Агата Лав
Мужской выбор

Агата Лав

* * *

Глава 1

– Ближе, крошка.

Ему нужно только одно, и я не противлюсь. Не придумываю причин и других оправданий, чтобы быть рядом с ним. Я люблю его и закрываю глаза на его характер. На тот момент, что в нем уживаются две натуры. И одна из них любит забавляться извращенными играми.

В таких не стоит участвовать, и если вас вовлечет в игру обаятельный ублюдок, вы пропадете. Я как раз пропала и лишь надеюсь когда-нибудь найти силы, чтобы вырваться из дурмана мужских слов и прикосновений. Я слишком зависима от них, и слишком слаба.

Хотя иногда я чувствую себя такой сильной, я даже верю, что могу помочь ему. Как сегодня. Он пришел после потасовки, которая стоила ему нескольких ссадин и о которых он совершенно позабыл, когда увидел меня.

Его карие глаза зажглись ярким огнем. Я давно сдалась и больше не пытаюсь понять, чего в этом огне больше – страсти или ярости, но во мне он рождает именно желание. Жгучее и подчиняющее, буквально раскатывающее под тяжелым прессом инстинктов. В такие моменты я жадно смотрю на него, на его бугрящиеся мускулы, миндального оттенка кожу, вкус которой знаю наизусть, и волевое грозное лицо.

Я любуюсь шрамом, напоминающим об ударе, что чуть не стоил ему жизни год назад. Продолговатая засечка идет под правой скулой, спускаясь к горлу и заканчиваясь кривой запятой. Шрамы идут ему, они рассыпаны по его телу щедрой и жестокой рукой, но я смотрю именно на этот. Я целовала его сотни раз и почти верила, что смогу стереть нежными губами.

– Еще ближе, – он раскатывает слова на языке и откидывается на дверь, которую закрывает за собой. – Я соскучился.

Он часто начинает с нежных и приятных слов, а потом привязывает стальными канатами близости, острее и мучительнее которой я не знала ничего в жизни.

– На тебе моя футболка, – добавляет он, указывая на мой силуэт, – я хочу забрать ее.

– Ты подарил мне ее.

– И, быть может, подарю снова.

Его рука остается висеть в воздухе, и мне больше не нужно намеков. Я подхожу к нему и сама наталкиваюсь на широкую ладонь. Его пальцы перепачканы в крови, он вытирался без должного старания, и теперь красноватые разводы появляются на белой футболке. Он тягуче массирует мое тело, заводясь и заставляя прогибаться чувственнее… Послушнее, он любит заниматься сексом по-разному, но сейчас я угадываю, что драками он сыт по горло, и хочет, чтобы я была милой и отзывчивой девочкой.

– Снимай ее, – он произносит первый приказ и отнимает руку, чтобы убрать упавшую на глаза прядку волос.

Высокий мощный блондин с густой челкой, которая то и дело наползает на выразительные глаза. Ему бы больше пошла короткая стрижка, быть может, даже под машинку, тогда образ бойца был бы соблюден до мелочей. Но я рада, что он не стрижет ее. Он хоть чуть похож на обычного парня с ней.

– Что ты мне позволишь? – произносит он с наглой усмешкой, отклоняясь в сторону и наблюдая, как я стягиваю с себя футболку.

На мне остаются одни телесные трусики, которые на мгновение приковывают его взгляд.

– Всё, – я отбрасываю футболку прочь и смотрю в его глубокие пьяные от желания глаза.

– Я ведь возьму всё. Я грязный подонок, ты помнишь?

– Да.

– Как меня зовут?

Я не люблю его имя, избегаю и стараюсь не произносить лишний раз. Это трудно, но я называю его по имени ровно столько раз, чтобы он не догадался, что мне больно от этого слова. Иначе он заставит повторять его сквозь сон.

– Каин, – произношу я на выдохе.

– И кто меня им сделал?

– Я.

– Да, крошка. Ты мне должна, и ты расплатишься.

Сильные руки резко перехватывают мою талию и разворачивают. Он переносит вес на дверь, чуть опускаясь вниз, и усаживает меня на себя. Примеряясь. Его руки уже повсюду, он жестко сдавливает мою кожу и повторяет изгибы, которые как будто хочет переделать. На свой пошлый вкус. В его руках слишком много силы, он до сих пор не переключился и забывается, я могу даже почувствовать отголоски мощных ударов. Он совсем недавно раздавал их направо и налево, ведь больше всего он любит безумные драки и секс.

Я болезненно выдыхаю, не в силах больше терпеть грубую ласку. И он чуть притормаживает, вспоминая что перед ним женское тело, мягкое и слабое.

– Тебе больно? – спрашивает он, нащупывая губами мой висок и делая его влажным.

– Нет.

– Хорошо?

– Да, я хочу тебя.

Душный всплеск сковывает горло, когда он касается моей груди и сжимает затвердевший сосок между пальцами. Я тянусь выше, чтобы найти его губы, но он не хочет так, он хочет, чтобы мои губы нашли его пальцы. Он засовывает указательный и средний мне в рот, а остальные защелкивает капканом на подбородке. Я беру их глубже и начинаю водить языком, чтобы он остался доволен.

– Хорошая девочка, – я чувствую его улыбку на волосах, – покажи, как умеешь…

Он приподнимает меня и голодными рывками стаскивает белье, потом в той же спешке расстегивает джинсы и возвращает мое тело на место. Насаживает меня на себя, входя жестким и грубым толчком.

– Мать твою, да, – выдыхает он, не разжимая пальцы, которые впились в мое горло.

Я расслабляю тело и принимаю его, привыкая к ощущениям, которые невозможно назвать одним словом. Я хочу чувствовать его, я соскучилась по горячим выдохам, которые путаются в моих длинных волосах, и по его низкому голосу. Он садится с каждым движением и становится совсем хриплым, когда я начинаю отвечать. Я ловлю заданный темп и помогаю ему вбиваться в меня глубже и жарче.

Я хочу его. Так остро, будто полоснули ножом от души. Мне нечем дышать и страшно остановиться, не получив необходимую дозу кайфа. Да, я самым буквальным образом зависима от него. Мне нужно еще и еще, ведь он умеет утягивать меня вслед за собой в душную пульсирующую реальность, где есть только он и я. И никаких других причин.

В такие минуты я так хочу забрать его прошлое, пока он сжимает меня в сильных руках и забывает, что творится вокруг. Все то, что я уже натворила. Я знаю свою вину лучше него.

– Двигайся, – выдыхает он нетерпеливо, вбиваясь в меня новым толчком. – Да, не сдерживайся…

– Да, – я издаю стон, когда он ослабляет хватку и чуть замедляется, дразня меня. – Не останавливайся, прошу.

– Я буду делать, что хочу.

– Да…

– Назови мое имя.

– Каин.

– Еще раз!

Он до боли сжимает мои плечи и отрывает от земли, бросает в сторону, меняя наши тела местами. Я утыкаюсь лицом в запертую дверь, он вдавливает меня в нее и заставляет расставить ноги. Он вновь входит меня и берет сзади, взвинчивая темп за секунды. Так яростно и жадно, что я не знаю, за что хвататься дрожащими пальцами, чтобы вытерпеть эту сладкую пытку. Я извиваюсь под его стальным телом, и не могу больше терпеть. Нет, никак, невыносимо… Горячая волна подкрадывается и хочет забрать меня, накрыв с головой.

– Каин, – выдыхаю я, теряясь в наэлектризованных ощущениях, в которых виновато его тело.

Его правильные движения и дурманящий запах. И даже его грубые слова, которые заводят меня.

– Думаешь, я не знаю, что оно тебе поперек горла? – произносит он и наматывает мои волосы на кулак, заставляя выгнуть шею. – Я тоже не сразу полюбил его, но теперь оно мое. Я теперь он.

Вслед за моей волной приходит его, мужчина хрипло выдыхает и на мгновение затихает, отпуская мои волосы. Я делаю жадный вдох, угадывая свободу, и следом чувствую, как он изливается в меня. С протяжным животным стоном.

– Я теперь он, – повторяет он над моим ухом, придя в себя, и отшатывается в сторону.

Глава 2

Каин красив, как должен быть красив мужчина. Как мощная машина или дикое сильное животное. Я всматриваюсь в идеальные черты, чуть испорченные жестокими боями на ринге и в ночных барах, и любуюсь его внешностью. Так легче забыть, какой порок таится внутри него. Каким человеком он становится прямо у меня на глазах.

Я не могу этому помешать, а, быть может, уже вовсе поздно. Уже всё случилось и дороги назад нет, он будет становиться только жестче и страшнее, пока не сломает меня, как ненужную игрушку. Слишком хрупкую и надоевшую до чертиков.

– Что? – он замечает мой внимательный взгляд и отвлекается от полки холодильника, на которой стоят белые банки с таблетками.

Он берет первую в ряду и, отвинтив крышку, насыпает целую горсть, которую отправляет в рот.

– У тебя рассечена бровь…

– Да, я в курсе.

– Можно мне? – я указываю на соседний тюбик с перекисью и делаю шаг к нему.

– Хочешь поухаживать? Я похож на калеку?

– Ты уставший.

– Каин, – подсказывает он с усмешкой и с интересом наблюдает за мной. – Уже пора вставить заветное слово.

– И у тебя опять начался…

Он не переносит слово “тик” и я не произношу его вслух. Но иногда, когда его злость слишком долго не находит выхода или случаются затяжные дикие деньки, у него начинает подрагивать верхнее веко. Едва заметно, но я до мелочей знаю его лицо, чтобы упустить этот момент. Поэтому я на свой страх и риск поднимаю руку и дотрагиваюсь до его лица. Накрываю теплыми пальцами веко, успокаивая простым прикосновением.

– Ты сама нежность, когда кончаешь.

Мне хочется накрыть второй ладонью его губы, чтобы он замолчал и перестал огрызаться. Но такое он точно не стерпит, а так он стоит передо мной и даже прикрыл глаза, ненадолго поддавшись моей заботе. И его внутренняя пружина чуть разжимается, я вижу, как покатые плечи опускаются ниже, а из позы уходит нервная стяжка. Он ведь и дома то и дело занимает стойку бойца, будто ждет удара со спины.

– Ты стала совсем ручной, Алиса, – продолжает он и зажигает фирменную ухмылку, которой пытается отгородиться от всего мира. – Может, пора переходить к пощечинам? Ты и это стерпишь?

– У тебя поднимется рука?

– Крошка хочет проверить, – он отбрасывает мою ладонь прочь и следом перехватывает ее, зацепившись грубой хваткой выше локтя. – Крошка спятила и решила показать свой острый язычок.

– Нет, Каин, я не…

– Я могу ударить тебя.

Не может, но я молчу. Тогда он встряхивает меня.

– Запомни это хорошенько. Я могу сделать с тобой, что угодно. И то, что я однажды спас тебя, не значит ничего.

– Да, ты прав. Я знаю, знаю… Мне больно, Каин.

– В этом смысл, крошка. Ты размякаешь от доброго отношения, тебе нужно постоянно напоминать правила.

– Я помню твои правила.

– Повтори.

– Я никто. Я должница и твоя вещь. И я… я…

– Тебе помочь?

Каин кладет ладони мне на плечи и с силой надавливает, желая опустить меня на колени. Но я сопротивляюсь и продолжаю стоять на ногах.

– И я шлюха, – я выдыхаю последнее слово и отворачиваюсь от него, чтобы спрятать отвращение, которое испытываю то ли к нему, то ли к себе.

– Ты слишком своевольная для шлюхи.

Я хочу исчезнуть и провалиться сквозь землю, я даже согласна на его тяжелые удары, силу которых не знаю и даже не могу представить. Хотя видела бедолаг, которым не повезло встретиться с Каином в бою или же в уличной драке, начатой из-за обычного мужского честолюбия. Он может убить голыми руками и даже одним ударом, если захочет. Он профессиональный боец, у него вместо мышц стальные канаты, а нервные окончания отмерли из-за мясорубки, через которую он прошел.

Но мне плевать на все это. Наверное, я и правда игрушка, у которой подходит к концу срок службы.

– Нет, Каин, – я пытаюсь отмахнуться от его рук и ускользнуть прочь, только куда там, из его цепких замков невозможно выбраться. – Пожалуйста, я прошу тебя…

– Ты продолжаешь. Для кого ты повторяла правила?

– Не сейчас…

Он вновь встряхивает меня и ловит подбородок, заставляя повернуть голову и посмотреть ему в глазах.

– Или ты думаешь, что можешь устанавливать свои?

– Я ничего не думаю, – я выдыхаю ему в лицо и кладу ладони на его пальцы, пытаясь хоть как-то ослабить их нечеловеческий пресс. – Я просто устала, Каин. Дай мне минуту. Хотя бы минуту.

Он замирает и жадно смотрит в мои глаза.

– Отпусти меня, – произношу я и, не дожидаясь разрешения, отклоняюсь в сторону. – Каин…

Он разжимает ладони, когда я едва удерживаю слезы. Он неожиданно отступает прочь, отвернувшись от меня и вспомнив о раскрытой дверце холодильника.

– Тебе нужно поспать, – добавляет Каин, доставая с полки перекись.

Я привыкла спать одна и иду в спальню.

Каин работает по ночам. Бои проводятся ближе к вечеру, а главные встречи случаются вовсе глубоко за полночь. Каин же считается фаворитом и даже звездой подпольных боев, собирая сумасшедшие ставки и красуясь на ярких маскулинных афишах, так что он приходит домой под утро. Если приходит. Он бы с радостью жил на ринге, только человеческая натура требует хоть малейшего разнообразия.

Но сегодня не тот день, чтобы мне заснуть в одиночку. Каин вскоре заходит в спальню.

– Лис, – зовет он грубовато и садится на кровать ближе к подушкам. – Спишь?

– Нет.

Каин поворачивает голову и внимательно смотрит на мое лицо. Ему нравится смотреть на меня, я знаю, ему становится легче, хотя он никогда не признается. Даже самому себе, поэтому он никогда не затягивает со взглядами и начинает что-то говорить или сразу делать.

– Дэн звонил, у него важная встреча намечается и ему нужны девочки для сопровождения гостей.

– Что…

Я открываю рот от удивления и не верю в то, что услышала. Я даже не пытаюсь изобразить хладнокровие или спрятать эмоции подальше, они слишком сильные и внезапные, чтобы у меня получилось хоть что-то.

– Никто не будет тебя трахать. Хотя… Разоденешься, поулыбаешься.

Каин пожимает плечами, будто говорит о пустяке. И протягивает руку, отодвигая простынь.

– У тебя классное тело, – кивает он, оглядывая мое обнаженное тело, – ты могла бы хорошо зарабатывать.

Он скользит по моей коже взглядом оценщика и зажигает пошловатую улыбку, которая не обещает ничего хорошего. Лучше всего он исполняет роль мудака, и сегодня выдался вечер для шумных оваций.

– Мой брат всегда выбирал шлюх, – вдруг произносит Каин и накрывает широкой ладонью мою грудь.

Он по-хозяйски очерчивает вершину и уводит ладонь дальше, медленно и тягуче по животу, опаляя жаром… опускаясь ниже и ниже… Я машинально свожу ноги, но ему плевать. Он отбрасывает простынь в сторону и продвигается дальше. Его длинные крепкие пальцы касаются черных трусиков и начинают массировать через тонкую ткань.

– Ты считаешь?

Я не понимаю его вопроса.

– Кто трахал тебя больше? Я или он?

Самые плохие дни – это, когда Каин начинает говорить о брате. Об Олеге. Он с сумасшедшим азартом раздирает самую глубокую рану, которая никогда не затянется.

– Ну же, крошка, ты должна знать ответ, – он обнажает белые зубы в вымученной улыбке и подвигается ближе, нависая надо мной. – Я начал после него, но ведь уже догнал? Или даже вышел вперед?

– С тобой я дольше, – я выдыхаю, сдаваясь.

– Он делился тобой с друзьями?

– Нет.

– Не ври мне.

– Нет! – из меня вырывается чистая злость.

– Значит только с братом, – Каин усмехается.

– Я не была с тобой, когда была с ним. Ты даже не смотрел в мою сторону, ничего не было… Зачем ты так говоришь?

Он убил своего младшего брата из-за меня. У него не было выбора и он не хотел, он защищался по большому счету, но Каину плевать на оправдательные подробности. Он помнит только суть, что поддался простому рефлексу и вонзил нож в грудную клетку до упора. Нож тоже был не его, не он достал холодное оружие, но это тоже никому не нужные подробности. Он убил брата, вот что главное.

И даже тонна потерянной крови ничего не стоит. Я смотрю на шрам на его горле и в который раз думаю, что если бы Олег полоснул чуть глубже, то он бы заслужил прозвище Каин.

– Потому что ты так сказала, – холодно бросает Каин. – Ты сказала ему, что мы трахаемся.

Глава 3

Утром я просыпаюсь под теплым одеялом, которое не помню, чтобы доставала. Начинает холодать и пора перестелить белье, поздней осенью лучше всего согревает махровое и мягкое.

Я вхожу в огромную гостиную, которую как раз не люблю за безумную площадь. В ней неуютно и пустынно, будто стоишь на богом забытой площади. Каин играет в роскошь, не находя другое применение заработанным деньгам. У него двухэтажный лофт в центре города, в котором он почти не бывает. Здесь живу я, чаще выполняя роль обслуги по дому, чем его любовницы. Хотя я рада домашним делам, они отвлекают от дурных мыслей и помогают не свихнуться лучше успокоительных таблеток.

– Доброе утро, – я поворачиваюсь на знакомый голос и вижу Дэна.

Он промоутер и рекламщик, вернее он был бы им в нормальном деле, в легальном и официальном, а, работая на Каина, он больше напоминает решалу-переговорщика. А в кожаных пиджаках и вовсе сутенера. У него лощеный вид избалованного городского жителя, который привык получать удовольствие от жизни на постоянной основе.

– Доброе, – я киваю ему с улыбкой и подхожу ближе.

– Кофе я уже нашел, – произносит Дэн, – хозяина тоже.

– Отлично.

– Он не в духе.

– Какая новость.

Дэн работал с младшим братом Каина, а теперь с ним. И он знает всё обо мне, но виду не подает. Он дружелюбен и даже как будто искренен.

– Мне нужно уговорить его на одну авантюру…

– Назови ее тогда делом.

– Да, правильно мыслишь, – он улыбается еще шире. – На одно дело… но есть загвоздка, он на дух не переносит такие расклады.

– Я поставлю свечку в храме по твою душу.

– Это спасибо, пригодится.

Дэн подает мне капсулу для кофемашины и смотрит, как я готовлю себе напиток.

– Он уже сказал тебе? – я первой затрагиваю щекотливую тему, чтобы она не висела между нами бетонной завесой.

– Да.

– Выберешь мне платье? – я фальшиво улыбаюсь, но тут же хмурюсь, вдруг понимая, что решила отыграться на Дэне. – Прости, меня понесло.

– Лис, я не имел в виду тебя. Я объяснял ему, почему отсутствовал последние дни, и заикнулся, что готовлю большую вечеринку…

– Не надо, не оправдывайся.

– Я пришлю машину, но тебе не нужно ехать на встречу. Переждешь где-нибудь.

– Он оторвет тебе голову.

– Она на молнии, – Дэн глупо улыбается, – по-другому бы я не выжил в этом бизнесе.

Трудно объяснить, что он делает в этом бизнесе. Работать с вспыльчивыми мужиками, которые могут и кирпичную стенку разбить голыми руками – сомнительное удовольствие. Но у него очень легкий характер, который видно действует как анестетик на всех вокруг.

– Все равно не надо, – добавляю я серьезно. – Лучше сделать, как он хочет.

– И как ты себе это представляешь? – он удивленно вскидывает брови и смотрит на меня как на идиотку. – Думаешь, на тебя получится повесить табличку “руками не трогать”?

– А как он думает?

– Каин? Он не умеет отыгрывать назад, даже когда хочет. Я согласен сделать это за него, в этом как раз заключается львиная доля моей работы.

– Дэн, это не тот случай.

Я коротко качаю головой, чтобы он не утруждался. Его не было рядом, когда Каин придумал отличное развлечение, решив, что на меня прекрасно сядет платье эскортницы. Классное тело и кроткий нрав… Наверное, таковы профессиональные качества. И глубоко в душе мне любопытно, куда ведет эта дорога.

Каин даже близко не из тех мужчин, что могут позволить такое. Он собственник и ревнивец, хотя, быть может, он не считает меня своей женщиной. Просто своей – да, своей вещью, например. Как крутая тачка в большом гараже, если она не самая любимая и дорогая, то можно и пустить за руль другого.

– Когда вечеринка?

– Завтра, – через себя отвечает парень. – В час ночи в казино.

– О, богатые мужчины…

– Вот именно, Лис. Богатые пьяные мужчины, там я уже не смогу помочь.

– Я услышала.

Я коротко касаюсь ладони Дэна, чтобы он умолк. Я заметила движение и не ошиблась – Каин, наконец, появился. Он только что из душа и натянул на себя лишь черные джинсы, которые застегнул наполовину и из-под них выглядывает белая брендовая резинка боксеров. Загорела кожа блестит от влаги, а с потемневших волос лениво скатываются горошины капель.

– Ты дождался звонка? – спрашивает Каин, подходя к столешнице.

– Да, всё в силе. Вместе поедем?

– Я сейчас соберусь.

– Тогда остальное по дороге, – Дэн кивает и на мгновение замирает, так что я догадываюсь, что он решает предпринять еще одну попытку. – Алиса кстати согласна.

Каин поднимает на него непонимающий взгляд, не успевая за переменой разговора.

– Казино, Каин.

– Конечно, она согласна. В чем вопрос?

Я пытаюсь поймать взгляд Дэна, чтобы заставить его заткнуться, но он специально не смотрит на меня. Он занят Каином, будто правда верит, что до того можно достучаться обычными словами. Там кулаками ничего не добьешься…

– Я не могу делать вид, что она чужая, – неожиданно бросает Дэн с раздражением. – Уж прости, это чересчур и я не буду подыгрывать тебе. Меня не касается то, что происходит наедине между вами, вы взрослые люди, но это…

– Она сама хочет, – Каин грубо перебивает его. – Так же, крошка?

– Да.

– Видишь? – Каин поднимает руку и по-отечески хлопает Дэна по плечу. – Ты просто привык к приличным девушкам и знаешь Алису хуже меня. Ей в кайф такие приключения.

Глава 4

В спортивном клубе многолюдно, и я накидываю на голову капюшон черной толстовки. Не люблю взгляды, и ладно бы чужаков, внимательные взгляды мужчин, которых я знаю по именам – другое дело. Неприятное и обременительное. Репутация идет впереди меня, и пусть за год слухи поутихли, но у всех перед глазами остался простой факт. Тот самый, что я была с Олегом, а теперь живу с его старшим братом.

Каину-то можно. Он мужчина, да и попробуй у него за спиной пошептаться. Поэтому вся “слава” достается мне.

Я прохожу в кабинет и закрываю за собой дверь, по которой чертовски хочется сползти. Но я берусь за работу, чтобы отвлечься и перемотать очередной день. В клуб меня привел еще Олег, он тренировался здесь вместе с Каином и решил собрать вокруг всех близких людей. Он устроил меня администратором и перезнакомил со всеми ребятами из своей команды.

Сейчас я занимаюсь немного другими делами, на ресепшене не появляюсь, а больше по подсобкам и мелким поручениям. Но мне нравится, меня не трогают лишний раз и есть собственный кабинет, крошечный и забитый спортивным инвентарем, но главное, что мой.

Я отдыхаю здесь ото всех и даже Каин не лезет ко мне, хотя частенько бывает в клубе в те же часы. По большому счету мы пересекаемся лишь у него дома, в других местах молча проходим мимо и даже не здороваемся. Не помню, когда так завелось… на какой день после похорон. Но прижилось.

Ближе к вечеру я спускаюсь в гараж, чтобы забрать свою машину. Пришлось оставить ее местному умельцу, чтобы он проверил загоревшиеся чеки на панели. Паренек оказался из нерасторопных, и я успела соскучиться по синей малышке. И по свободе, которую дает личный автомобиль. К счастью, я нахожу ауди с ключами, которые лежат прямо на капоте, и желтым стикером с надписью “готово!”

– Спасибо, – произношу я вслух, хотя вокруг никого нет.

– Она на ходу?

Я оборачиваюсь и вижу вошедшего Каина. Он только с тренировки, которую явно прервал. Он всегда принимает душ после, а сейчас на нем мокрая от пота футболка, поверх которой небрежно наброшена джинсовая рубашка.

– Да, могу забирать.

– Отлично, подбросишь меня.

И он направляется к машине, закидывает на заднее спортивную сумку и следом открывает пассажирскую дверцу. Я внимательно слежу за его размеренными жестами, пытаясь угадать его замысел. Рутина – не конек Каина, никаких банальных совместных поездок или посиделок в баре, для этого надо встречаться с обычным парнем, а не с импульсивным подонком.

– Куда тебе? – я ловлю его взгляд поверх крыши и смотрю, как он начинает воевать с челкой.

Каин резковатым жестом смахивает ее назад и чуть запрокидывает голову, напрягая жилы на шее. Они бугрятся с правой стороны, напоминая об изматывающей тренировке, и заставляют мое дыхание сбиваться. Я боюсь, когда он показывает свою лютую силу, и в то же время плыву… Мне нравится, что она такой, мощный, самоуверенный, цельный как кусок гранита.

– Я покажу. Давай, не стой.

Он забирается в салон, и я следую за ним. Внутри пахнет чужим одеколоном, мужским и резким, из-за чего хочется побыстрей разогнаться и проветрить салон как следует. Но Каин кладет руку на ручник, показывая, что настроен немного повременить.

– Ты это имел в виду, когда сказал “не стой”?

Я не прячу усмешку и смотрю чуть поверх его плеча. Так я могу улавливать его жесты, но не видеть лица. Во мне еще живет надежда, что разговор выйдет пустым и спокойным, мы бывает общаемся, как нормальные люди. И шуточки позволяются, но для этого надо поймать правильное настроение, которое у Каина случается раз в полнолуние.

– Черт, я поняла! – меня вдруг прорезает догадка и я шумно выдыхаю. – Господи, Каин…

– О чем ты?

– Ты так просто устроен, – произношу я неразличимо и отворачиваюсь к своему окну.

– Ты ебнулась?

– Смотри, тебя уже хватило на два вопроса, – я возвращаюсь к его напряженному лицу и смотрю прямо в глаза. – Целых два вопроса без рывка на себя. Обычно ты сразу начинаешь требовать ответ руками.

Каин действительно просто устроен, как все мужчины. Особенно разозленные мужчины. Так что секунда и я чувствую крепкую ладонь на локте, а следом тот самый рывок.

– Я не буду помогать тебе, – мне приходится говорить ему в лицо, потому что он натолкнул меня на себя и протянул вторую руку к основанию шеи, зафиксировав на месте. – Нет, Каин, мне надоело подыгрывать тебе. Теперь всё сам… Хочешь быть ублюдком? Давай!

– Ты хорошо подумала?

Утром Дэн произнес верную вещь. Каин не умеет отыгрывать назад, даже когда хочет. Он привык, что за него это делают другие. Поэтому он пришел ко мне.

– Ты не хочешь отпускать меня в казино. Тебя понесло вчера из-за моей истерики и ты решил хорошенько меня проучить. Только вот незадача! Утром идея перестала казаться отличной.

Я выставляю локоть ему в грудь, чтобы справиться с прессом железных рук. Он безотчетно притягивает меня к себе.

– Без меня, Каин, – выдыхаю устало, теряя весь запал, да и дышать уже нечем. – Это ты не хочешь отпускать меня туда, вот и проси у себя. Я не буду.

Я не буду играть роль хорошей девочки и не буду больше помогать. Это он у нас актер, влюбился в образ последнего ублюдка и исполняет с сумасшедшим азартом, словно так получится спрятаться от произошедшего. Ведь чего ждать от подонка? Какие с него взятки? Это я прячу голову в капюшон, чтобы пройти мимо знакомых, а ему можно с гордо поднятой головой. Он ни от кого не скрывает, что способен на страшное. Да, так это выглядит со стороны. Но я провела целый год рядом с ним и знаю из каких картонок сделаны все его декорации.

– Если решился, то давай до конца, Каин. Самое время. Я ведь размякаю от хорошего отношения, а угрозы и грубый секс на меня больше не действуют. Тебе нужно придумать что-то новое.

– Всё сказала? Или осталось что-то?

– Всё!

– Не играй со мной, Лис, – произносит Каин медленно, – тебе не по плечу это дерьмо. Давай лучше по старому.

– Не по плечу мне или тебе? – я тоже умею криво улыбаться на его манер. – Сколько еще ты сможешь так со мной?

– Мне в кайф.

– Успокаивай себя.

– Успокоится нужно тебе. У тебя есть вода? – спрашивает Каин через мгновение.

– В бардачке.

Каин тянется к бардачку передо мной и нетерпеливо отщелкивает черную крышку. Только вместо воды, из него высыпается гора презервативов. Одиночные упаковки падают одна за другой и заваливают всё вокруг.

– Отлично придумано, – смеюсь я, не в силах выдать другую эмоцию. – У парней полный порядок с фантазией.

Я уже привыкла к таким “подколам”. Но вот Каин нет. Он вдруг срывается с места и выскакивает из авто. И всё мое веселье, пусть больное и нервное, снимает как рукой. Я запоздало хватаюсь за воздух, где только что была его рука, и со страхом смотрю на отдаляющийся силуэт.

– Каин! – истошно кричу я. – Каин, нет!!

Я выбегаю из машины вслед за ним и пытаюсь нагнать. Только куда там, злой и по-мужски уверенный шаг отдаляет его всё дальше от меня.

– Каин! Ключи были на капоте, – мне приходится кричать в раскрытую дверь, потому что Каин уже вошел в тренировочный зал. – Это мог быть кто угодно!

И мне все равно, кто это. Кто тут шутник и главный выдумщик, я не хочу потасовок.

– Где он?! – я хватаю за руку первого попавшегося знакомого. – Как его имя… Парень из гаража?

– Леша?

– Наверное. Где он?

– В раздевалку шел.

Каин найдет его первым, это точно. Он свернул в ту сторону, видимо, получил верное направление с той же легкостью. Ничего не остается, как идти к черной двойной двери, за которой начинаются стройные ряды шкафчиков и душевых, и попутно молиться.

В клуб ходят только мужчины и поэтому раздевалка одна, большое и прямоугольное помещение, где частенько кто-то ночует. Кроме женщин в клуб не ходят посторонние, Каин вместе с братом переделал его в тренировочную базу для команды. Так что тут все свои, иногда как дружная семья, а иногда как клубок змей.

Когда я подхожу к двери, она резко распахивается навстречу. Трое парней с перекошенными лицами сваливают подальше, хотя неожиданная встреча со мной немного корректирует их походки. Парни зависают и со злостью смотрят на меня.

– Уже начал? – спрашиваю я устало.

– В следующий раз думай, прежде чем жаловаться ему.

Я молча прохожу мимо и переступаю порог раздевалки. Тут звенит тишина, какая бывает между жестокими ударами. Нерв чувствуется в воздухе, и напряженные позы мужчин только подчеркивают настроение. Двое с оголенными торсами стоят у шкафчиков, и один из них жестами уговаривает приятеля не вмешиваться.

Да, приятель, не стоит, можно сильно пожалеть.

Каин не видит их, он стоит у большого окна с зеркальной тонировкой и на вытянутой руке держит обмякшее тело. Леша, да, Леша… Я вспоминаю, как он назвал свое имя, когда я спустилась к нему в гараж. Каин разбил ему лицо, вместо верхней губы кровавое месиво, а ссадина на переносице набухает на глазах. Завтра его молодое лицо будет выглядеть ужасно, если вообще останется на месте.

– Мо-ло-дец, – парень у шкафчиков обращается ко мне, отчетливо складывая буквы одними губами, после чего неприятно скалится.

Я не реагирую, понимая, что он тоже на грани. Подтолкнуть их друг к другу – пустяковое дело, тестостерон хлещет в таких местах потоками. Иногда встречными. Я вижу, что он хочет ввязаться в драку и готов предложить Каину себя в соперники.

– Каин, – зову я осторожно и иду к окну. – Ты убьешь его. Он же не боец…

Леша крепкий и высокий, но он обычный парень.

– Каин…

– Я слышу тебя! – он взрывается и почти заносит кулак для нового удара, но что-то его останавливает.

– Он уже пожалел… и усвоил урок. Не надо, я прошу тебя.

Каин колеблется, что с ним бывает редко. Странно, но он даже не кривится на мой голос, хотя я позволила себе много лишних слов из-за нервозности. Я понимаю это запоздало, прикусывая язык, но продолжаю приближаться. Мне отчаянно хочется дотронуться до него. До его налитой мускулистой руки, которая впилась в тело парня. Каин умеет контролировать силу, но оказаться под его прессом в любом случае жутко.

– Он недоумок, – выдыхает он еле слышно.

– Да, – я киваю как заведенная и глупо улыбаюсь из-за того, что он неожиданно выбрал детское оскорбление, а не грязное ругательство, – идиот. Он новенький и ничего не понимает. Наслушался глупостей и решил скреативить…

Я замолкаю, когда Каин разжимает ладонь. Парень падает вниз и со стоном растягивается на кафельном полу.

– Уберите его. Чтобы больше не видел.

– Ты не прав, – не сдерживается тот, что посмелей, и смотрит Каину в глаза.

Нет, нет!

Оказывается у меня есть силы на спринт, я за мгновение оказываюсь между ними, вцепляясь мертвой хваткой Каину в грудь.

– Остановись, – я умоляю его, чувствуя, что не выдержу даже один рывок, он может оттолкнуть меня, может отбросить в сторону, да что угодно в таком состоянии. – Они уйдут, они сейчас уйдут.

К счастью, благоразумие запоздало, но приходит к парням. Они больше не медлят и направляются к дверям, помогая избитому покинуть комнату. А на Каина по-прежнему страшно смотреть. Я поднимаю взгляд на его заострившееся лицо и не могу угадать, что он скажет или что сделает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.