Tutti Frutti
Поэзия
Наталья Бондаренко

Художник Julia Zilbert

© Наталья Бондаренко, 2022

ISBN 978-5-4496-3721-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Тропинка

Тянь-Шань. Фото автора

Тропинки, горные тропинки,
Ведёте прямо в небеса.
Шагают ноги без запинки
За неименьем колеса.

Рюкзак тяжелый плечи тянет,
И пот ручьем бежит со лба.
Никто от группы не  отстанет —
Спортсмена радует ходьба.

И лишь на пике горной славы,
Рукой коснувшись облаков,
Где не растут цветы и травы,
Он выпьет несколько глотков.

Друзья лежат и сморят в небо.
Он с удивленьем смотрит вниз.
Он высоко так раньше не был —
Теперь он в званьи альпинист.

Лица старушек

Акварель талантливой художницы Ю. Е. Зильберт

Как прекрасны лица у старушек,
Освещенных солнцем доброты.
Пусть их лица в пятнах и веснушках,
Старость исказила их черты —

Светел мудрый взгляд, отточен разум,
Сложностями долгого житья.
Он людей пронзает остро разом,
Видя то, чего узнать нельзя.

Это третий глаз, шестое чувство?
Телепатия? Сверхзнание людей?
Без старушек этих жить так пусто…
Ведь они – источники идей.

Мираж

И в Арктике, наверное, живут
Выносливые, как верблюды, люди.
Привыкшие к простым и скудным блюдам,
Презревшие и роскошь, и уют,
Аскеты без излишеств и причуд,
То в холоде, то в зное, по пескам,
Везли в тюках тончайшие шелка.

Рискуя жизнью, шли на свет звезды.
Лучи пекли как лава из вулкана.
Пески покруче, чем дуга капкана.
Дороже золота – запас воды.
Самум cменял в песках рельеф гряды.
И каждый вспоминал свою семью,
Везя свои тюки в одном строю.

Здесь гибли караваны без воды.
Сокровища погребены в барханах.
Я слышу зов о помощи гортанный
Как признак приближения беды…
Мираж, виденье дьявола, пруды
Коварно показал – дворец, фонтан,
Колышет ветер одеянья дам

И кажется – играет тамбурин
Под звук протяжный флейты одинокой.
И смотрят из-за штор дворцовых окон
В чалмах громоздких образы мужчин…
Кочевников попутал древний джинн —
Последних сил лишенный караван,
Стремящийся туда, теперь – курган…

Индийский океан, пляж Paradise в штате Махараштра

Индийский океан, пляж Paradise в штате Махараштра

Ты разливался цветом старой бронзы,
Пытаясь подползти к моим ногам.
Ты чувствовал себя побритым бонзой,
Добравшимся к песчаным берегам.

Ты подустал и спать уже собрался,
Тяжелый как расплавленный металл.
Ты за моей ногой лениво крался…
Поцеловать, наверное, мечтал…

Твое тепло мне жгло поверхность кожи.
Я сторонилась пенистой волны.
Я молода, ты стар. Тебе негоже
Припасть к ногам восторженной весны.

Меня обнять, объять крутой волною
Стараешься… Под вечер нету сил.
Ложишься снова на песок спиною…
Ты стар… Но ты божественно красив.

Космический пейзаж, включая небо,
Что отразило бронзовую рябь…
Тревожна, не комфортна рая* небыль.
А от волны бежит прозрачный краб.

Индия, пляж Paradise в штате Махараштра март 2012 года
* Paradise – в переводе РАЙ

Обвинения океану от блондинки

Я новые сланцы купила ТЕБЕ, океан?
С клубничкой на каждой резиновой черной подошве!
Слизал, как корова, позорище! Ты хулиган!
С чем буду носить мое черное платьице с прошвой?

Я много надежд возлагала на этот вояж!
Худела, копила, нашила и даже напела!
Сложила пожитки в шикарный большой саквояж,
К тебе с пересадками долго-предолго летела.

И  в первый же день ты меня огорчаешь до слез!
Воришка несчастный, зачем тебе женские сланцы?
Согласна, взамен ты морскую звезду преподнёс
И желтый потресканный высохший крабовый панцырь.

Экзотика, да! Но мне сланцы нужны позарез!
Ходить по песку не привыкли холёные ножки!
Не нравится им этот жуткий, как пытка, процесс.
Как жаль, что на пляже не стелют ковровых дорожек!

О, как я несчастна! И где мои сланцы плывут?
Наверно, расстались уже где-то ближе к Аляске!
Слетела клубничка. Медведи, их видя, ревут,
Как малые дети, увидев игрушку, в коляске.

Солнечный зайчик

Солнечный зайчик с друзьями резвился
Прыгая ловко с волны на волну.
В пене купался, на дне суетился,
Рыбок коснулся, нигде не тонул.

Плавал беспечно, сверкал как алмазы,
Форму менял, расплываясь в воде.
Стукался больно, не плакал ни разу,
Даже не думал о страшной беде.

С  севера грозно нагрянули тучи,
Зайчика нашего злые враги.
Спрятался зайчик за камешков кучу:
«Камешек, милый, скорей помоги!

Тучи закрыли от зайчика папу-
Солнце родное! И зайчик погиб.
В море попадали тысячи капель,
Волны покрыла зернистая зыбь.

Единение с морем

      Ревут, шелестят высоченные волны,
      А пена шипучая тает в песке,
      Порывистый ветер колышет травинки
      И флаги на пляже танцуют фокстрот.

      Летают стремительно чайки над морем,
      Подружек пронзительным криком зовя.
      Наполнено сердце восторгом и счастьем,
      А взгляд устремляется в синюю даль.

      Приятным теплом разогретое тело
 Лежит, распластавшись, совсем разомлев.

      И брызги от волн так пикантно ласкают,
      Под солнцем горячим исчезнув в момент.

      Просторы и краски, и чувственной гаммы
Напев благородный покой создает.

      Моя безмятежность блаженство рождает.
      Ни мысли, ни слова.. Так вот каков рай?

Сорняк

Какой обширный список разнотравья
В презрительном названии СОРНЯК.
А между тем, он гений выживанья,
В любых условиях – завидный здоровяк.

Его едят коровы и старушки*,
Им лечат в деревнях больных детей.
И в сорняках цветущие опушки
Художники рисуют для людей.

Растёт везде где есть кусочек почвы,
Собою украшая шар земной.
Но жить он любит только на свободе
Не вздумай брать его к себе домой!

* – лебеда, ревень, крапива

Во славу сорняка*

Я под ногами каждого, сорняк.
Меня стадами топчут, вырывают,
И жгут… Не истребить меня никак.
Отлично все народы это знают.

Я их подспорье в жизненных делах.
Я – символ выживания и силы.
Расту везде – в безжизненных горах,
В пустынях и под грудой снега в зимы.

И пусть меня покроют пыль и грязь,
Мои цветы осеменяют Землю.
Я аромат полей, свободы князь,
Моим словам все ведьмы мира внемлют.

Ковром лечебным, красочным расту.
Леса, поля и горы украшая.
Любуется на пастбищах пастух
Моим раздольем без конца и края.

Я властелин поверхностей земных,
Полезный всем живущим на планете.
И пусть меня прославит этот стих —
Жаль, я привычен и малозаметен.¹

Кто это?

Расту я по обочинам дорог,
под кронами деревьев, в поднебесье гор
 и у прохлады ручейков и рек.
Ты смотришь и не видишь, человек,
Что я изящен, но силён и гибок,
венки дарю влюбленным из улыбок,
 художникам – заслуженную славу,
больным – отваров горечь на поправу.
Кому со мной сравниться на Земле?
Как птица Феникс, вырасту из пепла.
Чтоб жизнь в природе множилась и крепла.
Жуют меня стада коров, овец,
я для крестьян как Золотой Телец —
дарю здоровье, красоту и злато.
Земля моим существованием богата.
Разнообразье солнечных цветов
украсит континентов всех покров.
Цвети, планета!
Благодари меня за украшенье  это!

Мои враги

Мои враги – других планет посланцы,
Ни внешностью не схожи, ни умом,
Холодной плоти зла протуберанцы,
Питаются моим земным теплом.

О доброту мою погреют руки,
И вытрут ноги с силой об меня,
Возьмут мои финансы на поруки,
Пустыми обещаньями маня.

Всегда дадут полезные советы,
Которые не стоит выполнять.
Ведь если я пока еще одета-
То после буду голой танцевать.

Отечески журят за недочёты,
Когда не удаётся обмануть.
Вокруг меня протопчут круг почёта,
Перебежав сто раз успешный путь.

Из сплетен можно свить гнездо орлу,
Так жестки и упруги сплетен ветки.
Моей идее срежут по крылу,
Коль донесет военная разведка.

Сахара и люди

Когда-то это был цветущий рай —
Зеленый, многоводный, плодородный.
И лишь ленивый мог бывать голодным.
Животных изобилие – стреляй!
Плоды, пшеницы тучные поля,
Богатая растительность у рек.
Но засухой был изгнан человек…

Иссохли реки, высохли сады,
Животные в леса переселились…
А люди ждали и богам молились,
Но их мольба не принесла плоды.
В потрескавшихся руслах нет воды.
Не первый караван в песках исчез…
Телепортация? Телекинез?

Но под песками – реки и моря,
Выходят родниками на поверхность,
Прощая людям маленькую дерзость —
Оазисы для жизни покорять,
Отважно с солнцем каждый день борясь,
И принимая пальм прекрасный дар —
Всемирно поглощаемый товар.

Хранят легенды память про Эдем.
Для туарегов он – сама реальность.
А этнос предков дарит уникальность
И методы решения проблем.
Они не ищут в мире перемен,
Их манит не компьютер и авто —
Семья, свобода, дети. Спортлото.

Африка…

Волшебное имя, зовущее вдаль,
В просторы пустынь и саванн.
Животных невиданных там фестиваль:
Горилла, жираф, пеликан.

Купается в речке проглот крокодил,
Тараща глаза из воды.
Вчера в его пасть леопард угодил,
Беспечно, не чуя беды.

Слоны по саванне по росту бредут,
От папы до малых слонят.
Ведь дети в походе всегда отстают —
Играют и всё разглядят.

Мартышка с бананом на ветке сидит,
Его с аппетитом жуёт.
Другая за ней с интересом следит —
А вдруг он сейчас упадёт?

Окапи каштановый красен лицом,
В полосочку зебровый зад.
Был зебр у него, вероятно, отцом.
Такой вот семейный расклад.

В Кейптауне есть африканский пингвин,
Одетый в манишку и фрак.
Не плавает он между треснутых льдин,
В комфорте живет, не дурак.

Там много увидишь забавных картин,
Красивых и страшных зверей.
Но это страна для отважных мужчин…
И маленьких смелых детей

Мой шутливый портрет

Себя, любимую, рисую тонкой кистью,
Палитра яркая красуется в руке.
В ногах – ковёр кленовых красных листьев,
Из белых хризантем держу букет.

Я и сама – цветок изысканный и редкий,
Мне суждено красой невиданной блистать.
Как из слоновой кости статуэтка
Изящна, но величественна стать.

Копна густых волос, кудрявых, цвета меди,
Украсила венцом иконописный лик.
Создательница драм или комедий,
Я бурных чувств живительный родник.

Зелёные глаза, озёра колдовские,
С густым румянцем конкурирует заря.
Мне чужды треволнения мирские.
В тревогах жить – на свет родиться зря.

Сомкнулись губы лепестками алой розы.
Я излучаю мягкий нежный свет Луны.
Под этим ненавязчивым гипнозом
В меня десятки тысяч влюблены.

Вор

Темной ночью по улице мрачной и узкой
Возвращалась с работы красавица-дочь.
Мать сидела, читая роман по-французски,
Беспокоясь немного. Ведь всё-таки ночь.

Приходилось частенько сидеть у окошка,
Поджидать свою дочь, ведь она – программист.
Примостилась клубочком на коврике кошка.
Так уютно в тепле. Только дочь фаталист.

Не боится, оторва, ни чёрта, ни Бога,
И над матерью в голос смеется всегда —
Мол, с работы до дома недолга дорога.
 «Эти женские страхи – поверь, ерунда.

Шел по улице с дочерью странный попутчик…
В эту страшную ночь запоздало луна
Появилась из туч грозовых и могучих,
Окружила её седины пелена.

У  него был кудрявый нечёсаный волос,
Покрывающий рожки густою копной.
 Глаз сверкающих лазер и вкрадчивый голос.
Силуэт в лунном свете кричал – я хромой!

Дочь была весела – он жестоко шутил
Над трусихами-девами лунною тишью,
И раскатистый смех его спавших будил,
Но шагов в тишине его не было слышно…

 Скрылась в тучах луна, беспроглядная мгла
На минуту весь город мгновенно накрыла.
 Дочь от страха вздохнуть и кричать не cмогла —
Обхватила её леденящая сила.

Сердце билось стоккато и слышалось форте.
Оторваться от силы, бежать во всю прыть?
Стало скованным тело, предчувствуя морте.
 И ни страха, ни ужаса было не скрыть.

 Поднялась над землей в грубых, жестких объятьях.
 Содрогнулась, обмякла, упала как ком.
Развевалось прозрачное нежное платье.
В двух шагах от неё был родительский дом.

Похититель души растворился во мраке,
Наслаждаясь её чистотой, простотой.
В этот раз – ни мольбы, ни убийства, ни драки!
Оболочка лежала бездушной, пустой.

Вчера красивый был закат

Фото автора

Вчера красивый был закат.
Он оттенял рельеф построек.
Окрас его был так богат,
Но, к сожалению, не стоек.

Он побледнел за полчаса,
Но наглядеться я успела.
И поцелуй ему послав,
Я фото сделала умело.

И ослепительный, со мной,
Он на экране догорает.
На фотографии любой
Пожаром красочным пылает.

Женщины бывают разные

Спаси меня, Боже, от женщин скандальных и глупых,
От грубых, ворчливых, драчливых, обжор и святош,
От тех, кто страдает, себя не ценя ни на грош —
Пьянчужек, бродяжек, где совесть видна только в лупу.

Спаси меня, Боже, от женщин с рожденья продажных.
От тех, кто предаст, восхищаясь лукавством своим.
Приелся мне этот загадочный женский экстрим.
Есть в жизни моей кто-то более нужный и важный.

Долой проходимиц с корыстною заднею мыслью.
Долой всяких плакальщиц в мужнин промокший жилет.
Долой тех, кто прячет в объятиях жарких стилет
И вьётся вокруг, с жадным взглядом, повадкою лисьей.

Спаси меня, Боже, от этих случайных подружек.
Устала я жить, опасаясь коварства и драм.
 Но все-таки, должное им я с лихвою воздам:
Приходит ко мне вдохновенье в разгар заварушек.

О Свете Виткаловой

Светлана Виткалова. Фото автора

Улыбка Джоконды другого столетья.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

к сорнякам относятся лечебные травы; травы, которыми питаются и лечатся животные, полевые цветы и другие растения, которыене культивируются человеком

Вернуться