Евгений Зиберт
Сценарий

Пролог

– Костя…!

– М-м.

– Ты слышишь в меня? Кость, проснись!

– Ну…? Чего ты?

– Да ничего! Стонешь, стонешь, меня разбудил. Сон плохой?

– М-черт, погоди… Да чего-то снилось вроде – не помню. Ох-хо-хо, который час то?

– Не знаю, часа три, похоже.

– Да? Темно, конечно, но похоже, всё-таки без тринадцати три, нет?

– Ты издеваешься, Уваров?

– Не сердись. Наташка спит?

– Да её разве разбудишь! Что тебе приснилось-то?

– Не помню, правда… Чушь какая-то. Ты извини. Толкай меня если что.

– Здрасти, пожалуйста…!

– Пожалуйста, привет.

– Остряк. Я, думаешь, целовать тебя нежно стала, когда ты завыл, как раненый?

– Что, прямо-таки завыл?

– Напугал меня. Повернуть тебя хотела, так упёрся ведь, застонал!

– Да-а, и не черта ведь не помню! Что-то такое… Нет, хоть убей! Покурить, что ли…? Не смотри так.

– На балконе, пожалуйста.

– Ну, о чем разговор! А можно в лифте?

– Ох, Уваров, Уваров. Как хочешь, можно и в лифте. Только подушку тогда не забудь и будильник.

– Вот за что я люблю тебя, Тань.

– Знаю. Иди уже. Наташку не разбуди.

– Не разбужу. Где кофта моя? А, вот. Постарайся уснуть. Прости, правда…

– Ты ещё здесь?

– Кто? Не знаю. А кто тут? Я ушел уже давно…

На балконе было совсем не жарко, и кофты явно было недостаточно. Но воздух! Так пахло в Греции или Турции? Морем, как будто. Здесь иногда так бывает, когда ветер с залива доносит слабый запах воды и то ли водорослей, то ли тины. Я несколько раз вдохнул глубоко, ещё раз насладившись этой свежестью, и вытащив (а чёрт, две штуки всего осталось!) сигарету, задумчиво, как пишут в детективах, прикурил.

Да уж, дела… Мысли были в полном бардаке! Конечно, чёрт возьми, я помню, что мне приснилось! Разве такое забудешь!? Минуты две я думал, как это можно объяснить?

Ну, не рассказывать же мне об этом Тане, в самом деле! Господи, как же всё это… Как наяву, честное слово! Хотелось затянуться поглубже, но вызывающе торчавшая из пачки последняя сигарета усмехнулась мне, и я решил не торопиться.

Чёрт, чёрт, чёрт! И было бы во снах дело-то, ладно! Пережить можно. Так нет! Дело в том, что последние дней пять-шесть я не мог не заметить пугающего воплощения того, что мне снилось, – в реальной жизни! Причем вплоть до мелочей! Чтоб я сдох! Приснится же такое! Вяло усмехнувшись собственному каламбуру, я с сожалением затянулся последний раз и, вопреки всем прочитанным детективам, остервенело впечатал фильтр в пепельницу.

«Он напоследок затянулся и ловким щелчком отправил еще подававшую тёплую жизнь сигарету описывать красивую огненную дугу, дабы, ударившись в конце пути о землю, судорожно взорваться снопом искр и потухнуть уже раз и навсегда…» Черта с два! Писаки-балагуры. В жизни всё проще. Последнюю сигарету на утро. После завтрака покурить – святое дело. Как там? Утро вечера мудренее? Ну, ну, посмотрим. Я робко поёжился, то ли, действительно, кофты маловато, то ли от собственных мыслей, но мне явно было не по себе. Спать, Уваров! Спать. И не разбудить дочь!

Глава 1

Говорят, когда человек рождается, на земле появляется своеобразная ниточка, по которой он, собственно, и движется. Виться она может сколько угодно. Угодно, подразумевается, Богу. Впрочем, не знаю, ибо длина у этих ниточек самая разная. А так ли Ему угодно, чтобы кто-то жил дольше, а кому-то не досталось и детства своего увидеть?… Вопрос не простой.

Так вот, ниточек этих миллионы! Какие-то пересекаются, продолжая виться рядышком, а некоторые в косички после свадьбы переплетаются… Ну, это уже совсем моя фантазия! И сдаётся мне, что наши с Таней ниточки переплелись правильно! Уж кому спасибо сказать, так и не знаю, но косичка, думаю, получилась на редкость удачная! А шесть лет назад она стала чуть потолще. Родилась дочь, и автоматически вплелась в наше сплетение. Это, определенно, Тане спасибо! Да и мне, наверное, тоже. Куда же без меня?… Мы не Боги, по отдельности сотворить человека нам не под силу. И порой чувствую, что Наташкина ниточка в нашей косе не последняя! Что-то я, как курица, раскудахтался, не по сути. Ближе к делу, наверное…

Раньше я работал охранником. В казино. Ходил между игровых автоматов, всем своим видом подчёркивая всю серьёзность заведомо «лоховского» заведения. Потом пошла «зачистка». Причём, как со стороны государства, так и каких-то бандитских группировок с азиатским оттенком.

Таня, конечно, была категорически против того, чтобы я продолжал вариться в подобной структуре, называла работу охранника несколько туповатой, а главное, – небезопасной! Но мне, вроде, удалось её убедить, что в пожарники люди идут, не думая о том, как сгорят при очередном тушении, а спасателями работают не те, кто мечтает утонуть ради спасения чужой жизни… Судьбой всё предначертано, и бояться глупо. Чему суждено быть, того не миновать. Кому-то и охранником работать надо.

Сама Таня работает менеджером.

Ох, и работка, скажу я вам… Для такой работы надо этим менеджером, по-моему, родиться! Я как-то пытался, по её просьбе, варится в этом рассольнике. Даже специально курсы окончил (так и хочется приписать, с красным дипломом), но, увы! Кроме синей корочки и багажа знаний объёмом в две школьных тетради, в которых эти знания благополучно и остались, я сколько не прислушивался к себе, так и не ощутил того заряда, с которым будущие менеджеры вливаются в мутную реку предпринимательства. Пару месяцев я просидел в офисе, отчаянно пытаясь создать иллюзию рабочего оптимизма.

«– Кофе? Пожалуйста! Чайку? Какие проблемы! Сходить на склад, коробки посчитать? Господи, да мне это раз плюнуть! Я же курсы закончил!»

Но чтобы за телефон сесть и сколько там, – сто пятьдесят «холодных» звонков сделать!? Это, не знаю даже… А хотите, я лучше вам ещё чаю сделаю? Или кофе? Хоть те же сто пятьдесят чашек!

А лучше увольте, честное слово! Каждый должен заниматься своим делом, – утверждаю я! Впрочем, раз пять-шесть, волна предприимчивости захлестнула и меня. Я «оседлал» телефон, и за две недели некоторое количество сделок мне провести удалось! И, надо отметить, фирма недурно с этого поимела! Да и нам с Таней неплохо перепало.

Но это не то, чем бы я хотел гордиться! Я не испытывал к телефону никакого уважения. Я не хотел с ним дружить! Ни один мерзавец не вызывал у меня столько отвращения, как этот аппарат! Хотелось заняться каким-то СВОИМ делом!

– А нет своего дела – учись! Телефон на столе! – улыбается мне Таня.

Ей хорошо. Она не то, что родилась, но и в прошлой жизни, похоже, менеджером подрабатывала! Есть в ней жилка эта – предпринимательская!

Что ж, каждому своё! Я не в претензии. Своей жене завидовать глупо. Ну, за исключением, – «Ух, и повезло же тебе, Танька с мужем!». Со мной, то есть. Но не более того.

Ладно, чего уж там… Менеджеры, конечно, неплохо зарабатывают на своих комиссионных, но, как я тогда решил, всех денег не заработаешь, и поэтому вернулся к охранной деятельности. Тем более Юрка, мой школьный товарищ, предложил работу в банке – инкассатором. Сам он водителем там работал. Лет 5 уже. Ну, я и не стал долго думать. Работа же, как волк, и в лес убежать может…

И вот, лишь спустя год, как я стал сопровождать денежный броневичок, меня стало терзать смутное беспокойство по поводу того, что зарабатываю я на порядок меньше своей жены. Возможно, кто-то от этого и не ощущает внутренний дискомфорт, но мне всё чаще становилось весьма тягостно от этих мыслей.

А жизнь идёт, и у меня уже есть дочь. Ей почти шесть. Боюсь, она уже многое понимает. И что папа зарабатывает меньше мамы, в том числе. Осознавать это невыносимо, но, как и мусор, – приходиться выносить. Это грустно.

Теперь ещё сны эти! Просто забыть и не думать об этом, невозможно! Потому что…

Около недели назад мне приснилось, что Танин отец серьёзно заболел. Утром она мне рассказала, что папе ночью пришлось вызывать скорую. Разумеется, я ей тут же поведал о своем сновидении, и мы оба, как люди разумные, развели руками, – бывают же совпадения! Слава Богу, ничего серьезного с папой не произошло, это были обычные слёзы организма об уходящих годах.

Буквально следующей же ночью мне явилась какая-то отвратительная старуха, которая настойчиво грозила мне своим крючковатым пальцем и твердила, чтобы я с Наташки глаз не спускал!

С Таней я свой сон даже обсуждать не стал! Чего пугать зря, – она у меня натура ранимая и весьма восприимчивая. Но за дочкой я всё же посматривал. Вечером она полетела с дивана и, ударившись об угол спинки, заработала на лбу огромную шишку! О проклятой старухе я вспомнил лишь ночью перед сном. Спать мне, конечно, расхотелось, и я пришел к выводу, что никакого вывода я сделать не могу! Потому что, если это не очередное совпадение, то абсолютно реальное, очередное предупреждение!

И, чёрт возьми, что ты, старая карга, мне советуешь делать?! Весь день ребёнка на руках носить? Нет уж, дорогая. Дети играют, закономерно падают, разбивают себе лбы, набивают шишки на ногах и так же логичным и естественным путём выздоравливают, становясь умнее и осторожнее.

Одним словом, поскольку кроме острой досады на мерзкую предсказательницу, я не испытывал, мне всё же пришлось поблагодарить её и, посоветовав в следующий раз быть более определенной в своих намёках, улёгся наконец спать.

Следующим утром я проснулся в поту. Во сне я увидел стремительно летящего вниз человека! Видимо, не желая видеть, как он разобьется, я резко отвернулся, тем самым вынудив себя тут же пробудиться от этого кошмара. Было еще крайне рано, но спать я уже не мог.

Сварив себе кофе, я взял сигареты и вышел на балкон. Солнце только-только всходило и все дома были того самого необъяснимо ярко-алого цвета, который они принимали, с другой стороны, на закате. Это зрелище всегда завораживало. Не важно, в городе ты или в поле, художник ты или инкассатор… Безучастным такая красота, уверен, не могла оставить никого.

Напротив нас сразу за каким-то элитным детским садиком строился дом. Впрочем, он был уже почти построен. Над двадцать вторым этажом располагалась крыша, а внутри проводились какие-то отделочные работы. Днём и ночью там, словно муравьи, суетились безотказные гастарбайтеры, и, судя по всему, скоро мы будем ревниво наблюдать вселение предприимчивых счастливчиков, которые вовремя подсуетились и заранее приобрели себе здесь квартиры.

Мои размышления прервал один рабочий, который, встав на перила балкона, пытался подтянуть к себе ведро, свисавшее с находившейся чуть выше лебедки. Похоже, он был один, так как никого, кто бы подстраховывал его с балкона, я не видел.

Что я почувствовал в тот момент, не помню. Но то, что произойдет дальше, я чётко знал! Почему я не крикнул в тот момент? А что бы я, собственно, кричал? – «Осторожнее! Не смейте стоять на перилах без страховки!»… Маловероятно.

Будто в ступоре я смотрел, как этот гастарбайтер тщетно старается дотянуться до веревки, как безуспешно пытается раскачать это злополучное ведро, как, потеряв на мгновение опору, нелепо взмахивает несколько раз руками и, словно в замедленной съемке, летит, почему-то абсолютно молча, вниз. Как он упал, я не видел. Тротуар возле дома вместе с первыми тремя этажами загораживал детский садик. Помню, я еще подумал, хорошо детей там ещё нет.

И ведь, действительно, как и во сне, заключительного момента падения я вновь не увидел! И, слава Богу. Но что же, чёрт возьми, происходит!? И как мне к этому относиться? Бред наяву, честное слово! Запоздалая мысль – вызвать скорую, как пришла, так и ушла, так как к месту падения несчастного уже сбегался народ, и я был уверен, что кто-нибудь наберёт номер, надеюсь, не службы газа!

Настроение было испорчено. Не хотелось ничего. Ни идти на работу, ни с кем бы то ни было разговаривать, ни думать. Ни-че-го.

Но вот я услышал, как проснулась Наташка, а, значит, через минуту она растрясёт Таню, и утро полностью войдет в свои права. Надо варить кашу, создавать легкий натюрморт завтрака и найти в себе силы делать вид, словно я за это утро дважды не видел одной и той же смерти! Да уж… Свихнуться можно… Господи, освободи меня от подобных зрелищ!

Вечером я вдруг осознал, что просто-напросто боюсь уже уснуть! Дожили. Хоть бы хорошее что-то приснилось! К примеру, я выигрываю в лотерею!

Последнее время мы с Таней на это подсели. Благо, выходить из дома и куда-то ехать, чтобы заполнить лотерейный купон, не нужно. Все делается в интернете. Это не дорого. А не особо затратная покупка НАДЕЖДЫ распаляет наши фантазии. Это приятный факт и глупо его игнорировать. Жизнь – игра! И если этим не болеть, позволяя лишь изредка тешить себя вращением колеса фортуны, то и не зазорно вовсе!

Нет, ну действительно! Отчего бы скупердяю – Морфею не преподнести мне во сне миллион! Или какой там сейчас в «5 из 36» джекпот? Сорок четыре миллиона, что ли? Вот хватило бы, честное слово! А на следующий день, под вечер убедиться в выигрыше, получить его и – Эх! – веселись, Рассея!

Я закрыл глаза и попытался нелепо помолиться Богу сновидений. Авось, услышит! Бред, конечно. Или я потихоньку сползаю с катушек? Немудрено. Надо же, даже курить не хочется! Ещё пара-тройка подобных снов, которые тут же претворятся в моей жизни, и я с отвращением буду смотреть на алкоголь…

Человек с первых минут осознания живёт какими-нибудь надеждами. В этот день я отправлялся спать с надеждой на то, что – либо вся эта чертовщина закончиться, либо мне, по крайней мере, приснится что-то благоприятное. Что-то хорошее, наконец!

Луна ещё такая… Большая. И неестественно яркая! И звезды… Спокойной ночи тебе, Уваров. Спокойной ночи, чёрт возьми!

…Нет слов, етить-то коромысло! Просто нет слов!

Ночью меня целовала какая-то совершенно не знакомая мне женщина! И что же дальше?… Вот! Теперь самое время рассказать обо всём жене! Вот прямо сейчас же! Вещи свои только сначала собрать…

Да-а, Уваров, ну и влип же ты! Проутюжил ты меня, товарищ Морфей, низкий поклон тебе! Как это произойдет, при каких обстоятельствах я, разумеется, не имел понятия. Это был уже вызов. И я решил его принять. Видит Бог, я на сторону не гуляю, свою жену люблю, и изменять ей ни с кем не собираюсь! Посмотрим, с кем это я сегодня целоваться буду! Это даже становится интересным!

По дороге на работу я несколько нервно перебирал все возможные интерпретации столь интимного сновидения, которое, судя по всему, сегодня должно было воплотиться в реальности. Никакие варианты в голову не лезли. Если, конечно, не фантазировать, а смотреть на вещи трезво, то просто некому подходить ко мне со своими поцелуями!

На работе меня ждали две новости. Во-первых, оказывается, я сегодня ровно год, как работаю в этом банке. Вторую новость звали Анастасия. Наша новая сотрудница. Невысокая блондинка лет двадцати. Дочка сестры двоюродного брата жены нашего директора…, (как-то так, по-моему). Как я понял, назначали её секретарём.

В этот день у нашей группы было всего два выезда, и день в основном прошел в нашей уютной подсобке. Разговоры, само собой, вертелись вокруг новенькой, и поэтому я откровенно скучал. К вечеру меня даже одолело некоторое беспокойство – прогадал Морфей, что ли?

Уже под вечер, когда мы шли с Юркой по коридору, навстречу неожиданно выскочила эта невразумительная Настя.

– Ой, Юрочка! А вы уже домой?

(А мой друг, оказывается, уже знаком с этим недоразумением!)

– Нет, Анастасия Павловна, – Юрка был сама любезность, – мы ещё не домой.

– А это наш новенький сотрудник? – её ноготь с ядовито-красным лаком хищно уставился прямо мне в грудь. – Ты познакомишь нас или мне самой представиться?

И при этом та надменность, что у нового шлагбаума, которая меня просто бесит!

Я, честно говоря, ожидал от Юрки что-нибудь в плане, – «Все мы когда-нибудь лично преставимся…», но он продолжал играть в идиотского джентльмена:

– Константин, это Анастасия Павловна. Анастасия Павловна, это Константин. – Юрка вовсю улыбался. – И у Кости сегодня, между прочим, праздник!

– Вот как?! – удивление Анастасии было настолько искренним, что меня обожгла мысль, а подозревала ли девушка раньше о существовании праздников у ДРУГИХ людей? – И с чем же я могу вас поздравить?

Я натянуто улыбнулся и, пожалуй, слишком громко произнёс:

– Видите ли, сегодня ровно год, как я здесь работаю!

– Вот как?! Почему же тогда – вы новенький?

Я посмотрел на Юрку. Он развёл в стороны руки и сочувственно покивал.

– Ну, позволь, в таком случае, мне тебя поздравить! – с этими словами Анастасия наклонилась и поцеловала меня прямо в лоб. Как покойника.

– Пока, мальчики!

И исчезла. Словно и не было её.

Вот так. Вот, собственно, и всё. Я, честно говоря, был искренне рад такому исходу дела. Сон нашёл место своего свершения. Никто не пострадал. Мой семейный status quo остался непоколебимым. А новенькая Анастасия, наверное, как была дурой, так и осталась. Вечер прошел спокойно, и скоро, слава Богу, домой!

Правда, чуть позже до меня вдруг дошло, что, как ни крути, а факт остается фактом, – сон вновь оказался пророческим и, чёрт возьми…! Честное слово, если бы мои сны не касались меня лично, я бы выпустил ежедневную газету со всеми предсказаниями на день грядущий! И, видит Бог, бизнес стал бы весьма успешным! А я, соответственно, – успешным бизнесменом! Что тут говорить, было бы круто…

Глава 2

И вот, пожалуйста, сейчас половина четвёртого. Такая же ночь, всё тот же балкон, те же сигареты… То, что я СЕГОДНЯ увидел во сне, не имело никакого отношения ни к чему, кроме меня самого.

И, что самое неприятное, что ЭТО произойдёт. В этом я уже был абсолютно уверен! Произойдёт, товарищ Уваров! И произойдёт с тобой!.. Выть хочется. Будто услышав мои мысли, из-за облаков уверенно выползла луна и застыла, словно в ожидании моей волчьей рапсодии… Предательница.

Утром всё Тане расскажу! Нет сил держать в себе весь этот бред!

Наверное, от этой мысли мне стало легче. Танюша своя в доску. Поверит, поймёт и, может посоветует, чего, хотя, что тут можно посоветовать? Не просыпаться? Или смириться и жить по сценарию, написанному, Бог знает кем? Ладно, посмотрим, обсудим. Обязательно расскажу! И чего раньше молчал? Дубина.

Утро оказалось на редкость чудным! Проснувшись и посмотрев на часы, я осознал, что, во-первых, видимо, у меня выходной, раз в столь поздний час я не на работе. А во-вторых, судя по тому, что я проснулся сам, а не был безжалостно разбужен своей дочерью, Таня, уезжая на работу, отвезла Наташку к бабушке. Иногда она делала подобные сюрпризы. Как нам, так и моей тёще. И в квартире, похоже, я остался совсем один. Более того, сегодня суббота, и «Квартирный ответ» вот-вот начнется…

В ванной немного поразмыслив, я решил, что желание выложить ВСЁ жене, было несколько скоропалительным. Тем более, что последний мой сон явно заставил бы её серьезно забеспокоиться. Нет, торопиться не стоило, притом, что мысль, с которой мой кореш обратился ко мне в этом сне, неоднократно гостевала и в моей голове…

Надо сказать, что идея ограбить какой-нибудь банк была не просто дурно пахнущая, но и попросту абсурдная! Тем не менее, допускаю, что подобные фантазии возникают у многих людей, сталкивающихся с финансовыми трудностями. И сегодня ночью, в моём сне тот самый Юрка, инкассаторский водитель, мой бывший одноклассник и друг, недвусмысленно мне намекнул, что денег на жизнь ему категорически не хватает! А тех, что мы ежедневно перевозим по всему городу, хватило бы вполне! И он даже готов ими поделиться, если я ему помогу! Вот и весь сон. Без каких-либо подробностей! Зато всё чётко и ясно.

Таня не дала Юрке возможности обсудить весь план, ибо я, по её словам, «застонал, как раненый» и был, естественно, разбужен. Но это не страшно. Судя по всему, сегодня меня с этим планом ознакомят. Вообще-то, Юрка – парень неплохой. Мы не только учились в одном классе, но и жили в одном доме. И, пожалуй, дружили.

Помню, в классе четвёртом он таинственным шёпотом предложил мне помочь в одном деле и, возможно, если бы я тогда отказался, он сегодня мне и не приснился бы… Но решение тогда было принято, и я всю ночь печатал на старой дедовской машинке его листовки. Надо отдать ему должное, – они были составлены Юркой лично и, что немало важно, достаточно грамотно. Листовки призывали народ ополчиться против кооперативщиков и пресечь их наглую, беспардонную деятельность! Вступали в силу времена перестройки, но, поскольку мы ещё носили пионерские галстуки, а на школьных пиджаках красовался значок с кудрявым Вовой Ульяновым, наше стремление следовать идеям коммунизма было, наверное, искренним.

И, несмотря на то, что еще в 21-ом году решением съезда РКП был создан НЭП, при котором все товары в основном были от кооперативов, наш народ был крайне озабочен их возрождением, и народный гнев уже выплёскивался через край. Мы всё это понимали и, возможно, даже сочувствовали. Иначе как еще объяснить организацию нашей с Юркой ячейки с загадочной аббревиатурой – ЮПП, что в переводе возводило нас в «сан» Юных Помощников Перестройки! Кстати, забегая вперёд, скажу честно, листовки не провисели и трёх часов.

– «А-а! Задело, значит! За живое-то!» – ликовал Юрка, когда увидел, что одна из листовок уже сорвана. Я же, потирая сточенный о железные клавиши палец, вяло улыбался.

Затея, конечно, как и большинство ребяческих идей, просуществовала ровно один день, но мы ещё долго гордились тем, что приняли участие в загадочной перестройке нашей страны!

Ещё, помню, что Юрка ни черта не понимал в английском! И я, составляя наши скромные диалоги, заданные англичанкой на дом, писал для него на бумажке ответы на английском русскими буквами. Мы стабильно получали тройки, как я понимаю, просто из жалости к нашему слабоумию, граничившему с ослиным упорством.

Нет, наверное, всё-таки в школе мы были приятелями. Ведь в силу какой-то своей особой прихоти, жизнь не преподносила нам никаких серьёзных бед с тем, чтобы проверить настоящие Дружеские чувства. Но и этого было вполне достаточно! А спустя двадцать лет, мы стали называть себя друзьями детства. И отношениями своими очень дорожили. Это нормально. Как у всех.

Я решил, что сам звонить Юрке не буду, дабы не вызывать у него немой вопрос, – какого чёрта я читаю его мысли?!..

Позавтракав, я зарядил стиральную машину бельём, которое, как мне казалось, мы собираем со всего подъезда, и решил попробовать начать генеральную уборку. Как ни крути, а возможность побыть одному, надо отрабатывать.

Это было неписаное соглашение, которое никем не обсуждалось. Мы с Таней никогда не делили своих обязанностей. Стирка, уборка, глажка или приготовление еды ложились на те плечи, которые кто-либо из нас самостоятельно подставлял. Так было проще. Никакого графика дежурств. Кто первым обнаруживал работу, тот за неё и брался. Кому было лениво, ласково просил другого, а другой, как правило, не возражал. Мы оба знали меру, и разногласий или споров на эту тему никогда не возникало. Что ни говори, а понимание между нами было, как у Борменталя с Преображенским во время операции.

Начать я решил с кухни. Эта территория, как и во всех квартирах, требовала наибольших усилий. А когда самое трудное позади, можно дальше и не продолжать… Сказать, что вот кухню я отдраил, а тебе, Танюша, осталось в комнатах пропылесосить, да полки протереть. Впрочем, я знал, вылизав кухню, я, несомненно, подхвачу вирус небывалой чистоплотности и попытаюсь до прихода жены навести марафет во всей квартире. А потом с гордостью ходить и обращать ее внимание на всякие мелочи, типа:

– И за телевизором пыли, смотри, нет! И за дверьми, в углах, плинтусы протерты! И у попугаев клетка чистая! И шторы ко всем крючкам прицеплены!.. Нет-нет, ты посмотри – и в унитазе вечной ржавой полоски больше нет!

Пару минут её удовольствия и восторга оправдали бы все мои усилия! Порой мне кажется, что я затеваю уборку не ради самой чистоты, а для того, чтобы лишний раз доставить ей удовольствие… Глупо? Нисколько!

Когда я заканчивал намывать плиту, телефон робко сообщил мне о чьей-то эсэмэске.

Знал ли я, от кого она?

«Костян, надо поговорить, набери, когда освободишься!» – прочитал я и мысленно похвалил Юрку. Хватило же ума не писать мне в телефоне о его грандиозном предложении, – ограбить банк!

Закончу и позвоню, решил я и, ещё раз прочитав сообщение, невольно обратил внимание на то, что Юрка словно догадывался, что в свой выходной я чем-то занят. Забавно, если ему сегодня приснилось, что с утра его друг Костик будет убираться в квартире. Причём, начнёт это дело с кухни! Тогда мы быстро найдем общий язык!

Меня вдруг охватило невероятное волнение! Я остро почувствовал, как колесо неких событий мерно начало раскручиваться. И хотя разговор у нас ещё даже не состоялся, моё будущее становились всё более реальным.

Я даже разозлился на себя! Какого лешего, Уваров?! Ну, попросят тебя помочь! Мне что, – и отказаться нельзя?

А с другой стороны, это же чушь какая-то! С какой радости мне грабить какой-то банк, потом, судя по всему, отправляться в бега, возможно, переезжать из города в город, а в завершение вполне логично сесть за решетку!? Да ну, бред, честное слово! Мне даже захотелось тут-же позвонить Юрке и сразу послать его ко всем чертям с его ограблением!

Но, видит Бог, мне было крайне интересно, что же будет дальше! Просто до неприличия! Юрка толковый парень, башковитый. Его идеи никогда не были бредовыми и, говоря откровенно, меня не удивило, что именно он обратился, и именно ко мне, с подобным предложением. Впрочем, никакого предложения я еще не слышал. Авось, пронесёт на этот раз? Н-да, навряд ли… Я решил больше не испытывать своего терпения и, захватив сигареты, устроился на балконе.

– А скажи-ка мне, Уваров, – затянувшись, спросил я себя, – только честно! Что ты ответишь своему старому другу, если он действительно предложит тебе участвовать в этом безумном, откровенно криминальном деле?

События нескольких последних месяцев отчаянно сводили на нет мою уверенность в завтрашнем дне. Многочисленные кредиты, набранные нами во всевозможных банках, заставили меня с Таней оказаться в полном дерьме!

Поскольку сегодня большинство банковских организаций благодушно выдаёт любые суммы на любые нужды, народ радостно эти суммы принимает, не думая особо, как будет их отдавать. Мы мало чем отличались от других, и отчаянно верили в светлое будущее! Только вот никак оно не наступало, будущее это. А кредиты тем временем ежемесячно давали о себе знать. И последний свой кредит мы были вынуждены взять, чтобы покрыть ежемесячный платеж других… Снежный ком. Это становилось невыносимым и навевало какую-то удушливую тоску.

Фантазии на тему богатых дальних родственников мы отбросили сразу, – их попросту не было. Неожиданное везение в лотерее смахивало на зеро, – что палкой по воде, – сколько ни ставил, но больше потраченной на билет суммы не выигрывал. А мысли о внезапно остановившем меня известном кинорежиссере с предложением сняться в его фильме настигали меня ровно столько, сколько раз я ходил в булочную. Вот только, кроме вечно озадаченного сантехника нашего дома, просившего у меня «сигаретку» или «прикурить», меня никто никогда не останавливал.

Во мне появилось чувство, которое ранее мне было не знакомо, мне безумно было себя жаль! Это было отвратительно и никак не укладывалось в мою философию.

«А что, если?» – порой спрашиваем мы себя. – «Нет, ну а вдруг?» – мысль, которая так часто настигает многих людей, возникла в моей голове сама собой. И чем чаще я её прокручивал у себя в голове, тем сильнее моя уверенность перерастала в убеждение, что Юркина затея не так уж и фантастична. Мешало одно. Если другу моему терять было нечего, то у меня за спиной были Таня с Наташкой. И мама. В случае неудачной попытки меня будут судить и посадят, как пить дать. Рисковать я не имел никакого права. От одной только мысли на мои глаза наворачивались слезы…

Я затушил сигарету и, взяв телефон, набрал Юркин номер.

– Алё, Костян! Я знал, что ты позвонишь! – его радостный голос никак не вязался с моим упадническим настроением. Знал бы он, что я знаю больше, чем он думает…

– Да, старина, привет! – Я не спешил. – Прочитал тут твое сообщение. В баню опять позовёшь? – иногда Юрка приглашал меня в какую-то сауну со своими корешами, но я так и не удосужился составить ему компанию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.