Дарья Кова
Соблазню тебя грубо

Глава 1

– Ты уверен, что тебе следует идти? – все никак не могла понять, зачем он едет.

– Милая, да все нормально. Я на часок заскочу поздравить, все-таки дружим больше тридцати лет, – поцеловал меня Паша в губы.

А потом склонившись к моему еще совсем небольшому животику, чмокнул и его.

– Пока, моя радость! – попрощался с малышом. – Буду скоро, милые мои, – произнес и закрыл за собой дверь.

Я смотрела с грустью ему вслед. Не очень-то хочется оставаться одной в пятничный вечер. Так ждала окончания рабочей недели, чтобы приятно провести выходные с Пашей. Мальчики уже спят, и я думала, что с мужем в кои-то веки посмотрим вместе фильм. Пообнимаемся всласть на диване во время просмотра, а потом… кто знает. Хотя конечно врач мне не рекомендовала «перенапрягаться». Все-таки есть небольшая угроза. Поэтому вот уже полтора месяца Паша «на сухом пайке»… Да и я тоже «изголодалась».

Но рисковать мы не хотим. Гиня говорит, что у меня маловато-то гормонов, поэтому для поддержки пью таблетки. Да и, по ее словам, папа у нас слишком взрослый. И чтобы это никак не отразилось на ребенке нужно перебздеть…

В нашей квартире, той самой, где мы с Пашей очень давно занимались во второй раз любовью, было тихо. Даже слишком. Зайдя в детскую, посмотрела как мои мальчики посапывают. Завтра не будет садиков. Наконец с утра высплюсь, не придется их собирать. Хотя дадут ли поспать… Скорее всего снова проснуться спозаранку. Поэтому не лучше ли мне самой лечь пораньше. Или все-таки стоит дождаться любимого. В его объятиях как-то спокойнее засыпается…

Сев за ноут, чтобы почитать новости или включить какой-нибудь сериал и посмотреть одну-две серии, увидела входящее сообщение от Ани! С ней мы уже давно не общались. По правде говоря, мне было немного стыдно признаваться, что я связалась с Пашей. Не потому, что он старше, а потому, что ей всегда говорила, что мне на него чхать… Хотя это никогда не было правдой.

Предыдущее сообщение было почти три года назад… Тогда мы обсуждали «наши отношения с папиками». Посмеялись, повспоминали и забыли. Несколько раз хотела ей написать, но ее почему-то не было в сети.

– Привет, мать! – написала она.

Глядя на ее сообщение, даже немного прослезилась. Может конечно все из-за гормонов, вся эта сверхчувствительность, но я и правда скучаю по ней… По «нашей» бесшабашной молодости.

– Привет, дорогая! – ответила ей. – Давно тебя в сети не было.

– У меня доступ к аккаунту был заблокирован, а потом вообще не до инета было. Я успела выйти замуж, родить сына, развестись. Даже в Тайланде пожила три месяца! Сама-то как?

Читая ее сообщение, поражалась тому, как насыщены для нее были эти три года. У меня и у самой большие метаморфозы… Только как ей сказать, что вышла за Пашу и жду от него ребенка. Не дожидаясь от меня ответа, Аня снова прислала сообщение.

– Прикинь, сижу сейчас в самом крутом ресторане города. Ну ты, наверное, не помнишь, «Цезарь» называется. Короче, тут «В»! Прикинь! У них, видимо, тут какой-то сабантуй! Мы с подружкой сидим за столиком далеко от них. Но я его узнала. Как всегда в центре внимания! Надеюсь, меня не увидит.

Дважды перечитав, не верила своим глазам. Вот это совпадение!

Готовая настрочить сообщение с «признанием», что вышла за «П» и жду от него ребенка, улыбалась как дурочка. И пришло еще кое-что от Ани.

– Ого! Тут «П»! Прикинь!!! – написала она.

Я невольно улыбнулась, и настрочила сообщение: «Знаю, он ведь мой муж. Поехал поздравить Виталика с днем рождения». Но не успела его отправить, как пришло еще смс от Ани.

– О, прикинь, он с какой-то малолеткой. 20-25 лет на вид. Ха-ха! Вот старый перец не меняется.

Держа палец над кнопкой «Enter», зависла… Что?!

Чувствуя приближающуюся тошноту, не понимала, что делать. Она шутит? Да? Пыталась унять дрожь в руках, но никак не могла.

– Ты не шутишь? – с большим трудом набрала, попадая мимо кнопок.

– Да где ж шучу? – ответила Аня и прислала фото…

Прижимая руки ко рту, роняла беззвучно слезы. На фотографии стоял Паша и обнимал какую-то девицу в короткой юбке за талию.

Голова разболелась так, как никогда в жизни. С силой ударив по столу, не почувствовала облегчения. Мать твою, сукин ты сын, Павел! Какого хрена меня обрюхатил? Какого хрена женился на мне? Какого хрена заставил поверить, что любишь! Не прошло и года с момента, как я приехала, а ты уже нашел себе бабу! Бабу, мать твою, пока я сижу дома беременная и жду тебя, хренов ты мудак!

Слезы лились рекой. В груди защемило. По совету врача я купила тонометр, чтобы мерить давление. Взяв его и надев манжет на руку, нажала кнопку. Меня трясло так, как будто голая и мокрая стояла на улице в 30-градусный мороз.

Тонометр показал давление 160 на 130… Встала и пошла на ватных ногах к аптечке. Гиня просила купить лекарство от давления.

«Мало ли, беременность третья, не 20 лет тебе, а 30, может скакать, купи» – вспомнила я ее совет. И поблагодарила себя, что все же воспользовалась им и оснастила лекарством свою аптечку. Выпив таблетку, пошла умыться. Голова кружилась, в глазах темнело. Потом решила полежать.

Ноутбук все сигнализировал о новых сообщениях от Ани. Я их конечно посмотрю, но позже. Сейчас мне важно сбить давление. Для меня важнее не отношения с мужем, а хорошо выносить ребенка.

Стараясь не думать о его выходке, лежала на нашей супружеской постели. Там, где мы предавались безрассудствам, там, где Паша мне постоянно признавался в любви. Слезы безысходности накрыли мое лицо. Кажется, я сделала неправильный выбор. Лучше бы не возвращалась к нему. Лучше бы оставила нашу любовь в прошлом…

Закрыв глаза, визуализировала приятные образы. Давно еще поняла, что люди сами притягивают к себе негатив плохими мыслями. Только вот жужжащая в голове постановка, что я никогда не думала ни о чем подобном, не давала нормально сосредоточиться. Я всегда верила в его верность. Да что верила. Я была в ней уверена! Не мог мой любимый мужчина столько лет ждать, думать, вспоминать, не терять надежды, чтобы в один момент увлечься какой-то девицей.

Может, у него есть оправдание. Может, стыдно стало перед друзьями? Перед Виталием. Он же еще тот плут. Любого святошу может сбить с пути истинного. А Паша не захотел спорить, решил просто «изобразить». Если все так, то я конечно немного «подуюсь», но прощу. Если же дело в другом, то простить вряд ли смогу. Да и зачем? Из-за ребенка?

Подумав о малыше в животе, настраивалась на хорошее. Ладно, будь, что будет. Мне главное выносить ребенка…

* * *

Паша пришел глубоко за полночь… От него несло алкоголем и сигаретами. Особо не пьющий муж и совсем не курящий выглядел для меня, словно, чужой мужчина. Не желая с ним вступать в полемику, решила дождаться утра. Но у него был явно другой настрой. Паша начал «приставать». Разбудив меня, изображающую спящую красавицу, досматривающую десятый сон, страстно целовал.

Запах алкоголя и сигарет неприятно щекотал в носу. Отворачиваясь, делала вид, что очень хочу спать. Но спать я не хотела, меня так и подмывало высказать все. Только вот язык будто приклеился к нёбу.

– Как же я тебя люблю, Леночка! – стонал невнятно, стаскивая с меня трусы.

Его жаркие поцелуи кружили голову не хуже паров алкоголя, и я сдалась…

Глава 2

– Помнишь наш первый раз? – посмотрел пристально в глаза в темноте ночи.

Ничего не ответив, принимала его ласку и страстные поцелуи. Я помнила другое. Как несколько часов назад безудержно рыдала. Я помнила слова давней подруги, которая тебя увидела с девушкой. Как она высмеивала твою «извечную тягу к молоденьким»… Тихо роняя слезы, не сопротивлялась, не высказывала все, что в душе. Не время еще…

– Леночка, – отвлекаясь от поцелуев, вновь пристально посмотрел в глаза.

Как же я любила его глаза, знала их цвет и точный оттенок, знала их неповторимый рисунок и блеск. То, как он смотрел всегда ими на меня. Со страстью, любовью, которую никак не сыграть или изобразить. Ведь он любил меня. Да и любит сейчас. Я вижу это даже в полумраке. Почему же шел с той девицей в обнимку? Зачем? «Рисануться» перед друзьями, мол, есть еще порох в пороховницах.

– Я люблю тебя больше жизни! – бормотал, целуя все жарче и неистовее.

Развернув меня на живот, потянул на себя. Извиваясь под ним, начала сопротивляться, но мои слабые попытки не были им замечены. Паша вошел…

– Ай! – вскрикнула от боли и злости.

Гинеколог говорит аккуратно с «этим» делом, а он так сразу резко и глубоко… Закусив от обиды губы, попыталась оттолкнуть, но он, словно, был слеп к моим действиям. Все еще бормоча признания в любви, проникал, покорял и брал все то, что по праву принадлежало ему. Я бы так не злилась, если бы не то фото, да и рекомендации врача. Но он, словно, о них совершенно забыл. Неужели так сильно возбудился на променаде, что решил снять напряжение дома с женой… Что та девица не дала?!

Меня так и выворачивало ляпнуть ему что-то колкое, но каким-то чудом сдерживала себя. Новая поза, в которой он меня держал, заходя сзади немного под углом, приносила немыслимое наслаждение, но злила еще больше. За год наших отношений он ни разу ее не пробовал. Откуда вдруг так неожиданно захотел то, что не практиковал…

Обида, накрываемая наслаждением и злостью, туманила мозг. Хотелось вырваться, убежать, скрыться от него, от его похотливых глаз. Его такой искренний влюбленный взгляд стал казаться лживым. То, во что верила долгие годы, вдруг перевернулось с ног на голову… А ведь после той скамейки я думала, что все только начинается…

* * *

Об изменах мужа мне сообщила его любовница. Глеб очень сильно скрывал сей факт, но в один «прекрасный» день она мне отправила сообщение. Было это на Рождество… Католическое Рождество, которое мы по традиции мужа, всегда отмечали. То был обычный праздничный день. 25 декабря начиналось ничем не примечательно. Глеб сказал, что заедет на полдня на работу, а потом будет дома «как штык». Я же занималась домашними хлопотами, попутно выполняя и свою работу, которую брала в декрете. Не из-за нехватки денег, а чтобы мозг немного напрягать и отвлекать от подгузников, кубиков и алфавита.

Как вдруг мой телефон оповестил о входящем сообщении. Обычно мне писал только муж, ну и за редким исключением подруги. Впрочем, не до дружеского общения было. Все семья-семья-семья. В хорошем расположении духа взяла со стола телефон, чтобы ответить любимому. Но мое жизнерадостное настроение сменилось тревогой и ужасом. Я получила сообщение от какой-то женщины в мессенджере. Она прислала совместное фото с Глебом, на котором они обнимались и целовались. Хуже всего то, что фото было совсем свежим… Сегодняшним… Он был в той же самой одежде, в которой, якобы, поехал на работу.

То есть он сказал мне, что полдня будет заниматься делами, а по факту поехал к женщине, не только обманывая меня, но и лишая сыновей общения с собой в праздничный день. Фото сопровождала лаконичная запись: «Я люблю твоего мужа. Отпусти его!»…

Мне было больно. Чертовски больно. Я-то дура думала, что мы с ним на всю жизнь. Даже, когда узнала, что Павел меня до сих пор любит, решила, что буду только с мужем. А он… Он давно нашел другую. Только разрывать брак как-то не спешил. Вешал лапшу на уши и мне, и той девице.

Я не устраивала скандал, сообщила Глебу о том, что знаю, тихо и спокойно. Хотя поначалу хотела ему выцарапать глаза. А потом, когда он пришел в обед «после работы», сразу же меня приобняв, отстранилась и, поняв, что выхода у нас нет, обозначила план развестись.

В первые минуты, которые, по праву, можно назвать состоянием аффекта, я готова была крушить дом и все, что попадется под руку. В особенности его подарки и вещи. А потом как-то отлегло. Подумала, зачем держать при себе мужчину, который не любит. Из-за детей?! Это глупо. Может, поначалу это кажется не эгоистичным, но на самом деле это чистой воды эгоизм. Я, как и он, имею право на настоящую любовь, чистую, верную. Да и дети не должны наблюдать родителей, которые мало того, что не любят друг друга, так еще и пышут ненавистью.

Глеба я конечно еще любила, но обида выжгла в груди такую рану, что я стала его ненавидеть. Хотя внешне была спокойна как удав. Озвучив свое решение, кусала себе локти, поливала подушку слезами. А потом как отрезало. Видно, не так я его любила. Видно, больше пострадало мое самолюбие обманутой женщины, любовь которой не ценили и которую легко променяли на другую, даже с учетом того, что я подарила мужу двух замечательных сыновей.

Горевала я долго. Ограничив личное общение с Глебом, не запрещала ему общаться с детьми. Сыновья не виноваты в наших взрослых проблемах, а вот мне самой было тяжко. Отгоревав «положенный» срок, стала думать о себе. Обо мне с Пашей. Точнее о нас я думала постоянно, но решилась наконец «действовать» только через полгода после предательства мужа. Собрала чемодан и поехала с детьми в родной город. Оставив сыновей родителям на несколько часов, пошла в наш парк…

Все дорогу почему-то думала, что делаю это зря. Что Паша не будет меня ждать… Но вновь отрывая нашу старую переписку, снова загоралась верой, что все будет хорошо. Впрочем, так это и оказалось.

Увидев его, сразу же узнав, не верила глазах. Казалось, это сон, мечты, воплотившиеся в реальность или «хороший фильм». Но нет, он сидел с букетом роз, ожидая меня в то же самое время и в ту же самую дату, которую мы оговорили ранее. Его глаза горели счастьем и любовью, как и мои тоже. Казалось, мы можем все наверстать и будем любить друг друга вечность…

Только наша вечность продлилась всего год. Не верю в это. Не хочу верить. Столько лет любить одного мужчину, а потом узнать, что он не ценит твою любовь.

Быть может, это моя вина. А как еще объяснить? Получается, я дважды обманутая любимыми женщина. Дважды! Сначала Глеб предал меня, потом Паша.

Кусая локти, вспоминала наш первый совместный после долгой разлуки день. Вспоминала нашу свадьбу… Как же я тогда была счастлива. Именно настолько, насколько сейчас я не счастлива…

Глава 3

Взяв меня за руку после долгих и страстных поцелуев, Паша повел к своей машине.

– А ты помнишь? – подмигнул мне, недвусмысленно намекая на тот самый первый секс в его авто.

Конечно же я помнила. Я помнила каждый миг, каждый наш «раз». Даже спустя столько лет, спустя годы отношений с мужем. Это врезалось в память, словно было высечено на камне. Может, настоящая любовь всегда такая. Ты помнишь «все трещинки», задыхаясь от нежности…

Но повез меня Паша не на ту «обзорную» площадку, на которой мы много лет назад припарковались и предавались безрассудствам, а в другое место… в Краеведческий музей. Его выбор меня крайне удивил. Мне думалось, что первым делом Паша потащит меня в койку. Мне и самой этого крайне хотелось. Представляла каждую минуту, каждую секунду, как мы занимаемся любовью с той же страстью, что была на… бильярдном столе. Представляла те звезды, кружащие вокруг меня. Те эмоции и чувства. И мечтала, чтобы как можно скорее это произошло. На Паша «тянул» время… Мы вышагивали в Краеведческом музее, рассматривая местные ценности: старую утварь, в числе которой утюги, чайники, самовары; чучела животных; макеты деревьев, кустов; даже высеченные из цельного дерева лодки. Да чего там только не было. 300 квадратных метров местных «достопримечательностей», которые я знала вдоль и поперек, ведь выросла в городе и знала родной край, как облупленный.

– Видишь, какую красоту ты упустила, когда в Москву уехала, – вдруг произнес он с обидой в голосе.

– Ты знаешь, почему я уехала, – не спрашивала, а утверждала.

– И почему же? – шепотом спросил, озираясь на смотрительницу музея, которая ходила за нами по пятам, видно, думая, что мы хотим что-то стянуть.

– Из-за тебя, – ответила, не лукавя.

А чего скрывать? Я люблю этого человека. Всегда любила. С первого же мгновения, когда увидела, поняла, что «пропала». Поэтому так безрассудно себя с ним вела. Наверное, только с ним и могла себе такое позволить…

Потирая подбородок, Паша молчал. Он наломал дров, наломала их и я. За эти несколько лет у нас кардинально сменилась жизнь. Говорят ведь, в одну воду дважды не войдешь. Но мне так хотелось…

* * *

Воспоминания играли перед глазами разными красками. Паша развернул меня на спину и «присосался» к губам, неистово целуя. А потом через мгновение «отпустил» мой рот и прильнул к груди. Она его фетиш. Чуть что всегда пощупает, погладит, слегка тронет. В день по сотне раз. Да и для меня фетиш его прикосновения. Целуя ореолу соска, постанывал.

– Как же я тебя люблю, Леночка! – немного отвлекаясь от груди, произнес.

А потом стал спускаться ниже… Голова от эмоций, которые меня переполняли, кружилась. Чувства били через край.

Злость, даже ярость, граничила с невероятным желанием. Несколько недель мы с ним «ни-ни», сдерживали себя, стараясь «перебздеть», но вот он пришел подшофе, каким я его никогда не видела, и нас, словно, сдернуло с катушек. Позволяя ему ласкать себя там, смотрела высокомерно, невероятно наслаждаясь и получая удовольствие от одного лишь осознания, насколько сильно он меня хочет.

Нет, ну не ту же девицу. А меня. Ревность, собственничество бурлили в крови, заставляя погружать пальцы в его волосы, чтобы дернуть за них. Но я каким-то чудом сдерживалась. Его умелые и опытные ласки отправляли в нирвану.

Люблю этого самодовольного гада. Но будет ли он всю жизнь моим? Или так даст немного понаслаждаться своим присутствием, а потом умчит покорять новые горизонты?! Вдруг я подумала о его молодой жене… Той самой, которую он год назад бросил из-за меня. Да, у них не было детей, но она, явно, пострадала от развода. Паша купил ей квартиру вместо «отступных», хотя и не должен был. В тот момент, когда я приехала из Москвы, то ни на секунду не задумывалась о том, что могу причинить кому-то боль. А ведь причинила.

Стыдно ли мне сейчас? Нет… Плохо ли это? Наверное, не есть хорошо. Но будь у них дети, я говорила бы иначе. Детей у них не было, были лишь чувства с ее стороны, и с его – любовь к молоденьким девушкам. Правильно мне Аня говорила, что этот его «грешок» может аукнуться. Станешь, мол, «дамой за 30» и уже не будешь вызывать в нем такого интереса, как когда тебе было 22. А ведь она эту мудрую мысль озвучила, еще будучи чуть за 20.

Наверное, Паша именно того поля ягода. Он не стареет ни телом, ни душой, поэтому его избранница всегда должна выглядеть на 25 максимум. Есть такой сорт людей. К ним я всегда относилась как-то предвзято. Хотя интерес Паши ко мне заводил меня лучше любой женской виагры. А теперь… теперь, когда я приближаюсь к рубежу в 30 лет, меня этот его фетиш пугает…

Да и дыма без огня не бывает. Не просто так он «щеголял» с юной девицей. Ну не для того же, чтобы «кидать понты» перед своими «корешами», как он их сам называет. Не для того. Не в том они возрасте, чтобы вести себя как прыщавые подростки, которым «понты дороже денег». Хотя… Не зря ведь бытует мнение: «седина в бороду, бес в ребро». Может, у него кризис. Обязательно нужно доказать, что ты крутой мужик и чего-то стоишь. Молодая дама сердца для мужчин в годах прекрасное доказательство сего факта. Только вот и меня со счетов нельзя списывать. Я ведь не его ровесница, а гораздо моложе. Почему тогда он зажимался с девицей на пять лет младше меня. Неужто это так критично. То есть, если жене под 30, а тебе полтос, то это она старая, а не ты. Так?

Как же мне хотелось сказать ему какую-то колкость касательно возраста, один Бог лишь знал! Но я зажала язык зубами, понимая, что один мой ляп может стоить многого. Паша обидится. В плане возраста он крайне въедливый. У него комплекс. Впрочем, этот чертов комплекс и у меня. Но теперь я почему-то чувствую вину не за то, что он меня гораздо старше, а за то, что я уже не так молода…

Видно, совсем с катушек слетела…

Схватив его за волосы, потянула, отвлекая от моего самого сокровенного местечка.

– Что за баба была с тобой на дне рождения Виталика? – превозмогая себя, произнесла.

Казалось, Паша молниеносно протрезвел. Во всяком случае, даже в полумраке было видно, насколько сильно посерьезнело его лицо…

Глава 4

– Какая еще баба? – говорил очень правдиво.

Что? Он так складно умеет врать? Я-то всегда думала, что Паша для меня открытая книга. А тут оказывается вся его правдивость не более чем игра… Я знаю, что баба точно была. У меня даже фото есть.

– Та, что младше меня. В короткой юбке, – сверлила его глазами.

– Леночка, не знаю, о чем ты, – усмехнувшись, продолжая ласки ТАМ.

– Погоди, – сдвигая колени, пыталась его оттолкнуть.

– О, милая, дай мне поговорить с моей кисочкой.

– Ты настоящий фигляр[1]! – оттолкнув, укрылась одеялом.

– Кто? – засмеялся.

– Ты!

– А что такое фигляр? – не переставал смеяться.

– Не что, а кто. Это ты! – рассвирепела.

Паша, продолжая смеяться, взял свой телефон.

– Марфуша, – обратился к языковому помощнику. – Кто такой фигляр?

– Шут, кривляка, позер, человек, лишенный чувства собственного достоинства и стремящийся различными выходками заслужить чье-либо расположение.

– Ты обо мне так думаешь? – резко сменил тактику.

Он прекрасно понимал, о чем я и почему взбешена. Определение «фигляра» идеально ему подходило, только Марфуша выбрала почему-то самые колкие синонимы… Извиняться не было желания. Да и с чего вдруг? Он таскался с какой-то малолеткой, а на прямой вопрос начал лгать. Поэтому и получил такое абсолютно верное определение.

– Лена, ты что реально обо мне так думаешь? – изображал обиду.

– Паша, мне поступила информация, что ты был с бабой. Нет бы с женой пойти на день рождения друга. Ну в таком случае не было бы возможности с девчонкой обжиматься. Так?

– Ты же сама не хотела идти.

– А ты меня спрашивал? – удивилась тому, как он лихо «переобувается», чтобы сменить гнев на милость. – Я не хотела, чтобы ты шел один. Можно было попросить мою маму посидеть с ребятами. А я бы пошла с тобой. Но тебе же даже в голову не пришел такой вариант. Жена же должна сидеть дома, пока муж развлекается. Не для ее глаз его развлечения, – говорила, чувствуя как жгучие слезы щипят лицо.

– Мне кажется, это все гормоны. Беременность. Поэтому ты так реагируешь. Милая, давай завтра поговорим.

– Гормоны? Ты меня обвиняешь в том, что я как-то не так реагирую на то, что ты с бабой зажимался? – еле сдерживалась, чтобы не закричать.

Ночь. Дети спят и я, «орущая» на мужа тихим шепотом. Чувствуя, что давление вновь подскакивает, а моя головушка начинает раскалываться, легла на кровать.

– Пожалуйста, выйди. Ложись спать в зале. Я хочу спать.

Паша не стал спорить и доказывать, что он имеет право спать в спальне. Он встал с кровати и вышел, не произнося ни слова. Я же осталась одна гордая и неприступная…

* * *

Всю оставшуюся ночь мне снились кошмары. Дом, в котором находилась наша квартира, разваливался после того, как в него попал самолет.

Проснувшись в холодном поту, смотрела на открытую в спальню дверь. На пороге стоял мой так горячо любимый и ненавистный мной муж. Он меня предал. Не знаю, изменил ли или только собирался. Но он поехал к другу на днюху и зажимался с девицей, пока я осталась сидеть дома… Беременная от него…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Фигляр – обманщик, фокусник.

Вернуться