Дарья Калинина
Жертвы веселой вдовушки

Глава 1

Осень в этом году была необычайно мягкой и теплой. Непривычно ярко светило солнце. И днем казалось, что лето еще никуда и не ушло. И хотя листья деревьев и трава уже потеряли свою летнюю сочность, но до настоящей осенней непогоды было еще очень далеко.

В один из таких очаровательных осенних деньков, когда погода казалась просто созданной для того, чтобы наслаждаться ею, две подруги – Кира и Леся – принимали у себя почетную гостью. К ним пожаловала мама Леси – тетя Света, которая редко баловала свою дочь визитами, наверное, поэтому и старалась вложить в каждый из них максимум родительской критики и поучений.

– Кого люблю, того и уму-разуму учу. А вас, девочки, я люблю больше всех на свете. Ты, Кира, мне как родная дочь. Честно!

Кира улыбалась в ответ, искренне надеясь, что ее улыбка не выглядит, как звериный оскал. Тетю Свету она тоже любила, но так… как бы это получше объяснить… на расстоянии. Любить тетю Свету, когда между ней и вами километров сто, а лучше – так и вся тысяча, было легко. Лесину маму всегда отличала похвальная экономность. И звонки по межгороду она считала непозволительной роскошью. И это здорово спасало подруг от настойчивой любви и требовательной заботы Лесиной мамы.

Конечно, кто-то скажет, что сейчас не каменный век, есть скайп, удобная штука. Можно дозвониться до любимых хоть с другой стороны земного шара. Но хотя город Турку, где жила Лесина мама, был гораздо ближе, подруги вот уже третий год с успехом делали вид, что скайп у них отчаянно барахлит. Иной раз им для этого даже не надо было особо стараться. Этот вид связи, особенно в выходные дни и праздники, действительно оставляет желать лучшего. То картинка зависнет, то посторонние шумы появятся, то вовсе звук пропадет. Ну а если все шло слишком гладко, то подруги и сами были не лыком шиты.

– Мама, мы тебя не видим! – ужасалась Леся.

– Картинка пропала! – вторила ей Кира.

И уже совсем дружно и весело подруги заканчивали разговор с дорогой общей мамулей:

– Алло, алло! Нет, поговорить решительно невозможно. Совсем ничего не слышно!

Итак, жила Лесина мама в близкой и одновременно такой далекой Финляндии вместе со своим финским мужем, которого очаровала несколько лет назад не только своей русской красотой и длинной светлой косой, но и удивительной для русской женщины экономностью. У тети Светы в хозяйстве никогда не пропадал ни один кусочек. Фразу «А остатки после ужина я просто выкинула!» она воспринимала как личное оскорбление.

Из поджаренных кусочков черного хлеба готовился домашний квас. Из белого мякиша делались панировочные сухарики или готовилась шарлотка. Причем в шарлотку шли яблоки, которые опять же кто-то другой бы и выкинул. Но для тети Светы была непереносима даже сама мысль, чтобы выкинуть что-то еще годное из дома. А вдруг этим чем-то воспользуется кто-то другой?

– Из этого пододеяльника еще вполне можно сделать простынку, – задумчиво поговаривала она и садилась за швейную машинку, ни в коем случае не электрическую, ведь это же дополнительный расход, и действительно сооружала либо две вполне приличных наволочки, либо целую кучу полотенец. А бывало, что даже и летний халатик, если расцветка материала позволяла.

И даже из вчерашней холодной гречневой каши получались прекрасные котлетки, почти неотличимые от говяжьих. Из старого стула мастерилось новенькое креслице, куда на обивку шел все тот же пододеяльник или остатки детского коврика, а вместо мягкой прокладки под седалище шла всякая ветошь, для которой даже фантазия Лесиной мамы не могла найти лучшего применения.

В общем, с появлением в доме хозяйственной супруги бюджет финского мужчины стал разбухать на глазах. Теперь все его хозяйственные расходы сократились почти вдвое. И если даже иной раз супруги и ссорились между собой, то о разводе никто из них и не помышлял.

Ездить в Россию Лесина мама не любила. Предпочитала, чтобы дочь вместе с подругой приезжали к ним. Так что прибыть в родное отечество тетю Свету могли заставить лишь чрезвычайные обстоятельства. И теперь обе подруги с нетерпением ждали, когда их дорогая гостья наконец изложит суть дела, по которому она явилась к ним.

Но тетя Света поедала один кусок свиного шашлыка за другим, не забывая обучать своих девочек премудростям экономии:

– Кетчуп лучше делать свой. Это и полезнее, и дешевле. У тебя, Леся, я вижу, много помидоров на ветках еще есть. Так ты кусты не уничтожай. А когда наступят холода, выкопай сами кусты и в дом от морозов их перенеси.

– И что?

– Не понимаешь? Дальше подвесь их где-нибудь в погребе или в другом прохладном месте, но обязательно – корнями вверх, а плоды с веток не обрывай. Они у тебя в таком виде до Нового года отлично провисят. Сок со стебля к плодам стекать будет. Каждую неделю станешь ходить в подвал, как к себе в огород, за свежими помидорчиками.

Идея была хорошая. Но неужели тетя Света приехала только для того, чтобы дать дочери этот дельный совет? Но не только Кира с Лесей держались настороженно. Их домашние кошки, степенная супружеская чета – Фантик и Фатима, – также наблюдали за гость-ей с недоверием.

По какой-то причине кошки недолюбливали Лесину маму. Не то чтобы совсем ее не любили, но относились к ней как-то настороженно. Может быть, потому, что тетя Света была твердо уверена, что животным для здоровья не полагается ничего, кроме каши с крохотным кусочком рыбы или куриной шкурки? Ни разу в жизни кошки не видели от этой женщины ни единого мясного обрезка, ни единой головы форели. Откуда же в таком случае было взяться в их сердцах горячей любви?

И вот теперь кошки устроились рядышком, не сводя глаз с тети Светы и явно гипнотизируя ее на предмет того, чтобы она скорей выкладывала – чего приперлась, и уматывала бы к себе обратно. В принципе подруг этот вопрос тоже волновал. И после третьей порции шашлыка Леся наконец решилась задать наводящий вопрос:

– Мама, а как у тебя дела?

– У нас все в Турку в порядке, – рассеянно откликнулась мама и неожиданно добавила: – А вот у вас проблемы.

– У нас?

– Да, у вас обеих.

– Но вроде мы…

– Вы обе до сих пор не замужем. Разве это в вашем возрасте не проблема?

– Ну… – с облегчением произнесла Леся, ожидавшая чего-то похуже. – Это мы еще успеем.

– Не успеете, если я сама за дело не возьмусь. Я так и сказала всей родне, когда они отговаривали меня от поездки к вам: не уеду от своих девочек, пока хотя бы одну из них не выдам замуж! Вот так вот! Все они сразу и заткнулись!

При этих словах Лесиной мамы подруги почувствовали, как на их спинах выступает испарина, хотя день был совсем не такой уж жаркий. Как уже говорилось, стояла ранняя осень, золотое время года, когда деревья еще только-только начинают покрываться первыми желтыми листочками. Но подруги все равно отчаянно вспотели. Если уж они до тридцати не успели выскочить замуж, тогда ясно – тетя Света останется у них навсегда! А они-то думали, что ее визит продлится пару дней, от силы – неделю.

– Я знаю, в чем причина вашей личной неустроенности. Вы обе совершенно не умеете ублажать своих мужчин. А ведь женихов надо баловать, их надо холить и лелеять. А самое главное… самое главное, их надо много и вкусно кормить. Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Многие женщины стали забывать об этой древней непреложной истине, а зря! Очень зря. Мужчин надо вкусно и обильно кормить, тогда они останутся в местах кормежки. Привыкнут жить там, где питаются. А нам ведь того и надо, не правда ли?

Подруги синхронно кивнули, потому что именно этого и ждала от них тетя Света. Но на самом деле они обе были в настоящем ужасе.

– К тому же не вы одни у меня такие непристроенные, – продолжила между тем свой монолог Лесина мама.

– А кто еще?

– Дядя Леня.

– А с ним-то что?

– Вот у дяди Лени, у того появились настоящие проблемы в связи с его неустроенностью в личной жизни.

Подруги переглянулись между собой. Кошки тоже покосились друг на друга. Они прекрасно знали, о ком идет речь. И подруги тоже знали это. Дядя Леня – толстый, самоуверенный и очень ленивый обжора, обожаемый сын тети Марины, был им хорошо знаком.

Только почему тетя Света упомянула о проблемах, связанных с ним? Дядя Леня был хорошим стоматологом и всегда отлично зарабатывал. Какие могут быть проблемы у взрослого, здорового и обеспеченного мужчины? Разве что все с тем же здоровьем? Ведь работу потерять он никак не мог. Вокруг полно людей, нуждающихся в услугах протезиста.

– Нет, не со здоровьем у него проблемы. Ну, слушайте, я вам все объясню.

Дядя Леня был двоюродным братом тети Светы и, следовательно, Лесиным дядей. Никаких особо теплых чувств Леся к этому своему дяде не испытывала, по причине того, что дядя Леня – или Ленчик, как его звали в семье – был с самого детства полностью порабощен своей властной мамашей, которая требовала исключительных прав сына на все его чувства. Ленчик должен был любить ее одну и заботиться лишь о ней одной. Ни на кого другого свои чувства Ленчик тратить не имел права.

Впрочем, год назад деспотичная власть матери над Ленчиком окончательно и бесповоротно закончилась – по причине естественной кончины этой престарелой дамы. Никакой грусти от этого события из родни никто не испытал, за исключением самого Ленчика, для которого мать за эти четыре с лишним десятка лет их «знакомства» стала центром его вселенной.

Все прочие тихо радовались, что сварливая и неуживчивая тетя Марина наконец отправилась в мир иной, откуда уже вряд ли будет изводить родню своими капризами.

– Ну да, – нейтрально отозвалась Леся. – Я помню дядю Леню. Мы с Кирой были на похоронах его матери. Ленчик там так рыдал! Выходит, дядя Леня до сих пор еще не оправился после смерти матери?

– Когда это было! – отмахнулась ее мама. – Тетя Марина умерла уже почти год назад. Ленчик давно уже смирился со своей утратой. Нет, сейчас проблема у него в другом, совсем в другом. Помнишь еще дядю Сашу?

– О, да!

Теперь Леся откликнулась куда более живо. Дядя Саша был еще одним маминым братом. Опять же, не родным, а двоюродным, но куда более веселым и любимым своей племянницей. Умер он всего месяц назад. И вопрос Лесиной матери был, по меньшей мере, странным.

– Конечно, я помню дядю Сашу, – отозвалась Леся. – Бедный! До сих пор не могу поверить, что он умер! Я даже всплакнула на его похоронах.

– А я вот уверена, что он не сам умер. Ему в этом помогли.

– Помогли? – опешила Леся. – Как это – помогли?

– А вот так, – еще более многозначительно и зловеще произнесла ее мама.

– Кто? – заволновалась Леся. – Кто помог?

– Его жена.

– Тетя Луиза?!

При этом имени бедную Лесину маму буквально скривило.

– Тетя Луиза… Не смей ее называть при мне тетей! Это не тетя – это жуткая дрянь и стерва! Я с самого начала предостерегала своего брата от этого скоропалительного брака с весьма сомнительной особой! Но он словно с ума сошел! Ничего не хотел слышать! Вот и допрыгался! Скончался, не дожив даже до шестидесяти!

– А мне казалось, что они вполне счастливы…

– Счастливы? Да эта тварь, пробы на ней ставить негде, ему постоянно изменяла!

– Откуда ты знаешь?

– Оттуда! Тетя Валя сказала.

Тетей Валей звали еще одну троюродную сестру тети Светы, жуткую сплетницу и вообще дуру. Леся лично к ее словам отнеслась бы с большой настороженностью. И поэтому теперь она тоже весьма скептически переспросила у матери:

– А ей-то откуда это известно?

– Да уж известно! Тетя Валя просто так языком чесать не будет!

– Так ли уж?

– Может, она что-то когда-нибудь и преувеличит малость, но в основе ее болтовни всегда чистая правда!

– И что сказала тебе тетя Валя?

– А то и сказала, что Саша помер, а у Луизки, шлендры этакой, уже новый ухажер имеется. Она их застукала, когда в Пассаж за новыми портьерами для своей гостиной ездила. Ну, ты же знаешь, тетя Валя портьеры всегда в Апрашке покупает, самые дешевые – турецкие, но при этом всем врет, что это эксклюзив из Италии и куплен в дорогом магазине.

– Значит, если исходить из твоей логики, то где-то в районе Невского проспекта она увидела тетю Луизу с каким-то мужчиной?

– Не с каким-то, а с ее любовником!

– А тетя Валя откуда так сразу это поняла? На них написано было, что они любовники?

– Да уж не первый год на этом свете живет, разобралась, что к чему! – ядовито отозвалась Лесина мама и замкнулась во враждебно-обиженном молчании.

Так случалось всегда, едва лишь дочь осмеливалась подвергнуть сомнению хоть одно слово из сказанного мамулей. Кира вздохнула и поняла, что если они с Лесей хотят разобраться в ситуации, то именно ей, Кире, придется выступить в роли арбитра. И почему дочь с матерью почти всегда не могут договориться мирно? Ведь сейчас Кира повторит то же самое, что сказала до нее Леся, но тетя Света отреагирует совсем иначе.

– Теть Свет, а что за мужик-то? Видный он хоть из себя? Сама-то Луиза, как я помню, красотой отнюдь не блещет.

– Вот именно! – тут же с жаром отозвалась тетя Света. – Совсем никудышная бабенка! Моя бабушка про таких поговаривала: ни рожи, ни кожи. Маленькая, вертлявая, ножки кривые, как у козы рожки, живот – арбузом. Да еще и зубы себе никак вставить не может! На передние отважилась, а что там дальше делается, ей вообще фиолетово. Говорит, «забор» есть, а дальше – неважно. Ну, разве это правильно?

– Конечно, нет! – подхалимски отозвалась Кира, которой ровным счетом не было никакого дела до зубов тети Луизы.

Но тете Свете, оказывается, было до них дело. И она даже прочитала подругам небольшую лекцию на этот счет:

– А зубы во многом характеризуют человека. Если у человека только передние зубы в порядке, то ясно, что это человек двуличный, скрытный. Ему важно, какое он впечатление производит на окружающих, а что там в нем самом делается – это неважно.

– Ну, а что с любовником-то? Он-то хоть с зубами был?

– И с зубами, и в дорогих ботинках, и с бакенбардами.

– С чем?

– Бакенбарды, девочки, это такая щегольская поросль на щеках у мужиков. Они их выбривают, к примеру, как капитанскую бородку.

– Ну да, понятно. Знаем мы, что такое бакенбарды. Просто думали, что со времен Пушкина их никто уже и не носит. Значит, мужик был из себя очень даже хорош?

– В том-то и дело. Ты же помнишь Луизу? Она коротконогая, попа у нее большая, волосы по всему телу, а сама всегда в черном.

– У тети Луизы траур по мужу.

– Брось ты! Какой траур! Во-первых, она всегда в черном ходит. Кавказ, что тут поделаешь, привычка! А во-вторых, она нашего Сашу сама в могилу загнала! Чего ей теперь печалиться? Наоборот, она радоваться должна!

Такое смелое заявление тети Светы заставило подруг снова переглянуться между собой.

– Ты, мама… Ты такими словами не бросайся.

– А ты мне не указывай! – тут же вспыхнула в ответ тетя Света. – Знаю небось, что говорю! Я с самого начала была против брака Саши с этой особой. Приехала неизвестно откуда, ни кола, ни двора, а гонору на пять королевен хватит!

Тетка Луиза, как помнили подруги, и впрямь любила «выпендриться». И дом где-то далеко у нее у моря имелся, и не просто дом, а трехэтажный каменный особняк, в котором сейчас жил ее сын от первого брака. И квартира опять же трехкомнатная в Тбилиси имелась. Неизвестно, насколько эти слова соответствовали истине, ни дома, ни документов на квартиру подругам, ясное дело, не показывали. Но драгоценности, которыми была буквально увешана Луиза на каждом семейном слете, впечатляли.

– Мама, но ты тоже не совсем права. Может, тетка Луиза и не очень приятная женщина, но они с дядей Сашей очень дружно жили.

– Ага! Потому что Саша содержал эту нахлебницу! Ни одного дня не работала, а все пальцы перед всеми нами гнула. По бриллианту на каждый палец нацепит – и тычет мне всем десятком в нос. Деревня!

Неприязнь тети Светы к ее золовке объяснялась еще и тем, что тетка Луиза за словом в карман не лезла. И тете Свете она сразу же заявила, что сама она – скупердяйка, и муж у нее – скупердяй. Она, Луиза, так жить не привыкла, поэтому пусть тетя Света пироги из сухих крошек у себя в Финляндии готовит, а она пойдет в «Метрополь» и купит там себе и своим гостям отличный тортик.

– На стол такой поставить не стыдно будет!

Сухарный «муравейник», который однажды привезла к общему застолью тетя Света, так и не попал на стол. Это и послужило причиной для начала взаимной вражды между двумя женщинами.

– Это Луизка нашего Сашку в могилу загнала. Уверена, она и со своими прежними мужьями так же поступала. Какая-то черная вдова, паучиха!

Тетя Света уже буквально закипала от ярости. И Кира поспешила спросить:

– Но что мы можем сделать?

– Вы?

– Да. Дядя Саша уже умер, а мы…

– А вы должны расследовать обстоятельства его смерти.

– Но у него же случился обширный инфаркт!

Дядя Саша и до того перенес уже два инфаркта, но последний все-таки прикончил его.

– И при чем тут тетка Луиза?

– Уверена, эта дрянь сумела спровоцировать болезнь моего брата! А теперь она еще нацелилась и на Ленчика! Вы же не хотите, чтобы и он тоже пал жертвой этой женщины!

Честно говоря, до Ленчика подругам не было особого дела. В отличие от общительного и веселого дяди Саши, который любил подвижные игры, любил выпить, поиграть в карты и подурачиться, Ленчик был тяжел на подъем. К своим сорока с небольшим годам он уже набрал двадцать килограммов лишнего веса, которые некрасиво осели у него на животе и на бед-рах. Так что теперь Ленчик обладал фигурой, напоминающей грушу – узкую вверху и широкую внизу. Да и характер у него был какой-то унылый, нет, с таким человеком подругам совсем не хотелось бы связать свою судьбу.

– Дядя Леня сам разберется. Если ему так хочется, пусть будет с теткой Луизой.

Но мама была категорически против:

– Что значит, если ЕМУ захочется? Это Луизе захочется, а Ленчик не сможет ей отказать. Это же такая прилипала, как пристанет, нипочем не отвяжется. К тому же Ленчик вообще не умеет отказывать женщинам. Как он с тетей Мариной носился, так и с этой поганой Луизой будет так же себя вести! А я этого не переживу!

– Так, и чего ты хочешь от нас?

– Помешайте этой паучихе! Не дайте ей лишить меня еще одного брата!

– Но что мы можем? – развели руками Кира с Лесей.

– Ой, вот только не надо этого! Не надо изображать из себя эдакую невинность! Вы распутали столько криминальных дел, сколько у меня волос на теле, думаете, я этого не знаю?

– Но там были реальные преступления, а в чем тут-то криминал? Вдова хочет снова выйти замуж, разве это преследуется по закону? В чем тут преступление?

– Как это в чем? Луиза довела до смерти одного моего брата, а теперь собирается выйти замуж и спровадить на тот свет и другого! И вы будете так спокойно сидеть и смотреть на это?

– А что мы можем сделать? – повторили подружки.

– Поезжайте к ней, поговорите с ней, осмотритесь. Вы же умные девочки, мигом поймете, что там к чему!

Подруги были в растерянности. Им совсем не хотелось тащиться к малознакомой им тетке Луизе и что-то там у нее выведывать и вынюхивать. Не говоря уж о том, что дядя Саша на протяжении целого года своего супружества с теткой Луизой несчастным отнюдь не казался, а даже совсем наоборот – он был весел, активен и весьма подвижен. Иной раз даже чересчур, что и привело в итоге к сердечному приступу.

Напрасно некоторые поборники активного отдыха и занятий спортом твердят, что спорт – это панацея от всех бед. Если сердце у человека слабое, то и физическая нагрузка должна быть слабой. Подобное лечат подобным. Сильное средство в таких случаях приводит к смерти.

Но тетя Света никаких отказов не принимала. И в естественную смерть своего брата она тоже не верила.

– Прямо сейчас и поезжайте! – заявила она. – Ну? Что вы застыли? Поезжайте, а я буду ждать вас дома.

Повздыхав, подруги все же снарядились в дорогу. Памятуя о том, что тетка Луиза чрезвычайно падка на все блестящее, каждая нацепила по целому гарнитуру своих украшений. Хотя бы будет формальный повод для визита. Купили вот себе девушки по новому бриллиантовому гарнитуру, хотят похвастаться перед понимающей тетушкой.

– Заранее договариваться о визите не будем. Позвоним, скажем, что мы возле ее дома, хотим зайти. Вряд ли она нам откажет.

Сама тетка Луиза частенько приходила в гости без всякого разрешения.

– А у нас дома, на Кавказе, не принято спрашивать разрешения, чтобы увидеть человека, – объясняла она. – Соскучилась, захотела вас увидеть, вот и пришла.

И попробуй скажи, что ты ей не рад или что она приперлась не вовремя. Обида будет – на всю жизнь! Так что теперь подруги решили отплатить тетке Луизе ее же монетой. Придут и заявят, что они страшно соскучились! Лучше уж поскучать часок у тетки Луизы, чем выслушивать нравоучения Лесиной мамы.

Спустя всего полтора часа после завершения разговора с тетей Светой обе подруги уже стояли у двери в квартиру тетки Луизы. Вообще-то, строго говоря, это была квартира дяди Саши. Но тетка Луиза, будучи его законной супругой, должна была получить все права на эту жилплощадь в самое ближайшее время.

Первый брак дяди Саши оказался неудачным. Хотя тоже как сказать: двоих детей он в том браке прижил, вырастил Ваську и Алиску, вывел их в люди, дал им образование и путевку в жизнь. Но вот дожидаться внуков не стал.

– Устал, – просто сказал он своей первой жене – тете Томе. – Хочу свободы. Детей мы с тобой вырастили, любви между нами нет. Давай расстанемся по-хорошему. Нашу квартиру и дачу оставляю тебе и детям. Себе забираю лишь «однушку», которая мне досталась от родителей. Ну и машину.

А еще дядя Саша забрал с собой из семьи свою зарплату, которая у него, как у директора частной авиакомпании, была совсем немаленькой. И на эту зарплату он сделал отличный ремонт в порядком запущенной родительской квартире. Купил новую машину. И даже помог выплатить своим детям кредит за их собственные квартиры.

Одним словом, никаких претензий у сторон друг к другу не было. И когда дядя Саша привел в дом Луи-зу, его взрослые дети отнеслись к мачехе если и без восторга, то и без особой неприязни. К тому же оба его отпрыска к тому времени перебрались жить за границу, там у них была своя работа и своя жизнь, в которой отцу не нашлось бы места при любом раскладе.

И вот теперь подруги стояли на пороге квартиры, в которой дядя Саша провел со своей второй женой целый год счастливой совместной жизни. В руках у них был излюбленный теткой Луизой шоколадный торт из «Метрополя». Но, несмотря на его наличие, подруги немного нервничали и звонить в дверь ни та, ни другая не торопилась.

– Не понимаю, отчего маме вдруг в голову втемяшилось, что тетка Луиза – это враг?

– Не знаю. Но если твоей маме что-то «вступит», то с ней лучше не спорить.

Леся тяжело вздохнула, она и сама это знала, и спросила:

– Ну что? Звонить в дверь?

– Не стоять же нам тут вечно! Звони.

Но прежде чем Леся успела поднести руку к звонку, дверь распахнулась и на пороге возникла сама тетка Луиза, разодетая, как для выхода на улицу.

– Ах!

– Ой!

– Девочки!

– Тетя Луиза!

После этого последовала пауза, пока обе стороны обменивались взглядами. Подруги были растеряны, они видели, что их визит не ко времени.

– А вы тут откуда? – первой пришла в себя тетка Луиза, делая шаг вперед и тесня подруг обратно на лестничную клетку.

– Мы… мы к вам. В гости.

– В гости?

– Соскучились, вот и заглянули. Не прогоните?

Было видно, что тетка Луиза изрядно смущена.

– А я как раз ухожу, – пробормотала она. – Надо же, как неудачно!

– Надолго?

– Что?

– Надолго уходите?

– Нет. Я тут в магазин решила выйти. И еще – к врачу. Давно с ним договаривалась, надо у него рецепт на лекарство забрать.

– Тогда мы можем вас подождать.

– Где? – почему-то испугалась тетка Луиза.

– У вас дома. Честно говоря, нам надо с вами посоветоваться. Мы вот и тортик уже купили.

– Тортик?

– Да. Впрочем, если нельзя к вам домой, то мы вас прямо тут подождем. На лестнице.

На лице у тетки Луизы отразилось настоящее смятение. Но затем она приняла какое-то решение, потому что лицо ее прояснилось.

– Ни в коем случае! – воскликнула она. – Вы – мои дорогие племянницы, я вам всегда рада. Заходите!

– А как же ваш врач?

– А! Ерунда! Неделю меня ждал, еще неделю подождет! – И с этими словами тетка Луиза распахнула перед подругами дверь. – Проходите сразу же в комнату! – засуетилась она. – Разуваться не надо. Вот еще глупость какая, разуваться! Нет ничего более отвратительного, чем грязные тапки, которые заставляют надевать своих гостей некоторые люди. Я этого не приемлю. Да я умру, но не надену их вонючих тапок. Лучше уж босиком! Хотя чем больше люди пекутся о порядке, тем меньше его у них!

Тетка Луиза отняла у подруг торт и быстро провела их в комнату.

– Посидите, я сейчас кофе поставлю и приду к вам. А чтобы вы не скучали, я телевизор включу!

И щелкнув пультом, тетка Луиза сделала звук погромче и ушла, плотно закрыв за собой дверь. Переглянувшись, девушки подскочили к двери. И им удалось услышать какие-то голоса и шум шагов. Тетка Луиза поспешно выпроваживала кого-то из своей квартиры. Видимо, когда подруги пришли, этот человек сидел в кухне. И теперь он покинул квартиру.

– Кто у нее там? – тревожно спросила Леся. – Мужик какой-то, похоже. Да?

Кира в ответ молча кивнула головой. Подруга была права. Тетка Луиза спровадила из своей квартиры не просто гостя, а гостя мужского пола. Ведь в квартире сейчас сильно пахло крепкими мужскими сигаретами. Но ни тетка Луиза, ни дядя Саша, ни даже Ленчик никогда не курили. То есть дядя Саша когда-то в молодости баловался табачком, но потом сердце, врачи и тетка Луиза категорически ему это запретили. И дядя Саша не стал с ними спорить.

Выходит, у тетки Луизы в гостях был какой-то мужчина, которого она спрятала от подруг, так им его и не показала. Может, подозрения тети Светы насчет этой особы в чем-то и справедливы? Но для того, чтобы это выяснить, надо было получше узнать саму тетю Луизу, с которой, по правде говоря, до сих пор у подруг были весьма поверхностные отношения.

Глава 2

К счастью для подруг, тетка Луиза была настроена дружески в отношении своих незваных гостий.

– Как хорошо, что вы все-таки решили заглянуть ко мне! – воскликнула она, вернувшись в комнату и даже принеся с собой дымящийся кофейник.

Что-что, а в отсутствии расторопности тетку Луизу упрекнуть было нельзя. Вот и любовника она из дома выпроводила, и подруг приютила, и даже кофе успела сварить.

– Если бы вы знали, как мне бывает одиноко в этом доме после смерти моего дорогого Сандрика!

Тетка Луиза называла дядю Сашу, сокращая его имя – Александр – на свой манер: Сандро или Санд-рик. Как только люди не коверкают это замечательное мужественное имя – и Алек, и Алик, и Сашка, и Шура, а теперь вот еще и Сандрик! Но, как бы ни звала тетка Луиза своего мужа, тот все воспринимал с неизменным восторгом.

– Девочки, что бы вам ни рассказывали про меня всякие там глупые клуши, – сказала тетка Луиза, разливая кофе по крохотным чашечкам, которые тоже каким-то непостижимым образом появились вдруг на кружевной скатерти, – но мы с Сандро были очень счастливы. Очень!

– Мы даже и не сомневались в этом.

– Сандро меня обожал!

– Ваше счастье было заметно невооруженным глазом.

Тетка Луиза удовлетворенно кивнула головой и наконец присела в кресло напротив подруг. Ноги она, сев, ловко скрестила, потому что, если на лицо тетя Луиза была очень даже ничего себе – не портил ее ни длинный кавказский нос, ни слишком тонкие губы, – то ноги у нее однозначно подкачали. И никаким гримом замазать их кривизну было невозможно. Но тетка Луиза и тут нашла выход. Носила брюки либо длинные юбки. А в случае, если юбка была обычной длины, принимала такие позы, чтобы кривизна ее ног не так сильно бросалась в глаза. Что и говорить, тетя Луиза была женщиной ловкой, хотя и не всегда приятной в общении.

Вот и сейчас она кинула на Лесю напряженный взгляд и неожиданно произнесла:

– А я ведь знаю, что за гадости говорила твоя мама в мой адрес!

Леся едва не поперхнулась напитком. Кофе внезапно комом встал у нее в горле.

– Что?!

– Не притворяйся, будто не знаешь этого!

– Не знаю, – соврала Леся.

– Она говорит всем подряд, что я ушлая особа, что приехала в ваш город исключительно ради того, чтобы окрутить какого-нибудь бедолагу, прописаться к нему и остаться тут жить. И даже будто это я довела Сандро до смерти! Вот что она говорит про меня!

Под пронзительным взглядом тетки Леся неуютно завертелась в кресле. И что за манера у некоторых людей говорить такие вещи прямо в лоб? Все-таки права мама, тетке Луизе недостает хорошего воспитания и манер. Какими бы крупными ни были ее бриллианты, сама их хозяйка была далеко не алмазной породы. И что теперь должна ей ответить Леся? Соврать? Или передать ей мнение своей матери? И что это за привычка – ставить человека в неудобное положение?

Леся натянуто улыбнулась и произнесла:

– Ну, это уже полная чушь! Все знают, вы ведь так любили дядю Сашу.

– Вот именно! Любила! – воскликнула тетя Луиза. – А что касается Ленчика – твоего дяди Лени, – то да, он заходил ко мне пару раз. И я тоже бывала у него. Исключительно потому, что мы оба недавно потеряли близких нам людей, одиноки и нуждаемся в сочувствии.

– И… И что же вы не пришли к нам?

– А вы меня не приглашали!

– Но вы могли бы прийти к нам без всякого приглашения.

– Тут так не принято. Мне много раз давали понять, что я приперлась некстати!

– Но мы же к вам пришли.

– Я – это другое дело. Я вам всегда рада.

И тетка Луиза принялась с удовольствием потягивать кофе, которого за целый день могла выпить целое ведро. И не лень ей было его варить. Ведь если по хозяйству тетка Луиза не слишком убивалась, то кофе варила в турке, а перед этим еще и долго молола кофейные зерна на ручной мельнице, перетирая их буквально в порошок.

– Только из такого молотого кофе можно сварить настоящий армянский кофе – напиток богов! – сказала она.

– Тетя, а разве вы не грузинка?

– Я родилась в Осетии. Но по паспорту я – русская.

– Как же вы оказались в Тбилиси? Вы ведь говорили, что ваш сын от первого брака живет там.

– Да. Живет. Вернее, жил, пока был маленький. Мой первый муж был грузин. От него мне досталась квартира в Тбилиси, в ней долгое время жил мой сын и моя свекровь. Но свекровь умерла, а сын переехал в дом в Кисловодске.

Дом достался тетке Луизе от ее второго мужа. И сейчас она стала рассказывать еще и эту историю тоже.

– А как же вы снова вышли замуж? Да еще имея маленького ребенка на руках?

– Бывать одна я не люблю, – легко призналась тетя Луиза. – К сожалению, мой второй брак продлился совсем недолго. И через десять лет мой дорогой супруг скончался.

– О!

– Среди родни моего второго мужа тоже попадались люди, которые распускали язык на мой счет. Делали всякие грязные намеки, упрекали меня в алчности. Но в завещании все было указано предельно четко, так что этим людям пришлось отступиться. Дом и прочее имущество досталось мне!

Подруги ощущали, как в их душах все больше и больше нарастает опасение за судьбу дяди Лени. Если эта женщина уже похоронила двух, нет – даже трех своих мужей, неизменно прибирая к рукам их имущество, то Ленчику стоит опасаться за свою судьбу. Он один живет в отличной четырехкомнатной квартире в центре. Он – протезист. И, отличаясь внешней неуклюжестью, он умеет делать нашим российским звездам эстрады такие отличные зубные протезы, при виде которых их голливудские собратья рыдают от зависти.

Благосостояние дяди Лени было несоизмеримо выше уровня доходов его покойного брата – дяди Саши. И не было бы ничего удивительного в том, если бы тетка Луиза обратила внимание на очередного холостяка, оказавшегося в зоне ее влияния.

И тетя Луиза лишний раз подтвердила это мнение, сказав подругам:

– Мне очень нужна ваша поддержка.

– Тетя, мы всегда поможем, если нужно. И на работу вам поможем устроиться. С хорошей зарплатой.

– О, нет, спасибо! – небрежно отмахнулась тетя Луиза. – В деньгах я не нуждаюсь. К счастью, мои супруги оставили меня достаточно обеспеченной вдовушкой. Но вот моральная поддержка была бы мне очень необходима.

И тетка Луиза склонила голову, отчего ее густые черные волосы свесились на лицо, открыв седую прядь. Увидеть ее было тем более неожиданно, что в остальном у тетки Луизы не было ни единого седого волоска, ни морщинки. Ей уже перевалило за сорок, но она очень тщательно следила за собой. И, как подозревали подруги, прибегала к услугам пусть и щадящей, но все же косметической медицины.

– Тетя, у вас седые волосы на голове!

– Что? Ах, вы про мою «прядь ангела»! Это – родовая метка. Точно такая же была и у моего отца, и у бабушки. Я могла бы ее закрасить, но не хочу. В отличие от других, я ценю семью и все, что с ней связано.

Внезапно подруги ощутили к ней нечто вроде сочувствия. И что это они набросились на тетку Луизу со своими подозрениями? Ну, не везло тетке в личной жизни, умирали у нее мужья. Так ее не пинать надо, а пожалеть.

– Тетя, мы всегда вас поддержим.

– Спасибо вам, девочки. Вот и Ленечка тоже меня поддерживает. Такой хороший, совсем не похож на всю вашу родню, которая с самого начала только и делала, что травила меня.

– Тетя Луиза…

– Впрочем, сознаю, я и сама отчасти виновата. Мне нужно было уделять больше внимания родне моего Сандро. Это было эгоистично с нашей стороны – полностью замкнуться в своем счастье. И вот теперь мой дорогой Сандрик умер, а я осталась совсем одна!

Не сказать, чтобы тетя Луиза пренебрегала общением с родней. На всех семейных праздниках, где бывал дядя Саша, появлялась и она. Со всеми знакомилась, со всеми была на дружеской ноге. Вернее, пыталась на ней быть. Не очень-то родня была к тетке Луизе расположена. Ее манеры всегда и всюду безошибочно выдавали в ней выскочку. Отсутствие общей образованности и воспитанности также бросалось в глаза. Конечно, прямо в лоб тетке Луизе родня ее мужа ничего не говорила, но и к тесному общению с ней тоже не стремилась.

– Так вот, я сама виновата. Я должна была больше рассказать вам всем про свою жизнь!

И опять тетка слукавила. И про себя, и про свою жизнь она рассказывала им всем предостаточно. Вот только рассказы ее не вполне сочетались один с другим. К примеру, дяде Мише она рассказывала, что родилась в Нальчике, дяде Тимуру – что в Батуми, а тетя Лена стала обладательницей и вовсе удивительной информации: что тетка Луиза родилась на пароме, но куда и откуда он шел, никто не помнит.

Опять же, не вполне понятно обстояло дело с домом, который имелся якобы у тетки Луизы. Удивительное дело: дом этот постоянно менял свое местоположение. То тетка Луиза жила в нем в Кисловодске, то во Владикавказе, а то и вовсе в Баку. Просто не дом у нее был, а какой-то неутомимый путешественник.

– Но вам я все расскажу, моим несчастьям можно только посочувствовать. Ненавидеть меня нельзя. Столько горя, сколько выпало на мою долю, не дай бог никому!

Рассказывать о своих несчастьях тетка Луиза любила. И о том, как первый муж мучил ее своими постоянными изменами. И о том, как тяжело и долго болел ее второй супруг, изводя жену многочисленными придирками и капризами. И о том, что сын ее связался с непутевой женщиной, которая вселилась в их прекрасную квартиру, заставленную хрусталем и завешанную коврами, купленными теткой Луизой, и теперь сидит, ничего не делает, а только издевается над бедным ребенком и вытягивает деньги из тетки Луизы.

В общем, после почти двухчасового разговора с теткой Луизой у подруг окончательно сложилось мнение о ней. Себялюбивая черствая женщина, к тому же совсем малообразованная и не отличающаяся большим умом и хорошей памятью, так как постоянно забывает, кому и что соврала. Но при этом – хвастливая и завистливая до чрезвычайности. С подругами тетка Луиза прежде держалась чуточку свысока, еще бы, ведь она была замужем и обеспечена за счет мужа, но теперь вдруг она принялась заискивать перед девушками.

– Слушай, ей что-то от нас надо, – прошептала Леся, едва выйдя от тетки Луизы на подгибающихся ногах.

Несмотря на выпитый кофе, Лесю одолевала страшная слабость. Казалось, что из нее выпили всю кровь, все жизненные соки. Кира чувствовала себя не лучше. У нее кружилась голова, и хотелось принять горячий душ.

– Просто вампир какой-то эта твоя тетка!

– Ты тоже это почувствовала?

– И очень завистливая. Как ее перекосило, когда ты похвасталась своими новыми сережками!

– Тут же вытащила из сейфа все свои брюлики!

– И ведь не побоялась, что мы растреплем всем о ее богатстве.

Тетка Луиза действительно, движимая то ли тщеславием, то ли элементарно желая похвастаться, открыла встроенный в стенную нишу маленький сейф и вынула оттуда целую пригоршню золотишка. Цепочки, кресты, перстни и браслеты были вытащены из пакета и небрежно брошены ею на стол.

– Это так, ерунда, – отмахнулась женщина, явно наслаждаясь произведенным эффектом. – Цветмет. Изделия, которые как покупаются, так и продаются исключительно на лом.

Однако многие из этих цепочек и браслетов тянули на несколько сот граммов и могли представлять сами по себе предмет мечтаний для какой-нибудь небогатой простой девушки. Конечно, их художественная ценность была невысока. Машинное плетение, зачастую – очень грубое, фабричная штамповка, в лучшем случае украшенная лазерным узором. Но золото есть золото, как ни грубо оно спаяно, но определенную ценность оно имеет всегда.

– Не на это смотрите, вот сюда смотрите! Вот тут есть на что посмотреть.

И с этими словами тетка Луиза поставила перед подругами ларчик на четырех львиных ножках. И уже судя по тому, как осторожно водрузила она этот ларец перед девушками, те поняли, что в нем хранится нечто весьма ценное.

– А вот тут у меня лежат драгоценности, которые достались мне от моего второго супруга. Я вам говорила, что он был ювелиром? Ах, нет? Ну так он им был. И тут – вещи, которые он изготавливал своими собственными руками. Он был знаменитый мастер!

И тетка принялась выкладывать перед онемевшими от восхищения девушками кольца, подвески, серьги, браслеты, кулоны… Имелась у нее даже диадема, выполненная в виде корзиночки с цветами и так густо усыпанная драгоценными камнями, что у подруг от их блеска даже зарябило в глазах.

– Красиво?

– Полный восторг! И это все – настоящие камни?

– Конечно! Ни одного искусственного кристалла. Все это – работы моего мужа.

Но вот насчет последнего у подруг сразу же возникли сомнения. Многие изделия были еще с царскими пробами. Сколько же лет должно было быть супругу Луизы, чтобы он мог своими руками изготовить эти вещи?

– Ну, кое-что тут из моих фамильных драгоцен-ностей.

И снова – нестыковка в рассказе Луизы. Совсем недавно она рассказала подругам, как нищенствовала в детстве, потеряв родителей, пока ее не взяла к себе бабушка. Конечно, возможно, драгоценности Луизе достались от ее бабушки, но вроде бы со старушкой они тоже бедствовали, питались хлебом и помидорами, которые выращивали у себя в огороде.

В общем, вранья в рассказах Луизы было много. Но иной раз проскальзывала и правда. Например, в наличие у нее усыпанной изумрудами, сапфирами и жемчугом диадемы никто из родни не верил, а между тем диадема эта у тетки имелась и была даже красивее, чем ее описывала Луиза.

За просмотром драгоценностей время пролетело незаметно. И когда подруги вышли на улицу, то обнаружили, что у Леси в телефоне значатся семнадцать непринятых вызовов от ее мамы. А у Киры – так даже и все восемнадцать.

– Меня твоя мама любит больше! – подколола Кира подругу. – О! Опять звонит! И опять – мне!

– Скажи ей, что мы уже едем. Только возьмем бутылку вина и сразу же приедем.

– Думаешь, такую новость ей стоит сообщать под вино? Тут лучше бы подошел коньяк или крепкий – ликер.

Сошлись на том, что себе они купят коньяк, а для Лесиной мамы возьмут какое-нибудь хорошее вино. После нескольких бокальчиков будет легче сообщить тете Свете, что ее опасения вполне оправданны. Луиза не только встречается с Ленчиком у себя дома, но уже побывала и у него в гостях, причем не единожды. И, учитывая тот факт, что одна она быть не любит, сам собой напрашивался вывод: очень скоро тетка Луиза вновь выйдет замуж.

– За кого, надеюсь, тебе понятно? – спросила Леся у своей мамы, когда они уже сидели за столом.

Тетя Света моментально схватилась за голову:

– Нет, это невозможно! Неужели эта дрянь все же настроилась на бедного Ленчика?!

– Почему это бедного? Напротив, очень даже обеспеченного.

– О, боже! Это просто ужасно! У меня были на Леню свои планы.

– У тебя?! Мама, но ведь ты…

– Не у меня лично, разумеется, – раздраженно откликнулась мама. – Я прикидывала, что Аннушка могла бы составить чудную пару нашему Ленчику.

Аннушкой звали ближайшую и единственную подругу Лесиной мамы, с которой у той сохранились хорошие отношения. Видимо, отчасти это происходило из-за редкой незлобивости характера Аннушки, а также из-за ее хронической невезучести в личной жизни. Завидовать ей было просто невозможно, только жалеть. Аннушка уже отпраздновала свой полувековой юбилей, но ни один мужчина так и не позвал ее под венец. К тому же она работала библиотекарем, получала мизерную зарплату и ничего, кроме библиотечной пыли и стен библиотеки, никогда в жизни не видела.

– А она так мечтает выйти замуж. Наш Ленчик был бы для нее идеальным вариантом! Тем более что когда-то давно я их уже знакомила. И они очень понравились друг другу. У них даже было что-то вроде романа. Ну, насколько это возможно при их хиленьких темпера-ментах.

Да уж, темперамент дяди Лени походил на переваренную капусту. Ну, а Аннушка… Она была типичной квашней – рыхлой, пухлой и какой-то кислой. Да, эти двое прекрасно подходили друг другу, что уж и говорить. Добавить немножко яичка для смазки – и вышел бы душистый пирог с капустой.

– Почему же у них ничего не получилось?

– Ты что, не помнишь тетю Марину? Да она держалась за Ленчика, как утопающий цепляется за спасательный круг. Мертвой хваткой! Она сразу же просекла, что Аннушка не будет за ней ухаживать так же хорошо, как это делал Ленчик. Аннушке и самой нужен уход, до того она тетеря неповоротливая. Вот тетя Марина и приложила все свои силы, чтобы разлучить их.

Мать имела на Ленчика огромное влияние. И, конечно, выстоять против нее он не смог.

– Так и остался он одиноким. И Аннушка тоже замуж не вышла. Вот было бы славно поженить их сейчас, когда тетя Марина уже не сможет ставить им палки в колеса.

Леся покачала головой. Она прекрасно понимала, что рыхлой, неторопливой Аннушке никогда не выстоять против напористой энергичной тетки Луизы. Если уж последняя наметила себе в новые мужья дядю Ленчика, то тому даже и рыпаться не стоит.

Лесина мама ужасно огорчилась. И свою досаду тут же выместила на подругах:

– Лучше бы вы и не ездили никуда! Только расстроили меня еще больше!

И ушла спать, присовокупив напоследок, что такой никудышной дочери, наверное, нету ни у кого в мире. Можно подумать, Леся могла бы что-то изменить в планах тетки Луизы, даже если бы и очень захотела.

Однако на следующий день выяснилось, что Лесина мама не собирается так легко сдаваться. Уже в одиннадцать часов утра в калитку вошла та самая Аннушка – Анна Сергеевна Головачева. Впрочем, фамилия не вполне верно отражала сущность Аннушки. Вернее было бы назвать ее Пузачева, Пузанова или и вовсе Жиртрестова, потому что в калитку она с трудом протиснулась. И после такого подвига долго сидела на скамеечке, утирая полное потное лицо и пытаясь отдышаться.

Кошки же при виде Аннушки издали ликующие мявки и бросились к ней. Аннушка была неизменно добра к ним. И всегда готова была поделиться лакомым кусочком с Фантиком и Фатимой, которых обожала и подобных которым зверюшек не могла сама содержать лишь по причине злостной аллергии на кошачью шерсть.

Тем не менее Аннушка отважно погладила обеих кошек по очереди и даже взяла их на руки, поцеловав в макушки, что грозило ей новым приступом астмы. Затем обессиленно уронила руки и простонала:

– Ох, давно я так далеко не ходила! Надо было на такси до вашего дома доехать. А я чего-то подумала, что надо и прогуляться. От самого шлагбаума к вам топаю.

От шлагбаума, отделявшего «Чудный уголок» – поселок, в котором жили подруги, от всего остального мира, – до дома девушек было от силы триста метров. И Аннушка так запыхалась, пройдя эти метры? В таком случае, ей стоит серьезно подумать о своем здоровье.

– Дайте пожевать что-нибудь. Совсем обессилела, пока до вас дошла.

Кира только хмыкнула в ответ. А Леся, которая никогда не церемонилась с подругой своей мамы, привык-нув к тому, что Аннушка все воспринимает с неизменно добродушной улыбкой, еще и сказала:

– Такой корове, как ты, к врачу надо, а не замуж!

Но Аннушка лишь отмахнулась:

– Это меня разнесло, потому что мужика у меня уже года три никакого нету. Вот и разожралась я маленько.

– Маленько! – проворчала Леся. – Ты себя в зеркало видела? Тебе худеть надо. Даже не худеть, а я не знаю уж и что! Вроде бы раньше ты такой толстой не была.

– Это все потому, что у меня уже мужика года три нету никакого, – уныло повторила Аннушка. – Когда у меня мужика нету, так меня и разносит в разные стороны. Вот снова сойдусь с Леней, мигом похудею.

Подруги скептически оглядели Аннушку с ног до головы и невольно подумали, что одному Ленчику тут нипочем не справиться. Потребуются усилия нескольких кавалеров, коли уж они оказывают на Аннушку такое благотворно «похудательное» воздействие.

– Да только где же их взять, кавалеров-то этих? Последняя надежда у меня на Леню была. Да и то, Света говорит, на него какая-то тощая кошка позарилась. Кто она хоть такая?

Пришлось им рассказать Аннушке о своем вчерашнем визите к тетке Луизе. И описать соперницу в самых черных красках.

– Говорите, худая? И брюнетка жгучая? И молодая?

– Ну, помоложе тебя будет.

– На сколько?

– Лет на десять, я думаю.

– Ох, беда! А что, у них с Леней уже все серьезно?

– В гостях она у него была.

– В гостях?! – ахнула Аннушка. – Вот поди же ты! А мы сколько с ним встречались, ни разу он меня к себе не привел! А эта уже и в гостях у него побывала. Быстро!

Аннушка совсем закручинилась. И подругам стало ее жаль. Ну разве тетка виновата, что она такая толстая, неуклюжая и некрасивая? Совсем не виновата. Надо ей помочь и хотя бы поддержать.

– Аннушка, не переживай. Мы постараемся, чтобы у тетки Луизы ничего с дядей Леней не вышло.

– Да, да! Она красивая, молодая, другого кандидата себе найдет.

– К тому же это несправедливо, чтобы одна женщина три раза замуж вышла, а другая бы так в девках и померла.

Аннушка приободрилась. И пообещала, что если по-други вернут ей любовь Лени, то она прямо сегодня же сядет на диету.

– Прямо сейчас есть перестану, – поклялась она, с аппетитом жуя пирожок, целую тарелку которых вынесла для своей обессилевшей подруги Лесина мама.

– Вот и отлично.

Кира забрала из рук Аннушки тарелку и успела унести ее обратно в дом, прежде чем Аннушка сориентировалась в том, что происходит. Аннушка и тут проявила редкую незлобивость. Она только с сожалением взглянула вслед исчезнувшей еде и тяжело вздохнула. Пирожки были такими румяными, такими аппетитными! Кира сама не удержалась и слопала пару штук, пока несла их до дома.

– Ну, мне-то не страшно, я-то совсем не толстая.

И, поразмыслив, Кира взяла последний пирожок с тарелки. Если его найдет Аннушка – точно не удержится, слопает и растолстеет еще больше.

Но инициатива подруг, направленная на похудение Аннушки, натолкнулась на сопротивление – нет, не ее самой, но тети Светы, которая, жалея подругу, принялась закармливать ее деликатесами собственного приготовления. Благо готовить Лесина мама любила и умела делать это вкусно. А продуктами, из которых она могла творить свои кулинарные шедевры, был забит весь дом.

Холодильник ломился от избытка парного мяса, замороженных уток и куриных окорочков. В шкафах на полочках выстроились в ряд красивые жестянки с макаронными изделиями и крупами. Одного только риса в хозяйстве подруг насчитывалось восемь видов. От самой дешевой сечки, отлично подходящей для разваристых душистых молочных каш, до элитного черного риса, цена которого непосвященному покупателю показалась бы заоблачной.

В погребе стояли ровными рядами домашние соленья, варенья и различные консервы. Так что Лесина мама могла бы гордиться своей дочерью, которая уродилась и воспиталась у нее такой хозяйственной. И тетя Света так и сделала, а потом с энтузиазмом принялась уничтожать все эти запасы.

– Ведь испортится же все, девчонки, – приговаривала она, ловко шпигуя порубленной соломкой морковкой и дольками чеснока свиную шейку, приготовленную для запекания. – Надо их использовать, пока все это не пропало.

Обмазанная горчицей и сдобренная приправами, шейка обещала стать поистине царским блюдом.

– Перед такой шейкой Аннушка точно не устоит.

– Ага. И ее собственная шейка вообще утонет в жиру.

Но, как ни странно, именно волхование Лесиной мамы в кухне подсказало подругам самый простой способ завоевать сердце дяди Лени.

– А ведь тетя Марина, кажется, передала тебе часть своих рецептов? – с этим вопросом Леся возникла рядом со своей мамой.

– Да. Передала. Все свое золото и бриллианты она оставила Ленчику, можно подумать, он их носить будет! Ну а книжку со своими рецептами передала мне.

– И как? Хорошие рецепты?

– Скажу тебе честно, когда-то я восхищалась стряпней тети Марины. Но теперь я и сама могу приготовить получше.

– Но Ленчику очень нравилось, как готовит его мама, – продолжала гнуть свою линию Леся. – Тетя Марина ведь до последних дней сама все готовила.

– Да, этого у нее было не отнять. Она и померла возле плиты, стряпала своему Ленчику фаршированную индейку и…

Но тут до мамы наконец дошло, что именно хотела все это время сказать ей дочь. Она замерла на середине фразы, изумленно глядя на Лесю.

– А ведь это идея! – воскликнула она.

– И еще какая, – кивнула головой Леся. – Ну что? Бежать мне за тетрадкой тети Марины?

К счастью, женщины в Лесиной семье отличались домовитостью и аккуратностью – все поголовно. Так что тетрадочка с рецептами покойной матушки Ленчика оказалась в целости и неприкосновенности, лежала в коробке с прочими семейными реликвиями, не имеющими материального эквивалента для иных людей, но поистине бесценными для их обладательниц.

Треснутая кузнецовская чашечка, которая съездила с Лесиной бабушкой в эвакуацию в Мордовию и почти целой вернулась назад. Дедушкины письма с фронта. Крохотные сувенирные кожаные ботиночки, которые Аннушка привезла из памятной для всякого советского человека командировки в Бухарест. Фотография Лесиного папы в смокинге и цилиндре, когда он выступал в оперетте города Свердловска, где учился в консерватории в те годы.

В общем, среди всякого хлама нашлось место и для тетрадки в простом коленкоровом переплете, с пожелтевшими страницами, где в каждой клеточке была аккуратно вписана либо буковка, либо циферка.

– Любо-дорого посмотреть на эти рецепты! Все предельно четко и ясно.

– Думаешь, тебе удастся сляпать что-то, хотя бы отдаленно похожее на стряпню тети Марины? – поинтересовалась у мамы Леся.

– Шутишь? По этим записям и полный неумеха приготовит царскую пищу!

– Главное, чтобы Ленчику еда понравилось.

– А потом мы скажем, что все это приготовила Аннушка, своими руками. И дядя Леня будет у нее в шляпе!

Насколько помнила сама Леся, ее младший дядя очень любил покушать. Он таким был с самого детства. И с годами дядя Леня ничуть не изменился. Он всегда с трепетом ожидал ужина или воскресного обеда. Ну а уж праздничное застолье в исполнении его мамы и вовсе приводило Ленчика в восторг. На этом и строился расчет хитрых подруг. Ни красотой, ни стройностью, ни особым умом Аннушка не отличалась. И в схватке с пронырливой и энергичной теткой Луизой рассчитывать ей было не на что. Единственный шанс завоевать Ленчика для толстухи имелся через воздействие на его желудок.

– Ни взоры, ни чей-либо слух Аннушка не усладит. А вот желудок – вполне!

Главная проблема заключалась в том, что Аннушка готовить не умела вовсе. При всей ее толщине и габаритах она привыкла обходиться готовыми пирожными или полуфабрикатами. Да, стоять целый день у плиты она бы не стала. Аннушка была ленива. И как знать, не в этом ли заключалась ее основная беда?

Но зато у Аннушки была ее подруга и еще – Леся с Кирой. Совместными усилиями женщины приготовили такой обед, что ароматы его облаками распростерлись над всем поселком. И проходившие мимо дома подруг соседи изумленно поводили носами, не понимая – откуда в осеннем воздухе возник запах свежих ягод?

Ленчик был приглашен в дом к подругам и обещал быть ближе к вечеру. Повод был самый простой и банальный: приезд тети Светы из Финляндии.

– Сто лет тебя не видела, соскучилась ужасно. Приезжай обязательно, вместе поужинаем. Ты любишь пироги с малиной? А помнишь котлетки твоей мамы, с соусом из белых грибов? Так они у нас будут!

В результате стараний тети Светы накрытый на террасе стол буквально ломился от всяких яств. И, осмот-рев это изобилие, Леся даже встревожилась:

– Сможем ли мы все это осилить?

– Не переживай. Сегодня пятница, впереди выходные. Ленчик все съест. Вот увидишь, у Луизы просто не будет шансов увидеть его в этот уик-энд.

Лесина мама торжествовала. Ненавистная врагиня должна была потерпеть сокрушительное фиаско. Ее фаворитка, пусть и раздобревшая до неприличия, Аннушка имела теперь отличный шанс выйти в предстоящем состязании в победительницы.

– Но нам надо, чтобы Ленчик поверил, что всю эту вкуснятину приготовила Аннушка своими руками.

– Для начала мы его просто прикормим. А там посмотрим. Возможно, одних котлет с белыми грибами и не хватит. Насчет салата «Мимоза» я тоже что-то сомневаюсь. Помнится, у тети Марины он был полегче и попышнее. Тогда придется пустить в ход тяжелую артиллерию: оливье и утку в яблоках. Или даже гуся!

Для организации личного счастья своей подруги Лесина мама была готова на любые подвиги.

Но подруги сомневались, смогут ли они выдержать такой натиск без ущерба для своих фигур. А уж для Аннушкиной фигуры такое пиршество будет вообще равнозначно катастрофе. Но тетю Свету этот вопрос, казалось, мало волновал. Видимо, она считала, что Аннушкиной фигуре уже ничто не может повредить.

Однако подруги, запершись в спальне у Леси, судорожно придумывали, как бы сохранить талию Аннушки в преддверии грядущего пиршества.

– Самое лучшее, если она вообще не будет есть.

– Ага! Как же! Ты разве не знаешь Аннушку?

– Тогда ей надо дать что-то против обжорства.

– Касторка подошла бы идеально.

– Фу! Касторка! Да и где ты сейчас раздобудешь касторку-то?

Но эта идея запала в душу к Кире. Визит Ленчика намечался лишь на шесть часов вечера. Все к его приему было уже готово. Оставались какие-то пустяки вроде украшения явств, и этим охотно занялась Аннушка. Равнодушная к приготовлению самой еды, она проявила редкостную изобретательность и умение, украшая блюда.

– Тогда мы отъедем на пару часиков? Нам очень надо в аптеку.

Аннушка безразлично кивнула, целиком занятая выкладыванием из порезанных кружками оливок имени «Ленечка».

В первой аптеке, куда заглянули подруги, им в помощи отказали.

– Никаких слабительных, которые бы вызвали мгновенное очищение организма, без рецепта врача мы вам не продадим. Вы бы еще антибиотики потребовали. Намудрите там, а нам потом отвечать, нашли дураков!

Подруги объехали три аптеки, прежде чем им удалось раздобыть сильное средство, которое должно было помочь Аннушке мигом избавиться от всех съеденных за ужином калорий. Правда, провизором оказалась неприятной внешности тетка с бегающим взглядом.

– Хотите помочь своей знакомой похудеть? – поинтересовалась она. – Есть отличное средство. Увы, оно стоит недешево.

– Мы за ценой не постоим.

– Три тысячи!

– Ого!

Коробок, который протягивала им провизор, доверия не внушал. Он был целиком исписан причудливыми иероглифами, смысла которых подруги не понимали. Аннотация на русском языке выглядела тоже неубедительно. Ни марки производителя, ни даты производства и сроков годности продукта на ней не указывалось. Только несколько фраз о том, что данные капсулы являются гарантией быстрого похудания.

– Ну, я даже не знаю, – с сомнением протянула Леся, разглядывая коробочку.

– Если не поможет, деньги я вам верну! Я тут работаю два через два. Зовут меня Анна. Найдете меня без труда.

Именно то, что провизор оказалась тезкой их Аннушки, убедило подруг в том, что средство надо брать.

– Но наша знакомая хоть не помрет?

– Не помрет, только похудеет. Но ведь этого же она и добивается, не так ли?

Выходя из аптеки, подруги чувствовали себя как-то неуверенно. Не очень-то они доверяли словам тетки с бегающим взглядом. К людям с таким взглядом надо относиться с осторожностью. И уж точно, не стоит следовать их советам.

– Слушай, как быть? А вдруг Аннушка копыта откинет?

– Может, сначала испробуем средство на себе?

– Ну, не знаю. Тебе-то худеть куда? Давай я проглочу.

И Леся, не дожидаясь возражений Киры, быстро проглотила одну капсулу из упаковки. Запила ее соком и прислушалась к своим ощущениям. Вроде бы ничего ужасного с ней не происходило. Все было, как обычно. И тут вдруг раздался звонок, от которого Леся вздрогнула:

– Звонят! Ой! Это тетка Луиза.

– И что ей нужно?

– Не знаю.

– Так узнай!

Леся взяла трубку и услышала голос родственницы:

– Здравствуй, Лесенька. Как у тебя дела?

– Спасибо. Хорошо. А у вас?

– Скверно! – тут же с готовностью откликнулась тетка Луиза. – Все меня забыли! Все меня бросили!

– Но мы с Кирой только вчера были у вас в гостях, – удивилась Леся.

– И что с того? Это было вчера. А сегодня мне скучно. Пригласите меня к себе в гости!

Еще не хватало! Да Аннушку и маму удар хватит, если они увидят за празднично накрытым столом у себя в гостях ненавистную им тетку Луизу. А уж Лесе с Кирой после такого предательства в родном доме точно места не будет.

– Тетя, сегодня мы никак не можем, – принялась изворачиваться Леся, одновременно радуясь тому, что Луиза не может видеть по телефону ее вспыхнувших алым цветом щек. – Мы сами приглашены в гости.

– Что за день сегодня такой! Кому ни позвоню, все уже приглашены.

Видимо, тетка Луиза имела в виду Ленчика, которому она звонила и который ей отказал. Ура! Дядя Леня променял свою пассию на сытный обед по рецептам своей мамочки. Значит, у Аннушки еще есть шанс. Только бы она его не упустила.

Но тетка Луиза не дремала и тут же заявила:

– Раз так, то возьмите меня с собой!

– Куда?

– В свои гости! Вы ведь куда-то идете. Так я пойду с вами.

Леся покрылась холодным потом. Вот уж хуже этого и придумать ничего было невозможно!

– Тетя, но мы не можем.

– Просто не хотите! – немедленно обиделась собеседница. – Ну да ладно, я не обижаюсь.

При этом ее тон говорил о том, что она, конечно же, обиделась. И не на шутку, причем Леся понимала, что обиды обидами, а пригласить к ним в гости сегодня вечером тетку Луизу означало бы крах всех маминых планов. И тут уж на первый план выступали интересы безопасности. Ведь обиженная тетка Луиза была далеко не так опасна для подруг, как обиженная Лесина мама.

– Тетечка, мы вас очень любим! Простите, но сегодня никак не получится.

– Ну и пожалуйста. Я не навязываюсь, – оскорб-ленно отозвалась тетка Луиза. – У меня есть с кем провести время. И поверьте мне, это такой мужчина, какой вам обеим даже и не снился! Красавец! Отважный смельчак! А уж как он обожает меня! Дура я была, что вам позвонила. Сразу же надо было отправиться к нему!

– Но тетя…

– Прощайте, глупышки!

И тетка Луиза первой повесила трубку, чтобы у Леси с Кирой не осталось ни малейших сомнений в том, что она все-таки обиделась и им еще придется попотеть, если они захотят вновь завоевать ее расположение.

Глава 3

Вечер в обществе Лесиной мамы, ее дяди Лени и Аннушки прошел приятнее, чем ожидали подруги. Аннушка перед ужином послушно проглотила целительную капсулу, которая должна была, по словам аптекарши, избавить ее от полноты.

Сама Леся до сих пор не испытывала никаких неприятных симптомов от принятия точно такой же капсулы из коробочки с непонятными иероглифами, и подруги решили, что таинственное китайское средство вполне безопасно для здоровья.

– Безопасность его мы с тобой уже установили. А вот как насчет его полезности? Ты что-нибудь такое чувствуешь?

– Что именно?

– Отсутствие аппетита, например.

– Нет, кушать мне хочется, как обычно, – призналась подруге Леся.

– Хм. И пища у тебя совсем не вызывает отвра-щения?

– Наоборот! Есть очень хочется.

Кира покосилась на Аннушку:

– А на нее, похоже, средство подействовало.

Действительно, перед Аннушкой стояла тарелка, полная до краев самыми соблазнительными кусочками, но женщина не попробовала еще ничего.

– Аннушка, ты совсем ничего не ешь, – заметила тетя Света.

– У меня нет аппетита. – И, подмигнув подругам, Аннушка прошептала: – Я же вам говорила: когда в моей жизни появляется мужчина, я сразу же прихожу в норму. Сейчас я чувствую, что лишние килограммы на моих боках буквально тают от взглядов моего Ленчика!

На взгляд подруг, Аннушка сильно преувеличивала эффект от присутствия в их доме дяди Лени. Тот если и уделял чему-либо внимание, то не своей соседке справа или сестре, сидевшей от него слева, или даже племяннице и ее подруге, устроившимся напротив него, а исключительно котлетам, грибной подливе, запеченной румяной картошке, салату, пирогам с луком и яйцом, которые были хоть и испечены по собственному рецепту тети Светы, но тоже удостоились наивысшей похвалы ее брата.

Ленчик ел так, словно прибыл с голодного острова. Он явно наслаждался каждым проглоченным куском. И под конец, расчувствовавшись, даже сказал:

– Спасибо тебе, Светлана, родная моя сестренка! Так вкусно я не ел с тех пор, как была жива моя матушка.

Дядя Леня поднял неизменный тост за свою маму, к которому присоединились все присутствующие. Потом дядя Леня произнес прочувственную речь о том, какой замечательной женщиной была его матушка и как ему ее не хватает. А потом, решив, что время подошло, тетя Света коварно произнесла:

– Дорогой Ленечка, надеюсь, ты останешься у нас до завтра? На утро я запланировала твои любимые варенички с вишней. Помнишь, как тетя Марина вкусно их готовила? Она ведь поделилась своим рецептом со мной. А я поделилась им с Аннушкой. И Аннушка их для нас всех приготовит. Присоединяйся!

Лишь после этого дядя Леня впервые удостоил свою бывшую пассию взгляда. Нет, конечно, посматривал в ее сторону он и раньше. Но так внимательно взглянул впервые.

– И все, что ты сегодня кушал, было приготовлено с ее помощью, – поторопилась закрепить успех тетя Света.

– В самом деле?

Взгляд дяди Лени сделался еще более заинтересованным.

– Твоя любимая мамочка поделилась со мной своими замечательными рецептами. А я… по просьбе Аннушки передала их ей!

– Да?

Дядя Леня не был мастером красиво разговаривать. Хорошо у него получались лишь хвалебные оды в честь своей матери. И то лишь, как подозревали все вокруг, эти оды заботливая мамочка сама для него записала, а потом еще в детстве заставила вызубрить их своего мальчика наизусть, так что и спустя многие годы они у него от зубов отлетали.

Вообще-то, подругам дядю Леню было даже жалко. Он был невредным, добродушным и очень мягкосердечным. Его властная мать, обладающая твердым жестким характером, полностью поработила его, на долгие годы превратив в своего раба. Но раба, обожавшего свою властительницу и не мечтавшего для себя об иной участи.

Итак, теперь на одной чаше весов была Аннушка и рецепты матери Ленчика. А на другой – тетка Луи-за с ее характером, опасно напоминавшим характер покойной матери Ленчика. А ведь всем известно, что мужчины тянутся к женщинам, которые напоминают им их матерей. И Ленчик не был исключением. Подруги с замиранием сердца следили за тем, на чью сторону склонится чаша весов. Пока что перевес был в пользу Аннушки. Но это только пока.

– Так что окончательную победу нам торжествовать рано.

– Да, до победы еще очень далеко. Мы выиграли одну битву, и только.

– Стоит тетке Луизе один раз позвонить Ленчику, и никакие вареники его не удержат!

– Зачем ей звонить ему? Она ведь сказала, что пойдет на свидание.

– Кстати говоря, интересно, а с кем она пошла на свидание?

– Но точно, что не с Леней. Ленчик-то у нас.

– Наверное, у тетки Луизы есть еще кто-то на примете.

Как бы там ни было, тетка Луиза никого из них не побеспокоила. И Ленчик согласился остаться в доме у своих родственниц до утра. То ли вареники с вишней его так прельстили, то ли все же, наевшись наконец, он сообразил, что есть в жизни и другие радости.

Ну а три заговорщицы, оставив образовавшуюся пару в саду, сблизив головы, обсуждали планы на следующий день.

– Вареники я беру на себя. Аннушке останется только красиво повязать фартучек и бросить их в воду. Ну а когда сварятся, подать их к столу. Это она сумеет.

– Ты что, мама? Не знаешь свою Аннушку? Она обязательно или тесто переварит, или на бедного Ленчика кипяток выплеснет.

– Не говори так про мою подругу!

Но тут же тетя Света поняла, что дочь говорит правду.

– Тогда надо отвлекать внимание Ленчика до самого конца. Пусть появится в кухне, когда вареники будут уже на тарелке. Аннушке только и останется, что подать их ему.

С этим нехитрым делом Аннушка справилась прекрасно. Украдкой обмахивая со лба пятнышко муки, которое ей посадили подруги для большего правдоподобия, Аннушка очаровательно улыбалась, и утренние вареники со свежей сметаной и сахарной пудрой прошли у дяди Лени на ура. Наблюдавшие за этой идиллией из укрытия подруги и Лесина мама едва удержались, чтобы не обменяться торжествующими рукопожатиями.

Доев последний вареник и аккуратно собрав соус с тарелки, дядя Леня сказал:

– Дорогая Аня, мне иногда кажется, что наша с тобой разлука была большой ошибкой.

– Ты должен был ухаживать за своей матерью. Она ведь была так больна, бедняжка!

Накануне подруги долго инструктировали от природы не слишком-то умную Аннушку, чтобы она ни в коем случае не вздумала ляпнуть что-нибудь непочтительное в адрес тети Марины – старой мерзкой сварливой карги, разрушившей ее жизнь и приревновавшей к ней своего сына.

– Для Лени тетя Марина была и остается святой. Смирись с тем, что придется тебе жить с ее культом в доме. Но это ведь не так уж страшно, мертвая, она не сможет преследовать тебя как живая.

Аннушка кивала головой. И пообещала, что все сделает, как ей говорят. И вот теперь она послушно следовала полученным ею инструкциям, твердя:

– Бедная твоя мама, Ленечка! Представляю, как она страдала, понимая, что оставляет тебя в этом мире совсем одного.

– Под конец она несколько раз мне сказала, что теперь я могу жениться. И она лишь жалеет, что до сих пор я этого не сделал.

Ну и штучка была эта тетя Марина! Да ведь она всеми силами старалась, чтобы ее Ленчик остался холостяком. И Аннушка была далеко не единственной, кто в свое время пытался сблизиться с ним. Другое дело, что все прочие претендентки за эти годы нашли себе своих принцев. А вот Аннушка засиделась в девках.

– Дело на мази! – прошептала тетя Света, когда пара под ручку вышла из кухни – сытый и довольный Ленчик и Аннушка, которая и сегодня не притронулась к еде.

За прошедшую ночь она, кажется, сбросила уже пару килограммов. Во всяком случае, ее щеки потеряли былую округлость и упругость. И вместо туго надутого резинового шарика теперь напоминали воздушный шарик на второй или даже третий день после праздника – уже выпускающий воздух, сморщенный и мягкий.

Но тетя Света изменений в облике своей подруги не замечала. Она была в восторге от того, как удачно продвигается ее дело.

– Теперь главное, девчонки, не дать Ленчику ускользнуть от нас до конца выходных. А в понедельник он уже будет женатым человеком!

– А ты не слишком спешишь?

– Леня и Аннушка ждали этого события полвека. Куда уж дольше! – Тетя Света тревожно огляделась по сторонам: – Так, продуктов к обеду нам хватит. Но вот эта противная Луизка… Девочки, вы должны что-то предпринять в отношении нее.

– Что именно?

– Заставьте ее исчезнуть. Она не должна отвлекать Ленчика от Аннушки. Делайте что хотите, но чтобы эта зараза даже не вспомнила о Ленчике! И не потревожила бы его звонком!

И как подруги должны были это организовать? Но тетя Света, кажется, не сомневалась, что это дело вполне по плечу ее девочкам.

– Поезжайте к ней домой и нейтрализуйте эту заразу!

С этими словами она выпихнула подруг из дома, поклявшись, что, если они провалят задание, она им такую жизнь устроит… такую… такую…

Подходящих слов у тети Светы даже не нашлось, и она просто сказала:

– В общем-то, вам лучше бы об этом и не знать.

И подруги молча с ней согласились.

Возле дома тетки Луизы они стояли с очередным тортом из ее любимого «Метрополя». На сей раз он был не шоколадным, а кофейным. Учитывая, сколько кофе потребляет тетка Луиза, подруги не сомневались: вкус этого торта также придется ей по сердцу.

– Вот только не жирно ли – два торта подряд?

– А как бы мы иначе доказали тетке свои благие намерения?

Однако внизу, у домофона, подругам никто не ответил. И в дом они попали, как и в первый раз, вместе с каким-то соседом. Но если в прошлый свой визит они прошли в дом, даже не нажав на кнопочку домофона, так удачно подвернулся соседский старичок, то сегодня они без толку давили на кнопку не меньше пяти минут, пока не появилась тучная дама с пятью собачонками на пяти поводках.

Все собачки были разных пород, но отличались – удивительно визгливым и громким лаем. Они тут же накинулись на подруг, ведь у тех дома жили две кошки, и собаки это мигом поняли. Для их владелицы поведение ее собачонок стало поводом, чтобы заподозрить в подругах злоумышленниц.

– Вы к кому? – загораживая своим телом проход в дом, внезапно поинтересовалась она. – Ах, к Луизе… Ну что же, проходите.

После этого она с большой неохотой отлепилась от стены. А подруги с еще большей неохотой поплелись наверх. Им совсем не хотелось идти к тетке Луизе, которая сейчас начнет выламываться перед ними по полной программе. И придется им вытерпеть немало неприятных минут, прежде чем она согласится с ними помириться.

Однако, к их удивлению, тетка Луиза не спешила начать «выступление». Девушки без толку мялись у дверей ее квартиры, но никто им не открывал.

– Да что же это такое! – в сердцах воскликнула Леся, кинувшись на дверь всем телом.

При этом она случайно нажала на дверную ручку, которая послушно щелкнула и отперла подругам дверь.

– Э! Да тут открыто!

Леся уже приготовилась шагнуть в квартиру, но Кира ее удержала:

– Постой! Не делай этого.

– Почему не делать?

– Ну, как-то это все странно. Открытая дверь… Тетка Луиза не отвечает ни по телефону, ни на звонок в двери. Что бы это могло значить?

– А что?

– Тебе не кажется, что тетка Луиза – не тот человек, который уходит из дома, позабыв закрыть за собой входную дверь?

Да, это было не похоже на тетку Луизу. Она всегда похвалялась, что крайне аккуратна, ни разу ничего не потеряла. И к тому же всю жизнь жила за счет других, попавшие же ей в руки денежки не тратила. А из тех денег, что ей достались, никто и никогда не увидит ни копеечки. Тетка Луиза была осторожна и бережно относилась к своему добру. Уходя из квартиры, тетка Луиза заперла бы ее на все пять замков, имевшихся в двери.

– А если там грабители?

Леся прислушалась. Никаких подозрительных шумов в квартире не звучало.

– И все-таки надо войти, – решила она. – Вдруг тетка там и… вдруг ей нужна наша помощь!

Последний аргумент показался Кире весомым. В самом деле, если с теткой Луизой приключилась беда, то, возможно, именно в этот момент ей нужна помощь подруг. А они тут мнутся на пороге, пока там человек, может быть, умирает!

– Ладно! Войдем. Только осторожно!

Крадучись и будучи готовыми в любой момент поднять крик или задать стрекача, подруги вошли в квартиру тетки Луизы. В ней была всего одна комната, плюс ванная комната, туалет и кухня, но все они размещались на площади немногим меньше сорока квадратных метров. Так что на осмотр квартиры подругам много времени не потребовалось.

– Ее тут нет.

– Тут никого нету.

С одной стороны, девушки испытали облегчение, но с другой, встревожились еще больше. А внимательный осмотр квартиры заставил их испугаться еще сильнее.

– Сейф взломан!

Действительно, маленький сейф, где тетка Луиза хранила свои драгоценности, был взломан. Кто-то основательно потрудился над «малышом». А тот, даром что маленький, был сделан из очень прочного и толстого металла.

– Против лома нет приема, – прошептала Леся. – Как тут все раскурочено!

Кира пнула ногой тяжелую дверцу и присвистнула:

– Мне ее и не сдвинуть-то особо.

– Мужик орудовал.

– Самой тетке Луизе не под силу так изуродовать сейф.

Да и зачем бы тетке Луизе понадобилось громить собственный сейф, если у нее на этот случай имелся очень надежный ключ?

– Шкатулки с драгоценностями нет!

– И золота нету.

– Сейф пуст!

Ни золота, небрежно сложенного в простой поли-этиленовый пакет, ни красивой шкатулки там не было. Они пропали. Бесследно растворились.

– Ой, не нравится мне все это, – успела прошептать пораженная Кира, прежде чем за их спинами раздалось собачье тявканье.

И грозный голос осведомился у подруг:

– А что это вы тут делаете?

Обернувшись, девушки увидели ту самую крупную даму с пятью собачками, которая столь неохотно впустила их в дом. Теперь она стояла на пороге комнаты тетки Луизы и сверлила пронзительным взором подруг и изуродованный сейф рядом с ними. Затем лицо дамы приняло хоть и мрачное, но в то же время торжествующее выражение.

– Так я и знала! – обличающе протянула она вперед указательный палец. – Воровки!

– Мы не воровки!

– Правильно. Вы – грабительницы!

– И не грабительницы! Мы это… родственницы.

– А в квартиру вы как попали? А, родственницы?

Дама не скрывала своего сарказма и подозрительности. И в какой-то степени подруги ее понимали. Весьма подозрительно они выглядели – одни, в пустой квартире, на фоне взломанного сейфа. Окажись девушки на месте этой дамы, еще неизвестно, что бы они подумали про самих себя.

– Честное слово, дверь в квартиру была открыта!

– Ах, вот как! Открыта! А где же сама хозяйка квартиры?

– Ее нету, – не стали отрицать очевидного подруги.

– Ах, нету?

Сарказм в голосе их собеседницы достиг наивысшей точки. И внезапно она закричала:

– Зоенька! Валентина Владимировна! Выйдите на минуточку. Тут у нас ЧП!

Какое-то время ничего не происходило. Но затем дверь соседней квартиры открылась, и на площадке появились две женщины – мать и дочь, как без труда догадались подруги. Обе склонные к тучности, с одинаковыми глазами навыкате.

– Что случилось?

– Вот, полюбуйтесь, тут какие-то особы проникли в квартиру Луизы, говорят, что они – ее родственницы.

Соседки скользнули по подругам неприятными вялыми взглядами, словно слизью их обмазали, и разом кивнули:

– Воровки?!

– Думаю, да! – решительно подтвердила дама с собачками. – Ну, что будем делать?

– Вызываем полицию. Самим нам не справиться.

И напрасно подруги им попытались объяснить, что они тут решительно ни при чем. Полицию все равно вызвали. А участие подруг в этом деле было представлено соседками самым негативным образом.

– Незаконно проникли в пустую квартиру в отсутствие хозяйки!

– Взломали сейф!

– Выкрали драгоценности!

К счастью, пришедший по вызову участковый не стал пороть горячку. И сразу же осадил не в меру ретивых дамочек:

– Успокойтесь. Сейчас во всем разберемся. Рассказывайте по порядку. Но для начала – представьтесь.

После чего началась обычная в таких случаях волокита. У подруг потребовали назвать имя, фамилию и место регистрации. После чего тщательным образом сверили показания с данными их паспортов. Затем были записаны имена и фамилии свидетелей, никто не ушел от этой обязанности, включая и даму с пятью собачками. И лишь затем участковый приступил к озна-комлению с сутью самого дела.

– Говорите, пришли в гости к своей родственнице. Кто может подтвердить факт вашего родства? Документы имеются?

– У нас есть свидетели, что тетка Луиза – нам родня. Вся наша семья – человек пятьдесят может это подтвердить.

– Уже хорошо, – повеселел участковый. – И сейф, говорите, вы не взламывали?

– Посмотрите на нас. Разве мы справимся с такой крепкой штукенцией? У нас и инструмента подходящего с собой нету!

– Тут работали сваркой, – заметил участковый. – Сварочного аппарата у вас с собой нет?

– Нет. Да мы и не успели бы. Тут работы не на пять минут. А мы пробыли в квартире тетки Луизы от силы минут десять.

– Кто может это подтвердить?

– Вон она.

– Подтверждаю, – неохотно призналась владелица собак. – Десять минут, не больше. Я встретила их у дома, а потом быстро вернулась назад. Прошло не больше десяти минут.

– Да, за десять минут такую работу не провернуть. Ну а содержимое сейфа где?

– Наверное, у грабителя. Сейф был пуст, когда мы пришли.

К счастью, сегодня обе подруги, не сговариваясь, прихватили совсем небольшие сумочки, с содержимым которых участковый к тому же визуально уже ознакомился, когда подруги доставали свои паспорта. Так что он окончательно поверил в отсутствие злого умысла у подруг и заявил:

– Ну, гражданки, дело ясное, что дело темное. Придется искать хозяйку квартиры. Без ее письменного заявления начать поиски грабителя я не могу.

– Почему это?

– А вдруг сама хозяйка вскрыла сейф?

– Но зачем бы ей это понадобилось? У тетки Луизы был ключ.

– А вдруг она его потеряла?

– Минуточку, – вмешалась в беседу дама с собачками. – Я должна сказать вам, что вчера и даже позавчера у нас в доме отирались какие-то подозрительные личности.

– Что за личности?

– Двое молодых людей, по виду – типичные наркоманы.

– Наркоманов сейчас повсюду полно, – «успокоил» даму участковый. – Не надо по этому поводу волноваться.

– Нет, эти были незнакомые, – упорствовала дама. – Во всяком случае, у нас в подъезде они не живут. И раньше они тут никогда не появлялись. Не может ли быть связано их появление с ограблением квартиры?

– Вы можете описать их?

– Ну, они такие… Один маленький и худой, а другой высокий и… и тоже худой.

– А детали? Во что они были одеты?

– Во что-то темное. А у того, что повыше, была странная привычка дергать головой.

– Дергать головой?

– Да. Может быть, он больной?

– И что, вы думаете, что по этим приметам я смогу вычислить тех парней?

– А разве нет? – простодушно удивилась дама.

– Нет!

И участковый недовольно засопел. Он уткнулся в свои бумаги и принялся сосредоточенно что-то строчить в них. В общем, искать и допрашивать свидетелей или даже подозреваемых участковому ужасно не хотелось. То ли он заранее предвидел, что дело будет непростым. То ли по природной склонности своего характера к лени. Но так или иначе он ограничился минимумом действий. Опечатал дверь. И пообещал, что наведет справки о личности хозяйки.

– Будем ее искать. Если, конечно, она сама не объявится в течение трех суток.

– А трое суток дело будет висеть в воздухе? За это время грабители сто раз сбудут награбленное и скроются с деньгами.

– Там, в сейфе, были огромные ценности! – возмутились Кира с Лесей. – Золото, драгоценности. Там были уникальные вещи, которые достались тетке Луизе от ее прежнего мужа!

Судя по тому, с каким недоумением и интересом смотрели на подруг дама с собачками и две другие соседки, о ценностях в сейфе они услышали впервые. Да и наличие самого сейфа в квартире Луизы оказалось для них полнейшей неожиданностью. Тетка Луиза была осторожна, отнюдь не перед всеми она хвасталась своими драгоценностями.

– Вы должны хотя бы опросить соседей! – наседали на полицейского Кира с Лесей.

– Свидетелей!

– Может, кто-то и видел грабителя, выносящего ценности из квартиры нашей тети!

– Не говорите мне, что я должен делать! – окончательно разозлился участковый. – Сегодня суббота, я уже давно должен быть в гараже у Иваныча. Вот там я действительно должен быть! Появится хозяйка – начнем действовать. А без ее заявления – не могу! Рабочий день у меня заканчивается. Вы же не можете требовать, чтобы я сидел тут в свое неслужебное время и ждал, пока заявится ваша соседка и скажет, что все в порядке, в услугах полиции она не нуждается!

И пока ошеломленные женщины хлопали глазами и пытались понять, шутит он или нет, участковый быстро собрал свои документы:

– Побыстрей, гражданочки! Мне еще дверь опечатывать.

И, захлопнув и опечатав дверь, он и в самом деле ушел. Да еще и насвистывая какой-то мотивчик, радуясь, что его субботнее дежурство закончилось, а от подвалившей так некстати работы удалось отвертеться. Теперь можно посидеть в гараже у неизвестного подругам Иваныча, а тот – куда более приятная компания, чем пятеро ополоумевших от безделья баб.

Когда замолчал лифт, на котором уехал вниз участковый, дама с собачками наконец «отмерла».

– Никогда в жизни не встречала такого безразличия и халатности! – гневно возвестила она, и подруги с облегчением поняли, что дама нашла себе новый объект для критики. – Когда полиция еще была милицией, такого на моей памяти не случалось!

– И не говорите, Земфира Андреевна.

– Вы совершенно правы, – поддакнули ей мать и дочь.

Но дама этим не удовольствовалась.

– Мы должны найти Луизу и сообщить, что у нее проблемы. Девочки, у вас есть номер ее телефона?

Конечно, он у подруг был. Вот только дозвониться до тетки Луизы оказалось нереально. Номер не отвечал, телефон был выключен.

– Очень плохо. Не могла Луиза вот так взять и исчезнуть! С ней что-то случилось!

– А пойдемте к нам, – внезапно предложила дочь соседки. – Позвоним в службу «Скорой помощи». Возможно, Луизе стало нехорошо на улице, и ее забрали в больницу.

Но в службе «Скорой помощи» им объяснили, что женщины с таким именем и приметами они сегодня не забирали.

– А вчера я Луизу видела.

– Да, да! Я тоже ее вечером внизу встретила. Такая нарядная! Пальто приталенное, красное. Сумка кожаная, с красными маками. Каблуки! Сказала, что идет на свидание.

– Накрасилась, намазалась, ясно, что к мужчине направлялась!

– А во сколько это было?

– Да уж часов в восемь вечера дело было.

Подруги переглянулись между собой. Им тоже тетка Луиза сказала, что отправляется на свидание. Но с кем она пошла на свидание, если Ленчик в это время был уже плотно под колпаком у Лесиной мамы и Аннушки? Выходит, был у тетки Луизы еще какой-то любовник! И именно на свидание с ним она и отправилась. На свидание, с которого до сих пор не вернулась.

Глава 4

Соседки не торопились расходиться. Все они явно скучали и обрадовались поводу для сплетни. Подруги тут же воспользовались этим обстоятельством и начали задавать свои вопросы:

– Если тетя Луиза ушла из дома вчера вечером в восемь часов, то когда же она пришла?

Соседки переглянулись друг с другом.

– А я так поняла, что возвращаться рано Луиза и не собиралась.

– Планировала остаться на весь уик-энд у своего любовника?

– У любовника или у кого другого, не знаю.

– А вещи у нее с собой были?

– Ничего, кроме ее обычной сумочки.

– Но ведь если Луиза отправлялась к своему любовнику, то много вещей ей и не было нужно. Все необходимое для нее мужчина должен был приобрести сам и держать под рукой, у себя в квартире.

У дамы с собачками было какое-то оригинальное мнение на этот счет. Это какой же мужчина потерпит, чтобы случайная дамочка разбрасывала по его квартире свое барахлишко?

– Это если случайная. А если связь их длилась уже давно?

– Но тетя Луиза овдовела только месяц назад!

В ответ последовали загадочные взгляды всех трех соседок, истолковав которые, подруги ахнули:

– Тетя изменяла своему мужу?!

– Ну, свечу я не держала, – ответила дама с собачками – Земфира Андреевна. – Но частенько видела, как она, пока муж на работе, куда-то направлялась.

Куда-то! В магазин, например. Или на рынок, где тетка Луиза покупала продукты для своей маленькой семьи, не доверяя тем товарам, что лежали на прилавках супермаркетов.

– Нет, идя в магазин или тем более на рынок, Луи-за скромно одевалась. Всегда говорила, что если дорого оденешься, то продавцы обязательно лишку с тебя возьмут. Надо идти так, чтобы у них рука не поднялась тебя обсчитать.

Итак, по словам соседок, выходило, что несколько раз в месяц Луиза обязательно одевалась в парадно-выходную одежду и отправлялась куда-то в неизвестном направлении.

– К мужику она ходила, тут и думать нечего! С таким сияющим лицом по магазинам не ходят! Да и обратно она без покупок возвращалась. Разве что по дороге обратно домой в ближайшую лавочку забежит, хлеба или кефира купит. И идет назад с одним легким пакетиком: мол, здравствуйте, дорогие соседи, вот, а я в магазин за свежей булочкой для любимого мужа выходила!

– А с мужем они как жили?

В этом плане нареканий у соседок в адрес покойного дяди Саши и его неугомонной жены не было.

– Никаких скандалов промежду них ни разу не случалось.

– Да они всего год в браке и прожили.

– И что? Иные уже медовый месяц с драки и скандала начинают. А у Луизы всегда – тишь и благодать. Только изображала она из себя очень уж много. Смех сказать, квартиру, и ту уборщица приходила подметать. Она же и обед варила. Луиза к плите и близко не подходила.

– Пальцы свои наманикюренные растопырит и нам их в глаза тычет. Мол, посмотрите, какая я вся из себя крутая!

О том, что похвастаться и даже приврать тетка Луиза любит – это подруги знали и сами. Куда больше их заинтересовала версия соседок о том, что тетка Луиза имела любовника. Если это так, то данный козырь можно использовать в борьбе против тетки Луизы за ее Ленчика. Каким бы рохлей ни был последний, вряд ли ему понравится, что женщина, на которой он собирается жениться, изменяла своему мужу.

Хотя мужчины – странные создания. Не случайно же есть анекдот про мужчину, который, когда его спросили, какую жену он предпочитает – страшную, но верную, или молодую, красивую, но ветреную, ответил, что лучше есть торт в веселой компании, чем давиться в одиночестве невкусной кашей.

Но все же о любовнике тетки Луизы надо было разузнать побольше.

– А этот мужчина когда-нибудь тут появлялся?

– Нет. Никто к Луизе не приходил.

– Она осторожно себя при муже вела.

– Да и потом никто к ней не приходил.

Увы, на этом благой порыв подруг и притормозили. И хотя соседки были дружно уверены, что какой-то мужчина, помимо мужа, у Луизы в жизни имелся, ни его имени, ни внешности они описать не брались.

– Впрочем, хотите, у бабы Клавы спросите. Может быть, она что-нибудь знает.

Бабой Клавой звали женщину, живущую в соседнем подъезде. Именно с ней дядя Саша договорился о том, чтобы она приходила к ним убирать и готовить. К ней подруги и направились, напоследок лишь расспросив женщин, что они слышали прошлой ночью.

– Я приняла снотворное и спала всю ночь, как убитая, – ответила владелица собачек. – Если что-то у Луизы и случилось, то я ничего не слышала.

А мать с дочерью сказали, что вчера были в гостях. Вернулись поздно и тоже сразу же заснули. Легкий запах перегара, который еще витал над ними, говорил о том, что вчера обе женщины были подшофе. Поэтому расспрашивать их дальше подруги даже не стали, а пошли в соседний подъезд, к бабе Клаве.

Баба Клава открыла им дверь запросто, даже не спросив, кто там. То ли ей нечего было бояться, то ли она ждала кого-то другого.

Подруги представились женщине племянницами Луизы. И последние сомнения в глазах бабы Клавы растаяли. Даже не поинтересовавшись причиной такого визита, женщина пригласила подруг войти в дом. Девушки приняли приглашение, вошли и огляделись. Квартира у бабы Клавы была хорошая, просторная, но какая-то вся грязная и запущенная. Обоям уже лет двадцать, все они засаленные наверху и ободранные кошкой внизу. На потолке виднелись следы протечки.

Да и сама домработница выглядела не ахти. Вряд ли «баба Клава» была намного старше своей хозяйки. Но если Луиза в свои сорок выглядела максимум на тридцать, то баба Клава в неполные пятьдесят уже превратилась в старуху. Излишний вес, редкие седые волосы, сгорбленная фигура и изуродованные артритом руки и ноги добавляли годы этой женщине.

– Да, готовила и убирала у вашей тети. И что там убирать-то, в однушке? А платил мне Саша хорошо. Он был добрый, я страшно расстроилась, когда он умер.

– Все говорят, что это Луиза его в могилу свела.

– Врут, – решительно произнесла баба Клава. – Луиза к своему мужу с большим уважением относилась. Может, горячей любви у нее к мужу и не было, но он был ей нужен.

– Нужен? Зачем?

– Луиза – из породы женщин, которым для уверенности в себе обязательно нужен рядом мужчина. Ну, вроде как для статуса, понимаете?

Подруги понимали. Что же, они не имеют права осуждать тетку Луизу. К тому же все вокруг единодушно говорят, что к своему мужу – их дяде Саше – она относилась хорошо. И хотя готовить и убирать для него не захотела, но ведь он и женился не на посудомойке и прачке, верно?

– А вы не знаете, куда могла Луиза отправиться? Нам надо ее найти.

– Нет. Не знаю.

Отвечая, баба Клава отвела глаза в сторону. Она явно что-то знала, но не хотела выдавать свою хозяйку.

– Баба Клава, мы ведь не из пустого интереса спрашиваем. У тетки Луизы сейф взломан! Квартира вскрыта. Ограбили ее, вот что! Надо ее найти и сообщить ей о случившемся побыстрее.

Баба Клава разинула рот и замерла. Подруги тоже замерли. Они понимали, что известие о краже должно было поразить домработницу. Однако на бабу Клаву известие об ограблении ее хозяйки произвело слишком уж сильное действие. Женщина тяжело дышала, словно была не в силах справиться с охватившей ее паникой. А потом всплеснула руками, изменилась в лице и, страшно побледнев, воскликнула:

– Да у кого же это совести-то совсем нету?! Кто посмел?!

– Мы не знаем. Участковый приходил, все опечатал. Сказал, что следствие будет, только надо хозяйку квартиры найти, чтобы она заявление написала.

– Ой, батюшки! – засуетилась баба Клава. – Так это… того… надо пойти, прибраться там…

– Не надо никуда ходить. Баба Клава, вы что? Как это – убираться, вы же все следы смоете!

– Ой, не сообразила я.

– Да и квартира опечатана, не попадете вы туда.

– Верно, верно, совсем я разум потеряла. И вообще, месяц уже заканчивается. Чего мне суетиться лишний раз? На Луизу я в этом месяце больше не работаю.

– Как же так?

– После похорон Саши она мне так прямо и за-явила. Одна, мол, я полный обед есть не стану. Пачкать я тоже ничего не пачкаю, очень аккуратная. Поэтому платить я теперь тебе стану ровно в четыре раза – меньше.

– И вы отказались?

– Нет. Но и работать я на нее теперь в четыре раза реже стану! Что я была должна, то уже отработала. Дальше Луиза пусть сама свой быт обихаживает.

И баба Клава сердито насупилась. Она была обижена на Луизу за то, что та урезала ей жалованье так заметно. И поэтому подругам она ответила резко:

– Ну а насчет того, где Луизу найти, этого я не знаю. Она мне отчет в своих делах не давала. Кто я ей такая? Не подруга, простая поломойка. Ей даже разговаривать со мной и то зазорно было. Она мне только пальцем тыкала, мол, то сделай и это. А вот Саша – тот совсем другой был. Добрый, щедрый, а уж веселый какой! Зря он с выбором поспешил. Огляделся бы по сторонам, может, более подходящую женщину себе бы нашел!

Похоже, не одну Аннушку одолевали мечты о счастливом замужестве. Даже развалина баба Клава, и та приметила себе жениха. Жаль только, что жених ушел к более молодой, подвижной и эффектной женщине. Пусть Луиза и не умела стряпать обед и не любила мыть полы или стирать, но зато она иным образом доставляла удовольствие своему мужу. И, как подозревали подруги, не ему одному.

– Соседки намекали, что у Луизы любовник имеется.

– Не знаю. При мне к ней никакой мужчина не приходил. Но я ведь не каждый день у них бывала, а через день. А после смерти Саши – и того реже.

– Но всегда же заметно, если женщина на свидание собирается. Она и одевается иначе. И красится.

– При мне Луиза ничего такого никогда не делала. Хотя один раз звонил ей мужчина. Да, звонил! Только Луиза его звонку совсем не обрадовалась. И разговаривала с ним… так напряженно. А один раз так и вовсе резко ему ответила: «Я же просила, чтобы ты мне больше никогда не звонил!» Я совсем про тот случай забыла, если бы вы не напомнили, так и все. Совсем у меня с головой плохо стало, все забываю. Вот беда!

Однако в этот момент их разговор с бабой Клавой был прерван. В прихожей раздался шум, а потом мужской хриплый голос произнес:

– Это я, мама. Ты дома?

– Дома я! Гости у меня.

И, понизив голос, баба Клава куда-то засобиралась, объяснив:

– Сын вернулся. Пора мне. Где искать Луизу, я не знаю. Не обессудьте, помочь ничем не могу.

Подруги поняли, что бабе Клаве стало не до них, и направились к дверям. Но в дверях комнаты они столкнулись с высоким худым мужчиной лет тридцати. Вид этого типа мгновенно вызвал в них целую бурю подозрений. У них буквально перехватило дух. Да он же наркоман! Почему подруги так решили? Начать с того, что зрачки у мужчины были неестественно расширены, а одет он был бедно и неряшливо, в темную рубашку и в такие же темные джинсы – измятые и испачканные.

К тому же пахло от него давно не мытым телом, хотя мужчина был чисто выбрит и явно старался произвести хорошее впечатление, даже уступив подругам дорогу. Но получилось у него это так неудачно, что он споткнулся, едва не упав и обдав подруг целым букетом сложных и неприятных запахов. От Степана пахло болезнью, пахло какой-то химией, от него пахло гнилью.

Нет, подруги не ошиблись: сын бабы Клавы был заядлым наркоманом. А где наркотики, там всегда кража, воровство, преступления.

– Степушка, иду я, иду. Покормлю тебя сейчас.

– Я не голодный, мама. У тебя деньги есть?

– Погоди, Степушка, я гостей провожу, потом поговорим.

Подруги вышли за порог, но далеко уходить не стали. Обе приникли ухом к дверям квартиры бабы Клавы, спасибо, что дверь тут была всего одна, поставленная еще при царе Горохе – простая, деревянная дверь, даже без облицовки. Слышно через нее все было великолепно. Бабе Клаве следовало бы это учесть, когда она набросилась на своего сына с упреками:

– Денег тебе надо? Наркоман проклятый! Чтобы ты уже сдох поскорее! Какие тебе еще деньги? Признавайся, это ты Луизку ограбил?

– Да ты чего, мама? Стал бы я у тебя сто руб-лей клянчить, если бы ее квартиру ограбил. А что случилось-то?

Кажется, баба Клава тоже сообразила, что зря налетела на сына. И уже значительно спокойнее прибавила:

– Квартиру у ней ограбили.

– Ну а я тут при чем? Дай сто рублей, мам.

– Что я тебе – банкомат?

– Ну дай! Что тебе, сто рублей для родного сына жалко?

– Печатаю я для тебя эти деньги, что ли? Отстань! Работай иди!

– Мама, дай!

– Не дам!

– Я верну, честно.

– Ты прежние-то долги верни сначала, придурок несчастный! Вот уж горе так горе. У других родителей дети нормальные, а у меня – отродье какое-то.

– Ну, мам, дай… Дай, мама!

Дальше подруги слушать не стали. Осторожно они отошли от дверей квартиры бабы Клавы. Зачем подслушивать, если они и так знали, что рано или поздно бедная баба Клава не выдержит и сунет своему сыну требуемые им сто рублей. Когда наркоману нужны деньги, он с вас не слезет, пока вы их ему не дадите. Не получится разжалобить, так украдет. Не удастся украсть потихоньку – отнимет силой.

А в том, что сын бабы Клавы был подвержен наркотической зависимости, ни у одной из подруг не возникло никакого сомнения. Стоило взглянуть в неестественно расширившиеся зрачки этого мужчины, увидеть его пересохшие губы, как сразу же становилось ясно: он находится в состоянии ломки. И ему остро нужны деньги на очередную дозу.

Стоит сыщицам подозревать Степана в причастности к ограблению в квартире тетки Луизы? Все в душах подруг так и кричало: да, стоит! Если Степан употребляет наркотики, нигде не работает, то он нуждается в деньгах. А добыть их честным путем у наркомана получается очень редко. И значит, нельзя сбрасывать Степана со счетов.

Подруги вышли во двор, где оставили свой «гольфик». Время уже шло к вечеру. Им несколько раз звонила Аннушка. И теперь они перезвонили подруге Лесиной матери.

– Пока что Ленчик спит в гамаке, сморило его на свежем воздухе, но что, если сейчас его покой растревожит Луиза?

– Стащите с мамой у него телефон и выключите его.

– Боюсь. Лучше вы сами…

– Не разорваться же нам на двое? Мы делаем все, что можем.

Как раз в этот момент из дверей дома вышел сынок бабы Клавы. Видимо, сопротивление матери было сломлено, потому что вид у этого взрослого детины был торжествующим и наглым одновременно. Покрутив головой по сторонам, он крадучись двинулся вдоль стены дома. Выходить на открытое пространство он по какой-то причине остерегался. Так и крался вдоль дома.

Двигался сынок бабы Клавы так осторожно, что невольно привлек к себе внимание сыщиц.

– Куда это он направился?

– За дозой, наверное.

– Для дозы ста рублей маловато.

– Тебе-то откуда это знать?

– Просто мне так кажется. Если бы наркотики стои-ли так дешево, разве велась бы из-за них такая ожесточенная борьба?

Но поспорить подруги не успели. Внезапно возле Степана притормозила ржавая белая «девятка», из которой вытянулась длинная рука и втащила сына бабы Клавы в машину. После чего машина резко рванула вперед и исчезла за углом дома в клубах синего дыма.

– Ты это видела! Его же похитили!

– Да кому он нужен?

– Кому-то явно нужен, раз его увезли.

Говоря это, Кира уже и сама трогалась с места. Догнать белую «девятку» оказалось нетрудно. Она застряла на светофоре, а потом почти сразу же свернула на пустырь. Там из белой «девятки» вышли двое парней весьма характерной наружности.

– Тоже наркоманы! – ахнула Леся, наблюдавшая вместе с Кирой за этой троицей издали.

Один из парней, наседавших на Степу, был повыше его, а второй, наоборот, пониже. Но, несмотря на разницу в росте, всех троих отличало нечто общее – неухоженный и даже больной вид, бледность и худоба. Ну и, конечно, все трое были в черных очках, их глаза не выдерживали яркого света.

– Слушай, а это не те ли самые подозрительные ребята, которых видела соседка Луизы у них в подъезде? Помнишь, она еще говорила: один повыше, а другой пониже.

– А что? Похожи! Повыше и пониже.

Разборку двух незнакомцев со Степой подругам было с их наблюдательного пункта видно великолепно, а вот слышно плохо – нет, совсем не слышно. Тем не менее девушки даже на расстоянии видели, что эти двое угрожают сыну бабы Клавы, кричат и размахивают у того перед носом кулаками. До слуха подруг редкие порывы ветра доносили лишь отдельные реплики:

– Подстава… Ответишь… Пусто… До нас!..

Леся задумчиво наблюдала за этой сценой. Судя по жестам, Степан отчаянно оправдывался, но дружки ему ни капли не верили.

– Знаешь, что я думаю? – наконец произнесла девушка. – Я думаю, что Степан подговорил этих своих дружков, чтобы они ограбили тетку Луизу. А у них что-то пошло не так. И теперь они его в этом упрекают.

– Или они решили Степана попросту кинуть, вот теперь и изображают, будто страшно недовольны им.

Подруги даже зауважали самих себя. Вот участковый – тот сразу же спасовал. А они, не прошло и двух часов, как уже наметили первых подозреваемых в деле об ограблении квартиры тетки Луизы.

– И что нам делать?

– Давай просто подойдем к ним. Судя по всему, ребята что-то должны знать про тетку Луизу.

Но наркоманы не стали ждать, пока подруги к ним подойдут. Они отвесили Степе пару увесистых тумаков, от которых бедняга повалился на землю. И, не удовольствовавшись этим, еще и попинали Степана ногами по тощему крестцу. После чего запрыгнули в машину и с весьма недовольными мордами укатили прочь.

Подруги тут же кинулись к лежавшему на земле парню.

– Степа! Степа, ты жив?

К счастью, парень был жив, о чем свидетельствовали его громкие стоны. Кое-как усадив Степана, который отплевывался кровью, текущей из разбитой губы, подруги сердобольно поинтересовались:

– Степа, бедный, за что они тебя так?

– С-с-уки! – заревел парень, не очень хорошо понимая, с кем именно он разговаривает. – Разве же я виноват?

– Степа, ты дал им ключи от квартиры тетки Луизы? Да? А они теперь говорят, что там ничего не было? Кто-то их опередил, да?

Степан кинул на девушек злобный и одновременно трусливый взгляд. Он уже вполне очухался после побоев. И осторожность вновь возобладала в нем.

– Ничего я им не давал!

– Степа, ты нам-то можешь не врать. Даже лучше будет, если ты нам врать не будешь. Для тебя же лучше будет.

– Пошли вы!

– А у нас деньги есть, Степа. И мы их тебе можем дать.

Степан мгновенно переменился. От его злобы и недовольства не осталось и следа. В глазах его загорелась надежда.

– И чего делать надо?

– Ничего не надо. Расскажи нам, что ты про нашу тетку Луизу знаешь, и получишь пятьсот рублей.

– Тысячу!

Ох, до чего жалок был Степан в этот момент. Но подруги пересилили себя и кивнули:

– Хорошо. Тысячу.

– Давайте!

– Ишь, какой хитрый! Мы тебе деньги дадим, а ты удерешь.

– Не могу я бегать. Эти гады отбили мне, похоже, что-то там…

При этом Степан тыкал себя то в область желудка, то сердца, то селезенки. Если бы его жалобы были правдивы хотя бы на четверть, парню явно следовало показаться врачу, потому что те два-три удара, которые он получил от своих недругов, никак не могли вызвать столь обширных внутренних повреждений.

– Слушай, друг дорогой, нам с тобой некогда разбазаривать. Нас в другом месте ждут. Вот тысяча, я ее держу, ты ее видишь. Никуда она от тебя не денется. Теперь рассказывай!

Не сводя алчущего взгляда с денежной бумажки, Степан приступил к своему рассказу. Суть его была гнусна и отвратительна, как и сам Степан, и вся его жизнь, и окружавшие его люди. Как верно догадались подруги, Степану очень были нужны деньги. Собственно говоря, они нужны всем людям. Но наркоману Степе деньги были нужны постоянно и позарез. И он постоянно находился в состоянии их острой нехватки.

А в последнее время это его состояние особенно обострилось. Степан потерял работу грузчика, на которую взяли более здорового и менее требовательного таджика. Ну а Степан оказался безработным. И тогда, не слишком умный от природы и еще больше поглупевший от наркотиков, на которые он подсел уже давно, Степан огляделся по сторонам и понял, что пора завязывать с относительно честной жизнью, которая не принесла ему ничего, кроме унижений, и начинать жизнь криминальную.

– Мама у этой противной бабы уже год убирается. И раньше я не думал, что там есть чем поживиться.

Однако пару недель назад баба Клава вернулась домой в таком возбужденном состоянии, что ей позарез надо было с кем-то поделиться новостью. А так как на улице было дождливо, то соседок возле подъезда не наблюдалось. И дома никого, кроме сына, не было, а телефон у них давно был отключен за неуплату. Баба Клава и выложила все Степану.

– Представь, сынок, сокровища-то какие у этой змеюки имеются! Золота – целый килограмм! Бриллиантов – целая куча! Вот такая огромная шкатулка, и вся драгоценностями старинными набита!

– Бижутерия небось, мам, – безразлично отозвался Степа, не поверивший, что огромные сокровища могут храниться просто так, в скромной однушке.

Но баба Клава стояла на своем:

– Да какая там бижутерия! Клейма там стоят, настоящие!

– А откуда это у нее?

– Говорит, что от мужа.

– Ты же говорила, что они небогато живут? В однушке, да и вообще…

– А драгоценности у хозяйки от ее прежнего мужа остались. Она их только близким людям и показывает. Друзьям.

– С тобой, что ль, подружиться решила? – не удержался и хмыкнул Степан.

Но баба Клава не обиделась:

– Не мне, хахалю своему она рассказывала. Слышь, хахаль у ней новый объявился. Еще месяца не прошло, как мужа схоронила, а уже дома мужиков принимает.

– А что за хахаль?

– Да толстый такой, противный. Голова лысая. Морда круглая. На носу очки. Но ничего не скажу, приличный мужчина. Тихо себя вел. Ручку хозяйке при встрече поцеловал, но никаких других вольностей себе не позволил. Посидел часок, кофе выпил, драгоценности ее похвалил, да и откланялся. Родственник он ее покойному мужу, вот Луиза перед ним хвост и распушила.

– А чего он про цацки-то сказал?

– Сказал, что золото старинное, высшей пробы. Камни очень чистые. В общем, сказал так: «Ты, Луиза, богатая невеста. Счастлив будет тот бедняк, что на тебе жениться сможет».

– И что же это, она первому встречному цацки свои показать решила? Совсем без башни твоя хозяйка?

– Да говорю же, не чужой он ей. Брат он ее покойному мужу. Или другой какой-то родственник. Но, в общем, родня.

Уж не Ленчик ли это был? Очень даже возможно, что и он. Ведь тетка Луиза не скрывала, что и сама побывала в гостях у Ленчика и он у нее погостил. И это все – за какой-то месяц, три дня из которого были отведены на похороны и поминки. Оборотистостью и расторопностью тетки Луизы оставалось только восхищаться.

Значит, не найдя другого повода, как еще можно заинтересовать Ленчика, тетка Луиза решила блеснуть перед ним своим богатством. Дядя Леня работал стоматологом вот уже не первый десяток лет. И конечно, он хорошо знал, что и почем в драгметаллах. И в золоте он разбирался. И в клеймах. И если он сказал, что у тетки Луизы в сейфе – настоящее сокровище, значит, так оно и было.

Вот только куда делось это сокровище? Но подруги надеялись, что на этот счет просветить их сможет наркоман Степа. А последний продолжил свое повествование и рассказал вот что. Когда денег у Степы совсем не осталось, а тяга к запретному зелью выросла многократно, он решился на крайние меры.

В конце концов, еще Маркс сказал, что деньги должны работать. Или не Маркс, но кто-то из великих, это уж точно. И Степан решил: а пусть-ка золото и бриллианты тетки Луизы, обращенные в звонкую монету, поработают на него. Совсем немножко, ведь долго никакие деньги у Степана никогда не держались.

– Я сказал Витьку и Саньку, что есть богатая хата. Что им всего-то и нужно – дождаться, когда хозяйка куда-нибудь свалит, а потом обчистить хату! Что ключи я им дам, от них всего и потребуется вынести сейф.

Ключ своим дружкам Степан соорудил заранее, просто обратившись в ближайшую к дому мастерскую и даже не подумав, как это неосторожно с его стороны. Степан, как уже говорилось, отнюдь не был семи пядей во лбу. И, продумывая преступление, он наделал множество ошибок. Не подумал он и о том, как его дружки доберутся до самих сокровищ. Ведь ключ от сейфа хозяйка всегда носила с собой или где-то прятала. И если ключи от квартиры у матери Степана имелись, то ключа от сейфа у нее не было и быть не могло.

Но дальнейшие события показали, что Степан мог и не напрягаться вовсе. Когда его дружки минувшей ночью, предварительно убедившись, что вокруг все тихо и спокойно, и выждав почти до рассвета, все же проникли в квартиру тетки Луизы, сейф, как оказалось, уже был опустошен.

– И вот теперь эти твари неблагодарные требуют, чтобы я возместил им моральный ущерб. А какой такой ущерб, если я вместе с ними пострадал? И, может быть, даже сильнее, чем они сами.

И с этими словами Степан выхватил тысячную купюру из рук зазевавшейся на мгновение Киры и пустился наутек с такой прытью, какой было трудно ожидать от эдакого доходяги.

Глава 5

Домой подруги возвращались со смешанными чувствами. С одной стороны, их тревожила судьба тетки Луизы и ее сокровищ, которым, оказывается, знающий человек дал наивысшую оценку. А с другой… с другой они не могли не понимать, насколько лишним сейчас было бы появление тетки Луизы.

– Будем надеяться, что Луиза в данный момент у своего любовника. И с ней все в порядке.

– А ее драгоценности? Как же быть с ними?

– Ну что такое, в сущности, эти драгоценности? – вздохнула Леся. – Всего лишь кучка металла и красивых камушков. Ну пропали они, не станет же тетка Луиза из-за этого с жизнью кончать? Привыкнет как-нибудь без них жить.

Но голос Леси прозвучал неуверенно. Она прекрасно понимала, что для человека вроде тетки Луизы эти драгоценности составляли весь смысл жизни.

– Сдала бы тогда их в банковскую ячейку, зачем хранить дома?

Но банкам тетка Луиза не доверяла категорически. И она твердо заявила об этом подругам еще в их первый визит к ней:

– Банки то и дело грабят! Не хочу, чтобы мои драгоценности пропали, а я бы за это еще и денег жуликам-банкирам платила!

Так что подруги решили так: пока судьба тетки Луизы неизвестна, надо побыстрее сосватать Аннушку. Чтобы у вернувшейся от любовника тетки Луизы не осталось ни малейшего шанса вернуть себе Ленчика.

– А вот и мои девочки! – приветствовала тетя Света свою дочь и Киру. – Где же вы были, пропащие? Мы уж совсем вас заждались.

Ленчик развалился в кресле с самым умиротворенным видом. Пожалуй, уже давно подруги не видели его в таком счастливом состоянии. Рядом с Ленчиком расположилась Аннушка, которая не сводила со своего кавалера влюбленных глаз. Ленчику это явно нравилось. И он поглядывал на свою бывшую невесту со все возрастающей симпатией.

– Ну как там Луиза? – шепотом осведомилась у подруг тетя Света. – Не помешает нам?

– Черт ее знает. Куда-то пропала. Соседки говорят, она к любовнику умчалась.

– Ну и ладненько! – повеселела тетя Света. – Значит, ей есть на кого переметнуться, если Ленчик уйдет к Аннушке.

– А он уйдет?

– К тому и веду дело. Не забывайте, у нас впереди еще сегодняшний вечер и целое воскресенье!

– Аннушка выглядит какой-то бледной.

– Не кушает с утра ничего, – так же шепотом объяснила подругам тетя Света. – Волнуется. Ленчик еще не сделал ей предложение. Вот сделает, тогда Аннушка и отожрется за все эти постные деньки.

Но подругам показалось, что состояние Аннушки не вполне нормальное. Женщина совсем ничего не ела. Подруги же отсутствием аппетита не страдали. И мигом уплели все то, что оставалось на столе. И шашлык, и рулетики из куриной грудки с сыром и шампиньонами. И салат с креветками и авокадо, обильно политый соком лимона, который придавал этим двум, в общем-то, хоть и полезным, но пресным вещам необходимую остроту.

Утолив голод, подруги подошли к Аннушке.

– Как ты?

– Все идет просто прекрасно! – ответила им Аннушка с сияющими глазами. – Мне кажется, что мы с Ленчиком снова будем вместе.

– А как ты себя чувствуешь?

– Да как-то странно. Есть совсем не хочется. Только подумаю, что надо бы кусочек чего-нибудь проглотить, сразу мутить начинает.

Смутное беспокойство охватило подруг. Уж не в тех ли таблетках дело, которые они скормили Аннушке?

– Ты-то как? – обратилась Кира к Лесе. – Ничего подобного не ощущаешь?

– Вообще нет! Аппетит прекрасный. А что с ног валюсь, так это от усталости.

После ужина тетя Света отправилась мыть посуду и прибираться. А подруги, оставив влюбленных наблюдать за звездным небом, пошли спать.

– Как ты думаешь, может, нам еще разок позвонить тетке Луизе?

Девушки сделали еще один звонок. Но хотя на сей раз сигнал шел, трубку тетка Луиза опять не сняла. Дуется, поняли подруги. И, успокоенные тем, что хотя бы телефон тетка Луиза включила, легли спать.

– Наверняка соседки были правы, Луиза у своего любовника.

– А телефон отключала, чтобы им не мешали.

– Может, написать ей, что в ее квартире побывали грабители? Эсэмэску она точно должна прочесть.

– Нет, думаю, о том, что ее драгоценности пропали, лучше сообщить ей лично.

– Ага, – охотно согласилась с подругой Леся, которой до смерти не хотелось сейчас ничего предпринимать. – Найти-то их все равно уже вряд ли найдут. Пусть хоть еще одну ночь бедная тетя будет счастлива.

И, порешив на этом, обессилевшие подруги разбрелись по своим кроватям и буквально вырубились до самого утра.

Разбудили подруг кошки. Фантик и Фатима разделили обязанности по побудке подруг. Фантик отправился к своей любимой хозяйке Кире, а Фатима забралась на кровать к Лесе и принялась деликатно трогать ее лапкой за руку. Кошка никогда не царапала Лесю, вот и сейчас она осторожно трогала ее своими мягкими розовыми подушечками. А когда это не помогло, она начала усиленно тереться о подбородок Леси своей усатой мордочкой и фырчать.

– Ну что тебе нужно? – сонно пробормотала девушка. – Отстань!

Но кошка не отставала. У нее явно было какое-то дело к своей хозяйке.

– Чего тебе? – открыла наконец глаза Леся.

Кошка тут же спрыгнула с кровати и направилась к дверям. По дороге она то и дело оглядывалась на хозяйку, приглашая ее проследовать за ней.

– Ох, и чего тебе не спится-то?

Но в коридоре Леся наткнулась на Киру, которую вел за собой Фантик. Переглянувшись между собой, девушки пошли туда, куда вели их кошки. А вели они их в кухню, где остановились возле пустых мисочек и укоризненно уставились на подруг.

– Вас не покормили? – догадалась Леся. – Ах, вы, бедненькие!

– Бедненькие, – проворчала Кира, направляясь к кофеварке. – Как же! Посмотри на их животы!

– Но в мисках нет ни крошки!

– Потому что они вчера обожрались за столом! Поэтому твоя мама и не дала им корма!

Но Леся была не как своя собственная мама. Конечно, она тоже любила экономию, но все-таки до тети Светы ей было еще далеко. Да и не хотела Леся стремиться использовать буквально каждый недоеденный кусочек и мастерить пиццу из объедков и солянку из огрызков. Так что она щедро насыпала кошкам корма и погладила довольно заурчавших мурлык:

– Кушайте, кушайте! И не бойтесь, я вам голодать не дам. Пока еще это моя мама находится у нас в гос-тях, а не наоборот.

– Что ты говоришь, Леся? – удивилась Кира.

Однако Леся не успела ответить. У нее зазвонил сотовый телефон.

– Тетка Луиза звонит!

– Не бери!

– Почему? – удивилась Леся.

– Надо подумать, что мы ей скажем!

Телефон позвонил-позвонил и утих. Подруги со страхом на него посмотрели, словно ожидая, что маленькая пластмассовая коробочка взорвется или еще что-то похуже случится.

– Ну и что теперь делать?

– Выпьем кофе, позавтракаем, а там решим, что сказать тетке Луизе.

Никогда еще подруги не пили так долго свой утренний кофе. Но всему когда-нибудь приходит конец. Подошел к концу и кофе, которым щедро «наливались» подруги. Надо было что-то решать.

– Ну?

Сообщать плохие новости всегда неприятно. А в особенности если это касалось тетки Луизы, которая все личные неприятности воспринимала очень близко к сердцу. Небось по поводу драгоценностей она закатит настоящую истерику, а выслушивать ее жалобы придется подругам.

– Звони давай. Надо ведь рассказать тетке о том, что в ее доме произошла кража.

Леся тяжело вздохнула и взяла телефон. С трепетом она нажала на кнопку вызова и очень удивилась, когда на другом конце вместо тетки Луизы ответил незнакомый ей мужской голос.

– Ой, простите, – сконфузилась Леся. – Мне нужна моя тетя Луиза.

– Вот как? Вы ее племянница?

– Да! Да! А вы?..

– Капитан полиции Долото.

– Что, простите?

В первый момент Леся подумала, что тетка Луиза сейчас где-нибудь в душе, подойти к телефону не может, вот и попросила ответить своего воздыхателя. А так как в любовниках у тетки Луизы находится полицейский, то, по служебной привычке, он и представился Лесе по званию.

– Капитан Долото. Дмитрий Сергеевич. Можно просто Дмитрий. Значит, вы – племянница Елизаветы Теймуразовны?

– Елизаветы? Теймуразовны? Нет, мою тетю зовут Луиза Альбертовна. А фамилия у нее Гриневич!

– Не Сванидзе? – недоверчиво переспросил ка-питан.

– Нет!

– Вы уверены?

– Неужели вы думаете, что я не знаю, как фамилия моей тетки – жены моего родного дяди Саши?

– Тогда как вы объясните, что паспорт на имя этой гражданки находится у той женщины, которой вы звоните и которую нежно называете тетей?

– Я должна объяснить?! – задохнулась от удивления Леся. – Мне кажется, вы что-то путаете!

– Нет. Это вы не до конца понимаете всю серьезность ситуации. В моих руках находится телефон, найденный рядом с телом убитой женщины. Вы звоните на него, требуете позвать вашу тетю Луизу. Но никакой тети Луизы тут нет, а есть покойница, при которой обнаружены документы на имя Елизаветы Теймуразовны Сванидзе.

Покойница? Сванидзе? Да кто же это такая? И каким образом к ней попал телефон тетки Луизы?

– Наверное, мне стоит приехать к вам, – обреченно произнесла Леся. – Дело в том, что мы ищем тетю Луизу вот уже второй день. Она пропала. А теперь вот нашлась, но только не она, а какая-то Сванидзе. Где вы находитесь?

Бравый капитан Долото оказался высоким и широкоплечим молодым человеком лет тридцати, с открытым хорошим взглядом. Внешне он был вполне даже симпатичен. Немного портил его большой длинный нос, но, как известно, какой у мужчины нос, такой у него и… г-хм… В общем, длинный нос никак не должен убавлять мужчине очков, а скорее, даже наоборот.

– Это вы мне звонили? – спросил он у Леси, разглядывая ее с интересом.

– Я! И что дальше? И потом, я вовсе не вам звонила, а своей тете Луизе. У вас откуда-то взялся ее телефон.

– Не откуда-то, а с трупа гражданки Сванидзе. Я вам уже объяснял это.

– И что дальше? – с непонятной ей самой враждебностью пробурчала Леся.

– Дальше я предлагаю вам взглянуть на потер-певшую.

– Вот еще! Очень мне надо – глазеть на всяких там незнакомых мертвых теток!

Почему-то этот капитан Долото заставлял проявляться все самые худшие качества ее характера. И даже кое-какие новенькие неожиданно проявились. Например, склочность, истеричность и «вреднючесть».

– Товарищ капитан, – поспешно вмешалась в разговор Кира, – мы сами в таком же недоумении, как и вы. Может быть, вместе разберемся?

Капитан кивнул. И предложил:

– Пройдемте в мой кабинет.

– Что?! Труп этой Сванидзе до сих пор у вас… там?

Капитан не ответил, а молча направился вперед, показывая путь подругам. Кира же удержала рядом с собой Лесю.

– Какой бес в тебя вселился? Почему ты ему хамишь?

– А почему он такой… такой самоуверенный?

– Ничего он не самоуверенный, а очень даже вежливый и деликатный.

– Ну и целуйся с этим деликатным. А меня оставь в покое!

Кира лишь недоумевающе пожала плечами. Никогда с ее мирной и расположенной к людям подругой не случалось таких внезапных приступов совершенно непонятной агрессии. Так они и вошли в кабинет следователя: впереди – расстроенная Кира, а позади нее – все еще дувшаяся Леся.

– Так, очень хорошо. Давайте для начала познакомимся.

Капитан постарался расположить к себе подруг, улыбнувшись им. Но если Кира охотно улыбнулась в ответ, то Леся с трудом удержалась, чтобы не фыркнуть.

– Я вам уже назвала себя!

– Да, я помню, вы назвались племянницей той женщины, которой звонили.

– Ну да! Я ищу свою тетю Луизу. Не понимаю, откуда у какой-то Сванидзе взялся телефон тетки Луизы. Возможно, она его украла? Возможно, она воровка? Что вам вообще известно про эту женщину?

– Помимо того, что ее убили? Почти ничего. Но лично я думаю, что телефон вашей тети мог попасть к ней вполне легально. Одета покойная очень хорошо, я бы даже сказал, элегантно. Вещи все новые, точно по размеру, хорошего качества. Нет, покойная не похожа на воровку. Скорее всего, она какая-то знакомая вашей тети. А телефон попал к ней по ошибке.

Некоторое время капитан внимательно рассматривал обеих подруг, словно что-то обдумывая про себя. А потом спросил:

– Скажите, я могу попросить вас посмотреть на фотографию убитой Сванидзе?

– Попросить – можете.

Капитан полез в ящик стола и извлек оттуда паспорт. Прикрыв его так, чтобы на виду осталась одна фотография, он спросил:

– Ну как? Возможно, эта женщина вам знакома? Возможно, вы ее видели в окружении своей тети?

Одного взгляда на фото Лесе хватило, чтобы возмущенно воскликнуть:

– Как это знакома! Да это же и есть моя тетя Луиза! И что за дурацкие шутки, капитан?

– Ваша тетя? Вы хотите сказать, что на фотографии ваша тетя, живущая под фамилией Гриневич?

– Да!

– Любопытно.

Лицо капитана приобрело уже не задумчивое, а какое-то радостно-предвкушающее выражение.

– А так? – спросил он у Леси, быстро убрав листок, загораживавший нижнюю часть страницы паспорта.

– Сванидзе Елизавета Теймуразовна, – с изумлением прочитала Леся. – Да что же это такое?! Это же не теткин паспорт!

– То-то и оно.

– А фотография в ней – тетина!

– Вы в этом уверены?

В ответ Леся кинула на капитана такой убийственный взгляд, что даже его броня невозмутимости оказалась пробита. Капитан здорово смутился и пояснил в свое оправдание:

– Или, возможно, у вашей тети есть похожая на нее сестра. Близнец?

– Что это за близнец – с другим отчеством!

– Ну, всякое бывает в жизни.

– Скажите, а у женщины, чье тело вы нашли, была на затылке одна седая прядь?

– Не знаю, но могу уточнить.

Капитан позвонил в морг, выслушал ответ эксперта и кивнул Кире:

– Да, прядь имеется.

– Тогда это точно наша тетя Луиза, а никакой не близнец.

Леся молча рассматривала фотографию тетки, наклеенную в чужом паспорте.

– Ничего не понимаю, – наконец произнесла она. – Это точно моя тетка Луиза!

Между тем, пока Леся все еще была во власти недоумения, Кира уже давно многое поняла и помрачнела.

– Говорите, вы нашли этот документ рядом с трупом? – спросила она у капитана. – И личность убитой схожа с фотографией на паспорте?

– Да. Это она.

– Черт! – воскликнула Кира, не сдержавшись. – Так нашу тетку… что? Ее убили?

– По всей видимости.

Леся переводила недоумевающий взгляд с одного на другого.

– Кого убили? – наконец спросила она. – Сванидзе?

– Леся, очнись! Сванидзе и есть твоя тетка Луиза! Это ее фотография, и это ее паспорт! Это она сама!

– Нет, не может быть! – запротестовала Леся. – Я была в загсе, где дядя Саша женился на тетке. И я точно помню, что в ее паспорте было написано – Гриневич Луиза Альбертовна. Никакой Сванидзе там и не пахло.

– Очень странно. Говорите, паспорт у вашей тети был на фамилию Гриневич?

– Да!

– И вы его видели?

– Ну, конечно! И не только я, а все работники загса!

– Ваша тетя замужем?

– Ну, муж у нее умер месяц назад.

– Вот как.

Это «вот как», произнесенное многозначительным тоном, напомнило подругам еще об одной вещи.

– Товарищ капитан, а ведь что еще случилось! Квартиру теткину обокрали! Сейф вскрыли! И драгоценностей, и золота оттуда украли не на один миллион рублей!

Теперь заинтересованность капитана выросла в разы.

– И когда это случилось? – живо поинтересовался он. – В ночь с пятницы на субботу? Похоже, совпадает.

– Что совпадает?

– Ваша тетя – или не тетя, а уж не знаю, кем она вам там приходилась, – погибла той же ночью.

– Ой! – дошло наконец до Леси. – Моя тетя Луиза! Она… мертва?!

– Если хотите, проведем опознание. Ваша тетя сейчас находится в морге судебно-медицинской экспертизы и…

– Нет! – поспешно перебила его Кира. – Вполне достаточно, если вы прочитаете нам, во что она была одета.

– На ней были туфли на высоких каблуках. Приталенное короткое кожаное пальто красного цвета. Под ним мини-юбка.

– И черная с алыми маками сумка?

– Да. И сумка. С маками.

– Все ясно, – вздохнула Кира, вспомнив описание внешности тетки Луизы, которое дали ей соседки. – Это она. Сомнений нет. Как ее убили?

– Ударили по голове. Подошли сзади и нанесли удар тупым предметом. Предположительно, убийца был мужчиной. Или, во всяком случае, очень рослой женщиной. Рост вашей тети метр шестьдесят. Так вот, убийца был по крайней мере на двадцать сантиметров выше.

Подруги растерянно глядели друг на друга.

– И где это случилось?

– На Канонерском острове. Там залив, много укромных уголков. Летом это излюбленное место для влюбленных парочек. Да и до поздней осени там не затихает веселье. Кафе, магазины… На задворках одного из них утром и была обнаружена ваша тетя. Она лежала за мусорными баками.

– Ее убил кто-то из посетителей магазина?

– Не факт. Баки стоят таким образом, что к ним легко можно подойти со стороны дороги. А там машины ездят целые сутки напролет. Нашли ее в субботу утром. А вот телефон попал ко мне только сегодня. То ли во время удара, то ли по другой причине, но он отлетел в сторону. И его нашли только вчера вечером. А сегодня позвонили вы.

– С телефоном ясно, а что же с тетей Луизой? Кто напал на нее и убил бедную женщину?

– Увы, пока мне вас порадовать нечем, – развел руками следователь. – Свидетелей нет.

– И никто ничего не видел?

– Пока что по этому делу возбуждено уголовное дело и ведутся оперативно-розыскные мероприятия.

– Толк-то от них есть?

– Пока нет, – признался капитан. – Но теперь у нас появилась новая зацепка! Кража в квартире покойной. Вы говорите, по этому факту уголовное дело еще не возбуждено?

– Нет. Участковый там – редкостный лентяй. Мы ему говорили, да он нас и слушать не захотел. Удрал к своему дружку в гараж, трубы у него горели, наверное.

– К сожалению, случается и такое, – кивнул головой капитан. – Но я разберусь с этим делом!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.