Ася Сергеева
Прикрой меня

Пролог

Эля

– Снимите с меня наручники! – протянула руки, но мою просьбу в очередной раз проигнорировали.

Скандирующая песни на разные голоса толпа кружилась в разные стороны. Зрелище погружало в транс. Паника нарастала. Что они хотят со мной сделать? В голову лезли немыслимые варианты, один страшнее другого. Если не отвели к столбу, и поблизости не видно палача, значит, задумали еще более худшее… ритуал. Красивый конец получится! Предприняла попытку немного себя успокоить. Вышло еще хуже. Сердце забилось в бешеном ритме, вырываясь из груди… тук-тук-тук. Ладони вспотели, и нервный мандраж усилился.

В какой-то момент сумасшедшее действо притихло. Музыка смолкла. И толпа расступилась…

Как в замедленной съемке по проходу приближался высокий мужчина с чашей, в которой полыхал огонь. Белая одежда подчеркивала черные, как смоль волосы. Широкие плечи украшала подобная моей цветочная гирлянда. Шаг за шагом расстояние сокращалось и вот… он вышел на свет.

Да это же тот самый наглый самоуверенный конюх! Зачем он здесь? Его только не хватало для полноты кошмара. Так, все, я сплю… сплю… и мне снится страшный сон. Вот скоро проснусь и…

Учитель дернул за цепь и подвел к дикарю.

– Избранные волей небес, сегодня вы станете мужем и женой! – объявил во всеуслышание торжественным голосом.

Качнулась не в силах устоять на ногах от шока. Тяжелая длинная цепь и без того тянула к земле. Теперь же казалось, что к шее подвесили гирю.

– Нет! Я не могу, пожалуйста, не надо, – в панике прорезался голос или действие настойки ослабло, разобрать уже не могла, – Прошу вас, не наказывайте таким способом! – готова была покаяться во всех смертных грехах, лишь бы избежать незавидной участи стать женой конюха.

Подняла глаза на дикаря в надежде, что он и сам будет против свадьбы. Встретилась с надменным взглядом из-под прищуренных век. Натянутую улыбку конюха восприняла, как издевательство надо мной. Отвернулась, не скрывая отвращения. Вот гад.

Учитель поднял одну мою руку и отстегнул наручник. Протянула и вторую руку, понимая, что сейчас меня хотя бы освободят от тяжелых кандалов. Но нет. Он повернулся в сторону нахала и пристегнул ему освободившийся наручник. Если учитель со своей идиотской несползающей улыбкой вызывал отвращение, а вся паства раздражала тем, что никто не хотел помочь. То к самоуверенному напыщенному конюху чувствовала ненависть и лютую ярость. Только вспоминая его прошлые угрозы, хотелось вцепиться в горло.

Под барабанную дробь вынесли поднос с венками из васильков. Не успела и глазом моргнуть, оказавшись с цветочным ободом на голове.

– Спасибо, отец, – поклонился жених в самые ноги учителю, притянув меня в поклоне грубо ухватив за шею.

– Дочь моя избранная! – повернулся ко мне гуру, – Теперь ты принадлежишь своему мужу. Твоя обязанность полностью подчиняться и беспрекословно выполнять его волю. Будь покорной и смиренной для своей второй половины.

Почему сразу не сказать: «Превратись в преданную дрессированную собаку?» Никогда такого не произойдет, чтоб я подчинилась конюху!

– А ты, Тис! Береги свой подарок и воспитывай в традициях общины, – адресовалось наставление довольному происходящим жениху.

Значит, как я, так половина для подчинения. Должна выполнять волю хозяина и слушаться. Зато конюху вменяется всего лишь беречь подарок. И о каких половинах речь в таком случае? Обозначили бы уже как четвертинка, чтоб ближе по смыслу подходило.

Наставник все не унимался, и продолжать громогласно вещать:

– Всю неделю вы проведете, не расставаясь ни на миг, крепко связанные одной цепью, как символом вашей совместной линии жизни.

Пошатнулась от ужаса, сдвигаясь насколько можно дальше.

Следующая фраза учителя добила меня окончательно…

И я поняла – лучше бы отвели к столбу…

Глава 1

Эля

Неделю назад…

Подхожу к воротам и нажимаю кнопку вызова. Проходит несколько минут, в течение которых пытаюсь успокоиться, чтобы не пугать своим видом подругу. Вдох-выдох… решение принято, назад дороги нет.

Распахивается дверь, и вылетает Полина в коротких шортиках и маечке. Волосы собраны в высокий хвост. Лицо озаряет радостная улыбка. В последнее время мы видимся реже, чем хотелось бы и, не смотря на ежедневные звонки, скучаем по друг другу.

– Элька, привет!

– Привет, сестренка, – обняла свою пусть и не кровную, но сестру по жизни. Мы выросли в приюте и всегда старались держаться вместе.

Обратила внимание на подозрительную тишину в доме.

– А где Ваня? – спросила в поисках источника веселого шума, озираясь по сторонам.

– В парке вместе с Ариной. Сегодня очередь Наты развлекать детей, – пояснила с улыбкой Поля, – Что нового о тете Зое? Нашлась? – сразу переключилась на самую наболевшую в последнее время тему.

Прошло два месяца с того момента, как пропала моя названная мама. Вернее, она уехала со своим приходом верующих в так называемый пансион очищения душ. Около года назад она начала посещать собрания общины, и ничто меня не настораживало. При виде довольной мамы даже радовалась, что женщина обрела друзей, пусть странных, лишь бы ей нравилось.

– Нет. Но вроде бы она и не терялась… Там вообще все так запутано, – пытаюсь объяснить и слов не подберу. Как понять ситуацию, когда нет возможности лично связаться, и приходится верить только со слов? – Сегодня опять приходила в обитель, и пастор меня уверял, что с ней все в порядке. Проходит специальные ритуалы, очищает душу. Домой вернется, когда пройдет курс просветления.

– А лечение как тогда? – растерянно произнесла Полина, она разделяет мое беспокойство и тоже переживает о здоровье мамы Зои.

Заболевание “рассеянный склероз” требует постоянного лечения. В противном случае грозит обострение и необратимые процессы. Месяц назад начался очередной курс поддерживающей терапии, а она не вернулась. Лечат ли ее там? Ни на один вопрос ответа нет, так же, как и приема вызова по телефону. На следующий день отъезда связь пропала полностью.

– Уже завтра смогу лично встретится с мамой и убедить вернуться домой. Пастор вчера связался со мной и назначил на сегодня встречу. Так что скоро все выяснится – мне разрешили поехать с группой прихожан в пансион.

– Адрес он сообщил наконец-то? – тут же оживилась Поля, и достала телефон, намереваясь записывать координаты.

Хмм… Мне там даже в голову не пришло выяснить контактную информацию.

– Да я уже не спрашивала, если раньше не сказали то, и сейчас вряд ли, – судя по все больше и больше расширяющимся глазам Поли, она пребывала в шоке, – Отвезут своим транспортом, – поспешила ее успокоить, – Проезд оплачивать не надо. На фото березы, лес, поляны, если все и впрямь с мамой нормально, думаю отдохнуть недельку. По телефону отпросилась с работы, девочки подменят.

– Нет-нет-нет!!! Даже и не думай! – отрицательно закивала в разные стороны Поля, повышая голос, – Денис искал информацию на обитель и месторасположение пансиона общины, но выяснить ничего не смог. Что-то не то с этими верующими. Зачем так скрываться?

Сестра заметно нервничала, и мне передалось её волнение. Но если на кону жизнь близкого для меня человека, о чем тут думать? Мама Зоя поддерживала и помогала всегда в трудную минуту. И благодаря ее участию я не чувствовала себя брошенным нелюбимым ребенком в приюте. После того, как она устроилась к нам няней, я всегда знала, что как бы там ни было, а мама Зоя у меня есть.

– Другого выхода не вижу. Мама умрет без лекарств. Мне нужно ехать, – поставила Полю в известность о своем окончательном решении.

– Иди опять в полицию! – не сдавалась сестрица. – Давай вместе сходим, и скажем им…

– А смысл? – перебила ее, не дослушав до конца, – Они мне в прошлый раз посоветовали отстать от матери и не мешать отдыхать на природе. Так и сказали: «Устала от тебя. Когда захочет, свяжется». Вот если бы бесследно, тогда возможно оформили заявление. А так как она по своему желанию поехала, никто браться не хочет.

На днях даже подумывала о том, чтобы взять кредит для оплаты услуг профессионального детектива. Зарплаты моей не хватит покрыть издержки. Поле не стала об этом говорить, зная, что друзья кинутся помогать, оплачивая все расходы.

– Все равно не горячись! – переубедить подругу не так-то просто.

Так сложилось, что она продолжает, как и в детстве чувствовать себя ответственной за меня. По ее мнению, я слишком наивная и доверчивая, потому легко оказываюсь обманутой. Доля правды в этом есть. Хоть признавать, и не хочется, – Ден с Олегом сейчас уехали из города на три дня, – продолжала Полина озвучивать свой дальнейший план, – Подожди, когда вернутся, кто-нибудь отвезет тебя. А заодно проверят, где ты останешься. Какая общине разница сама ты приедешь или привезут?

Поля права, но есть один нюанс…

– Пастор четко и ясно дал понять, что только они могут отвозить, сообщать адрес никто не станет. Дабы сберечь просветленный оазис среди лона природы.

Да. Вот так и сказал. А мне на ум пришли африканские племена-кочевники, там тоже ритуалов хватает. Читала о них и по телевизору смотрела. Многие не то, что не шифруются, а даже успешно зарабатывают на туристах. Надеюсь, община «Спасемся вместе» ведет более цивилизованный образ жизни.

– Обалдеть, – выдохнула Поля, нахмурившись, – Пойдем чай пить и подумаем над другими вариантами. Знай, что я против твоей поездки!

Присела за стол, и пока Полина разливала чай в чашки, мысли устремились в другое направление. Что взять с собой? Вещей много набирать не буду, но самое необходимое упакую. В аптеку за лекарствами заскочить нужно в первую очередь. А купальник брать? Вдруг там бассейн есть или пляж с выходом на реку. Внутри себя ощутила спокойствие и даже представила счастливую маму Зою при виде меня. Проведем вместе время, прослежу за лечением, и постараюсь уговорить уехать со мной ближайшим рейсом.

Поля поставила передо мной чашку, тарелку с десертами и присела напротив. Временно оставила в покое, но беспокойство читалось на ее лице.

*После всех событий, которые пришлось пережить сестре, понимаю ее настороженность ко всему неизвестному. Прошлый год принес много тяжелых и радостных моментов. И к моему облегчению для Поли все завершилось самым наилучшим образом.

Ден все такой же властный псих, но старается сдерживаться, редко срываясь на любимой. Полина не потакает ему как раньше и делает то, что считает нужным. Парочка с накалом итальянских страстей получилась отменная. В отличие от Наты с Олегом, у которых наоборот полный штиль и взаимопонимание. Глядя на отношения дорогих мне людей, и сама верю в то, что постучится любовь ко мне в дверь. Но пока только неуверенные в себе придурки и бабники у порога околачиваются.

(*Речь идет о событиях, описанных в книге «Узнай меня»)

Со стороны улицы послышались детские голоса. Через минуту прибежала Арина с красным воздушным шариком и следом вскоре появилась Ната с Ваней на руках. Малыш улыбался и сжимал в ладошке синий шарик.

Не успела нормально с Натой перекинуться по паре слов. Поля решила найти поддержку в лице сестры и повлиять на меня.

– Ната, объясни хоть ты, что нельзя ехать в неизвестном направлении с сектантами, или прихожанами, неважно как назвать. Зоя уехала и уже на следующий день потерялась.

Ната ошарашенно перевела взгляд от Полины на меня.

– Самой точно нельзя. Могу поехать с тобой. Арина пока побудет у Поли, – как всегда без лишних слов и причитаний выдала свою позицию Ната, взвешивая каждое предложение.

– Капец! А если вас двоих украдут? – не унималась побледневшая сестра, усаживая сына на стул.

– Ну, мне-то не привыкать, как и тебе, – захихикала Натка, – А вот Эля девушка стрессами не закаленная, сложно предугадать.

Дальше они переключились друг на друга, пытаясь доказать каждая свою стратегию поиска мамы Зои. Поля стояла на том, что ехать нельзя ни в коем случае. Вначале нужно все выяснить. Познавшая много опасных злоключений в прошлом Ната, проще относилась к риску, и соглашалась со мной, но только если возьму с собой ее или Полину. Наблюдая за ними, я поняла, что так просто сестрицы не отцепятся. Придется изменить своим принципам честности.

– Девочки, а знаете? Я так подумала, что не поеду, – тут же на меня уставились две пары раскосых глаз, – И в самом деле подожду Дена с Олегом.

– Вот и умница, – не скрывая радости и облегчения, произнесла Поля, даже обняла меня и чмокнула в щеку.

– Несколько дней погоду не сыграют, – беспечно махнула рукой Ната, наливая себе кофе.

Полина тут же принялась расхваливать знакомого детектива, с которым подружился Ден, гоняясь за будущей женой.

– Сыщика пустим по следу, обязательно тетю Зою найдет, – повторила она раз пять за все время разговора. Тем самым рассмешив нас с Наткой.

Сославшись на частную клиентку, жаждущую покраски и стрижки волос, попрощалась со всеми и понеслась на остановку. Время поджимает! Еще столько всего нужно купить и подготовиться. Выезд с самого утра, на окраине города. Одно из условий добираться общественным транспортом. Так что вставать придется ни свет ни заря.

По дороге приобрела все необходимое из лекарств. Отбросила сомнения и купила новенький купальник, сарафан, шорты и пару топов. К поездке готова!

Сидеть и ждать, пока вернутся мужья подруг, я точно не выдержу, а потом уже вообще не возьмут. Да и детективу может понадобиться месяц, если не больше для расследования. Пастор так все доходчиво объяснил, и в то же время о многом умолчал. Особенно терялась, когда он просверливал меня глубоким взглядом изумрудных глаз. И голос такой приятный, обволакивающий, прямо хочется все ему рассказать, пожаловаться, всплакнуть на плече. Только когда покинула обитель, засомневалась в какой-то мере, а там соглашалась со всем с открытым ртом.

Пришлось пройти специальную проверку в обители, насколько я чистая и духовная, отвечая на множество вопросов, как на допросе касающихся личной жизни, семьи, друзей, соседей. А мне-то особо и перечислять некого. Выросла в детдоме, со второго класса меня поддерживала Зоя, которую я почти сразу принялась называть мамой. Лишь умолчала о подругах Полине и Нате, но посчитала достаточно с них и той информации, что уже выдала. В итоге прошла отбор и смогу отправиться на встречу к маме Зое.

Дома все сложила и упаковала в сумку. Позвонила на работу в салон красоты, в котором работаю парикмахером, и предупредила о предстоящей поездке. Осталось дождаться утра и в путь. Долго не могла уснуть, прокручивая в голове, что рассказывала мама Зоя о своей общине. Ничего плохого на ум не пришло, и я безмятежно уснула.

* * *

Выбежала из дома с сумкой наперевес и поспешила на встречу. В автобусе настроилась на все самое лучшее, приятных в общении прихожан-попутчиков и занялась своим любимым делом. Оценка причесок по десятибалльной шкале! Привычка или зависимость от работы парикмахером на лицо.

Покрутила головой в разные стороны и выбрала первую жертву. Значит так… Корни отросли, кончики посеклись, и вообще лохматая какая-то, больше трех не поставлю. Подойти поправить, что ли? Девушка обернулась. Поймав мой взгляд, отбросила засаленную прядь со лба и принялась красить темной помадой губы, глядя в боковое автобусное стекло.

Двум другим женщинам постарше влепила пятерки. И не теряла надежду встретить те самые волосы, которые бы с радостью назвала победителем. Может приз для такого случая придумать и подготовиться заранее? Постепенно практически все пассажиры покинули автобус. А мой путь тянулся до конечной остановки. И дальше еще пешком идти придется.

Зачем столько вещей нагребла? Ругала себя последними словами, волоча сумку по земле. Свернула с главной дороги налево и поплелась до следующего поворота. Пока дошла, была уже вся мокрая и потрепанная. Первым делом принялась поправлять волосы, заплетенные специально для поездки в колосок. И да, у меня прически на все случаи предусмотрены. Поля всегда смеялась над моими парикмахерскими заморочками, и боялась сесть ко мне в кресло.

В тени деревьев приметила микроавтобус. А может это и есть тот самый транспорт от обители? Ну, кого еще сюда принесет? Решительно направилась в сторону машины.

– Куда идете? – раздался мужской хрипловатый голос сбоку.

Из-за дерева выглянул невысокого роста коренастый мужчина. Так и описаться от страха недолго.

– Меня здесь ждут, – от испуга залепетала тоненьким голоском.

– Документы, – вытянул вперед руку и подошел слишком близко.

Если б он потребовал деньги, украшения или вещи – отдала бы, не раздумывая. Только сейчас сообразила, в каком безлюдном месте нахожусь…

Глава 2

Эля

Полезла в сумочку и вытащила паспорт. Порадовалась, что не засунула далеко, а то грозный мужчина завис надо мной, прожигая подозрительным взглядом.

– Вот, возьмите, – протянула документ невесть кому. Он-то не представился.

– Хмм… Значит, вас ждем, – подтвердил свои догадки, еще раз просканировав глазами с головы до ног, – Проходите в ту машину, – махнул рукой в сторону припаркованного микроавтобуса. Как будто там стоянка и можно ошибиться.

Единственное чем он помог мне, так это взял сумку и отнес в багажник.

Открыла дверь и забралась внутрь. Вместо предполагаемой группы прихожан, которых представляла в большом количестве, сидели две женщины преклонного возраста. Дамы нацепили на головы платки в цветочек, и искоса взглянув в мою сторону, отвернулись к окну. Веселенькая компания подобралась! Ничего не скажешь.

– Доброе утро! – поздоровалась в знак приличия. В ответ раздалась тишина, и я в недоумении пристроилась в самом конце салона.

Дальше потянулась долгая и мучительная из-за жары поездка. На мои вопросы к водителю и помощнику, почему так долго едем, получала один и тот же ответ: «Терпение во спасение». Капец! А пастор говорил о трех часах пути.

Ближе к вечеру чувство голода усилилось. Постаралась заснуть, чтоб скорее скоротать время.

Сквозь сон услышала голоса, и вспыхнул свет. Открыла глаза, и поняла, что мы прибыли. За окнами кромешная тьма, скорей всего наступила уже ночь.

– Выходите по одному, – скомандовал кто-то с улицы.

Решила для себя пропустить вперед женщин, и уставилась в окно, пытаясь разглядеть обстановку. Впереди кроме высокого забора не рассмотрела ничего, и потому, не теряя зря времени, переделала косу в высокий хвост.

Дошла очередь и до меня. Поспешно вылетела из машины, представ перед ребятами спортивного телосложения. Мое представление о вечно улыбающихся верующих из братства «Спасемся вместе» пошатнулось, и задергалось. А все, потому что один из амбалов, по-другому не назовешь этого переростка, нагло начал шарить по мне своими ручищами. Вывернул карманы шорт, облапал в районе лифчика и под мой вопль возмущения отстранился.

– Все чисто, – обратился к своим напарникам, – Можешь проходить внутрь, – обронил, не глядя, и я поняла, что приглашение адресовалось уже мне лично.

Охранники принялись болтать о своем, не обращая на меня никакого внимания.

– А вещи и документы? – прервала беседу мужчин, не сдвинувшись с места.

– Тебе все что надо принесут, – ответил уже другой, блондин помоложе, приблизившись ко мне, – Пойдем, – указал в сторону входа и двинулся вперед, не оглядываясь.

Разговорчивостью здесь точно никто не страдал. Все же направилась вслед за ним, а то и заблудиться в темноте недолго.

Миновали ворота и вошли на территорию общины. Вполне, даже прилично внутри, хоть и свет от фонарей мало освещал дорогу. Уже то, что мы шли по выложенной плиткой земле, наводило на мысль о том, что с племенем индейцев общего мало, цивилизация явно присутствует. Ох… скорей бы встретиться с мамой Зоей.

Охранник подвел к какому-то небольшому домику. Сам заглянул внутрь. И только потом приоткрыл шире дверь, пропуская меня вперед.

Взгляд сразу упал на широкий громоздкий стол посередине комнаты. На столе были разложены книги, четки, сбоку полотенце. Воздух в помещении ощущался тяжело, будто всевозможные благовония смешали и опрыскали стены.

– Приветствую тебя, избранная, – раздался голос с дальнего угла.

Повернула голову и заметила высокого пожилого мужчину худощавого телосложения в странном зеленом одеянии, в виде длинного платья, расшитого красными звездами. На голове нечто вроде позолоченного нимба, и еще примечательная длинная седая борода свисала до самой шеи. Откуда он взялся такой красавец? Никак после маскарада вернулся, усмехнулась про себя.

– Добрый вечер, – только ответила, и подумала о том, что может уже и ночь. Время так и не выяснила.

– Я рад видеть тебя в нашей семье! Это великое счастье, что твоя душа устремилась в мир любви и благодати! – ничего себе какие почести. Так торжественно меня еще никто не встречал.

Широкими шагами старец пересек комнату и заключил в отеческие объятия. Крепко так зажал. Затем отстранился и за руку подвел к лавке, а сам присел в широкое кресло, похожее на трон. Или мне уже мерещится все помпезное?

– Запомни! Ты – избранная, – продолжил свою фантастическую речь, – Здесь найдешь мир и покой, и узнаешь великую тайну, – тааак, по-моему, старец не в себе. Или его не предупредили, зачем я здесь?

Он собирался еще мне что-то втирать о вечном, но перебила.

– Я приехала к вам встретиться со своей названной мамой. Зовут ее Зоя, она два месяца находится у вас.

Не выдавая ни одной эмоции, старец продолжал пронизывать меня внимательным взглядом, только бороду еще начал теребить время от времени.

– Помню-помню избранную Зою, была такая…

– Как это была? А сейчас тогда где? – в шоке подскочила с лавки.

– Милостью нашей отправилась она в благостный путь, дарить людям радость, – невозмутимо ответил, растянув губы в широкой улыбке.

– А пастор, он же пообещал встречу, – растерянно произнесла, в непонимании. Зачем тогда они обо всем выясняли и взяли меня?

Учитель поднялся с трона и достал со стола четки. Бормоча под нос непонятные обрывки монотонным голосом замер на одном месте. Вначале наблюдала за его действиями, а потом переключилась на более важные темы. Что мне делать? Ответ приходить не спешил, так как я не могла понять две вещи: где конкретно нахожусь и куда ехать в поисках мамы Зои.

– Видел твою маму счастливой и здоровой, – вышел из астрала гуру, огорошив сообщением.

И как на это реагировать? Не верю я во всяких медиумов, даже не интересовалась особо подобным направлением. Может с ума сошел на старости лет? Маразм и все такое… Но все же решила подыграть ему.

– Вы меня очень обрадовали. Там, наверное, еще было видно, где Зоя находится? Подскажите адрес, пожалуйста.

– Избранная Зоя просила никого ее не беспокоить, – на полном серьезе заявил, продолжая сосредоточено теребить четки.

– А вы не обознались?

– Явление пришло четким. Связь отличная. – под связного заделался, что ли?

– В таком случае, когда она вернется? – продолжила переговоры, еле сдерживая себя, чтоб не заорать на больного человека.

– Через три года.

Ну, все. С меня хватит! Псих какой-то, несет всякий бред. Нужно действовать через детектива, как Поля говорила. Так просто пропасть она не могла. И учитывая болезнь вкупе с привычкой вести замкнутый образ жизни, ни в какой путь не поверю. Да она даже сюда поехала только после того, как ей пообещали личный номер.

Не прощаясь, выскочила на улицу и побежала назад к воротам. Попрошу водителя отвезти меня обратно. Готова даже заплатить по двойному тарифу, лишь бы оказаться подальше от странного места.

Возле выхода за территорию натолкнулась на охранника, который провожал к главному учителю.

– Заблудилась?

– Уехать хочу! Там еще стоит машина?

– Нет, – покачал головой в подтверждение своих слов.

– Как же так… Ааа где ближайшая остановка или станция? – запаниковала, оглядываясь в сторону двери.

– Ты здесь, потому что избранная. Чужие сюда не попадают. Благодари и поклонись святым небесам, – чего-то там начал молоть непонятное. Да тут психов предостаточно, как я погляжу, – Тебе нужно отправляться в дом и скоротать ночь в молитвах, а потом…

Дальше не дослушала, фраза, как мне скоротать ночь, придала ускорение. И я кинулась к заветному выходу. Удерживать блондин не стал. Толкнула металлическую дверь и выскочила за ворота.

Сразу же впереди, словно из-под земли вырос охранник, так бессовестно лапавший в поисках припрятанных вещей. Но больше беспокоило то, что никакого транспорта вообще не было. Парковка пустая. Значит… машина уехала.

– Не в ту сторону направилась, сестра, – сзади в самое ухо произнес вполголоса блондин, и развернул за плечи обратно.

– Ну, как вы не понимаете? Я приехала к маме, а ваш наставник сказал ее нет здесь. Тогда зачем мне оставаться?

Взяв меня под руку, он с силой затянул на территорию.

– Никто не приезжает сюда случайно. Скоро поймешь свое счастье, – как с умалишенной спокойно беседовал и продолжал вести, в известном только ему направлении.

Значит, убежать так, как прибыла сюда, не получится. Ночь на дворе. Какие еще варианты? Да полно. Завтра с утра осмотрюсь и найду способ покинуть клуб избранных. И даже к лучшему, что осталась. Старик вообще не в себе, может и склерозом страдать. Расспрошу людей и точно узнаю, где мама Зоя. Тем более что я взяла недельный отпуск на работе. Все вполне нормально складывается, практически успокоила себя, подходя к низкому маленькому домику, снаружи похожему на избу.

– Входи и не шуми, сестра спит, – страж пропустил меня вперед, но сам не вошел.

Хотела еще спросить про вещи, развернулась, а дверь захлопнулась.

В потемках попыталась найти включатель. Да, где же он? Пошарила по стенам – нигде нет. Глаза немного привыкли к темноте, и я смогла пройти по коридорчику вперед. На одной из кроватей слышалось посапывание. Это их сестра, по всей видимости. Стукнулась ногой обо что-то твердое и, наклонившись, обнаружила еще одну кровать, только пустую.

Несмотря на сон в дороге, спать все равно хотелось. И я прямо в одежде завалилась сверху. Возникла мысль раздеться до трусов, но я засомневалась. Дверь осталась открытой, кто угодно сможет войти с утра. И тут я такая сплю, выставив грудь из-под одеяла.

Как бы там ни было, от плана отходить не стану, вначале поиск мамы, а потом скорый отъезд к нормальным людям. Пусть я и сирота из приюта, но становиться резко для всех сестрой не горю желанием, хватит с меня и Полины.

Глава 3

Эля

Бам. Бам. Бам.

Оглушительный звук вырвал из крепкого сна. Кажется, что только на часок прилегла. Какого лешего? Делать кому-то нечего или что?

Приняла сидячее положение на кровати и наткнулась взглядом на сидевшую напротив девушку.

– Привет, – махнула временной соседке.

– Озаряйся, – ответила она тем же жестом, только выдала приветствие невпопад.

– Кто стучит? – решила сразу перейти к конкретной теме.

– Младшие учителя славят солнце, – с улыбкой объяснила, продолжая открыто меня рассматривать. – Утренний ритуал пробуждения.

Ага, начинаю кое-что понимать… Они тут все под наркотой. А тот старец – наркобарон. Да-да-да… тогда все сходится. И как они употребляют?

– Молись, и пойдем на трапезу, – озвучила одну из моих версий бедная, теперь больная в моих глазах, девушка. Выходит, в еду им подсыпают, а может и сами вместо соли приправляют.

На внешности ее это точно не сказалось. Красивая брюнетка, на вид восемнадцати лет с огромными карими глазами, лучилась счастьем и умиротворением. Немного безумный взгляд не выражал ни одной серьезной эмоции, и создавалось впечатление, что она глуповата от рождения.

– Как тебя зовут хоть? – взяла инициативу знакомства в свои руки.

– Лепесток, – представилась брюнетка, поднимаясь с кровати.

О моем имени не спросила, но я подумала и так скажу для полноты знакомства.

– А меня Эля.

– Ты пока просто сестра. Твое имя в прошлом, – с еще более приветливой улыбкой пригвоздила меня к кровати.

Затем она отошла на пару шагов, и открыла шторку справа, за которой я рассмотрела подобие душа. Полилась тонкой струйкой вода, и она принялась напевать свои сумасшедшие песни. Всех слов не разобрала, но «Славимся», «Скачем» и «Спасемся», прозвучало несколько раз немного более выразительно.

Не вступая больше в диалог, от которого ответы веселее один другого поднялась и обошла домик в поисках самого главного – туалета. И… не нашла. Ой, долго не продержусь.

– Ле… – запнулась, ну так не зовут нормальных людей, решила пропустить имя, – Где находится туалет?

– В дубовом царстве.

– Да, ты не поняла меня, – реально дикая, – Уборная, сортир, тубзик, там, где можно нужду справить.

– Не поняла? – выглянула она из-за шторки.

– Писать хочу!!! – повысила голос, понимая, что скоро не выдержу и стукну ее чем-нибудь.

– Выйди на улицу и увидишь напротив дубовое царство. Будь счастлива там, сестра, – одарив радостным выражением мокрого лица, нырнула обратно.

Спасибо и на том, пробормотала вполголоса и услышала за шторкой: «Славься». Думать к чему она мелет слова невпопад, не стала, а поспешила туда, где можно сходить, наконец, облегчить мочевой пузырь.

На улице уже подумала, надо дверь все же запирать. Мало ли кого принесет без стука. Направилась строго прямо по дорожке, пока не дошла до узкого деревянного домика из широких брусьев. Буду считать, что это дуб. Внутри оказался ряд с дырочками без перегородок. Пока никого не было, постаралась поскорее завершить процесс и вернулась в хижину собраться с мыслями.

– Твои вещи принесли братья, – указала Лепесток, в сторону сумки. Затем повернулась к окну и принялась перебирать четки, тихонько напевая.

Значит, будет, во что переодеться после душа. За шторкой стало понятно, душ – это громко сказано. Тонкая струйка с потолка еле стекала на тело. Мылом оказался черный кусок с резким запахом. То, что оно из дегтя и так понятно, но еще и ручной работы, судя по форме изделия. Пришлось мыться тем, что есть. Все равно благоухать здесь не для кого, и не позднее завтрашнего дня доберусь домой, а там мои любимые гели с фруктовыми ароматами придут на помощь. Полотенце тоже выглядело очень непривычно, стежки явно нефабричные. Ну, прямо мастерицы здесь собрались и ткут, и шьют, и мыло варят. Чудеса, да и только.

Открыла сумку и первым делом порылась в поисках документов. Странно. Нигде нет. Наверное, забыли положить или лично в руки хотят отдать. И только потом обратила внимание, что вещей стало меньше. Короткие шорты и маечки, которые собиралась надеть – не обнаружила. Больше всего поразила пропажа всех аксессуаров – заколок, резинок, браслетов. Хорошо, что у меня не было настоящих ювелирных украшений. Что за люди? Приглянулось, небось, и стянули.

Достала длинный сарафан на завязках и оделась для похода на обещанную трапезу. Немного точили сомнения, а вдруг и вправду что-нибудь подсыпают… В любом случае нужно выйти для того, чтобы расспросить о маме, и найти способ покинуть гостеприимное логово.

– Я готова. Можем идти, – обратилась к Лепестку, расчесывающей свои шикарные волосы. А ведь это же и есть десять баллов!

Вспомнила о своих. В первый раз забыла привести прическу в порядок, на меня точно дурно влияет здешний климат. Достала из бокового кармана сумки круглую щетку и приблизилась к соседке.

Всего один взгляд в зеркале на нее поверг меня в шок! Аааа… этого не может быть. Стоп. Совпадение, да-да ничего более. Все в норме.

– Лепесток, – назвала даже ее имя, уже не раздумывая над правдоподобностью, – Откуда у тебя амулет?

Ну, вот точь-в-точь такой же амулет я лично купила в специализированном магазине торгового центра для мамы Зои. Они меня заверяли, что он из лимитированной серии и последний. Даже помню, что встречалась там с Полей и Натой в знаменательный день. Они тогда пристали ко мне, чтоб показала, но я, зная отношение Поли к подозрительным организациям, не стала. Тогда еще не призналась девочкам, куда записалась мама, думала это временное увлечение.

– Избранная передала, – после небольшой заминки выдала она, – Красивый амулет, правда? – развернулась, чтоб дать мне лучше рассмотреть.

– Через кого передала? Кто тебе его дал? – тут же накинулась с расспросами, интуитивно чувствуя неладное.

– Старший учитель вручил на празднике огня и воды, – не пытаясь скрыть, прямо ответила.

– То есть ты даже не знаешь, кто именно ему передал? На ком он был до тебя?

Лепесток нахмурила бровки, предпринимая попытки вспомнить.

– Хм… Кажется, такой же амулет видела на избранной Липе.

От местных имен можно с ума сойти. Растительные люди.

Но теперь зародилась надежда…

– Как выглядит Липа? – прицепилась к ней, если имена меняют, то все может быть.

– Красивая, как все избранные.

Да уж, с такими развернутыми описаниями очень много узнаю.

– Опиши внешность, – поймала ее недоуменный взгляд и принялась, как для особо одаренных уточнять, – Сколько лет, рост, телосложение, черты лица, прическа.

У Лепестка глаза превратились в карие блюдца от моих настойчивых расспросов. И она отошла поближе к выходу. Испугалась, что ли?

– Эээ… Липа… она такого роста как я. По возрасту старше Миры, но младше Перца, – зародившаяся надежда сникла, и появилось желание выпить успокаивающего лекарства, наорать на бестолковую брюнетку или посчитать до десяти с закрытыми глазами. – Ах да, еще вспомнила! – неожиданно добавила, – У Липы короткая стрижка, такая необычная с одной стороны волосы до плеч, с другой чуть ниже уха. И пряди розовые, – показала на своих волосах, в каких местах.

А я так и осталась сидеть не в силах больше спрашивать что-либо или вообще говорить. Мысли бурным потоком атаковали, опережая друг друга. Это точно мама Зоя! Но ее здесь нет. Допустим, она уехала в свой путь, а почему без амулета? Если бы хотела подарить, сама могла отдать. От следующей мысли мороз пошел по коже. А вдруг ей что-то сделали? Сдать на органы смысла нет, больная и в возрасте. Или ее…

– Нам нужно поспешить на трапезу, – поторопила Лепесток, оборвав логическую цепочку.

По дороге поняла, что сегодня придется задержаться и все выяснить.

Столовая, а по-местному трапезная, оказалась достаточно просторной. Длинные столы с лавками тесно составлены. Почти везде сидели люди разного возраста, некоторые с детьми. Пока стояла в очереди с тарелкой, обратила внимание, что все одеты в простую, светлую одежду. Только у некоторых мужчин темные брюки синего или черного цвета. Со стороны казалось, что у большинства одинаковый прикид и внешний вид, словно из инкубатора выползли.

– Это что? – за столом при виде серого «чудесного» размазанного по тарелке блюда голод пропал сам по себе.

– Каша из бобов, ты попробуй. Очень вкусно. – Промямлила с полным ртом Лепесток, активно работая ложкой.

И на меня тут же уставились сидевшие поблизости члены общины.

– Приятного аппетита, – громко выдала им, а то сидят, и глаз не сводят, ложки побросали.

– Славься! – мгновенно отреагировали заинтересовавшиеся мной постояльцы.

Здесь, наверное, есть список слов со значениями, которые они вкладывают при разговоре. А «славься» – это «спасибо» или «тебе тоже всего хорошего»? Местный диалект с ходу не постичь.

Лепесток внезапно сникла и как можно ниже наклонилась к тарелке. Подумать об этом не успела, ощутив тяжелую руку на плече.

– Доешь и подойдешь ко мне, – в приказном тоне низким голосом заявила женщина.

То, что она относится к женской категории, отнесла за счет выпирающей груди навскидку пятого размера. Больше никакой схожести не заметила. Высокая крупная тетка с широченными плечами и короткой стрижкой. Лицо квадратной формы с грубыми чертами смотрело на меня и хмурило мохнатые брови. Если ее имя Цербер, пойму и приму выбор как должное.

– Чего не отвечаешь? – продолжала стоять надо мной, напомнив, что я так «залюбовалась» забыв и слова, и обо всем на свете. – Ладно, жду. Славьтесь, – в конце махнула в сторону всего стола, и направилась вперед, поближе к выходу.

Лепесток расслабилась, судя по выпрямившейся спине и вернувшемуся счастливому выражению лица.

– Это кто к нам подходил? – наклонилась к самому уху брюнетки.

– Туча, она следит за порядком, – прошелестела тихонько Лепесток и искоса бросила взгляд в сторону.

Не такая уж она и счастливая, какой хочет казаться. Или боится чего-то? Ну да, при виде Тучи и я занервничала.

Поискала глазами женщину-гору и обнаружила возле столика у окна в компании двух пожилых мужчин. Они что-то обсуждали, не глядя в сторону выхода. Так и чего я жду? Есть бурду, не собираюсь, кусок хлеба с компотом уже проглотила. Пора делать ноги, пока Туча не нагнала.

Встала из-за стола и, ничего не объясняя соседке, быстренько засеменила на выход. Обернулась по сторонам – никого. Отлично. Можно завернуть за угол столовой и пройти вдоль забора, исследуя территорию.

Вначале пробежала до куста пихты и притаилась от приближающихся голосов. Выглянула украдкой и дернулась обратно. Лепесток с Тучей стояли посреди дороги и что-то обсуждали. Нетрудно догадаться, о ком речь идет. Неужели час гулять будут? Только подумала, и они отправились в сторону нашей хижины. Фууух. Теперь можно двигаться дальше.

Миновала последний домик на улице и уперлась в длинный синий ангар. Что там мастерят, если и стало интересно, то не настолько, чтобы спалиться. После ангара выстроились еще два подобных сооружения. И все разноцветные, как на подбор: желтый, оранжевый, синий, аж в глазах зарябило.

Дальше тропинка уходила на другую улицу, параллельную первой. Община занимала огромную территорию. Нечто вроде маленькой деревни со своими устоями. Все домики жителей походили один на другой, как две капли воды. Здесь вообще не принято выделяться, судя по всему. Стены представляли собой сооружение из плотно уложенных друг на друга бревен. Конусные крыши из камыша я видела раньше только на иллюстрациях в книгах. Возле каждой хижины росли кустарники и молодые фруктовые деревца. С виду так прямо идиллия, о которой только можно мечтать. Только если речь не обо мне. Сейчас все бы отдала, чтобы найти маму Зою и оказаться в своей однокомнатной квартире.

Слева раздалось лошадиное ржание. Повернула голову и точно – конь. Да еще и красавец такой статный, грациозный. Как завороженная застыла, любуясь на белоснежное животное.

Конь стоял на месте, постукивая левым задним копытцем об землю, и будто ждал чего-то. Поняла, что тоже стою и не могу глаз отвести, постукивать только нечем.

На минуточку подойду, поглажу и дальше в путь, отчиталась перед собой за задержку. Внутренний голос пытался запугивать, что конь может напасть, укусить, лягнуть копытом. Но я же так люблю лошадок! Поэтому на внутреннее предупреждение только махнула рукой. Ведь я так близко к лошади только в парке подходила. Когда еще возможность представится.

Лишь занесла руку дотронуться до бока белоснежного чуда, как лошадь дернулась и важно отошла на пару шагов назад.

– Я тебя только поглажу, не бойся, – начала осторожно приближаться к нему, пока он отступал. – Жаль, мне нечем угостить, так бы мы скорее познакомились.

Конь приоткрыл пасть и произнес:

– Спасибо, конечно, за предложение. Знакомиться считаю здесь лишним. И так понятно, что избранная.

Аааа… мне конец! Они что-то подлили в компот. Бред атакует!

– Так видно по мне? – от изумления готова была поверить и в избранность, и в единорогов.

Присмотрелась, рог со лба не торчит. А вдруг спилили? Приподнялась на носочки и дотронулась до того места, удостовериться окончательно.

– Иди куда шла, сестра, – мою руку накрыла другая, широкая мужская ладонь. И голос стал намного ближе, и точно не от коня.

Смутившись от осознания нелепой ситуации, отскочила в сторону. Конь со своим конюхом уставились на меня с подозрением в глазах.

– Ммм… я.. проходила мимо и хотела погладить, – под натиском тяжелого взгляда попыталась объясниться.

Высокий брюнет с обнаженным торсом в отличие от коня не вызывал к себе расположение. У него все выглядело слишком: подтянутое загорелое тело, надменное лицо с четко очерченной линией губ, глубокие пронизывающие насквозь глаза.

Другая на моем месте могла бы назвать просто – красавчик. Только я остерегаюсь всяких смазливых мачо, и стараюсь держаться от них подальше. Никого кроме себя подобные типажи не способны полюбить. Воображают, будто они центр вселенной, а мы тут ходим, под ногами путаемся. Да еще и ведут себя нагло зачастую.

– И чего ты хочешь? – прервал возникшую паузу, сцепив руки на груди.

– Ищу одного человека, – тьфу ты, чуть не выболтала кого, и про поиск лазейки для побега в придачу.

– Кроме меня и Дориана, здесь никого нет, – процедил конюх скривившись.

Поняла две вещи. Первое впечатление о красавчике подтвердилось. И второе – в этом логове самое приличное имя у коня.

Конюх потерял ко мне всяческий интерес, посчитав вопрос закрытым, и прицепил сзади лошади телегу. Моя чаще всего хромающая логика вдруг подпрыгнула. А зачем ему телега? Поездить по территории? Возможно, и так… Или выехать отсюда в лес? Грибочки собирать, ягоды, да хоть одуванчики мне то что.

Вот он мой шанс! Сама я могу не справиться с расследованием. Туча уже взяла меня на крючок и рыскает в поисках по территории. Где находится обитель, теперь знаю, и смогу вернуться вместе со следователем. Только бы выбраться поскорее…

– Вы сейчас собираетесь выехать за пределы общины? – постаралась, как можно более беспечно задать вопрос.

– Допустим, – обронил конюх, глянув искоса в мою сторону.

– В таком случае нам по пути! – глаза красавчика поползли на лоб, – Мне тоже нужно выехать, – поспешила уточнить, может он неправильно понял. Конюх продолжал молчать. Пришлось пустить в ход все свое обаяние. Встряхнула волосами, послушно рассыпавшимися по плечам, захлопала ресницами, и нежным вкрадчивым тоном продолжила, – Поймите меня правильно, я здесь оказалась по ошибке. Хотела встретиться с мамой, а она уехала. Не переживайте, никому не скажу о вашей помощи и обязательно отблагодарю.

Глава 4

Эля

На мои попытки строить глазки конюх никак не реагировал. Ни один мускул не дернулся на его надменном лице. Может слезу пустить? Ну что за бессердечный тип…

Прибегать к подобным уловкам приходилось и раньше. И обычно мужской пол сдавался под натиском обаяния милой блондинки. Это я о себе, если что. Пусть я не писаная красавица, но стараюсь следить за собой. Иногда меня заносит в экспериментах красоты. Да еще и ходить далеко не надо, все на рабочем месте под рукой в салоне красоты. В каком цвете мои волосы только не побывали, и сколько пережили стрижек, ламинирования, завивок, выпрямления.

Год назад сжалилась над собой и вернула натуральный облик. Чем несказанно обрадовала Полю, которая воспринимает меня лишь такой, какой природа наградила: блондинкой с голубыми глазами, естественной формы бровями, и неидеальной глазами модельных экспертов фигурой.

В целом я довольна своим отражением. Но сталкиваясь с подобными красавцами, начинаю чувствовать себя серой мышью. А это бесит!

– Значит так. У тебя есть два варианта, – чеканя каждое слово, заявил дикарь, – Первый – беги отсюда, и чтоб духу твоего рядом не было. И второй более правильный: сейчас отведу тебя к старейшинам. Ответишь наказанием за предательство истине по всей строгости.

Это шутка такая? Какое еще наказание… бред. На всякий случай отошла подальше. Псих – все симптомы на лицо. Так обидно стало. Я на него тут чуть ли не вешаюсь, а он… Капец!

– Таким идиотам, как ты – здесь самое место, – выпалила от злости, не сдержавшись.

Гад, козел, дикарь и еще много имен для мерзкого красавчика пронеслось в голове.

Комплексы улетучились. И теперь мне стало фиолетово, что он обо мне думает.

– Аааа… так я еще и идиот, – пересек в два шага разделяющее нас расстояние, – Даже представить страшно, сколько просветлений ты пройдешь возле столба, до полного звания избранной, – зашипел, словно змея над ухом, – На тебе живого места не останется, – и неожиданно больно схватил за подбородок, сжимая пальцами. Вынуждая таким образом посмотреть на него, не опуская глаз.

Подобное унижение, смешанное с запугиванием вытерпеть выше моих сил. И потому в первый раз в своей спокойной размеренной жизни влепила звонкую пощечину, не жалея руки. Опомнившись, бросилась бежать вперед, прислушиваясь, есть ли сзади погоня. Оглянулась, только вылетев обратно на аллею – никого.

Вот попала, так попала. Повезло еще, что дикарь не погнался за мной. Немного отдышалась после пробежки и… Прямо на меня надвигалась Туча. Она самая. Хоть так не называют людей, но в ее случае идеально подобрано. И с фамилией Грозная, сочетание выйдет прекрасным. Нужно узнать у них вообще есть фамилии?

– Где была? – в приказном тоне устроила тут же допрос, сощурив свои маленькие глазки.

А как же улыбка присущая фанатичным членам? Может ей сделали исключение, мол, ходи людей запугивай?

– Гуляла, – выдала почти правду, безрезультатные поиски по-другому и не назовешь.

По выражению ее лица не поняла, верит или сомневается. Эмоции как у кирпича.

– Учитель ждет тебя. Вперед!

Скомандовала, чуть не оглушив меня. Для подстраховки встала позади. Пасет. Боится, что опять сбегу.

Как же мне выбраться из логова желающих вместе спасаться? Меня бы кто спас! Да и выяснить до сих пор ничего не удалось, кроме имени коня. Зато теперь я под особым надзором. И дополнительный бонус в виде дикого конюха! В том, что доложит о моей просьбе, уже не сомневаюсь. Немного напрягает мысль о наказании. И при чем здесь столб?

Внутрь к учителю Туча входить не стала, захлопнув у меня за спиной дверь.

Картина та же… Старец с блаженной улыбкой восседает на троне и перебирает четки, едва шевеля сухими губами. Глухо тикают настенные часы. В помещении разливается стойкий аромат трав и благовоний.

– Здравствую тебя, дочь, ниспосланная нам небесами, – прозвучало красиво, но напрягло не меньше.

– Вы ошиблись. Еще раз повторяю мне нужно домой. Я не член вашей общины!!! – с жаром воскликнула, проигнорировав приветствие. Достали!

Учитель на мое противоречие отреагировал еще более душевной улыбкой. И как ему так удается контролировать себя? Или, в самом деле, добрый глубоко верующий человек… Хоть икону с него пиши.

– Истина говорит в тебе, – полился приятный мягкий голос в мозг. – Невозможно стать членом общины «Спасемся вместе», ведь мы намного больше, мы избранные и любим друг друга как семья! – ах, ну да, пока жила в детдоме никому не нужна была, кроме Зои, а тут семейство на пару сотен выискалось. Хоть бы не треснуть от счастья.

– Ошибок не бывает на жизненном отрезке испытаний, которые мы проходим на Земле, – продолжил учитель, – Если ты здесь, значит, верхние силы хотели именно этого. Сопротивление будет лишь во вред.

– Выходит, по-вашему, мое желание не должно учитываться?

– Твоя верхняя оболочка возжелала быть здесь. Я с ней уже связался, – пояснил, как будто речь идет о звонке по мобильному телефону.

Версия про наркоту опять показалась все объясняющей. И вот сейчас, в эту самую минуту, глядя в полные обожания глаза учителя, мне стало страшно… очень страшно.

Скорей всего Полина уже пыталась со мной связаться, почти каждый день мы созваниваемся или переписываемся. Так просто она не успокоится, и поймет, куда я отправилась. А смогут ли они отыскать далекое логово? В обители им могут наговорить что угодно, прикинутся, будто я никуда не ехала с ними. Выходит, не так много и шансов, чтоб друзья напали на мой след…

И если я здесь останусь, то через какое-то время стану такой же глупой как Лепесток. В противном случае поверю, что они нормальные, а я одна паршивая овца в чудесном стаде.

– Что должно произойти, чтобы выпустили отсюда? – спросила срывающимся голосом. Отчаяние сдавило грудную клетку, затрудняя дыхание.

– Лучше не думай о скверном. Первые дни освоишься, никто не станет тебя беспокоить, – продолжая говорить, встал со стула и приблизился к массивному открытому шкафу. – Поверь, очень скоро в твоей душе наступит гармония и благодать.

Зазвучала чарующая мелодия, нечто вроде пения птиц, шума волн, с нежным звоном колокольчиков, которые, то утихали, то издавали более громкие звуки.

В голове образовался вакуум. Списала на стресс и волнение. Совершенно не сопротивляясь, приняла из рук старца изящную узкую чашку и выпила противный на вкус чай.

Совсем не заметила, когда вошла Туча. Сейчас она показалась мне не такой уж и страшной. Вполне милая женщина. Взяла меня под руку и неспешным шагом увела на улицу.

* * *

Открыла глаза, поморщившись от головной боли. В комнате пусто. Соседка отсутствовала. На столе заметила поднос с тарелками. Сразу же ощутила резкий голод и, если вспомнить о последнем приеме пищи в виде кусочка хлеба, то так я скоро вообще встать с кровати не смогу. Поднявшись с трудом, почувствовала головокружение и, придерживаясь за стену, приблизилась к манящей еде.

Ничем аппетитным там и не пахло. Серая жижа на дне с притрушенной зеленью, одна вареная картофелина, разрезанная на 4 части и кусочек ржаного хлеба. Ах да, еще в третьей тарелке десерт – пять ягод черешни. Пир, да и только. С голоду не умру, но и переесть при всем желании не получится. И как только Туча не похудела? Наверное, добавку просит на правах надзирательницы.

Больше не думая, чего там подмешивают, за пять минут опустошила все тарелки, запивая водой из кувшина. Первое блюдо, к которому отнесла жидкое серое варево, ненамного превосходило кашу на завтрак. Но за счет консистенции хотя бы влезло. Могла ли я подумать, что хлеб станет для меня отныне самым желанным блюдом…

Сидеть в домике совершенно не хотелось. Сколько времени неизвестно, часов нет. Судя по виду из окна, вечереет. Умывшись, закрутила ободок из двух косичек, и направилась первым делом в дубовое царство.

На аллеи не встретила ни одного жителя. И куда все подевались? В одиночестве почувствовала себя совсем отвратительно. Согласная уже на компанию Лепестка, хоть она и глупая до невозможности, но общение, пусть и странное отвлечет от мрачных мыслей безысходности.

Погрузившись в раздумья, медленно двигалась в сторону площади. Вдруг соседка там гуляет с подружками, вернее сестрами или как их там еще называют. Мысленно вернулась к встрече с конем. Бедное несчастное животное, дикарь, скорее всего, эксплуатирует, нещадно нагружая телегу. То, что конь ухоженный – ничего не значит. Точно не грубияна рук дело. От него никаких добрых поступков не дождаться, а все туда же – избранный, чтоб его.

На подходе к площади внимание привлекла скандирующая выкрики толпа. Половину круга занимали женщины слева, а вторую – мужчины справа. Вовремя пришла на свою голову, нужно сваливать. Интерес все же победил. Ну, хоть гляну, чего они орут, вдруг там распродажа обновок?

Пристроилась за плотным кольцом из спин женского общества и выглянула между голов. О, нет!!! Представленная картина повергла в состояние холодного ужаса. На какое-то время потеряла дар речи, пространства и застыла с открытым ртом.

В центре круга к столбу привязали женщину. Она опустила голову и обхватила опору руками. А сзади разодетый в длинную черно-белую рубаху мужик громадного роста лупил бедняжку плетью.

Толпа ликовала и радостно выкрикивала: «Очищайся!» Затем принималась завывать свои недостижимые для моего ума песни. Вообще не могу и слова уловить, кроме выкриков.

Палач, как я прозвала про себя садиста, делал минутный перерыв перед каждым ударом. И показывал окружающим счет на пальцах. Прошлый удар стал для нее двадцатым. А сколько еще? Кошмар. Звери!!! Как так можно?!

Если они все повернутые, я-то пока в здравом уме. Выходит, что мне необходимо остановить экзекуцию. Только как?

Вначале нужно пробраться ближе к палачу. Обошла толпу с другой стороны и принялась расталкивать локтями воспевающих мужчин. Удалось пролезть вперед и даже сделать пару шагов внутри круга… Как вдруг в мое предплечье железной хваткой вцепилась чья-то сильная рука. Буквально через мгновение оказалась выброшенной за круг. Но и это еще не все!

Помешал спасти от палача жертву никто иной, как злобный конюх. Ненавижу гада! Лучше бы его там отстегали плетью.

– Повторить варианты? – со злостью процедил сквозь зубы, – Или сразу привязать следующей?

– Да пошел ты…

Не успела досказать куда потому, как толпа расступилась, и несчастную женщину увели под руки в сторону домиков на соседней улице.

А я застыла и не могла сдвинуться с места. Перед глазами стояло разорванное на спине платье со следами крови. Накатило невыносимое отчаяние, и слезы потекли ручьем. Если бы только можно было вернуть время на два месяца назад…

Конюх тоже испарился к моему облегчению.

Остается пока только одно: сделать вид, будто я смирилась и играю по их правилам. Тогда они успокоятся и потеряют бдительность. За это время смогу выяснить, куда пропала мама или найти способ выбраться на волю…

Глава 5

Эля

Следующий день начался почти так же, как и предыдущий. За исключением того, что куда бы я ни отправилась, Туча двигалась следом. С утра так вообще испугалась, когда собралась в дубовое царство. Только распахнула дверь, а там стоит уже цербер в юбке, поджидает. Ей бы самое место в отряде спецназа бегать, такая любого мужика завалит и не чихнет.

По дороге к нам присоединилась пожилая пара Вереск и Солома. И я опять не преминула воспользоваться случаем расспросить о Липе, только с таким именем здесь ее и знают. Ответы один в один прозвучали, как и от других обитателей. Никто ничего не знает, но все уверенны, что ей там хорошо, ловит лучи просветления и насыщается благостью. Любят они красивые словечки вставлять, где надо и не надо, а по сути, ничего понятного в итоге.

С утра после трапезы Лепесток отправилась на работу, естественно благостную. Других здесь просто нет. На вопрос о размере зарплаты посмотрела на меня, как на умалишенную, и заявила, что деньги от дьявола, богатство – зло и разрушение. Выходит, за еду батрачит, ну и для созидания с ее слов. Она трудится в швейном цеху, в том самом синем ангаре, на который я наткнулась перед встречей с конем. О конюхе лучше не вспоминать…

Особенно утренний эпизод выбил из колеи. Когда столкнулась в дверях трапезной с красавцем. Нет, чтобы спокойно пройти мимо, никто ведь не трогает. Уж я так точно. Сдался он мне триста лет. Поравнялся со мной и дернул за косу. Еще и хихикнул себе под нос. И как его можно назвать после этого? Идиот? Третьеклассник переросток? Лепесток заметила странный выпад конюха, никак не прокомментировала, но смотрела во время еды задумчиво.

Туча днем отсутствовала, и мне удалось еще немного обследовать территорию вдоль забора. Никаких лазеек обнаружить не удалось. Подкоп, что ли, вырыть? Пришла отчаянная мысль, и сожаление, что я не крот. Да, и лопату раздобыть придется. И даже если найду необходимое снаряжение, как вынесу незаметно, а потом где смогу спрятать? Пребывая с твердым намерением не отчаиваться, а пытаться использовать любую возможность, которая сможет помочь обрести свободу отправилась в хижину. Долго отсутствовать нельзя. Туча начнет искать, и потом скорее меня зароют, той же лопатой, чем я маленькую лунку вырыть успею.

Ближе к вечеру прибежала с работы Лепесток.

– Сегодня собрание общины, – радостно известила соседка, едва переступив порог.

– Отлично. А потом дискотека? – чего-то вспомнились наши сборы в приюте, после которых устраивали танцы.

Полина старалась избегать шумных мероприятий, но я ее не оставляла в покое. И тягала следом за собой. Год назад сбылась моя мечта, и на пару месяцев я примкнула к миру хип-хопа. Вернее, познакомилась с тренером, когда подменяла мастера мужских причесок, и потом все так само собой закрутилось, завертелось.

Илья ухаживал красиво, каждый раз дарил букетик, осыпал комплементами. Почти поверила в судьбу, и пребывала некоторое время в розовых очках. Только недолго. После двух проведенных вместе ночей, на одной из тренировок Илюша переключился на новенькую, рыженькую красавицу с идеальной фигурой. И как потом выяснилось, в их компании свободные отношения вполне допустимое дело. А я-то удивлялась, почему его друзья так внаглую со мной флиртуют. В графе о себе так и хочется написать: наивная дура. В моем случае диагноз. Интересно, это лечится?

– Только по особым случаям водим хоровод, – прервала мои воспоминания Лепесток, – Обычно молимся, получаем наставление от старейшин. Выступают наставники по очереди и в конце – главный учитель.

Программа заманчивая… Билет, что ли, купить? Хотя нет, могу и в домике поспать, а не на бревнах, расставленных по кругу площади.

– О, ну тогда удачи! Мне там делать нечего, – потеряла тут же интерес к предстоящему сборищу. Как раз пока подумаю над планом дальнейших действий. И заодно постараюсь найти лопату.

Такое ощущение, что единственное мне и осталось здесь – это думать. Нормально действовать все равно не получается. Туча караулит. А в хижине Лепесток за мной следит. Была мысль склонить ее на свою сторону, но она повернутая на всю голову. Надежды на нее мало. Лучше уж самой искать выход.

Устроилась на кровати поудобнее, и даже хотела сделать вид, будто спать собираюсь. Громкий хлопок двери об косяк заставил вздрогнуть.

– Подъем! Живо! На собрании присутствовать должны все члены! – о нет, только не это… Голос сравнимый с ударом палкой, по пустому ведру я никогда не забуду.

Лепесток сдуло ветром в тот же миг. Соседка называется…

– Никуда не пойду, – набралась храбрости воспротивиться приказу.

Туча, не церемонясь, дернула за руку и выкинула из кровати. Еле на ногах удержалась. Вот коза! Хотя нет, судя по комплекции – буйвол!

– Сама пойдешь или тянуть? – все еще удерживая за руку, стала в стойку, преграждая путь отступления. Как будто есть шанс вырваться из ее лап!

Чуть было не сорвалось с языка – тяни. Буйвол же как-никак. Вместо этого просто кивнула, чувствуя, что молчание в данный момент пойдет на пользу моему психическому и физическому здоровью. Как-то и не сомневалась, что могу отхватить от Тучи пару тумаков. А мне больше и не надо, упаду и не встану.

На улице руку отпустила. Синяки вокруг запястья обеспечены. Ну, и чего мне там быть на сборище радостных людей? Если дадут приветственное слово сказать, то чувствую или пошлю всех, или выскажу мнение о логове. Ничего хорошего от меня они не дождутся! Насколько я всегда была милой и доброй, местами скромной и нерешительной. Стоило попасть сюда во мне проснулась спящая стерва. Возможно, опасность так давит на мозги, вытесняя всю душевную доброту и спокойствие.

На площади все уже расселись и монотонно бубнили слова молитв, дружно склонив головы. С двух сторон импровизированной сцены горели факелы, освещая выступавших учителей. Туча подвела меня к свободному бревну и присела рядом. Если скоро она переселится в нашу хижину, я уже не удивлюсь.

Вообще не вникала в слова старейшин. И даже более того, не разобрала всех тонкостей иерархии общины. Главного учителя знала и так – достаточно. Отметила лишь разницу в цвете одежды учителей. Главный старец, он же гуру в зеленом одеянии с золотыми звездами по центру наряда, голову как обычно украшал позолоченный венок из цветов в виде короны.

Еще трое важных мужчин старше пятидесяти лет в синем, и тоже с венками, но поскромнее. Сбоку сцены стояла кучка представителей помоложе в желтых платьях, и вдоль прохода толпились спортивные ребята в коричневых балахонах. У них венков не наблюдалось, не заслужили видать еще. И так же по значимости выделялась борода, от самой длинной у старца до самой короткой у коричневых амбалов. У мужчин, не зачисленных в учительскую касту, вообще бороды не было.

Постоянно призывали от кого-то спасаться, и готовить души к исцелению. Люди после каждого выступления ликовали и славили все подряд. Можно сказать, что я практически не пью алкоголь. Но тут на празднике спасения чужих душ захотелось приложиться к бутылке крепкого напитка. И пить, пить, прямо с горла пока не упаду под бревно. А Туча потом в хижину отнесет…

– Иди, давай! – толкнула в плечо надзирательница, – Главный учитель вызвал, – на слове учитель проскользнула тень улыбки на ее бульдожьем лице.

Пришлось вставать и пробираться между бревен к центру. Значит, пока я собиралась напиться, они добрались до моей персоны. Пропустила последнее выступление полностью и теперь вообще не понимала, что хотят от меня.

– Вот она наша новая избранная! – чуть ли не обниматься полез уже знакомый старец.

Подвел к факелам и развернул в сторону публики. Дальше первых рядов видно не было. Поискала глазами Лепесток и не нашла.

Главный учитель тем временем взял меня за руку. Отдергивать не стала, пока решила понаблюдать чего он хочет. Дальнейшее зрелище оказалось не для слабонервных. Если такое приснится, то все, нервный тик на месяц обеспечен.

Вначале взял в руку красивую розу багряного цвета. Подарит и потом отпустит, мелькнуло понимание. Но не тут-то было! Поднес раскрывшийся цветок ко рту и зашептал в него маловразумительные заклинания. Ну, что могу поделать… Хочется человеку с цветком поболтать. Да, пожалуйста. Мне-то, зачем здесь стоять перед толпой? Ответ на вопрос пришел, вернее больно уколол.

После беседы с розой, старец приподнял мою руку, которую все еще удерживал. И резко ударил шипом безымянный палец. Вскрикнула от боли и неожиданности. Дернулась назад, но он удержал цепкой рукой запястье.

На этом мои муки не закончились. Ему поднесли зажженную лампаду, источающую резкий запах сандала. Сизоватый дым окутал с головы до ног. А старец с закрытыми глазами принялся ходить вокруг меня, дергая лампадой в разные стороны. В горле пересохло, и подступил кашель от едкого дыма.

Мысли сбежать в хижину приходили в голову, но учителя в желтом теперь выстроились вдоль периметра сцены, и я окончательно растерялась.

Гуру передал одному из синих свою лампаду, и пришел в себя.

– Дочь небес, тебе даровано имя Кора! – торжественно произнес с восклицательной интонацией.

Послышались бурные аплодисменты и выкрики «Славься».

О чем речь? Кому там имя собрались дарить? У меня уже есть – Элеонора, в подарок от матери, оставившей новорожденную на пороге приюта.

– Кора, отныне твое имя с тобою навеки, – громогласно припечатал старец с блаженной улыбкой.

После слова «навеки» меня вообще переклинило. Что за хрень?

– Мне ваше имя не требуется! – объявила во всеуслышание, – Меня зовут…

– Кора, тебя зовут Кора, – перебил старец, подавая кому-то знак.

Накипевшие раздражение и злость вырвались наружу. И я уже не могла себя контролировать.

– Корами только ненормальные называют. Вы все идиоты помешанные! Никогда не стану членом вашей группировки!!!

Последнюю фразу выкрикнула через плечо поднявшего меня на руки амбала в коричневом платье. Он крепко удерживал за ноги, и вынес не в сторону собравшейся паствы, а поволок за сцену. Там к нему присоединились еще двое коричневых.

– Отпустите! Отпустите немедленно! – крутилась в его руках, но все без толку.

Ни говоря не слова, будто немой, удерживал, еще сильнее сжимая, когда начинала вырываться. В голову полезли страшные мысли. Темнота. Трое мужиков. Мне конец.

И потому, когда принесли к домику, я настроилась на самое худшее, что может произойти. Двое сопровождавших амбалов, к моему удивлению, остались снаружи. А вдруг, еще кого-то ждут? Ой, как страшно… Зажмурилась от ужаса происходящего.

– Молись о спасении, – первый раз заговорил коричневый монстр. А он мне виделся в тот момент именно таким.

Разжал руки и усадил на что-то твердое. Только после этого решилась открыть глаза. Тусклый свет в комнате помог узнать в нем того самого блондина, который помог прийти впервые к учителю и потом развернул от ворот обратно. На сцене вообще не разглядела его лицо.

Осмотрелась: сижу на стуле посреди домика. Комната такая же, как и там, где жила с Лепестком. Кровать только в два раза шире и одна. Стол около окна с двумя стульями и низкий, сбитый из досок, шкаф напротив входа под стенкой.

Блондин тем временем наглухо закрыл внутренние ставни на окне, и направился не ко мне… а на выход. В двери послышался щелчок запираемого замка. Буквально через минуту раздался скрежет около окна. Значит, заперли ставни и снаружи.

И кто меня за язык тянул? Чего добилась своими криками? Заперли и посадили под домашний арест. А может, на этом наказание не закончится?

Глава 6

Эля

До рассвета почти не сомкнула глаз. Вначале боялась того, что амбалы в коричневых костюмах вернутся. Вспоминая блондина, не верилось в его жестокость. И в прошлую нашу встречу у ворот, он вел себя так же спокойно и сдержанно. Жаль, что он член общины. Внешне вполне в моем вкусе и не бесит, как некоторые…

Представляю, как бы повел себя в подобной ситуации конюх. С его-то психами и ультиматумами! А блондин взял на ручки, принес в дом, усадил на стул как ребенка. Стоп. Отогнала розовый туман. Куда мысли понесло?

Здесь точно не то место, где можно влюбляться и искать половинку. Трезвыми, не романтичными глазами виделось все достаточно мрачно. Закрыли в неизвестном домике. Сколько здесь пробуду, не знаю. А также и о том, когда покормят и отдадут одежду.

Еще пугала мысль о наказании возле столба. Полагаю, по их законам мне не избежать участи стать новой жертвой. А сколько за «идиоты» и назвать общину группировкой полагается плетей? Так это блондин вовремя подхватил. Ведь я уже тянулась дернуть старца за бороду. И с языка чуть не сорвался весь мой нецензурный словарный запас. Лучше бы промолчала, а после собрания отыскала лопату. Вот же дурочка прямолинейная…

Послышался скрежет в замочной скважине двери. Поднялась с кровати, и вспомнила, что еще даже не умывалась.

На пороге показался тот самый блондин из коричневой команды. Решила так распределять цвета, званий все равно не знаю. И встретившись с ним глазами, захотелось куда-нибудь спрятаться. Он, весь такой бодрый, свежий с очаровательной улыбкой, которая перестала казаться идиотской. Производит впечатление милого парня, которого, кажется, что уже давно знаешь и можно доверять. И тут я – лохматая, в помятой одежде, с припухшими глазами после ночных слез. Позор на мою голову.

– Озаряйся, сестра! Принес тебе поесть, – вежливо, как всегда, обратился и поставил поднос с тарелками на стол.

– Привет! – ой, надо же, как он привык, захотелось сделать приятное, – И ты озаряйся! А еще славься, – дальше на ум ничего не пришло из их словечек. Парень коротко хихикнул, и быстро вернул непринужденное выражение лица на место. Поймав его настоящего на пару секунд, оживилась.

– Спасибо, Кора, – сдержала порыв уточнить свое настоящее имя, просто кивнув в ответ.

Пока он переставлял тарелки с подноса, быстро закрутила гульку, закрепив лентой, которая только со мной и осталась. Все мои заколки и резинки тоже пропали в первый день приезда.

Наблюдая за ним, еще раз убедилась в спокойном характере парня. И потому осмелилась выяснить о наиболее интересующем меня в данный момент положении.

– Прошу, скажи, когда меня выпустят? Хочу вернуться в свою хижину. – протянула жалобно последнее предложение, мысленно подразумевая, конечно, никакую не хижину, а мой настоящий дом.

С сочувствием и пониманием он посмотрел на меня и поспешно опустил глаза.

– Эээ… мне мало об этом известно. Старший учитель сказал, что он будет решать, какую ты получишь благодать для очищения… – растерянно пробормотал, будто извиняясь за свою причастность. Или мне так показалось?

После моих провокационных вопросов поспешил на выход. При виде удаляющегося заботливого блондина, с языка сам по себе слетел вопрос:

– А как тебя зовут? – что я несу? Спохватилась, но было поздно.

Обернулся возле выхода, окинув добродушным взглядом серых глаз.

– Прут.

Вот и познакомились… Едва закрылась дверь, смех прорвался наружу. Когда-нибудь я перестану хохотать от их имен? При воспоминании, что меня саму тут зовут не принцесса Альпийская, а Кора, смеяться расхотелось. Ну, я хотя бы знаю, что это бред. А они и всерьез так себя называют. Немного успокоила себя, но не настолько, чтоб перестать тревожиться о дальнейшей участи.

С наступлением сумерек начало потряхивать. Все ждала, что за мной придут, отвести к столбу. И когда дверь открыла незнакомая женщина, спряталась под кровать.

– Озаряйся, Кора! Вечерняя трапеза, – прозвучал приближающийся звонкий голос гостьи. Покрывало приподнялось… – Подушку дать? – подлезла на четвереньках, низко опустив голову, чтоб лучше меня рассмотреть.

Как она догадалась? Надо было в шкаф влезть. Вот зоркая!

– Спасибо, мне и так удобно, – сделала вид, что так и надо. Всегда сплю под кроватями. Просторно и не жарко, а то, что твердо, так спина ровнее будет.

А на подушке ручного производства общины, набитой соломой мне в любом месте будет некомфортно.

– Как скажешь, – не стала настаивать, – Принесла тебе книгу для просветления. После трапезы читай три часа подряд, начиная с десятого стиха. Перерывы делать нельзя, чтобы душа лучше очистилась. И демоны отступят. Еще мыло для тебя приготовила, но мыться только когда душа посветлеет.

Молча, кивнула, не зная, как на такое лечение и реагировать. После ее ухода вылезла из рассекреченного убежища. Вспомнила слова об очистке и срочно понеслась мыть голову, практически не мылящимся мылом. Повезло хоть, что оно было молочное, с приятным ароматом ванили, в отличие от хижины Лепестка. Запах дегтя прямо въелся в кожу.

Еще бы одежду принесли. А лучше выпустили и дали лопату.

Посетители больше не беспокоили. Радовало, что к столбу не отвели. А может, простили? И завтра отпустят? Все еще не теряя надежды на спасение, медленно погрузилась в сон, представляя, как выигрываю конкурс года на лучшую женскую прическу…

* * *

Вечером следующего дня сходила окончательно с ума. Еду приносили каждый раз новые люди. Прут не показывался. А я заплетала тридцатый вид косичек, который придумывала на ходу. И все ждала, когда же выпустят из карцера.

С появлением Тучи стало понятно, что дождалась. Только баба-буйвол пришла не одна, а вдвоем с женщиной в белом платке.

– Сегодня мы отведем тебя на площадь, – прогремела басом Туча на всю комнату.

– К столбу? – выдохнула, в шоке опустившись на рядом стоявший стул.

Сердце сжалось от страха. Значит, не простили…

– Там все узнаешь, – не посчитала нужным предупредить надзирательница. Тем самым только подтвердив мои догадки.

А вдруг я не отключусь быстро? И буду терпеть боль под счет палача, сопровождаемый возгласами толпы. И за что мне все это?

– Отправляйся на очищение тела, – прервала мои страдальческие размышления Туча, указав на шторку.

Женщина, которая пришла с ней помалкивала и радостно улыбалась. В данной ситуации она меня пугала своими неуместными эмоциями еще больше, чем сама Туча. Она протянула белое огромное полотенце, к моему удивлению, мягкое на ощупь. Привыкла уже к их маленьким жестким тряпочкам для вытирания. А тут прямо сервис на дом. Еще и расшитое цветами в красно-синих тонах, и как обычно, с символикой в виде кругов и перевернутых иероглифов.

Умолчала о том, что принимала так называемый душ час назад. Хотелось отсрочить время до экзекуции. Разделась и направилась за шторку. Спешить не буду, пусть мой душ станет как последний. А то мало ли…

Пока мыла голову выстрелила новая мысль. И почему я решила, что если площадь, то обязательно столб. У этих повернутых могут быть и другие развлечения. Вдруг какой-то ритуал, и меня принесут в жертву, как самую неугодную? Соглашусь, что не по своей воле белая ворона среди улыбающихся коршунов, но где-то же должна проходить грань человеческого понимания. Или там пусто? Озарились, очистились и погнали, дальше просветляться.

– Время вышло, заканчивай! – гаркнула с той стороны ширмы Туча. Вот уже цербер, мать ее.

Впопыхах принялась скорее смывать остатки мыла. Зная нрав грубой мадам, выдернет как есть и потянет за собой.

Обернувшись полотенцем, вышла к ним. Вещей, оставленных на кровати, не обнаружила. Но я помню, что сюда положила.

– Вот твой наряд, Кора, – мягко обратилась ко мне женщина в первый раз и протянула белое льняное платье, с вязаным кружевом сверху. К наряду прилагались нанизанные на нить лепестки красных и белых роз.

– Спасибо, – машинально ответила, но успокоиться не могла, – Где моя одежда?

– Надевай то, что дали. Так надо, – пошла в наступление Туча, нависнув надо мной.

– А белье где?

– Может тебе еще бриллианты принести?

– Трусов и лифчика достаточно. Верните белье!

– Считаю до трех, и выходишь голая.

Быстро впрыгнула в платье, перспектива пойти, в чем мать родила, вообще не привлекала. Да и Туча, не из тех, кто шутит.

Подбежала к шкафу, в надежде там найти свою одежду, возможно, сложили туда. Полки пустовали. Капец! Ладно еще лифчик, у меня грудь третьего размера нормально и так смотрится. Но трусы!!! Как же… как… На глаза навернулись слезы.

– А я тебе и говорила, что придется, – услышала за спиной разговор Тучи с женщиной.

– Держи чашку и пей до дна, – протянула мне женщина, – Тебе нужно успокоиться.

Первая мысль возникла, вылить на пол их пойло травяное. Но учитывая, что все равно ведут почти на расстрел, успокоиться лишним не будет.

После выпитого чая с настойкой в голове быстро зашумело, как от двух бокалов вина. А для меня это потолок – выносите, клиент созрел. Пью мало, потому, как быстро пьянею от малых доз. Один раз выпила снотворное, так спала больше суток. У меня повышенная чувствительность ко всем седативным средствам.

При виде цепи с наручниками в руках Тучи, попятилась назад. Но сзади пришла на выручку милая женщина, придержав меня со спины, чтоб не вырвалась. Не успела и глазом моргнуть – стою уже в наручниках. Если сегодня выживу, завтра руками землю рыть стану в попытках откопать лазейку для побега.

– Снимите немедленно! Что вы себе позволяете? – кинулась к надзирательнице с помощницей, горя желанием прибить злых баб.

Не сделала и пары шагов, в голове закружилось, повело в сторону. Туча тут же подхватила под руки, выталкивая из хижины на улицу. Действие настойки одурманило мозг, и постепенно погружало в состояние полного безразличия. До сих пор ощущался во рту приторный травяной горьковатый привкус.

Понуро опустив голову, плелась, будто на поводке за своими провожатыми. Преступников и то, судят вначале, а здесь расправу учинят без возможности оправдаться или покаяться.

Кто меня за язык тянул обзывать и посылать, куда подальше главного гуру вместе со всем его чокнутым сборищем? Ничего этим не добилась. Теперь вообще понесу мучительное наказание, если не прибьют, чтоб избавиться от непокорной заложницы.

Возле площади начало казаться, что я всего лишь наблюдатель и все вокруг ненастоящее. Будто игра воображения нарисовала толпу людей, обернувшихся в мою сторону.

– Выпрямись и по дорожке из цветов подойди к учителю, – зашипела в самое ухо Туча.

И я только сейчас заметила, что стою вначале цветочного ковра, устланного полевыми цветами. Ступила одной ногой и приостановилась. Так не бывает! Должен же быть какой-то выход… Взгляд упал на столб, одиноко стоявший, поодаль от сборища. Пройти через него и опять оказаться здесь?

Пока я сама себе задавала необъяснимые вопросы, инстинкт самосохранения толкал вперед к трону учителя.

– Посмотрите все! – громогласно произнес главный наставник, когда я приблизилась к нему, – Какая у нас красивая невеста!

– Что-о-о-?!! – мой вопросительный возглас утонул в оглушительном ритме барабанной дроби.

Глава 7

Эля

Община создала большой и малый круг вокруг нас и повела хоровод. Внутренний круг двигался быстрее по часовой стрелке, напевая монотонную неизвестную песню. А большой круг напротив неторопливо пританцовывал в обратную сторону. Через каждые одну-две минуты раздавался массовый хлопок или одновременный крик: «Спасемся! Спасемся! Спасемся!»

В глазах быстро начало мелькать и рябить, уши заложило, и голова совсем перестала соображать от шума. Вечер окончательно погрузился во тьму. Незаметно возле трона учителя зажгли факелы, и теперь каждый из малого круга подходил со свечей за огнем.

Засмотрелась на мелькающую картинку и чуть не подпрыгнула от прикосновения учителя. Он взял меня за руку и вывел в самый центр. Как по команде круг расступился, и показался мужчина с чашей, в которой полыхал огонь. Если бы не прозвучала фраза о невесте, то моя версия жертвоприношения вполне могла стать реальностью. Спалили бы наверняка. Иначе, зачем столько огня?

Еще о чем-то подумала, и тут же забыла, узнав в мужчине с чашей наглого и бессердечного конюха. Зачем он здесь?!!

Ответ на мой вопрос не заставил себя долго ждать…

– Избранные волей небес, сегодня вы станете мужем и женой! – объявил гуру во всеуслышание торжественным голосом и надел на головы венки из васильков.

И опять, как по мановению волшебной палочки еще громче забили барабаны, и казалось, еще быстрее понесся в разные стороны хоровод. Песни стали громче, и теперь выкрикивали: «Связать! Связать! Связать!»

На мои просьбы и мольбы никто не обратил внимания. Сомневаюсь, что в таком гуле, возможно, было кого-то услышать. Дальнейшие наставления поражали все больше, будто отбрасывая на пару веков назад, когда женщины практически не имели прав перед мужьями.

Апофеозом церемонии оказались слова гуру:

– Всю неделю вы проведете, не расставаясь ни на миг, крепко связанные одной цепью, как символом вашей совместной линии жизни.

Пошатнулась от ужаса, сдвигаясь насколько можно дальше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.