, Марка оттуда не вытащить, да и, если признаться, никто из нас связываться с ним не станет, потому что все облегченно вздохнули, когда он туда отправился, теперь и у нас в крысином царстве спокойнее.

Они предупредили Матвея, что сторонников он вряд ли тут отыщет. Это было еще одним разочарованием, ведь на них он и надеялся в глубине души.

Белый во главе серых, и как ему хотелось всем миром крысиным наброситься на наглого тирана и насильника. Они и поросенка, а не только крыса загрызть могли, только не хотели, да и на самом деле, зачем им это было нужно, если без Марка спокойнее всем, кроме него самого.

У этой сказки видно будет совсем иной финал, принц так легко станет нищим, и назад им поменяться местами точно не светит.

Но Матвей сник только на пару часов, а потом, огляделся вокруг и понял, что кроме вони и грязи терять ему нечего, значит, это будет и последний, и решительный бой. Даже в одиночку он рванется туда и докажет, что и один в поле воин.

И надежда породила решимость, а летучий мышонок Бим привел еще полдюжины крыс из соседнего дома, которым совсем не хотелось, чтобы их соседи без Марка хорошо жили. Никак они этого пережить не могли, как ни старались, вот и решили помочь чужаку, и восстановить справедливость, и были уверены, что нет места белым крысам в норах их, а серым, пусть и перекрашенным, в домах у людей. Все должно быть по справедливости устроено, и никому не стоит этого нарушать.

– Если всем остальным нельзя там поселиться, то почему Марк должен быть не таким как все? – спросил у остальных крыс Марат, и они радостно отправились в схватку за Матвея и торжество справедливости в крысином царстве..

Делали все это тайно, и мышонок оставался связным между Белым и остальными, если те что-то заподозрят, то мало им всем не покажется. И тогда можно будет делить шкуру Матвея с чистой совестью.

Как пробрались они в квартиру и утащили мирно спящего Марка назад, сказать трудно, явно кто-то из них гипнозом обладал, то Матвей пробрался на его место, поспешно поблагодарив своих сторонников, и проснулся там, где и было с самого начала задумано. От него, правда, немного воняло нечистотами, но он утром об этом решил позаботиться.

Только все и тут оказалось не так просто. С Марком пока еще проблем не было, он дрых, как убитый, и просыпаться не собирался в ближайшее время – прямо спящий царевич, только поросенок в то время уж проснулся, и хотел поболтать с Марком, который его всегда будил раньше. Но Хрюн увидел, что тот крепко спит, и просыпаться не собирается. Что за чертовщина такая.

– А чем это у нас в доме так воняет, – услышал он голос Барса, который нюх еще не потерял и был он у него, как у собаки.

А потом он и заметил чистенького поросенка, который со всех сторон разглядывал своего крыса.

– Ты хочешь сказать, что он издох? – спросил радостно Барс

– Да нет, живой, только где же он ночью был – то?

Тут Матвею пришлось открыть глаза, и поросенок сразу понял, что это не Марк, этот был совершенно белый, явно не крашенный и такой противный и спесивый, почти как он сам, чужой крыс, вернее, не совсем чужой, а тот, которого подарили дядюшке, а потом они его без труда заменили. Но он вернулся, они всегда возвращаются, видать.

Сначала он визжать хотел, а потом остановился – дядюшку впутывать в это нельзя. Он дописывает книгу, да и объяснять ему надо будет все долго и упорно с самого начала, и спасибо он им точно не скажет.

– Это не наш крыс, – только и произнес он очень тихо, но уверенно.

– А что, еще какого-нибудь перекрасили? – допытывался кот.

– Да нет, конечно, это настоящий, ему удалось выбраться из норы и Марка туда запихать.

– Вор у вора дубинку украл, – издевался над поросенком Барс, редко, но и на его улице был праздник.

– А ты спал так крепко, что ничего и не заметил.

Слушать издевательства кота поросенку было некогда. Он только бросил:

– Дядюшке ни слова, и за него головой отвечаешь, если он куда денется.

– А куда ему деваться, удирать он не собирается, а есть я его не собираюсь, мы же с тобой всем торжественно обещали, что мы никого не едим, а крыс и подано, я вот без устриц и рыб скучаю, но даже их по твоей милости не ел сто лет.

Но последние упеки Хрюн уже не слышал. А Матвей зато, не мигая, смотрел на кота, ему хотелось знать, что будет дальше, и как ему жить прикажете, то, что здесь его ничего особенно хорошего не ждет, даже если жив останется, он не сомневался.

Кот поволок его в ванную и заставил помыться с шампунем.

– Нам только вони тут не хватало, шатаешься, где не надо, а потом задохнуться можно.

Крыс мылся молча, но потом не выдержал и напомнил, что это по их милости он в том самом месте и оказался.

– Ты поговоришь у меня еще, жалуйся на поросенка, а что меня касаемо, глаза бы мои не видели вас всех, мне и вдвоем с дядюшкой хорошо было, пока он не стал знаменитым, и все его приятели не стали каждый год зверей в дом таскать. Более дурацкого обычая не придумать. Вот и возись с вами.

Крыс был чист и благоухающ, и теперь обсыхал на своей подстилке, но тревога не только не проходила, а скорее даже усиливалась. Поросенок вернулся из крысиного царства, куда за время помывки он успел наведаться и тихо сообщил коту, что ему туда не добраться.

– Если даже я сяду на диету и наполовину исхудаю, мне туда не залезть, а пока я буду худеть, что станет с Марком?

– На что это ты намекаешь, уж не должен ли я туда, в логово крыс, отправиться.

– Я не настаиваю, конечно, – у поросенка был самый невинный вид.

– А почему мне кажется, что ты именно настаиваешь, – подозрительности кота мог позавидовать любой разведчик.

– Но не знаю, я умру с этим альбиносом и без Марка. А тебе может, и он сойдет. И у нас у каждого будет по своей крысе, не так уж и плохо, – уговаривал его Хрюн. Кот молчал. Помрет он от тоски, кто поверит Хрюну, а если даже и так.

Сначала кот подумал, что именно об этом он мечтает, а потом решил, что смерти поросенка он все-таки не особенно хочет. Его хоронить придется, а уж как дядюшка огорчится, у него может, и вдохновение пропадет. С какой стороны не посмотри, все это было не так хорошо, как ему показалось на первый взгляд, что и вопило о том, что первое впечатление может быть ошибочным.

И кот пошел на схватку с крысами, не особенно раздумывая, не желая не только смерти Хрюна, но и не в силах видеть, как тот переживает, почти в уныние впал. Нет, он решил притащить назад этого крашенного крыса, который позволил себя украсть, а хвастался, что несокрушим, и теперь снова переполох устроил, как же он любит шумиху и суматоху поднимать, прямо сладу с ним никакого нет.

Кот ушел и пропал. От уныния Хрюна не осталось и следа, когда он понял, что тот где-то там, в лабиринтах, заплутал сам, а что еще страшнее, его забрали в плен, устроили ловушку, ведь крыс много, а кот один. Он не особенно общителен и совсем не разбирается в том, что там творится, а запутать его и труда не составит.

Но самое главное, что дядюшка скоро пропажу обнаружит, и все на его бедную голову свалится.

Хрюн ругал Матвея самыми нехорошими словами, которые только знал. Но когда и к ужину Барс не пришел, и надежды на его возвращение стали таять, то он понял, что чистосердечное признание и самобичевание если не снимет часть вины с него, это его пока не особенно беспокоило, то заставит действовать, и может быть, они смогут еще спасти кота. А это самое главное, потом он готов был положить свою голову на плаху, когда безвинно пострадавший кот будет спасен и останется со сказочником, а он будет проситься в ссылку в заповедный лес. И то, что недавно его мучило в самых страшных кошмарах, теперь казалось благом. Как все в один миг перемениться-то может в жизни поросенка.

№№№№№№

Дядюшка слушал поросенка молча. В такую историю было и легко и трудно поверить. Легко, потому что он знал хорошо сказку про принца и нищего, и еще не до конца понимал, на что его животные способны. Но история про перекрашенного крыса не внушала доверия. И тогда разобиженный Хрюн за шкирку приволок Матвея.

– Ну, посмотри внимательно, разве этот похож на того веселого крыса, который все эти дни с нами жил. Я знаю, что ты не особенно наблюдателен, но чтобы такого чудного крыса от этого полудохлого, который черт знает из себя, что строит, не отличить, ну ты даешь. Не ожидал от тебя такого свинства.

– А это с кем поведешься, – тихо раздумывал он, но думал не долго.

Дядюшка понял точно одно – кота в очередной раз надо спасать.

– Оставайся здесь и не смей никуда уходить, – потребовал он от Хрюна.

– Да я и не собирался, – честно признался тот.

Ожидание длилось очень долго. И только когда дядюшка приволок кота, Хрюн подпрыгнул от радости так высоко, что потом растянулся на мягком ковре.

Предчувствия у него были скверными, и хорошо, что они не оправдались.

– Но как тебе удалось его спасти? – пытал его Хрюн, а Матвей только прислушивался к тому, что происходило там.

– Ты никогда не слышал сказку о Крысолове, который увел из города всех крыс, когда играл на волшебной дудочке, в сказках наше спасение, хорошо, что дядюшка захватил с собой флейту, крысы этого не переносят, и хотя играл он не очень, но они меня тут же и отдали, – гордо признался Барс.

Сам дядюшка уже думал о новой сказке, где должен появиться такой сюжет, в год крыс такая сказка очень важна, почти необходима.

– Такие вот они сказочники и были, нет, чтобы о живом коте подумать, так он о новой сказке, – жаловался Барс

– А о тебе он не подумал, сидел бы сейчас в норе какой.

– По твоей милости, между прочим.

– Виноват, конечно, но как там наш Марк, – наконец, они вспомнили о главном виновнике этого переполоха.

– Дрыхнет, они его усыпили как-то, добудиться я, когда на него наткнулся, так и не смог, наверное, теперь воду живую да и мертвую надо искать.

Матвей прислушивался к тому, о чем они говорили, и радовался – на какое-то время он может быть спокоен, а там вдруг все обойдется совсем.

№№№№№

Крысы же в норе смотрели на спящего Марка, с которого окраска стала сползать, и там пробивались серые, обычные волосы – это основная беда для тех, кто красится.

– Теперь он будет таким как все, – говорил Марат, радуясь чужой беде от всей души, – и уже ни с кем его не перепутать, а мы, как принцу самозваному, ему охрану приставим, чтобы он снова не перекрасился и не попробовал вернуться в дом Сказочника и не позорил весь крысиный род.

И даже те, кто хотели возразить ему, сделать этого не посмели, от спящего Марка толку не много, а Марат жив и очень агрессивен, потому ради собственного спокойствия и благополучия пока вмешиваться, точно не стоит.

Дядюшка в это время разговаривал с котом.

– Удивил ты меня, – говорил он, чтобы ты безродного крыса спасать пошел.

– А я хотел поросенку твоему любимому доказать, что тоже что-то могу, – отвечал ему Барс. – Это для него он маленький принц, и тут от окраса не особенно что-то зависит, сам же говорил, что толпа играет короля.

– Говорил, – согласился дядюшка, – только ты вроде все время против него был.

– Но поросенок – то сжился с ним и тоскует. А ведь мы отвечаем за тех, кого приручили, ты за меня, я за тебя, а поросенок за своего крыса.

– А не значит ли это, что ты, наконец, сжился с поросенком? – он ласково, хотя и не без ехидства, улыбнулся.

– Не значит, – поросенок станет вепрем, как только потеплеет немного, и год крысы наступит, Марка мы с ним туда отправим, чтобы удача от него не отвернулась, а нам этот белый останется на удачу – год крысы все-таки.

Матвей, как всегда все слышавший, торжествовал.

Только беда пришла оттуда, откуда ее не ждешь, а именно от сказочника.

– А от этого я вам обещать не могу.

– Чего? – в один голос спросили и Барс и Матвей.

– Удачи, которую нам белая крыса принесет, может они, и считаются аристократами среди своих, только это год желтой крысы.

– Не может быть, – вопил в ужасе Матвей

– Так и есть, если вы послушаете сводки о китайском гороскопе, то своими ушами все услышите.

Дядюшка посмотрел на зверей и поднялся из кресла, чтобы пересесть к компьютеру, а за спиной его повисло гробовое молчание, оно так было похоже на последнюю сцену из знаменитой пьесы.

Молчание нарушил кот, который не был так поражен этой новостью, а может, все знал, да молчал.

– И что нам теперь делать?

Впервые Хрюн потерял дар речи и полез за словом в карман.

– Это не наш поросенок, – крикнул кот дядюшке, – пока я был в плену, нам поросенка подменили.

И на молчаливый его вопрос он ответил:

– Тому рта закрыть нельзя было, а из этого слова не вытянешь, я и говорю не наш поросенок.

– Ничего, может, от болтовни его передохнем, – вставил свое веское слово Матвей.

– Не дождетесь, я думаю, но как только что-то придумаю….

Кто бы сомневался в том, что Хрюн точно придумает что-то. Над ними снова нависал Дамоклов меч.

Глава 12 О чем полчала первая крыса

Мы оставили наших зверей в доме сказочника, а шустрого крыса Марка в норе, усыпленным. Но и у него нашлась любимая крыса Герда, которая тихонько спустилась к нему, чтобы убедиться, что он жив и здоров, пусть и спящий, долго любовалась на Марка, а потом, не в силах его разбудить и разрыдалась.

Когда первая слезинка упада на мордочку Марка, он вздрогнул и в один миг проснулся, и то, что не удалось, поросенку, коту и даже сказочнику с его волшебной дудкой, легко получилось у влюбленной девицы.

А потом она рассказала о том, что нас с вами уже известно.

Марк ее поблагодарил, обещал любить вечно и обязательно вернуться, как только сможет, и помчался в свой родной дом.

Успел он как раз вовремя. Кот зашипел, поросенок обрадовался, Матвей гордо отвернулся от него, но он торжествовал.

Как только первая радость прошла, поросенок взялся за дело. У него под рукой оказалась желтая краска, хотя непонятно, где именно он ее раздобыл, и к ужину перед всеми обитателями дома появился совершенно желтый крыс.

Справедливость восторжествовала, Марк занял свое место, которого так долго добивался, и хотя дядюшка только взглянул на него, а Матвей верещал, что таких крыс не бывает, и они старались напрасно, но поросенок сидел рядом с ним с таким видом, что спорить с ним было себе дороже.

Кот же понял, что крыс становился все больше на него похож, такой же нервный и беспомощный, и пожалел о том, что не стащил у Хрюна краску и не покрасил его раньше, а что теперь после драки лапами махать.

Но жизнь белого и желтого, хотя и перекрашенного, крыса и всех остальных текла своим чередом, хотя все знали или догадывались, что затишье бывает перед бурей, особенно в этом доме.

№№№№№

Перед новым годом никакого спаса нет не только от зодиакальных зверей, но и праздничных передач, различных прогнозов и советов.

Барс тихонько посапывал и почти не прислушивался к тому, о чем там говорилось, и вдруг какая-то девица по радио стала вещать о том, что произошло в стародавние времена, когда боги в далеком Китае и выбирали зверей для своего календаря, по принципу, кто быстрее прибежит. А потом, смотря, кто и когда прибежал к своему богу, их по местам расставляли – справедливо почти. Ничего не скажешь.

Только в один миг тайна перестала быть тайной, и кот пронзительно заорал, да так, что и поросенок, и крысы прибежали к дивану, на котором растянулся недавно, а теперь сидел в очень возбужденном виде кот.

– Теперь я знаю точно, почему не люблю крыс.

– Да ты и себя другой раз только до обеда любишь, – заверил его Хрюн, он хотел все перевести в шутку, но это не помогало.

– А ты знаешь, что он натворил, когда на спине быка перебирались через реку, он кота в воду столкнул, и бедный кот только тринадцатым и доплыл, так наглый крыс и оказался первым..

Хрюн не слышал передачи и потому не очень врубался, о чем там собственно речь идет, но понимал, что в душе кота зародился какой-то яростный протест, против его Марка, вроде бы только бурю утихомирили, и вот опять.

– И это надо набраться такой наглости, а если бы кот совсем утонул.

– Тогда нам без тебя бы жить пришлось, – произнес с трагической миной уже Марк, но всем своим видом он показывал, что это не такая уж большая беда, как могло показаться сначала. Матвей молчал, он чувствовал свою вину за неведомую крысу, хотя и не особенно сильно.

– Ты не волнуйся особенно, – попросил его Хрюн, – а то еще заболеешь, потом лечись с тобой и носись.

– Это ты поменьше волнуйся, – огрызнулся Барс, – а то исхудаешь, будешь тощий, да не вкусный.

Коту, как и поросенку, за словом в карман не надо было лезть, в этом они друг друга точно стоили.

– Ты хуже серого волка, – огрызнулся поросенок.

– А это еще почему я волка хуже? Я лучше волка.

Когда дядюшка Алекс вошел в комнату, он и услышал, как кот вопил о том, что он лучше волка.

Явно проходило что-то странное.

– Барс ты опять из-за пустяка бурю поднимаешь, – попрекнул он своего кота.

– Из-за пустяка, а ты знаешь, что крыс первым добежал, потому что кота столкнул со спины быка, когда они через реку перебирались, и тот последним оказался, тринадцатым.

– Это каждому известно.

– Каждому? А почему ты так долго молчал.

– Не мог же я тебе такое рассказать, что бы с нашими крысами стало, а если кот был таким наивным и позволил себя столкнуть, то нечего крыс винить.

На этот раз кот задыхался от бессильного гнева, тем более, что это так было похоже на правду, что ему аж дурно стало.

В это время заговорил Марк. Он решил, что должен свое веское слово сказать:

– Если ты хочешь съесть поросенка, то я ухожу и не вернусь, у тебя не будет крыса на весь год, и жизнь твоя превратится в кошмар.

Кот смерил взглядом шантажиста.

– А я думаю, что хуже уже не будет, некуда.

– Будет, еще как, сам в том убедишься.

Коту вовсе не хотелось испытывать судьбу, правда фантазии на то, что еще может случиться, у него никак не хватало, но ведь все может быть, кто бы с этим спорил.

Потому он немного присмирел, на время. С шантажистами, конечно переговоров вести не стоит, но с боевым крысом, можно как – то молча примириться, особенно накануне его года.

А то, что еще хуже, не заставило себя долго ждать.

И связанно это было с тем, кто пока ни рогом, ни хвостом не засветился в доме сказочника, что само по себе было странно – а именно, чертом Странником. Который всегда был неравнодушен к писателям, а особенно их творениям, уверенный, в том, что все, что написано в мире более-менее приличное рано или поздно было именно у него и украдено, и теперь его долг, разыскать и любыми путями это себе вернуть.

За новыми чужими рукописями, которые заочно считал своими, он и вернулся. Только, увидев крыс, для начала решил убить двух зайцев, украсть у сказочника и Яге на новый год крысу подарить, вдруг она к нему благосклонна окажется. А потом втереться в доверие, и помочь ту самую пропажу найти, ведь ничего нет легче и проще, чем отыскать то, что ты сам и украл накануне.

И вот теперь наш доблестный черт и стащил крыса Марка, по дороге прикидывая, как и что надо делать дальше, и как бы получше все обставить. Только в тот момент он был так пьян, что никак не мог узнать главного, крыс было две, и украл он вовсе не того, которого хотел, в руках его оказался именно Матвей, потому что он был слишком бел, беспечен, и считал, что завоевал свое место в квартире сказочника.

Когда Хрюн заметил, что исчез не только Странник, но и Матвей, у него уже стало модой исчезать, и они пока не поднимали шума, решив посмотреть, что дальше будет делать черт, который сам себя готов был

перехитрить, и всегда это ему выходило боком. Хитрость без мозгов не только мало стоила, но и оборачивалась бедой, эта стрела назад прилетала, и убивала того, кто ее в других выпускать старался. Такой вот суровый закон жизни.

А между тем, немного протрезвев, но совсем трезвым он не был никогда, Странник в гости к Яге с крысом вместе и отправился. Он хотел поздравить старушку, блинов поесть немного, да и поучиться у нее колдовать, может так весу у него больше будет, и легче будет общаться с теми, кто был талантлив, всегда его неправильно понимал, и обвинить старался черт знает в чем.

Яга смотрела на непрошеного гостя волком. Это даже он заметить смог, хотя все перед глазами расплывалось тут же и кружилось. Его качало в избушке на курьей ноге, да и на земле тоже покачивало.

– Кого это ты притащил, уж если подарки хочешь делать, так дари нормального закаленного крыса, это лес, а не комната Сказочника, где этот хлюпик белый на всем готовом жить привык, выжить сможет. Я тебе сколько говорила, что бросать пить надо, так нет до зеленых чертей уже допился.

– А что и зеленые бывают? – поинтересовался он.

– Еще как бывают, но после них только Пекло и огненные пещеры, там Ний тебя научит лес заповедный любить, только поздно будет.

Матвей озирался по сторонам настороженно, он чувствовал, что здесь его видят насквозь и не особенно уважают.

– Да он перекрашенный, я своими ушами слышал, и сам видел, как поросенок его красил.

– Совсем рехнулся, наверное, мухоморы вместе с самогоном жрал без разбору, – не особенно церемонилась с ним Яга. – Если этот покрашенный, то я Василиса Прекрасная, да ты сам хорошо посмотри, глаза – то протри и волоки его туда, откуда взял.

Странник хотел сказать, что дареной крысе в зубы не смотрят и шерсть не проверяют, но он не с бабушкой своей (хотя и она была не лучше Яги), а я Ягой самой разговаривал, потому и пришлось вместе с белой крысой, в кепку посаженной, убраться. И он с ужасом подумал о том, что ведь и назад его могут не принять, а вдруг им только того и надо было, чтобы он его украл, и куда теперь его делать. Было отчего впасть в уныние, и за самогоном снова отправиться. Но пока еще не очень пьян, надо было крыса куда-то деть.

– Тащи меня назад, – заявил Матвей, – нечего мне здесь делать, али слово

Яги для тебя не закон, а если я Хрюна с котом против вас настрою, то не будешь знать куда бежать.

Так, тот, кем собирались шантажировать, из невинной овечки превратился в палача настоящего для черта, погрузившегося в тоску и совсем ничего не соображавшего.

Тут же крыс вспомнил возмущения кота, когда тот услышал, что предок его кота столкнул с быка и сам первым добрался до бога своего. И тоже немного загрустил оттого, что позволил вот так скверно с собой обойтись, и ладно бы какому-то хитрому и обиженному коту, а то ведь пьяному черту, которого любой бы кот обманул. Они и сейчас, наверное, потешались и ждали, чем это все закончиться может.

И этот крашеный Марк в первую очередь.

И пока они выбирались из леса, в чистом поле началась такая пурга, что черт постоял немного и побежал назад, он понял, что если сам не замерзнет, то крыса точно заморозит, тогда ему не поздоровится.

– Воротился, – неприветливо встретила его Яга.

– Пургу переждать надо, там так метет, что с копыт упасть недолго, да и крыс замерз.

А тут появился кот Баюн, он до сих пор где-то прогуливался по лесу, но метель привела его назад, домой.

– Странник у нас, – раздраженно заявил он, – только не говори, что его черт принес.

– А я и не говорю, это он крыса доморощенного нам притащил, – говорила Яга коту.

– Вот Барс – то рад будет, он его терпеть не мог, и говорят, пострадал от него, – издевался над чертом кот, – ты его назад тащить не вздумай, это дохлый все номер.

Странник и сам уже о том догадывался, только надо что-то срочно предпринять, чтобы расхлебать ту кашу, которую он заварил.

№№№№№№

А в доме сказочника Барс очень удивился тому, что Странник с Матвеем больше не появлялся.

Зато Марк все больше ощущал себя хозяином на отдельно взятый год.

– Я поросенка в обиду не дам, – заявил он коту, – и никто никого есть не станет.

И во всем его виде было что-то такое, что подсказало Барсу – этот столкнет в пропасть и глазом не моргнет. Вон даже тихий и домашний погубил такого черта, как Странник, а уж бедному коту и ждать больше нечего.

На новый год, хотя это еще и не китайский был, Хрюн все-таки загрустил. Он подошел к сказочнику и просто сказал покорно:

– А знаешь, я, пожалуй, готов в заповедный лес отправиться, там воздух свежий и не так страшно, как кажется.

Сказочник улыбнулся:

– А летом мы все туда отправимся, это и коту и крысу нашему не помешает, пусть Баюн его немного повоспитывает, он еще не знает, что крыс с быка столкнул его предка.

Марк много слышал об ученом коте, но ни разу еще не видел его, и потому немного жутковато было. Может, Барс и не так плох, как кажется, ведь все познается только в сравнении.

– Там будет у тебя целый особняк и Баюн, – издевался нам ним Барс, – но сначала попроси Хрюна, чтобы он тебя снова в желтый цвет покрасил, может только это и убережет. Нам еще про тебя сказки сочинять нужно будет, а в герое все должно быть прекрасно и правильно.

Марк посмотрел на поросенка, тот на него самого. Они понимали, что Барс, хотя и противный, и крыс теперь любит еще меньше, чем раньше, но советы дает дельныеИ в тот момент, когда до нового года только часы оставались, в комнате появился настоящий, не крашенный, желтый крыс. Но откуда он интересно взялся? Этот точно должен был принести удачу, без всяких оговорок.

Барс аж подпрыгнул на месте. Хоть он советы и раздавал, но такого и сам не ожидал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.