Кейт Хаск
Дикость

Пролог

– Ронни, постой! Не так быстро!

– Мы должны найти его первыми! – Темноволосый мальчик чуть замедлил шаг.

В поисках своего друга ребята забрели в ночной парк. Ронни уверенно шел вперед. В отличие от Томаса, его не пугали ни хруст веток под ногами, ни тени высоких деревьев. Томас же в очередной раз вздрогнул. Ему послышались не то шаги, не то чей-то шепот сзади. Том боялся отстать от своего храброго друга и не стал оборачиваться. Мысль о том, что он может остаться совсем один в этом жутком парке, пугала мальчика. «Бедный Колин, ему сейчас наверняка очень страшно. Этот парк меня чертовски напрягает». – Томас побледнел.

Он опустил голову и уставился себе под ноги. События этого вечера пронеслись в его голове, и в груди защемило. «Подумай о чем-нибудь хорошем, Томми, и боль пройдет», – вновь услышал он слова матери и попытался вспомнить счастливые моменты своей короткой жизни.

– Да, нужно поспешить, мало ли что может с ним случиться. Ох, и почему все так резко меняется с приходом ночи? Днем мне нравится здесь играть, но вот ночью… – На последних словах мальчик шмыгнул носом, пугливо озираясь по сторонам.

– Томми…

– А?

– Замолкни, ты мешаешь мне думать, – рявкнул Ронни.

Он шел очень уверенно, будто знал, где именно прячется их друг. Томас восхищался умом и сообразительностью своего товарища, с ним ему никогда не было страшно. Он совсем не обиделся, когда Ронни велел ему заткнуться. Подобное случалось крайне редко, и в данной ситуации Том простил ему грубость.

– А если случилась беда? Как мы ему поможем? Нам ведь всего двенадцать лет! – Томас занервничал.

– Не бойся темноты, не бойся парка. Бойся тех людей, которые сейчас находятся в моем доме. – Ронни так резко обернулся, что Томас врезался в него.

Темноволосый мальчик кивнул головой в сторону своего дома, напоминая другу о произошедшем час назад. Томас поджал губы. Слова Ронни придали ему уверенности, теперь парк его не пугал.

– Может, не стоит бояться и черных пакетов, в которые упаковывают мертвые тела? Моих родителей в такие быстро оформили! А теперь и твоего отца… Тебе грустно? Тебе его жаль?

– Нет, – отрезал Ронни. – Нужно найти Колина, пока он не сболтнул лишнего легавым, – подумав, добавил он.

– Ты злишься? – Том часто заморгал и внимательно посмотрел на друга, пытаясь понять, что творится у того в голове.

Вдруг раздались шаги. Ребята замерли. Кто-то вышел из-за кустов и теперь приближался к ним. Ронни устремил взгляд в темноту. Вытирая слезы, Колин медленно шел к друзьям. Мальчика трясло от страха.

– Я не злюсь. Эта ночь все изменит. Теперь я многое понял, – Ронни смягчил тон, чтобы не напугать Колина еще сильнее.

– Тебя заберут в приют? – Глаза Томаса блестели от слез.

– Никто меня не заберет. Мы неразлучны, забыл? – еле заметно улыбнулся Ронни.

– А черный пакет? Я его боюсь, – не успокаивался Том. Колин стоял чуть в стороне, но внимательно слушал их разговор.

– Томми, обещаю, никто тебя в черный пакет не упакует. И не заберет в приют.

– Обещаешь?

– Мы всегда будем вместе. С этой минуты мы трое поклянемся, что отныне и навеки будем друзьями. Клянусь защищать вас, пока дышу, клянусь быть другом и братом. Эта ночь открыла мне глаза, и я знаю, что нам делать дальше. – Ронни достал складной нож из кармана и вытянул руку к свету.

– Что мы будем делать? – Колин подошел ближе.

– Сначала клятва. – Ронни сжал челюсть и приставил холодное лезвие к своей маленькой ладони.

– Резать руку? Это уж слишком! Вы чего, парни?! – завопил Томас, но Колин вытолкнул его на свет.

Том понял, что друзья настроены серьезно. Он вспомнил трагическую гибель своих родителей, сварливую бабку, с которой он сейчас живет и то, как отважно Ронни и Колин защищали его от школьных хулиганов. Верные друзья на всю жизнь – для них не жалко и капли крови. Том вытянул руку вперед.

– Клянусь, – кивнул мальчик, преданно глядя Ронни в глаза.

– Теперь все будет хорошо, Томми. Никто и ничто не встанет между нами и не разрушит нашу дружбу. – Темноволосый мальчик коснулся лезвием руки друга.

Том не почувствовал боли. В тот момент он будто прочел мысли товарища. Казалось, на долю секунды тот очутился в его голове и лично увидел все, о чем говорил Ронни. Он увидел будущее, и оно было безумно прекрасным. Стоя в забвении, Томас улыбался.

– Клянусь. – Колин вытянул руку, позволяя Ронни сделать надрез.

– Это клятва на крови, друзья. – Ронни положил свою кровоточащую ладонь поверх ладоней других ребят и довольно выдохнул.

Тройка неудачников, над которой издевалась вся школа, поклялась в преданности друг другу. Учителя тяжело вздыхали, едва заслышав их фамилии. Белые вороны, не такие, как все. Они думали иначе, отличались от своих сверстников и отныне действительно изменились. Куда же приведет их детская дружба?

Глава 1

Как холодно; я почти не чувствую своих ног. Странно, но мне уже не больно. Как долго я лежу на промерзшей земле? Больше ничто не имеет значения – старые обиды, враги… Нет смысла и в моих поступках.

Я открыла глаза, когда что-то холодное коснулось моей щеки. Что-то вернуло меня из забытья и тотчас исчезло. Это была снежинка. Секунда – она есть, затем еще одна – и осталась лишь вода.

Хотела бы я быть маленькой снежинкой. Мгновение – и меня нет, никто даже не узнает о моем существовании. Сливаюсь с подобными мне, но, если приглядеться, я не такая, как все. Прекрасная и мимолетная. Я не причиню зла. Как бы мне хотелось быть просто снежинкой…

Если встану, то разобью сердца десяткам тысяч людей. Они надеются, что я уже мертва. Жаждут моей смерти, но мне нечего сказать в свое оправдание. Заслуживаю ли я этого? Конечно! Всплакнет ли кто-нибудь, когда меня не станет? Я видела их плакаты – толпа снаружи уж точно не будет сочувствовать мне. Дай им волю, они бы давно устроили самосуд.

Но, по крайней мере, я знаю двух человек на этой земле, которые не переживут моей смерти. Я слышу их голоса за дверью, они уже совсем рядом. Хочу ли я прекратить свои мучения или мне стоит побороться за жизнь?

Жизнь… Я жила не по правилам. Мою жизнь сложно описать. Боюсь, мне не хватит слов, чтобы сделать это.

Как мне объяснить вам, почему я лежу, еле живая, на площадке, где обычно прогуливаются заключенные? Ждете от меня раскаяния? Рассказать вам историю, почему меня приговорили к смертной казни? О, наверняка я вас уже заинтриговала. Желаете узнать, что же я натворила?

Я не горжусь своими поступками, но те, кого я убивала, заслуживали смерти. Если бы можно было отмотать время назад, совершила бы я те убийства, из-за которых сейчас здесь? Да.

Ну вот, по крайней мере, я стараюсь быть честной с вами и говорить только правду и ничего кроме правды. Я совершала поступки, которые до сих пор не дают мне покоя. Мне совестно за них. По моей вине погибли люди, которые, в отличие от меня, были достойны жизни. Но их уже нет, а я все еще жива. По этой и многим другим причинам я не хочу бороться за свою жизнь. Разве не крутая концовка истории? Добро побеждает зло, плохиши понесли наказание. Одна часть меня понимает это, но другая хочет продолжить бой.

Никогда и никому я не рассказывала то, что вы узнаете сейчас. Это правдивая история об опасной преступнице Лилиан Доусон. Правдивая история обо мне.

Не верьте вранью в газетах и по телевидению. Даже на суде я была немногословна: решение было принято задолго до моего слушания, так к чему им мое признание? Но вам я расскажу историю, которая берет свое начало в далекие 90-е годы…

1998 год, Бруклин

Мне было всего семнадцать, моя жизнь только началась. Гормоны и юношеский максимализм – как я скучаю по той милой Лилиан! Кто бы мог подумать, что из этой юной умной девушки вырастет такой отморозок? Правильно, никто. Черт, даже я не верю в это! Я прожила две абсолютно разные жизни! Но не будем забегать вперед.

Как всем уже известно, монстрами не рождаются – ими становятся. Однако в моем случае этому обучают. В моей голове поселили идею о том, что можно подчинить себе весь мир. Если у тебя чего-то нет, этого можно добиться силой, отобрать, присвоить. Существует лишь одно важное правило – никакого сожаления.

История моего перерождения началась осенью 1998 года. Мою жизнь изменили парни, которых я безумно любила и всегда буду любить. У нас с ними «особые отношения», но об этом вы узнаете чуть позже.

В то время я заканчивала школу и планировала поступать в колледж, как и все мои одноклассники. Голова была забита либо уроками, либо мыслями о парне, который мне нравился. Все шло своим чередом.

Я родилась и выросла в простой американской семье со средним достатком. Мои родители только что открыли маленькое кафе на углу улицы. Каждый раз, возвращаясь домой, я заглядывала туда и помогала родителям.

Кафе стало моим вторым домом. Иногда я работала там официанткой, сидела на кассе или помогала матери на кухне. Мои родители были замечательными людьми. Они не знают, каким человеком я выросла, и это к лучшему.

В школе нас часто пугали историями о местных бандитах. После закрытия кафе я никогда не возвращалась домой одна. Каждый день кого-то грабили, иногда дело доходило до поножовщины.

В каждом районе имелись свои преступники и свои герои. В Бруклине тогда всем заправляла новая группировка. Ронни Хоффман, Колин Максвелл и Томас Блэк. Эти трое быстро подмяли под себя район, хоть и были старше меня всего на три года. Новые слухи о них рождались каждый день, так что порой было сложно отличить вымысел от правды.

Одно было известно точно: эти трое жестокие и опасные. У них напрочь отсутствовала совесть и какие-либо моральные ценности в привычном для всех понимании. Их главным аргументом в любых вопросах была сила. В Бруклине они занимались рэкетом, торговлей наркотиками, не брезговали даже мелким мошенничеством и прочими, не совсем законными делами. На их счету – многочисленные разбои, поджоги, грабежи, и это только начало. Поговаривали, что после успеха в нашем районе они решили расширить свои владения. В их компании было два лидера – Ронни и Колин, а Том – подушка безопасности между ними.

Если бы не Томас, эти двое непременно убили бы друг друга еще в школе. Оба вспыльчивые, агрессивные: их неоднократно исключали из школы за многочисленные драки.

Эти парни выросли вместе и привыкли все делать сообща. Все трое пошли заниматься боксом, чтобы иметь возможность хоть где-то выплеснуть свою агрессию. Очевидно, ринга им было мало. Кроме физического превосходства они обладали и умственным: парни все схватывали на лету и знали, как устроен преступный мир. Кто-то говорил, что они родились монстрами, но никто не мог объяснить их тяги к преступлениям и жажды власти. Ронни и Колин были смекалистыми: они понимали, что им просто необходимо окончить школу. При очередной угрозе отчисления они чуть не убили директора, но тот в итоге поступил благоразумно и изменил свое решение.

На улицах говорили, что Ронни совершил свое первое преступление, когда ему было двенадцать. Он убил своего отца, но дело замяли под видом несчастного случая. Куда смотрели полицейские все это время? Хороший вопрос. Парни отваливали им приличную сумму каждый месяц; такое сотрудничество было выгодно всем. Когда с копами вопрос был улажен, друзья решили заняться бизнесом и открыли несколько клубов.

Люди боялись встретить кого-либо из этой опасной тройки на улице. Готовы были закрывать глаза на их преступления и всегда держали язык за зубами, тем самым позволяя их бизнесу процветать. К двадцати годам бандиты силой захватили Бруклин. Ронни люди боялись больше всего, говорили, он настоящий психопат. Те, кто удостаивался чести встретиться с ним лично, со страхом описывали парня: «У него взгляд настоящего безумца! Такое ощущение, что, глядя на тебя, он уже подыскивает место, где закопает твое тело».

Том и Колин – не лучше, под мостом они закопали много людей. Дабы избежать той же участи, жители Бруклина преклонялись перед ними. Кто-то называл их героями, а кто-то отморозками. Иногда они совершали и хорошие дела, но чаще про них говорили плохое.

Я никогда не забуду вечер, навсегда изменивший мою жизнь. 13 октября 1998 года я впервые столкнулась с опасной троицей из Бруклина. Сейчас мне остается лишь ненавидеть и благодарить судьбу за ту роковую встречу. Моя история еще не окончена, но я расскажу ее с самого начала до настоящего момента. Впереди – судьбоносное решение, и я хочу вспомнить все…

В тот день отец ушел с работы раньше и доверил мне закрытие кафе. Такое уже случалось, я оставалась в кафе одна и всегда справлялась с этой ответственностью. Тот день не стал исключением. После закрытия, когда все ушли, я подсчитала кассу и засобиралась домой. Было ближе к двенадцати, до дома идти минут пять. Я вышла и еще раз проверила двери. На улице было прохладно, как обычно в это время года. Боясь простыть, я побежала домой.

В выходные в школе устраивали дискотеку, и я хотела пойти туда, чтобы наконец сказать о своих чувствах очередному однокласснику. Кажется, его звали Энди – сейчас уже точно не вспомню. Забавно даже, что меня интересовали такие нелепые вещи.

Не хотелось, чтобы меня свалила простуда – ведь я планировала признаться парню в любви. Конечно, это была не любовь: он просто нравился мне и был самым крутым парнем в школе. Этих аргументов было более чем достаточно для семнадцатилетней девчонки, тем более что он пару раз улыбнулся мне.

Я прошла полпути, и оставалась еще пара кварталов, как вдруг кто-то в темноте преградил мне путь. Напуганная, я попятилась назад, при этом пытаясь разглядеть человека.

– Ну и кто тут у нас сегодня? – От звуков низкого хриплого голоса меня сразу же бросило в дрожь.

Я поняла, что нарвалась на Бруклинскую банду, но шансы на спасение все же были. Из тени на свет ко мне приближался парень в черном пальто. Если он один, я сумею убежать. Никогда не видела их прежде, но сразу поняла, что люди говорили правду. Я не видела лица, но даже смутный силуэт вселял в меня животный страх. Я сжала учебники и продолжила пятиться от него.

– Куда-то торопишься? – Парень вышел на свет, и бросил на меня безумный взгляд, который люди пытались описать.

Зрачки были расширены, глаза казались черными и жгли огнем. Он смотрел на меня неотрывно, словно гипнотизируя. Казалось, он вообще не моргает. Взглядом настоящего психопата Ронни незамедлительно подчинял жертв себе. Я нисколько не сомневалась, что это именно Ронни Хоффман. Его фирменная уловка сработала, я оцепенела от ужаса и уже не могла сдвинуться с места.

Его взгляд – настоящее оружие: словно яд змеи попадает в твое тело и парализует. Ронни внимательно смотрел на меня, изучал мою мимику. Клянусь, он ни разу не моргнул за все это время. Когда парень убедился, что я не сбегу, он спокойно затянулся сигаретой. Мы стояли под уличным фонарем, его темные волосы казались мне черными как смоль. Он был намного выше меня и своим телом блокировал свет фонаря.

– Ты школьница? Не поздновато для прогулки? – Он выдохнул сигаретный дым мне в лицо и остался весьма довольным.

Я закашлялась и отчаянно пыталась вернуть контроль над телом, чтобы убежать. Осталось совсем немного, у меня получится добежать до дома и позвать папу на помощь.

– Ну, чего молчишь? – Он взял меня за косичку и придвинулся ближе.

Он склонился надо мной, и у меня пропал голос. Я лишь жалобно пискнула и выронила учебники. По утрам я всегда заплетала свои длинные русые волосы в две тугие косы. Как же сильно мне пришлось пожалеть об этом, когда Ронни смог поймать меня за них!

– Вкусно пахнешь. – Он понюхал мои волосы и чуть отклонился в сторону. – Сколько тебе? – рот с зажатой в зубах сигаретой смеялся.

– Не трогай меня! – ко мне вдруг вернулся дар речи.

Я оттолкнула парня и побежала по темному переулку. За спиной раздался грубый довольный смех.

– Я люблю догонялки! Но тебе же лучше, если ты убежишь от меня!

Я бежала без оглядки, привычная дорога домой казалась бесконечно длинной. Оставалось пройти всего пару кварталов, но мне казалось, что я уже пробежала несколько километров.

«Боже, если я выживу, обещаю стать лучшим человеком на свете!» – молила я про себя. Вдруг меня резко схватили за волосы. Мгновение – и я лечу на асфальт. Нет времени думать об ободранных коленках, сейчас главное – выжить!

Ронни накрутил на кулак мои волосы и поднял меня с земли.

– Отпустите! Я ничего не сделала. – Я плакала, держась за волосы.

Мне было больно, но Ронни не ослаблял хватку. Парень поволок меня к машине.

– Зачем ты провоцируешь меня? Сама напросилась. А ведь у тебя был шанс. И, кстати, в этой игре я всегда побеждаю. – Брюнет остановился возле фонарного столба и развернул меня к себе лицом.

По щекам текли слезы и сразу же стыли на холоде. Я молила о том, чтобы он отпустил меня. Ронни прижал меня к столбу и схватил за подбородок.

– Не реви, я же пошутил. Обожаю слезы, но на тебя у меня были другие планы. – Парень силой заставил меня посмотреть на него.

По одному взгляду было ясно, что он потешается надо мной. Ему нравилось причинять людям боль, он получал от этого ненормальное удовольствие. Я не хотела радовать его еще больше и собрала все силы, чтобы остановить слезы.

– Что тебе нужно? – Я уперлась руками в его грудь, не давая приблизиться вплотную.

– Почему ты такая грубая, я же просто задал тебе пару вопросов. – Брюнет рассмеялся и отпустил мои волосы.

– Мне семнадцать, я шла домой! – нервно выкрикнула я, оттолкнув Ронни.

Откуда ни возьмись, во мне зародилось новое чувство. Мне стало обидно за себя, я не хотела уступать ему. Меня и раньше обижали в школе, но никогда еще я не жаждала мести, как сейчас. Ронни заметил изменения во мне. Выражение его лица переменилось, он снова принялся изучать меня. Парень сжал челюсть, от довольной улыбки не осталось и следа.

– А зовут как? – прохрипел он, сжимая мои плечи.

– Лилиан!

– Я Ронни. Я тебя знаю, вижу по глазам. – Он разжал хватку и уже не удерживал меня.

– Ты демон, не смей ко мне прикасаться! – пригрозила я, сверля Ронни взглядом.

– Тебе лучше не будить моего демона, Лилиан. Это плохо кончится. – Брюнет отпрянул назад.

Из соседнего дома вышли люди, и я вдруг поняла, что мне уже не хочется кричать и звать на помощь. Я смотрела на Ронни. Судя по голосам, приближались его друзья, но мне уже не было страшно.

– Поехали, Ронни! Этот говнюк все нам рассказал! – Говоривший был ростом с Ронни, но меньшей комплекции.

Следом шел блондин. Он вытер руки и бросил окровавленный платок на землю. Оба в упор не замечали меня, и, хоть я должна была радоваться этому, почему-то это сильно меня задело.

– С кем ты тут разговаривал? Товар раньше времени опробовал? – Парень с каштановыми волосами засмеялся.

– С ней, – ответил Ронни, указывая на меня.

Я стояла за их спинами и ждала реакции. Мне было любопытно, хотелось разглядеть их получше. Со мной действительно творилось что-то странное.

– С кем? – Парень обернулся и взглянул на меня. – Ох, зачем ты тут с малолеткой болтаешь?

В его взгляде четко читалось, что он даже за человека меня не воспринимал. Парень с каштановыми волосами был красив. Томас Блэк – вот его имя. Говорили, что внешне он похож на ангела, но внешность часто бывает обманчива. Его улыбка была самой красивой из всех, что я видела, большие серые глаза горели озорством. Завороженная, я не могла пошевелиться. Томас отвернулся, когда Ронни подошел ко мне.

– Больше не гуляй так поздно, Лилиан. А еще будет лучше, если ты никому не скажешь, что видела нас сегодня. Завтра копы как обычно опросят людей по соседству, но будь паинькой и скажи, что никого не видела, – говоря, он указывал на дом, из которого вышли двое его друзей.

– Да, он сам упал на молоток пять раз. – Блондин наконец-то обернулся, но улица была плохо освещена, и мне не удалось хорошо разглядеть его.

– Бедолага, не повезло ему. Ладно, сваливаем, нас ждут дела. – Томас нетерпеливо посмотрел на Ронни.

– Не скажу, – неожиданно для самой себя ответила я.

Ронни уже направлялся к машине, как вдруг замер. Все трое уставились на меня, брюнет улыбнулся.

– В каждом из нас живет демон. Сегодня я разбудил твоего и вижу его прямо сейчас. Через несколько дней отпустит. Удачи, Лилиан, – прошептал он и скрылся в салоне авто.

Я молча наблюдала, как черный джип отдаляется от меня. Через минуту он скрылся в темноте. То была моя первая встреча с Бруклинской бандой. Как и обещала, я никому не сказала о ней. В ту ночь Ронни действительно что-то изменил во мне.

Я вернулась домой, а наутро узнала, что мой сосед мертв. Полиция была у нас. Меня не стали допрашивать, а мне и не хотелось настаивать на обратном. У меня было время все обдумать, и я решила ничего не рассказывать. В тот момент я впервые поддалась своей темной стороне, и с тех пор начался мой бой.

Глава 2

Шли дни. Они превращались в недели, недели в месяцы. Как и говорил Ронни, то чувство ушло, но на смену ему пришло другое. Через пару дней проснулась совесть, и ко мне вернулся здравый смысл. Несколько раз я порывалась сходить в полицейский участок, но понимала, что мои показания им ни к чему.

Дело уже закрыли. Даже если бы я пришла и рассказала все полицейским, меня бы спросили, почему я так долго молчала. Шли дни, а за ними прошел сам момент признания. Я упустила этот момент. Полицейские сочли бы меня соучастницей, и я решила хранить этот страшный секрет в тайне от всех.

Свое слово я сдержала. Теперь вам уже известно, как я познакомилась с людьми, которым было суждено изменить мою жизнь. Впоследствии наши судьбы тесно переплетутся. Нет «их» и «моей» истории, есть только «наша». До встречи с ними у меня была другая жизнь, ну а после… После мы стали частью единого целого и правильно будет сказать: «Я продолжаю нашу историю о том, как „Четверка из Бруклина“ попыталась захватить мир».

Снова забегаю вперед. Сложно выстроить хронологию, когда так мало времени. Вернемся к тому моменту, когда я все еще была «домашней милой Лилиан». Старалась ей быть.

«Бруклинская троица» продолжала свою бурную деятельность, а моя жизнь вернулась в обычное русло. Мне хотелось забыть, что я видела их. Забыть то, что промолчала об убийстве, но это мучает меня и по сей день. С большим трудом я пыталась нормализовать свою жизнь. Снова школа и работа, семья и друзья. Они не знали, почему я грущу, и списали все на неразделенную школьную любовь.

Я забыла о «Бруклинской тройке», а вот они обо мне нет. Как только я обрела покой, и моя совесть успокоилась, они снова, подобно урагану, ворвались в мою жизнь.

– Лилиан, к тебе друг пришел! – крикнула мама с первого этажа.

Я сидела в комнате и готовилась к экзаменам. У меня было много друзей, они частенько заходили в гости, и в тот раз я, ничего не заподозрив, спокойно спустилась вниз. Мама ушла на кухню и продолжила готовить ужин, а отец смотрел телевизор в гостиной. Это был обычный вечер в моей семье. Взяв куртку, я вышла на улицу.

Накинула капюшон – на улице шел снег. На ступеньках моего крыльца стоял молодой парень. Школьник выглядел довольно неопрятно. Несмотря на то, что на улице была метель, на его шапке и куртке не было снега.

– Привет, ты – Лилиан? – Незнакомец подошел ближе, потирая руки.

– Да, я тебя знаю? – Я удивилась и сильнее запахнула куртку на груди.

Он был ниже меня и смотрел снизу вверх. Погода в январе не радовала, из-за снега мне приходилось щуриться, чтобы хоть как-то разглядеть его лицо. Возле входной двери висел уличный фонарь, казалось, ветер вот-вот его снесет.

– Кое-кто хочет тебя видеть, – заговорщическим тоном сообщил он.

Я оцепенела от страха. История повторялась. Я сразу поняла, о ком идет речь. Не было необходимости слушать его дальше, я подняла голову и устремила свой взгляд вдаль, в метель. Не слушая парня, я подошла к краю крыльца. Ветер сорвал с меня капюшон и растрепал волосы. Щурясь от снега, чувствуя, как снежинки тают на моем лице, я смотрела на черную машину. Так и знала, что это они.

Я чувствовала страх, но он не был всепоглощающим, как в прошлый раз. Меня пугало то, что я вновь могу потерять контроль. Сейчас я отчетливо понимаю, что в первую очередь боялась самой себя. Да, парни внушали страх, но максимум, что они могли сделать, – это убить меня. Тело бросало в дрожь совершенно от иных мыслей.

– Уходи и передай им, что меня нет дома. – Я развернулась и подошла к входной двери.

– Эй, постой! Мне заплатили за то, чтобы я привел тебя! Я не могу вернуться без тебя!

– Мне все равно, верни деньги! – Я хлопнула дверью и заперлась на все замки.

Скинув куртку, я повесила ее на вешалку. Мама с озадаченным видом стояла в коридоре и смотрела на меня.

– Кто это был? – Она ухмыльнулась, вытирая руки о фартук.

Ее темно-карие глаза светились в еле освещенном коридоре. Теплый добрый взгляд матери я не забуду никогда. Она настоящая хранительница очага и лучшая мать на всем свете. С ее именем у меня ассоциируются дом и уют. Уняв дрожь, я попыталась улыбнуться.

– Этот парень бегает за мной в школе, но он мне не нравится, – отмазалась я.

В тот момент мне казалось, что солгать ей – лучший вариант. Мама понимающе улыбнулась в ответ и проигнорировала стук в дверь. Тот парень явно не собирался уходить. Я напряглась, боясь, что мама откроет ему.

– Кто там, дорогая? – донесся голос отца из гостиной.

– Никто! Очередной ухажер Лилиан! – ответила мама и подошла ближе ко мне.

От нее пахло домашней выпечкой, этот запах всегда напоминал мне о детстве. Мама откинула мои косички назад и поцеловала в макушку. Ее не смущало то, что я уже переросла ее и выглядела как взрослая девушка.

– Будем игнорировать его. Доделай уроки, ужин будет готов минут через тридцать, – тихо сказала она.

Обрадованная, я побежала в свою комнату. Дверь хлопнула за спиной, и я с шумом выдохнула. Поверить не могу, что так легко отделалась от них. Я плюхнулась на кровать. С уроками на сегодня покончено, я погасила свет и планировала просто полежать. Хотела потешить свое самолюбие: неужели я их обхитрила? С лица не сходила улыбка, я мечтательно убрала руки за голову и закрыла глаза. В голове прокручивала момент, как черная машина уезжает прочь.

– Ну и? Думаешь, ты хорошо поступила? – вдруг раздался мужской голос.

Я открыла глаза и увидела Ронни. Парень зажал мне рот рукой, и я пожалела о том, что опрометчиво убрала руки за голову. Парень спокойно навис надо мной, я могла лишь мычать и пинаться.

– Я мог упасть несколько раз, пока забирался к тебе в окно, и если бы упал… Очень разозлился, пришлось бы поджечь твой дом. В следующий раз так и сделаю, выкурю тебя на улицу своим методом, – прошептал он мне прямо в лицо.

Снова этот взгляд, но теперь его глаза были темно-синими. Волосы зачесаны назад, на руках – черные перчатки. Я ощущала запах кожи, который исходил от них. Пульс участился, я не могла сопротивляться.

– Шутница какая, а хочешь шутку от меня? – Парень переместил руку чуть выше и теперь заткнул мне и рот, и нос.

Что он делает? Я забрыкалась сильнее, борясь за свою жизнь. Вновь попала под воздействие безумного дикого взгляда Ронни Хоффмана, ноне планировала сдаваться. В Ронни всегда преобладали животные инстинкты. Сильные выживают. Он приблизился и наблюдал за тем, как я задыхаюсь. Ронни пытался что-то разглядеть в моем взгляде. В свою очередь, я разглядела в его глазах усмешку. Он блефует, интуиция подсказывала мне это, но нехватка кислорода перебивала все мысли. В легких бушевал огонь – в такой ситуации сложно совладать с телом. Ронни игрался со мной, но на этот раз я не должна позволить унижать себя! Ему хотелось вдоволь насладиться моими муками и тщетными попытками спастись, но вместо этого я перестала сопротивляться.

– Ладно, шучу. – Парень освободил меня.

Я с шумом сделала вдох, кажется, еще чуть-чуть и мои легкие взорвались бы. Перекатившись на живот, я хрипло дышала. Больше не ощущала веса Ронни на себе; кажется, он встал с кровати.

– Привет, кстати. Иногда сам бываю невежливым, но до тебя мне еще далеко. – Ронни подергал меня за косички и засмеялся.

Брюнет завалился в верхней одежде на мою кровать, та со скрипом прогнулась. На его пальто был растаявший снег, комнату наполнял запах незнакомого мне парфюма. Я поправила серое платье и попыталась встать. Руки задрожали, я снова рухнула на постель, сил хватило лишь на то, чтобы повернуть голову в сторону Ронни.

– Ты чуть не убил меня, – прохрипела я, еле узнавая свой голос.

– Не преувеличивай, это была всего лишь шутка. Лилиан, люди делятся на два типа: жертвы и палачи. В первую же встречу мы оба выяснили, что ты – не жертва. – Брюнет лежал сбоку от меня и смотрел в потолок.

Я открыла рот от такой наглости. Что он забыл здесь? Я умолчала о том, что видела их тогда. Чем вызвала такой гнев на сей раз? Парень достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. Его слова зацепили меня.

В комнате было темно, но я разглядела его в профиль. Немного выдающийся лоб, острый нос и пухлые губы. Его внешность не была отталкивающей, как я себе раньше представляла. Наоборот, он был весьма миловидным и, если бы не выходил из себя так часто, вполне сошел бы за обычного парня. Куда сильнее меня смущал его низкий хриплый голос. Заметив, что он собирается закурить в моей комнате, я немедля вытянула руку. Хотела отобрать сигарету, но силы быстро меня покинули. Я лишь дернула парня за рукав пальто.

– Нельзя, да? – Ронни повернул голову, и мы встретились взглядами.

В комнату падал свет с улицы, в таком освещении его глаза стали ярко-голубыми. Интересно, можно ли по ним точно определить, в каком настроении пребывает Ронни Хоффман? Он выгнул брови и держал сигарету в руках, ожидая моего ответа.

– Нет, – ответила я и перевернулась на спину.

Сил встать еще не было. Я злобно смотрела на брюнета: его так называемая шутка мне не понравилась. Ронни убрал сигареты и зажигалку обратно в карман.

Почему я не боюсь его? Снова и снова ловила себя на мысли, что не боюсь опасного преступника. Нормальная бы девушка закричала и позвала на помощь. Здравый смысл говорил мне о том, что у меня нет никаких шансов. Не успею закричать, как он снова заткнет меня, а злить его мне не хотелось. Если так подумать, то я – нормальная девушка, и со здравым смыслом у меня все в порядке. Понимаю, лучше не злить его. Мои родители внизу, и я не хочу, чтобы Ронни добрался и до них. Буду играть по его правилам. Он ошибся, когда назвал меня «палачом».

– Коленки сильно болели в прошлый раз? – вдруг спросил он.

Я не хотела больше встречаться с ним взглядом и уставилась в потолок. Продолжала размышлять над его словами. Я не жертва, но и палачом быть не могу!

– Болели, – проворчала я, вспомнив, что не смогла пойти из-за этого на танцы, и Энди начал встречаться с какой-то девушкой.

– А мне не жаль, я не умею сострадать людям. Если бы сказал: «Мне жаль, что ты упала и ударилась» – это было бы наглой ложью, а я ненавижу лжецов! Я всегда честен с людьми. – Ронни спокойно болтал, словно мы были давними друзьями.

– Спасибо за честность, – буркнула я, потирая шею.

– Не за что. Так вот зачем я приехал. У нас к тебе есть одно дело. Оно крайне важное. Конечно, у тебя есть выбор: либо ты соглашаешься и помогаешь нам, либо я прямо сейчас иду и убиваю твоих родителей. Но так как я тебя немного зауважал, могу убить их практически безболезненно, – Ронни выжидающе замолчал.

– Что? – Я повернулась и с ужасом в глазах взглянула на него.

– Хорошо, значит, ты с нами. Так сколько, ты говорила, тебе лет? – Парень встал с кровати и поправил воротник пальто.

– Семнадцать. – Я соскочила с кровати и преградила ему путь к двери.

Мне было страшно за родителей. Ронни понял это и сразу же поменял курс, он подошел к моему шкафу и открыл его.

– Хорошо, завтра вечером ждем тебя в нашем клубе. Думаю, ты знаешь, где он находится. – Ронни со скучающим видом покопался в моих платьях и продолжил бродить по комнате.

– Все обходят ваш клуб стороной, – прошептала я.

– Чтобы была там завтра, иначе Том приедет и не будет церемониться, уж поверь мне! – Брюнет снова подошел ко мне, я вжалась спиной в дверь, не давая ему пройти.

– Не трогай родителей, – попросила я.

– Не трону, но и в окно не полезу. Просто тихо выйду из вашего убогого дома.

Я нахмурилась, когда он оскорбил мой дом. Ронни рассмеялся.

– Я всегда говорю, что думаю.

– Это что-то противозаконное? – спросила я.

– Не бойся, от тебя практически ничего не требуется – просто проведешь нас в одно место.

– Куда? – Я задавала слишком много вопросов, Ронни уже начал психовать.

– Завтра все узнаешь. – Он отодвинул меня от двери и вышел из комнаты.

У него было такое выражение лица, словно ему был неприятен сам звук моего голоса. Ронни ушел и оставил меня одну в полном смятении.

Я понимала, что выбора у меня нет: придется в любом случае пойти в клуб. Но хочу ли я идти туда, это уже другой вопрос. Все произошло слишком быстро, мне требовалось время, чтобы это осмыслить. Несколько минут назад он пытался задушить меня, а сейчас уже и след простыл. Настоящий психопат.

– Ты достала меня своими вопросами, но я – вежливый человек, поэтому пересилю себя и скажу «пока». – Дверь приоткрылась, и я снова увидела Ронни. – Пока, Лилиан, – быстро прошептал он, бросив на меня недовольный взгляд.

Я сидела в той же позе на краю кровати и в ответ лишь пожала плечами. Ничего не понимаю. Что я сделала? Достала? Общение с Ронни давалось мне с трудом, он быстро менял темы, и я никак не поспевала за ним. Из-за него я чувствую себя глупой.

– Что? – протянула я.

– Фу, какая грубиянка. – Брюнет поморщился и скрылся за дверью, но я не услышала его шагов.

– Пока, – буркнула я.

– А зовут меня как? – раздался голос за дверью.

– Пока, Ронни, – выдохнула я, подходя к двери.

– Так-то лучше, – ответил тот и зашагал вниз.

Теперь точно ушел. Я побежала следом, но его уже не было. Я спустилась и проверила своих родителей: каждый занимался своими делами. Я спокойно выдохнула, убедившись, что они в безопасности, и села на ступеньки. Не тронул, это уже радует. Я положила голову на колени и попыталась успокоить свое частое сердцебиение. Во что же я ввязалась?

Глава 3

Все утро на занятиях я нервничала, сидела как на иголках. После школы я должна была помочь родителям в кафе. Что будет, если не приду на встречу в клуб? Они убьют меня? Нет, Ронни ясно дал понять, что пострадают мои родители. За них я переживала куда больше, чем за себя. Решила отпроситься с последнего урока, чтобы ненароком не опоздать и не подвергать их опасности.

Никто не заметит моего отсутствия, только учителю придется солгать. Я никогда прежде не прогуливала, но сегодня у меня не было выбора. Я пожаловалась на простуду, и мне поверили. Если долго работать над своей репутацией паиньки, то она в итоге начинает работать на тебя.

Я вышла из школы и побрела к остановке. Оценивающе посмотрела на свое отражение в луже: две тугие косички, серое платье, пальто. Просто бледная моль, к чему им понадобилась моя помощь? Я не сильная, я не храбрая, я вообще никакая. Настолько никакая, что, пока ехала в автобусе, боялась встретить кого-нибудь из своих знакомых. Села назад и пригнулась. Всю дорогу размышляла о том, что же они от меня хотят.

Хотелось бы знать, что я получу взамен за свою помощь. Я вышла на нужной остановке и дальше пошла пешком. Моя подруга живет недалеко отсюда, она часто рассказывала мне об этом клубе. В красках описывала, какой здесь контингент ошивается. Я упорно смотрела под ноги, боясь поднять голову.

Серость города меня угнетала, и при виде клуба это давящее чувство возросло в разы. На входе стоял мужчина лет тридцати. В горле пересохло, но я сжала кулаки и смело подошла к нему.

– Меня ждут, – тихо, но отчетливо сказала я.

Я отчаянно пыталась не выглядеть жалкой, но интуитивно отводила глаза в сторону и сутулилась. Мужчина достал рацию и оповестил кого-то на другом конце о моем приходе. Наверное, он был вышибалой. Видок у него был, мягко говоря, отталкивающий: пропитый и нездоровый верзила, с таким лучше не спорить. Я хотела, чтобы меня скорее впустили. Здесь довольно многолюдно – вдруг кто-то из знакомых меня увидит?

– Проходи, тебя ждут. – Мужчина открыл тяжелую дверь.

– А куда мне…

– Там сама разберешься, – грубо перебил он прокуренным голосом.

В полной неуверенности и кромешной тьме я спустилась вниз по крутым ступенькам.

Наверное, по ночам здесь много народу, но сейчас было пусто и темно. Я боялась упасть, поэтому шла очень медленно. После долгих поисков и блужданий, я услышала мужские голоса. Ориентируясь на них, я наконец вышла к свету и увидела еще одного вышибалу.

– Меня ждут, – повторила я заученную фразу писклявым голосом.

– Сначала покажи рюкзак или что у тебя там. – Мужчина властно протянул руку.

Я не сопротивлялась. Вышибала нагло рылся в рюкзаке. Что он надеялся найти среди учебников? Оружие? Спустя минуту бесцеремонного копания обыск был окончен, и мне разрешили войти.

Я мялась в дверях.

«Все будет хорошо, главное не забывай, зачем ты здесь», – уговаривала я саму себя. Наконец медленно повернула ручку, и дверь открылась.

– Мне хочется тебя феерично убить!

– Это как?

– А так, блин! Засунуть бы тебе в жопу как можно больше фейерверков и поджечь, чтоб тебя разнесло! Достал уже, что ты его слушаешь постоянно?

Я оказалась в большой просторной комнате наподобие кабинета. За круглым столом сидели все парни из «Бруклинской троицы» и еще один мужчина. Никто из них не обратил на меня внимания. Томас ругался с незнакомцем.

– Сейчас денег нет, нужно ждать. – Мужчина пожал плечами.

Ронни и Колин сидели рядом, закинув ноги на стол. Оба в элегантных костюмах, словно они бизнесмены, а не преступники. В помещении было накурено, даже сейчас Ронни и Колин курили, так что у меня запершило в горле.

Томас встал из-за стола и подошел к незнакомцу. Резко крутанул стул, на котором тот сидел, и заставил посмотреть на себя.

– Хочу, чтобы деньги были завтра! Ты там двойную бухгалтерию ведешь? – закричал Том и хлопнул рукой по столу. Я подпрыгнула от страха.

Ронни и Колин хохотали и перешептывались, а Томас был просто вне себя от злости. Взгляд настоящего безумца… Мне захотелось незаметно ускользнуть из комнаты, пока была еще такая возможность.

– Хорошо, будут тебе деньги, но я настоятельно не рекомендую вкладывать в этот проект такую большую сумму. – Незнакомец явно не боялся криков Тома.

– Плевать! Все деньги будут мои! А теперь проваливай.

Это был идеальный момент для побега, но вдруг я чихнула. Черт. Томас и все остальные резко обернулись, и я почувствовала на себе их взгляды.

– А вот и она! Долго еще будешь там стоять? Подойди, – первым заговорил Ронни.

Я нехотя обернулась. Незнакомец прошел мимо меня и вышел за дверь. Томас тут же изменился в лице и смотрел на меня с улыбкой. Он быстро подошел ко мне, и я вся сжалась, ожидая худшего.

– Привет, Лилиан! Давай пальто, – сказал он.

А я-то думала, он ударит меня или схватит за шкварник. Открыв один глаз, я с опаской взглянула на него и снова чихнула.

– Будь здорова! Ты вся такая, хм… Как умирающий лебедь. Но если Ронни верит в тебя, значит, и я верю. – Не дожидаясь ответа, парень сам начал расстегивать пуговицы на моем пальто.

Он поставил на пол мой рюкзак и повесил пальто на вешалку, где висела их верхняя одежда. Я подняла рюкзак и медленно подошла к столу. Увидев недовольный взгляд Ронни, сразу же вспомнила, что забыла поздороваться.

– Здравствуйте, – пробормотала я еле слышно, сдерживая чих.

– Привет. – Колин оценивающе оглядел меня.

– Открой окно, тут реально дышать нечем, – попросил Ронни Тома.

Да, мне сейчас необходим свежий воздух. Я села за стол напротив парней и положила рюкзак на колени. Ронни и Колин потушили сигареты и убрали ноги со стола. Мне было неприятно видеть их подошвы.

В этот раз Томас был гиперактивным. Он взял кий и начал играть в бильярд. Я повнимательнее разглядела его. У Тома были кудрявые каштановые волосы, отдающие рыжиной. Он был ниже своих друзей и не так крепко сбит, но все же имел спортивное телосложение. Мое внимание привлекли его женственные руки с изящными длинными пальцами.

– Ты пришла, это хорошо, – вывел меня из задумчивости голос Ронни.

Я перевела взгляд с Тома на двух других парней. Их явно забавляло то, как я разглядывала их друга. Не желая быть пойманной, я тут же скорчила серьезное лицо.

– Я помогу вам, но вы тоже окажете мне услугу. К нам в кафе иногда заходят неприятные личности и требуют у отца деньги. Обещайте, что больше подобное не повторится. Это же ваших рук дело.

Я старалась быть жесткой, но мой голос дрожал.

– А почему не попросишь виллу на берегу? – Том бросил кий на пол и засмеялся.

Я вздрогнула, но старалась держаться достойно. Том сверлил меня хитрым взглядом больших серых глаз.

– Это шутка, – прохрипел Колин.

Единственный блондин в группе. У него была небольшая щетина, она придавала парню мужественный вид. Как и Ронни, Колин был крепок. Говорят, они ни в чем не уступают друг другу. Но у Колина был самый адекватный взгляд: пронзительные голубые глаза, а вокруг них морщинки, переходящие в тонкий шрам у виска.

– Я поняла. – Я попыталась улыбнуться, но ничего не вышло.

У них была странная манера шутить. Томас широко улыбнулся, и его улыбка не была красивой. Его перепады настроения меня настораживали.

– Наши люди ваше кафе не трогают, наверное, кто-то пришлый. Сегодня же уладим этот вопрос, а насчет всего остального… – Ронни было потянулся к пачке сигарет, но резко отдернул руку.

– Хочу, чтобы мы больше никогда не виделись, – повторила я свою просьбу.

– По рукам. Слово леди – закон. – Ронни кивнул, не взглянув на меня.

– Что от меня нужно?

– Мы хотим купить клуб. Он находится на Манхеттене, и владелец упорно отказывает нам в продаже. Место жирное, куча возможностей, так что нам просто необходимо завладеть им. Любой ценой, – просвещал меня Колин, теребя серебряное кольцо на пальце.

Он не был похож на остальных парней. Его отличительной чертой была способность выстраивать нормальный диалог. Он не смотрит в упор, не изучает, а просто беседует, чем и располагает к себе. В какой-то момент мне даже показалось, что я участвую в важных переговорах. Трое парней в костюмах и я обсуждали серьезное дело.

– Так попробуйте силой, ведь вам это знакомо, – я осмелилась дать им совет.

Ронни чуть не упал со своего кресла. Скрипя колесиками, он медленно подъехал ко мне.

– Внизу под клубом есть бункер, если он там запрется, то ни одна собака не достанет. Мы проверяли.

– Я хочу себе этот бункер! – Том подошел ко мне и сунул мне в руки рюмку с чем-то коричневым.

– Томас, она еще маленькая, убери, – фыркнул Колин, но сам от выпивки не стал отказываться.

– Неа, скоро восемнадцать. – Ронни подергал меня за косички и засмеялся.

Брюнет пытался вывести меня из себя. Хотела бы я знать, чем я его так раздражаю.

– О, выглядишь моложе. Именно это нам и нужно, – обрадовался Колин.

– Она просто прячет свое настоящее «я» под этим. – Ронни указал на мою одежду.

Парень ерничал, но, встретив мой сердитый взгляд, быстро изменился в лице. Улыбка спала, мы сверлили друг друга глазами. Мне хотелось сказать что-нибудь едкое. Представляю, как приятно будет унизить его перед друзьями. Взгляд парня был тяжелым, но мое желание дать отпор было сильнее.

– Ничего, мы ее загримируем, и она будет выглядеть еще моложе. Как раз то, что любит этот урод.

– Ронни, прекрати, – буркнул Колин.

Но мы не слушали блондина. Я видела, что в глазах Ронни танцуют бесенята, но они еще не были черными от злости. Это значило, что я могу позлить его еще немного.

– Ты напугаешь ее!

– Нет, она не боится. Ей весело. – Ронни первым отвел взгляд и часто заморгал.

Я тоже похлопала глазами и выдохнула. Ронни одним глотком опустошил рюмку. Я смотрела на Колина в ожидании подробных указаний.

– Так что мне делать?

– Отвлеки хозяина клуба, он любит молоденьких девочек. Соблазни его, а как дело дойдет до постели, просто защелкни на нем наручники и впусти нас. Делов-то.

– А может быть, вам еще… – Я просто опешила от такой наглости.

– Понеслось… – засмеялся Ронни.

– Вы убьете его? – осторожно спросила я.

– Ха, всего несколько секунд назад ты хотела навредить мне, а теперь переживаешь за какого-то урода? Лилиан, Лилиан, и какие же грубые словечки ты припасла для меня? – Ронни рывком развернул мое кресло.

Мы вновь сражались взглядами. Колин и Том смеялись. Меня больше не смущал взгляд Ронни. Он был прав, когда сказал, что я не боюсь.

– Не понимаю, о чем ты, – прошептала я.

– Брось, что ты думала в тот момент? Наглый хам, грубиян? А может, рассуждала о том, как мы с тобой похожи? Вспомни свои требования. Ты не милая девушка, ты пришла сюда с корыстными целями, – прошипел мне в лицо брюнет.

Я опешила. Откуда он знает, что творится в моей голове? Это просто невозможно. Я не знала, что ответить ему. В одном он был прав: я действительно хотела, чтобы моего отца оставили в покое.

– Я согласна, – наконец выдавила я. – Но я не умею пользоваться наручниками! И вы должны гарантировать мне полную безопасность, – обратилась я к Тому.

– О, дорогая, я тебя научу. – Томас хмыкнул и тоже подергал меня за косички.

Выбора не было. Даже если уйду, они все равно убьют владельца клуба, а так хоть не тронут отца. Решение было принято.

– Но почему именно я? – Этот вопрос я задала уже Колину.

– Ронни сказал, что ты поможешь, – пожал плечами блондин.

– И был прав, – раздался за моей спиной довольный голос Ронни.

– Откуда ты все про меня знаешь? – Я разозлилась и резко вскочила на ноги.

Ронни тоже встал, и теперь я смотрела на него снизу вверх. Конечно, проще было дерзить ему, когда наши глаза находились на одном уровне, но даже в таком положении я справлюсь.

– Потому что я уже в твоей голове, – усмехнулся он.

Глава 4

– Пошел ты! – Я схватила пальто и выбежала из комнаты.

– Она то, что нужно! – Томас ликовал.

Но ноги уже несли меня к выходу. Меня не пугали ни крутые ступеньки, ни темнота, ни вышибалы. В голове засели слова Ронни. Он вообще меня не знает.

Нужно торопиться в кафе, иначе родители начнут задавать вопросы. Я гордо поднималась вверх, но все же споткнулась на ступеньках. Хорошо, что успела схватиться за перила.

– Сегодня вечером за тобой заедут. Будь готова к десяти, – за спиной раздался голос Колина.

– А если откажусь? – спросила, не оборачиваясь.

– Незаменимых людей нет, но Том и Ронни не оставят тебя в покое. Ты их чем-то зацепила, – ответил парень.

– Это предупреждение? – Я тотчас обернулась.

– Просто ставлю перед фактом. Чем сильнее ты противостоишь им, тем больше раззадориваешь. – Колин пожал плечами и ушел.

Я вышла из клуба, размышляя над его словами. Может, мне нужно просто перестать им перечить? Если выполню поручение, они точно оставят меня в покое?

Эти трое самые… самые странные люди из всех, кого я только встречала. С Колином еще можно найти общий язык, но Том и Ронни просто неуправляемые. Сложно понять, что творится у них в головах. И как Колин дружит с ними так долго? Мне остается только завидовать его выдержке.

За этими мыслями я не заметила, как добралась до кафе. Никому не сказала, где я была. Снова стала неприметной Лилиан, принимала заказы и разносила тарелки по столикам. Когда моя смена кончилась, я побежала домой.

Родители остались в кафе. Оно работало до одиннадцати, но мне нужно было быть к десяти дома.

Не поужинав, я принялась собираться. Поверить не могу, что я буду помогать настоящим бандитам. Какого черта я вообще на это согласилась? Неужели Ронни прав насчет меня? Нет, я просто в отчаянном положении и хочу защитить своих родителей. Надеюсь, парни сдержат свое слово.

Я подошла к зеркалу и с трудом узнала себя. Мой взгляд изменился. Я решила подвести глаза, выбрала зеленое платье на вечер. Остановила свой выбор на грубых ботинках и переплела косички. Только спустилась, как в дверь постучали. На пороге стоял Томас, его лицо светилось от счастья.

– О нет, так не пойдет. – Парень изменился в лице.

Не спросив разрешения, он убрал мою руку с двери и зашел в дом. Если Ронни постоянно твердил о вежливости, то Том не знал, что это вообще такое.

Парень прошел в гостиную и сел на диван. Возле дома стояла машина, но никто больше из нее не вышел.

– Что не так? – поинтересовалась я.

– Надень то серое убогое платье и смой макияж. Ты что, первый раз решила накраситься? – Парень листал журналы о домашнем уюте моей матери и не смотрел на меня.

– Я думала… – Я занервничала.

– Ты должна походить на мелкую школьницу, и затяни свои, ну эти… – Том отбросил журнал и уставился на мою грудь. Я мигом скрестила руки на груди. Мне не нравилось, как он разглядывал меня.

– Удивительно, а он был прав. И как, помогает это твое самоотрицание? – Том поднялся на ноги и приблизился ко мне.

Улыбка пропала, его взгляд стал похотливым. Я испугалась. В этот момент я вспомнила слова Колина и решила не противостоять ему. Я просто замерла на месте и смотрела на парня.

– Что? – переспросила я, опустив руки вниз.

– Грудь нужно спрятать, бинты есть? – Том снова заулыбался.

Я не успевала следить за сменой его настроения. Он то ангел, то психопат. Может измениться до неузнаваемости всего за несколько секунд. Я кивнула. Томас пригладил мне волосы и сказал, что прическу менять не надо.

– Ты странно себя ведешь, – не сдержалась я.

– Такой характер, – пожал он плечами. – А еще у меня проблемы с гневом. Прохожу лечение. – Он явно был рад поделиться.

Я поднялась к себе и заперла дверь на ключ. Достала серое платье и, как просил Том, затянула грудь эластичным бинтом. Смыла макияж, потуже затянула косички и вернулась в гостиную. Том смотрел какой-то фильм и заливался громким смехом.

– Так лучше? – спросила я.

Парень оглядел меня снизу вверх. По его взгляду я поняла, что он всем доволен.

– Теперь можно ехать. – Парень повел меня к выходу.

Родителям я оставила записку. Написала, что уже сплю и прошу не будить. Надеюсь, соседи не заметили нежданных гостей и ничего об этом не скажут. Пробило десять, и мы вышли на улицу.

Возле дома стояла еще одна машина. Я заперла дверь и молча пошла за Томом. Он остановился возле своей машины.

– Тебе в другую, – сказал он.

Я подошла к черному джипу. Из машины вышел мужчина и открыл мне дверь. Я послушно села на заднее сидение, и увидела чей-то силуэт рядом с собой. Конечно, это был он. Впереди сидели телохранитель и личный водитель.

– Привет, – поздоровалась я.

– Привет, Лилиан. – Ронни улыбнулся.

– Вы всегда держите свое слово? – поинтересовалась я, не смотря на парня.

– Конечно, – ответил он.

Значит, оставят в покое. Это именно то, что я хотела услышать. Повисла тишина. Все в машине молчали. Вдруг Ронни придвинулся ближе ко мне, я ощущала его взгляд, но продолжала игнорировать.

– Знаешь, какая черта твоего характера ведущая?

– Мне это неинтересно, – я пожала плечами.

– Желание доминировать. Всегда и везде. Конфликт с тем, кто заведомо сильнее – не пугает, а скорее, наоборот – раззадоривает, – довольно проговорил Ронни.

– Это не про меня, – отрезала я.

– Разве?

– Я нормальная, спокойная девушка. Не хочу выделяться из толпы. – Я так и не взглянула на него.

– Нормальная девушка не согласилась бы помогать нам. Будь ты такой, сидела бы в полиции и писала заявление, ну или хотя бы испугалась и закатила истерику, – парень рассмеялся и отодвинулся от меня.

Возможно, в его словах была доля правды. Я не хотела уступать ему, зная, что он сильнее меня. Ронни действительно не пугал меня, я лишь хотела доказать самой себе, что могу противостоять такому сильному человеку, как он. Позабыв о словах Колина, я повернулась лицом к Ронни.

– У меня не было выбора, – прошипела я.

– Выбор есть всегда. Ты просто сама хочешь этого. Тебе интересна наша жизнь, она тебя манит, а не пугает. Более того, ты не хочешь, чтобы это прекращалось, – Ронни смотрел на свои кожаные перчатки.

– Да я только и мечтаю о том, чтобы вы отвязались от меня! – не выдержала я.

– Мне можешь не заливать. – Брюнет отмахнулся.

Меня всегда бесил этот жест. Не думая, я ударила Ронни по руке. Он перехватил мою руку и крепко сжал кисть. У него просто стальная хватка. Хотя мне было больно, я не показывала это.

– Ты всячески принижаешь то, чем наградила тебя природа. Не замечала? У тебя другое мышление, ты вовсе не сентиментальная девушка. Все твои движения четкие и продуманные. Ты спокойно добралась до клуба и вышла из него так стремительно, как будто уже знала там каждый коридор. Тебя мучила совесть не потому, что ты промолчала об убийстве, а потому, что не чувствовала сожаления. Совесть крепко спит, но иногда просыпается, – Ронни чеканил каждое слово.

– Отпусти, это все бред! – Я выдернула руку и отодвинулась назад.

Больше мы не разговаривали.

Молча мы доехали до какого-то склада, где меня пересадили в другую машину. В ней со мной беседовал другой мужчина, подробно объясняя, что делать. Я старалась все схватывать на лету, ведь времени на репетиции у меня не было.

Выяснилось, что у хозяина клуба есть знакомый, который привозит ему девиц. Этот человек перешел на сторону «Бруклинской троицы», он и проведет меня в клуб под видом очередной «жертвы». Мне выдали снотворное для охранников. Машина остановилась в паре кварталов от нужного нам клуба. Все, кроме моего сопровождающего, вышли, а к моему окну подошли Томас, Колин и Ронни. Я опустила стекло, вероятно, они хотели мне что-то сказать.

– Боишься? – хихикнул Том.

– Он ведь очень плохой человек? – спросила я, стараясь смотреть только на Колина.

– Да, в какой-то степени ты делаешь хорошее дело. Он платит легавым, так что они не скоро его накроют, а вот сколько девушек еще пострадает – неизвестно, – ответил тот.

Парни пытались подбодрить меня. Все, кроме Ронни. Он просто стоял и курил. Смотрел по сторонам, болтал с кем-то и всячески игнорировал меня.

– Удачи, лапушка, – подмигнул мне Том.

– Спасибо, – зачем-то поблагодарила я его.

– Главное, не бойся. Все будет хорошо, – дал последнее напутствие мне Колин и ушел.

Я собиралась закрыть окно, но тут подошел Ронни. Я демонстративно отвернулась и смотрела на водителя. Скоро мы уже отъедем?

– Лилиан?

Я долго не решалась посмотреть на парня. Снова возьмется за свое? В его словах нет никакого смысла. Я все же обернулась, чтобы он насильно не вытащил меня из машины.

– Да, Ронни, – сухо сказала я.

– Удачи. – Парень улыбнулся и отошел.

И это все? Он так усердно звал меня, чтобы просто пожелать удачи? Тут машина тронулась и завернула за угол. Я положила на колени рюкзак, который мне дали.

Так, нужно все повторить. Главное – это открыть им двери. У хозяина клуба есть потайная комната. Мало кто знал, где она находится, а те, кто знали, называли ее бункером. Открывается только изнутри. Там я и окажусь сегодня наедине с опасным преступником.

По совету Колина я делала вид, что нервничаю и боюсь, вот почему улыбался Ронни. Он знал, что на самом деле я совсем не переживаю. Самой бы чувствовать сейчас, как ноги дрожат от страха, но я была спокойна как никогда. Черт бы побрал этого Ронни!

Глава 5

Я вышла из машины вместе с моим сопровождающим. Он сказал, чтобы я молчала всю дорогу и делала испуганный вид.

– Хорошо. – Я пошла за ним, включив драматическую актрису.

В клубе вовсю кипела ночная жизнь. Молодые люди веселились и напивались до потери сознания. Никто даже не удивился, увидев несовершеннолетнюю девочку в таком злачном месте. Возможно, они были настолько пьяны, что не видели меня в упор, или же научились закрывать глаза на все происходящее здесь.

Сам клуб вызывал у меня чувство отвращения. Появилась еще одна причина помочь «Бруклинской троице» – надеюсь, они прикроют эту лавочку, и никто больше не пострадает.

Я послушно шла за своим проводником. Мужчина здоровался со всеми, значит, он тут завсегдатай. Оправдывает ли его то, что он теперь работает на Бруклинскую банду? Кто знает, может, он продолжит искать заблудших девиц и приводить их к другим людям.

Пока я размышляла об этом, мы подошли к нужной двери. Суровые охранники молча обыскали нас и только потом впустили. Я спряталась за спиной мужчины и дрожала от страха. Думаю, я отлично вошла в роль. Рост меня выдавал, но я старалась ссутулиться, чтобы казаться ниже.

– Здравствуй, что у нас на сегодня? – услышала я голос хозяина клуба.

– Вот. – Мужчина взял меня за руку и силой подвел к столу.

Я начала сопротивляться. Смотрела только в пол, по щеке скользнула слеза. Тут я почувствовала, как кто-то положил руку на мое плечо.

– Она не совсем в моем вкусе. – Я подняла голову и увидела мужчину.

Хозяин клуба оценивающе осмотрел на меня и провел шершавыми пальцами по моему лицу. Ему было лет сорок, если не больше. Именно таким я его себе и представляла, пока мы пробирались через толпу людей в клубе: близко посаженные карие глаза и противные тонкие губы. Он был невысокого роста и полноват. Его черные подтяжки меня позабавили. С каждой секундой во мне просыпались доселе неизвестные мне чувства: я желала возмездия. Никогда прежде я никому не желала смерти, но сейчас это вызывало во мне приятное волнение. Я больше боялась себя, чем этого извращенца.

Я снова взглянула в его карие глаза, которые похотливо скользили по мне, и приняла окончательное решение.

– Ничего лучше не было.

– Отпустите меня, пожалуйста, я никому не скажу, обещаю, – лепетала я дрожащим голосом.

– Хорошо. – Хозяин клуба кивнул моему сопровождающему.

Мужчина покинул кабинет и оставил нас вдвоем. Я правдоподобно исполняла роль жертвы, плакала и молила его о том, чтобы меня отпустили. Конечно, он меня не отпустил. Я плакала, пока он вел меня по коридору. Затем мы спустились по лестнице вниз и прошли другой коридор. Все это время он крепко держал меня за плечи, чтобы я не сбежала. Наконец мы подошли к двери, возле которой стояли очередные охранники. Я задумалась, как же мне опоить их снотворным? У них тут все схвачено, столько охранников на каждом шагу. Не клуб, а целая крепость.

– Проходи, моя прелесть. Мы просто поиграем в одну игру, а потом я тебя отпущу. – Хозяин впустил меня в свое логово.

– Обещаете? – наивно похлопала я глазами и вошла в комнату.

– Конечно, котик, – рассмеялся он.

Я сняла рюкзак и держала его при себе. Мужчина вошел следом за мной и запер дверь на ключ. Если бы он только знал, кто я и зачем мы здесь. Это комната может стать для него последним пристанищем, склепом – так точнее будет. «Бруклинская троица» не оставит его в живых, и все благодаря мне. Как же быстро сменятся роли: он считает меня безобидной девочкой, очередным трофеем в своей коллекции, но это он станет жертвой. Безнаказанность и деньги внушили ему мнимое чувство превосходства, но рано или поздно всему приходит конец. Даже на самого опасного монстра найдется монстр опаснее, особенно тот, кто не ведает, что творит. Сегодня им оказалась я.

Ронни манипулировал мной с самого начала, на самом деле его целью был не этот мужик, а я. Они бы и без меня с ним справились, Просто Ронни хотел проверить, соглашусь ли я помогать им. Желал пробудить во мне то, что разглядел во время нашей первой встречи. Направляемая искусным кукловодом, я стала опасной игрушкой для хозяина клуба, но отступать было уже некуда.

Грубые пальцы вновь скользнули по моей щеке. В глаза бросилась золотая цепь, что висела у него на шее. Казалось, она может лопнуть в любую секунду. Я сняла пальто и села на стул. У меня немного сползли гольфы, но я не стала их подтягивать.

– Почему ты плачешь?

– Простите, я больше не буду, – прошептала я.

– Правда? – удивился он.

– Обещаю.

– Хочешь сок?

Я кивнула.

Коренастый мужчина, пританцовывая, подошел к мини-бару и взял бокал. Пользуясь тем, что он отвернулся, я осмотрела комнату. В самом центре стояла кровать, напротив располагалось большое зеркало. В дальней стене была еще одна дверь. Это то, о чем говорил мне Том? Может, это какой-то запасной выход? Я подошла к хозяину клуба.

– А можно, я сама налью? Родители учили меня быть самостоятельной, – вкрадчиво сказала я.

– Какая умница, – хозяин улыбался и пожирал меня глазами.

Я внушила ему, что я из неблагополучной семьи, и никто меня искать не станет. Вот почему Том так возился с моим внешним видом. Я взяла несколько бокалов и налила апельсиновый сок. Пока мужчина выбирал музыку, я открыла кольцо с секретом и насыпала снотворное в три бокала. Мне оставалось надеяться, что это было и вправду снотворное, а не что-то смертельное.

– А это кому?

– Им. – Я кивнула в сторону двери. – Они, наверное, тоже хотят пить.

Я направилась к двери, за которой стояли охранники.

– Подожди, я открою. Ты мне нравишься все больше и больше, – мужчина погладил меня по голове и повернул ключ в замке.

Дверь, скорее всего, сделана из стали, а стены бетонные, так что никто не услышит криков. Я вынесла охранникам напитки, надеясь на то, что они все же их выпьют. Когда я вернулась обратно, в комнате уже играла музыка, и хозяин подозвал меня к себе.

Я медленно подошла к нему, он закружил меня в танце. Внезапно мужчина сократил дистанцию и уткнулся лицом в мои волосы. Его левая рука скользнула ниже по моей спине, я начала сопротивляться. Он резко бросил меня на кровать. Я закричала, вновь исполняя роль жертвы.

– Глупышка, слушайся дядю, – прошептал мужчина, хватая меня за руки.

Он уселся сверху, придавливая меня телом к кровати, но в следующую секунду отрубился, завалившись на меня. Я лежала на кровати, прижатая телом хозяина клуба.

– Еще лучше, – прокряхтела я, проверяя пульс на шее мужчины.

К счастью для меня он был еще жив, к несчастью для него – это ненадолго. Я с трудом выбралась из-под его туши и встала с кровати. Мне нужно было открыть дверь, поэтому я бесцеремонно обшарила его карманы. Заветные ключи были у меня.

В связке было всего два ключа. Если охранники будут в сознании, я быстренько захлопну дверь. Ведь у меня оставался путь отступления – дверь в дальней стене. Мне было любопытно узнать, что за ней находилось. Пересилив себя, я все же решила не открывать ее.

Открыв первую дверь, я боялась увидеть охранников. С ними в одиночку мне не справиться. Едва приоткрыв дверь, я замерла.

– Ну как? – Я увидела Ронни. Он прислонился к стене, рядом валялись охранники.

– Они спят? – спросила я.

– Пришлось вырубить, но они живы. Твои коктейли пить не стали. – Ронни подался вперед и перешагнул через одного.

– Этот тоже готов. – Мой отчет был коротким; я распахнула дверь пошире, предлагая Ронни самому оценить мою работу.

В коридоре послышались шаги. Колин, Томас и еще пятеро мужчин приближались ко мне. По лицам парней я поняла, что они довольны мной. Впервые я ощутила неподдельную радость и была чертовски горда собой. Ужасно, что мне понадобилось целых семнадцать лет, чтобы испытать это. Ни хорошие оценки в школе, ни подарки на Рождество не могли меня осчастливить. В тот момент, стоя в коридоре, я скрывала улыбку и пыталась заглушить чувство радости в себе, считая его аморальным.

– Молодец, Лилиан! – при виде меня Том ускорил шаг.

– Все хорошо? – поинтересовался Колин.

Я кивнула.

– Отвезите ее домой, – попросил Колин одного из мужчин.

Я вернулась за пальто. Ронни гулял по комнате. Мне пришлось играть перед парнями роль «нормальной девушки». Я понимала, что быть такой, как они – плохо. Меня пугала мысль о том, что мне понравилось помогать им. Все, чего я хотела – снова вернуться к обычной жизни. Ради своих родителей я должна стать прежней. Я не могу подвести их.

Я состроила серьезное лицо и молча вышла из комнаты. Надеялась, что на этом покончено, но Ронни настиг меня в коридоре. Я замедлила шаг, чтобы подтянуть гольфы, как он уже стоял рядом.

– Возьми, это тебе. – Брюнет протянул мне белый конверт.

– Что это? – Я выпрямилась.

– Деньги, ты их заработала.

– Нет, у нас был другой уговор.

– Не глупи, деньги нужны всем. – Он начал злиться.

– Мы договорились о другом. Вы оставите меня в покое и решите вопрос с кафе, – напомнила я ему.

– Хорошо, будь по-твоему. – Ронни бросил конверт на пол и направился обратно в комнату.

Я смотрела на конверт, он был толстым. Наверняка в нем приличная сумма, но эти деньги заработаны нечестным путем. Я взглянула вслед Ронни. Мной двигали вовсе не деньги или желание разбогатеть.

– Постой! – бросилась я за парнем.

Мне хотелось о многом его спросить. Например, к чему была эта проверка? Почему именно я? Но мои вопросы Ронни мог расценить как желание продолжить сотрудничество с ними, так что я решила помалкивать.

– Ключи. У меня есть вопрос. – Мы поравнялись.

Он обернулся и грубо выхватил ключи у меня из рук. Парень был взбешен тем, что я не взяла деньги.

– Какой еще вопрос? – Брюнет поморщился.

– Тот мужчина, что привел меня сюда, и сам этот клуб… – начала я издалека, не решаясь спросить напрямую.

– Он уже мертв, а этот клуб ждут большие изменения, – перебил меня Ронни и достал сигареты.

Он взглянул мне в глаза. Парень смотрел на меня, как на вещь, без тени прежнего интереса. Я разочаровала его. Раньше мне казалось, что мы были на равных, но сейчас я сильно уступала ему. Когда я решила играть роль прежней Лилиан, Ронни все понял. Это предсказуемо огорчило его, но что самое удивительное, и меня тоже. Что бы ни было, я не собиралась отступать от нее.

– Это все? – спросил он, закурив.

Как же быстро я стала ему безразлична! Как же быстро пропало мое хорошее настроение! Перед глазами пролетела серая бестолковая жизнь. Вынуждена признать, что и в будущем она не изменится. Все должно остаться прежним, пусть мне это и не нравится.

– Да. – Я кивнула.

– Прощай, – безразлично бросил он и ушел.

– Прощай, – прошептала я вслед.

Так будет лучше для меня. Еще один мой секрет. Я должна думать о своем будущем, в котором нет места «Бруклинской троице».

Когда я приехала домой, родители уже спали.

Я осторожно отперла дверь и на цыпочках поднялась в свою комнату. Долго сидела на кровати в верхней одежде, не шевелилась. Однажды я уже смогла забыть их, значит, смогу позабыть вновь. Я простая девушка из Бруклина. Ничего не изменилось и не изменится.

Глава 6

– Лилиан, с тобой все в порядке?

Я шла по школьному коридору, погруженная в свои мысли, как вдруг меня догнала одноклассница.

– Привет, Синди. Все хорошо. – Я чуть замедлила шаг.

Девушка поравнялась со мной. Ее явно не удовлетворил мой ответ. Девушка в желтом джемпере с цветочным принтом одарила меня дружелюбной улыбкой.

– Не обращай внимания на Энди, парни такие непостоянные. Сегодня гуляют с одной, завтра трутся с другой. – Синди положила руку мне на плечо.

Я не сразу поняла, о чем она говорит. Заметив мой озадаченный взгляд, девушка замолчала.

– Энди? – переспросила я.

– Ну да. Все думали, что вы пара, а он пошел на танцы с другой. Ты сильно расстроилась? – участливо спросила Синди.

Я нахмурилась, вспоминая парня, о котором говорила одноклассница. Последние события напрочь выбили меня из колеи и отдалили от друзей. Но несчастная любовь здесь была ни при чем. Мыслями я была далеко, и даже не вспоминала о нескладном прыщавом подростке Энди, который и двух слов связать не мог. Понимаю, мои близкие беспокоятся обо мне, но они не в силах помочь, так как не знают всей правды. Не знали ничего о «Бруклинской троице».

Мои оценки ухудшились, я стала невнимательной, но ничего не могла поделать с этим. В голове крутились слова Ронни и те встречи с парнями. Моя обычная жизнь теперь казалась скучной и неинтересной, но я всячески боролась с этими мыслями. Старалась быть прежней Лилиан, но внутри что-то безвозвратно изменилось. Такое чувство, будто с меня сняли розовые очки, и теперь я вижу реальный мир, но больше не являюсь его частью. «Троица» изменила мое видение, теперь я все воспринимала иначе.

– Мы не были парой. – Я ответила резче, чем следовало.

– Он идет, – шепнула Синди и уставилась в пол.

Энди шел, держась за руку со своей новой подружкой, чье имя я даже не знала. Он заметил меня и замедлил шаг. Решил поиграть с моими чувствами. Если бы он только знал, что я думаю о других парнях.

Энди оглядел меня и ухмыльнулся. На мне, как обычно, было серое платье и черные ботинки. Знаю, мне далеко до его красотки-девушки, но они оба были мне глубоко безразличны.

Синди фыркнула что-то себе под нос, я открыла шкафчик и достала учебники.

– Мерзавец, – прошипела Синди, когда Энди был уже далеко.

Ее выходка вызвала улыбку на моем лице. Одноклассница открыла рот от удивления и уставилась на меня.

– Тебе смешно? Он же разбил твое сердце! – недоумевала она.

– Поверь мне, с моим сердцем все в порядке. – Я взяла учебник по химии и захлопнула дверцу шкафчика.

– Я рассеянная и несобранная не из-за Энди. Просто скоро экзамены, и я устаю, – успокоила я ее.

Не помню, чтобы мы были подругами, но Синди, похоже, была в этом уверена.

Я не могла перестать сравнивать своих одноклассников с Томом, Колином и, конечно, Ронни. Возможно, когда-то мне был интересен Энди, но это время прошло. Теперь он казался мне нелепым и нескладным тупицей. Все парни в школе померкли на фоне «Бруклинской троицы».

– Ты чудная в последнее время. – Синди натянула кривую улыбку.

– Боюсь экзаменов, а вдруг завалю? – соврала я.

Хорошо, что школьный звонок прозвенел вовремя, и мне не пришлось выдумывать новые отмазки.

– Нам пора, – сказала Синди.

– Мне нужно в уборную.

– Хорошо, я в класс. Не хочу опаздывать. – Девушка кивнула и поспешила на урок.

В коридоре стало пусто, все ученики разошлись по аудиториям. Я осталась стоять возле шкафчика. Мне следовало бы поспешить на урок, но в голове крутились слова Синди. Неужели так заметно? Я была уверена, что никто не заметил перемен в прилежной тихоне Лилиан.

Пусть все думают, что это из-за Энди, но так дальше продолжаться не может. Мне нужно притворяться лучше, авось сама поверю. Время и правильные установки – вот что мне нужно, чтобы стать прежней.

Я поспешила в школьный туалет, чтобы умыться и привести мысли в порядок. В отражении зеркала я заметила темные круги под глазами. Я поправила воротник платья и принялась расплетать косички. Это ведь не совесть меня мучает, или все же она?

Хозяин клуба был мертв. Являюсь ли я соучастницей убийства? Да. «Как ты можешь спокойно спать?» – спросила я у самой себя. Я ни минуты не мучилась из-за смерти человека, к которой была причастна, и это чертовски меня пугало.

Распустив косы, я включила воду и провела мокрыми ладонями по волосам. Нужно заново заплестись и идти на химию.

Вдруг дверь одной из кабинок скрипнула; я насторожилась.

– Давно я сюда не захаживал. А ведь были времена, когда я в этих кабинках девчонок зажимал, они были только рады. А ты рада мне, Лилиан? – Томас Блэк встал за моей спиной, улыбка не сходила с его лица.

Я замерла, уставившись на него через зеркало, и отчаянно пыталась унять участившееся сердцебиение. Не могу понять, рада я его вновь видеть или нет. Том был одет в темно-синий костюм, отчего его глаза отдавали синевой. Волосы гладко зачесаны назад, идеально чистая кожа – Том был явно лучше всех моих одноклассников.

– Рада, – наконец решила я. – Ты учился в этой школе?

– Я много где учился, в том числе и здесь. Лихие были времена, – протянул он.

Мне не терпелось узнать, зачем он пришел.

– Привет, Лилиан, – прошептал парень мне в самое ухо.

– Привет, – тоже шепотом ответила я.

Том перевел взгляд с моего лица на волосы. Он поднял руку, и я напряглась, не зная, чего ожидать. Парень коснулся моих волос и аккуратно убрал их на один бок. Я вздрогнула, когда он дотронулся до моей шеи.

– Так намного лучше, у тебя очень красивая шея, – уголки его губ поползи наверх.

– Обычно я их заплетаю, – заметила я.

Том отстранился и выключил воду. В уборной повисла тишина. Я старалась не таращиться на парня, но ничего не могла с собой поделать.

– Он велел мне не приходить. Буду честен, я беспокоился о тебе, Лилиан, – наконец заговорил Том.

– Кто запретил? – Конечно, я знала ответ.

– Ронни, кто же еще. Он сказал, что ты в порядке, и как всегда оказался прав, – Том смотрел мне прямо в глаза.

Он отличался от всех парней, которых я знала. Не только внешне, но и своей манерой держаться.

– Я знаю, какое влияние мы оказываем на людей. После встречи с Ронни есть два исхода: либо ты мертв… – Том обошел меня, разглядывая надписи на стенах школьного туалета.

– Либо? – спросила я.

– Либо твой мир меняется. Люди, с которыми общался прежде, все те вещи, которые раньше тебе нравились, теперь кажутся пустыми и никчемными. Ты все чаще замечаешь недостатки в них. Прежней жизни тебе стало мало. – Том подошел к окну.

Его вкрадчивый голос задел меня за живое. Он озвучил все то, о чем я старалась молчать.

– Ты давно знаком с ним? – Я решилась подойти к парню.

– Слишком давно. Реджинальд и я – друзья детства.

– Реджинальд?

– Реджинальд Хоффман. Это единственное, что дала ему мать, прежде чем сбежала. Ненавистное имя и сотни вопросов, которые навсегда останутся без ответов. – Том говорил со мной, но мысленно был далеко.

– Ему больше нравится, когда его зовут Ронни. Даже в детстве он был странным. Однажды Ронни понял кое-что важное, то, что навсегда изменило нас троих.

– Что понял? – спросила я.

– Истину, которую и так все знают, но не могут принять. Без него я бы ни за что не догадался…

– Что он понял? – в нетерпении переспросила я.

– Что? – Томас часто заморгал, будто бы очнулся от долгого сна.

– Не обращай внимания, это просто мысли вслух. На меня часто находит, болтаю без умолку, – рассмеялся парень.

Я насторожилась. Подобное поведение было нездоровым. Люди неспроста боятся Томаса Блэка.

– Раз уж с тобой все хорошо, я могу спокойно уйти. – Парень посмотрел на дверь.

– Постой, я не в порядке, – соврала я, желая продлить общение.

Другой человек на моем месте поступил бы иначе, я и сама не понимаю, что на меня нашло. Мне хотелось узнать хоть что-нибудь о «Бруклинской троице». Рядом с Томом то дикое, что сжирало меня изнутри, успокаивалось. Мне стало легко впервые за долгое время.

– Лилиан, с тобой все хорошо. Если хочешь, чтобы я остался, так и скажи, – Том моментально раскрыл мой обман.

– Мне не с кем поговорить о том, что произошло. Друзьям за ланчем о подобном не расскажешь, – я пыталась отшутиться.

– А ты забавная, – рассмеялся он.

Парень ловко вскочил на подоконник и достал жвачку из кармана. Обстановка разрядилась, я подошла чуть ближе. Том вел себя непринужденно, словно мы – старые приятели.

– Решил бросить курить. Хочешь? – Том предложил мне жвачку.

– Нет, спасибо. А как давно вы стали… ну, авторитетами? – Я осторожно подбирала слова, чтобы не испортить момент.

– После того, как отец Ронни умер, его дядя, старый авторитет, взял нас на попечительство. Он-то нас всему и научил. Мы торговали «дурью» на улицах, промышляли мелкими кражами. – Том расстегнул пуговицы на пиджаке и весело покачивал ногами.

– Сколько вам было? – поинтересовалась я, облокотившись на подоконник.

– Не помню, одиннадцать или чуть больше. – Парень почесал затылок, пытаясь вспомнить тот возраст, когда он впервые нарушил закон.

– А что стало с дядей? – не унималась я.

– Дядя… Я бы не назвал его хорошим родственником. Какой нормальный взрослый заставит ребенка толкать «дурь»? Ронни всему быстро учился. Когда он понял, что дядя больше ничего не сможет ему дать, он избавился от конкурента. – Томас крутил обертку от жвачки в руках, а на последних словах рассмеялся.

– Ронни убил своего дядю? – я округлила глаза, не в силах больше сдерживать эмоции.

– Ага, и то, что принадлежало ему, перешло к Ронни.

Я не знала, что ответить, и решила просто промолчать. Том спрыгнул с подоконника и начал разглядывать надписи на стенах школьного туалета.

– Сколько было Ронни на тот момент? – поинтересовалась я.

– Восемнадцать. С тех пор мы расширяем свои владения, как ты могла сама убедиться.

За короткий срок они овладели Бруклином. Не думаю, что они остановятся на достигнутом.

– Мое имя! – воскликнул Том, указывая на одну из надписей. – Да, весело было, за мной много девчонок увивалось. Впрочем, как и сейчас.

Я подошла ближе и увидела имя Тома в ореоле из сердечек.

– А вот Колин, – указала я на другое знакомое имя.

– И Ронни. Помню, они как-то раз подрались из-за одной девчонки и здорово побили друг друга, – парень засмеялся.

– Плохо, когда у друзей совпадают вкусы, – поддержала я диалог.

– Дело не в этом. Ронни назло приударил за девушкой, которая была симпатична Колину, – Томас облокотился спиной о стену.

Парень хитро смотрел на меня, будто хотел поделиться секретом. Я подошла еще ближе, момент располагал, да и Том сегодня отличался добродушием.

– Назло? – я выгнула бровь.

– Ага, он часто испытывает терпение Колина. Но после сломанного носа и двух ребер мы пообещали, что бабы больше не помешают нашей дружбе, – парень пожал плечами.

– Такую дружбу, как у вас, нужно беречь, – я кивнула, впервые высказав Тому свое мнение.

– А ты бы хотела? – Том вдруг придвинулся ко мне, и я насторожилась.

– Хотела чего? – недоумевала я.

– Стать новой причиной сломанного носа Колина, нескольких ребер Ронни и моей растянутой лодыжки? – прошептал он.

Выражение его лица изменилось: больше он не выглядел милым. Он напомнил мне, почему его стоит бояться. Я резко отстранилась.

– Шучу, Лилиан. Видела бы ты свое лицо! Расслабься, – Томас вдруг рассмеялся, и я вздрогнула.

– Ты был убедителен, но мне пора на урок, – я натянула улыбку и попыталась обойти парня.

– Я напугал тебя? Поверь, я этого не хотел, – он схватил меня за руку.

– Все хорошо, мне действительно нужно идти на урок. – Я старалась сохранять спокойствие.

– Мне тоже пора, заболтался с тобой. – Том направился к двери, не отпуская моей руки.

– Да, много дел. Экзамены скоро, меня, наверное, уже потеряли. – Когда я нервничаю, всегда много болтаю.

Мы вышли в коридор, но Том и не думал отпускать меня. Я продолжала тараторить, как вдруг он замер, и я чуть не врезалась в него.

– Прощай, Лилиан, – Томас обернулся.

– Прощай, Том, – вежливо ответила я.

Парень убрал руки в карманы и пошел к выходу. Его походка была легкой и свободной. Томас начал насвистывать какую-то мелодию, но потом замер и обернулся.

– А если бы я в тебя влюбился, и всю жизнь любил только тебя, ты была бы против? – выдал он.

Я вытаращила глаза. Томас умел застать врасплох, его слова часто путали меня, и мне было сложно уследить за ходом его мыслей. Но одно я поняла точно: Том наслаждался подобными моментами. Для него не было большего удовольствия, чем повергать собеседника в шок.

– Не знаю, – еле выдавила я.

– Все звезды на небе горят лишь для тебя одной. – Том подмигнул мне и ушел.

Вскоре его силуэт растворился в глубине коридора, а я осталась стоять одна, дожидаясь, когда ко мне вновь вернется дар речи.

Глава 7

Очень полезно уметь отвлекаться от плохих мыслей. Переключиться на что-то новое, придумать себе хобби, познакомиться с интересными людьми. Мне помогла отвлечься подготовка ко дню рождения. Родители разрешили мне устроить небольшую вечеринку в нашем кафе. Отец в последние дни был весел: его наконец оставили в покое и больше не требовали денег. Вместе с подругами я составила список гостей, а с матерью придумала, что мы приготовим на вечеринку. Это будет тихая посиделка с близкими, мы с друзьями займем лишь пару столиков.

Поздравления начались с самого утра. Родители традиционно поздравили меня первыми, а подарок обещали подарить вечером. В школе меня окружили вниманием друзья и знакомые.

Домой я вернулась веселая и окрыленная. Приятно, когда о тебе помнят. Я быстро переоделась в новое темно-синее платье и распустила волосы. Сегодня вечером я не хотела быть похожей на школьницу. Я даже попробовала накраситься, и, кажется, вышло не так уж и плохо. Сегодня мне хотелось выглядеть иначе.

Придя в кафе, я увидела родителей и весь персонал. Они хором поздравили меня с днем рождения и осыпали блестками и конфетти. В центре зала висела огромная растяжка: «С днем рождения, Лилиан!». За столом в углу сидели мои школьные друзья. Я без конца благодарила всех за такой дивный праздник.

Впервые отмечаю свой день рождения с таким блеском. До этого все деньги родителей уходили на раскрутку кафе, и сейчас оно начало приносить доход. Пусть наше кафе совсем маленькое и находится не в самом лучшем районе, зато здесь всегда уютно и весело.

После шумного праздника кафе быстро опустело, остались только мы с родителями. Время близилось к полуночи, но нам предстояло много уборки, поэтому мы не торопились. Я стояла возле кассы и подсчитывала выручку. Папа переворачивал стулья, мама убиралась на кухне. Дома меня ждал необычный подарок, и мне не терпелось его скорее увидеть. Я закрыла кассу, и вдруг услышала звук колокольчиков над входной дверью. Похоже, забыли запереть.

– Мы уже закрыты, – сказала я, не поднимая головы.

Кто бы знал, что этот звон был предвестником беды. Я не успела ничего понять, как мне под нос сунули оружие.

– Гони все деньги из кассы! – скомандовал незнакомец в маске.

Я послушно подняла руки вверх. Второй мужчина завалил моего отца на пол и приставил пистолет к его голове. Третий грабитель пошел за моей матерью. Как я могла сохранять спокойствие, когда моим родителям грозила опасность?

– Мы находимся под защитой, я не советую вам грабить это кафе, – отчеканила я металлическим тоном.

Мужчина в маске стоял совсем рядом, я буравила его взглядом. Он не мог стоять ровно и мелко подергивался, кажется, у него была ломка. Маму вывели из кухни и заставили лечь рядом с отцом. Папа грозился им расправой, если они тронут нас. Мне показалось, что он их знает. Я перевела взгляд с папы на грабителя.

– Не смей давать мне советы! Тупая сука! – Он перепрыгнул через барную стойку и схватил меня за волосы.

В этот момент мама закричала и попыталась подняться, но грабитель прижал ее ногой обратно к полу. Эти люди были явно не в себе и совершали большую ошибку. Я не издала ни звука, чтобы не пугать маму.

– Со мной все в порядке, – одними губами сказала я, вглядываясь в мамины глаза.

Мама плакала. Никогда до этого я не видела ее плачущей, и эта картина разбила мое сердце. Я не сопротивлялась, зная, что от этого станет только хуже. Лучше дать им то, что они просят.

– Открывай! – скомандовал мужчина.

Я открыла кассу, а в следующую секунду он со всей силы ударил меня лицом о барную стойку. В глазах потемнело, я потеряла сознание…

* * *

Я очнулась в скорой. Машина стояла возле кафе, но я была совершенно одна.

Я привстала, и голову тут же пронзила резкая боль. Дотронулась до лба – голова была забинтована. Все плыло перед глазами, кажется, мне ввели какой-то препарат. Я встала с каталки и осторожно выбралась из машины. На улице было многолюдно: медики, полицейские, любопытные прохожие. Сумрак ночи нарушали мигалки полицейских машин. Расталкивая людей, я пробиралась к кафе. Неожиданно толпа расступилась, и мимо меня пронесли два тела в черных пакетах. Реальность ударила мне в самое сердце. Не было смысла идти дальше, моих родителей убили.

Я кричала не своим голосом. Никогда еще мне не было так больно. Вместе с родителями грабители убили во мне все доброе и человеческое. Когда не стало их, не стало и прежней Лилиан.

Той тихой девочки с косичками больше не было. Не помню, как долго я лежала на земле, прежде чем медики вернули меня обратно в машину. Врач объяснил, что у меня сотрясение. Сейчас меня отвезут в больницу, а позже придется дать показания.

Но я знала, что ни врачи, ни полиция мне не помогут. По-настоящему спасти меня могли только они. Когда врач на минуту отвлекся, я тайком сбежала. Это было не сложно, возле кафе творился настоящий бардак. Полиция опрашивала свидетелей, кому-то из впечатлительных стало плохо. Набежали соседи и друзья, но я совершенно не хотела их видеть.

Мне удалось пройти несколько кварталов, но голова снова закружилась. Пришлось присесть и перевести дух. Я спряталась ото всех за мусорным баком и заплакала. Я плакала по-настоящему первый раз в жизни. Мое горе не знало предела, я никак не могла унять слезы. Обняв колени и положив на них голову, я просидела на холодном асфальте час, если не больше.

В тот момент мне хотелось только одного – отомстить за смерть родителей. Убийцы должны понести наказание, но тюремного заключения им будет мало. Они отняли жизнь у самых близких мне людей, за что я поступлю с ними так же. Кровь за кровь.

Мое тело дрожало от холода, зубы стучали, а ног я вообще не чувствовала. На мне было только платье, я непременно замерзну здесь, если не найду в себе силы подняться. Я еле встала и добрела до остановки. Водитель автобуса, добродушный пожилой мужчина, пожалел меня и довез до клуба бесплатно. Сначала он хотел отвести меня в ближайшую больницу, но я уверяла его, что я в полном порядке. Конечно, по мне этого не скажешь. Я боялась смотреть на свое отражение в темных окнах и весь путь до клуба проехала с закрытыми глазами.

Когда я вышла, на улице шел снег, и мои руки закоченели. Вышибала на входе меня не узнал.

– Скажите, что пришла Лилиан. Мне срочно нужно их увидеть. – Я говорила с большим трудом, все мое тело дрожало от холода.

– Деточка, тебе нужен доктор, а не они, – вышибала покачал головой.

– Прошу вас, – настаивала я.

– Слушай, уходи отсюда, пока не поздно, – пригрозил он, но я смело подняла голову и взглянула ему в глаза.

Мы молча смотрели друг на друга, мою решимость было не сломить. Мужчина тяжело вздохнул и открыл дверь.

– Спасибо, – прошептала я.

– Не благодари раньше времени, они могут и не принять. Здесь только Ронни, остальные еще не подъехали, – ответил он.

Станет ли Ронни помогать мне после всего, что было? Вышибала сопровождал меня, и я уверенно шла вперед, на удивление помня путь. В клубе было много людей. Они шарахались от меня и смотрели, как на убогую. Вскоре я уже стояла возле знакомой двери, на сей раз обыскивать меня не стали. Во мне не было угрозы, напротив, создавалось впечатление, что задень меня пальцем – и я рассыплюсь на миллионы осколков. Вышибала скрылся за дверью, оставив меня в коридоре. В кабинете было тихо, и я не знала, захочет ли Ронни видеть меня или прогонит прочь. Перед глазами возник его образ, я вспомнила, как он смотрел на меня в нашу последнюю встречу. Что ж, я потешу его самолюбие своим визитом, другого выбора у меня все равно не было.

– Проходи, он примет тебя. – Вышибала вернулся с положительным ответом.

Я тихо открыла дверь и вошла. Мне было неудобно обращаться к ним за помощью, но они были моей последней надеждой.

– Выглядишь неважно. Я бы даже сказал, паршиво.

– Привет, Ронни… – заговорила я, осмелившись поднять глаза.

Брюнет сидел за столом и держал в руках рюмку. Он оглядел меня с ног до головы. В его взгляде ясно читалось: «Я же говорил». Кажется, эта ситуация его забавляла.

– Привет, я уже слышал об ограблении. Это не наших рук дело, мы свое слово держим. Скорее всего, это пришлые с другого района. Мне одно только интересно, зачем ты сюда пришла? – Брюнет опустошил рюмку и поставил ее на стол.

– Ты же знаешь… – протянула я и подошла ближе.

– Конечно, знаю, но хотел бы услышать это от тебя. Ты не поехала в участок, не побежала к подругам или кто там у тебя есть из близких. Почему ты решила, что именно я должен помочь тебе? – Ронни встал из-за стола и медленно обошел его.

Парень встал напротив меня. Я молча смотрела в пол. Он хочет, чтобы я сказала, что была неправа. Мне хотелось разреветься в эту секунду, но я собрала остатки гордости и сдержала порыв.

– Ты думаешь, я могу вершить правосудие?

– Они не заслуживают правосудия, – ответила я, осмелившись взглянуть на него.

Ронни довольно улыбнулся. Я была его марионеткой, и он настойчиво дергал за ниточки, выбивая из меня признания. Брюнет оживился, в его взгляде снова читался интерес ко мне.

– А это уже интересно. Так что ты хочешь, чтобы я сделал? – Ронни расправил плечи.

Повисла неловкая пауза, я никак не решалась озвучить свою просьбу.

– Ну же… – вкрадчивым тоном выпытывал он.

– Убей их, – выпалила я.

– Будет сделано. Но сначала признай, что я был прав. – Его тон был требовательным.

– Да, – выдохнула я.

– Ну что за тон! Как будто я тебя насильно заставил. Давай увереннее и с большим энтузиазмом!

– Да, ты был прав, Ронни! Ты был прав, когда говорил, что я притворяюсь! Да, я жестока и желаю смерти убийцам моих родителей! Да, мне не жаль и совсем не совестно. Доволен? – разозлилась я.

Парень довольно прикрыл глаза, словно сорвал бурные овации. Меня же трясло уже совсем не от холода, а от ярости.

– Это было даже слишком. Так тебе их привести живыми или как? – Ронни открыл глаза и пригладил волосы.

– Живыми, – попросила я.

– Хорошо. Сейчас тебя покажут нашему доктору, а потом отведут отдыхать. – Ронни вернулся к своему столу, забрал с него какие-то бумаги, схватил пальто и вышел из кабинета. Я поспешила за ним, у меня было много вопросов.

– Какой доктор? – переспросила я, догнав брюнета в коридоре.

– Личный врач, который нас латает. С огнестрелом в больницу не поедешь. – Ронни отвечал на ходу.

Парень быстро собрал помощников, и я глупо плелась за ними, хромая на правую ногу.

– Осмотри ее и отведи отдыхать.

Ко мне подошел пожилой мужчина и взял меня под руку. Я с опаской покосилась на него.

– А вы долго? – промямлила я.

Я уже не видела Ронни. Путь преграждали высокие мужчины, которые должны были ехать вместе с ним. Неожиданно все расступились, и парень подошел ко мне.

– Не знаю. Мне вот что еще любопытно… – Ронни приблизился, я инстинктивно попятилась назад и наткнулась на стену.

– Ты считаешь меня хорошим? Если пришла сюда, значит, я хороший?

– Нет, ты один раз чуть не задушил меня, – проворчала я еле слышно.

– Это была шутка! – Ронни засмеялся, и ему вторила толпа мужчин.

Вскоре смех стих, и я осталась наедине с доктором. Он не казался мне опасным, так что я прошла за ним на второй этаж. У него был свой кабинет, как у настоящего врача.

Доктор осмотрел меня, пришлось наложить пару швов на лоб. Он дал мне таблетки, сказал, что в ближайшие дни у меня будет сильно болеть голова и лучше будет, если я полежу несколько дней в постели. После осмотра мы поднялись на один этаж выше, где уже не было слышно музыку. Доктор отвел меня в комнату и велел отдыхать.

Я заперла за ним дверь. Комната походила на номер в отеле. Кровать, тумбочки, телевизор, какие-то цветы для создания уюта. Я включила свет и задернула шторы. Доктор дал мне успокоительное, чувства притупились, но мне все еще хотелось плакать.

Я была похожа на зомби. Надеюсь, завтра станет легче. Я закрылась в ванной и сняла грязную одежду. Включив душ, подставила тело под струи горячей воды.

Глава 8

Я вышла из душа и замоталась в полотенце. Подойдя к зеркалу, осмелилась взглянуть на себя. Правая щека и нижняя губа немного распухли, на лбу возле виска красовался пластырь. Я откинула влажные волосы назад и еще раз умылась холодной водой. Мои глаза были красными от слез.

Я снова вспомнила родителей и заплакала. Сил стоять на ногах уже не было, и я соскользнула на пол.

Кафель был холодным – как раз то, что мне нужно. Мои мысли путались, я винила себя в гибели родителей. Эффект бабочки. Если бы я тогда не помогла Ронни, возможно, мои родители были бы живы. Мне хотелось возненавидеть его, но это было мое решение.

– Лилиан, ты плачешь? – вдруг раздался голос Ронни за дверью.

– Я хочу побыть одна. – Я шмыгнула носом.

– Тебе нужно выплакаться. Тебе сейчас, наверное, очень плохо? – Я услышала, как он сел на пол.

Мы сидели спина к себе, между нами была лишь закрытая дверь. Я всхлипывала, а он подбирал слова, чтобы снова заговорить со мной.

– Откуда тебе знать? Ты не способен на сострадание! – крикнула я.

– Мне жаль твоих родителей, Лилиан. Но я не могу найти слова утешения. Хочешь, я позову Колина?

– Не надо, меня утешит лишь новость о том, что вы нашли тех уродов. – Я встала с пола и ударила кулаком в дверь.

– Мы их нашли, я за этим и пришел. Выходи, – бодро сказал Ронни.

Я посмотрела на себя, потом на свое грязное платье. Оно было пропитано кровью, грязью и моими слезами. Нахлынули воспоминания. Я крепко зажмурилась, словно пытаясь сражаться с этими страшными картинками, что мелькали у меня перед глазами. Но вдруг неизвестная сила зародилась в моей груди и вернула мне равновесие. Я взглянула на свое отражение в зеркале и вышла из ванной комнаты.

– Где они?

Ронни стоял возле стены напротив и оглядывал комнату.

– Тут терпимо, ночевал пару раз, но все равно скудно как-то. Нужно будет людей нанять, пусть ремонт сделают. – Он указал на цветочные обои.

– Где они? – повторила я.

– Внизу, в подвале. Том забавляется с ними. Они не из Бруклина, искали легкие деньги или решили позлить нас, – ответил брюнет, не глядя на меня.

Ронни частенько выпадал из беседы. Вроде говорит с тобой, но мыслями где-то далеко. Сейчас ему интереснее была стена, чем я. Его слова меня разозлили. Мои родители погибли из-за денег? Из-за их конкуренции? Я сжала кулаки и была готова занять место Тома внизу.

Я направилась к двери. Ярость и гнев овладели моим рассудком, я забыла, что на мне было одно полотенце.

– Постой, – остановил меня Ронни. – Тебе понадобится что-то… Оружие есть? – спросил он, не отводя взгляда.

– Нет. – Я остановилась в замешательстве.

– Зато у меня есть, могу одолжить, – парень достал пистолет.

Я медленно подошла к нему, надеясь, что это не очередная шутка. Мне нужен был этот чертов пистолет, и неважно, что я не умела пользоваться им. Я дотронулась кончиками пальцев до холодного металла. Наверное, в тот момент мои глаза загорелись, как у настоящего безумца. Я уже представляла, как расправлюсь с теми уродами. Мне не было совестно за свои мысли. Внутри бушевал огонь. Ронни действительно знал меня лучше, чем кто-либо другой.

– Наши мысли – не всегда мы сами, – Ронни резко сжал пистолет и положил свою руку поверх моей.

– Что? – не поняла я.

– В головах людей пролетают сотни разных мыслей. Плохие и хорошие, абсурдные и забавные, но это никак не характеризует нас. Человек как губка впитывает все, в его голове нет фильтра. По-настоящему принадлежат тебе лишь те мысли, за которые ты цепляешься. – Черные глаза Ронни испепеляли меня.

Я нахмурилась, пытаясь его понять. Меня накачали успокоительными, мой мозг был замедлен, но суть его слов я все же уловила. Руки парня были теплыми, а мои холодны, как лед. Мне снова стало зябко. Пламя в груди угасло.

– Я действительно хочу убить их, и могу это сделать, – ответила я, играя с Ронни в гляделки. Интересно, кто моргнет первым? Конечно, я.

– Я знаю, но сейчас не время. Выйдешь из этой комнаты – и пути назад не будет. Потеряешь контроль, а контроль – это все. Ты еще не готова. Убивать людей просто, а вот перестать это делать сложнее. – Брюнет отпрянул от стены и теперь возвышался надо мной.

– Судишь по собственному опыту? – Я ухмыльнулась, попытавшись выдернуть из его рук чертов пистолет.

– Я могу себя контролировать. – Ронни сжал мою руку.

– Ты убил кучу людей.

– Но я никогда не занимался мщением, а ты только об этом и думаешь. Лучше отсидись сегодня, – он стоял на своем.

Я шумно выдохнула. Вновь попыталась представить, как убиваю грабителей, но ничего не вышло. Похоже, я действительно была готова на это лишь в порыве гнева, а в действительности не была способна на такую жестокость. Я отпустила пистолет.

– Что мне делать? – спросила я, уставившись в пол.

– Выспись хорошенько. – Парень пожал плечами и отпустил мою руку.

Я решила не спускаться вниз. Вдруг вспомнила, что стою в одном полотенце и мигом скрестила руки на груди. Ронни ни разу не взглянул на мое тело, он смотрел только мне в глаза.

– А вы… – протянула я, наблюдая, как парень выходит из комнаты.

– Они пожалеют о том, что сделали. В гневе ты бы убила их быстро, чего они не заслуживают. Мы же станем убивать их медленно. – Ронни подмигнул мне.

Его взгляд был веселым, на лице появилась улыбка. Когда я вновь осталась в комнате одна, все словно вернулось на свои места. Меня будто окатили ледяной водой. Я не должна быть здесь! Убийство – это перебор. Ронни прав, я не могу убить человека. И о чем только думала!

Горе затуманило мой рассудок, и я чуть было не совершила большую ошибку. Я уже стала соучастницей убийства однажды, не хватало еще быть инициатором. А что если «Бруклинская троица» решит, что я слишком много знаю? Им ничего не стоит избавиться и от меня, после того как они прикончат тех парней внизу. Ронни знает, что я умею держать язык за зубами, надеюсь, это поможет. Судьба уже наказала меня за то, что я связалась с ними. Я быстро оделась, собрала мокрые волосы в пучок. Мне нужно выбираться из клуба.

В память о родителях я не погрязну в бандитских делишках. Зло породило зло, судьба преподала мне суровый урок. Сегодня я оказалась на волосок от смерти, и это научило меня бояться за свою жизнь.

Я незаметно спустилась вниз и попыталась затеряться в толпе. Боялась попасться на глаза кому-нибудь из охранников, они тут же доложат Ронни и остальным. Заметив, что компания молодых людей собралась уходить, я поторопилась за ними. Мне удалось смешаться с ними и выскользнуть из клуба незамеченной. Холодный уличный воздух пробирал меня до костей. Мне повезло, что рядом жила подруга, и я побежала к ней, зная, что меня обязательно впустят. Той ночью меня приютили родители школьной подруги. Они обо всем знали. Я проплакала всю ночь, боясь, что за мной вот-вот придут. Даже репетировала речь в свою защиту, но о «Бруклинской троице» решила помалкивать.

Как мне жить дальше? Успокоительные больше не действовали. Я хотела услышать милые сердцу голоса родителей. Ужасные мысли терзали душу. Я не представляла, как справлюсь без них. Я стала сиротой всего за одну ночь. Почему грабители не убили меня? Они уготовили мне ужасную участь. Тот покой и умиротворение, что дарила мне семья, никогда не вернутся. Долгие годы уйдут на их поиски, но они не дадут результатов.

Утром стало еще хуже. Все меня жалели, тем самым лишь подогревая боль утраты. Я боялась возвращаться в пустой дом, но мне пришлось. Все в нем напоминало о родителях. Меня одолевали тоска и отчаяние. Я чувствовала себя никчемной, чувство вины за их смерть терзало меня.

В полицейском участке меня попросили вспомнить все, что происходило в кафе в ночь убийства. Они интересовались, куда я пропала, где была, прежде чем появиться в доме подруги. Я сказала, что мне было страшно и что я не помню, как оказалась в парке, где и просидела несколько часов. Мне поверили и сочувственно сообщили, что убийц еще не нашли. Я знаю, что они уже тоже мертвы, знаю, кто их убил. Более того, их убили по моей просьбе, но рассказывать об этом я не собиралась.

Каждый день я ждала, что парни из «Бруклинской троицы» придут за мной. Они выполнили мою просьбу, но ничего не получили взамен. Я вздрагивала от каждого шороха, боялась спать по ночам. Шли дни, плавно перетекая в недели, но никто за мной так и не пришел. Видимо, они решили оставить меня в покое. Я помогла им, они помогли мне, и на этом наши пути разошлись.

Но кроме них у меня была и другая головная боль – кафе. Я не знала, как вести дела, прибыли не было никакой, а счета все продолжали приходить. Я была совершеннолетней и могла жить одна, но мне было тяжело в одиночку справляться со всеми делами. Я написала письмо родственникам, которые были на похоронах моих родителей и обещали помочь. Но ответа не последовало. Хорошо, что у моих родителей были верные сотрудники, они-то и помогали мне кое-как управляться с кафе. Посетителей стало меньше – в паре метров от нас открылось новое кафе. В школе оценки ухудшались, я отдалилась от друзей.

После того как не стало моих родителей, моя жизнь скатилась на самое дно. Я жалела лишь о том, что меня не убили вместе с ними. Я плакала каждую ночь, разговаривала с ними вслух, хоть и знала, что они мне никогда не ответят. Я просто сходила с ума.

С приходом весны все вокруг оживились, но только не я. Город приходил в себя после долгого зимнего сна и преображался с каждым днем. Как ни странно, даже «Бруклинская троица» стала все чаще заявлять о себе. Люди судачили о том, что они вот-вот захватят весь Манхэттен. В Бруклине они больше не появлялись. Я радовалась их отсутствию, но оно не продлилось долго.

Глава 9

Тот апрельский день ничем не отличался от череды предыдущих. Я протирала стол в кафе, когда входная дверь хлопнула, и раздались знакомые голоса. Обернувшись, я увидела «Бруклинскую троицу» в полном составе. Я схватила поднос с посудой и поспешила на кухню. Их появление никогда не сулит ничего хорошего.

Я мечтала исчезнуть, испариться, стать пылинкой, но следом за мной вошел мой дядя и велел вернуться в зал. Брат моего отца стал моим опекуном, и фактически кафе принадлежало ему. После ужасной гибели моих родителей специальная комиссия приняла решение, что я не справлюсь в одиночку. Так у меня появился ненавистный опекун.

– Тебя зовут. – Он забрал у меня поднос и чуть ли не силой выставил из кухни.

Какой же он жалкий трус. Я пыталась не подавать вида, что взволнована появлением давних знакомых. Не боялась, что они убьют меня – ведь сама не хотела жить. Все пошло под откос, и самое время поставить жирную точку.

Кафе быстро опустело. За столиком посередине сидели Колин, Том и Ронни, больше не было ни души. Даже работники убежали на кухню и боялись высунуться. Возле двери стояло двое охранников, в окнах я заметила еще нескольких.

Поправив выбившуюся прядь волос, я неторопливо подошла к столику. Парни оценивающе смотрели на меня. Мой пульс участился. Я выглядела совсем неприметно: серая кофта и черная юбка. Моя кожа была болезненно-бледного цвета, они, наверное, подумали, что я больна.

– Мне нравится твой фартук, – улыбнулся Том.

– Привет, – тихо сказала я.

В горле пересохло. Они, наверное, хотят знать, почему я сбежала? Я боялась взглянуть на парней.

– От тебя веет тоской и могильным холодом, – Ронни не преминул блеснуть своей честностью.

Я села за стол напротив Колина, Ронни и Томас сидели по бокам от меня. Они явно не обедать сюда приехали. Я сложила руки на коленях и принялась разглядывать скатерть.

– Подурнела, – поддакнул Томас своему другу.

– Хватит. – Колин перебил Томаса. – Лилиан, мы приехали по делу.

Его слова заставили мое сердце сжаться от страха. Снова придется делать что-то незаконное? Так и знала, что вновь угожу на их крючок. Сначала они просят тебя о помощи, потом ты их, и это уже замкнутый круг! Больше никогда не стану помогать им, пусть хоть живьем под мостом меня закопают.

– Дела в твоем кафе идут не очень-то хорошо. Несмотря на то, что твой отец имел кое-какие сбережения, все досталось опекуну. – Блондин говорил четко, с расстановкой.

Я видела только их руки. Колин положил желтую папку на стол. На его правой руке красовались золотые часы. Я следила, как большая стрелка отсчитывает секунды, и мое сердце билось в такт им. Мой дядя не был щедр со мной и по-свойски распоряжался моими деньгами. Не знаю, сколько он уже потратил на себя, но сомневаюсь, что смогу позволить себе колледж. У меня пропали амбиции, стало абсолютно наплевать на свое будущее. Все мои одноклассники ждали выпуска, и только у меня одной не было планов.

– Мы выкупили у твоего дяди дом и кафе, – договорил Колин.

– Что? – я не поверила своим ушам.

Кто им позволил выкупать мою недвижимость без моего согласия? Блондин шумно выдохнул и часто заморгал.

– Вы выживаете меня из собственного дома? Я ничего вам не сделала. Ничего не сказала копам, а убежала лишь потому, что больше не хотела связываться с вами. – Я вцепилась в скатерть и чуть не сдернула ее со стола.

– Лилиан. – Блондин протянул мне желтую папку.

– Это кафе – все, что у меня есть. Думаете, приехали сюда на своих дорогущих машинах, в своих дизайнерских костюмах, и вам все можно? – меня было не остановить.

Они не появлялись в Бруклине целый месяц, а теперь вернулись, чтобы покончить со мной? Томас улыбался, Ронни молча наблюдал, как я выходила из себя. Его взгляд был пустым, мои слова не достигали его ушей. Всем своим видом он демонстрировал свое безразличие ко мне. Только Колин слушал меня и пытался что-то сказать.

– Лилиан, ты неправильно нас поняла. Мы наоборот хотим помочь тебе. – Колин оперся руками о стол и повысил тон. Я замолкла. – Мы чувствуем ответственность за то, что с тобой случилось. Отчасти это наша вина, – продолжил он.

– Ты, а не мы, – поправил его Ронни.

Я удивленно захлопала глазами.

– Мы обещали тебе безопасность, но не смогли ее обеспечить. – Колин покосился на Ронни. Наверное, не любит, когда его перебивают.

– Но при чем здесь мой дом?

– Лапушка, одна ты все не потянешь, а твой дядя-опекун вот-вот проиграет дом в карты, а после начнет приставать к тебе… – Том придвинулся ближе и коснулся моей руки под столом.

Я вздрогнула. Его руки были ледяными, холод пробрался под мою кожу и вмиг пробежал по всему телу. Я попала под гипноз больших серых глаз. Томас улыбнулся и положил мою руку на стол, накрыв своей. Не знаю, как, но он успокоил меня.

– Ничего не понимаю, – пробормотала я.

– Твой дом по-прежнему будет твоим, как и кафе, просто в бумагах теперь стоит чужое имя, – ответил Колин, указывая на папку.

– Мы преобразим его, наймем новый персонал, лучше этого. Лапушка, это пойдет тебе на пользу, – уверял меня Томас.

– Но что вы хотите взамен? – спросила я, переведя взгляд на Колина.

– Ничего, – улыбнулся блондин.

Я нахмурилась. Ничего? Так бывает только в сказках. Они что-то скрывают. Ни за что не поверю, что в них проснулось благородство. Я ждала подвоха. Парни тоже молчали, и тишина начала тяготить.

– Хорошая шутка. – Я резко встала и поспешила выйти из зала.

Глупый розыгрыш, и что им только нужно от меня? Я поспешила скрыться в служебном помещении. Парни за столиком явно не ожидали подобной реакции, но я устала от наших игр. Надеюсь, сейчас они выйдут из кафе и навсегда исчезнут из моей жизни. Пусть Ронни думает, что я слабая, мне давно плевать на его мнение.

Я стояла в темном помещении среди старых швабр и ведер, закрыв ладонями лицо. Слез не было, это к лучшему. Сколько можно уже плакать?

В зале было тихо. Ни шагов, ни звона колокольчиков, значит, они по-прежнему были там. Вдруг дверь за моей спиной резко распахнулась, и я вздрогнула.

– Лилиан, ты же знаешь, что поступаешь невежливо с нами, – за спиной раздался голос Ронни, но я не торопилась оборачиваться.

Парень включил свет и запер дверь. Мы остались одни в крохотном помещении. Мне стало страшно.

Брюнет стоял, спрятав руки в карманы брюк, преграждая мне выход на случай, если я попытаюсь выскочить отсюда.

– Вы не можете просто уйти? – взмолилась я.

– Уйти? С радостью, ты действительно раздражаешь меня своей глупостью. Но Томас и Колин хотят помочь тебе. Я здесь только из-за них! – зло выкрикнул брюнет.

– Так оставь же меня в покое! – Я решила, что лучшая защита – это нападение, но быстро пожалела об этом.

Парень напряг челюсть и подался чуть вперед. Я попятилась от него, прикрываясь руками.

– Нет, я все же помогу тебе, – прошипел парень и заткнул рукой мой рот, так что я даже пикнуть не успела.

Ронни прижал меня к стене. Я отчаянно брыкалась, не собираясь сдаваться. Пыталась звать на помощь, но Ронни был сильнее меня. Все без толку.

– Знаешь, каково это – жить без поддержки? Совсем одной? – шептал он мне в лицо. В его черных глазах зияла тьма.

Парень ловко скрутил мои руки за спиной, а ногой быстро раздвинул мои ноги. Я поняла, что он хочет со мной сделать, и уже пожалела, что покинула стол переговоров. Я молила отпустить меня, но вместо слов выходило одно мычание.

– В этом мире нет жалости, никто тебе не поможет. Что ты будешь делать, окажись в такой ситуации где-нибудь в темном переулке? – прорычал Ронни, прижимаясь ко мне всем телом.

Я старалась освободить руки. Никогда прежде не видела его таким, даже в момент нашей первой встречи. Теперь я действительно ощущала себя жертвой. По моей щеке скользнула слеза. Я была слишком слабой.

– А будь на моем месте твой дядя или любой другой мужчина? Что хрупкая девушка может сделать? Какой бы крутой ты ни хотела казаться, ты всего лишь беспомощная девчонка. – Ронни резко отстранился от меня.

Я упала на пол, часто дыша. Он снова за свое: обожает издеваться надо мной.

– Ты ничего не сможешь сделать – закончил свою мысль Ронни. – Это мой последний наглядный урок, надеюсь, ты все поняла. Не хотел тебя обидеть, но слов ты не понимаешь. – Ронни как ни в чем не бывало направился к двери.

Я вытерла лицо от слез, его слова не укладывались в моей голове. Так он хочет помочь мне?

– Я и без тебя знала, что я слабая и никчемная, – прошипела я.

Мне как никогда захотелось навредить ему.

– Узнаю прежнюю Лилиан! – усмехнулся брюнет.

– Убирайся! – крикнула я.

Ронни лишь рассмеялся – мой разъяренный вид забавлял его. Ухмылка на лице парня еще больше разозлила меня. Я сжала кулаки и бросилась вперед.

– Тише, боец, а то ненароком разозлишь меня. – Я неловко повисла на его руке. – Одна ты не справишься, а ребята предлагают тебе реальную помощь. Я все сказал, – Ронни вышел, погасив свет.

Я ударила кулаком в стену, и даже не почувствовала боли. Он устроил мне шоковую терапию, но она имела обратный эффект. Когда Ронни прижал меня к стене, я поняла, что не смогу так жить. Смирение и безропотность не для меня. Я не жертва, я буду бороться за свою жизнь.

Урок усвоен.

Успокоившись, я вышла в зал. Парни общались как ни в чем не бывало. Я медленно подошла к столику и села на прежнее место. Переговоры возобновились.

– Куда пойдешь после школы? – спросил Том.

– Не знаю, наверное, буду управлять кафе. Не хочу торопиться с колледжем, – ответила я.

– Мы хотим предложить тебе работу, – сказал Колин, придвигаясь ближе.

– Так и знала! Я не буду больше помогать вам! – Я вскочила с места, но Томас положил свою тяжелую руку мне на плечо.

– Все законно! Мы ведем легальный бизнес сейчас, и нам нужен человек, который будет заниматься бухгалтерией. Просто подсчитывай наши доходы и выплачивай налоги, – прервал меня Колин. Его слова звучали убедительно, но я не торопилась в них верить.

– Не знаю, – я покачала головой.

– Мы перебрались на Манхэттен и хотели предложить тебе переехать туда же. Родительский дом можешь не продавать, а сдать в аренду, за кафе будут следить наши люди. Лилиан, твои родители бы не хотели, чтобы ты всю жизнь таскала подносы. Мы даем тебе реальный шанс выбиться в люди, – уверял меня блондин.

– Ты даже не знал их, – прыснула я, пытаясь поддеть парня.

Я никак не могла успокоиться и вела себя агрессивно.

– Нам очень жаль, что так и не удалось познакомиться с ними, – кивнул Колин.

– Тебе, а не нам, – перебил его Ронни.

– Может, что-нибудь еще скажешь? – Я злобно взглянула на брюнета, не в силах больше игнорировать его фразочки.

Ронни выводил меня из себя. Почему он всегда такой высокомерный? Считает, что знает все? Но ему невдомек, что на самом деле творится у меня в душе.

– Ага. Теперь Колин официально твой опекун. Дядя успел спустить все деньги, так что у тебя нет выбора, и комедию ломать не надо, актриса, – Ронни победно улыбался.

Я сидела с открытым ртом и не могла прийти в себя от услышанного.

– Ронни, договорились же, что постепенно обо всем расскажем! – возмутился Томас.

– Что? Опекун? – Я взглянула на Колина.

– Ну спасибо, Ронни, – пробурчал блондин.

– Обращайся. А теперь поехали. И ты тоже, – скомандовал Ронни, глядя на меня.

– Никуда я с вами не поеду. – Я испуганно смотрела на Томаса.

– Лапушка, мы не заставляем. Ронни, ты хоть иногда бываешь милым? – парень обратился к другу.

– Не надо было звать меня с собой.

– Лилиан, ты можешь остаться здесь, но… – Колин придвинул свой стул ближе ко мне и продолжил шепотом:

– Это не для тебя. Хоть я был против того, чтобы стать твоим опекуном…

– Как ты вообще им стал? – возмутилась я.

– Сломали нос мужику из комиссии, подкинули деньги твоему дяде, – усталым тоном протянул Ронни и положил руки на спинку моего стула. Я вздрогнула. Я старалась забыть о той ночи.

– Прикинулся другом твоей семьи, – добавил Колин.

– Я не оставлю свой дом и кафе. – Я стояла на своем.

– Валяй, но когда все твои друзья разъедутся, ты возненавидишь это место, – Ронни толкнул мой стул, и я чуть не упала.

– Прекрати! – пригрозила я ему.

– А то что? – Парень поднял руки и засмеялся.

– Ронни… – Колин тоже был зол.

– Ладно-ладно, я в машину. Не надо с ней возиться, не маленькая уже, – фыркнул брюнет и направился к выходу.

Мне хотелось бросить в него чем-нибудь. Руки тряслись то ли от злости, то ли от страха, что он снова копался в моей голове. Я боялась, что и эти его слова окажутся правдой.

– У тебя есть несколько месяцев на раздумье, не хочу давить на тебя. – Колин взял папку и вышел следом за Ронни.

В кафе остались лишь мы с Томом. Он стоял у бара и листал меню.

– Почему Колин не хотел быть моим опекуном? – спросила я.

– Он самый сентиментальный из нас. Сразу хотел тебя пристроить, но из-за Ронни долго все обдумывал. Ронни говорит, что ты такая же, как мы, и должна поскорее примкнуть к нам. – Парень пожал плечами, продолжив листать меню.

– Я? Нет, это бред… – Я нервно хихикнула, на лице появилась кривая улыбка.

– Ронни никогда не ошибается в людях. Иногда мне кажется, что он знает будущее.

– Я вам не нужна, – отнекивалась я.

– Я того же мнения, но Ронни не оставит тебя в покое. Колин будет оберегать тебя от него. Чем ты будешь ближе, тем проще ему будет приглядывать за тобой. – Том не спеша направился к выходу, а мне казалось, что я вот-вот потеряю сознание.

– Пусть это останется между нами: Колин ненавидит то, кем мы стали, но тебя не позволит испортить, – сказал Том на прощание.

Я тяжело выдохнула и налила себе рюмку. Спрятавшись за барной стойкой, я дала волю эмоциям и расплакалась. Что со мной происходит?

Глава 10

Прошло несколько месяцев, парни больше не появлялись. Кафе заметно преобразилось благодаря финансированию и новым работникам. Теперь оно не уступало соседскому, и дела вновь пошли в гору. Колин прислал своего человека: тот следил за всеми деньгами, и моему дяде пришлось туго. Он перестал выпивать и играть в карты, и вместо этого начал работать уборщиком в кафе. Должна признать, мне стало легче. Мне казалось, что родители наблюдают за мной и довольны тем, что их кафе не обанкротилось.

Приближался день вручения дипломов, а потом – прощай, школа! Мои друзья строили большие планы. Они все разъедутся, а вот что будет со мной, еще неизвестно. Я каждый день обдумывала предложение Колина и решила согласиться. В Бруклине у меня не было будущего, я всегда стремилась к чему-то большему. Парни действительно стали спокойнее, так, по крайней мере, говорили люди. Теперь они занимались только легальным бизнесом, биржевыми фондами. Это окончательно склонило меня согласию. Человек Колина останется в кафе управляющим, а дом детства я решила сдавать в аренду.

Думаю, что справлюсь с новой работой, ведь я сама научилась управлять кафе. Это был хороший опыт, который поможет мне на новом месте. У меня был номер Колина, но я ни разу не звонила ему. Моя интуиция подсказывала мне, что стоит ждать новой встречи с парнями.

Я собрала самые необходимые вещи – хорошо, что их было немного. В последний раз пошла в школу и увиделась со старыми друзьями. Когда я получала диплом, то заметила вдалеке возле дороги черную машину. Моя интуиция не подвела. Я опустила глаза и сделала глубокий вдох.

Дальше все происходило как в замедленной съемке. Я медленно спустилась по ступенькам, в ушах бешено стучало. Виски сдавило, я не слышала своих друзей, которые звали меня сфотографироваться.

Я знала, что они стоят возле машины, и, если я сейчас не подойду к ним, они сами придут за мной. Выбор есть всегда: я могла остаться в Бруклине и до конца своих дней работать в кафе или рискнуть и уехать.

– Прощайте, – я обняла друзей и прошла сквозь толпу учеников в синих мантиях.

Мои друзья остались далеко позади, но я слышала, что они продолжали звать меня. Они не знали, что я была знакома с кем-то из «Бруклинской троицы». Я хотела сохранить это в тайне и прибавила шагу. Решено: прежняя Лилиан остается в Бруклине, а новая отправляется покорять Манхэттен.

Я смело смотрела вперед. Это был переломный момент для меня: я сознательно шла на сделку с тремя демонами, чувствуя, как мой собственный демон стремится наружу. Ронни как всегда был прав. Я не могла противостоять своей природе.

Трое парней в шикарных костюмах стояли возле машины. Колин добродушно улыбался. Том задорно подмигнул мне, а Ронни… Он не скрывал своего удовольствия оттого, что его любимая игрушка сама вернулась к нему. Брюнет курил сигару, его окутывали струйки дыма, но ни они, ни школьники, мельтешащие передо мной, не мешали мне разглядеть его черные как смоль глаза. Наше противоборство началось.

– Лапушка, тебе так идет синий! – Томас восхищался моим видом.

– Привет, твои вещи в багажнике. Хорошо, что ты оставила их в кафе. – Колин открыл мне дверь и хотел подать руку, но вдруг смутился.

– Знала, что заберете, – кивнула я.

Утром я попрощалась с кафе и домом, и, чтобы не бередить душу, решила больше туда не возвращаться. Ронни потушил сигару и обошел джип. Мне придется сесть на заднее сидение рядом с ним. Том и Колин сели впереди, сегодня у них не было личного водителя. Томас гордо занял водительское место и отъехал от школы.

– Привет, Лилиан. Поздравляю с окончанием, – бросил Ронни, расстегивая пуговицы на пиджаке.

– Спасибо, Ронни, – ответила я, вовремя вспомнив, что он любит, когда ему отвечают взаимностью.

Мы ехали по знакомым улицам, и я старалась смотреть только вперед. Пыталась скрыть свое волнение, ведь кое-кто рядом сидящий просто обожает выводить меня на эмоции. Я не хотела давать ему поводов для радости, Ронни обойдется. Колин и Томас старались быть милыми и всю дорогу болтали со мной.

На следующей неделе я выхожу на работу. Зарплата хорошая, а еще у меня будет своя квартира. Туда они меня и привезли. Колин пробудет моим опекуном всего лишь год: на следующем слушании комиссия должна принять решение о моей самодостаточности. Ну а пока что Колин беспрестанно пытался всучить мне деньги. Я отказалась, решив, что буду жить на свою зарплату, а от него мне нужна только помощь с кафе.

– Поднимешься? – спросил Колин Ронни, выйдя из машины.

Мы припарковались возле многоэтажного здания. Я озиралась по сторонам, не в силах поверить, что теперь буду здесь жить.

– Я подожду здесь. – Ронни демонстративно отвернулся и разглядывал прохожих.

– Пока, – сказала ему я и пошла вслед за Колином.

– Увидимся в понедельник, – без энтузиазма сообщил брюнет.

Мы с Томом и Колином поднялись наверх. Том держал мой чемодан и болтал без умолку. Говорил, что зайдет за мной завтра и отвезет к своей подруге-стилисту. Колин вежливо предложил ему заткнуться и достал ключи от моей квартиры.

– Прошу, – блондин открыл дверь и пропустил меня первой.

Квартира поразила меня. Вся мебель новая, из панорамных окон открывался шикарный вид на город. Что еще нужно для счастья восемнадцатилетней девушке? Мне казалось, что я на вершине мира, и моя жизнь обязательно наладится. На смену горю пришла радость. Я ходила по гостиной и с изумлением разглядывала каждую мелочь.

– Квартирка небольшая, всего одна спальня, но для начала пойдет, – Колин почесал затылок и протянул мне ключи.

– Не против, если я схожу в твой туалет? Очень надо, – перебил его Томас.

– Конечно, – заикаясь, ответила я.

– Мне нравится квартира, тут очень красиво, – сказала я Колину.

– Замечательно. До работы тут недалеко, мы живем в паре кварталов. Ты не стесняйся, звони по любому вопросу. Холодильник Том уже набил продуктами, ты ведь не против? – Колин кивнул в сторону кухни.

– Конечно, нет! А вы живете вместе? – поинтересовалась я.

– Приходится. Том, он… – блондин заметно нервничал и, кажется, смущался меня.

Парень не знал, куда деть руки. Наконец он сунул их в карманы и уставился в пол.

– Ой, там дельфинчики! Такие милахи, хочу себе такой же коврик, – из коридора донесся голос Томаса.

– За ним нужно постоянно приглядывать, он болеет, – быстро шепнул Колин и замолк.

– Ах, вот что. – Я сделала вид, что поняла его.

– Завтра он хочет показать тебе Манхэттен. Пожалуйста, не отказывайся. Он не клеится к тебе, просто старается быть дружелюбным. Отказы его обижают, а человек он очень ранимый, – парень говорил очень тихо, почти шептал.

– Хорошо, я пойду с ним, – пообещала я.

– Отлично! А как справляться с ним на работе, я расскажу в понедельник. Я тебе больше не нужен? Вдруг забыл объяснить что-то… – Колин прикусил нижнюю губу.

– Спасибо, с остальным разберусь сама. Если что, у меня есть твой номер, – напомнила я.

– Хорошо, тогда мы поехали. Еще раз с окончанием школы.

– Том! – Колин выглянул в коридор и позвал друга. – Нам пора ехать!

– Бегу! Там спальня красивая! И такие милые статуэтки повсюду – ангелочки, феи! Представляешь? – Том подбежал к другу.

– Здорово. – Блондин похлопал парня по плечу и подвел к двери.

– Пока, Лапушка! До завтра!

– Пока, – я попрощалась с парнями и заперла за ними дверь.

Квартира была полностью в моем распоряжении. Я побежала в спальню и с разбегу плюхнулась на кровать.

– Поверить не могу – это все мне? – прошептала я, рассматривая шелковое покрывало. – Неужели теперь я буду жить в свое удовольствие?

Мне надоело страдать, к тому же все слезы я уже выплакала. Я вновь почувствовала себя живой и молодой. Два месяца назад я хотела умереть, а сегодня жажду жить. Хорошо ведь, что я приняла предложение Колина? Они давно завязали с грязными делами. Значит ли это, что мне можно спокойно работать на них? На этот раз без убийств, лжи копам и слез.

Глава 11

В понедельник я вышла на работу. Мне уже начинала нравиться самостоятельная жизнь. Манхэттен вскружил голову молодой глупой девушке. Я никогда не работала в офисе. Надеюсь, у меня получится влиться в коллектив. Том уверял, что у меня будет пустяковая работа и практически ничего делать не придется.

Я решила, что весь год буду откладывать деньги, а после обдумаю, стоит ли мне продолжать работать на них. Колин больше не будет моим опекуном, а с деньгами и опытом я смогу сама куда-нибудь устроиться. Скорее всего, продолжу учиться. В выходные мы гуляли с Томасом, и он показал мне всю роскошь Манхэттена. Отвел меня к своей приятельнице, которая преобразила меня. Я стала яркой брюнеткой, купила несколько костюмов и теперь смело шла на работу.

Я остановилась перед высоким небоскребом и открыла рот то ли от удивления, то ли от восхищения. Неужели я буду работать здесь? На улице стояла приятная солнечная погода. Высотка играло солнечными бликами и напоминало мне волшебный замок. Мимо меня спешили люди, я путалась у них под ногами. Я поправила волосы и смело вошла в здание.

На первом этаже было многолюдно, все куда-то бежали. Чтобы не ехать в переполненном лифте, я пропустила несколько поездок и терпеливо ждала, когда людей станет меньше. Наконец пришел пустой лифт, и я могла уехать одна. Нажав на нужный этаж, я с облегчением выдохнула. Двери почти закрылись, но в последнюю секунду чья-то рука остановила его. Это был Колин. Он взглянул на меня, но, не узнав, отвернулся. Я растерялась.

– Привет, а ты изменилась! – Парень вновь посмотрел на меня.

Я смущенно пригладила волосы. Наверное, не стоило так одеваться. Я никогда не ходила с распущенными волосами, но сегодня твердо решила быть новой Лилиан. Надела юбку, блузку и, кажется, погорячилась. Я уставилась на свои туфли.

– Том настоял, – я пожала плечами.

– Тебе идет, – заметил блондин и перевел взгляд на дверь лифта.

Он выглядел растерянным. Стоя позади него, я успела оценить его крепкую фигуру. Колин постоянно приглаживал волосы и смотрел на наручные часы. Мне казалось, что мы провели в лифте уже минут десять. В воздухе повисла неловкость. Мне казалось, что я нервирую Колина. Может, я была для него обузой, что внезапно свалилась на голову. Но я не просила его о помощи, он сам мне ее предложил.

– Можешь не быть моим опекуном, и не нужно платить за квартиру. Мне нужно всего полгода, чтобы встать на ноги, и потом я сама смогу позаботиться о себе, – пробормотала я, опустив голову.

– Ты это о чем? – Блондин уставился на меня непонимающим взглядом.

– У вас, наверное, и без меня дел хватает, – пробубнила я и взглянула на него.

Колин нахмурился. Прекрасно, теперь я выгляжу глупой. Вдруг блондин улыбнулся.

– Вовсе нет, Лилиан! Это лишь малая часть того, что мы можем сделать для тебя. Не обращай на меня внимания, я всегда такой рассеянный на работе. Не могу думать ни о чем другом. Совсем замотался, даже забыл спросить, как у тебя дела?

Тут двери лифта открылись, и мы вышли в холл.

– Хорошо, – выдавила я и скромно улыбнулась.

Мы шли по коридору, из кабинетов доносились голоса людей. Колин спрашивал, нравится ли мне новая квартира, хорошие ли у меня соседи. Его походка стала легкой, он вдруг взбодрился и стал улыбчивым. Обычно он всегда ходил хмурым, что добавляло ему лишних лет.

– Лучше расскажи, в чем суть моей работы? – спросила я.

– Ты будешь вести наши расходы, разбираться с налогами и следить кое за кем, – блондин подмигнул мне.

Наше общение перешло в шутливую форму. Казалось, что я с одноклассником болтаю на переменке. Но внутреннее напряжение все же давало о себе знать.

– У вас точно все легально? – Я все еще опасалась, что ввязываюсь во что-то незаконное.

– Да, ты будешь заниматься белой бухгалтерией, никаких проблем не возникнет.

– А есть и черная? – я хихикнула.

– Ну да, – ответил парень, нисколько не смутившись.

– А за кем мне следить? – продолжила я.

– Не давай Тому тратить много денег. У него порой бывают безумные идеи: построить Диснейленд, спонсировать бедные школы. Это хорошие инициативы, но мы пока не в состоянии их развивать, – Колин улыбнулся.

– А как я могу ему запретить? – насторожилась я.

– Импровизируй, вы же хорошо поладили. Его гениальные замыслы бесконечно сменяют друг друга, просто обращай его внимание на то, что попроще и подешевле, – Колин договорил и врезался в открытую стеклянную дверь.

– Черт, – парень потер лоб и смущенно взглянул на меня.

Я рассмеялась, но потом подумала, что это смутит его еще больше, и замолчала. Я подошла ближе. Колин покраснел, скорее всего, от стыда.

– Ничего, со мной такое часто бывает! Постоянно хожу и врезаюсь во что-то! – Я нагло лгала ему в надежде успокоить.

– Глупо вышло. Я просто ее не заметил, – оправдывался Колин.

– Болтать меньше надо. Меня реально тошнит от твоего позитива, Колин. – Из соседнего кабинета вышел Ронни.

Вот с ним-то мне видеться не очень хотелось. Я засуетилась и спросила у Колина, где мой кабинет.

– Как раз за этой несчастной дверью. Проходи, скоро придет моя помощница и объяснит тебе, что к чему, – блондин снова стал хмурым и открыл мне дверь.

– Здравствуй, Лилиан. Какая ты хорошенькая сегодня, – продолжал язвить Ронни.

– Здравствуй, – буркнула я и поспешила скрыться в кабинете.

– Я скоро зайду к тебе! – крикнул Ронни мне вдогонку.

Я разочарованно опустилась на стул. Даже здесь он не даст мне покоя.

Из моего кабинета открывался прекрасный вид на город. Обстановка выглядела дорого, и мне это нравилось. В кабинете был только один стол, значит, я буду работать одна.

Я прошлась мимо массивных полок, разглядывая каждую деталь. Они тут совсем недавно, но уже хорошо освоились, наверное, круто иметь кучу денег. Я вернулась к столу и мечтательно откинулась на спинку стула. Мне здесь определенно нравится.

– Привет, Лапушка! Уже работаешь? Мне нужны деньги, подготовь для меня кругленькую сумму. – Томас влетел в кабинет и направился прямо ко мне.

Не успела я с ним поздороваться, как парень крепко обнял меня и поцеловал в щеку.

– Привет, – пискнула я, когда он выдавил весь воздух из моих легких.

– Не знаю, знаешь ли ты, но я тебя уже люблю!

– Взаимно. – Я не была уверена, как лучше ответить на это.

Том так быстро перемещался по комнате, что от его беготни у меня закружилась голова.

– Сколько ты хочешь? – с важным видом осведомилась я.

– Для начала пятьдесят тысяч!

– И на что они тебе? – я чуть не упала со стула, когда услышала его ответ.

– Хочу испечь много-много печений с предсказаниями, но вместо бумажек в каждом из них будет по стодолларовой купюре! А потом я объеду все детские больницы Нью-Йорка и раздам печенье детям! Правда, здорово? – Томас взбудораженно пританцовывал вокруг моего стола.

Его глаза светились счастьем. Он смотрел на меня, как на Санта-Клауса, вот-вот на колени сядет. Волосы небрежно торчали во все стороны, с лица не сходила широкая улыбка. Я наигранно улыбнулась.

– Эм… Это прекрасная идея, – начала я, пытаясь на ходу придумать, как отговорить его от нее.

Колин предупредил меня, но я не думала, что Томас прискачет ко мне в первый же день и выдаст свой гениальный план. Парень встал на колени возле моего стола и положил голову на его край, словно щеночек. Он жалостливо вглядывался в мои глаза, и мне начало казаться, что я не смогу ему отказать.

– Том, что ты делаешь? – Ронни прервал эту странную картину.

– Прошу деньги, мне срочно надо. Это для больных детишек. – Томас поднял голову и взглянул на друга.

Ронни стоял в дверях и кивал. Хорошо, что он пришел, надеюсь, он сумеет усмирить друга. Брюнет вальяжно подошел к нам, не спуская с Томаса хитрого взгляда.

– Это просто чудесная идея, но знаешь что? – Брюнет опустился в одно из кресел.

– Что? – Томас оживился.

– Я позаботился об этом еще вчера! Прости, нам нужно было договориться и сделать это вместе… – Ронни состроил грустную рожицу.

– Почему ты не предупредил меня? Это подло! – Том закричал и поднялся на ноги.

– Забыл. Давай лучше Лилиан арендует тебе машину с мороженым. Ты наденешь костюм мороженщика, включишь добрую песенку и будешь раздавать пломбир всем желающим? – Ронни подпер голову рукой и ласково смотрел на друга.

– Такого ты еще не делал? – Томас насторожился, но было видно, что идея ему понравилась.

– Нет, я бы сам без тебя до этого не додумался. Ну так что? – Ронни ждал ответа.

– Согласен. Лилиан, организуешь это для меня? Я пойду собираться. – Томас встрепенулся и радостно выбежал из кабинета.

Я проводила его нежным взглядом, но тут на горизонте замаячил Ронни, и я сразу нахмурилась.

– Тебе идет этот цвет, глаза ярче стали. – сказал он, пристально разглядывая меня.

– Возможно. – Я лишь пожала плечами. Сама знаю, что мне идет быть брюнеткой.

Ронни улыбнулся и взял с моего стола журнал про финансы. Я делала вид, что чем-то занята. Нет, я правда занята, мне надо выполнить просьбу Тома. Прошло еще несколько минут, мы сидели в полной тишине. Ронни читал статьи и чему-то улыбался.

– Не за что, – вдруг сказал он.

– Что? – не поняла я.

– Не за что, Лилиан. В следующий раз ты должна сама справиться с Томасом. Сегодня я тебе показал, как это обычно происходит. – Брюнет отбросил журнал обратно на стол.

– Спасибо, что выручил, – быстро ответила я, не желая развязать конфликт.

– Всегда пожалуйста. У меня тоже есть просьба к тебе. Мне нужно пять тысяч наличными, только так, чтобы Колин об этом не узнал. Придет его секретутка, она все тебе объяснит. Только припугни ее хорошенько, чтобы она Колину не настучала. – Ронни встал и обогнул мой стол.

Я напряглась, его низкий глубокий голос вводил меня в транс. Мгновение, и Ронни склонился надо мной.

– А как я ее припугну? – прошептала я, поглядывая на дверь.

– Скажи, что это просьба Ронни, – прошептал парень в ответ.

Наши лица оказались на одном уровне. Ронни хотел запугать меня своим важным видом, но что-то во взгляде его выдавало.

– На что тебе эти деньги? Это что-то нелегальное? Почему Колин не должен узнать? – затараторила я.

– Это тебе не игра «Кто хочет стать миллионером». Я попросил тебя лишь об одном, а ты уже задала три вопроса. На самом деле, я просто тебя проверял. – Ронни улыбнулся и отстранился от меня.

Я улыбнулась. Так и знала, что он пытается меня провести. Я бы не стала ябедничать Колину. А может, и стала бы – он умеет расположить к себе. Ронни хотел знать это наверняка.

– Он тебе нравится? – Парень подошел к окну и закурил.

– Что? – Я опешила.

– Брось, ты не глухая и неглупая. Меня иногда забавляет, как женщины нарочно прикидываются дурочками, но только иногда… – Ронни выжидающе смотрел на меня.

– Он добрый, – выдавила я.

– И все? Он глаз с тебя не сводит, а она – добрый! Ох уж эти женщины! Ладно, забыли. Деньги все равно приготовь, я приду за ними вечером. – Ронни стремительно направился к двери, не смотря в мою сторону.

– Хорошо, – это все, что я могла ответить.

– Не зажимайся и никогда не отводи взгляд первой. – Парень обернулся в дверях.

– Что? – Я никак не могла уловить ход его мыслей.

– Как внушить человеку страх и быть сильным в его глазах? – спросил он вместо ответа.

– Не знаю. – Я опустила взгляд и уставилась на журналы.

– Напугай его первой, тогда он не заметит, что ты тоже боишься. Это всегда работает. У каждого есть страхи. А теперь перестань разглядывать журналы и берись за работу! – гаркнул Ронни и вышел из моего кабинета.

– Ладно, – опешила я, уставившись в дверной проем.

Лучше я буду притворяться последней дурой, может, тогда он от меня отстанет.

Глава 12

Первая рабочая неделя пролетела незаметно. Томас каждый день приходил ко мне со своими странными идеями, и я понемногу научилась манипулировать им. Это не так трудно, как мне показалось на первый взгляд. Том безгранично верил своим друзьям, но расположить его к себе было не всем по силам. Своими друзьями он считал только Колина, Ронни и меня, как недавно выяснилось. Мы с ним быстро спелись – так быстро, что это настораживало. Почему я так легко нашла общий язык с опасным преступником?

Мне Томас вовсе не казался опасным. Его взгляд излучал доброту и заботу. Я чувствовала прочную связь с ним, некое родство душ, несмотря на большое количество отличий между нами. Я чувствовала себя в безопасности в компании жестокого преступника. Какая ирония.

Колин тоже помогал мне освоиться на новом месте. Всегда интересовался, все ли у меня в порядке. Каждое утро мы встречались в лифте словно по расписанию. После недели общения с ним я поняла, что он самый рассудительный из друзей. Никогда не примет решения, предварительно не взвесив все «за» и «против». Томас же наоборот – сначала делает, потом думает. Мне было весело с ними, чего не скажешь о Ронни.

Мне казалось, что он ищет во мне какой-то подвох. Каждый раз пытался поддеть меня, испепелял своим пристальным взглядом. Он легко предугадывал все мои поступки и слова, а я никак не могла разгадать его. Такое ощущение, что Ронни прятался ото всех за огромным щитом, и никто был не в силах выведать его тайны. Он не подпускал к себе никого, кроме Тома и Колина, со всеми остальными вел себя предельно холодно и отстраненно. Видимо, мне еще повезло, что он подшучивает надо мной: так Ронни проявлял снисхождение.

Ронни не замечал рабочих в упор. Я наблюдала за ним и видела, как его обременял офис. Он частенько смотрел в окно, словно птица, желающая выпорхнуть. По сравнению с Колином, ему было неимоверно скучно в душном офисе. Каждый раз он искал новый повод пораньше уйти с работы и всегда его находил.

Возвращаясь домой в пятницу вечером, я планировала, как провести остаток дня и чем занять себя в выходные. Я уже стояла возле своей двери и искала ключи в сумочке, как вдруг ко мне подошел сосед.

– Привет, ты тут недавно? – Парень облокотился плечом о стену, от него несло перегаром.

– Да, – буркнула я и достала свои ключи.

Парень уставился на меня пьяным взглядом. Дверь напротив была открыта нараспашку, в квартире играла громкая музыка. Наверняка он напился в одиночку и решил ко мне поприставать. Я незаметно развернула ключи острым краем наружу на тот случай, если мне придется защищаться.

– Пойдем ко мне, хоть познакомимся. – Парень улыбнулся и почесал живот.

На нем были одни джинсы, тело хаотично покрывали нелепые татуировки. Район у меня приличный, и жильцы все богатые, наверное, он был сынком какого-то бизнесмена. Я окинула его презрительным взглядом, изучая каждую деталь. Браслет на руке был недешевым, скорее всего, живет на деньги родителей. Возможно, еще и наркоман – его руки дрожали.

– Нет, – коротко ответила я.

– Ну же, будь паинькой, я не причиню тебе зла. – Парень резко прижал меня к двери.

– И я, – прошипела я в ответ и ударила его коленом в пах.

Он упал на колени, скорчившись от боли. Я наклонилась и приставила заостренный край ключа к жилке на его шее. В глазах потемнело, я только слышала, как бешено колотится мое сердце. Кровавая картина предстала перед внутренним взором, и я сильнее надавила на горло соседа. Что-то внутри меня требовало крови. За моей спиной словно возник хор из маленьких дьяволят, которые твердили только одно: «Убей». Я знала, что этим должно кончиться. Он думал, что я стану идеальной жертвой, но мы быстро поменялись местами. За образом хрупкой девушки скрывался голодный палач. Я вспомнила Ронни и его безумный взгляд. Клянусь, сейчас у меня был точно такой же.

– Остановись, – прохрипел он, и я отскочила, как ошпаренная.

Пока сосед пытался прийти в себя, я быстро скрылась за дверью своей квартиры. Он еще долго кричал мне что-то про копов и своего отца. Я не слушала его пустые угрозы. Сидя в спальной, я пыталась понять, что на меня нашло. Господи, я чуть не убила человека! Я дала себе пару пощечин, пытаясь привести в чувство. Щеки покраснели от ударов. Огонь потух в моей груди, но меня продолжало трясти. Я побежала за телефоном. Да что со мной творится? Неужели я схожу с ума? В меня что-то вселилось, что-то темное и плохое. Хорошо, что я сумела вовремя остановиться. Это все Ронни! Он плохо на меня влияет!

Дрожащими руками я набрала номер Колина. Он ответил спустя пару гудков.

– Привет, Лилиан.

– Привет, у меня проблемы, – затараторила я, усевшись на пол возле кровати.

– Что случилось? – Голос парня был взволнованным.

– Мой сосед пытался приставать ко мне, и я его немного… Я его ударила, – не сказала я всей правды.

– Скоро буду, – ответил Колин и отключился.

Меня продолжало трясти. Даже не знаю, зачем позвонила Колину. Может, все обойдется, и я больше никогда не встречу своего соседа. Я сидела в полной тишине, пытаясь отогнать дурные мысли. А что если… Что если бы я его убила?

Я хотела снова набрать Колину и попросить его не приезжать. Зачем зря его дергать? У него и так своих дел хватает, а тут я со своими истериками. Тут в дверь постучали. Хоть бы это был Колин, а не мой сосед. На всякий случай я оставила все потенциально опасные предметы в комнате и направилась к входной двери. Посмотрев в глазок, я убедилась, что за ней стоял Колин.

– Привет. – Я открыла дверь и впустила его внутрь.

– Собери все необходимые вещи, у тебя десять минут. – Блондин быстро вошел в квартиру и оглядел меня.

– Что? Со мной все в порядке. – Я хотела успокоить его, выглядел он, мягко говоря, взбешенным.

Таким я его давно не видела. Он был настолько зол, что с трудом мог со мной разговаривать. Мне нравилось думать, что он навеки оставил криминал, но сейчас всем своим видом он напоминал мне того Колина из Бруклина.

– Собирайся, я найду тебе другую квартиру, – прорычал он.

– Колин, я правда в порядке, тот полоумный сосед больше не посмеет меня тронуть, – я пыталась говорить как можно спокойнее.

– Где он живет? Справа, слева? – Парень выскочил на лестничную клетку и озирался по сторонам.

– Напротив, – ответила я и сразу же пожалела об этом.

– Хорошо, у тебя осталось восемь минут на сборы. – Колин закрыл меня в квартире, а сам пошел разбираться с соседом.

– Только не навреди ему! – крикнула я и посмотрела в глазок.

Парень ничего не ответил. Я видела, как он вошел в квартиру напротив, и побежала собирать вещи. Когда я выбежала в коридор, он уже стоял возле моей двери.

– Все? – Он выхватил мой чемодан.

– Да. – Я кивнула.

– Поехали. – Он взял меня за руку и повел за собой.

– А дверь закрыть? – Я обернулась и уставилась на распахнутую настежь дверь.

– Неважно, потом отправлю сюда кого-нибудь прибраться. – Блондин фыркнул, затаскивая меня в лифт.

– Что? Ты чего? Что ты с ним сделал? – Я истерила, спотыкаясь о чемодан.

– Твою квартиру приберут и выставят на продажу. С соседом все хорошо. – Колин наконец-то улыбнулся.

– Ты его не тронул? – Я всматривалась в его глаза, боясь уличить на лжи.

– Нет, просто проверил, – заверил меня парень.

Мы вышли из лифта, Колин вдруг снова стал милым и радушным. Всю дорогу я ехала молча. В том, что он не тронул моего соседа, у меня не было сомнения. Блондин всегда был честен, как и остальные парни. Что же он ходил проверить?

Колин привез меня к себе, сказав, что первое время я поживу у него. Я плотно сжала губы и сверлила его взглядом.

– Проходи, располагайся в спальне для гостей. Том и Ронни мои соседи, тут всего три квартиры на этаже. Не волнуйся, здесь ты точно в безопасности. – Парень открыл мне дверь.

– Ага, – съязвила я, услышав имя Ронни.

В квартире было темно. Она находилась на последнем этаже высотного здания. Меня мучил только один вопрос, но я не решалась задать его. Колин отнес мои вещи в комнату, я стояла в темной гостиной.

– Мы подыщем тебе новое жилье с нормальными соседями. – Блондин вернулся и включил свет.

Я огляделась по сторонам. Шикарно живет, но было заметно, что это холостяцкая квартира – богатая, но не уютная. Обернувшись, я хмуро уставилась на Колина. Его улыбка пропала. Я прищурила глаза и сжала кулаки от злости.

– Ты ведь испугался за него? Решил увести меня подальше, пока я никого там не убила?

– Лилиан, успокойся. – Парень пытался усмирить меня.

– Я не больная! Я всего лишь защищала себя, – не успокаивалась я.

– Почему ты злишься?

– Потому что ты меня за психа держишь! Не надо со мной нянчиться, просто в психушку сдай! – Я направилась в свою комнату и оттолкнула Колина, когда тот попытался остановить меня.

Впервые я была такой грубой с ним. Совсем недавно я была благодарна ему за все, что он для меня сделал, но сейчас мне открылись его истинные мотивы. Все это время он считал меня ненормальной! Нянчился со мной, как с Томасом! Но я не Том и вижу, когда меня нагло обманывают. Я вменяемый человек!

– Я ведь просто… Ты не должна злиться, все не так!

– Ага, еще и к себе привез, чтобы было проще приглядывать! Не бойся, я никому не причиню зла! Я просто погорячилась. – Я захлопнула дверь прямо перед его носом.

– Поговорим, когда остынешь! – Я услышала, как громко хлопнула входная дверь.

Я пнула свой чемодан и чуть не взвыла от боли. Мне нужно срочно успокоиться. Схватив свою пижаму, я отправилась на поиски ванной.

– Испортил мне пятничный вечер! Я точно знаю, что могу себя контролировать, – ворчала я под нос, пока набирала ванну.

Лежа в горячей воде, я пыталась медитировать. Отстраниться от плохих мыслей. Успокоиться и стать прежней Лилиан. С каждым днем это давалось мне все сложнее. Я погрузилась под воду с головой и начала медленно считать про себя. На счет десять вынырнула и довольно улыбнулась. Кажется, помогло. Мне действительно полегчало!

– А ты знала, что пыль – это в основном омертвевшая человеческая кожа? Выходит, что человек – это всего лишь пыль. Смешно, правда? – я услышала голос Ронни и невольно вскрикнула.

– Что ты здесь делаешь? Как ты вошел? – Я пыталась прикрыться пеной и таращилась на парня.

– На толчке сижу, с тобой беседую. Стула тут нет, больше сидеть негде. Хотя могу пересесть на край ванны, хочешь? – как ни в чем не бывало ответил тот.

Глава 13

– Даже не вздумай! Выйди! – я ругалась, всячески пытаясь прикрыться.

Ронни улыбнулся и перевел взгляд на стену, но уходить не стал. Я уже пожалела о том, что решила принять ванну.

– Что ты натворила? Обычно только я могу вывести Колина из себя. – В голосе брюнета проскочили на редкость веселые нотки.

– Ничего! – буркнула я. – Слушай, может, я оденусь, и потом поговорим?

– Нет, сначала ответь на мой вопрос. Только честно. – Ронни повернулся ко мне лицом.

Ему было плевать на мою наготу. Он ждал ответа и вовсе не собирался извиняться за вторжение в мое личное пространство.

– Сперва ты. Думаешь, можно вот так сидеть и смотреть, как я принимаю ванну? – злилась я.

Меня раздражала его бесцеремонность. Я стала очень груба с ним. Надеюсь, дальше этого дело не зайдет.

– Как я мог упустить такой прекрасный шанс застать тебя врасплох? Но ладно, извини. А теперь я жду ответа. – Хоть Ронни и извинился, наглость в его взгляде никуда не исчезла.

Извинялся он так же погано, как и шутил. Я никогда не слышала его смех. Все, что Ронни мог выдавить из себя, так это кривую улыбку.

Сегодня он был одет в потертые джинсы и растянутую футболку. Впервые я видела его не в костюме. Но даже такой расслабленный стиль не снижал градус его напряжения. Ронни по-прежнему выглядел опасным.

– Я немного припугнула соседа напротив, но он первый начал. Можно сказать, это была самозащита. Доволен? – выдохнула я.

– Ух ты, так ты его убила? – Ронни обрадованно придвинулся ближе.

Мои слова будоражили его больше, чем тот факт, что пены в ванной становилось все меньше. Я плеснула в него водой, но парень ловко увернулся.

– Нет! Конечно, нет! – возмутилась я.

– Жаль. Колина это разозлило, а меня бы потешило. Значит, теперь ты будешь жить здесь. Он наймет специального человека, чтобы приглядывать за тобой. Кого-то вроде телохранителя, но он будет оберегать не тебя, а окружающих тебя людей! – Брюнет довольно ухмыльнулся.

– Что? Он сказал, что найдет мне новую квартиру. – Слова Ронни оскорбили меня.

– Ха, а вдруг ты там кого-нибудь прикончишь? Просто скажи ему, что хочешь быть собой, пусть смирится. Не понимаю, зачем люди себя сдерживают, – протянул тот.

Мыльная пена таяла на глазах. Прикрываться больше было не чем, а Ронни и не думал уходить.

Смысла прикидываться дурой больше не было, он слишком хорошо меня знает. Мы снова были на равных, Ронни общался со мной иначе, чем в офисе. Парень позволил подняться мне на одну ступень выше, встать рядом с Колином и Томом. Возможно, когда-нибудь мне удастся выведать все его тайны.

Я отрицательно покачала головой:

– Я не такая, как ты…

– Нет смысла дальше убеждать себя в этом, сама знаешь. Чем скорее примешь себя, тем проще будет жить, – прохрипел брюнет.

Он сеял хаос в моей голове. Вдруг я хуже всех их, вместе взятых? После того, что натворила сегодня, я уже и не знаю, что думать. Только я нашлась, что ответить ему, как в дверях появился Томас. Я инстинктивно прикрыла грудь руками.

– Ага! Решили собрать пирушку, а меня не позвали! – рассмеялся он.

– Мы просто беседуем. – Ронни пожал плечами.

– Вам обоим пора уходить, – пригрозила я.

Томас проигнорировал мои слова и сел на пол возле ванны. Он обвел взглядом ванную комнату, а после уставился на меня.

– Можно к тебе? – Томас привстал.

– Нет! – Я выставила одну руку вперед, не давая ему залезть ко мне в ванну прямо в одежде.

На его рубашке остался мокрый след от моей ладони. С обиженным лицом Том вернулся на место.

– О чем болтали?

– Лилиан чуть не убила своего соседа. Колин привез ее сюда, – посвятил его Ронни в курс дела.

– А обязательно всем об этом рассказывать? – фыркнула я.

– Правда? – Томас снова подскочил и ринулся ко мне.

– Стоять! – я повысила голос.

– Сидеть? – шутливо переспросил парень и сел обратно на пол.

– Ронни, я ответила на твой вопрос, а теперь попрошу вас уйти, – напомнила я о своей просьбе.

– Но у нас такие милые посиделки! Я люблю просто сидеть и болтать, – запротестовал Томас.

– Я бы с радостью, но я совсем голая! И вода уже остыла!

– А я не против. Том, расскажи что-нибудь? – Ронни продолжал издеваться.

– Да пошло оно все! – ругаясь, я вылезла из ванны и встала перед ними абсолютно голая.

Томас шутливо зажмурил глаза и прикрыл их руками. Ронни даже не взглянул в мою сторону. Я быстро замоталась в полотенце и вышла из ванной.

– Не держите меня за лохушку, не запугаете. – Я схватилась за дверную ручку, чтобы захлопнуть дверь.

В следующую секунду она отпала и осталась в моей руке. Я покосилась на Ронни.

– Что это? – накинулась я на парня. Том все еще сидел с закрытыми глазами.

– Дверная ручка. – Брюнет пожал плечами.

– Я знаю, что не люстра! Почему она отпала? – Я трясла ею у парня перед носом.

– А не надо было на замок закрываться. – Ронни вальяжно улыбнулся.

– Колин убьет тебя. Надо скорее починить, пока он не вернулся, – подал голос Том.

– Не преувеличивай, это всего лишь ручка, – Ронни выхватил ее из моих рук и отбросил на пол.

Это стало последней каплей.

– Не думай, что вдруг стал моим наставником, ясно? – выпалила я.

– Не используй мои фишки на мне же, Лилиан, – вяло ответил он.

Я прищурилась. Ему ничего не стоило раскусить меня. Черт бы его побрал!

– Почему это? – цокнула я.

– Ты пытаешься напугать человека, который не знает страха. Тебе нужна практика. Нужен наставник. – Ронни самодовольно улыбнулся и вышел из ванной.

– У всех есть страхи, – протянула я еле слышно.

Мы с Томом остались одни.

– Что будет дальше? – спросила я.

– Очевидно что, – Том ухмыльнулся. – Вот только Колин… Я хочу, чтобы ты была с нами, мы многому можем тебя научить. Я тоже хороший наставник, – подмигнул он.

– Почему Колин против? Должна же быть какая-то причина? – наседала я.

– Он ударился в легальный бизнес, а нам с Ронни ужасно скучно. Колин… Он отличается от нас, – задумчиво протянул Том.

Вдруг я вспомнила, что сижу в одном полотенце. Пока Том рассказывал мне о друге, я быстро оделась.

– Если Колин так не похож на вас, что вас держит вместе? – Я поправила футболку и похлопала парня по плечу.

– Это тайна, я не могу тебе сказать. Но могу намекнуть: в детстве они убили одного человека. Похоже на детскую страшилку. – Томас рассмеялся.

– Что? Это ужасно! – По коже пробежали мурашки.

– Лучше спроси у них, я тебе больше ничего не скажу! Лучше пойдем поужинаем. Этих двоих не дозовешься, а я не люблю есть один, – Парень взял меня за руку и потащил за собой.

– Сначала ты мне говоришь про убийство, потом приглашаешь есть, – буркнула я. Мой желудок сжался от одной только мысли, что Колин и Ронни убили кого-то в таком юном возрасте.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.