Службы Великого Поста

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви

ИС Р17-734-3646

Тексты приводятся по изданию: Триодь Постная. – М.: Издание Московской Патриархии, 1992.

Консультант – иеродиакон Димитрий (Николаев)

Востани, спящий!
(Из поучительных слов Гедеона, епископа Псковского)

Востани, спяй, и воскресни от мертвых.

Ефес. 5, 14.

Слышите ли, возлюбленные, апостол Павел пробуждает нас от сна: ночь, говорит, уже проходит; уже занимается заря; все выходят уже на свои дела: а вы что же спите? Что лежите? Востани, спяй, и воскресни́ от мертвых! Но знаете ли, братие, о каком тут сне говорит апостол Павел? Не о телесном сне говорит он, а о духовном, о том сне, в котором иногда проводит человек всю жизнь, однако же этого не чувствует. Таким сном многие, очень многие спят, но и не подозревают того, что спят. Этот сон – не что иное, как нерадение о спасении души. Как спящий человек не рассуждает о настоящем, не вспоминает прошедшего, не спрашивает о будущем, так и нерадящий о своем спасении грешник совсем не помышляет ни о Том, Кто создал его, ни о том, для чего он создан, что с ним происходит теперь и что с ним будет по смерти. Говори спящему что хочешь – он не слышит, говори нерадивому грешнику, как хочешь, о спасении души – он не почувствует. Пусть проповедуют, например, сами Небеса, что есть Бог – он не почувствует. Пусть гремит Священное Писание, что всем нам явитися подобает пред судищем Христовым – он не почувствует. Пусть взывает сама совесть, что неложно уготовано для грешников страшное мучение, а для праведных – несказанный покой и наслаждение, – он не почувствует. Кратко сказать: пусть все пророки и апостолы, все патриархи и учите ли, наконец, пусть Сам Христос придет с ними и вострубит в уши нерадивому грешнику громкой трубой, что душа у него одна, и она вечная, что надо бояться, как бы не потерять ее совсем – ему все это нипочем, он и уха не при клонит на такие увещевания, но, услаждаясь своими мечтами, будет говорить душе своей, как евангельский богач: душе… почивай, яждь, пий и веселися (Лк. 12, 19). Подумайте же теперь, братие мои, как опасен такой сон для человека. Если бы какой ленивый воин заснул во время сражения, когда свистят пули над его головой: он легко по губил бы себя. Но что же такое жизнь человеческая, как не война? Конечно война, да еще с каким сильным врагом! Несть наша брань к крови и плоти, говорит Апостол, но к началом и ко властем, и к миродержителем тьмы века сего, к духовом злобы поднебесным (Ефес. 6, 12). О, поистине эта брань жестока и многотрудна! И против плоти и крови устоять трудно, а против бесплотного, да притом еще злобного духа, – как устоишь? Утрудится ли когда дух? Перестанет ли нападать зло ба? Трезвитеся, говорит святой апостол Петр, и бодрствуйте, зане супостат ваш диавол, яко лев рыкая, ходит, иский кого поглотити (1 Петр. 5, 8). Как же можно спать грешнику в такой опасности? Я сравнил бы такой сон со сном Сисары, который убегая с поля брани, заснул спокойно в палатке Иаили, а та, не теряя времени, насквозь пронзила его голову колом (Суд. 4). Но сон грешника еще опаснее, потому что диавол пронзает не тело только, но и душу. Впрочем, если бы у нас и не было такого страшного врага, если бы наша жизнь была не брань, а только мир и тишина – и тогда можно ли нам спать беспечно? Спит ли земледелец в то время, когда должно ему сеять? А что такое наша жизнь, как не время сеяния духовных плодов на целую вечность? Ныне, говорит святой апостол Павел, время благоприятно, ныне день спасения (2 Кор. 6, 2). А если мы проспим это время, то воротится ли оно когда нибудь к нам? Никогда. По тому то и говорит Евангелие: делать подобает дела Божии, дондеже день есть: приидет нощь, егда никтоже может делати (Ин. 9, 4). И Апостол говорит: блюдите убо, како опасно ходите, не якоже немудри, но якоже премудри, искупующе время (Ефес. 5, 15–16). Покупать можно что нибудь, пока есть торг, а когда расходятся продавцы, то и купить уже ничего нельзя. Так и человек, пока живет на земле, то у него есть время, а когда умрет, то не достанет ему времени ни на что. О если бы осужденные во аде могли купить себе времени хотя бы только один час! Что бы пожалели они отдать за этот час? Как же не жаль человеку такое сокровище – время – терять во сне? Мы находимся в том же состоянии, в каком находились рабы, ожидавшие господи на своего. А знаем ли мы, когда придет к нам Господин наш? Нет; в оньже час не мните, Сын Человеческий приидет (Мф. 24, 44), – так Он Сам о Себе говорит во святом Евангелии, а равно и в Апокалипсисе: се гряду, яко тать; блажен бдяй, и блюдый ризы своя, да не наг ходит, и узрят срамоту его (Апок. 16, 15). Можно ли нам в такое время спать? Задремали некогда юродивые девы, вышедшие навстречу жениху, и не заметили, как погасли их светильники, а между тем послышался крик: исходите в сретение жениху (Мф. 25, 6). Мы знаем, что сталось с ними тогда; как бы и нам не пострадать также, если и нас застанет последний час спящими? Не затворилась бы и пред нами дверь небесная! Не услышать бы и нам из уст Жениха Небесно го этого грозного слова: не вем вас! (Мф. 25, 12). Вот почему так часто повторяет Христос Спаситель в Евангелии: бдите, бдите! – Знаю, что многие в сердцах своих на это отвечают: можно и подремать, Христос не скоро придет еще на суд. О Боже милосердый! Вот какое у нас рассуждение! Ты говоришь: се гряду скоро, и мзда Моя со Мною (Апок. 22, 12); а мы, напротив, толкуем, что еще не скоро… Но пусть так, пусть замедлит пришествием Своим Праведный Судия; однако же, если не Он к нам, то мы к Нему всенепременно пойдем. Еще, говорим, не при шло время. Но будет ли Бог ожидать, пока мы скажем: теперь пора? В книгах Ездры говорится о юноше, который лишь только вошел в чертог брачный, пал и умер (3 Езд. 9–10). Была ли ему пора умирать тогда? Казалось бы, тогда была пора всем, смотря на него, веселиться, а не плакать; но видите, Бог рассуждает не по нашему. Думал ли умирать и евангельский богач? Он приказал было себе новые житницы строить, а не могилу копать; ему хотелось бы еще попить и поесть, а не в землю закапываться и быть богатой пищей для червей. Но не так сделалось, не пришлось ему исполнить своих намерений: в ту же самую ночь, когда он, утешая себя, говорил: душе! Имаши многа блага, лежаща на лета многа, почивай, яждь, пий, веселися (Лк. 12, 19), – в сие самое время Бог потребовал его душу на суд: безумне! В сию нощь душу твою истяжут от тебе, а яже уготовал еси, кому будут? (Лк. 12, 20). Вот, видите, братие, Бог не дожидается нашей поры; когда Ему угодно, никого не спрашивая, берет нас из этой столь любезной нам жизни. Значит, нужно быть готовым к тому на всякий час. Не обнадеживай себя: «Бог милосерд, успею покаяться». Блаженный Августин говорит: «Бог обещал тебе, о грешниче, что когда ты покаешься, Он не вспомянет грехов твоих; но что ты до живешь до завтрашнего дня, этого Он тебе никогда не обещал». Вот почему, братие мои, божественный Павел не позволяет нам беспечно спать, но повелевает скорее вставать от греховного ложа: востани, говорит, спяй, и воскресни от мертвых. И горе всем нам будет, если мы заблаговременно не пробудимся от этого греховного сна, в котором мы находимся чуть ли не с самых младенческих пелен. – Итак, возлюбленные, пока не разверзлись над нами небеса, пока не возгремела еще труба Архангела, пока не поставились еще престолы и не разгнулись книги на осуждение наше, виденные некогда пророком Даниилом, востанем с одра лености нашей, востанем как можно скорее, чтобы быть готовы ми встретить Праведного Судию и предстать Его нелицеприятному судищу. Встанем и запечатлеем на скрижалях сердца нашего те евангельские слова: аще бы ведал дому владыка в кую стражу тать приидет, бдел убо бы, и не бы дал подкопати храма своего… и вы убо будите готови: яко, в оньже час не мните, Сын Человеческий приидет (Мф. 24, 43–44).

Канон Великий святого Андрея Критского, глас 6-й

В понедельник первой седмицы Великого поста

Песнь 1

Ирмос: Помо́щник и Покрови́тель бы́сть мне во спасение, Сей мой Бог, и просла́влю Его́, Бог отца́ моего́, и вознесу́ Его́: сла́вно бо просла́вися.

Припев: Поми́луй мя, Бо́же, поми́луй мя.

Отку́ду начну́ пла́кати окая́ннаго моего́ жития́ дея́ний; ко́е ли положу́ нача́ло, Христе, ны́нешнему рыда́нию; но я́ко благоутро́бен, даждь ми прегреше́ний оставление.

Гряди́, окая́нная душе́, с пло́тию твое́ю, Зижди́телю всех испове́ждься, и оста́нися про́чее пре́ждняго безслове́сия[1], и принеси́ Бо́гу в покая́нии сле́зы.

Первозда́ннаго Ада́ма преступлению поревнова́в, позна́х себе́ обнаже́на от Бога, и присносу́щнаго Ца́рствия и сла́дости, грех ра́ди мои́х. (Быт. 3, 6–7)

Увы́ мне, окая́нная душе́, что уподо́билася еси́ пе́рвей Еве, ви́дела бо еси́ зле́, и уязви́лася еси́ го́рце[2], и косну́лася еси́ дре́ва, и вкуси́ла еси́ де́рзостно безслове́сныя сне́ди. (Быт. 3, 6)

Вме́сто Евы чувственный, мы́сленная ми́ бы́сть Ева, во пле́ти стра́стный по́мысл, показу́яй сла́дкая и вкуша́яй при́сно го́рькаго напое́ния.

Досто́йно из Еде́ма изгна́н бы́сть, я́ко не сохрани́в еди́ну Твою́, Спа́се, за́поведь Ада́м: а́з же что постражду́, отмета́я всегда́ живо́тная[3] Твоя словеса́?

Слава, Троичен: Пресу́щная Тро́ице, во Еди́нице покланя́емая, возьми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное, и, я́ко благоутре́бна, да́ждь ми сле́зы умиле́ния.

И ныне, Богородичен: Богоро́дице, надежде и предста́тельство Тебе́ пою́щих, возьми́ бре́мя от мене́ тя́жкое грехо́вное, и я́ко Влады́чица чи́стая, ка́ющася приими́ мя.

Песнь 2

Ирмос: Вонми́, не́бо, и возглаго́лю, и воспою́ Христа́, от Де́вы пло́тию прише́дшаго.

Вонми́, не́бо, и возглаго́лю, земле́, внуша́й[4] гла́с, ка́ющийся к Бо́гу, и воспева́ющий Его́.

Вонми́ ми, Бо́же, Спа́се мой, ми́лостивным Твои́м о́ком и приими́ мое́ те́плое испове́дание.

Согреши́х па́че все́х челове́к, еди́н согреши́х Тебе́: но уще́дри я́ко Бог, Спа́се, творе́ние Твое́.

Вообрази́в мои́х страсте́й безобра́зие, любосла́стными стремле́ньми погуби́х ума́ красоту́.

Бу́ря мя́ злы́х обдержи́т, благоутро́бне Го́споди: но я́ко Петру́, и мне ру́ку простри́.

Оскверни́х пло́ти моея́ ри́зу и окаля́х[5], еже по о́бразу, Спа́се, и по подо́бию.

Омрачи́х душе́вную красоту́ страсте́й сластьми́, и вся́чески весь ум персть сотвори́х.

Раздра́х ны́не оде́жду мою́ пе́рвую, ю́же ми́ изтка́[6] Зижди́тель изнача́ла, и отту́ду[7] лежу́ наг.

Облеко́хся в раздра́нную ри́зу, ю́же изтка́ ми зми́й сове́том, и стыжду́ся.

Сле́зы блудни́цы, Ще́дре, и аз предлага́ю: очи́сти мя́, Спа́се, благоутро́бием Твои́м.

Воззре́х на садо́вную красоту́ и прельсти́хся умо́м: и отту́ду лежу́ наг и срамля́юся.

Де́лаша на хребте́ мое́м вси́ нача́льницы страсте́й, продолжа́юще на мя́ беззако́ние и́х.

Слава, Троичен: Еди́наго Тя́ в трие́х Ли́цех, Бо́га всех пою́, Отца́ и Сы́на и Ду́ха Свята́го.

И ныне, Богородичен: Пречи́стая Богоро́дице Де́во, еди́на Всепе́тая, моли́ прилежно, во еже спасти́ся нам.

Песнь 3

Ирмос: На недви́жимом, Христе, ка́мени за́поведей Твои́х, утверди́ мое помышление.

Огнь от Го́спода иногда́ Госпо́дь одожди́в[8], зе́млю содо́мскую пре́жде попали́. (Быт. 19, 24)

На горе́ спаса́йся, душе, я́коже Лот о́ный, и в Сиго́р угонза́й[9]. (Быт. 19, 23)

Бе́гай запале́ния, о душе́, бе́гай содо́мскаго горе́ния, бе́гай тле́ния Боже́ственнаго пла́мене.

Согреши́х Тебе́ еди́н аз, согреши́х па́че всех, Христе́ Спа́се, да не пре́зриши мене́.

Ты еси́ Па́стырь до́брый, взыщи́ мене́, а́гнца, и заблу́ждшаго да не пре́зриши мене́.

Ты еси́ сла́дкий, Иису́се, Ты еси́ Созда́тель мой: в Тебе́, Спа́се, оправда́юся.

Испове́даюся Тебе́, Спа́се: согреши́х, согреши́х Ти, но осла́би, оста́ви ми я́ко благоутро́бен.

Слава, Троичен: О Тро́ице Еди́нице Бо́же! Спаси́ нас от пре́лести, и искуше́ний, и обстоя́ний.

И ныне, Богородичен: Ра́дуйся, Богоприя́тная утро́бо, ра́дуйся, престо́ле Госпо́день, ра́дуйся, Ма́ти жи́зни на́шел.

Песнь 4

Ирмос: Услы́ша проро́к прише́ствие Твое́, Го́споди, и убоя́ся, я́ко хо́щеши от Де́вы роди́тися и челове́ком яви́тися, и глаго́лаше: услы́шах слух Твой и убоя́хся, сла́ва си́ле Твое́й, Го́споди.

Дел Твои́х да не пре́зриши, созда́ния Твоего́ да не оста́виши, Правосу́де, а́ще и един согреших, яко человек, паче всякаго человека, Человеколю́бче: но и́маши, я́ко Госпо́дь всех, вла́сть оставля́ти грехи́.

Приближа́ется, душе́, коне́ц, приближа́ется, и неради́ши, ни гото́вишися: вре́мя сокраща́ется, воста́ни, близ при две́рех Судия́ есть. Яко со́ние, я́ко цвет, вре́мя жития́ тече́т: что всу́е мяте́мся?

Воспряни́, о душе́ моя́! Дея́ния твоя́, я́же соде́лала еси́, помышля́й, и сия́ пред лице́ твое́ принеси́, и ка́пли испусти́ слез твои́х: рцы со дерзнове́нием дея́ния и помышле́ния Христу́, и оправда́йся.

Не бы́сть в житии́ греха́, ни дея́ния, ни зло́бы, ея́же аз, Спа́се, не согреши́х, умо́м и сло́вом, и произволе́нием, и предложе́нием, и мы́слию, и дея́нием согреши́в, я́ко ин никто́же когда́.

Отсю́ду и осужде́н бых, отсю́ду препре́н бых аз, окая́нный, от своея́ со́вести, ея́же ничто́же в ми́ре нужне́йше[10]:

Судие́, Изба́вителю мой и Ве́дче, пощади́, и изба́ви, и спаси́ мя раба́ Твоего́.

Ле́ствица, ю́же ви́де дре́вле вели́кий в патриа́рсех, указа́ние есть, душе моя́, до́ятельнаго восхожде́ния, разу́мнаго возше́ствия: а́ще хо́щещи у́бо дея́нием, и ра́зумом, и зре́нием пожи́ти, обнови́ся. (Быт. 28, 12)

Зно́й дневны́й претерпе́ лише́ния ра́ди патриа́рх, и мраз[11] нощны́й понесе́, на всяк день снабде́ния творя́, пасы́й, тружда́яйся, рабо́таяй, да две жене́ сочета́ет. (Быт. 30, 31, 40)

Жены́ ми две разуме́й, дея́ние же и ра́зум в зре́нии: Ли́ю у́бо дея́ние, я́ко многоча́дную, Рахи́ль же ра́зум, я́ко многотру́дную: и́бо кроме́ трудо́в[12], ни дея́ние, ни зре́ние, душе́, испра́вится.

Слава, Троичен: Неразде́льное Существо́м, несли́тное Ли́цы, богосло́влю Тя, Тро́ическое Еди́но Божество́ я́ко единоца́рственное и сопресто́льное, вопию́ Ти песнь вели́кую, в вы́шних трегу́бо песносло́вимую.

И ныне, Богородичен: И ражда́еши, и де́вствуеши, и пребыва́вши обою́ду естество́м Де́ва: Рожде́йся обновля́ет зако́ны естества́, утро́ба же ражда́ет неражда́ющая. Бог иде́же хо́щет, побежда́ется естества́ чин: твори́т бо ели́ка хо́щет.

Песнь 5

Ирмос: От но́щи у́тренююща, Человеколюбие, просвети́, молю́ся, и наста́ви и мене́ на повеле́ния Твоя́, и научи́ мя, Спа́се, твори́ти во́лю Твою́.

В нощи́ житие́ мое́ преидо́х при́сно, тьма бо бысть и глубока́ мне мгла, нощь греха́: но я́ко дне сы́на, Спа́се, покажи́ мя.

Руви́ма подража́я, окая́нный аз, соде́ях беззако́нный и законопресту́пный сове́т[13] на Бо́га Вы́шняго, оскверни́в ло́же мое́, я́ко о́тчее, он. (Быт. 35, 22)

Испове́даюся Тебе́, Христе́ Царю́: согреши́х, согреши́х, я́ко пре́жде Ио́сифа бра́тия, прода́вший чистоты́ плод и целому́дрия. (Быт. 37, 28)

От сро́дников пра́ведная душа́ связа́ся, прода́ся в рабо́ту сла́дкий, во о́браз Господень: ты же вся́, душе́, продал а́ся есй злы́ми твои́ми.

Ио́сифа пра́веднаго и целому́дреннаго ума́ подража́й, окая́нная и неиску́сная душе́, и не оскверня́йся безслове́сными стремле́ньми, при́сно беззако́ннующи.

Аще и в ро́ве поживе́ иногда́ Ио́сиф, Влады́ко Го́споди, но во о́браз погребе́ния и воста́ния Твоего́: аз же что Тебе́ когда́ сицево́е принесу́?

Слава, Троичен: Тя, Тро́ице, сла́вим, Еди́наго Бо́га: Свят, Свят, Свят еси́ Отче, Сы́не и Ду́ше, про́стое Существо́, Еди́нице при́сно покланя́емая.

И ныне, Богородичен: Из Тебе́ облече́ся в мое́ смеше́ние, нетле́нная, безму́жная Ма́ти Де́во, Бог, созда́вый веки, и соедини́ Себе человеческое естество́.

Песнь 6

Ирмос: Возопи́х всем се́рдцем мои́м к ще́дрому Бо́гу, и услы́ша мя от а́да преиспо́дняго, и возведе́ от тли живо́т мой.

Слезы, Спа́се, о́чию моею, и из глубины́ воздыха́ния чи́сте приношу́, вопию́щу се́рдцу: Бо́же, согреши́х Ти, очи́сти мя.

Уклони́лася еси́, душе́, от Го́спода твоего́, я́коже Дафа́н и Авиро́н: но пощади́, воззови́ из а́да преиспо́дняго, да не про́пасть земна́я тебе́ покры́ет. (Числ. 16, 32)

Яко ю́ница, душе́, разсвире́певшая, уподо́билася еси́ Ефре́му, я́ко се́рна, от тене́т сохрани́ житие́, впери́вши дея́нием у́м и зре́нием. (Иер. 31, 18)

Рука́ нас Моисе́ова да уве́рит, душе́, ка́ко мо́жет Бог прокаже́нное житие́ убели́ти и очи́стити: и не отча́йся сама́ себе́, а́ще и прокаже́нна еси́. (Исх. 4, 6–7)

Слава, Троичен: Тро́ица есмь про́ста, нераздельна, раздельна ли́чне, и Еди́ница есмь естество́м соединена, – Отец глаго́лет и Сын и Божественный Дух.

И ныне, Богородичен: Утро́ба Твоя́ Бо́га нам роди́, воображена по нам: Его́же я́ко Созда́теля всех моли́, Богоро́дице, да моли́твами Твои́ми оправди́мся.

Го́споди, поми́луй. (Трижды.) Слава, и ныне:

Кондак, глас 6

Душе́ моя́, душе моя́, воста́ни, что спи́ши? Коне́ц приближа́ется, и и́маши смути́тися. Воспряни́ у́бо, да пощади́т тя Христо́с Бог, везде́ сый и вся исполня́яй.

Песнь 7

Ирмос: Согреши́хом, беззако́нновахом, непра́вдовахом пред Тобо́ю, ниже́ соблюдо́хом, ниже́ сотвори́хом, я́коже запове́дал еси́ нам: но не преда́ждь нас до конца́, отце́в Бо́же.

Согреши́х, беззако́нновах и отверго́х за́поведь Твою́, я́ко во гресе́х произведо́хся[14], и приложи́х я́звам стру́пы себе: но Сам мя поми́луй я́ко благоутро́-бен, отце́в Бо́же.

Та́йная сердца моего́ испове́дах Тебе, Судии́ моему́: ви́ждь мое́ смире́ние, ви́ждь и ско́рбь мою́, и вонми́ суду́ моему́ ны́не, и Сам мя поми́луй я́ко благоутро́бен, отцо́в Бо́же.

Сау́л иногда́ я́ко погуби́ отца́ своего́, душе́, осля́та, внеза́пу ца́рство обра́те к прослу́тию[15]: но блюди́, не забыва́й себе́, ско́тския по́хоти твоя́ производивши па́че Ца́рства Христо́ва. (1 Цар. 9; 10, 1)

Дави́д иногда́ богооте́ц, а́ще и согреши́ сугу́бо[16], душе́ моя́, стрело́ю у́бо устреле́н быв прелюбода́йства, копие́м же плене́н быв уби́йства томле́нием: но ты сама́ тягча́йшими де́лы не ду́гуеши, самохо́тными[17] стремле́ньми. (2 Цар. 11, 14–15)

Совокупи́ у́бо Дави́д иногда́ беззако́нию беззако́ние, уби́йству же любодейство раствори́в[18], покая́ние сугу́бое показа́ а́бие; но сама́ ты, лука́внейшая, душе́, соде́лала еси́, не пока́явшися Бо́гу.

Дави́д иногда́ вообрази́, списа́в, я́ко на ико́не[19], песнь, е́юже дея́ние облича́ет, е́же соде́я, зовы́й: поми́луй мя, Тебе́ бо еди́ному согреши́х, всех Бо́гу, Сам очи́сти мя. (Пс. 50)

Слава, Троичен: Тро́ице про́стая, неразде́льная, единосу́щная, и естество́ еди́но, Све́тове и Свет, и Свя́та Три, и Еди́но Свя́то пое́тся Бог Тро́ица: но воспо́й, просла́ви Живо́т и Животы́, душе́, всех Бо́га.

И ныне, Богородичен: Пое́м Тя, благослови́м Тя, покланя́емся Ти, Богороди́тельнице, я́ко нераздельныя Тро́ицы породи́ла еси́ еди́наго Христа́ Бо́га и Сама́ отверзла еси́ нам, су́щим на земли́, небесная.

Песнь 8

Ирмос: Его́же во́инства небесная сла́вят и трепещут Херуви́ми и Серафи́ми, вся́ко дыха́ние и тварь, по́йте, благослови́те и превозноси́те во вся ве́ки.

Согреши́вша, Спа́се, поми́луй, воздви́гни мой ум ко обраще́нию, приими́ мя, ка́ющагося, уще́дри вопию́ща: согреши́х Ти, спаси́, беззако́нновах, поми́луй мя.

Колесни́чник Илия́, колесни́цею доброде́телей вшед я́ко на небеса́, ноша́шеся превы́ше иногда́ от земны́х: сего́ у́бо, душе́ моя, восхо́д помышля́й. (4 Цар. 2, 11)

Елиссе́й иногда́, прие́м ми́лоть Илиину́, прия́т сугу́бую благода́ть от Бо́га: ты же, о душе́ моя́, сея́ не причасти́лася еси́ благода́ти за невоздержа́ние. (4 Цар. 2, 9-13)

Иорда́нова струя́ пе́рвее ми́лотию Илиино́ю Елиссе́ем ста сю́ду и сю́ду: ты же, о душе́ моя́, сея́ не причасти́лася еси́ благода́ти за невоздержа́ние. (4 Цар. 2, 13–14)

Сомани́тида иногда́ пра́веднаго учреди́,[20] о душе, нра́вом благи́м: ты же не ввела́ еси́ в дом ни стра́нна, ни пу́тника; те́мже Черто́га изри́нешися вон, рыда́ющи. (4 Цар. 4, 8)

Гиези́ев подража́ла еси́, окая́нная, ра́зум скве́рный всегда́, душе́, его́же сребролю́бие отложи́ поне́[21] на ста́рость: бе́гай гее́нскаго огня́, отступи́вши злых твои́х. (4 Цар. 5, 20–27)

Слава, Троичен: Безнача́льне Отче, Сы́не собезнача́льне, Уте́шителю благи́й, Ду́ше пра́вый, Сло́ва Бо́жия Роди́телю, Отца безнача́льна Сло́ве, Ду́ше живы́й и зи́ждяй, Тро́ице Еди́нице, поми́луй мя.

И ныне, Богородичен: Яко от оброще́ния червлени́цы, Пречи́стая, у́мная багряни́ца Емману́илева внутрь во чреве Твое́м плоть изтка́ся: те́мже Богоро́дицу вои́стинну Тя почита́ем.

Песнь 9

Ирмос: Безсе́меннаго зача́тия рождество́ несказа́нное, Ма́тере безму́жныя нетленен Плод: Бо́жие бо рожде́ние обновля́ет естества́; те́мже Тя вси ро́ди я́ко Богоневе́стную Ма́терь правосла́вно велича́ем.

Ум острупи́ся[22], те́ло оболе́знися, неду́гует дух, сло́во изнемо́же, житие́ умертви́ся, коне́ц при две́рех: те́мже, моя́ окая́нная душе́, что сотвори́ши, егда́ прии́дет Судия́ испыта́ти твоя́?

Моисе́ово приведо́х ти, душе́, миробы́тие и от того́ все заве́тное писа́ние[23], пове́дающее тебе́ пра́ведныя и непра́ведныя: от ни́хже вторы́я, о душе́, подража́ла еси́, а не пе́рвыя, в Бо́га согреши́вши.

Зако́н изнемо́же, пра́зднует[24] Ева́нгелие, писа́ние же все в тебе небрежено бысть, проро́цы изнемого́ша и все пра́ведное сло́во: стру́пи твой, о душе́, умно́жишася, не су́щу врачу́, исцеля́ющему тя́.

Но́ваго привожду́ ти писа́ния указа́ния, вводя́щая тя, душе́, ко умилению: пра́ведным у́бо поревну́й, грешных же отвраща́йся и умйлостиви Христа́ моли́твами же, и поще́ньми, и чистото́ю, и гове́нием.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Неразумия.

Вернуться

2

Горько, жестоко.

Вернуться

3

Источающие жизнь, животворные.

Вернуться

4

Здесь: слушай.

Вернуться

5

Испачкал в грязи.

Вернуться

6

Соткал.

Вернуться

7

С того времени.

Вернуться

8

Излил, как дождь.

Вернуться

9

Убегай.

Вернуться

10

Здесь: строже.

Вернуться

11

Мороз.

Вернуться

12

Без трудов.

Вернуться

13

Заговор, умысел.

Вернуться

14

Здесь: родился.

Вернуться

15

Вместе с известием (о потерянных ослицах).

Вернуться

16

Вдвойне.

Вернуться

17

По своей воле.

Вернуться

18

Примешав, добавив.

Вернуться

19

Т.е. наглядно, как на картине.

Вернуться

20

Накормила.

Вернуться

21

Хотя бы.

Вернуться

22

Изранен, буквально: покрылся струпами.

Вернуться

23

Здесь: события Ветхого завета.

Вернуться

24

Остается праздным, не применяется.

Вернуться