Война против Русского мира – 2
Восточный фронт
Сергей Русов

Украина – ржавый нож у горла России

© Сергей Русов, 2021

ISBN 978-5-4496-0977-9 (т. 2)

ISBN 978-5-4496-0978-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вторую книгу серии «Война против Русского мира» мы начнём с изучения положение дел на Украине, которая в третий раз за недолгий период своего паразитирования на русских землях была доведена Западом до стадии бешеной собаки и спущена с цепи на Русский мир¹.

Мы оценим украинскую внутреннюю политику, состояние экономики, армии, ВВС, ВМС, военно-промышленного комплекса и спецслужб. Вторая часть книги будет посвящена положению дел на Восточном фронте, Минскому переговорному процессу, военно-политической обстановке в мире и вокруг России в период 2015—2018 годов. Итак, начнём…

Внутренняя политика и Экономика

На Майдане оболваненным украинцам обещали невиданное процветание, европейские зарплаты, пенсии, безвизовый режим и нарастающий поток западных инвестиций: «Вы страну не узнаете, это будет Швейцария, это будет Франция».

Стоит отметить, что «Европейский выбор» наряду с оголтелой русофобией является краеугольным камнем идеологии украинства. Европа неизменно преподносится неким земным раем, где абсолютно всё замечательно, правильно и должно быть образцом для подражания. Ради того, чтобы пробиться в этот «рай», пусть даже на роли холуёв и слуг, бандеровцы были готовы принести в жертву и саму Украину, и её экономику, и проживающих в ней «неправильных украинцев». Майдан 2014 года блестяще это продемонстрировал.

Вскоре после государственного переворота майданный премьер-министр Арсений Яценюк отправляется в Брюссель, где 21 марта 2014 года подписывает политический блок Соглашения об ассоциации Украины с ЕС. Спустя три месяца без всяких возражений принимается вторая часть документа – экономическая.

Включение Украины в зону свободной торговли ЕС, объявленное захватившими власть майданными жуликами величайшим достижением, не только вызвало резкое падение экспорта, но и дало старт полномасштабной смене социально-экономического уклада страны. Всего за несколько лет Украина лишилась возможности производства и экспорта высокотехнологичной продукции, скатившись на уровень сырьевых стран третьего мира и импортера-помойки западных товаров. Впрочем, американский посол Джефри Пайетт заранее честно предупреждал – Вашингтон видит в Украине лишь «аграрную сверхдержаву».

Кабальную ассоциации с ЕС дополнила потеря Крыма, гражданская война, уничтожение индустриально-промышленного комплекса Юго-Востока, разрыв экономических связей с Россией и коррупция, масштабы которой приняли такие размеры, что проклинаемые на каждом углу времена Януковича многим показались «золотым веком».

Все эти факторы привели к резкому падению ВВП. Если в предвоенном 2013 году он оценивался в 183 млрд. долларов, то по итогам 2015 года упал до 90 млрд. Сжимающаяся как шагреневая кожа экономика уже не могла должным образом обеспечить даже те 42 млн. человек, что ещё официально числились в стране.

Вопреки обещаниям лидеров Майдана, вместо европейских зарплат и пенсий, украинцы получили европейские цены на товары и тарифы ЖКХ. Наиболее ощутимым ударом по кошельку простых граждан стала девальвация гривны. К весне 2015 года национальная валюта обесценилась в три раза – с 8 до 25—27 гривен за доллар. Цены на продукты питания, медицинские и транспортные услуги, коммунальные платежи выросли почти на 25—30%. Вдвое подорожали автомобили и бензин.

Затем рост цен продолжился. По официальным украинским данным в период 2011—2020 годов стоимость товаров и услуг увеличилась в три раза. «Коммуналка» выросла на 440%, транспорт – на 212%, продукты питания – на 139%, медицина – на 146%.

Чтобы сбросить бремя социальных расходов и предотвратить возможные голодные бунты, бандеровский режим старался как можно быстрее выдавить «лишних» украинцев на заработки в Польшу, а оставшихся – физически ликвидировать тарифным и социальным геноцидом. Это полностью укладывалось в планы Запада, стремящегося максимально быстро очистить плодородные юго-западные русские земли от проживающего там славянского населения.

В рамках этой политики украинские власти заморозили рост зарплат и пенсий, сократили ряд социальных программ. Если вначале декларировалась лишь частичная отмена социальных льгот и выплат, то весной 2016 года правительство открыто объявило о планах поэтапно ликвидировать всю (!) систему социальной защиты. Резко усилилась централизация власти и налоговый гнёт со стороны Киева, в результате чего с 2015 по 2019 год региональные бюджеты недополучили 42 млрд. гривен.

Первыми от подобных «европейских» нововведений пострадали старики-пенсионеры и малоимущие, которым нечем стало оплатить еду, уголь и газ. Большинство из них существовало на нищенские пенсии и пособия (в среднем 50 долларов в месяц). Кому-то помогали дети, родственники и соседи. Но были и те, кому некому было помочь. Они тихо вымирали от голода, холода, недостатка лекарств и медицинского обслуживания. Тем более, что за годы прошедшие после «Революции достоинства» количество медицинских учреждений в стране было резко сокращено, а аптеки заполнились огромным количеством контрафактных лекарств сомнительного качества.

В апреле 2015 года на заседании Национального совета реформ президент Порошенко цинично заявил: «Бесплатная медицина – один из крупнейших мифов современности, которым украинские политики из года в год дурят людей. Правда заключается в том, что за медицинские услуги кто-то должен платить, и государство само с этим не справится».

В 2016 году новым министром здравоохранения Украины была назначена гражданка США Ульяна Супрун, которая из-за своих разрушительных реформ и уничтожения системы здравоохранения быстро получила от украинцев говорящую кличку «доктор Смерть».

После Майдана значительно ухудшилась ситуация с работой – деиндустриализация страны, падение ВВП и разрыв экономических связей с Россией выбросили на улицы сотни тысяч людей. При этом на фоне массовой безработицы, росло число «мёртвых» вакансий. То есть вакансий на специалистов, которые выставляются компаниями, и на которые нет заявок в течение многих месяцев. Да и откуда им взяться, если квалифицированные технические специалисты и IT-компании массово выехали в Россию и Европу?

Стоит отметить, что «отток мозгов» начался сразу после обретения Украиной «независимости» в 1991 году. Евромайдан лишь ускорил этот процесс. Если в 1990 году в стране было больше 300 тысяч научных работников, то к 2013 году – всего 78 тысяч. Студенты, специалисты и учёные оказались не нужны для «аграрной сверхдержавы» с её хуторским кругозором и менталитетом.

После государственного переворота ситуация и вовсе стала катастрофической. Например в период 2013—2015 годов численность сотрудников Национальной академии аграрных наук сократилась на 52%. В 2015 году Национальная академия наук уволила почти 3 тысячи человек, из них 95 докторов и 511 кандидатов наук. В 2016 году – ещё более 6 тысяч сотрудников. Тогда же 85 тысяч украинских студентов выехали на учёбу в Европу, а количество разрешений на работу для украинских граждан в Польше и Италии перевалило за миллион. В поисках лучшей доли люди уезжали в другие страны Европы, Израиль, США, Канаду и даже Австралию.

Летом 2017 года, после трёх лет проволочек, унижений и обещаний, европейцы наконец-то предоставили Украине вожделенный туристический безвизовый режим. Вековая мечта украинцев о карьере сантехника в Польше или посудомойки в Италии стала явью. «Это событие знаменует окончательный разрыв нашего государства с Российской империей, а украинского демократического мира – с авторитарным «Русским миром», – распалялся по этому поводу президент Порошенко.

Действительность оказалась куда проще и прозаичней. Доведя Украину до уровня беднейших государств Африки, когда ей стало нечего предложить миру кроме земли и дешёвой рабочей силы, европейцы поступили крайне прагматично. В соревновании на европейском рынке труда между арабами, украинцами, неграми и индийцами преференции получала та рабочая сила, которая была более квалифицирована и приносила наибольшую прибыль. И обнищавшие украинцы оказались здесь очень кстати.

Больше всего бандеровцев раздражало, что несколько миллионов украинских граждан, спасаясь от безысходности, безработицы, террора, голода и нищеты, предпочли рабскому существованию в «просвещённой» Европе выезд на постоянное место жительства в Россию. Многие оформили российское гражданство, благо в последние годы Россия значительно упростила для них данную процедуру. Кстати, ни в России, ни в Белоруссии не скрывали, что специально создают достойные условия труда и социальной защиты для украинских мигрантов, в которых нуждаются их образование, медицина, высокотехнологичные отрасли экономики (атом, авиация, космос, ВПК и машиностроение).

Единственное, что удерживало киевскую хунту от немедленного введения заградительного визового режима с Россией – боязнь резких социальных потрясений. Напряжение внутри украинского общества после Майдана и так было очень велико, а одномоментный приезд выдворенных с российской территории миллионов обозлённых граждан, вполне мог довести ситуацию до социального взрыва с которым армия и полиция могли просто не справиться.

К тому же постреволюционная анархия, падение уровня жизни и война в Донбассе и так уже спровоцировали в стране небывалый рост преступности. За 2014 год на Украине было зарегистрировано более миллиона уголовных правонарушений. Почти в два раза увеличилось количество особо тяжких преступлений. Особый размах в связи с массовой нищетой приобрели кражи и разбои.

Новая украинская полиция, с такой помпой созданная президентом Порошенко, главой МВД Аваковым и присланными в страну грузинскими «варягами», не смогла справиться с этими явлениями. Внешне она приобрела вполне западный вид – дорогие патрульные иномарки, новая красивая форма, бравурные американские построения. Однако это не могло изменить внутреннюю сущность украинских полицаев. Вместо обуздания преступности, они быстро прославившись вопиющей некомпетентностью и фашиствующим беспределом по отношению к рядовым гражданам. В то же время бравые служители закона почти всегда пасовали, когда приходилось иметь дело с высокопоставленными чиновниками, отрядами нацистов или бесчинствующими бандами ветеранов АТО.

1 апреля 2016 года МВД Украины обнародовало крайне интересное видео с Западной Украины, на котором толпа так называемых «диких копателей» открыто нападает на полицейских. Причиной противостояния стало появление правоохранителей в зоне незаконной добычи янтаря, которая наряду с контрабандой сигарет была одним из последних финансовых источников дохода местных жителей. На представленных кадрах видно, что обозлённые нищетой люди не только потеряли всякий страх перед полицией, но и остатки уважения к украинской власти.

Наиболее вопиющий инцидент с участием украинской полиции произошёл в декабре 2016 года в поселке Княжичи под Киевом, когда представители разных ведомств МВД в буквальном смысле перестреляли друг друга. Официальная версия – неразбериха при проведении спецоперации и «дружественный огонь». Итог – 5 трупов и 8 раненых.

Новая полиция не смогла справиться даже с вполне посильной для неё задачей – уменьшение аварийности на дорогах, резко возросшей после «Революции гидности». Разрушенное дорожное полотно, изношенные маршрутки, уверенность майданного сброда в своей полной безнаказанности плюс местный менталитет после 2014 года превратили украинское автомобильное движение в смертельно опасный аттракцион. В результате на дорогах ежегодно погибало больше людей, чем в боях на Восточном фронте.

Низкая рождаемость в сочетании с высокой смертностью, отсутствие работы, массовая миграция, падение ВВП, возросший уровень преступности и тарифов ЖКХ стали национальной трагедией. Если в 1993 году население Украины насчитывало 52 млн. человек, то к 2020 году (согласно данным по производству и потреблению хлеба) сократилось до 23—25 млн.

Однако никто о социальном и тарифном геноциде простых граждан в украинских СМИ не писал и в многочисленных телешоу не рассказывал. Всё украинское информационное пространство и дорвавшиеся до власти майданные жулики были озабочены только одним – «агрессией» России. Им было глубоко плевать на простой народ, на оздоровление экономики, на развитие страны. Бандеровцы и националисты жили только одним – ненавистью к «неправильным» украинцам, к жителям Крыма и Донбасса, повсеместным внедрением украинской мовы и войной с Россией.

В 2014 году директором Института национальной памяти Украины становится матёрый бандеровец Владимир Вятрович. Под его руководством американские грантоеды полностью переписали историю Украины в рамках начального, среднего и высшего образования. Окончательно восторжествовал украинский исторический миф, основанный на лжи, цензуре исторических фактов, откровенных фальсификациях, реабилитации нацизма, русофобии и ненависти к Российской империи, СССР и УССР.

В апреле 2015 года решением Верховной Рады деятельность преступной организации ОУН-УПА² была официально признана борьбой за независимость Украины. В свою очередь коммунистическая идеология была приравнена к нацистской и квалифицирована как «тоталитарная». В украинском законодательстве появилась норма об уголовной ответственности за использование самого термина «коммунизм».

Украинские власти законодательно запретили символы Победы – красное знамя и георгиевскую ленточку. А вот воспользоваться в своих грязных целях русским термином «Отечественная война» не побрезговали. Выступая 24 августа 2014 года на военном параде по случаю Дня независимости, Порошенко цинично заявил, что военный конфликт в Донбассе «войдет в историю как Отечественная война». Он и его кураторы знали, что у большинства оболваненного пропагандой населения страны это понятие до сих пор прочно ассоциируется с войнами 1812-го и 1941—1945 годов, в которых Русский мир добился впечатляющих побед. И если новая война «Отечественная», то больше украинцев добровольно отправятся на фронт и победа обязательно будет «за нами».

В итоге получилось так, как и задумывалось. 80—90% личного состава украинских войск в Донбассе составляют оболваненные сказками об «Отечественной войне» и «российской агрессии» этнические русские Юго-Востока Украины. К безумной радости рагулей Западной Украины (жители которой на 90% уклоняются от мобилизации), «москалей» убивают сами же «москали».

Объёмы контента в СМИ на украинском языке довели до 75%. В 2017 году президент Порошенко подписал скандальный закон о полном запрете преподавания в школах на русском, венгерском и румынском языках, который вступил в силу с 2020 года. В результате с 2014 по 2020 год количество школ с русским языком обучения сократилось в 5 раз, а с 2020 года на Украине и вовсе не осталось ни одной русской школы. Преподавание велось только на украинском и крымско-татарском языках. В 2019 был принят закон о тотальной украинизации, по которому украинский язык стал обязательным для употребления во всех сферах государственной и общественной жизни, в том числе в сфере обслуживания.

Одновременно под прикрытием «декоммунизации» в стране началось разрушение ненавистной украинцам русской городской культуры – сносились памятники «неправильных» исторических личностей (а затем выгодно продавались «патриотами» на цветмет), отменялись либо переносились на новую дату прежние советские праздники, массово переименовывались города, улицы и посёлки. Всего в рамках декоммунизации в 2014—2018 годах на Украине переименовали почти тысячу населенных пунктов и 52 тысячи топонимов. Кроме того было демонтировано почти 2500 памятников.

Наиболее ударными темпами русская городская культура ликвидировалась в городе-герое Киеве, который после «Революции гидности», по сути, попал под новую оккупацию в стиле 1941 года. Ларьки и торговые точки украинской столицы оказались забиты «сувенирной» продукцией в виде рулонов туалетной бумаги с портретами российского президента Путина, липучками на холодильник с лозунгами «Смерть москалям!», изображениями Шухевича и Бандеры, мёртвых карателей АТО, фашистской свастики.

Из-за идиотской «деятельности» нового градоначальника Виталия Кличко в огромный мегаполис вернулись подзабытые уже девяностые. Нищета соседствует с вызывающей роскошью. В квартирах холодно: российский газ покупать перестали, а в Европе он слишком дорогой. Дороги не чистили, мусор толком не убирали. Выходить на улицы стало опасно – по уровню преступности Киев прочно занял первое место в рейтинге самых опасных городов Европы.

Тягостное впечатление на киевлян производило понаехавшее с Западной Украины националистическое отребье, 1 января каждого года устраивающее в столице нацистские факельные шествия в честь дня рождения своего кумира Степана Бандеры. Банды свидомых патриотов регулярно терроризировали работников бытовой сферы за отказ обслуживать их на украинском языке. Просто так за русский язык не избивали, но стоило произнести неосторожное слово или обозначить свои взгляды, больничная койка была гарантирована. А несколько показательных убийств особо недовольных происходящим (вроде Олеся Бузины) прочно вселили в людей страх. Они окончательно осознали, что живут в условиях бандеровской оккупации, и старались больше помалкивать.

Всю эту грязную волну страха, ненависти и русофобии, украинские СМИ подсовывали своим гражданам в качестве новых жизненных ориентиров. Основные постулаты были просты и примитивны. Россияне – агрессивные «ватники», которые оккупировали Крым, а теперь едут в Донбасс убивать украинцев. Люди в Донбассе – недочеловеки, так как являются угро-финнами, которые были завезены при Советской власти вместо вымерших во время Голодомора украинцев. Украина ведёт гибридную войну с имперской Россией (отсюда и временные трудности в экономике), а Русский мир несёт только варварство и нищету.

Многие в России до сих пор удивляются тому, что украинцы верят этим бредням, покорно терпят социальный геноцид, «проглатывают» безумные инициативы Порошенко, хотя его вранье достигает просто фантастических масштабов. Удивляться на самом деле нечему.

Во-первых, почва для восприятия этой лжи и ненависти усиленно готовилась промывкой мозгов местным русским все 100 лет существования геополитического проекта «Украина». И достаточно было бросить в кучу украинского дерьма бандеровские дрожжи, как всё тут же начинало бурлить.

Во-вторых, сами украинцы категорически не желали смотреть правде в глаза. А правда была такова – после «Революции гидности» кукловоды Майдана цинично «кинули» доверчивых хохлов вместе со всеми их требованиями и глупыми надеждами на европейскую жизнь.

Украинцам позволялось критиковать власть и лично Порошенко, до хрипоты возмущаться тарифным геноцидом, развалом промышленности или медицины. Но все попытки усомниться в правильности «европейского» курса страны или «войны с Россией» подавлялись быстро и жёстко. Как только где-то происходили политические волнения, туда немедленно направлялись банды правосеков, «азовцев» и нацистов. Они устраивали погромы, жёстко разгоняли протестующих, не брезговали избиением женщин, престарелых ветеранов и пенсионеров. И всё это при полном невмешательстве полиции и негласном одобрении властей.

И перетрусившие «потомки гордых казаков» предпочли покорно принять сказки о русской агрессии, ограничения свобод, политические репрессии, цензуру, некомпетентность и коррумпированность чиновников, экономическую депрессию и правовой беспредел. Фактически всё то, против чего они и стояли на Майдане. Ненавидеть «сепаров» Донбасса, напавшую на Украину «проклятую Рашку» и коварного Путина оказалось безопаснее и даже выгоднее, чем признавать собственную трусость, доверчивость и глупость.

В-третьих, мировая летопись не знает примеров свержения фашистских режимов народными революциями. Любой фашистский или олигархический режим изначально опирается на развитый аппарат подавления и для его свержения необходим либо острый внутриэлитный конфликт или поддержка извне.

В итоге огромное число граждан Украины, сохранивших своё русское «Я» и желающих вернуться в Русский мир, оказалась предоставлена сама себе, была задавлена и запугана.

Россия же со своей стороны не только ничем не помогла русским Украины в их противостоянии нацизму, но и не стала препятствовать реализации бандеровским режимом следующего этапа русской цивилизационной трагедии – окончательный разрыв родственных, духовных и культурных связей некогда единого народа.

В период крымских событий в Кремле называли вещи своими именами: государственный переворот, проамериканский марионеточный режим, геноцид русских, реабилитация фашизма. Русское общество ожидало от власти решительных шагов, которые могли нанести майданным мятежникам смертельный удар – уход с украинского рынка российских банков, прекращение поставок газа, угля, ядерного топлива, введение визового режима.

В своё время группа экономистов из команды Сергея Глазьева подробно просчитала предел прочности украинской экономики. Оказалось, что даже со всеми кредитами МВФ, переводами гастарбайтеров, доходов за транзит российского газа в Европу или рекордного урожая зерновых, экономика Украины без связки с Россией нежизнеспособна. То есть никакая Европа или США не смогли бы спасти Украину от экономического краха и развала в случае решительных действий России.

Но после визита в Москву в мае 2014 года посланца теневых хозяев мира Дидье Буркхальтера, позицию Путина словно подменили. Россия не только резко снизила свою антифашистскую риторику, но и стала напрямую финансировать бандеровский режим, по сути, сняв с Запада основное бремя его экономической поддержки!

В напрасной надежде «отмотать назад» конфликт с Западом и добиться снятия санкций, либеральная Россия минимум трижды спасала бандеровскую Украину от дефолта: отказом от своей обязанности потребовать досрочной выплаты долга при превышении внешним долгом Украины 60% ВВП, поставками газа со скидкой и поставками угля. Только в первом полугодии 2014 года Россия поставила Украине энергоресурсов (газ, нефть, уголь) на сумму почти 7 млрд. долларов и бесплатно вернула трофейную технику из Крыма примерно ещё на миллиард.

Особенно значимой российская экономическая помощь оказалась в банковской сфере. Стоит отметить, что до нацистского переворота российские банки очень хорошо зарабатывали на Украине. И не захотели уходить оттуда даже после победы Майдана. Нацизм и русофобия киевской хунты не смутила ни «ВТБ», ни «Сбербанк». Их «дочки» активно включились в выпуск облигаций военного займа, занялись заморозкой и списанием процентов по кредитам украинских карателей, пока те находились в зоне АТО. Российские банки первыми выполнили решение президента Порошенко об экономической блокаде Донбасса и наотрез отказались работать в «оккупированном» Крыму. При этом их украинские «дочки» несли колоссальные убытки. Их грабили как свидомые клиенты и предприятия, так и собственный менеджмент. Возвращать кредиты «клятым москалям», после потери Крыма и Донбасса, в среде украинцев считается не только глупым, но и не патриотичным.

Политику финансирования украинских нацистов полностью поддержал Владимир Путин, призвав российские банки не останавливать свою работу на Украине, чтобы не нанести удар по экономике этой страны: «Наши банки уже проинвестировали в Украину около 25 миллиардов долларов. Минфин России выдал кредит в прошлом году – еще три миллиарда. „Газпром“ прокредитовал экономику Украины еще на 5,5 – даже со скидкой, которую никто не обещал, на 4,5 миллиарда долларов. Посчитайте, сколько это всё вместе будет. Это 32,5—33,5 миллиарда долларов только за последнее время».

Понятно, что получить обратно эти десятки миллиардов долларов Россия уже никогда не сможет. И именно они, а не западные кредиты, позволили Украине успешно пережить самый тяжёлый период 2014—2015 гг., остановить падение гривны и стабилизировать экономику.

Эта полнейшая дикость объясняется просто – у капиталистической России не оказалось иного выхода, кроме как платить Западу очередную многомиллиардную дань и экономически поддерживать бандеровский режим. В Кремле понимали, что стоит выйти за красные флажки и проявить самостоятельность в украинском вопросе – Запад включит прессинг санкций на полную катушку. Ситуацию довершат слаженные действия либеральной «пятой колонны» (которым будет дана команда «фас» на мгновенное уничтожение российской экономики), миллионы украинских беженцев, социальные волнения в обнищавших российских регионах. А на носу очередные думские и президентские выборы 2016—2018 гг.

Тем временем Украина методично и последовательно приступила к разрыву любых связей с Россией. Весной 2014 года бандеровцы запрещают въезд на Украину российским гражданам призывного возраста. После волны возмущения украинские власти сдали назад, но ввели обязательное пересечение границы по загранпаспортам.

Летом 2014 года Киев разорвал с Москвой военно-техническое сотрудничество, запретив экспорт в Россию товаров военного и двойного назначения. Затем последовал разрыв соглашений об организации военных межгосударственных перевозок и расчетов за них, о сотрудничестве военных разведок, о взаимной охране секретной информации.

По всем украинским телеканалам, радио, СМИ запретили фильмы с участием актёров, концерты музыкантов и интервью деятелей российской культуры одобривших воссоединение Крыма с исторической Родиной. Врагами украинцев стали считаться Ирина Апексимова, Ирина Алфёрова, Леонид Броневой, Борис Гребенщиков, Марк Захаров, Лолита Милявская, Иван Охлобыстин, Алексей Панин, Сергей Селин, Иван Ургант, Леонид Ярмольник, Александр Баширов, Гарик Харламов, Юрий Лоза, Владимир Меньшов, Игорь Скляр, Виктор Сухоруков, Эвелина Бледанс, Жерар Депардье, Стивен Сигал, Горан Брегович, Александр Иванов, Евгений Гришковец, Гарик Сукачев, Александр Скляр, Юлия Чичерина, Валерий Сюткин, Диана Арбенина, Григорий Лепс, Александр Маршал, Лариса Долина и многие другие.

Попутно с культурными связями, шёл разрыв связей экономических. К этому самоубийственному шагу бандеровский режим толкала не только пропагандируемая им русофобия и тезис «войны с Россией», но и нажим со стороны финансово-политических кругов США и Европы. Тем самым они одним выстрелом били сразу двух зайцев – ликвидировали конкурентные для себя отрасли украинской экономики, и наносили тяжёлый удар по России, являющейся основным потребителем украинской продукции. 10 сентября 2014 года президент Порошенко подписал первый закон об экономических санкциях в отношении России – и пошло-поехало.

Прекратив сотрудничество с Россией и потеряв её рынок ведущие украинские высокотехнологичные предприятия (авиастроительная компания «Антонов», ракетно-космический завод «Южмаш», предприятие «Мотор Сич», автомобильный завод «КрАЗ» и газотурбинный завод «Зоря-Машпроект») лишили себя основной прибыли и в последующие годы тихо скончались.

С ликвидацией этих промышленных гигантов русский электорат Украины был лишён своей социально-экономической базы. Один из советников бывшего премьер-министра Яценюка откровенно заявил: «Построенные в советское время промышленные предприятия и „флагманы индустрии“ – это российская удавка на шее у Украины. Их нужно ликвидировать и распродать, чтобы выйти из-под влияния Москвы… Огромная и низкооплачиваемая рабочая сила на этих умирающих предприятиях сдерживает Украину в её европейском движении».

Взамен ликвидированных промышленных гигантов, бандеровский режим плодил десятки мелких предприятий в Галичине. Их создавали иностранные фирмы, которым стало выгодно использовать дешёвые украинские трудовые ресурсы. Условия труда на данных предприятиях напоминали «потогонки» беднейших стран Юго-Восточной Азии, а средняя зарплата составляла 200 долларов. Тем самым, пестовалась экономическая база для выживания западенцев при одновременной этнической чистке русских Юго-Востока – безработицей и социальной безысходностью. Хотя формально и те и другие продолжали официально числиться «украинцами».

Осенью 2015 года Киев ввел запрет на полеты в воздушном пространстве Украины для всех российских авиакомпаний, включая транзитные перелеты. Россия ответила тем же, что привело к падению объёмов украинской отрасли авиаперевозок на 70—75%.

На российско-украинской границе стали демонстративно возводить декоративную стену, а на границе с Крымом старались максимально затруднить проезд на полуостров украинских туристов. Затем началась продовольственная и энергетическая блокада Крыма.

1 января 2016 года вступил в силу режим зоны свободной торговли Украины и ЕС, после чего Россия была вынуждена закрыть свой рынок от бесконтрольного потока европейских и украинских товаров, обложив их солидными пошлинами и ввела против Украины продовольственное эмбарго. Это стало ещё одним тяжёлым ударом для украинской экономики. Спровоцировавший эту ситуацию президент Порошенко на открытии осенней сессии Рады в сентябре 2016 года горько сетовал: «Агрессивное закрытие Россией своего рынка стало для нас экономическим шоком, оно обошлось нам минимум в 15 млрд. долларов. Мы потеряли десятки, если не сотни тысяч рабочих мест. И эта экономическая агрессия стала одной из главных причин стремительного падения уровня жизни».

В том же 2016 году Украина прекратила действие договора с Россией о сотрудничестве в сфере технической защиты информации. Затем было решено наложить лапу на украинские активы российских предприятий и олигархов. Часть была «национализирована», против других введены санкции. СБУ приостановила внешнеэкономическую деятельность на украинской территории 243 российских компаний, которые отказались присоединяться к блокаде республик Донбасса.

В последующие годы Киев постоянно расширял санкционные списки. На 2018 год в них числилось 1762 физических и 786 юридических лиц России. В том числе «Рособоронэкспорт», «Ростех», «Ижмаш», «Башнефть», «КамАЗ», «Русал», «Авиационный комплекс имени С.В.Ильюшина», «Объединенная авиастроительная корпорация» и многие другие.

В 2017 году было прекращено действие российско-украинского соглашения о порядке взаимодействия при осуществлении экспорта продукции военного назначения в третьи страны и договор о поставках вооружения и военной техники.

23 марта 2017 года Национальный банк Украины ввёл санкции против «дочек» российских госбанков. Была запрещена деятельность российских платежных систем «Золотая Корона», «Юнистрим», «Колибри» и других, через которые украинские мигранты переводили домой заработанные в России деньги.

В том же году под запрет попали российские социальные сети «ВКонтакте» и «Одноклассники», а также поисковые и почтовые сервисы «Яндекс» и Mail.ru. В результате на Украине существенно возросло количество пользователей Facebook, Instagram и YouTube.

В 2018 году Украина денонсировала программу экономического сотрудничества с Россией, которая предусматривала взаимодействие обеих стран до 2020 года в таких отраслях как энергетика, торговля, сельское хозяйство, судостроение, транспорт и туризм. Осенью того же года Киев в одностороннем порядке расторг основополагающий Договор о дружбе и сотрудничестве 1997 года.

Параллельно шёл демонтаж отношений Украины со странами СНГ. В 2014 году Киев прекратил выплаты взносов в Содружество и участие в совместных проектах. В начале 2018 года украинские власти провозгласили путь на «частичное расторжение» огромного количества заключённых в рамках СНГ договоров и соглашений. Данное «ноу-хау» украинской дипломатии (денонсация не всего договора, а лишь отдельных его пунктов, что является нонсенсом в международной практике), позволяло Киеву не исполнять своих обязательств, зато в полной мере пользоваться предоставляемыми привилегиями. Однако от этой идеи пришлось отказаться ввиду невозможности её практической реализации.

В результате Украина сохранила своё участие в более чем 200 договорах и свыше 500 решений Содружества, что позволило сохранить беспошлинный доступ украинских товаров на рынки СНГ. Однако из-за антироссийских действий Киева украинский экспорт в страны Содружества всё равно сократился на 73%.

При этом все годы своего президентства Порошенко, продолжая ежедневно лгать о «войне с агрессором» и вводя всё новые запретительные меры, так и не разорвал с Россией дипломатических отношений.

На Украине продолжали работать российские сети заведений общественного питания («Шоколадница», «Кофе Хаус», «Якитория»), розничные сети по продаже одежды и обуви («Спортмастер»), бытовой техники («Эльдорадо»), торговые центры («Ocean Plaza»). Сохранили свои активы и крупные производственные компании. Объём экспорта российских товаров, после чудовищного падения первых лет украинской «Революции гидности», с 2016 года вновь стал демонстрировать уверенный рост.

В свою очередь в России (в том числе и в Крыму) остались неприкосновенными практически все активы украинских олигархов, чиновников, депутатов и бизнесменов. «Пощипали» лишь «потерявшего края» Игоря Коломойского, да наложили арест для взыскания долгов на принадлежащую Порошенко кондитерскую фабрику «Рошен» в Липецке.

Общий итог спровоцированного шароварными патриотами экономического конфликта с Россией оказался печален. Если в 2012 году товарооборот между Россией и Украиной был на уровне 55 млрд. долларов, то к 2020 году снизился всего до 5. Москва потеряла место главного торгового партнёра Киева, уступив его Китаю и закрыла на Украине своё торговое представительство.

Стремясь закрепить геополитический успех отрыва Украины от Русского мира, страны Запада периодически подпитывали бандеровский режим кредитами. Так, Еврокомиссия выделила Киеву 1,2 млрд. евро. Под государственные гарантии США Украина ежегодно размещала 5-летние еврооблигации объемом ещё в один млрд. долларов. Но главную роль в финансировании нацистского режима со стороны Запада играл Международный Валютный Фонд (МВФ).

На Украине в это время висел официальный долг в 3 млрд. долларов, который Россия осенью 2013 года предоставила президенту Януковичу. В Киеве очень боялись, что Москва инициирует процедуру признания Украины банкротом, что означало автоматическое прекращение выделения кредитов со стороны МВФ. Чтобы этого не произошло, украинцы срочно приняли закон о моратории на выплату внешних долгов, банально «кинув» Москву на эти самые 3 млрд. После этого, МВФ срочно принял четырехлетнюю программу финансовой помощи Киеву в размере 17,5 млрд. долларов.

Первый транш в 5 млрд. был перечислен в марте 2015 года, когда были заключены вторые Минские соглашения и стабилизировалась ситуация на Восточном фронте. Полученная подачка оказалась больше той, что дал Путин Януковичу, поэтому её тут же поспешили выдать за выдающееся достижение и правильность выбранного Украиной европейского пути.

Но затем размеры траншей резко сократились – банкиры МВФ поостыли от впечатления «Революции гидности» и каждое новое выделение денег обуславливали всё более жёсткими условиями. Чиновники МВФ стали диктовать Украине всё – какие законы принимать, а какие отменять, какие «антикоррупционные органы» создавать и кого конкретно туда назначать, какие и на что устанавливать тарифы и для кого создавать режим максимального благоприятствования в бизнесе.

В августе 2015 года был выделен второй транш в размере 1,7 млрд. Увидев, что Киев не выполняет взятые на себя обязательства, была взята длительная пауза. Лишь в сентябре 2016 и апреле 2017 года Украина получила от МВФ ещё по одному млрд. долларов. Причём деньги были выделены в нарушение собственных правил, которыми Фонд руководствуется десятилетиями (он не мог финансировать страны на территории которых идёт гражданская война или объявлен дефолт).

В 2018 году Украине обещали 4 млрд. долларов, а дали только 1,5 – дескать, медленно «реформируетесь». В общей сложности, с учётом ранее взятых кредитов, Украина задолжала Международному Валютному Фонду более 12 млрд. долларов.

Летом 2020 года Киеву удалось выклянчить новый кредит – 5 млрд. долларов, два из которых выдали сразу. Плюс 600 млн. евро подкинули европейцы. В обмен на очередную подачку Украина отменила мораторий на продажу земли и продолжила уничтожение собственного населения повышением тарифов ЖКХ, увеличением пенсионного возраста, ликвидацией социальных программ, здравоохранения и образования. Также был оформлен полный и окончательный контроль МВФ над украинской банковской и финансовой системой, а европейцы через свои наблюдательные советы получили контроль над целыми отраслями экономики.

На фоне этих событий в России усиленно пропагандируется идиотская мысль, что Украина – это провальный проект Запада, своего рода чемодан без ручки, который и нести тяжело, и бросить жалко. Эти утверждения не соответствуют истине. Транснациональные корпорации и западные финансовые структуры получили вполне ощутимые выгоды от втягивания Киева в свою сферу влияния.

Мало кто обращает внимание на тот факт, что нищая Украина путем распродажи всего и вся, а также безумных поборов с собственного населения полностью расплачивается перед Западом за взятые ранее кредиты и процентам по ним.

Помимо этогосле 2014 года западные компании получили доступ к уникальным украинским чернозёмам. Украина стала втридорога закупать «европейский» газ, американский, южноафриканский и австралийский уголь, американское ядерное топливо и тепловозы, польские трамваи. Плюс приносящая баснословные прибыли торговля человеческими органами, беспрерывный поток украинских остарбайтеров, дешёвых проституток и высококвалифицированных специалистов в Европу и США. Выгоды для Запада весьма очевидные.

По словам личного адвоката американского президента Дональда Трампа Рудольфо Джулиани в период 2014—2020 годов из Украины в общей сложности удалось выкачать 100 млрд. долларов. Из них 70% пошли кураторам Киева из Демократической партии США, а 30% оставалась украинским марионеткам.

Стремясь быстрее набить собственные карманы, украинские «патриоты» объявили масштабную приватизацию страны. При этом с заокеанскими кураторами был заключен негласный договор. Самостийники могли продавать всё, кроме активов, имеющих стратегическое значение для различного рода антироссийских проектов. Они отдавались под контроль американцев. Единственным камнем преткновения в этой идиллии стал газовый сектор, который украинские олигархи всегда рассматривали, как один из основных источников личной наживы.

После того, как соглашение было достигнуто, премьер-министр Арсений Яценюк прямо призвал западных инвесторов «купить Украину», для чего 22 августа 2014 года кабинет министров внёс в Раду законопроект №4541а. Данный документ предусматривал приватизацию тысяч (!) государственных предприятий.

Однако распродажа и без того разворованной за последние 25 лет страны, потерпела абсолютный крах. Украинские активы оказались никому не нужны, даже несмотря на то, что из-за экономической разрухи их стоимость упала чуть ли не в 10 раз. К 2016 году объем прямых иностранных инвестиций в экономику Украины по сравнению с предвоенным 2013 годом снизился на 60% – с 67,3 до 27,5 млрд. долларов. В 2017 году украинскому правительству удалось получить от приватизации всего 3 млрд. гривен вместо планируемых 17.

В январе 2018 года под шумок, созданный «баталиями» вокруг закона о реинтеграции Донбасса, Верховная Рада приняла закон №7066 о приватизации госимущества. Согласно ему продавать собрались буквально всё, даже объекты СБУ, Минобороны, МВД, уголовно-исполнительной и фискальной служб. Однако западный инвестор не клюнул на эту удочку и вкладывался лишь в проекты, связанные с аграрным сектором и сырьевым производством.

Нахапав западных кредитов и не сумев продать себя Западу путём тотальной приватизации, Украина провалилась в долговую яму, выбраться из которой уже не сможет никогда. Но неожиданно летом 2015 года украинская пропаганда раструбила о небывалом успехе премьер-министра Яценюка и министра финансов Яресько, которые «договорились» об отсрочке основных выплат внешних долгов вплоть до 2019 года. При этом условия отсрочки являлись секретными и нигде не публиковались.

Как оказалось, ларчик открывался просто – господа Ротшильды в 2013—2014 годах скупили большую часть украинского долга за 7 млрд долларов и договорились с захватившими власть майданными жуликами, что Украина теперь будет выплачивать этот долг им. При этом в обмен на отсрочку, итоговая сумма выплат возросла до астрономических цифр – 100 млрд долларов! По сути это означало, что вся Украина, с её недрами, остатками промышленности и всем населением навечно попала в руки глобальных кланов и транснациональных корпораций.

Дальше – больше. Президент Порошенко собирался идти на второй президентский срок, который начинался как раз к моменту истечения отсрочки в 2019 году. После этого до 2022 года Киев должен был отдать по внешним обязательствам фантастические для себя 64 миллиарда долларов. И чтобы продлить своё паразитическое существование на теле разорённой и измученной страны, Порошенко предложил «гениальный план» – выплатить весь долг уже в 2017 году за счёт получения новых кредитов и выпуска еврооблигаций. Рассчитываться по этим кредитам планировалось лишь в 2031—2032 годах, когда пресытившийся жизнь Порошенко понимал, что будет уже в могиле.

Понятно, что идея украинского президента не встретила никакой поддержки в финансовых кругах Запада. Но дабы в очередной раз поддержать своего украинского сателлита, осенью 2017 года американцы и британцы выкупили украинские евробонды на 3 млрд. долларов и предложили Европе (через Литву) предоставить Украине в 2017—2020 годах масштабную экономическую помощь в размере не менее 15 млрд. евро.

Однако в Брюсселе это предложение заокеанских партнёров вызвало немалое раздражение. Выстаивая отношения с Украиной, Европа исходила из того, что её нельзя отдавать под контроль Москвы. Но управлять Украиной у европейцев получалось плохо, так как страна была поражена тотальной коррупцией, а попытки ввести во власть «молодую кровь» из проверенных кадров мирового спекулянта Сороса неизменно заканчивались крахом.

Дочиста разорив и ограбив Украину, европейцы стали задумываться о том, что неплохо было бы повесить её дальнейшее содержание на Россию. Пусть она за свой счёт поддерживает украинскую экономику и выплачивает американцам и МВФ гигантские долги Киева! В рамках этой политики в 2016 году глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер сделал, на первый взгляд, весьма неожиданное заявление, предложив вернуть Украину в «историческое сплетение с Россией».

Однако в Кремле от такого «подарка» решительно отказались. Тем более, что из-за своего самоубийственного конфликта с Россией, Украина не только лишилась промышленности, но и перестала быть интересна даже в роли чисто транзитного государства.

Торговый путь «из варяг в греки» по территории Киевской Руси существовал вплоть до монгольского нашествия. При русских царях и императорах по берегам Чёрного моря были выстроены новые порты (Николаев, Одесса, Аккерман, Измаил), развита логистика. Всё это после развала СССР даром досталось украинским самостийникам.

Первое время, украинский транзит демонстрировал устойчивый рост. Если в 1993 году общий размер транзитного грузопотока через Украину составлял 17 млн. тонн, то к 2007 году он вырос до 75 млн. тонн.

Однако недолгое правление русофоба Ющенко и охлаждение отношений с его преемником Януковичем, вынудили Россию переориентировать свой грузопоток на русские порты. Вслед за Россией сократили свой грузопоток через украинскую территорию Румыния и Белоруссия, воспользовавшись более привлекательными и финансово выгодными маршрутами. В результате к 2013 году украинский транзит сократился с 75 до 27 млн тонн, а после событий Майдана и вовсе упал до 10 млн.

Начиная с 2013 года Китай успешно продвигает проект «Великого шёлкового пути», стремясь установить единую логистическую цепочку с огромной пропускной способностью для продвижения своих товаров на Европейский континент. Но благодаря своей тупости и патологической ненависти к России бандеровцы умудрились оставить Украину за бортом этого глобального проекта.

В январе 2016 года украинские власти попытались открыть свой «Шёлковый путь» и торжественно запустили товарный состав, который должен был доставить груз в Китай в обход российской территории. Под фанфары очередной «перемоги» поезд прошёл Украину, Грузию, Азербайджан и Казахстан. Однако быстро выяснилось, что гнать поезда через пять государственных границ и возить каждый состав паромами через два моря – не так выгодно, как поставить его на российские рельсы на Дальнем Востоке и разгрузить в портах Балтики. Поэтому никаких китайских грузов украинский поезд так и не дождался, с позором вернувшись обратно порожняком.

Тогда киевская хунта в мстительной злобе запретила обслуживание, погрузку и перемещение по территории Украины российских грузовых вагонов и автофургонов. Москва была вынуждена ответить тем же. В результате Киев потерял российские вагоны и товарооборот в 24 млн. тонн с Китаем, Кавказом и Средней Азией. К 2018 году Россия полностью отказалась от использования украинских железных дорог при перевозках людей и грузов в южном направлении, что лишило украинский бюджет ещё 200 млн. долларов.

Но самое главное – Россия прекратила покупать украинскую железнодорожную продукцию. Украинский железнодорожный экспорт в Россию за период с 2012 по 2016 годы сократился с 2,6 млрд. до 95 млн. долларов (в 26 раз!), а железнодорожные перевозки – в пять раз.

Лишившись российского рынка и не дождавшись крупных заказов от государства, украинская вагоностроительная отрасль быстро деградировала. Из 18 вагоностроительных заводов, которые работали на Украине до войны, к 2020 году осталось всего пять. Да и те балансировали на грани выживания, так как Россия не только ввела эмбарго на поставку необходимых комплектующих для ремонта подвижного состава, но и продала Украине большое количество своих старых вагонов. Для майданных жуликов это оказалось выгоднее, чем заниматься развитием украинской вагоностроительной отрасли. Но даже закупки у России не спасали железнодорожное хозяйство страны – за 2016—2018 годы парк украинских вагонов всё равно сократился со 140 до 110 тысяч.

Лишившись российского рынка и огромных прибылей, Киев подал иск в ВТО по поводу «грубейшего нарушения» Россией основополагающих принципов данной организации. Однако эксперты ВТО целиком встали на сторону Москвы. Чтобы выжить, украинские железнодорожные кампании были вынуждены поднимать тарифы за перевозки на и без того обнищавшем внутреннем рынке.

При этом железнодорожному хозяйству страны давно требовалось 100% обновление изношенного парка вагонов и локомотивов, ремонт железнодорожных путей, возрождение металлургических заводов. По примерным расчётам всё это удовольствие стоило порядка 23 млрд. долларов. Но таких денег у Киева не было.

Зато у Порошенко без особых проблем нашёлся миллиард долларов на покупку американских дизельных локомотивов типа ТЭ33А. Здравый смысл требовал вложить эти деньги в украинские предприятия, загрузив их заказами и создав рабочие места. Но украинскому президенту необходимо было «наладить отношения» с новым хозяином Белого дома президентом Дональдом Трампом и он отдал этот миллиард американцам.

Всё это время руководство «Українська залізниця» (украинских железных дорог) буквально купалось в деньгах, попутно сокращая зарплаты и массово увольняя рядовых сотрудников. В 2016 году пережившую технический дефолт компанию возглавил… польский рок-музыкант Войцех Балчун! Реальная же власть над украинскими железными дорогами была сосредоточена в наблюдательном совете, где засели майданные жулики и иностранные лоббисты (турки, немцы, шведы, австрийцы, литовцы). Они были озабочены только одним – скорейшей приватизацией железнодорожной отрасли, чтобы отдать самые лакомые куски иностранцам.

Не лучшим образом обстояли дела и с украинским морским и воздушным транзитом. После преступной акции с малайзийским «Боингом» пользоваться украинским воздушным пространством отказались практически все ведущие западные авиакомпании. В 2015 году Украина прекращает прямое авиасообщение с Россией, после чего все авиарейсы со «страной-агрессором» пошли через Минск, Стамбул и Прибалтику. Морской транзит за период 2014—2016 годов также сократился с 20 до 10 млн. тонн. Итог – потерял Украиной ещё как минимум 3 млрд. долларов транзитной ренты.

Об украинском сельском хозяйстве придётся поговорить более подробно, так как юго-западные русские земли издревле славились отличными урожаями. При СССР Украина по праву считалась житницей страны, располагая 43 млн. га сельскохозяйственных угодий и 32,5 млн. га пахотных земель, причем 60% из них – это уникальные чернозёмы. Пригодных для возделывания земель на Украине больше, чем у вместе взятых Германии, Франции и Великобритании.

В предвоенном 2013 году доля аграрного сектора Украины составляла 17% ВВП и давала 27% экспортной выручки. К этому времени сама Украина уже не только закупала импортные ГМО-продукты, но и выращивала их сама. В 2013 году 35% выращиваемой в Украине кукурузы и 70% сои были генно-модифицированы.

Государственный переворот 2014 года ознаменовал собой начало ускоренной сдачи сельскохозяйственных угодий во власть транснациональных агрохолдингов, которые планировали выращивать на плодородных чернозёмах запрещённую в Европе ГМО продукцию. Легализация ГМО была одним из требований Всемирного банка и МВФ, входившим в список условий по предоставлению Украине кредитной линии.

На словах официальный Киев стоял насмерть за родные чернозёмы и даже ввёл мораторий на продажу сельскохозяйственных земель. Но на самом деле, на весну 2015 года 17 из 32 миллионов гектаров украинских пахотных земель уже перешли под контроль иностранцев под видом аренды.

Особую активность проявляла крупнейшая в мире компания и основатель ГМО-индустрии «Monsanto», которая вложила более 250 млн. долларов в строительство завода по производству семян кукурузы в Житомире и посадило украинские фермерские хозяйства на свой посевной материал. Американские агрохолдинги «Bunge» и «Cargill» серьёзно вложились в зерновые терминалы на украинском черноморском побережье, планируя довести их пропускную способность к 2020 году с 66 до 102 млн. тонн. Всего же за годы правления Порошенко в агросекторе Украины были введены в эксплуатацию десятки самых разных объектов – от огромных элеваторов до небольших хлебобулочных цехов.

Весомыми представителями иностранного капитала в украинском агросекторе стали компании из Германии и Саудовской Аравии. В 2018 году президент Порошенко пафосно объявил, что Украина заключила крупнейший контракт в сельскохозяйственном секторе за всю свою историю, передав в собственность саудовской инвестиционной компании «SALIC» крупный украинский агрохолдинг «Мрия». Истинная причина этой «сделки века» была проста – отечественные агрохолдинги давно стали для киевской хунты лишним звеном в коррупционной цепочке, что соединяла интересы украинских чиновников, торговых сетей и транснациональных корпораций, которые постепенно превращали украинские земли в безжизненную пустыню.

Так, под предлогом строительства птицефабрик, «Мироновский хлебопродукт» который возглавлял соратник Порошенко миллиардер Юрий Косюк, снял с огромных территорий чернозем на метр в глубину и вывез его за рубеж. Начался массовый вывоз песка с берегов Днепра и Буга, что привело к постепенному обмелению этих рек. Земли Незалежной варварски засеивались ГМО-семенами и «тяжёлыми» экспортными культурами: рапс, пшеница, подсолнечник, кукуруза. Для нормального восстановления плодородного слоя доля подобных культур не должна превышать 12—15%, но на Украине она составляет немыслимые 60—80%. В результате на восстановление плодородного слоя теперь потребуется несколько сотен лет. Общая площадь эродированных угодий возросла до 13,4 млн. га, из которых 10,6 млн. – пахотные земли (32% всей пашни). В денежном выражении это 6 млрд. долларов убытков из-за недобора урожая.

В результате таких «экспериментов» стремительно нищающая Украина на какой-то миг становится одним из мировых лидеров по экспорту ГМО-зерна, подсолнечника, пшеницы и кукурузы. В 2017 году премьер-министр Владимир Гройсман победно объявил, что украинский агропромышленный комплекс завоёвывает новые рынки и является двигателем экономики, обеспечивая более трети всех поступлений в бюджет и составляя 14% ВВП. Однако премьер «забыл» упомянуть, что рост доли сельского хозяйства в экспорте обеспечивался не увеличением продуктивности агробизнеса и повышением показателей, а уничтожением промышленности, которая ликвидировалась гораздо быстрее агропрома.

Продавая всё больше продукции на экспорт, Украина получала за неё все меньше доходов. Если в предвоенном 2013 году экспорт сельхозпродукции составил 17 млрд. долларов, то в 2014 году его объёмы сократились до 16,7 млрд., в 2015 – до 14,7 млрд., в 2016 – 15,3 млрд. При этом все доходы достались иностранным зернотрейдерам, а украинским аграриям – только долги и проблемы.

Инфляция гривны, отмена льгот, повышение налогов, запредельные ставки кредитования и запрет на ввоз российского дизтоплива привели к деградации украинского аграрного сектора. Один за другим останавливались химические заводы по производству минеральных удобрений, рентабельность производства которых упала после перехода на газ по европейским ценам. Недостаток удобрений собственного производства вынуждал Киев закупать их по более высокой цене в России, что неизбежно отображалось на ценах продуктов внутри страны и уменьшало конкурентоспособность украинского экспорта. Стоимость посевной неуклонно росла: в 2014 году она составила 41 млрд. гривен, в 2015 году – уже 60, в 2016 – немыслимые для Украины 90 млрд.!

С началом войны в Донбассе у украинских аграриев появилась ещё одна напасть – банды АТОшников, которые по схеме 1990-х годов устраивали фермеру так называемую «вилку». Одна группа «воинов света» приходила к нему и создавала серьёзные проблемы. Тут же появлялась вторая группа «героев» и успешно «решала» их за солидное вознаграждение. Все довольны – фермер-лох сохранил урожай и землю, а «защитники Украины» неплохо заработали.

Но вот драгоценный урожай наконец-то выращен и собран. И тут возникали новые проблемы – со сбытом. Организованная бандеровцами экономическая блокада не только привела к потере привычных рынков Крыма, Донбасса и Приднестровья, но и вызвала ответные продуктовые санкции со стороны России и Белоруссии, куда Украина до войны поставляла треть своей аграрной продукции.

Европа же вместо покупки украинских продуктов предпочитала щедро дотировать собственных фермеров. В рамках Соглашения об ассоциации Брюссель выделил Киеву ежегодные квоты на пшеницу, куриное мясо, мёд, виноградно-яблочные соки и сахар. Но они оказались настолько мизерными, что полностью выбирались в течение первого же месяца. В 2017 году Европейский Союз дал Украине дополнительные квоты на поставку ячменя и кукурузы, но на смешную сумму – всего 100—150 млн. долларов.

Бушующие не первый год эпидемии африканской чумы и птичьего гриппа, выкосившие значительную часть поголовья скота, привели к новым ограничениям на экспорт украинской продукции и вызвали общее падение удельного веса животноводства в сельском хозяйстве. Вероятнее всего, эпидемии были вызваны деятельностью расположенных на Украине американских биолабораторий. Ведь критическая ситуация в животноводстве была выгодна только транснациональным агрохолдингам – меньше поголовье скота, больше кукурузы и кормовой пшеницы пойдёт на экспорт.

Подчиняясь давлению западных компаний (стремившихся уничтожить Украину, как мирового производителя экологически чистых продуктов) и сетевых продуктовых магазинов (которым были не нужны конкуренты), Верховная Рада приняла законы, запрещающие частным лицам продавать домашнее молоко и мясо, производить «подворные забои» скота.

Результат всех вышеперечисленных факторов – ежегодное падение производства подсолнечника, зерновых, картофеля, плодов и ягод, яиц, мяса. Добрая половина всего этого стала закупаться за границей. Даже привычное для себя сало Украина была вынуждена импортировать из Германии, России, Польши, Венгрии, Франции, Бельгии и Дании!

В январе 2018 года Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН и Всемирная продовольственная программа в докладе для Совета Безопасности ООН включили Украину в число 16 стран, где отмечается нехватка продовольствия. Новый Голодомор стране пока не грозит, но общая картина достаточно печальная. После Майдана украинцы сократили потребление продуктов на 6—10%, при этом дорогостоящее мясо стали заменять молочными продуктами, овощами, крупами и хлебом. Основную часть денег приходилось тратить на «коммуналку», чтоб не выселили из квартиры за неуплату.

В 2020 году Украина, ради получения нового кредита МВФ, сняла запрет на продажу сельскохозяйственных земель. Плодородные украинские чернозёмы, о которых так мечтал Адольф Гитлер, наконец-то попали в жадные руки транснациональных корпораций. А судьба 9 млн. человек, всё ещё задействованных в аграрном секторе Украины, оказалась окончательно предрешена.

От сельского хозяйства перейдём к украинской энергетической отрасли – газ, уголь, атомная энергетика.

После развала СССР Украина даром получила крупнейшую газотранспортную систему, дешёвый российский газ и приличный доход за его транзит в Европу. Но в 2009 году украинский президент Виктор Ющенко и премьер-министр Юлия Тимошенко, по указанию своих американских друзей, развязывают против России «газовую войну». Киев в одностороннем порядке поднимает цену за транзит российского «голубого топлива» в Европу и начинает его воровство из трубы, называя это техническим отбором.

Итог «газовой войны» оказался непредсказуем – Европа дала согласие на строительство Россией обходного пути транзита газа в виде «Северного потока». В Брюсселе, Москве и Берлине никому и в голову не пришла бы фантастическая мысль тянуть газопроводы по дну Балтийского моря, если бы украинской газотранспортной системой совместно владели продавец и покупатель в лице России и ЕС. Но Украина наотрез отказалась продавать «москалям» свою «трубу» и тем самым добровольно вычеркнула себя из выгодных энергетических проектов на европейском континенте.

В том же 2009 году «Газпром» и «Нафтогаз» подписывают новый десятилетний газовый контракт. «Газпром» брался прокачивать через Украину своим европейским потребителям не менее 100 млрд. кубометров газа в год. А Украина обязалась ежегодно закупать для своих нужд 52 млрд. кубометра российского газа. Но теперь уже по мировым ценам и в рамках кабального условия «бери или плати». Если ранее российский газ стоил для Киева всего 50 долларов, то теперь по формуле 2009 года цена газа доходила порой до 450—500 долларов! В результате потери украинского бюджета составили не менее 27 млрд. долларов, что вызвало спад экономики и политическую агонию лидеров первого Майдана. Ющенко с треском проиграл президентские выборы, а Тимошенко за подписание кабального контракта отправилась в тюрьму.

С приходом к власти Виктора Януковича в 2010 году между Москвой и Киевом были заключены Харьковские соглашения. В обмен на продление срока пребывания Черноморского флота в Севастополе до 2042 года, Украина получила от России значительную скидку в цене на газ и новые выгодные контракты.

Но даже с полученной скидкой, цена газа для украинской экономики была запредельно высока. Всё это вынудило Киев заняться экономией газа и поиском других поставщиков. Начиная с 2012 года Украина перестала закупать у России газ в положенных по контракту объёмах, так как ей удалось относительно безболезненно сократить внутреннее потребление с 76 до 50 млрд. кубов.

Летом 2013 года украинское правительство приняло новую стратегию энергетического развития страны до 2030 года в которой основной упор делался на увеличение внутренней добычи газа до 45 млрд. кубов. Это позволяло полностью удовлетворить потребности внутреннего рынка и отказаться от закупок газа в России.

Но после «Революции гидности» стратегия оказалась в мусорном ведре, а с Россией началась вторая «газовая война». Потеряв Севастополь и Крым, Украина автоматически лишилась и прежней скидки на газ. Москва в одностороннем порядке денонсировала Харьковские соглашения, вернув цены на контрактные формулы 2009 года – с 268,5 до 485 долларов. А заодно потребовала от Киева отдать «Газпрому» накопившийся с 2012 года долг в размере 4,5 млрд. долларов за недобор газа по формуле «бери или плати».

Однако для этого у бандеровской Украины с её русофобией и пустой казной не было ни желания, ни возможностей. Киев потребовал от «Газпрома» сверхнизкие газовые цены по ставкам Таможенного союза, в противном случае пригрозив отказом погашать накопившуюся задолженность. Одновременно майданные жулики принялись спешно запасаться дармовым на тот моментом газом, благо тогда ещё Украина получала его авансом.

Не дождавшись возвращения долгов, 16 июня 2014 года «Газпром» перекрыл газовый вентиль и объявил, что будет поставлять ровно столько газа, сколько Киев оплатит за месяц вперёд. Хотя следуя логике государственных интересов, Россия обязана была действовать куда жёстче – банкротить враждебную ей Украину, полностью лишить её газа, угля и нефти. Все рычаги для этого имелись. Но желание «Газпрома» любой ценой сохранить за собой украинский газовый рынок и выбить накопившийся долг, оказалось важнее.

Из-за прекращения поставок российского газа на Украине немедленно взлетели тарифы на услуги ЖКХ. Тем самым захватившим власть бандеровцам удалось не только хорошо заработать, но и добиться от населения добровольного сокращения объёмов потребляемого им газа ради экономии денег. Меньше «голубого топлива» стала потреблять и промышленность, вынужденная сокращать объёмы производства из-за разрыва экономических связей с Россией, неблагоприятной конъюнктуры мирового рынка металла, минеральных удобрений и химической продукции.

Только таким изуверским для экономики способом киевской хунте удалось накопить ворованный «летний» газ на отопление страны в зимний период. К тому же первая зима после Майдана оказалась относительно тёплой и сложностей с газоснабжением не возникло. Да и население страны, ещё сохранявшее финансовый «жирок», сумело как-то выкрутиться (уровень расчетов за газ тогда составил 95%).

И всё же полностью избавиться от газовой зависимости со стороны России оказалось невозможно. Внутренняя добыча газа не могла покрыть всех потребностей, попытки закупить в США сланцевый газ натолкнулись на недостаток средств в украинском бюджете, техническую невозможность его прокачки из Польши и решительный запрет Турции на проход через Дарданеллы американских танкеров.

Не оправдались надежды бандеровцев и на «Сланцевую революцию». Официально – ввиду отсутствия на украинской территории коммерчески приемлемых объемов газа. Фактически – из-за тотальной коррупции и политической нестабильности в стране. Ведь в случае использования технологии добычи сланцевого газа питьевая вода и почвы Харьковской, Донецкой, Львовской и Ивано-Франковской областей становились непригодными для дальнейшего использования ввиду их загрязнения химическими веществами. А это могло вызвать настоящее восстание и без того озлобленного населения.

Кроме того, украинских олигархов тревожили попытки Запада под предлогом «Сланцевой революции» прибрать к рукам их газовый бизнес. А ведь газовый рынок Украины контролируют почти все ведущие олигархические группировки! Ахметов владеет большей его частью через «Нефтегаздобыча». Оставшийся кусок делят между собой компании Коломойского, Пинчука, Новинского, Порошенко и других олигархов калибром поменьше.

И вот теперь, на газовый пирог стал разевать свою пасть МВФ, который для начала потребовал от Киева прекратить дотации газовой отрасли, искоренить в ней коррупцию и разделить «Нафтогаз» на добывающую, транспортную и распределительную компании. Но тут коса нашла на камень – никто из украинских олигархов не был готов делиться своей газовой кормушкой с МВФ, США или Европой.

Вполне понятно, что в таких условиях американцы и британцы не собирались вкладывать 10—15 млрд. долларов ни в разработку украинских сланцевых месторождений, ни в модернизацию украинской газотранспортной системы, контроль за которой Киев упорно хотел оставить за собой. В 2015 году оба проекта по добыче сланцевого газа на Украине были временно свёрнуты.

Оставался только один путь – продолжение закупок газа в России. Но деньги для оплаты поставок и выплаты накопившегося долга могли взяться исключительно из средств, выданных МВФ и ЕС, которые явно не спешили раскошеливаться. А раз так, то у президента Порошенко оставался один путь – шантаж Европы угрозой подрыва газопроводов или несанкционированным отбором топлива из газотранспортной системы. А чтобы в Брюсселе не обманывались насчёт решимости Киева, летом 2014 года «неизвестные террористы» демонстративно подорвали участок газопровода в Полтавской области. Сигнал был понят правильно – в последующие несколько лет Украина получила от ЕС в общей сложности 2,2 млрд. евро на закупку российского газа. На это же пошла и значительная часть кредитов МВФ.

К концу 2014 года, при активном посредничестве Европы, Россия и Украина достигли временного компромисса в газовом вопросе. «Нафтогаз» перечислил «Газпрому» 3,5 млрд. долларов долга, после чего Россия возобновила поставки «голубого топлива» с льготной «зимней» 100-долларовой скидкой.

Казалось, Украине некуда деваться. Но 25 ноября 2015 года, оплатив поставку последних 2 млрд. кубометров, Киев объявил о полном прекращении закупок у «страны-агрессора». Для большего пропагандистского эффекта на аукцион выставили заваренный с двух сторон кусок трубы с последним полукубометром российского газа. Доверчивая украинская общественность ликовала очередной победой «европейской» Украины над «клятыми москалями».

Но как оказалось, отказ от закупок в России вовсе не означал, что Украина перешла на газ американского, норвежского или алжирского производства. Упор был сделан на увеличение внутренней добычи и радикальное сокращение потребления газа до приемлемых величин. Для этого у самостийников имелось три пути – окончательно добить украинскую промышленность, резко поднять тарифы для населения и тем самым вслед за промышленными предприятиями вытолкать его с газового рынка, либо провести коренную модернизацию ЖКХ с целью уменьшения теплопотерь и издержек.

Естественно, что бандеровский режим, на словах так любящий Украину, вместо разработки новых месторождений, модернизации ЖКХ и борьбы с коррупцией, предпочёл выезжать из газового кризиса за счёт простых людей.

Для начала Киев полностью перекрыл поставки газа восставшему Донбассу. Затем принялся уничтожать промышленность и душить огромными тарифами рядовых потребителей.

Всё это принесло плоды и весной 2016 года президент Порошенко похвастался перед представителями Еврокомиссии – Украина впервые прошла очередную зиму без импорта российского газа и «не позволила себя шантажировать». «Нафтогаз» с мстительной злобой объявил, что не намерен возобновлять поставки российского газа даже несмотря на то, что цена, предложенная Россией была намного ниже европейской (180 против 231 доллара). Обнаглевший Киев милостиво соглашался возобновить закупку газа, но только в пределах 130—132 доллара за тысячу кубов!

Но впереди была новая зима и тут на помощь оставшимся без русского газа украинским фашистам пришли практичные европейцы. Раз национальной идеей Украины стал принцип нагадить России даже в ущерб своим интересам, то европейские «друзья» решили не теряться и перепродать Киеву часть закупаемого ими российского газа по завышенной цене.

Цену на «европейский» газ установили по формуле «Баумгартен плюс». Схемы выглядела так: на отбираемый из трубы российский газ и газ собственной добычи была установлена цена его якобы закупки на газовом хабе в Баумгартене, плюс цена его якобы транспортировки до Украины и распределения внутри страны, плюс цена содержания сетей, плюс наценка и т. п. В результате рентабельность газа по такой схеме стала зашкаливать за 500—600%.

У «Укргаздобычи» буквально из воздуха появилось так много денег, что их оказалось невозможно потратить даже при жутко коррупционных расходах. А когда обворованные возросшими тарифами украинцы всё же разобрались в махинации майданных жуликов с «европейским» газом, Порошенко вбросил в народные массы новый тезис: «Переплата за газ – это плата за независимость».

Уничтожение промышленности, тарифный геноцид и закупки сверхдорогого «европейского» газа привели к резкому падению внутреннего спроса – до 28 млрд. кубометров. То есть по сравнению с предвоенным 2013 годом уменьшилось чуть ли не в два раза! На практике это означало падение экономики, гибель промышленных предприятий, сотни тысяч безработных и лишение газа подавляющего числа украинцев. В сочетании с постоянно растущими ценами на продукты и товары первой необходимости, рост коммунальных тарифов отбросил население на грань выживания.

Особенно тяжёлая ситуация сложилась на селе, где сначала перешли на уголь, а после блокады Донбасса и на дрова лесозащитных насаждений. Сельские больницы, автовокзалы и железнодорожные станции не отапливались. Во всех сельских детских садах и школах температура зимою находилась на отметке примерно 15 градусов. Дети на уроках сидели, не снимая верхней одежды. В детских садиках во время тихого часа также спали одетыми в верхнюю одежду. Большая часть детей переболела простудными заболеваниями.

Не лучше было и в городе, где счета за услуги ЖКХ «съедали» от 30 до 50% среднемесячного семейного дохода, а поставляемый газ превратился в газовоздушную смесь. Потребители отдавали последние копейки за эту смесь по тарифам чистого газа, чтобы сварить ребёнку кашу и нагреть комнату, в которой этот ребёнок спит. Люди массово отключали централизованное отопление, падала собираемость платежей, копились долги по квартирам.

К 2020 году долги по ЖКХ установили абсолютный рекорд в новейшей истории Украины – 67 млрд. гривен (2,6 млрд. долларов). Бюджет страны оказался в критической ситуации: население не в состоянии платить за услуги ЖКХ, соответственно и нет денег на субсидии для малоимущих. При этом число претендующих на эти субсидии постоянно росло. Льготы на оплату «коммуналки» предоставлялись только чиновникам, силовикам и карателям АТО.

Проблемы нарастали. Хотя Порошенко и объявил о достигнутой энергетической независимости от «российского агрессора», но переплачивать за «европейский» газ становилось всё накладнее. Да и самого газа требовалось больше, так как энергетическая блокада Донбасса 2017 года вызвала дефицит угля. Попытки нарастить собственную добычу газа и привлечь зарубежных инвесторов оказались провальными.

Дальнейшее повышение тарифов виделось бессмысленным, так как подавляющая часть украинцев и так уже оказалась неспособна их оплачивать. Но рост тарифов продолжился и после этого, а Верховная Рада придумала, как выбивать накопившиеся долги за коммуналку – штрафовать, удерживать половину зарплаты, продавать имущество, лишать права управлять автомобилем, выезжать за границу, пользоваться оружием и ходить на охоту.

На фоне закрывающихся электростанций, аварийной остановки АЭС, износа электросетей Украине ничего не оставалось, как объявить о планах прекращения закупок дорогого «европейского» газа и дальнейшего сокращения внутреннего спроса до уровня текущей внутренней добычи – 20 млрд. кубометров. Это означало смертный приговор остаткам промышленности и падение украинской экономики до уровня африканских стран.

Россия соглашалась в любой момент возобновить прямые поставки газа, но только на условиях предоплаты. Порошенко это категорически не устраивало и он хотел любым путём вынудить «Газпром» возобновить поставки газа на выгодных для Украины условиях. Собственно для этого летом 2014 года в Стокгольме и было затеяно известное международное судилище между «Нафтогазом» и «Газпромом». С его помощью Украина рассчитывала добиться отмены условия предоплаты, вернуть довоенную цену на газ, взыскать получившуюся таким образом переплату и отменить обязательное условие кабального контракта 2009 года «бери или плати».

В общей сложности «Нафтогаз» потребовал с «Газпрома» за злоупотребление монопольным положением на рынке транзита газа компенсацию в размере 28,3 млрд. долларов. Плюс, суд Киева наложил на Россию дополнительный штраф в 6,6 млрд. долларов за якобы несоблюдение антимонопольного законодательства Украины. Сюда же приплели и многомиллиардную претензию за потерю газовых месторождений Крыма.

В свою очередь «Газпром» оценил ущерб за недобор Украиной газа в 2012—2016 годах по правилу «бери или плати» в 38,7 млрд. долларов. Кроме того, Россия намеревалась взыскать с Киева 800 млн. долларов за поставки газа в республики Донбасса, которые юридически считались украинской территорией. Еще одна претензия касалась транзита газа в Европу.

После трёхлетних разбирательств, 31 мая 2017 года Стокгольмский арбитраж огласил первое решение по претензиям «Газпрома», которое обе стороны поспешили объявить своей победой.

«Газпром» обязали пересмотреть цены на газ начиная с 2014 года и снизить их с 485 до 352 долларов. К счастья для себя, «Газпром» так и не успел продать газ Украине по новой цене и никаких финансовых потерь не понёс. Правда, все поставки газа восставшему Донбассу так и остались на «Газпроме», так как поставлялись не Украине, а другому юридическому лицу в лице ДНР и ЛНР.

Стокгольмский суд обязал «Нафтогаз» выплатить «Газпрому» 2,019 млрд. долларов просроченной задолженности. Решением суда с 22 декабря 2017 года на эту сумму ежедневно начислялось 0,03% просрочки (605 тысяч долларов). «Нафтогаз» обязали прекратить свои игрища с закупками «реверсного» газа в Европе и возобновить закупку газа напрямую у России по кабальной норме «бери или плати». Но при этом стокгольмские судьи в угоду Украине самовольно переписали условия контракта и сократили обязательный объём закупок в 10 раз – с 52 до 5 млрд. кубометров!

Порошенко, столь эффектно отказавшись закупать газ у «страны-агрессора», теперь искал подходящую риторику, чтобы выполнить решение Стокгольма и при этом сохранить лицо: «Они стучат: может, возьмёте наш газ? Та нет, у нас всё хорошо. Если он будет дешёвый, если он будет честный и не коррупционный – пожалуйста. А для чего это нам? Чтобы снизить тарифы для наших людей».

Пока же «Нафтогаз» решил не расплачиваться, а ждал решения Стокгольмского арбитража по своим претензиям, за счёт которого планировал не только покрыть свой долг перед «Газпромом», но и прилично заработать. И, как оказалось, не прогадал.

Стоит ещё раз напомнить, что по договору 2009 года «Газпром» обязался прокачивать через украинскую трубу для Европы 100 млрд. кубов газа в год. С введением в строй «Северного потока» надобность в этом отпала. Но и никаких штрафных санкций за снижение объёма транзита в договоре предусмотрено не было.

И вот, 28 февраля 2018 года Стокгольмский арбитражный суд, аргументируя своё решение… резким ухудшением состояния украинской экономики (!), самовольно дописал в договор выдуманную им норму «Качай или плати» и на основании этого наложил штраф на «Газпром» в размере 4,63 млрд. долларов! Таким образом, по результатам двух арбитражных споров между компаниями «Газпром» остался должен «Нафтогаз» 2,56 млрд. долларов.

Столь несправедливое решение вызвало резкую реакцию. Глава «Газпрома» Евгений Миллер заявил: «Мы категорически против того, чтобы за наш счет решались экономические проблемы Украины. В такой ситуации продолжение действия контрактов для „Газпрома“ является экономически нецелесообразным и невыгодным». «Газпром» объявил, что приступает к процедуре расторжения с Украиной всех договоров, как на транзит, так и на поставку газа.

В ответ «Нафтогаз» в рамках исполнения решения суда добился ареста имущества «Газпрома» на Украине и ряде европейских стран. Киев требовал сохранения прокачки газа через свою территорию в объёмах не менее 110 млрд. кубометров и нового долгосрочного контракта после 2019 года, чтобы сохранить ежегодную прибыль от транзита на уровне 3 млрд. долларов.

Российские власти не раз заявляли, что для сохранения газового транзита после 2019 года Киеву потребуется представить четкие правила работы своей газотранспортной системы, а «Нафтогазу» и «Газпрому» – урегулировать судебные споры. К тому же уже достраивались новые газопроводы «Северный поток-2» и «Турецкий поток», и Москва всё больше теряла интерес к украинской трубе. Максимум на что был согласен «Газпром», заключить краткосрочный годовой контракт, чтобы в 2020 году спокойно достроить и ввести в строй свои «потоки».

Российский президент Путин чётко обрисовал будущее Украины: «А если транзита не будет? Вы понимаете, что тогда не будет реверса. Ведь реверс – он же виртуальный… Это такой серьезный вопрос, они валяют дурака, занимаются какими-то политическими дрязгами – вместо того, чтобы подумать о рядовом гражданине Украины, который живет текущими заботами и вынужден платить непомерную цену за все эти политические фокусы».

Но в итоге платить непомерную цену за газовую войну с Украиной пришлось всё-таки России. США предприняли ряд эффективных мер по блокированию «Северного потока-2» и в конце 2019 года «Газпром» капитулировал – выплатил Украине 3 млрд. долларов штрафа и заключил с ней новый контракт сроком на 5 лет по кабальной для себя формуле «качай или плати». Более подробно об этих событиях будет рассказано в третьей книге серии «На пороге Третьей мировой».

Перейдём к украинской угольной отрасли. До войны донбасский антрацит играл важную роль в энергетическом секторе Украины, обеспечивая 46% в выработке электроэнергии и 39% в совокупной выработке электричества и тепла. Война в Донбассе привела к серьёзным перебоям в его поставках. Украинские военные парализовали артиллерийскими обстрелами работу большинства металлургических комбинатов, угольных шахт и коксохимических заводов. В результате поставки угля из зоны АТО упали на 56%, вызвав на Украине серьёзный дефицит топлива и падение выплавки стали с 32,8 до 27,2 млн. тонн. Так как металлургия является одной из трёх базовых отраслей украинской экономики (экспорт металлов для бюджета играет примерно ту же роль, что экспорт нефти для России), то ухудшение показателей отрасли дополнительно обострило и без того напряжённую социально-экономическую ситуацию в стране.

В конце 2014 года министр энергетики Украины Владимир Демчишин пожаловался, что запасы угля в стране «беспрецедентно низкие», самостоятельно обеспечивать станции углем невозможно. В связи с этим премьер-министр Арсений Яценюк поручил в целях экономии отключить по всей стране подсветку рекламы, освещение государственных зданий и центральных улиц. Пришлось срочно закупить уголь в ЮАР и Австралии. Однако его стоимость оказалась значительно выше российского или донбасского угля, а качество – значительно хуже.

Уголь на Украине добывается не только в Донбассе, но и в её западных областях. Правда, там не антрацит, а менее качественный газовый уголь. Особой потребности в нём не было, поэтому местная угольная отрасль финансировалась по остаточному принципу и обеспечивала не более 18—20% угольного рынка страны. Шахты старались побыстрее закрыть, дабы не тратить денег на модернизацию. Если в 2014 году на Западной Украине добыли 8,2 млн. тонн угля, то в 2015 – 5,6 млн. тонн, а в 2016 году и того меньше – 4,9 млн. тонн. Шахтеры несколько раз бастовали и перекрывали трассы в знак протеста против такой политики государства, но помогало это мало.

Летом 2015 года украинские энергетики обсуждали перспективы перевода ТЭС страны с антрацита на газовый уголь. Для этого было необходимо провести дорогостоящую модернизацию, за которую были готовы взяться Япония и Польша. Но в итоге дело спустили на тормозах, так как олигархам и высоким чинам в Киеве было выгоднее закупать контрабандный уголь у республик Донбасса и втридорога перепродавать его на внутреннем ранке, как якобы купленный в ЮАР или Австралии по схеме «Роттердам плюс».

Но угля всё равно не хватало. И тогда, за счёт дополнительной нагрузки на украинские АЭС, долю донбасского угля в выработке электроэнергии удалось снизить с 46 до 38%, а в совокупной выработке электричества и тепла с 38 до 34%.

Чтобы ещё больше разгрузить энергетический сектор, бандеровский режим сознательно организовал тарифный геноцид населения. Это привело к сокращению потребления тепла и электроэнергии, преждевременным болезням и смертям стариков-пенсионеров, детей в малоимущих семьях. Но президента Порошенко это не заботило – на волне энергетического кризиса он вознамерился прибрать к рукам энергетическую империю Рината Ахметова.

Для этого зимой 2017 года организуется блокада Донбасса и бои в районе Авдеевки. Причём Порошенко и его подельники делали вид, что блокада – дело рук неподконтрольных им радикалов, а бои в Авдеевке – очередное наступление коварной России. В результате поставки донбасского угля на Украину полностью прекратились, что вынудило Киев объявить 15 февраля 2017 года о введении в стране режима чрезвычайной ситуации в энергетике.

Донбасс вывернулся из безвыходного положения – перенаправил потоки своего угля в Россию. А через неё получил возможность торговать антрацитом с Польшей, Болгарией, Турцией и той же Украиной. 1 марта 2017 года все заводы и фабрики на территории Донбасса были переведены под внешнее управление, прекратив отчисление налогов в бюджет Украины.

В итоге блокада Донбасса, вместо капитуляции и последующего «распила» энергетической империи Ахметова, обернулась для Украины потерей 1% ВВП и новыми проблемами в промышленности, энергетике и курсом национальной валюты. Также упали объёмы добычи угля – с 85,9 млн. тонн в 2012 году до 33,29 млн. тонн в 2018 году.

Раздражённый Порошенко объявил, что блокада Донбасса продлится до тех пор, пока ЛДНР не вернет захваченные предприятия обратно под украинскую юрисдикцию. А пока пришлось срочно решать проблему нехватки угля. До начала блокады Украина успела получить с Донбасса 1,2 млн. тонн антрацита. Украинским ТЭС до конца 2017 года требовалось ещё не менее 4,5 млн. тонн. Вновь пришлось выходить на мировые рынки и под заезженными лозунгами борьбы за энергетическую безопасность закупать импортный уголь.

Посетив летом 2017 года США и встретившись с президентом Дональдом Трампом, Порошенко был вынужден втридорога закупить у американцев не только антрацит, но и добываемый на Украине газовый уголь. Первая партия американского угля пришла в сентябре и вылилась в праздник национального масштаба. Порошенко и премьер-министр Гройсман получили в подарок от американцев по целлофановому пакету с углём. А в это время шахтёры Западной Украины продолжали сидеть без работы и без зарплаты.

В общей сложности в 2017 году Украина заплатила за уголь США, Канаде и другим странам почти 1,2 млрд. долларов. Но эти закупки покрыли менее половины необходимого стране объёма. Где брать остальное? Опять пришлось обращаться к России и перекупать у неё донбасский антрацит. Делалось это по уже упомянутой выше схеме «Роттердам плюс», в результате которой полученное тепло и электричество продавалось рядовым украинцам по сверхвысоким европейским ценам. В 2017 году Украина закупила русского угля на общую сумму 1,55 млрд., в 2018 году – на 1,667 млрд. долларов.

Дальнейшая судьба угольной отрасли Украины чётко обозначена – Киев заявил, что полностью закроет оставшиеся шахты, чтобы присоединиться к европейскому безугольному альянсу. А это означает социальную катастрофу: большинство ещё работающих шахт являются градообразующими предприятиями. Закрытие угольных предприятий означает неминуемую гибель маленьких шахтёрских городов и посёлков Украины.

Проблемы в угольной отрасли до предела обострили ситуацию в атомной энергетике страны. Пытаясь компенсировать нехватку электроэнергии из-за дефицита угля на ТЭС и падения генерации электричества на ГЭС, украинские атомные электростанции работали на пределе своей мощности. Доля производства электроэнергии на АЭС неуклонно росла. В 2013 году – 43%; 2014 год – почти 50%; 2015 год – 55%; 2016 год – 52%. В мае 2017 года был поставлен своеобразный рекорд – 68,5%.

Годовой оборот мирового рынка ядерного топлива оценивается в 35 млрд. долларов. Основной лидер на нём – франко-немецкая компания «Арева» (более 30%). Японо-американская «Вестингауз» имеет долю 26%, а российская ТВЭЛ – 17%. Именно за долю российской корпорации и ведётся энергетическая война на Украине.

Всего на территории Украины действуют четыре построенные во времена СССР атомные станции – Хмельницкая, Ровенская, Южно-Украинская и Запорожская. 11 из 15 их реакторных блоков относятся к современному типу ВВЭР-1000 (введены в строй в 1984—2004 годах). Четыре энергоблока ВВЭР-440 на Ровенской АЭС были запущены в 1980 году. Преемником построившего украинские атомные станции советского Минсредмаша является русский концерн «Росатом». И по сложившейся в мире практике весьма прилично зарабатывает на поставках для них ядерного топлива. А поскольку ядерный блок эксплуатируется не менее 40 лет, то заказами «Росатом» обеспечен на многие годы вперёд.

Естественно, что такая ситуация в прямом смысле слова бесила украинских самостийников. Впервые о том, что нужно срочно избавляться от российской ядерной зависимости, на Украине заговорили ещё в 1996 году. Тогда «Вестингауз» пыталась потеснить российского конкурента на рынках ядерного топлива в Восточной Европе и загрузила свои тепловыделяющие элементы (ТВЭЛ) на чешской АЭС «Темелин» и финской АЭС «Ловиза».

Здесь стоит отметить, что «Вестингауз» – компания-посредник, которая ничего не производит и не перерабатывает. Необходимые ТВЭЛ она через Швецию закупает в России и уже на их основе делает собственную конфигурацию сборок. Отработанное ядерное топливо возвращается в Швецию и вывозится на хранение в Россию, как страну-производителя. Вот и вся подноготная «Вестингауз», владельцем которой является известная транснациональная корпорация с японскими корнями «Тосиба».

Украина стала для «Вестингауз» удобной опытной площадкой для отработки использования своих ТВЭЛ на советских реакторах. Однако применение американских топливных сборок на Южно-Украинской АЭС едва не окончилось катастрофой. При этом поставляемое топливо оказалось ещё и на 20% дороже российского. В итоге первая попытка американцев утвердиться на украинском рынке ядерной энергетики окончилась заморозкой контракта в 2012 году.

Сразу после победы Евромайдана, захватившие власть бандеровцы возобновили контракт с «Вестингауз» по поставкам ядерного топлива для трёх атомных реакторов. На этот раз американцы пошли на серьёзные затраты, значительно расширив производственные мощности своего завода в Швеции и создав отдельный департамент, занимающийся исключительно реакторами советского производства. В случае успеха на Украине «Вестингауз» планировала расширить поставки своих ТВЭЛ на аналогичные атомные станции Финляндии, Чехии, Болгарии.

С экономической точки зрения от замены российского топлива на американское Украина ничего не выигрывала. Как и в случае с поставками «реверсного» газа из Европы и интеграции Украины в европейскую сеть системных операторов передачи электроэнергии ENTSO-E, со стороны Киева это был чисто политический шаг – желание демонстративно порвать с Россией и угодить Западу.

В 2015 году самостийники денонсировали контракты с «Росатом» на строительство завода по изготовлению ядерного топлива под Кировоградом и достройку двух блоков Хмельницкой АЭС. В 2016 году Киев заявил о достижении договоренностей с «Вестингауз» по строительству завода по производству топлива на территории самой Украины. Однако выделенные под этот проект деньги позднее решили перенаправить на строительство открытого хранилища ядерных отходов в Чернобыльской зоне, которое заработало в 2019 году. Вся эта радиоактивная помойка оказалась менее чем в 100 км от Киева.

Главной проблемой украинской атомной отрасли всегда было хроническое недофинансирование, что провоцировало массовый отток квалифицированных кадров. Инженеры, специалисты, водители тепловозов, монтажники, экскаваторщики бросали всё и уезжали работать в Россию, Белоруссию и Турцию. Ситуация ещё более ухудшилась после государственного переворота 2014 года, когда Украина отказалась от услуг квалифицированных российских специалистов в деле ремонта и модернизации своих АЭС.

Пытаясь экономить дефицитное ядерное топливо, украинские атомщики стали практиковать нигде в мире не используемый неравномерный режим работы. То есть, во время пиковых моментов потребления электроэнергии разгоняли реакторы до 107% от паспортной мощности, а при уменьшении нагрузки – замедляли работу. Но с АЭС такие эксперименты даром не проходят – реакторы должны работать постоянно и с равномерной загрузкой.

Махинации с «левым» американским топливом и эксперименты с колебанием мощностей не только приводили к регулярному отказу отдельных систем, но и грозили срывом реактора в неуправляемую цепную реакцию с последующим возгоранием, как это случилось в Чернобыле. В 2014 году было зафиксировано 10 нарушений режима работы блоков, в 2015 году – уже 15. Затем череда поломок превратилась в некий бесперебойный и смертельно опасный процесс. Временами из-за аварий простаивали до половины энергоблоков.

Столь катастрофическое положение дел не является секретом для Европейского Союза и России. Вопрос о безопасности украинского атома ставился еще в 2011 году после аварии на японской АЭС в Фукусиме. Тогда украинское правительство утвердило программу повышения безопасности энергоблоков АЭС.

Сложившаяся после 2014 года ситуация стала столь опасной, что «Союз машиностроителей России» направил письмо на имя немецкого канцлера, попросив правительство Германии «повлиять на украинские власти и не допустить повторения нового Чернобыля». В своём послании машиностроители напоминали Меркель, что прежние эксперименты на украинских АЭС с американским топливом для атомных электростанций потерпели фиаско, и катастрофы, подобной чернобыльской или фукусимской, удалось избежать лишь чудом. Российскую инициативу поддержали и немецкие специалисты. Европа расположена совсем близко, и в случае нового Чернобыля вполне могла попасть в зону поражения радиоактивными выбросами.

Такая перспектива европейцев не устраивала категорически, и они выделили Украине 1,4 млрд. евро для текущего ремонта АЭС. Однако бандеровское правительство ничего не сделало в плане оздоровления атомной энергетики. Выделенные деньги по большей части были разворованы, а уцелевшая часть пошла на закупку необходимого российского оборудования для украинских АЭС (прокладки, трубы, запчасти для насосов, реакторов и парогенераторов). Закупки велись через европейских посредников по завышенным ценам.

На свой страх и риск Киев продлил срок службы советских энергоблоков, закрыв глаза на почти полное прекращение необходимых профилактических работ. А чтобы не возникало ненужных вопросов от общественности и экспертов, в 2014 году на Украине была ликвидирована должность главного инспектора по ядерной и радиационной безопасности.

Порошенко больше беспокоила не перспектива нового Чернобыля (своё будущее он видел исключительно на далёких от Украины тёплых тропических островах), а необходимость покупать ядерное топливо у «страны-агрессора». В 2014 году Украина заплатила за него 558 млн. долларов, в 2015 году – 610 млн., за 2017 год – 386 млн. долларов. Как видно из этих данных, объём закупок в России постепенно сокращался в пользу американских поставок, но всё ещё составлял значительные суммы.

Весной 2017 года во время визита на Трипольскую ТЭС Порошенко хвастался: «Мы диверсифицировали поставки ядерного топлива. Сколько процентов Украина получила ядерного топлива (из России) три года назад, когда я был избран президентом? 100 процентов! Сколько мы получили в 2016 году? Уже 55! Сколько я поставил задачу, господин министр, в 2017 году? Будет 45. А остальное мы будем получать со стороны наших других партнеров, включая американский «Вестингауз».

В августе 2017 года была утверждена новая энергетическая стратегия Украины на период до 2035 года под громким названием «Безопасность, энергоэффективность, конкурентоспособность». Достичь этих трёх значений предполагалось очередным продлением срока эксплуатации советских атомных энергоблоков и увеличением доли поставок американского ядерного топлива.

В 2020 году из-за кризиса неплатежей, издыхания остатков промышленности и развития сверхдорогой «зелёной энергетики», украинскую атомную отрасль начали выпихивать с энергетического рынка страны. Остановка энергоблоков проводилась под давлением набравшего силу олигарха Рината Ахметова, который таким образом зарабатывал на своих частных предприятиях – угольных ТЭЦ.

Сейчас Украина загружает американское ядерное топливо почти в половину из 15 реакторов и зондирует вопрос о приватизации атомной отрасли. Страна окончательно превратилась в пороховую бочку Европы, которая может рвануть в любую секунду. Количество аварийных ситуаций на АЭС продолжат угрожающе расти, равно как и тарифы на электроэнергию, которые пришлось поднимать из-за дороговизны американского ядерного топлива. Украинская атомная энергетика напоминает дряхлого, умирающего больного, не в силах удержать слабеющей рукой гранату с уже выдернутой чекой.

Зато настоящий бум переживает украинская «зеленая энергетика». По результатам 2019 года был зафиксирован рекорд: в стране было построено 4505 МВт новых альтернативных источников энергии, что позволило увеличить их общую мощность до 6779 МВт. Помимо этого Украина строит на реке Днестр в Черновицкой области самую большую гидроаккумулирующую станцию в Европе – Днестровскую ГАЭС. Строительство первой очереди Днестровской ГАЭС началось еще при СССР, но пуск первого агрегата состоялся только в 2009 году, второго – в 2013 году, третьего – в 2015. К 2026 году планируют построить еще четыре и довести общую мощность до 2100 МВт.

Бизнес на «зелёной энергетике» был выгоден украинским олигархам, так как государство покупает такую энергию значительно дороже атомной. В результате – отмена льгот и новое повышение тарифов для населения, которое призвано заткнуть своими скромными сбережениями очередную финансовую дыру в бюджете.

Подводя итоги стоит отметить, что за годы бандеровского правления Украина показала свою полную несостоятельность. Захлёбываясь в потоках русофобии, она даже не смогла обрести вожделенный статус колонии Запада (метрополия обязана хоть что-то вкладывать в её развитие). Она превратилась в территорию вечного горя и тьмы, которую нещадно грабит мировой капитал, давая взамен мизерные подачки под бешеные проценты. Таков оказался исторический финал украинства.

Украинский вермахт

Перейдём к армии. Глава получила такое название в связи с очевидным фактом – нацистские и русофобские взгляды бандеровцев и карателей добровольческих батальонов, давно разделяют солдаты и офицеры ВСУ. Имеется множество свидетельств, видео и фотоматериалов, как украинские военные приветствуют друг друга вскидыванием рук, носят шевроны войск СС и вывешивают на позициях или бронетехнике нацистские флаги. А уж проводимая ими кровавая политика геноцида русских Донбасса красноречивее любых слов.

Захватившие власть в 2014 году в результате государственного переворота майданные жулики быстро убедились, что Украина практически не имела боеспособных вооружённых сил. Чтобы быстрее пополнить армейские ряды и стимулировать кадровых военных и простых украинцев на убийства своих сограждан, бандеровский режим срочно принял целый пакет законов.

4 июня 2014 года Министерство обороны объявило, что все военнослужащие, принимающие участие в АТО будут получать 100% денежную надбавку. Также им был предоставлен ряд серьёзных льгот – бесплатный проезд в общественном транспорте, повышение пенсии, 75% скидка на оплату коммунальных платежей и 50% на квартплату, преимущественное право на оставление на работе при сокращении численности штата, бесплатное обеспечение санаторно-курортным лечением или получение денежной компенсации его стоимости.

В случае гибели «кормильца», семье карателя была определена единовременная помощь в размере 609 тысяч гривен. При получении военнослужащим инвалидности первой, второй или третьей группы размер компенсации составлял соответственно 304, 243 и 183 тысячи гривен. Ну и одна из самых главных «морковок» – обещанная за участие в АТО лично президентом Порошенко тысяча гривен в день и бесплатное выделение земельных участков для постройки жилья.

При таких заманчивых перспективах, война для многих украинцев стала неплохой альтернативой прозябанию на гражданке или рабскому труду в Польше. Они с энтузиазмом проглотили наживку о «тысяче гривен в день» и отправились убивать «сепаров». Предчувствуя будущие барыши, жёны и матери часто за свой счёт экипировали в каратели своих мужей и сыновей, а затем провожали на Восточный фронт.

В ходе кампании 2014 года украинская армия показала себя плохо обученной и недисциплинированной. Она просто не знала, как воевать: как устанавливать блокпосты, как производить защиту связи, как вычислять наводчиков противника в тылу. Все её успехи по захвату Славянска, Лисичанска, Дебальцево, Шахтёрска, Саур-Могилы достигались путём значительного превосходства в силах и средствах при высоком уровне собственных потерь. Да, были и отдельные проявления грамотного планирования, подкреплённые определённым мужеством и упорством в боях. Но они затерялись на фоне позорных поражений украинских войск под Донецком, Луганском и Иловайском. В многочисленных котлах августа 2014-го безвестно сгинули или стали инвалидами тысячи укропатриотов.

К зиме 2015 года положение дел несколько изменилось. Бои за донецкий аэропорт и Дебальцево проходили для донбасских корпусов Народной Милиции в куда более сложных условиях. Была отмечена возросшая выучка украинских артиллеристов и танкистов. Вражеская пехота стала проявлять большее упорство в боях. И всё-таки русские солдаты оказались сильнее – донецкий аэропорт и Дебальцево были взяты, что нанесло бандеровскому режиму тяжелейший психологический и информационный удар.

К весне 2015 года кризис в ВСУ был преодолён. Украинцы легко впитали очередные байки о том, как их армия достойно воевала против превосходящих сил «российского агрессора» и смогла нанести ему такие потери, что вынудила Путина сесть за стол переговоров в Минске. А значит – на военный разгром Украины Россия не способна, западные санкции действуют, российская экономика «порвана в клочья». Необходимо терпеливо ждать, когда начнётся развал России, чтобы одним ударом вернуть Донбасс и Крым. А если получиться, то и Кубань.

Установившееся перемирие позволило бандеровскому режиму в достаточно спокойной обстановке возобновить военное строительство. Прежде всего, был наведён порядок в сфере управления войсками. Ситуация на передовой давно требовала жёсткого единоначалия, а на фронте и в тылу действовало до полусотни разных независимых штабов – Генштаб ВСУ, «Генштаб» олигарха Коломойского, штабы карательных батальонов и банд «Правого сектора»³. Но вскоре с атаманщиной было покончено – командиров наиболее буйных батальонов придавили прессом уголовных дел либо посадили на депутатскую кормушку в Верховную Раду. Рядовых боевиков принудительно загнали в официальные структуры – ВСУ, Нацгвардию и МВД.

Наиболее отмороженных украинских садистов и уголовников во главе с Русланом Онищенко, собравшихся в батальоне «Торнадо», посадили за решётку. Их преступления были настолько чудовищны, а моральный облик настолько омерзителен, что даже свидомые патриоты предпочли воздержаться от защиты этих нелюдей.

Больше всего проблем президенту Порошенко и его генералам доставлял «Правый сектор»⁴. Украинская армия никогда не горела желанием воевать по настоящему, а трудноуправляемые и идейно мотивированные нацисты постоянно провоцировали на фронте новые боестолкновения. Постреляв в сторону русских позиций, они тут же смывались в тыл, а вся «ответка» со стороны ополченцев приходилась, как правило, уже по позициям ВСУ.

Кроме того, многих украинских военнослужащих первое время шокировало откровенно нацистское мировоззрение правосеков, выражающееся в соответствующей символике и действиях. А те, в свою очередь, открыто презирали армейцев за безыдейность и совковое прошлое, не брезгуя убийствами солдат и офицеров ВСУ, мешавших их бизнесу на контрабанде оружия.

К тому же действующие в Донбассе нацистские добровольческие формирования имели в тылу мощные «ветеранские организации» и «гражданские корпуса», объединяющие экс-боевиков и множество сочувствующих. Эти тыловые структуры не только промышляли рейдерством, рэкетом, «крышеванием» бизнеса, торговлей оружием, но и активно вмешивались в политическую жизнь. Это выводило из себя президента Порошенко и его клику. Но загнать обратно в бутылку выпущенного весной 2014 года джинна нацизма оказалось делом крайне сложным.

В 2015 году подразделения «Добровольческого украинского корпуса» («ДУК Правый сектор»⁵) по требованию армейского руководства были выведены из зоны АТО и получили полный отказ в предоставлении им удостоверений участника боевых действий и положенных льгот, как незаконные вооружённые формирования. После этого рядовые нацисты предпочли «рассосаться» по различным официальным структурам и перестали быть единой силой.

Дмитрий Ярош сложил с себя полномочия лидера «Правого сектора»⁶ и создал из наиболее верных сторонников собственную «Украинскую добровольческую армию». В состав «армии» вошли 5-й и 8-й батальоны, легкопехотный отряд «Волынь», медицинский батальон «Госпитальеры», Служба военной разведки, Учебный центр и территориальные отряды. 5-й батальон УДА расположился в селе Великомихайловка Днепропетровской области, а 8-й батальон «Аратта» в селе Юрьевка под Мариуполем. Там нацисты отгородились от официальных властей и зажили своей жизнью – разводили свиней, проводили состязания и тренировки «молодняка», улучшали быт и периодически участвовали в боевых действиях на фронте.

Наведя на Украине хоть какой-то порядок, Запад усилил военную, экономическую и политическую поддержку киевской хунте. Вопреки всем надеждам кремлёвских «экспертов» Украине не позволили ни развалиться, ни упасть в финансовую пропасть. Ведь теневые хозяева мира всегда были заинтересованы в создании на границах русских земель мощного антироссийского государства, будь то Польша, Швеция, Турция или Украина. В результате бандеровский режим смог укрепить свои позиции и создать более-менее боеспособную армию.

Наиболее боеспособной частью украинского Вермахта являются Высокомобильные десантные войска. В 2015 году Порошенко вывел ВДВ из состава ВСУ и назначил нового командующего – популярного среди десантников командира 95-й бригады полковника Михаила Забродского, прославившегося в 2014 году своими «самыми длинными рейдами» по охваченному войной Донбассу. Забродский получил от Порошенко погоны генерал-лейтенанта и стал играть роль «украинского Павла Грачёва», обеспечивая непопулярному президенту силовую поддержку в его противостоянии с МВД, боевиками карательных батальонов и «Правого сектора»⁷.

Командиры других бригад ВДВ полковники Мойсюк, Содоль и Ковальчук, вместе с Забродским на фронте доказавшие свою преданность идеям украинства, также получили погоны генерал-майоров и были направлены к нему в заместители.

На особом счету находится 25-я воздушно-десантная бригада, которая единственная в ВДВ сохранила к 2014 году свой элитный воздушно-десантный статус. Сначала бригаду готовили для подавления Майдана в Киеве, но после государственного переворота по приказу майданных жуликов бросили против мирных жителей Донбасса. Воевать с кем бы то ни было десантники не хотели в принципе, а несколько военнослужащих бригады предпочли перейти на сторону бойцов Стрелкова в Славянске.

После известных событий в Краматорске 16 апреля 2014 года исполняющий обязанности президента Украины Александр Турчинов отдал распоряжение о расформировании бригады «за трусость личного состава и сдачу оружия». Однако вскоре этот приказ отменили, а для усиления свидомости в бригаду влили большое количество украинских контрактников и западенцев.

Последовали дороги войны, сопровождаемые пытками пленных, обстрелами мирных городов и сёл, торговлей людьми и тяжелейшими потерями в боях под Ямполем, Шахтёрском и Саур-Могилой. Только по официальным данным к концу августа 2014 года 25-я воздушно-десантная бригада потеряла 107 человек убитыми и 530 ранеными.

Осенью бригаду вывели из зоны АТО, пополнили людьми и техникой и в январе 2015 года бросили в качестве «пожарной команды» в район донецкого аэропорта. В дальнейшем десантники держали оборону в районе Авдеевки и в Песках.

С наступлением перемирия весной 2015 года бригада начала восстанавливать свою боеспособность. Ремонтировались уцелевшие в боях БМД и САУ «Нона», были получены БМП-2, БТР-70М, БТР-3, БТР-4 и буксируемые гаубицы Д-30. В бригаде появилась противотанковая рота с ПТРК и рота огневой поддержки с крупнокалиберными пулемётами. Самой первой в ВСУ бригада получила закупленные в Великобритании бронеавтомобили «Саксон», украинские КрАЗ «Спартан», а затем и танковую роту Т-80БВ. Благодаря этому ей удалось сохранить звание одной из лучших бригад ВДВ бандеровской Украины.

79-я аэромобильная бригада летом 2014 года сражалась в районе Славянска, а затем была хорошенько потрёпана в Южном котле, потеряв значительную часть людей и техники. На завершающем этапе летней кампании 2014 года 76-я бригада, совместно с 95-й аэромобильной бригадой, действовали в районе Тельманово.

Для восполнения потерь в состав бригады влили добровольческий батальон «Феникс» и нацистов из 11-го батальона ДУК «Правый сектор»⁸. Из президентского полка передали несколько дефицитных БТР-80. Также десантники получили расконсервированные БТР-60, БТР-70 и БРДМ-2. Благодаря помощи волонтёров было кардинально улучшено снаряжение бойцов, закуплены комплекты цифровой связи, получены внедорожники, один реанимобиль, несколько бронегрузовиков, пара санитарных БММ-70 и даже автопрачечная.

После этого 79-я аэромобильная бригада вела тяжёлые бои в районе донецкого аэропорта. В начале февраля 2015 года 1-й батальон пытался разблокировать котёл в Дебальцево, но понёс чувствительные потери и вернулся в Николаев для восстановления боеспособности. Остальные подразделения держали фронт на мариупольском направлении.

Летом 2015 года бригада первой в ВСУ получила экспериментальную камуфляжную форму в расцветке «Варан», дополнительные партии бронетехники (в том числе британские броневики «Саксон» и советские тягачи МТ-ЛБ), лёгкий двухместный самолёт Т-10М и несколько беспилотников.

В 2016 году бригада получила танковую роту восстановленных Т-80БВ и была переформирована в десантно-штурмовую. Её бросили под Марьинку, затем она вела боевые действия в районе Авдеевки.

80-я аэромобильная бригада базировалась во Львове и была целиком укомплектованная уроженцами Западной Украины. До войны она успела получить опыт миротворческих миссий ООН в Ираке, Сьерра-Леоне и Косово, поэтому в зону АТО бригаду перебросили одной их первых. В кампании 2014 года она понесла тяжёлые потери в сражениях под Луганском, но сохранила боеспособность.

С 2015 года на вооружение бригады стали поступать американские бронеавтомобили «Хамви» и советские БРДМ-2, призванные хотя бы частично компенсировать потерю БТР-80. В 2016 году бригада получила танковую роту Т-80БВ и была переформирована в десантно-штурмовую. В начале 2017 года её перебросили с луганского направления в район Авдеевки.

95-я аэромобильная бригада изначально комплектовалась только этническими украинцами с хорошо промытыми мозгами. Именно ей вражеская пропаганда приписывает «самый длинный рейд по тылам противника в истории мировых войн». В течение кампании 2014 года бригаду бросали на наиболее угрожаемые участки фронта: Славянск, Лисичанск, Саур-Могила, Ясиноватая, Тельманово, донецкий аэропорт. Практически всегда бригаде удавалось добиваться выполнения поставленных перед ней задач, но вот закрепить – никогда. В отличие от многих других подразделений ВСУ, десантники 95-й бригады не вели продолжительных боевых действий на одном направлении, почему и сумели избежать разгромных котлов.

С начала 2015 года бригада держала оборону в районе поселков Спартак, Пески, шахта «Бутовка», Авдеевка. Сводный отряд вёл бои в районе Дебальцево, обеспечив вместе с другими подразделениями ВСУ прорыв окружённой украинской группировки из котла.

После наступившего перемирия бригада стала пополняться людьми и техникой. Были получены американские бронемашины «Хамви», британские «Саксон», украинские «Спартан» и «Дозор-Б». Летом 2015 года бригаде передали танковую роту Т-80БВ и она стала первой в ВДВ, кто приобрёл десантно-штурмовой статус. В 2017 году на вооружении бригады поступили БТР-3ДА.

Осенью 2014 года, в дополнение к уже имеющимся четырём бригадам, в составе ВДВ появилась новая 81-я аэромобильная бригада. Её сформировали путём слияния батальона украинских националистов ОУН⁹ и подразделений десантников из 95-й и 25-й бригад. Новой бригаде придали артиллерийский дивизион и вооружили снятыми с хранения БТР-70, БРДМ-2 и тягачами МТ-ЛБ, часть которых оснастили зенитками и НУРС. Сразу после формирования 81-ю бригаду перебросили в район донецкого аэропорта. В дальнейшем она держала позиции в районе Авдеевки.

Весной 2015 года 81-я бригада получила небольшое количество британских броневиков «Саксон», американских «Хамви» и ряд других автомашин, переданных волонтёрами. В 2016 году в состав бригады передали реактивную батарею РСЗО БМ-21 «Град». Вскоре она была признана лучшим артиллерийским соединением ВСУ.

Осенью 2016 года в украинских ВДВ были дополнительно сформированы 45-я и 46-я десантно-штурмовые бригады. Обе бригады комплектовались контрактниками и получили на вооружение автоматические системы управления артиллерийским огнём, а также роту танков Т-80, модернизированных БТР-70 и новейшие БТР-3. В 2018 году украинские ВДВ пополнились 23-м отдельным танковым батальоном.

Таким образом, за годы войны украинские ВДВ претерпели значительные изменения, увеличив свою численность практически вдвое. При этом 5 из 7 бригад получили статус десантно-штурмовых, по сути превратившись в элитные сухопутные механизированные части. Признавая свершившийся факт, в ноябре 2017 года украинские ВДВ переименовали в Десантно-штурмовые войска. Днём ДШВ было объявлено 21 ноября, когда христианская церковь чествует святого архистратига Михаила. Одновременно украинских десантников лишили советских голубых беретов и символики, заменив их по натовскому образцу тёмно-бардовыми беретами с новым знаком – купол парашюта, крылья архистратига Михаила и огненный меч, который выжигает скверну.

Украинские Десантно-штурмовые войска заметно выигрывают более высоким уровнем подготовки по сравнению с сухопутными войсками. В некоторых бригадах имелись даже вертолёты для оперативной переброски. Однако украинские ДШВ подтачивала та же болезнь, что и остальную армию – хронический некомплект личного состава, пьянство и наркомания. К тому же почти вся боевая техника украинских ДШВ представляет собой устаревшие советские, британские и американские образцы конца прошлого века.

Ещё одним элитным формированием бандеровского режима считалась 60-тысячная Национальная гвардия. Во главе её был поставлен военный преступник генерал-лейтенант Юрий Аллеров, под руководством которого каратели зачищали Славянск, Лисичанск, Первомайск, Попасную, воевали в Углегорске и Дебальцево.

Именно в Нацгвардию стекалось наибольшее число украинизированных подонков, которые старались держаться подальше от фронта, но при этом иметь возможность грабить и зарабатывать на войне. Соответственно с боевым духом у них было неважно. Первая же попытка использовать хорошо экипированную и оснащённую 1-ю оперативную бригаду Нацгвардии в районе Мариуполя быстро привела к её полной деморализации. После чего «элитная» Нацгвардия на передовую больше не совалась.

Однако стоит отметить, что бойцы Нацгвардии времени в тылу даром не теряют и постоянно проходят тренировки под руководством своих командиров и иностранных инструкторов из США, Италии, Грузии, Канады. Обучение довольно интенсивное и опирается на хорошую учебную базу. Нацгвардия имеет приоритет перед ВСУ в получении иностранной военной помощи и новинок украинского ВПК, будь то БТР-3, БТР-4 или бронемашин «Кугуар», «Козак», «Барс». В сравнении с ВСУ нацгвардейцев гораздо лучше кормили и экипировали. Только в 2017 году на приобретение новых квартир для военнослужащих Нацгвардии было выделено 200 млн. гривен, а президент Порошенко лично посещал счастливчиков, получивших заветные квадратные метры.

Самым элитным подразделением Нацгвардии считается «Азов», в котором собрался нацистский интернационал со всего мира. Осенью 2014 года батальон «Азов» был развёрнут в полк. На его вооружении числились самоходные минометы, БРДМ-2, БТР-152, МТ-ЛБ, танковая рота Т-64Б1М и артиллерия. Все 1300 карателей полка были отлично экипированы, куда лучше других частей Нацгвардии и ВСУ. Дорогую форму, шлемы и бронежилеты поставляли украинские производители, а обувь заказывалась напрямую у именитых итальянских и американских фирм. При этом обычная униформа Нацгвардии полку тоже выдавалась, но особой популярностью не пользовалась.

Пресс-служба «Азова» изо всех сил старалась привить нацистской банде облик суперпрофессионального подразделения. Однако перед Новым 2015 годом всех артиллеристов полка поймали на наркоте. Чтобы полностью не разгонять артиллерию, выгнали только тех кто «на колесах», травокуров оставили. Полученные танки, ввиду отсутствия достаточного числа подготовленных экипажей, по большей части простаивали без дела.

К лету 2015 года «Азов» окончательно превратился из полка Нацгвардии в чисто коммерческий проект. Командование стала интересовать не борьба с «сепарами», а зарабатывание денег на грабежах, разбоях внутри Украины и участие в киевских политических интригах. Готовность карателей применить силу против собственного народа делало «Азов» незаменимым силовым инструментом в руках главы МВД Авакова. Рано или поздно, это не могло не привести к его конфликту с президентом Порошенко.

15 июля 2016 года спецназ СБУ захватил в Запорожской области хорошо вооруженную банду, напавшую на машину инкассаторов. Налётчиками оказались боевики «Азова». После чего весь полк с санкции украинского президента подвергли массированному прессингу со стороны Прокуратуры и СБУ. Командир «Азова» Игорь Михайленко (Черкасс) попал за решётку, а сам полк частично выдавили из оккупированного Мариуполя в Запорожскую область.

«Азов» был серьёзно ослаблен, но устоял благодаря покровительству главы МВД Авакова. Вскоре на учебной базе полка открылась военная школа имени Евгения Коновальца, а затем и Хорунжая школа имени Николая Сциборского. «Азов» превратился в «маяк» неонацистских и ультранационалистических организаций всей Европы и активно работает над созданием украинского «Иностранного легиона». Эта цель включена в программу политического движения «Национальный корпус», основателем которого является первый командир полка «Азов» Андрей Билецкий.

Общее состояние украинской Нацгвардии, несмотря на изначальную элитарность данной структуры, остаётся далёким от идеала. Среди военнослужащих высок процент правонарушений. Раздражённый глава МВД Аваков не раз требовал от командования Нацгвардии навести порядок и усилить процесс украинизации. То есть тщательно следить, чтобы военнослужащие общались между собой и даже матерились только на украинском языке.

В случае начала полномасштабной русско-украинской войны десантников и нацгвардейцев планировалось подчинить Министерству обороны и использовать в качестве второго эшелона, пока русские танки, артиллерия и авиация будут перемалывать в Донбассе армейские бригады ВСУ.

Значительные изменения за последние годы претерпели украинские танковые войска. Если к началу 2014 года ВСУ располагали всего двумя танковыми бригадами сомнительной боеспособности, то к 2018 году их стало уже шесть.

1-я танковая бригада по праву считалась элитной и единственной в ВСУ имела на вооружении модернизированные Т-64БМ «Булат». При этом треть этих «супертанков» даже не имела динамической защиты. Её пришлось устанавливать в авральном порядке уже осенью 2014 года, в период относительного затишья на фронте. В итоге за первый год АТО был потерян 21 «Булат», ещё 50 отправились в долгосрочный ремонт.

Осенью 2014 года в состав 1-й танковой бригады в качестве пополнения были включены два батальона территориальной обороны. Пока восстанавливались повреждённые «Булаты», танкисты получили близкие им по характеристикам Т-64БВ и изъятые из контракта с африканским Конго Т-64Б1М.

В рамках проводимой политики декоммунизации бригаду лишили гвардейского звания и советского боевого прошлого. Вместо наименования 1-й отдельной гвардейской танковой Новгородской орденов Красного Знамени, Кутузова, Богдана Хмельницкого, Александра Невского и Красной Звезды, бригада стала назваться просто 1-й отдельной Сиверской танковой бригадой.

17-я танковая бригада к началу войны, по сути, представляла собой базу хранения неисправной техники. В 2014 году из её состава с трудом формировали ротные группы, которые пополняли спешно мобилизованными и бросали на различные участки фронта (Луганск, Иловайск, Дебальцево, донецкий аэропорт). В сентябре 2014 года батальонно-тактическая группа бригады была переброшена в Мариуполь, где понесла чувствительные потери.

Сформировать из бригадного хлама ещё одну батальонную или ротную группу представлялось весьма проблематичным. Выход был найден путём включения в состав бригады 40-го батальона территориальной обороны «Кривбасс», которому придали статус отдельного мотопехотного и усилили оставшимися у бригады 5 исправными танками и 35 БМП. Вскоре батальон был полностью разбит в дебальцевском котле. И лишь с наступлением долгосрочного перемирия весной 2015 года бригада получила возможность начать нормальный процесс восстановления.

В 2019 году 17-й танковой бригаде присвоено «почетное» наименование имени петлюровского атамана Константина Пестушко, который за время Гражданской войны 1918—1920 гг. предал всех и вся. Сначала этот Георгиевский кавалер царской армии поддержал Временное правительство, после служил немецкому ставленнику Скоропадскому. От гетмана переметнулся к Петлюре, а после – к Нестору Махно. Некоторое время он даже числился в большевиках, после которых стал вольным атаманом. Поднял мятеж в Холодном Яре и был ликвидирован спецотрядами чекистов.

Периодически вырывая у 1-й и 17-й бригад по полноценному батальону, бандеровский режим сформировал на их основе четыре новых танковых бригады – 3-ю, 4-ю, 5-ю и 14-ю. Их основное вооружение – танки Т-72 и частично Т-64БМ «Булат».

1-я и 17-я танковые бригады постоянно находятся в зоне АТО, 5-ю отправили на границу с Крымом. Остальные три танковые бригады стоят в резерве. Степень их боеготовности остаётся под вопросом из-за острой нехватки личного состава и исправной техники.

Большие изменения произошли и в механизированных войсках. На момент начала войны в Донбассе украинская армия располагала восемью механизированными бригадами: 24-й, 28-й, 30-й, 51-й, 72-й, 92-й, 93-й и 128-й (последняя имела статус горно-пехотной).

24-я механизированная бригада, укомплектованная жителями Западной Украины, показала себя одним из наиболее стойких подразделений ВСУ. С начала АТО она участвовала в боях под Славянском, Лисичанском, Луганском, в боях за 32-й блокпост и в Южном котле. Как результат – потеря почти всей техники и половины личного состава убитыми, ранеными и пленными.

Осенью 2014 года в состав бригады включили два батальона территориальной обороны, но полностью укомплектоваться личным составом ей так и не удалось. Многие военнослужащие дезертировали из-за неудовлетворительных условий службы и постоянных поборов, которыми занимались офицеры.

В 2017 году в рамках проводимой декоммунизации бригада получила новую символику, девиз на латыни и наименование – 24-я отдельная механизированная бригада имени короля Даниила.

28-я механизированная бригада из Одесской области потеряла в Южном котле сразу две батальонно-тактические группы и в середине августа 2014 года была выведена с фронта. Уцелевший батальон перебросили в Мариуполь. Для восполнения потерь в состав бригады включили два батальона территориальной обороны, после чего в 2015 году одесситы сражались в Марьинке. В 2019 году бригада получила новое наименование в честь «Лыцарей Зимнего похода» и нарукавную нашивку похожую на крест вермахта.

Однако из-за большого числа этнических русских 28-я бригада считалась бандеровцами неблагонадёжной. К тому же её постоянно преследовали коррупционные скандалы за продажу «налево» оружия, волонтёрской помощи и военного имущества. Часть земли в месте расположения воинской части передали под генеральские дачи. В то же время рядовой состав пребывал в скотских условиях. Посетивший полевой лагерь и блокпосты 28-й бригады одесский губернатор Михаил Саакашвили был в шоке: «Сразу скажу – очень впечатлила дисциплина и боевой дух наших бойцов. Тем более оскорбительны и неприемлемы условия, в которых они ютятся».

В ходе кампании 2014 года была сильно потрёпана и 30-я механизированная бригада: 1-й и 3-й батальоны под Саур-Могилой, 2-й батальон понёс большие потери в районе луганского аэропорта.

Для восстановления боеспособности в состав бригады включили два территориальных батальона. А осенью 2015 года обучением её личного состава занялись инструкторы 1-го батальона Канадского королевского пехотного полка 2-й механизированной бригадной группы. Практически все они имели опыт боевых действий в Афганистане. В 2018 году бригада получило новое наименование в честь литовского гетмана и князя Константина Острожского.

51-я механизированная бригада, которую с началом войны удалось укомплектовать практически по полному штату, начала свою боевую карьеру в зоне АТО с кровавого боя под Волновахой. После него бригаду срочно вывели в тыл, кое-как привели в порядок и вновь направили на фронт. По словам украинских журналистов, в это время бойцы бригады своим видом больше напоминали мексиканских повстанцев либо кавказских моджахедов. В бригаде процветало пьянство и «дедовщина».

Южный и Иловайский котлы поставили окончательную точку в боевой карьере 51-й механизированной бригады. При прорыве из Иловайска погибло большое количество её бойцов во главе с комбригом полковников Пивоваренко, после чего остатки бригады расформировали.

72-я механизированная бригада с началом АТО «засветилась» в кровавых событиях в Мариуполе 9 мая 2014 года. А спустя два месяца была полностью разбита в Южном котле. Часть бойцов погибла, часть сдалась российским пограничникам. От бригады остался «безлошадный» личный состав, из которого удалось сформировать одну батальонно-тактическую группу и осенью 2014 года вновь отправить её на фронт.

К началу 2015 года 72-ю бригаду восстановили и укомплектовали техникой. Бригада вела тяжёлые бои в Авдеевской промзоне, в 2018 году отметилась атаками на Горловку. При этом она получила новое наименование – 72-я отдельная механизированная бригада имени Чёрных запорожцев и нарукавные шевроны с «мёртвой головой» и девизом «Украина или смерть!»

92-я механизированная бригада из Харькова, укомплектованная уроженцами Донецкой и Луганской областей, с началом АТО не проявляла никакого желания воевать за бандеровские идеи против своих земляков. На фронт бригада смогла выставить только одну батальонно-тактическую группу, полностью разбитую под Иловайском. В дальнейшем бригада участвовала в боях на Бахмутской трассе, под Счастьем и Дебальцево.

Для усиления процесса «украинизации» в бригаду срочно включили три батальона территориальной обороны и 45-й отдельный мотопехотный батальон. Это сразу привело к конфликтам между украинскими и русскими военнослужащими. Только за три года (с мая 2014 по май 2017-го) по данным украинских депутатов в бригаде было зафиксировано 49 случаев гибели солдат и офицеров от неуставных отношений и самоубийств.

В мае 2015 года 92-я бригада стала широко известна после того, как в бою на луганском направлении взяла в плен двух русских спецназовцев ГРУ, которых позже обменяли на Надежду Савченко. Порошенко тогда наградил всех участников боя, включая и командира бригады полковника Николюка.

С сентября 2015 года за бригадой потянулась мутная история с расстрелом под Счастьем сотрудников СБУ и Государственной фискальной службы, которые занимались в зоне АТО разоблачением путей контрабанды оружия и наркотиков. Позже по подозрению в убийстве было арестовано несколько военнослужащих бригады, а на квартире её командира Николюка провели обыск.

В 2017 году новым командиром 92-й бригады стал подполковник Владимир Кокорев, отличающийся барскими замашками. На день рождения весь личный состав бригады собирал ему деньги на шашку, украшенную драгоценными металлами и камнями. Из Киева привезли оркестр, который три дня играл около здания штаба.

В 2019 году бригада получила новое наименование в честь кошевого атамана Запорожской Сечи Ивана Серко, который в своё время изменил Руси и в 1668 году был разбит русскими войсками в сражении под Харьковом.

93-я механизированная бригада полковника Олега Микаца, находясь в боях начиная со Славянска, понесла наиболее тяжёлые потери из всех подразделений ВСУ. На начало 2018 года они составили порядка 300 человек только убитыми. Но в целом бригаде удалось сохранить стойкость и боеспособность благодаря своему командиру, который был убеждённым нацистом и сторонником «Правого сектора»¹⁰. Это его бойцов украинская пропаганда именовала «киборгами», а саму бригаду – «закалённой в Аду».

В качестве пополнения в состав бригады включили три батальона территориальной обороны, после чего до весны 2016 года она сражалась в районе донецкого аэропорта. В 2015 году Микац получил погоны генерал-майора и ушёл на повышение, став первым украинским генералом, ни дня не служившим в Советской армии.

Летом 2016 года 93-я бригада вернулась на фронт в район Бахмутской трассы, где смогла немного продвинуться в так называемой «серой зоне». После года службы на фронте, бригада вернулась к месту постоянной дислокации, где её обучением занялись английские инструкторы с опытом боев в Ираке и Афганистане. В дальнейшем бригада воевала в Авдеевке и Бахмутке. А летом 2019 года ротная группа бригады приняла участие в учениях НАТО в Баварии.

В 2018 году 93-я механизированная бригада получила новое наименование в честь Холодного Яра – урочища, где украинские крестьяне вели борьбу с белыми и красными вплоть до 1922 года.

128-я горно-пехотная бригада в кампании 2014 года воевала на луганском направлении и понесла серьёзные потери. В качестве пополнения в её состав включили батальон расформированной 51-й бригады, а также махновский сброд собранный в трёх батальонах территориальной обороны с Западной Украины. Потеряв в боях часть своих БМП-2, бригада была вынуждена пересесть на ещё более откровенный хлам в виде расконсервированных БМП-1.

Зимой 2015 года 128-я бригада была хребтом обороны Дебальцево, оставив в котле значительную часть техники и около 300 военнослужащих убитыми и пленными. Остатки бригады вывел из котла командир бригады полковник Сергей Шаптала, за что тут же получил «Героя Украины» лично из рук президента Порошенко.

Весной 2015 года «безлошадную» 128-ю бригаду вывели на переформирование. Пополняли, чем могли – в основном расконсервированным с баз хранения советским хламом в виде старых БТР и гаубиц. Позже бригада получила танковый батальон Т-72 и приобрела статус горно-штурмовой.

Осенью 2019 года подорвался на мине и скончался в госпитале лишь недавно назначенный новый командир 128-й горно-штурмовой бригады полковник Коростелёв. Он стал вторым командиром бригады ВСУ, погибших в ходе карательной операции в Донбассе.

В конце 2014 года киевская хунта приступила к формированию в составе ВСУ трёх новых механизированных бригад – 14-й, 53-й и 54-й.

14-ю механизированную бригаду имени князя Романа Великого создали из батальона территориальной обороны «Волынь», а также реактивно-артиллерийский дивизиона, танкового батальона, противотанковой батареи и ремонтно-восстановительного батальона расформированной 51-й бригады. В январе 2015 года танковый батальон получил 31 танк Т-64, восстановленный на Львовском бронетанковом заводе. Однако их тут же пришлось отправлять обратно в цеха из-за недоделок и брака.

Саму бригаду привели в надлежащий вид. Её танковый взвод, под командованием капитана Романа Багаева, в 2016 году стал лучшим в армии, сумев обогнать коллег из танковых 1-й и 17-й бригад с их «Булатами». А когда Киев решил устроить соревнование между танкистами Сухопутных войск, ВМС и ВДВ, 14-я бригада вновь «уделала» своих коллег из 36-й бригады морской пехоты и 80-й десантно-штурмовой бригады.

После этого бригаде передали первую партию модернизированных танков Т-64 образца 2017 года и доверили представлять Украину на международных танковых соревнованиях стран НАТО – «Танковый вызов сильной Европы-2017». Там украинские танкисты неприятно удивили своих западных коллег. В упражнении «в обороне» их устаревший Т-64БВ показал себя «крепким орешком», обогнав американцев, французов и поляков.

В 2018 году для участия в очередном танковом биатлоне НАТО танкисты бригады вместо Т-64 получили шесть более современных танков Т-84У «Оплот» и новую огнестойкую форму. Однако во время боевых стрельб почти у всех Т-84 отказала система управления огнем и украинская команда с позором провалилась, заняв на биатлоне последнее восьмое место.

Осенью 2017 года в 14-ю бригаду была направлена специальная комиссия Министерства обороны в связи с угрозой бунта военнослужащих и жалоб волонтёров на отдаваемые командирами тупые приказы и воровство денежного довольствия. Некоторые военнослужащие бригады дезертировали, а некоторые с оружием в руках перешли на сторону восставшего Донбасса.

Но и после проведённой проверки атмосфера в бригаде не улучшилась – комбриг был замечен в продаже налево американских приборов ночного видения и привлечении личного состава к незаконной вырубке леса. А к приезду иностранных журналистов распорядился вывесить на переднем крае американский флаг, дабы хозяева по достоинству оценили его рвение.

53-я механизированная бригада формировалась в Луганской области из подразделений 17-й танковой и 24-й механизированных бригад, а также одного из батальонов территориальной обороны. Бригада получила танковый батальон Т-72, а также САУ «Гвоздика». В 2017 году воевала на Светлодарской дуге, затем в Луганской области и Горловке.

В 2020 году, в соответствии с украинской политикой тотального воровства русской истории, бригада получила новое наименование в честь русского князя Владимира Мономаха.

54-ю механизированную бригаду сформировали из подразделений 17-й танковой, 24-й и 30-й механизированных бригад, а также 25-го мотопехотного батальона «Киевская Русь». В последнем служили несколько десятков грузинских боевиков, взявших в руки оружие, чтобы мстить России за своё унизительное поражение в войне 2008 года. Местом дислокации бригады был определён донецкий город Артёмовск (переименованных бандеровцами в Бахмут). После полугода боевых действий в зоне АТО, бригаду вывели в тыл для восстановления боеспособности.

Зимой 2016 года бригада вновь отправилась на передовую, заняв оборону на так называемой Светлодарской дуге. В начале апреля 2017 года, после 13 месяцев непрерывных боевых действий, её вывели на Чугуевский полигон. Здесь бригада фактически утратила боеспособность – как из-за нехватки боевой техники, так и из-за пьянства личного состава, который не горел желанием возвращаться на передовую. Для восстановления боеспособности в состав бригады включили 46-й батальон спецназа «Донбасс-Украина» и вернули на фронт.

В декабре 2017 года 54-я механизированная бригада прогремела на всю Украину. Из-за жадности комбрига Майстренко, который не поделил доходы от контрабанды с грузинскими наёмниками, батальон «Киевская Русь» отказался собирать традиционную крупную сумму в подарок комбригу на Новый год. Часть грузин со скандалом покинула ряды ВСУ. В январе 2018 года их примеру последовали ещё 200 контрактников. В итоге потерявшую боеспособность бригаду убрали из зоны АТО. В дальнейшем она воевала в районе Горловки.

В 2020 году бригада получила «почётное» наименование известного предателя гетмана Ивана Мазепы.

В 2015—2018 годах киевской хунтой были дополнительно сформированы 10-я горно-штурмовая, 61-я пехотно-егерская, 15-я, 33-я, 60-я, 62-я, 63-я и 66-я механизированные бригады.

Таким образом, общее количество механизированных и горно-пехотных бригад в ВСУ после 2014 года возросло вдвое. Однако это самым отрицательным образом сказалось на их укомплектованности танками, бронемашинами, артиллерией и РСЗО. Бригады постоянно несли потери на фронте, а людские пополнения и расконсервация старых запасов техники запаздывали. В результате почти все механизированные бригады имели ограниченную боеспособность. Всё лучшее, что удавалось получить от американцев или украинского ВПК, получали десантники и нацгвардейцы. А то немногое, что всё-таки перепадало армии, держалось в тылу для парадов и выставок.

Именно острая нехватка техники вынудила киевскую хунту приступить к формированию так называемых мотопехотных бригад. Вместо полноценного танкового батальона они получили лишь танковую роту, ограниченное количество бронемашин, пехоту на автомобилях и буксируемую артиллерию. Всего было сформировано пять мотопехотных бригад – 11-я, 56-я, 57-я, 58-я, 59-я. Фактически, это были резервные части, пригодные для затыкания дыр на фронте и ждущие технику, чтобы превратиться в полноценные механизированные бригады.

56-я бригада формировалась в Мариуполе из трёх батальонов территориальной обороны к которым получила танковую роту и артиллерийский дивизион. Здесь же постоянно и держала оборону, получив наименование «Мариупольская».

57-я бригада была сформирована путём слияния трёх батальонов территориальной обороны Кировоградской области. Все они прошли через горнило боёв в Иловайске, Горловке и Дебальцево, но общая дисциплина и уровень подготовки от этого повысился не особо.

В 2015 году в состав бригады включили танковую роту, дивизион буксируемых гаубиц и дивизион противотанковых пушек. Также были сформированы разведывательная, инженерно-саперная, медицинская роты, взвод снайперов и зенитно-артиллерийский дивизион. Из-за острой нехватки БМП и БТР, бригаду пришлось вооружать БРДМ-2.

Вплоть до мая 2016 года 57-я бригада вела позиционные бои под горловским посёлком Зайцево, терроризируя мирное население артиллерийскими обстрелами снайперским огнём. Затем бригаду, потерявшую до 40 человек убитыми, вывели из зоны АТО и перебросили на границу с Крымом.

Летом 2017 года соединение вернули на фронт в посёлок Пески под Донецком. Спустя несколько месяцев в бригаде разразился настоящий мятеж с требованием снять нового комбрига полковника Юрия Головашенко, который начал жёстко наводить порядок, не брезгуя избиениями обдолбанных водкой и наркотиками подчинённых. Бригаду вновь вывели на отдых.

На фронт она вернулась лишь весной 2018 года, а год спустя получила «почётное» наименование в честь предателя-атамана Запорожской Сечи Кости Гордиенко.

58-я мотопехотная бригада также была сформирована из трёх батальонов территориальной обороны. С начала 2016 года вела бои в районе Авдеевки. Летом 2017 года сменила 93-ю бригаду в районе Бахмутской трассы. При этом командир бригады подполковник Михаил Драпатый выгнал на передовую почти всех военнослужащих, не оставив никого в тылу. По словам одного из приближенных к командиру, такими действиями тот хотел подняться по карьерной лестнице. «Для него солдаты – расходный материал», – подчеркнул анонимный источник, добавив, что подполковник пойдет на все, ради достижения своей цели, и даже «положит» весь личный состав, если это будет необходимо.

В конце 2017 года личный состав 58-й бригады из-за тотальной нехватки продовольственного обеспечения начал массово покидать передовые позиции. Окончательно бригаду вывели с фронта весной 2018 года. В 2019 году она получила «почётное» наименование ещё одного известного предателя – гетмана Ивана Выговского.

59-я мотопехотная бригада с момента своего формирования занимала позиции на крымском перешейке. Но и здесь умудрилась понести потери. В начале 2017 года на полигоне в Одесской области, где проходил боевое слаживание 9-й батальон бригады, вследствие использования боеприпасов с истекшим сроком хранения в канале ствола миномета взорвалась мина. В результате трое военнослужащих погибли, двое получили тяжелейшие ранения. Тогда же от неосторожного обращения с оружием погибли заместитель командира бригады по вооружению и начальник штаба. Кроме того, ударился в бега проворовавшийся начальник финансовой службы.

Командование обвинило в случившемся заместителя командира бригады по работе с личным составом. Не выдержав давления, тот застрелился в собственном кабинете. В связи с неудовлетворительным положением дел и участившимися происшествиями, командование АТО решило прочистить мозги военнослужащим на фронте и отправило бригаду на передовую в Мариуполь.

В 2020 году бригада получила наименование имени «слуги трёх господ» Якова Гандзюка, который последовательно служил Российской империи, Временному правительству и УНР. После освобождения Киева от украинской оккупации был расстрелян большевиками.

Позднее командованием ВСУ была дополнительно сформирована 11-я мотопехотная бригада, но степень её укомплектованности и боеспособность остаётся под большим вопросом.

Значительные изменения за годы войны претерпели артиллерийские части. ВСУ начинали войну, имея две артиллерийские бригады: 26-ю и 55-ю. Уже в период боев за Славянск, украинским командованием была сознательно выбрана тактика по использованию артиллерийского огня в качестве средства террора против мирного населения и разрушения объектов социальной инфраструктуры. Убивая тысячи женщин, детей и стариков украинские артиллеристы стремились посеять страх и панику среди населения Донбасса. Однако каратели добились прямо противоположного результата – первоначальный страх людей вскоре переплавился в стойкую ненависть к украинским «освободителям».

В ходе кампании 2014 года обе артиллерийские бригады и все артиллерийские группы механизированных бригад понесли значительные потери. Уцелевшие артиллерийские орудия и РСЗО получили значительный износ стволов, что делало их стрельбу менее точной. Поэтому осенью 2014 года началась масштабная расконсервация советских запасов артиллерийской техники. Из-за катастрофической нехватки САУ, артиллерийские группы и новые бригады пришлось вооружать буксируемыми гаубицами Д-30 и Д-20, что сильно снижало возможность маневра на поле боя.

Наиболее боеспособная 26-я артиллерийская бригада (получившая наименование петлюровского генерал-хорунжего Романа Дашкевича) получила пополнение в виде территориального батальона «Киев», а также снятые с хранения САУ «Гиацинт» и «Пион». 203-мм орудия последних были способны стрелять 100-кг снарядом на 47 километров. В наследство от СССР Украине досталась почти сотня «Пионов». Для локального конфликта они были явно избыточны и неудобны, в отличие от РСЗО. Но для «Пионов» на Украине как раз остался некоторый запас снарядов, что было немаловажно в условиях наметившегося дефицита ракет к реактивным системам.

Позже дивизион сверхтяжёлых САУ «Пион» вывели из состава бригады и на его основе создали 43-ю артиллерийскую бригаду большой мощности, в состав которой включили 45-й мотопехотный батальон, переведённый из состава 92-й механизированной бригады.

По такой же схеме была восстановлена боеспособность 55-й артиллерийской бригады, которая позднее получила наименование Запорожской Сечи.

На базе расформированной ещё до войны 11-й артиллерийской бригады, в Тернополе была создана 44-я артиллерийская бригада, подразделения которой были немедленно переброшены для прикрытия украинских войск в район Бахмутской трассы, донецкого аэропорта и Углегорска. Помимо САУ «Гиацинт» и буксируемых «Мста-Б» бригада получила несколько САУ «Пион». В 2015 году в её состав был дополнительно включён 6-й мотопехотный батальон «Збруч».

Также в 2014—2018 годах были созданы 38-я, 40-я имени Великого князя Витовта и 45-я артиллерийские бригады, которые вооружили противотанковыми пушками «Рапира» и буксируемыми гаубицами «Гиацинт-Б» и «Мста-Б». Таким образом, к 2019 году в составе ВСУ числилось 7 артиллерийских бригад, на вооружении которых имелось до двух тысяч САУ, орудий и РСЗО.

Первоначально украинская артиллерия практически не имела современных средств контрбатарейной борьбы. Украинский ВПК разработал несколько удачных образцов станций артиллерийской разведки, но на вооружение их так и не приняли.

И тут на помощь пришли американцы. 29 сентября 2015 года президент США Барак Обама подписал распоряжение о передаче Украине радиолокационных систем типа AN/TPQ стоимостью 10 млн. долларов каждая. Десятки этих станций вместе с американскими специалистами были доставлены на полигон под Львовом. При этом американцы специально модифицировали системы таким образом, чтобы украинские военные не могли засекать залпы с российской территории и не провоцировали российских военных.

Отдельный разговор – подготовка расчетов. Массовый призыв в ВСУ резервистов привел к тому, что к орудиям ставили людей, которые видели их раньше только на картинках. Например, 55-я артиллерийская бригада, в качестве пополнения получила разгромленный в Иловайске батальон «Днепр-2», состоящий из членов «Правого сектора»¹¹, вообще не имевших никакого представления о данном роде войск.

Кадровые офицеры-артиллеристы старались поправить дело и со временем им это удалось. Выучка украинских артиллеристов серьёзно возросла. Они сыграли важную роль в обороне донецкого аэропорта, хорошо отработали во время сражения за Дебальцево и получили огромный опыт в ходе многолетней позиционной войны. При этом украинской артиллерии до сих пор не хватает примерно тысячи лейтенантов. Выпуск офицеров-артиллеристов вплоть до 2016 года не превышал 30 человек в год. Затем его увеличили до 250, но в армию этот мизер попал лишь в 2020 году.

19-я отдельная ракетная бригада была единственной в ВСУ, имевшей на вооружении ракетные комплексы «Точка-У». Она активно (но почти всегда безуспешно), применяла их в ходе кампании 2014—2015 годов. Следственный комитет России установил, что по приказу командира 19-й ракетной бригады полковника Фёдора Ярошевича «Точки» с осколочно-фугасными и кассетными зарядами целенаправленно применялись против мирного населения городов Луганск, Ровеньки, сел Новосветловка и Терновое, поселка Юбилейное. То есть на счету бригады и её командира-преступника десятки убитых мирных жителей.

Для более полного комплектования в состав 19-й бригады включили батальон территориальной обороны Хмельницкой области и расконсервировали с хранения несколько ракетных комплексов. В декабре 2019 года бригада получила почетное название «Святая Варвара».

Претерпела изменения и украинская реактивная артиллерия. К началу войны в ВСУ существовало три полка реактивной артиллерии 15-й (РСЗО «Смерч»), 27-й (РСЗО «Ураган») и 107-й (РСЗО «Смерч»). Позднее 27-й и 107-й полки были развёрнуты в бригады.

В 2018 году в Генштабе Украины добрались и до реформирования железнодорожных войск, так как в соседней России они весьма эффективно показали себя во время кампаний в Чечне и на учениях «Кавказ-2016». В 2018 году украинских военных железнодорожников переподчинили из Министерства транспорта Министерству обороны. Существующие комбинированные и отдельные отряды планируется переформировать в бригады, полки и отдельные батальоны.

Резкий рост численности украинских бригад и соединений до предела обострил вопрос пополнения их личным составом. С марта 2014 по август 2015 года киевской хунте пришлось провести одну за другой шесть (!) волн принудительных мобилизаций. Все они провалились, так как массовой поддержки населения бандеровский режим никогда не имел. И если в первых волнах ещё было значительное число одурманенных идеями Майдана добровольцев, то затем их число резко снизилось.

Осенью 2015 года мобилизации были прекращены. Стало совершенно ясно, что Россия не планирует вторжения на Украину. К тому же в связи с массовой безработицей, обнищанием населения и оголтелой русофобской пропагандой у ВСУ и без мобилизаций появилась возможность нанимать практически неограниченное количество желающих. В том числе и технических специалистов.

И хотя миллионы жителей Украины предпочли от греха подальше эмигрировать в Россию и Европу, порядка 100 тысяч безработных люмпенов украинской глубинки добровольно пошли на контрактную службу. Одной из заманчивых перспектив для них служило получение положенных льгот, бесплатной земли и туманное обещание помочь по окончанию службы в трудоустройстве в зарубежные частные военные и охранные компании.

Летом 2016 года украинский президент Порошенко подписал Указ №248, позволяющий проходить службу в ВСУ иностранцам и лицам без гражданства. Аналогичный указ в декабре 2015 года был подписан и о службе иностранцев в Национальной гвардии. Однако никакого массового наплыва мигрантов в ряды «воинов света» не наблюдается и по сей день. Указы были приняты с другой целью – легализация иностранных инструкторов, наёмников и головорезов, приехавших воевать с русскими ещё в 2014 году.

С целью доукомплектования армии, украинские власти повысили возрастную планку для контрактников обоего пола вплоть до 60 лет. А министр обороны Полторак обратился к военным пенсионерам с призывом добровольно вернуться в ряды ВСУ.

Весь этот комплекс добровольно-принудительных мер позволил ВСУ пополнить штаты армейских подразделений и создать мобилизационный резерв, получивший в боях в Донбассе реальный боевой опыт. Благодаря этому украинское командование получило возможность осуществлять ротации армейских подразделений на передовой. Пока русские бойцы донбасских корпусов практически непрерывно бились с врагом на передовой, подразделения ВСУ регулярно отводились в тыл на отдых, пополнение и учебно-боевую подготовку.

И всё бы хорошо, но получение Киевом летом 2017 года европейского безвиза нанесло процессу комплектования украинской армии сокрушительный удар. Многие мужики предпочли уехать на заработки в Польшу, Чехию и Венгрию, а не складывать свои головы на Восточном фронте. В 2018—2020 годах из ВСУ добровольно уволилось 77 тысяч офицеров, прапорщиков и солдат-контрактников – более трети с таким трудом набранных профессионалов.

Призывные кампании последующих лет шли с огромным скрипом: на призывные пункты не являлось до 60% новобранцев. Например, из 25 тысяч юношей призывного возраста на Прикарпатье не смогли набрать даже требуемые 460 человек. Начиная с 2020 года в украинскую армию вновь стали брать с 18 лет, так как к 20 годам многие призывники уже поступали в институты и обзаводились семьёй. И понятное дело, что прерывать свою налаженную жизнь на гражданке и идти под пули в окопы Восточного фронта не желали.

Острая нужда в «пушечном мясе» привела к тому, что самыми влиятельными людьми на местах становились военкомы и сотрудники военкоматов – от них зависело попадёт украинец в армию или нет. Хлебное место письмоводителя райвоенкомата «продаётся» за 5—10 тысяч долларов. Должность военкома стоит на порядок выше.

Ещё одной проблемой, которую так и не удалось решить ВСУ – комплектование армейских частей квалифицированными офицерами, знакомых с современной боевой техникой и тактикой боя. Всё годы независимости украинские офицеры и генералы не получали практического опыта по управлению войсками. Первый год АТО показал профессиональную непригодность большинства из них. Те, кто хорошо проявил себя в боях, пошли на повышение. Но оставшиеся после них вакантные места необходимо было кем-то заполнять. А чтобы стать тем же лейтенантом, необходимо пройти продолжительную тактическую и оперативную подготовку.

Военные ВУЗы Украины, которые должны были поправить дело, уже многие годы испытывают нехватку абитуриентов. В 2017 году курсантами стали всего 4,5 тысячи человек. Многие молодые люди, получая достоверную информацию от волонтёров и ветеранов АТО, прекрасно понимали, что достойное денежное довольствие, жилье и льготы гарантированы им лишь на бумаге. Да и давали эти гарантии майданные жулики вроде Порошенко, Яценюка и Гройсмана. К тому же украинцы осознавали, что рано или поздно им придётся напрямую воевать с российской армией. И перспектива попасть под удар «Солнцепёка» или «Искандера», в лучшем случае оставшись на всю жизнь никому не нужным калекой, не впечатляла.

Чтобы компенсировать острую нехватку младших офицеров, президент Порошенко поднял возрастную планку для поступления в ВУЗы до 30 лет. Одновременно училища и академии по методикам Великой Отечественной войны организовали трехмесячные курсы младших лейтенантов и проводили досрочные выпуски молодых офицеров. Массово призывались в войска так называемые «пиджаки» – выпускники военных кафедр гражданских ВУЗов, никогда вообще не помышлявших об армейской службе. Итог – половина погибших на Восточном фронте командиров взводов, рот и батарей, те самые ничему толком не наученные «пиджаки» и выпускники трёхмесячных ускоренных курсов.

Но больше всего боеспособность ВСУ подрывало скотское отношение к солдатам и офицерам со стороны полковников и генералов, которые стремились выполнить поставленные задачи не считаясь с жизнями подчинённых. Размеры хищений в генеральско-полковничьей среде приняли просто неимоверные по своей циничности масштабы. Умудрились продать налево даже огромные запасы печек-«буржуек», в результате чего армия осталась замерзать и печки пришлось делать из старых газовых баллонов. Под списание на металлолом попадала исправная боевая техника, расхищались запасы продовольствия, боеприпасов и полевой формы. Уже в 2014 году число долларовых миллионеров среди украинского генералитета увеличилось в разы.

Огромная пропасть между «панами генералами» и рядовым «быдлом», характерная для петлюровских и украинских войск, ярко проявилась осенью 2017 года. Тогда при посещении фронта один из украинских генералов Пётр Никитенко презрительно обозвал карателей батальона «Донбасс» «мародерами и ворами, которые сбежали из Иловайска». Затем генерал с оттенком обречённости признал, что с «Россией мы воевать не можем, потому что это – великая держава». Скандал вышел немалый. Никитенко отозвали из зоны АТО и заставили принести извинения, но социальная пропасть в рядах ВСУ от этого никуда не делась.

Стоит особо отметить, что практически всё высшее и часть среднего украинского командного состава являются фигурантами уголовных дел Следственного комитета России за бесчеловечные методы ведения войны. Всего по уголовным делам проходит около сотни украинских военных, среди них двадцать – из высшего военного руководства страны. Все они прекрасно понимали, что бандеровский режим не вечен. И как только он рухнет, всех до единого участников АТО можно будет смело сажать на нары.

Что касается рядовых и офицеров, то они прекрасно видели олигархические разборки, передел собственности, воровство вышестоящих командиров. Многие из тех, кто погнался за длинной гривной оказался обманут. Чтобы не платить положенные зарплаты, в украинской армии широкое распространилась практика массового вывода военнослужащих за штат. В такую ситуацию попали десантники 79-й аэромобильной бригады, которые первые полгода АТО провоевали за штатом и остались без положенных денег. Окончательно их терпение лопнуло весной 2017 года, когда в связи с очередными задержками зарплаты и материальной помощи за 2016 год, личный состав бригады подал рапорты на увольнение.

Конечно же, это массовое «увольнение» являлось обыкновенной уловкой. Ведь согласно КЗоТу работодатель в этом случае обязан выплатить сотруднику всю задолженность. Как только десантники таким нехитрым способом выбили свои «кровные» (а точнее, кровавые) деньги, тут же устроились обратно. Деваться им было некуда, так как работы на Украине стало очень мало.

Вскоре бунты в украинских бригадах приобрели регулярный характер. Попытки командования использовать на переднем крае военнослужащих тыловых и обеспечивающих подразделений 72-й механизированной бригады, привели к беспорядкам, в результате которых бригада в полном составе подала рапорта на увольнение. Подобное произошло в 30-й и 93-й механизированных бригадах, где бунтовали против скотских условий содержания.

Зимой 2016 года взбунтовалась 53-я механизированная бригада, которая проходила обучение на полигоне «Широкий Лан». Рассчитанный всего на 1,5 тысячи человек так называемый «Ширлан» зачастую одновременно принимал до 8 тысяч военнослужащих и скорее смахивал на нацистский концлагерь, чем на полигон «лучшей армии Европы». Жили солдаты в скотских условиях – дырявые палатки, вши, отсутствие дров, холод и непролазная грязь. На завтрак, обед и ужин – только сухой паек и минимум воды. ГСМ и стройматериалы для полигона выделялись, но уходили на частное предприятие, которое принадлежало дочери начальника полигона.

В феврале 2016 года терпение военнослужащих 53-й бригады лопнуло. В военную прокуратуру гарнизона города Николаев отправились 56 ходоков с челобитной. По пути налетели телевизионщики, после чего разразился грандиозный скандал, докатившийся до Киева и Брюсселя. Как быстро выяснилось, ситуация с 53-й бригадой ничем не отличалась от ситуации с другими соединениями ВСУ, которые размещали на полигоне.

После скандала в некоторые палатки провели электроэнергию, привезли дрова, которые тут же отсырели, кое-как оборудовали места для сна. И только. Командование не смогло обеспечить полигон даже необходимым количеством деревянных настилов, потому при любом дожде «Ширлан» размокал так, что передвигаться по нему становилось невозможно, а обветшалые палатки тонули в размытом грунте.

Вообще проблема размещения в тылу воинских частей так никогда и не была разрешена. После 2014 года количество бригад ВСУ возросло в два раза. Им требовались новые казармы, общежития, военные городки, склады для техники и имущества. Если в зоне АТО бригады более-менее наладили свой быт, а наиболее острые проблемы старались оперативно решаться Киевом, то в тылу творился форменный бардак. В 2017 году было заявлено о строительстве трех военных городков, в 2018-м – поставлена задача обеспечить войска 23 тысячами новых койко-мест. Но по сути это капля в море. Выводимые с фронта подразделения вновь и вновь приходилось размещать в палаточных лагерях с минимум удобств. Особенно тяжело приходилось зимой – нехватка зимнего топлива, угля, дров, качественного зимнего обмундирования.

Постоянные скандалы вызывали официальные сводки потерь – президент, Генштаб и Военная прокуратура озвучивали совершенно разные цифры. Так, согласно справке Минобороны в 2016 году боевые потери украинской армии составили 211 человек убитыми, небоевые – 256 человек. За 2017 год официально погибло ещё около 200 военнослужащих.

В то же время министр обороны Полторак, выступая 15 июня 2016 года в штаб-квартире НАТО в Брюсселе, озвучил иные цифры потерь за первое полугодие 2016 года – 623 человека. Если прибывать к ним 256 убитых по небоевым потерям, а затем и цифру погибших за второе полугодие 2016 года, то получится почти 1000 военнослужащих.

Такая неопределенность была весьма выгодна бандеровскому режиму и ворам в генеральских погонах. Ведь зачастую снабжение боевых подразделений организуется без учета фактического числа потерь, по полной программе. Сотни погибших продолжали числиться как действующие бойцы, на которых выделялось соответствующее продовольственное и денежное довольствие. «Лишние» средства оседали в карманах генералов и полковников.

Положенные по закону компенсации за погибших в зоне АТО получить оказалось невероятно сложно, так как украинским властям не было дела ни до сделавших своё чёрное дело «небесных героев», ни до членов их семей. Всё, что касается денег, они пресекали на корню. Убитых на Восточном фронте постоянно записывали в самоубийцы, в пропавшие без вести, дотошно проверяли трупы на наличие алкоголя (убитый в пьяном состоянии немедленно лишался всех положенных льгот).

В октябре 2014 года разразился всеукраинский скандал в связи с гибелью младшего сержанта 41-го батальона территориальной обороны Артёма Рудника. Родственникам погибшего отказали в выплате компенсации, сославшись на то, что младший сержант погиб не в бою, а якобы покончил жизнь самоубийством. В самоубийцы записали и бойца 59-го мотопехотного батальона Юрия Барашенко, погибшего в районе Попасной летом 2016 года. Хотя его смерть наступила «от пяти выстрелов в голову и шею». Следствие по его делу длилось до января 2018 года, когда родным убитого карателя всё-таки присвоили статус членов семьи погибшего.

Раненые и ставшие инвалидами в ходе боевых действий в Донбассе часто проходили по документам, как пострадавшие на бытовой почве. При такой формулировке им не полагалось вообще ничего. Многих оказалось нечем и не на что лечить. Выделенные на медицинское обеспечение средства исчезали в неизвестном направлении. Когда в 2017 году велись тяжёлые бои под Авдеевкой медики украинских госпиталей и больниц вынужденно обращались к населению с просьбой приносить самые необходимые медикаменты и средства гигиены, вплоть до бинтов и питьевой воды!

В итоге за первые четыре года АТО 34 тысячи украинских военнослужащих предпочли дезертировать из рядов «лучшей армии Европы», не выдержав наплевательского к себе отношения, безденежья и унылого быта окопной жизни. Работать в Польше или заниматься рэкетом, вымогательством и поборами на Украине для них оказалось куда безопаснее и материально выгоднее.

Оставшиеся на передовой с тоской наблюдали, как нацгвардейцы на своих блокпостах неплохо наживаются на поборах и грабеже. Пограничники после трёхмесячной командировки в зону АТО, сколачивали целые состояния. Они и ранее прилично зарабатывали, «крышуя» поставки контрабандных сигарет, алкоголя и продуктов на границах с Европой и Россией. Но такой размах контрабанды, как в зоне АТО, не снился даже им. Поток денег непрерывно тёк в Киев и оседал в карманах руководства ГПСУ, СБУ, полиции и прокуратуры. Армейцев к своим хлебным местам пограничники и нацгвардейцы близко не подпускали – каждый на передовой зарабатывал как мог.

Артиллеристы сознательно расстреливали огромные запасы снарядов по городам и селам Донбасса, убивая измученных обстрелами русских мужчин, стариков, женщин и детей. С учётом ежедневного расхода на фронте 150—250 снарядов, сдача в металлолом 8-кг латунных гильз приносила доход в пределах 3—5 тысяч долларов. Половина этих кровавых денег отсылалась «наверх», вторая оседала в карманах местных военных. Очень неплохое подспорье к скромной штабной зарплате и регулярная весомая «шабашка» для командиров бригад и батарей.

Младшие офицеры и рядовые бесцельно «жгли» латунные патроны крупнокалиберных пулемётов, которые также можно было неплохо «монетизировать» в алкоголь и наркотики. Кто-то торговал оружием с «сепарами» или бандитскими группировками. Доход приносили и так называемые «коридоры», ведущие в обход официальных КПП на линии разграничения. Проводники из местных собирали группы и с разрешения местного украинского командира проводили их с ручной кладью в обход минных полей.

Так и жили. Многим отупевшим от войны карателям было уже всё равно. Война на долгие годы приняла позиционный характер, и их фронтовая жизнь вошла в свою размеренную колею. Быт и снабжение худо-бедно налажены, позиции оборудованы. Внутри блиндажей установлены печки, проведен свет, на стенах висят ворованные ковры, есть телевизоры и микроволновые печи. С интернетом и мобильной связью тоже проблем нет. А главное – не надо думать, как выживать на гражданке и чем кормить семью. Повернуть на Киев и разобраться с олигархами украинские военные боялись, дезертировать или переходить на сторону Русского мира тоже. Основная масса предпочитала убивать время обстрелами донбасских городов и сёл, а затем топить муки совести на дне стакана.

Алкогольная и наркотическая зависимость военнослужащих стала одной из главных проблем ВСУ. Пьянство на войне – не редкость, поскольку постоянный стресс всё время давит на человека. Однако употребление небольших доз тайком от командиров и беспробудное пьянство всё-таки не одно и то же.

Украинская «патриотическая» общественность долгое время отмахивалась от нарастающей проблемы: дескать, враги сознательно очерняют имидж армии. Но когда в пьяном виде стали попадаться не только рядовые, но и высшие офицеры, а затем начались пьяные расстрелы своих же сослуживцев, проблему алкоголизации ВСУ вынуждены были признать и министр обороны Полторак, и начальник Генштаба Муженко. Президент Порошенко издал ряд указов и распоряжений о борьбе с пьянством и усилении ответственности за данное нарушение воинской дисциплины. Однако пока «зелёный змий» побеждает – как на фронте, так и в глубоком тылу.

Заместитель начальника УВД Херсонской области Илья Кива вспоминал: «В тех местах, где я нёс службу, это было почти ежедневно. Получил письмо, пошел в поле и погиб. Думали, что произошло? Может снайпер? Потом нашли письмо, он выпил водки и решился на страшный шаг. А в Мариуполе, когда все говорили, что отравили спиртное: боец залез в танк и расстрелял из пулемета четверых сослуживцев, в том числе полковника и подполковника. Наутро когда приехали вязать, он ничего не помнил и не мог поверить, что такое сделал».

Об одном из самых трагичных инцидентов не смог умолчать даже главный военный прокурор Украины Анатолий Матиос. Осенью 2016 года один из вояк в пьяном угаре привел гранату в боевое состояние, после чего бросил её в печку. «Тринадцать человек полегло. Куда их записать?» – сетовал Матиос, комментируя произошедшее. По его словам общая цифра небоевых потерь ВСУ за четыре года АТО составила более 10 тысяч погибшими и ранеными!

Подобные проблемы присутствуют в той или иной степени во всех без исключения армиях мира. Но только в украинских войсках их предпочитали решать путём пыток и издевательств. Вначале так называемых «аватаров» просто обливали зеленкой, затем стали помещать в клетки или сажать в земляные «зинданы». Прошедших через такое «посвящение» заставляли делать самую грязную и тяжелую работу, их мог избить и унизить любой «полноправный» сослуживец. Сначала так «опускали» только солдат и сержантов, но вскоре дошли и до офицеров.

Для борьбы с пьянством в армии украинская Рада в 2017 году приняла закон, по которому употребление военнослужащими алкоголя или наркотических средств наказывалось штрафом до 2500 гривен или гауптвахтой до пяти суток, а при участии командиров ― до 3700 гривен и гауптвахтой до десяти суток. Но даже такие «драконовские» меры никак не сказались на пьянстве в армии, и оно продолжало цвести во всей своей неприглядной красе.

Вернувшихся с фронта «воинов света», вконец одуревших от безнаказанности и крови своих соотечественников, ждали новые испытания. С каждым месяцем экономическое положение в стране ухудшалось и на вакантные рабочие места карателей брали крайне неохотно, стараясь отказать по любой причине. Выехать на заработки со своими кровавыми биографиями им также стало крайне непросто – и в Европе, и в России не горели желанием видеть участников АТО на своей территории. В свою очередь жителей Украины раздражало, что «АТОшники» живут над законами общества – терроризируют простых людей, хотят особого к себе отношения и бесплатной жизни за счёт своих льгот.

Столкнувшись с равнодушием, брезгливостью и презрением со стороны сограждан и государства, каратели не могли найти себя в мирной жизни, не встречали понимания собственных проблем. Выступая осенью 2017 года в Верховной Раде Главный психиатр ВСУ полковник Олег Друзь сообщил, что 93% (!) участников АТО опасны для окружающих и страдают последствиями посттравматического стрессового расстройства в тяжелой форме. Многих из них терзали кошмары войны, мучили остатки совести за совершённые преступления, убивала депрессия.

Всё это выливалось в дикие преступления. Их список впечатляет: забил до смерти соседку, сделавшую замечание о курении в подъезде; зарезал такого же «ветерана» за то, что его сын громко играл на синтезаторе; убил жену и дочь и покончил с собой; застрелил престарелых родителей; украл деньги из кассы магазина; ограбил реабилитационный центр. Плюс взрывы, поджоги, «отжимы» бизнеса, самоубийства, взятие заложников. За первые 4 года АТО было открыто больше 27 тысяч уголовных дел, по которым проходило порядка 43 тысяч украинских военных (четверть наличной армии!).

Читатель вправе спросить – и как же президент Порошенко намеревался перестроить под стандарты НАТО это полупьяное, озлобленное на весь свет воинство? Что же, рассмотрим этот вопрос более подробно.

С началом войны в Донбассе, американцы немедленно прислали на Украину своих инструкторов, наёмников и вооружение. Согласно данным «WikiLeaks» ещё в 2014 году командующий Объединенными силами НАТО в Европе Филипп Бридлав, его предшественник Уэсли Кларк, люди из Госдепартамента Виктория Нуланд и Джеффри Пайетт, а также президент центра «Potomac» Филипп Карбер нашли оружие для Украины в обход президента США Барака Обамы. В Пакистане – 500 переносных комплексов TOW-2 и 8 тысяч противотанковых ракет к ним, а в Польше – танки Т-72 и гаубицы. Они не сумели передать это оружие только потому, что пакистанцы и поляки настаивали, чтобы администрация Обамы дала своё согласие на это. Хотя бы тайно.

Долгое время страны Запада официально не признавали факт поставок летального вооружения, но их болтливые украинские сателлиты постоянно проговаривались о том, что «заграница нам помогает» не только снаряжением, касками, аптечками, но и оружием. Громкий скандал вызвали слова советника президента Украины Юрия Луценко, который после саммита НАТО в Уэльсе в сентябре 2014 года сболтнул, что «были достигнуты договорённости о западных военных советниках и поставках современного оружия из США, Франции, Италии, Польши, Норвегии».

Представители оборонных ведомств стран НАТО поспешили опровергнуть сии неосторожные слова. Но вскоре о том, что летальное оружие литовского и польского производства уже находится на вооружении украинской армии, заговорили даже официальные представители ОБСЕ. Единственная в мире страна, которая не стала скрывать факт таких поставок оказалась Литва. 19 февраля 2015 года министр иностранных дел Линас Линкявичюс заявил: «Мы не специфицируем, какое это оружие, но это поддержка армии в рамках тех возможностей, которые у нас есть. Мы это делаем и призываем к этому других».

В феврале 2015 года представитель военного командования ДНР полковник Эдуард Басурин продемонстрировал журналистам экземпляры 75-мм и 155-мм снарядов производства США, которыми была обстреляна Горловка. «Последнее заявление президента США о том, что они рассматривают вопрос о предоставлении Украине летального вооружения. Это он заявляет, а в реалиях оно здесь уже существует», – резюмировал Басурин.

В целом США и их союзники довольно серьёзно вложились в военно-техническую помощь Украине – порядка 1,5 млрд. долларов за 2016—2020 годы. Ещё больше украинскому вермахту помогла… Япония! Общая сумма её пожертвований составила 1,85 млрд. долларов. Большая часть этих денег уплыла в США в виде оплаты работы советников, закупок Украиной списанной американской техники, станций контрбатарейной борьбы, медицинских аптечек, радиостанций, приборов ночного видения, беспилотников, оборудования для разминирования местности, сухпайков, GPS-навигаторов, тактического снаряжения, снайперских винтовок и боеприпасов к ним, комплектов летней и зимней камуфлированной формы, бронежилетов и кевларовых шлемов.

Помогая украинской армии, американцы прекрасно понимали, что при первом же серьёзном военном столкновении Украины с Россией все их вложенные средства тут же пропадут. Брать на себя дополнительные расходы и создавать современную армию в стране, где она могла повернуть штыки против своих же хозяев, американцам было совершенно ни к чему. США поддерживали Украину лишь в той степени, чтобы её армия сохраняла военное преимущество перед восставшим Донбассом.

Основной поток передаваемого Киеву вооружения составляли не новейшие западные высокоточные образцы, а советское оружие, бронетехника и боеприпасы бывшей Организации Варшавского договора, оставшемся в странах Восточной Европы после распада СССР. Расположенный в Болгарии «Вазовский машиностроительный завод» после 2014 года стал продавать Украине столько оружия и боеприпасов, что каждый год показывал рост прибыли в несколько сот процентов!

Прижимистые американцы постоянно понукали бандеровский режим к тому, чтобы он сам обеспечивал свою военную, экономическую и политическую устойчивость, чтобы был для НАТО дополнительным силовым ресурсом в борьбе против России, а не бездонной пропастью расходов и проблем. Уступая этому давлению, президент Порошенко год от года увеличивал поборы с украинского населения и значительную часть собранного тратил на военные расходы. На 2018 год общие затраты на силовые структуры составили рекордные для Украины 6,3 млрд. долларов, что превзошло военные бюджеты таких стран как Египет или Таиланд.

На рубеже 2015—2016 годов Минобороны Украины при содействии западных экспертов приняло четыре важных документа: Стратегия национальной безопасности, Военная доктрина, Концепция развития сектора безопасности и обороны и Стратегический оборонительный бюллетень. Выраженное в них общее стратегическое направление – поэтапный переход украинской армии на стандарты НАТО и подготовка к полномасштабной войне с Россией.

Реформа заключалась в переходе на стандартную для органов управления НАТО так называемую J-структуру, а войск – на G-структуру. Это позволяло любому военнослужащему НАТО, глядя на украинского коллегу, понимать, чем тот занимается и взаимодействовать с ним.

Однако у этой реформы была весьма болезненная обратная сторона – резкое сокращение числа генералов и «хлебных» должностей. Кстати, предыдущая попытка реформ в армии по натовскому образцу, проводившаяся при президенте Викторе Ющенко, провалилась именно из-за массового саботажа со стороны украинского генералитета.

После государственного переворота 2014 года представители НАТО вновь столкнулись с бюрократической волокитой, слабой инициативностью, медленном выполнении утвержденных программ. Вместо того чтобы доводить имеющиеся бригады до полного штата и 100% боеготовности, украинский Генштаб предпочитал плодить всё новые формирования. В результате появились больше 20 бригадных штабов, четыре штаба оперативных командований, четыре штаба секторов, четыре штаба родов Вооружённых сил и четыре штаба воздушных командований!

Добавил проблем и президент Порошенко, который решил, что 121 генерал и адмирал для Украины цифра несерьёзная и в начале 2015 года своим указом добавил ещё 30 генеральских должностей! Всего за период 2014—2017 годов на Украине появилось полсотни новых генералов. Их было бы ещё больше, если бы Порошенко удалась попытка одарить украинскую армию диковинным для неё званием бригадного генерала.

Десятки новых генералов никак не вписывались в требования НАТО, предусматривающие значительно сокращение поголовья «лампасоносцев». На встрече в Брюсселе 8 марта 2016 года с руководством Североатлантического альянса украинский министр обороны Полторак клятвенно пообещал, что Минобороны будет реформировано по стандартам НАТО до 2018 года, Генштаб – до конца 2020 года.

На практике же движение украинской армии к стандартам НАТО шло довольно извилистым путём. Так, осенью 2018 года генерал Полторак ушёл с военной службы и возглавил Министерство обороны в ранге гражданского лица. Также Украина избавилась от советской системы званий в армии, введя к 2020 году воинские звания по стандартам НАТО (хотя члены Альянса не обязаны их менять). В ВСУ появились такие диковинные для русского слуха звания, как мастер-сержант, генерал, бригадный генерал. Несколько раз менялась военная форма и знаки различия военнослужащих.

Что касается фундаментальных вопросов внедрения в украинской армии стандартных для НАТО процедур системы управления ВПК, медицинского и вещевого обеспечения, стандартов связи никакого стратегического прогресса в этих областях не наблюдается и по сей день. Что-то действительно внедряется, но этот процесс не носит массового характера, кардинально меняющего облик и структуру ВСУ.

Важнейшей компонентой переформатирования украинской армии под стандарты НАТО стал процесс переучивания украинских подразделений иностранными инструкторами. В марте 2015 года была запущена программа JMTG-U (Объединенная многонациональная тренировочная группа – Украина), после чего на Яворовский полигон Львовской области потоком хлынули инструкторы из США, Канады, Израиля, Дании, Литвы, Швеции, Польши и Великобритании.

Стараниями Пентагона Яворовский полигон превратился в один из лучших в Европе бригадных имитационных центров. За три последующих года здесь были подготовлены по стандартам НАТО 1200 украинских военных инструкторов и десять батальонов (восемь ВСУ и два Нацгвардии). При этом большое внимание уделялось освоению личным составом новейшей техники – современных систем связи, РЭБ, БПЛА, приборов технической разведки. Командующий Сухопутными войсками США в Европе генерал-лейтенант Фредерик Бен Ходжес заявил, что «подобные тренировки также полезны тем, что американские военные учатся у армии Украины, так как сами они никогда не вступали в боевые столкновения с армией России».

Летом 2016 года иностранные военные инструкторы появились и в 169-м учебном центре ВСУ «Десна» в Черниговской области. На американские деньги учебный центр был значительно обновлён и включал в себя 6 парков боевой техники на 1020 машиномест, 17 казарм на 5562 военнослужащих, 66 жилых домов на 2289 квартир и 93 хранилища. Также центру был передан современный мобильный госпиталь, а в Главный военный клинический госпиталь завезено современное канадское оборудование и медикаменты. Общая стоимость переданного добра – 1,8 млн. долларов.

Помимо этого в Литве заработала тренировочная база, которая готовит для ВСУ снайперов, личный состав ССО, механизированных, десантно-штурмовых подразделений, а также особо обученный армейскому лидерству сержантский состав.

Всего за 2015—2020 годы иностранные инструкторы подготовили личный состав нескольких бригад и батальонов общей численностью почти 35 тысяч человек. Но в целом уровень подготовки своих подопечных они ценили не слишком высоко. Один из британских инструкторов, прошедший Ирак и Афганистан, не стесняясь в выражениях обозвал украинских солдат «ленивыми ублюдками», «дебилами» и «пьяной шпаной». К тому же переданная очередному переобученному по стандартам НАТО украинскому батальону натовская техника, средства связи и экипировка вскоре невольно «расползалась» по всей армии и батальон терял свой элитный статус.

В сентябре 2016 года глава Пентагона Эштон Картер и министр обороны Украины Полторак подписали соглашение о двустороннем сотрудничестве, которое в первую очередь было направлено на дальнейшие реформы и повышение боеготовности ВСУ.

По настоятельным рекомендациям НАТО, в ВСУ взялись за реформу продовольственного обеспечения. Новая система питания по системе «шведский стол», с чистыми скатертями и сверкающей кухней появилась в 22 «экспериментальных» частях. Остальной армии пришлось довольствоваться старой системой, которая разительно контрастировала с системой питания, принятой в российской и американской армиях. Приближённые к «верхам» украинские компании продолжали контролировать рынок питания армии, что позволяло им диктовать цены и наживать баснословные барыши.

В ноябре 2017 года военная прокуратура Украины задержала по подозрению в миллионных растратах руководителя Харьковского национального университета Воздушных сил генерал-майора Андрея Алимпиева. Произошло это после того, как в интернете появились фотографии ежедневного рациона курсантов, в котором обнаружились личинки и взрослые насекомые.

По результатам проведения контрольных мероприятий и лабораторных исследований в украинской армии только с января по март 2018 года было выявлено 78 тонн некачественных или опасных пищевых продуктов и более 30 тысяч бракованных сухпайков, которые пользуются дурной славой из-за своего низкого качества. Кстати, украинские генералы сумели украсть и здесь – в сухпайках отсутствует часть заявленных продуктов.

В Брюсселе и Киеве понимали, что такими темпами перестроить ВСУ под стандарты НАТО удастся разве что лет через 50. Тем не менее, подчёркивая особу роль НАТО в деле реформ, Порошенко специально пригласил на очередной парад в честь Дня Независимости 24 августа 2017 года главу Пентагона Джеймса Мэттиса по кличке «Бешеный пёс». Вместе с ним в оккупированный Киев прибыли министры обороны Великобритании, Турции, Молдовы, Польши, Румынии, Черногории, Грузии, Литвы, Латвии и Эстонии. Тогда по Крещатику прошёл 231 иностранный интервент из Канады, Эстонии, Грузии, Великобритании, Латвии, Литвы, Молдовы, Польши, Румынии и США.

«Дорога у нас одна: широкий евроатлантический автобан, который ведет к членству в Европейском союзе и членству в НАТО. На этом пути мы уже разрушили визовый занавес», – похвалялся Порошенко, забывая о том, что только лишь ради получения безвиза и подписания Соглашения об ассоциации с ЕС он экономически разрушил страну и обрёк на страдания и нищенское существование миллионы людей.

В сентябре того же года, выступая с посланием к Верховной Раде, Порошенко сформулировал очередную стратегию Киева по сближению с ЕС и НАТО. По его словам, Украина будет приближаться к критериям Евросоюза и НАТО через секторальное интегрирование. «Вместе с североатлантическими партнерами мы обустраиваем украинскую армию. Стандартов НАТО Украина достигнет к 2020 году. По сути, не имея формального плана по достижению членства, мы выполняем его в одностороннем порядке. Курс на НАТО необратим, нужно выбрать оптимальный маршрут, средства передвижения и скорость», – заявил президент.

Одним из «секторов», через который Украина намеревалась протиснуться в ряды членов НАТО, стал больной вопрос захоронения погибших. Насмотревшись голливудских фильмов, в которых американских героев хоронили в пригороде Вашингтона на Арлингтонском национальном кладбище, в Киеве зимой 2015 года приняли решение создать Главное военное кладбище прямо в центре Киева и ввести в церемонию так называемое «свёртывание флага». В итоге дело благополучно заглохло. Элитным киевским кварталам могилы отработавших своё АТОшников оказались просто не нужны.

В 2020 году Украина получила статус «партнёра расширенных возможностей» НАТО, увеличила военный бюджет до 5,5 млрд долларов, а ВСУ наконец-то прошли реорганизацию командных структур по натовской J-структуре.

Ради объективности стоит отметить, что совместные усилия Украины и НАТО по созданию боеспособных вооружённых сил всё-таки не пропали даром. Украинская армия весны 2014 года и образца 2020 года – небо и земля. Украинская армия получила реальный боевой опыт и стала способна выполнять ряд новых задач, полностью восстановив подавляющее преимущество перед восставшим Донбассом по всем параметрам – численности войск, артиллерии, авиации, танках и бронемашинах. Благодаря западному «военторгу» оптикой и цифровой связью ВСУ оказались обеспечены куда лучше, чем донбасские корпуса. Почти в каждом батальоне появилось подразделение авиаразведки. Всё это позволило украинцам значительно улучшить управляемость и оперативную оценку обстановки на передовой.

Особенно сильно противник продвинулся в снайперском деле, начав систематическую массовую подготовку метких стрелков, оснащая их современными иностранными оптическими приборами, экипировкой и крупнокалиберными винтовками. Украинские снайперы чувствовали себя на фронте достаточно вольготно и развязали против военнослужащих и мирных жителей Донбасса настоящий террор. Были отмечены случаи поражения русских бойцов снайперским выстрелом в голову через бруствер окопа, из которого погибший выглядывал при помощи перископической трубы.

В лучшую сторону в украинской армии продвинулась логистика, питание, снабжение. Многие украинские бригады повысили свои боевые качества за счёт обучения инструкторами НАТО.

Значительно изменились и внутренние настроения украинских военнослужащих. За несколько лет сидения в окопах их мозги до отказа заполнили ядом национализма, русофобии и прозападного лакейства. В 2014 году Порошенко официально перенёс День защитника Отечества с 23 февраля на 14 октября – день образования Украинской повстанческой армии¹². Прежнее слово «товарищ» при обращении военнослужащих друг к другу было заменено на «пан». Проклятый в веках бандеровский лозунг «Слава Украине – Героям слава!» с 2018 года стал официальным приветствием ВСУ. Все эти меры не вызвали в украинской армии никакого протеста.

Окончательно «декоммунизировал» армию начальник Генштаба Виктор Муженко, который своим приказом лишил войска былой славы победителей Берлина, Вены, Будапешта. Вместо этого армии подсунули мутное варево из событий и персонажей украинского мифотворчества, густо замешанного на русофобской идеологии «многовекового противостояния Украины и России». Примером для подражания стали запорожские казаки (которые сами попросились в состав Руси), каратели из ОУН-УПА¹³ и дивизии СС «Галичина», нацистские прихвостни Бандера с Шухевичем, предатель гетман Выговский и прочие украинские деятели, известные своим рабским пресмыканием перед Западом и Ватиканом.

К 2020 году украинский вермахт разросся до 255 тысяч человек и включал в свой состав 6 танковых, 16 механизированных, горно-штурмовую, пехотную егерскую и 5 мотопехотных бригад.

Прибавим к ним 7 бригад десантников ДШВ, морскую пехоту ВМСУ, 60 тысяч нацгвардейцев, 53 тысячи пограничников и 27 тысяч сотрудников СБУ, которые в случае нужды также могут взять в руки оружие для ведения боевых действий.

Ну и несколько миллионов резервистов, основной удел которых – стать «пушечным мясом» ради амбиций НАТО и вести партизанскую войну. Подготовке бандеровского подполья в Киеве уделяется особое внимание, так как войска территориальной обороны позволяют мобилизовать большое количество «пушечного мяса» и обходятся в 10 раз дешевле, чем содержание ВСУ. К тому же Украина имеет весьма глубокие традиции и опыт партизанского движения – как советскую систему партизанской борьбы легендарного Ковпака, так и бандеровское подполье.

В 2018 году в рамках реформы территориальной обороны на Украине сформировали 24 бригады во главе с кадровыми офицерами для ведения партизанской войны на случай «российской агрессии и оккупации». В 2020 году все бригады были подчинены отдельному Командованию территориальной обороны.

Опираясь на вышеперечисленные «достижения», Порошенко объявил, что Украине «удалось создать боеспособную армию, способную противостоять любому агрессору».

Однако тяжёлое социально-экономическое положение, коррупция и воровство, помноженные на постоянные политические баталии в Киеве, проблемы с обеспечением войск техникой, продовольствием, денежным довольствием, социальная пропасть между генералами, офицерским и рядовым составом так и не позволили самостийникам превратить ВСУ в единый мощный организм, спаянный дисциплиной и долгом.

Украинская армия и сейчас остаётся армией XX-го века, вооружённой устаревшим советским вооружением. Если в России доля современного вооружения в Вооружённых силах находится примерно на уровне 60—70%, то украинский вермахт имеет всего 10% современной техники. Денег на массовую закупку новых образцов нет, так как объемы расходов на оборону на 2021—2023 годы из-за тяжёлой экономической ситуации и коррупции спланированы в сторону снижения – до 2,26% ВВП.

Положение дел усугубляют высокие боевые и небоевые потери, алкоголизм, наркомания, мародерство, слабая дисциплина, отсутствие должного денежного довольствия и карьерных перспектив. Министр обороны Украины Полторак озадаченно чесал в затылке: «Мы чувствуем проблемы с бюджетом, питанием, но, уверен, нам нужно терпение, и мы обязательно создадим такую армию, какой бы гордились украинцы, чтобы нашу армию не боялись, но уважали все остальные страны».

6 декабря 2016 года, сразу после того, как президент Порошенко с помпой поздравил ВСУ с 25-летним юбилеем, бывший командир полка «Азов» Андрей Билецкий достаточно честно рассказал о реальном состоянии украинской армии.

«По внедрению новых методов подготовки войск, новых технических решений, систем связи, беспилотников, цифровых систем управления боем, по этим всем показателям мы находимся в каменном веке. По насыщенности современными оптическими средствами или приборами радиоразведки мы тоже находимся в очень плохом состоянии. Такая ситуация чрезвычайно деморализует военных. Моральное состояние – низкое. Вся информация, которая у меня есть, говорит о том, что принято решение даже в условно элитные подразделения, такие как бригады Нацгвардии, и дальше запихивать срочников, поскольку не хватает кадров. На фронте есть норма, какой участок держит батальон, рота и так далее. Огромные прорехи, людей нет, люди не мотивированы. Если, не дай Бог, Россия решит перевести все в горячую стадию, как летом 2014 года, как во времена Дебальцево, то мы снова умоемся кровью, как зимой 2014 года, когда нам рассказывали об изменениях в армии, как мы окрепли и поднялись за это время. А потом случилось Дебальцево, и мы поняли, что мы опять ничего не стоим», – сетовал украинский нацист.

В мае 2017 года международная организация «Global Firepower» опубликовала очередной рейтинг военной мощи ведущих армий мира. При этом особо оговаривалось, что ядерные арсеналы государств в расчёт не принимаются. Украинская армия оказалась в этом рейтинге на 30-м месте, в окружении Мьянмы, Чехии, Малайзии и Мексики. Список тех, кто обогнал Украину, выглядел для Порошенко и его генералов не менее обидно – Египет, Пакистан, Польша, Алжир, Индонезия и даже Вьетнам. Лидеры остались прежними – США, Россия, Китай, Индия, Франция и Великобритания.

Спустя год американские эксперты вновь провели оценку боеспособности украинской армии и вновь оказались удручены её низким уровнем. Согласно выводам американских специалистов, «в подразделениях ВСУ наблюдается низкий уровень воинской дисциплины, общей и специальной подготовки, а также мотивации к воинской службе, в т. ч. в зоне АТО». На уровне «солдат – сержант» наблюдается невыполнение приказов и распоряжений командиров, злоупотребление спиртным, употребление наркотиков. На уровне младшего офицерского состава отмечается несоответствие занимаемым должностям из-за отсутствия подготовки. Офицеры уровня «командир батальона, полка» не способны в полном объеме выполнять задачи командования, в том числе из-за высокой степени коррумпированности и кумовства. Генералы ВСУ откровенно тупы и профессионально непригодны.

Общий вывод был неутешителен: «на первом этапе вооруженного конфликта российскими средствами поражения будет уничтожено более 70% личного состава ВСУ, а также вся боевая и военно-транспортная авиация». Впрочем, иной судьбы «туземцам» натовские стратеги и не готовили. Задача украинского вермахта – погибнуть под гусеницами русских танков, нанеся Русскому миру максимально возможный ущерб.

Повiтрянi сили

Весну 2015 года украинские ВВС, как вся страна, встречали в состоянии полном проблем и противоречий.

За годы независимости некогда многочисленный военный авиапарк Украины сократился до небольшой груды едва способного летать металлолома. От 2800 летательных аппаратов доставшихся самостийникам в наследство от СССР, к 2013 году в строю осталось всего 600. На бумаге это казалось внушительным количеством, однако в реальности подняться в воздух могло не более 50 машин. К тому же все они безнадежно устарели, а ни одного нового самолёта или вертолёта в украинские ВВС после 1991 года не поступило. Катастрофически упал и уровень подготовки лётчиков. Все эти болячки немедленно сказались при проведении АТО.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

происходило это в 1917, 1941 и 2014 годах

Вернуться

2

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

3

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

4

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

5

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

6

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

7

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

8

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

9

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

10

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

11

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

12

организация, запрещённая в РФ

Вернуться

13

организация, запрещённая в РФ

Вернуться